Даркас

«Между светом и тьмой»

Тишина ночи окутывала огромный мегаполис, когда три красивые девушки мчались на пляжную вечеринку. Их машины, словно стрелы, прорезали темноту улиц, оставляя за собой лишь шум двигателей и мелькание фар. Каждая из них хотела первой добраться до места, соревнуясь друг с другом в мастерстве вождения.

— И́нор, осторожнее! — раздался голос Скайла через открытое окно автомобиля.

На долю секунды позже — и авария была бы неизбежна. Мужчина вовремя среагировал, резко свернув в сторону. Сердце застыло в груди.

— Что за чёрт! — выкрикнул Инор, едва справившись с управлением. Он обернулся вслед убегающему автомобилю, успев заметить блеск фар в зеркале заднего вида. Его сердце замерло на миг, прежде чем он принял решение начать погоню.

Тем временем, впереди, за рулем серебристого спорткара, сидела Кассандра. Ее глаза сверкали дерзким блеском, словно две яркие звезды в темном небе, а губы растягивались в ухмылке. Девушка знала, что её преследуют, и наслаждалась этим. Ей нравилось играть со своими соперниками, доказывая своё превосходство на дорогах.

Кассандра была не обычной девушкой. Она обладала удивительной способностью управлять электричеством. Всё, что проводило ток, подчинялось её воле, как марионетка в руках искусного кукловода. Более того, она могла создавать электрические разряды, используя их для ускорения своего автомобиля.

— Тебе меня не догнать, — шептала она с игривой ноткой, глядя в зеркало и наблюдая, как силуэт Инора становится всё меньше и меньше. Сжимая руль, девушка создала мощный импульс энергии, который мгновенно ускорил машину до невероятной скорости.

Инор был поражён. Он никогда раньше не видел такого мастерства вождения. Каким-то образом ему удалось удержаться на трассе, однако вскоре он понял, что потерял свою цель из виду.

Когда девушки, наконец, добрались до пляжа, их встретила оживленная сцена праздника, которая наполнила воздух энергией и радостью. Под темным ночным небом, усыпанным миллионами мерцающих звезд, молодые люди двигались в едином ритме с музыкой, создавая атмосферу настоящего единения и свободы. Девушки ступили на мягкий песок, чувствуя под ногами каждую крупицу, и тут же утонули в ритме музыки. Вокруг было полно улыбок, искрящихся глаз и легких прикосновений, которые заставляли забыть обо всем и раствориться в моменте.

Прошло немного времени, и на место прибыли парни, добавившие к уже бурлящей атмосфере новые оттенки эмоций и энергии. Инор все ещё был вне себя от гнева — в его глазах горели искры раздражения, а тело напряжено готовилось к возможному взрыву эмоций. Однако рядом с ним стоял Скайл, чье спокойствие и уверенность помогли постепенно унять его бурю.

— Пойдём, повеселимся! Смотри, сколько девушек! — воскликнул он, увлекая друзей на танцпол.

Скайл всегда был душой компании. Невысокий, смуглый парень с яркой внешностью, сияющей улыбкой и потрясающей харизмой. Несмотря на свои небольшие размеры, он всегда знал, как привлечь внимание окружающих, используя свою самобытность и обаяние. Его дерзкий характер и острый язык делали его опасным соперником в любом споре.

Инор, напротив, был гораздо более серьёзным и властным. Высоким, мускулистым мужчиной с пронзительными черными глазами, в которых читались сила и решимость. Его суровый внешний вид говорил о внутренней мощи и готовности справляться с любыми трудностями. Он был человеком контроля и порядка, привыкшим брать на себя ответственность и добиваться поставленных целей. Но сегодня его тщательно продуманные планы столкнулись с неожиданными трудностями, нарушив привычный ход событий и вызвав в нем чувство внутреннего напряжения.

Парни устроились у бара, где разговоры о прошедшем дне переплетались с обсуждениями местных красавиц. Обернувшись, Уго заметил стройную темноволосую девушку с тонкой талией, которая неспешно подошла к барной стойке за напитком. Её взгляд был холодным и отстранённым, будто она не замечала никого вокруг.

Это была Кассандра. Она выглядела великолепно в своём чёрном платье, которое идеально подчёркивало её фигуру. Длинные волосы, собранные в элегантную высокую прическу, открывали взгляду изящную шею и плечи, создавая образ, сочетающий в себе загадочность и утонченность.

— Красотка, выпьешь с нами? — с улыбкой спросил Уго, надеясь привлечь её внимание.

— Нет, неинтересно, — ответила Кассандра с безразличным тоном, даже не повернувшись к нему.

— Да ладно тебе, что ты ломаешься? Пойдём к нам, — настаивал он.

— Она просто набивает себе цену, Уго, — с презрением произнёс Инор. — Парочка коктейлей, и она будет твоей.

Кассандра не могла оставить эти слова без внимания. Обернувшись, она встретила его взгляд с явным возмущением, которое ясно читалось в её глазах.

— Что ты сказал?

— Ну что, брюнетка? Сколько тебе нужно коктейлей, чтобы расслабиться и составить компанию моему другу? — продолжал Инор, наслаждаясь её недовольством.

Почувствовав, что её достоинство подвергли сомнению, Кассандра вскипела от ярости. Шагнув вплотную к Инору и оказавшись с ним нос к носу, она без колебаний выплеснула содержимое двух бокалов прямо ему в лицо.

— Успокой фантазию, герой-любовник, — произнесла она и грациозно развернувшись, направилась обратно на пляж.

Инор был в ярости. Оскорблённое самолюбие и злость захлестнули его. Он вскочил с места и бросился вслед за девушкой.

— Друг, остынь! —попытался остановить его Скайл, зная, насколько опасен Инор в гневе.

— Я ничего ей не сделаю, просто проучу эту мерзавку, — сквозь зубы процедил он.

Кассандра шла сквозь толпу танцующих людей, не подозревая о преследователе. Когда она почти достигла своих подруг, резкий рывок заставил её замереть на месте. Инор схватил девушку за талию, перекинул через плечо и направился к морю.

— Что ты делаешь? Отпусти меня немедленно! — кричала она, пытаясь освободиться.

Но мужчина не обращал внимания на её протесты. Шаг за шагом он продвигался в воде, пока не достиг достаточной глубины. Затем, с громким смехом, он нырнул в море, увлекая за собой девушку.

— Ты идиот! — вопила Кассандра, стараясь вырваться из его хватки.

Инор играл с ней, как кот с пойманной мышью: нырял под воду и снова появлялся на поверхности, каждым таким всплытием вызывая у девушки новый прилив паники. В его действиях сквозила дерзкая игривость — мужчина явно проверял границы её терпения. Наконец, сорвав одну из босоножек, он бросил её далеко в воду, наблюдая, как волнение на лице пленницы сменяется нарастающим гневом.

— Верни! — требовала Кассандра.

— Нервы ни к черту, красотка? — усмехнулся Инор. — Нормальные люди не выливают коктейли на других.

Кассандра не собиралась сдаваться. Она отчаянно сопротивлялась, пытаясь утопить обидчика, но слепая ярость стремительно выгорала, уступая место пьянящему азарту. Их потасовка всё больше напоминала странную игру, в которой оба забыли о первоначальном намерении, просто наслаждаясь процессом борьбы.

Люди на берегу заметили, как двое купаются в море, и решила присоединиться. Толпа побежала к воде и с энтузиазмом прыгнула в её прохладные объятия. Воспользовавшись моментом, Кассандра выскользнула из рук Инора и, ловко маневрируя в воде, направилась к берегу. Быстро достигнув суши, девушка поспешила к подругам.

— Нам пора уходить, — торопливо сказала она, оглядываясь назад.

Одна из подруг по имени Кэти увидела, что у Кассандры не хватает одной босоножки, и в этот момент к ним подошёл Инор, держа в руке потерянную обувь.

— Золушка, ты ничего не потеряла? — с ухмылкой спросил он.

Выхватив обувь, Кассандра резко развернулась и зашагала прочь. Инор даже не попытался её остановить — он просто смотрел им вслед. Его взгляд намертво прикипел к напряженной спине девушки, а в уголке рта затаилась снисходительная ухмылка победителя.

— Ну всё, полегчало? — хмыкнул Скайл, хлопнув друга по плечу. — Пар спустил, красотку отпустил, миссия выполнена. Поехали в бар, пара милых дам ждёт нас.

Инор кивнул, и друзья направились к машине. Бар уже давно стал для них вторым домом, а также местом, где они могли выражать себя через музыку и наслаждаться жизнью. По дороге туда Скайл рассказывал какие-то забавные истории, стараясь поднять настроение Инору, который угрюмо уткнулся в телефон, ощущая дискомфорт от своей мокрой одежды.

В баре обстановка была неизменной: мягкий свет ламп создавал интимную обстановку, а приглушенная музыка настраивала на расслабленный лад. Инор, как обычно, занял свое привычное место на большом кожаном диване, который стоял в центре зала, окруженный девушками, которые висели на нем, как цветы на ветке. Он был королем этой сцены, любимым всеми женщинами. Уго и Скайл тоже не скучали: развалившись в удобных креслах с бокалами в руках, они со смехом вспоминали недавние события, то и дело перебивая друг друга новыми шутками.

Кассандра тем временем возвращалась домой. По дороге она осознала, что окончательно теряет контроль. Внутри бушевала слепая ярость — та самая сила, которую она годами отчаянно раз за разом запирала внутри, пряча за ледяным спокойствием. Сжимая руль побелевшими пальцами, девушка чувствовала, как пластик плавится под воздействием её силы. Она до боли стиснула зубы, пытаясь удержать рвущуюся стихию, но жар лишь нарастал, игнорируя её отчаянные попытки совладать с собой.

Добравшись до дома, Кассандра буквально ввалилась внутрь. Гнев не утихал — он пульсировал под кожей горячими углями, грозя перерасти во всепоглощающее пламя, которое сожжет её изнутри, если она немедленно не найдет выход этой силе.

Дом встретил её прохладой и тишиной. Величественный особняк, построенный в классическом стиле, возвышался над окрестностями, окружённый ухоженным садом, где пышные деревья образовывали зелёный купол. Внутри дома царила атмосфера спокойствия и гармонии. Просторные комнаты с высокими потолками и большими окнами, пропускающими мягкий свет, создавали ощущение простора и уюта. Каждый уголок дома был наполнен историей и теплом, отражая характеры тех, кто здесь жил: Кассандра, её друг Карл и его возлюбленная Мэри — оба принадлежали к расе ангелов, известных своим благородством и красотой.

Карл, обладал мощью и авторитетом среди небесной коалиции. Сильный, уверенный в себе, он выглядел истинным воплощением мужества: высокий рост, широкие плечи, лицо с чётко очерченными чертами, украшенное пронзительными голубыми глазами. Но за этой суровой внешностью скрывалось сердце, полное сострадания и мудрости. Он стал для Кассандры не просто надежным щитом, но и якорем в тот момент, когда её привычный мир рухнул. Оставаться одной стало невыносимо тяжело: стены пустой квартиры давили на неё бетонной плитой, а гулкая тишина сводила с ума. Когда жизнь Кассандры перестала быть прежней, она поняла, что тьма внутри требует не покоя, а присутствия кого-то рядом — свидетеля, способного удержать её на плаву.

Мэри, напротив, олицетворяла мягкость и тепло. Её хрупкая фигура и нежные черты лица создавали впечатление воздушной легкости. Длинные золотистые локоны мягко обрамляли её лицо, подчеркивая огромные карие глаза, в которых отражались забота и понимание. Она была тем человеком, к которому можно было обратиться в трудную минуту, зная, что найдёшь утешение и поддержку. Её любовь к Карлу и преданность Кассандре делали Мэри важной частью их маленького семейного круга, объединённого общими тайнами и нерушимыми узами доверия.

Пока Кассандра взбиралась по мраморным ступеням, каждый шаг казался ей тяжёлым испытанием. Сердце бешено колотилось, дыхание сбивалось, а в груди нарастало давление. Волны гнева и ярости, подобные разбушевавшемуся морю, захлестывали её изнутри, угрожая разрушить последние остатки самообладания. Она знала, что происходит нечто необратимое, но отчаянно цеплялась за надежду, что сможет удержать контроль над собой. Каждый шаг вверх был шагом навстречу неизбежному столкновению с собственной тьмой.

Добравшись до своей комнаты, она захлопнула дверь, надеясь найти убежище от нахлынувших чувств. Но тишина лишь обострила её переживания, внутренняя борьба становилась всё интенсивнее. Не выдержав, девушка с громким криком отчаяния ударила кулаком по зеркалу. Стекло треснуло, рассыпаясь на тысячи осколков, которые, подобно ледяной лавине, обрушились на пол, отражая её искажённое лицо. Эхо разрушения разнеслось по всему дому, как сигнал тревоги, заставляя Мэри и Карла мгновенно броситься к её двери.

— Дорогая, открой, — тихо произнесла Мэри.

— «Кассандра, что произошло?» — взволнованно спросил Карл.

— Уходите! — крикнула она. — Оставьте меня!

Карл, не теряя времени, нашел запасной ключ и, вставив его в замок, открыл дверь. В ту же секунду дом изнутри потряс яростный рёв. Дверь распахнулась и на пороге предстала Кассандра, только что обратившаяся в гигантского волка. Это существо было огромным, его мускулы перекатывались под блестящей шерстью, а глаза горели яростным огнем. С громким рыком волк вырвался из дома и исчез в ночной темноте, оставив за собой лишь следы разрушения.

Спустя пару дней Карл решил найти кого-то, кто мог бы помочь Кассандре. Несколько лет он безуспешно пытался сам усмирить девушку и научить её держать силу под контролем, но всё было тщетно. Осознав, что обычными методами ситуацию не спасти, Карл прибегнул к крайним мерам. Он отправился в бар «Затмение», где часто собирались представители демонов. Сегодня ему нужно было встретиться с Инором — вожаком местной стаи волков.

Когда Карл вошёл внутрь, его окутала знакомая атмосфера заведения. Голоса посетителей смешивались с музыкой, создавая неповторимый гул, который заполнял помещение. Мягкий свет ламп, проникая сквозь табачный дым, придавал пространству таинственность, словно оно дышало этим густым облаком. Воздух был насыщен ароматами крепких напитков, которые переплетались с тонкими древесными нотками, исходящими от старого барного стола.

Он сразу почувствовал, что что-то изменилось. Раньше посетители были более осторожны друг с другом, особенно те, чьи расы веками враждовали. Теперь же ангелы и демоны сидели плечом к плечу, обмениваясь шутками и играя в карты. Время сгладило острые углы, хотя следы старой ненависти все еще проступали в глазах некоторых. Но большинство уже научились смотреть поверх различий, оставляя прошлое позади.

Инор сидел за столом вместе со своими товарищами, увлеченно играя в покер. Увидев Карла, он улыбнулся:

— Давненько тебя не было, — произнёс он, поднимаясь навстречу Карлу. — Что, ангелочки против посиделок с волками?

Карл усмехнулся, зная, что Инор любит подшучивать над ним: — Хм-хм… Нет, просто после наших встреч от меня пахнет псиной, — ответил Карл с лёгкой улыбкой.

Инор громко рассмеялся, что позволило немного разрядить атмосферу. Карл опустился на стул рядом с ним, погрузившись в наблюдение за игрой, но его разум продолжал блуждать среди воспоминаний о Касcандре.

Внезапно, словно резкий порыв ветра, дверь распахнулась, и внимание всех присутствующих переключилось на нового гостя, появление которого мгновенно изменило настроение в баре, наполнив его напряжением.

Высокий мужчина с ледяными зелёными глазами остановился на пороге. Его лицо было покрыто сетью тонких шрамов, а выражение казалось мрачным и угрожающим. Это был Ба́льтер, представитель расы Амо́ргов. От него исходили волны злобы и опасности, словно сама тьма окутывала его фигуру. Бальтер был окружён Аморгами, похожими на неподвижные глыбы скал. Казалось, что они способны выдержать удар молнии и остаться невозмутимыми.

Как появились Аморги:

В далёких временах, когда свет и тьма ещё боролись за господство над миром А́мос, отец хаоса и разрушений, охваченный тщеславием, решил оказать услугу ангелам Ве́льмоса, попавшим в безвыходную ситуацию. Однако, он ничего не делал бескорыстно. За свою помощь он требовал высокую цену — самое дорогое, что было у этих несчастных созданий: память, душу, сердце или саму жизнь. Каждый ангел, заключивший договор с Амосом, знал, что делает, но отчаяние часто затмевает разум. Отдав что-то бесценное, ангелы навсегда лишались возможности вернуться к создателю. Вельмос был непреклонен: он жестоко наказывал тех, кто искал помощи у сил тьмы. Каждому такому ангелу отсекали крылья, символизируя предательство. Эти создания становились изгнанниками, проклятыми навеки.

Но Амос не оставил своих новых подопечных в беде. Он даровал им новую силу, заменяющую утраченное. Вместо крыльев они получили возможность превращаться в гигантских волков, обладающих невероятной силой и жестокостью. Эти существа, известные как Да́ркасы, сочетали в себе божественное начало ангелов и тёмную природу демонов. Они стали могущественнее любого другого существа, и никто не мог противостоять им.

Со временем Даркасы осознали свою мощь. Они видели, что ни одна другая раса не может сравниться с ними, и поэтому решили развязать войну. Войну, которая должна была стереть с лица земли всех, кроме них самих. Они верили, что являются вершиной эволюции, и только они достойны властвовать над этим миром.

Когда Амос узнал о намерениях своих созданий, он понял, что допустил серьёзную ошибку. Желание сохранить своих демонов заставило его искать выход. Он обратился к своему брату, Вельмосу, с предложением заключить союз ради общей цели. Несмотря на глубокую вражду, Вельмос согласился, понимая, что угроза слишком велика, чтобы игнорировать её.

Так родился отряд Амо́ргов — воинов, чьей задачей стало уничтожение Даркасов. Вельмос изготовил для них оружие из чистого ангельского серебра, способного ослаблять любые магические силы. Амос же добавил к этому оружию особый ингредиент — пепел, который придавал ему дополнительную разрушительную мощь. Надев браслеты из этого материала, представитель любой расы становился беспомощен и уязвим.

Столкнувшись с массовыми истреблениями, Даркасы быстро поняли, что прямая сила больше не работает. Они изменили тактику, став хитрыми и коварными, скрывая свои истинные способности, пряча шрамы от отсечённых крыльев. Одни прикинулись ангелами, полагаясь только на светлую магию Вельмоса. Другие внедрились в стаи демонов, используя превращение в волка как главное оружие. Никто больше не понимал, где заканчивается один вид и начинается другой. Даркас мог оказаться кем угодно: благочестивым небожителем, хищным зверем или простым прохожим.

Эта новая стратегия сильно затруднила работу Аморгам. Со временем они начали уничтожать всех подряд, не различая друзей и врагов. Страх распространился по миру, и люди уже не знали, кому доверять: Аморгам или Даркасам. Кто из них представляет большую опасность? Мир погружался в хаос, и неизвестно было, когда эта бесконечная война закончится.

Возвращаясь в бар:

Бальтер небрежно уселся на свободный стул, затем закинул ноги на стол, демонстрируя полное отсутствие уважения к окружающим. На его лице играла фальшивая улыбка, словно маска, за которой скрывалась холодная сталь.

— Дорогие друзья, — начал он с лицемерной ноткой в голосе, — вы все знаете, зачем я здесь.

Его взгляд скользнул по лицам присутствующих и наконец остановился на Карле. Карл выдержал этот взгляд, сохраняя ледяное спокойствие. Спустя мгновение произнёс:

— Убирайся, Бальтер. Здесь нет того, что ты ищешь.

— Я всего лишь хочу предупредить вас, — продолжал он с притворной заботливостью. — Идёт война.

— Воюешь только ты, —проговорил Инор сквозь зубы. — Мы давно отошли от этих дел!

— Мой дорогой «волчонок», — мягко произнёс Бальтер, растягивая слова, будто наслаждался каждым мгновением, — война коснётся всех. Я предлагаю вам объединиться со мной и вместе выступить против Даркасов. Если нет... — его тон резко изменился, — мы просто перебьём вас всех.

Инор ощутил, как внутри него поднимается ярость, его терпение, казалось, было на исходе. Он не привык принимать угрозы, особенно такие откровенные. Гладь его взгляда потемнела, и в зрачках вспыхнула злоба, которая могла вырваться наружу в любой момент.

— Ещё раз повторяю, я в этом не участвую, — прошипел он, глядя прямо в глаза Бальтеру, будто стараясь заглянуть в самую душу. — Тронешь мою стаю, и я раздеру тебя на куски. Ты понял меня.

Не дождавшись ответа, Инор резко встал из-за стола и направился к бару, ощущая, как напряжение в воздухе становится почти осязаемым. Все замерли, ожидая дальнейшего развития событий.

— Не смей угрожать мне, щенок! — рявкнул Бальтер.

Он поднял руку, и воздух вокруг него наполнился невидимым потоком энергии. Из его пальцев вырвалась волна тонких, как лезвия, кинжалов, способных проникнуть через любую преграду. Лезвия стремительно летели в спину Инора, тот резко обернулся, почувствовав движение воздуха позади себя. Но Карл успел среагировать быстрее. Одним движением он перехватил одно из лезвий буквально у самого лица приятеля.

Инор взглянул на своих противников, и его магические силы быстро вступили в игру. Обладая способностью создавать иллюзии, он мгновенно ослепил их, вызвав в сознании образы хаоса и неразберихи. Всё вокруг закружилось в танце теней и света, создавая ощущение полной дезориентации.

— Ты же не станешь устраивать резню, «волчонок»? — прохрипел Бальтер сквозь зубы. — Помни, здесь находятся невинные люди. Не стоит их втягивать, верно?

Инор понимал, что любая атака может привести к нежелательным последствиям, его разум боролся с животной яростью. Он ощутил, как внутренняя энергия усиливается, заполняя каждую клеточку тела. Щеки покраснели, дыхание участилось, а пульс бешено бил в висках. Вскоре он почувствовал, как кости начинают хрустеть, а острые когти появляются на пальцах. Это была трансформация, знакомая каждому представителю его расы. Она означала конец человеческой слабости и начало настоящей силы.

— Лучше бы ты дослушал до конца, — произнёс Бальтер, его голос стал вдруг мягким и опасным, как шелест змеи в траве, — Кто-нибудь слышал про ангельские браслеты? — он сделал короткую паузу, позволяя словам повиснуть в воздухе. — Ну так вот, ещё одна выходка, и эти браслеты я применю первым делом на тебе.

Инору хотелось выплеснуть накопившуюся энергию, но он продолжал держаться как мог, и тщательно контролировал свои эмоции под давлением ситуации. Карл, стоящий рядом с ним, тоже чувствовал накал страстей, но сквозь нарастающее напряжение старался сохранять спокойствие.

— Держи себя в руках, Инор, — сказал Карл, стараясь успокоить его.

После отказа заключить союз Бальтер, и его приспешники развернулись и покинули бар оставив после себя неприятный осадок злобы и лицемерия, который продолжал висеть в воздухе, как тень.

— Чуть-чуть, и это лезвие торчало бы у меня между глаз, — пробормотал Инор.

Карл посмотрел на него с лёгкой усмешкой.

— Да, теряешь хватку. Может, стоит меньше времени проводить в баре?

Инор криво улыбнулся в ответ.

— Ну что ж, за мной должок, — признал он.

Проведя пальцем по острию лезвия, Карл вспомнил о Кассандре:

— Знаешь, есть кое-что... Нужна помощь, но не мне, а волку. — пояснил Карл.

Идея стать нянькой вовсе не вызвала у Инора восторга, но, заметив растерянность на лице Карла, он не смог ему отказать.

В этот момент парни из стаи Инора, наблюдавшие за происходящим у покерного стола, переглянулись.

— Бальтер просто так от нас не отстанет, — произнёс Уго, задумчиво постукивая фишками. Он единственный сохранял относительное спокойствие, пока остальные сжимали кулаки.

— Предлагаю альянс, — тут же вклинился Карл, опережая возможные возражения. — Временный. Между демонами и ангелами в рамках наших коалиций.

Карл всегда умел смотреть на три шага вперёд.

Инор долго молчал, глядя куда-то сквозь собеседников. Наконец, он наклонился вперед, опираясь локтями о стол. — Допустим, — медленно протянул он. —Моя стая готова объединить силы против общей угрозы, но как ты собрался убедить в этом ангелов?

— А над этим мне предстоит подумать, — наконец признал он.

Собираясь с мыслями, Карл пытался придумать, как лучше преподнести эту информацию ангелам. Он понимал, что идея вряд ли придётся им по вкусу, но другого выхода не видел. После столкновения с Бальтером ему потребовалось несколько дней тишины, чтобы выстроить новую стратегию. Осознав, что полумеры больше не работают, он принял решение. Собрав семью и самых верных друзей в особняке, мужчина приготовился к тяжёлому разговору.

Вечером дом гудел, как растревоженный улей. Гостиную заполнили самые близкие, рассевшись вокруг стола, который буквально прогибался под тяжестью угощений. Однако на лицах собравшихся читалось нечто большее, чем простое удовольствие от вкусной еды и приятного общества.

— Так давно не собирались все вместе, — заметила Виола, оглядываясь вокруг. Её голос звучал тепло и немного ностальгически.