Не мечтай о нас

Christina Rain

KNIGHTSTONE ACADEMY: Begehre uns nicht

Copyright © 2023 by Christina Rain

© Жукова А., перевод на русский язык, 2025

© ООО «Издательство «Эксмо», 2026

Академия Найтстоун – это не Хогвартс.

Мы управляем стихиями, но это не означает, что мы играем в «Аватар».

Мы, студенты, – не твои друзья.

Профессора академии не станут утешать тебя и держать за руку, если ты споткнешься и разобьешь свой милый носик.

Вероятность того, что ночью на территории кампуса тебя выпьет вампир или загрызет оборотень, выше, чем вероятность закончить четырехлетнюю программу бакалавриата в Найтстоуне живой.

Так зачем ты вообще пытаешься?

Это место не для тебя.

И раз уж мы об этом заговорили – эта книга не для тебя, если ты ожидаешь встретить здесь беззубых самоотверженных магов, которые тратят свои силы на героические поступки, спасают своих возлюбленных от таящихся в темноте монстров и одновременно предотвращают конец света.

Мы и есть чудовища во тьме. Мы призываем апокалипсис. Мы принесем тебе погибель и насладимся тем, как ты послушно встанешь на колени.

1

Сайлас

Я делаю глубокий вдох, входя в зал. Воздух душный и теплый от бесчисленных зажженных свечей, пахнет сексом. По2том и похотью, если быть точным.

Позади меня захлопываются створки массивной деревянной двери, и я возвращаю старинный ключ в карман брюк, вмиг ставших слишком тесными. Черт. Похоже, мой мозг устроен так, что у меня встает, стоит только войти в эти залы. А может, дело в громких стонах, которые эхом отражаются от высоких сводов и точно отдаются в моем теле, напряженном от предвкушения.

Лето было долгим. Три месяца, которые мы провели вдали от этого места, кажутся вечностью. Конечно, я не соблюдал воздержания все каникулы, однако ничто не сравнится с очарованием вечеров, которые мы с лордами проводим в своем собственном королевстве.

– Стоун! Наконец-то и ты здесь, – приветствует меня Логан, до упора погрузившись в одну из наших леди. Остальные собрались поодаль. Нетрудно догадаться, чем они там занимаются. И услышать это.

– Самое лучшее следует оставлять напоследок, не так ли?

– От Эбигейл вообще вряд ли что останется! – задыхаясь, кричит он мне вслед, в то время как я преодолеваю ступени, ведущие к плите древнего алтаря.

Мой взгляд скользит по однокурсникам. Их обнаженные, хорошо натренированные тела блестят от пота. Семь. Семь из двенадцати лордов собрались вокруг каменного стола для жертвоприношений, и по меньшей мере двое из них глубоко поглощены Эбигейл, вид которой не пробуждает во мне никаких эмоций.

Первым меня замечает Айзек. Он отрывает затуманенный взгляд от глубоких голубых глаз девушки и одаривает меня улыбкой. По его позе я понимаю, что Эби изо всех сил старается доставить Айзеку удовольствие.

Достаточно. Извини, бро.

Стоит мне достичь последней ступени лестницы, как я оказываюсь достаточно близко, чтобы нащупать ауру Эбигейл. В моем сознании она подсвечивается теплым оранжевым цветом. Сосредотачиваюсь, тянусь к ней и…

– Эй! – выругавшись, кто-то громко протестует, а затем раздается удивленный возглас.

Я весело наблюдаю, как разбегаются мои однокурсники. Те, что стояли ко мне спиной, оборачиваются и поспешно расступаются, чтобы дать мне возможность наконец разглядеть Эбигейл. Пару секунд назад ее обнаженное стройное тело лежало на алтаре, а теперь в той же позе зависло в полуметре над каменной плитой. В воздух девушку подняли невидимые руки. Ну, не совсем руки, конечно. В сущности, ее удерживает только моя сила воли. Мне достаточно одной мысли, чтобы подбросить Эби высоко в воздух и уронить на пол, и никто не успеет поймать девушку, не дав ее черепу расколоться о камень.

Вмиг оробевшая брюнетка, похоже, в курсе моих способностей, поэтому судорожно поворачивает голову и смотрит на меня широко раскрытыми глазами. Волосы Эбигейл спадают с плеч темным водопадом, а руки безвольно свисают вниз, в то время как она парит над нами, практически полностью парализованная. Распухшими красными губами она произносит мое имя, но изо рта не вырывается ничего, кроме хриплого стона.

Очаровательно. Можно подумать, она меня боится.

Похоже, девушка знает, в чем провинилась и что я тоже об этом осведомлен.

– Ты нарушила контракт, – буднично произношу я с безразличием в голосе. Однако фраза звучит достаточно громко, чтобы ее услышал каждый лорд. – Назови хоть одну причину, почему я не должен немедленно вышвырнуть тебя на улицу и оставить на растерзание вампирам. А еще лучше – отдать оборотням. Полнолуние будет как раз на следующих выходных.

Уголки моего рта кривятся в язвительной ухмылке, но рассудок остается холодным. Несмотря на возбуждение, я в состоянии отделить чувства и разум от похоти.

Эбигейл бледнеет. Должно быть, она вспомнила, что в прошлом семестре случилось с Саванной. Она была нашей третьей леди – пока с ней не расправились оборотни. Наш орден состоит из двенадцати лордов; кроме того, в нем есть три места для леди. Они – единственные девушки, которые могут войти в тайное общество, получить ключ от церкви и узнать, какие мы на самом деле. Леди подписывают контракт, согласно которому предоставляют нам собственные тела ради нашего удовольствия и клянутся хранить тайны ордена. Никто из посторонних не должен узнать ни о нас, ни о том, что происходит на встречах. Взамен девушки становятся частью тайного общества, которое приведет их к славе, власти и выгодным бракам. На время обучения девушкам запрещено спать с кем бы то ни было, кроме нас. Они принадлежат нам – и мы предоставляем им более чем достаточно возможностей развлечься. Удивительно, что кому-то может быть мало двенадцати мужчин. Тринадцати, если считать Каина. Я мог бы закрыть глаза на то, с кем Эбигейл спит на каникулах, но она воспользовалась нашим ключом, чтобы осквернить наш чертог присутствием незнакомца.

Как низко для настоящей леди. Однако этот случай, пожалуй, лучшее доказательство того, что ни в ком из нас не осталось ни порядочности, ни благородной крови. Когда-то члены ордена были настоящими лордами и леди, но теперь эти титулы – пустые слова, которые мы носим подобно маскарадным маскам. Их мы дарим самым выдающимся студентам Найтстоуна, которые достойны стать частью высшего общества еще до окончания учебы. Здесь они смогут завести полезные знакомства с магами, которые уже через несколько лет будут править миром. Здесь, в этом помещении, находится будущее всей магической элиты.

А сейчас ее представители стоят передо мной со спущенными штанами. Эта мысль могла бы порадовать меня, однако я лишь спокойно наблюдаю открывшуюся взгляду картину.

– Отпусти меня, Сайлас. Мне очень жаль! Такого больше не повторится, – умоляет Эбигейл, пытаясь вырваться из магического захвата. Я вижу, как дергаются ее пальцы и подгибаются ноги: пошевелиться сильнее она не сможет, пока я ей этого не позволю.

– Каждое здание в этом кампусе, каждый чертов камень принадлежит моему отцу. Думаешь, Стоун не узнает, что на его территорию проник посторонний? Мы, лорды, дали тебе ключ с одной-единственной целью: чтобы мы могли брать тебя здесь, когда нам вздумается. А вовсе не для того, чтобы за нашими спинами ты раздвигала ноги перед жалким Знающим. – Я выплюнул это слово, будто ругательство.

Нельзя сказать, что я считаю себя лучше других потому, что обладаю магическими способности и рано научился их контролировать, – ну, может, разве что самую малость. Но это действительно позор для каждого из нас: леди привела в наше святилище смертного. Предала нас, как обычная подстилка. Найти верную женщину в наше время сложнее, чем жертву для запрещенного магического ритуала.

По рядам моих сокурсников пронесся шепот. Похоже, кровь наконец прилила к их мозгам, и они осознали, что я только что сказал.

– Если это правда, мы должны наказать ее, Стоун. Разложим девчонку так, чтобы прочувствовала всю тяжесть своего проступка, – предлагает Уайатт, мускулистый маг огня, на курс старше меня, один из самых старших в ордене. Он учится на последнем курсе, а мы с Айзеком только начали получать степень магистров. Тем не менее все они слушаются меня – скорее всего, благодаря моей фамилии.

– Я могу просто выбросить ее в окно головой вперед, – холодно замечаю я и бросаю взгляд на витражи. Это зрелище могло бы немного поднять мое настроение после дерьмового дня и неприятного разговора с отцом.

– Нет! Пожалуйста, не надо! – визжит Эби, которая, похоже, понимает, что я не в настроении и действительно способен на нечто подобное.

– А в чем будет удовольствие для нас? – вмешивается один из лордов.

– Я нужна вам! Я всегда добываю для вас полезную информацию. Грег и Торн выпустились в прошлом семестре, и теперь вам нужно найти двух новых лордов и одну леди! – кричит девушка.

– Двух леди – с этой Стоун сейчас расправится, – бормочет один из младших студентов.

– К чему ты клонишь? – резко спрашиваю я Эбигейл, вновь обратив внимание на обнаженную брюнетку. Она маг воды, студентка четвертого курса и дочь члена приемной комиссии Найтстоуна. Больше о ней практически ничего не известно, за исключением того, что она хороша в постели. В последние семестры Эбигейл прилежно докладывала нам, когда в академию принимали перспективных новичков, чтобы мы знали, к кому стоит присмотреться в начале учебы, чтобы впоследствии пригласить к себе. Кроме того, у ее отца есть досье на каждого студента Найтстоуна, поэтому она может узнать все, что нас интересует.

Именно поэтому два года назад мы предложили ей стать нашей леди, и по той же причине я до сих пор не выбросил ее на улицу, разбив витражи на высоких окнах. Хотя мои руки так и чешутся покончить с ней за раздражающее нытье.

– В Найтстоун поступает наследник Сэмюэла Найта!

Все внутри меня застывает. Что она сказала?

На секунду я забываюсь, и Эби падает вниз сантиметров на двадцать, прежде чем ее испуганный вскрик возвращает меня в реальность, и я подхватываю девушку в воздухе на расстоянии вытянутой руки от каменной плиты, с которой едва не соприкоснулась спина Эбигейл.

Мое сердце гулко колотится о ребра.

– Что ты сказала?

Делаю правой рукой едва заметное движение, притягивая парящую Эби к себе, приводя ее в вертикальное положение, отчего ее длинные иссиня-черные волосы спадают на пышные груди.

Я останавливаю ее тело в нескольких сантиметрах перед собой. Босые ноги Эби почти соприкасаются с каменным полом, и я могу взглянуть прямо в ее глаза с расширенными от ужаса зрачками.

Ее взгляд испуганно мечется туда-сюда. Несколько раз моргнув, девушка прикусывает нижнюю губу.

– Отец говорил, что сын Найта поступит в академию под другим именем, чтобы никто не узнал, кто он на самом деле. Его усыновили несколько лет назад, и он больше не носит прежнюю фамилию. Но заявление было подано более четырех лет назад, и в нем указаны имена Сэмюэла и Миранды Найт. Я расскажу вам, как теперь зовут наследника Найта, – выдыхает Эбигейл, пытаясь оглядеться вокруг в поисках помощи. У нее нет возможности повернуть голову, поэтому ее отчаянный взгляд натыкается только на меня.

Дерьмо. Я чувствую, что она говорит правду, хотя и не обладаю даром телепатии. Сейчас, наверное, даже человек понял бы, что Эбигейл не лжет.

Я делаю шаг к Эби и крепко сжимаю ее горло, в тот же момент развеивая магию, удерживающую ее в воздухе, и девушка начинает задыхаться в моей руке. Нужно принять решение в считаные секунды. Лордам не терпится услышать, как зовут наследника Найта, но я хочу быть единственным, кто об этом знает. Я должен быть единственным.

Другие, должно быть, были бы рады принять его в наши ряды, но они не знают того, что известно мне.

Нога сына Найта никогда не ступит в наш орден. Я скорее отрублю себе обе руки и скормлю их оборотням на День благодарения, чем позволю ему стать одним из нас. Если отпрыск Найта осмелится объявиться в кампусе, он пожалеет, что вообще родился на свет.

Я отпускаю горло Эби, лицо которой успело приобрести темно-красный оттенок, и, задыхаясь, девушка падает передо мной на колени. Измученная и рассерженная, она смотрит на меня, пытаясь подняться, но я одной рукой удерживаю ее на полу.

Я должен заткнуть ей рот, пока остальные лорды здесь. Позже мы останемся наедине, и она сообщит имя наследника Найта лично мне. А пока…

Я расстегиваю ремень, и через мгновение оказываюсь рядом с ней.

– Кое на что ты определенно годишься, – заявляю я с усмешкой в голосе и ощущаю, как присутствующие в зале лорды расслабляются и у них повышается настроение. Мое поведение означает, что ей разрешено остаться в живых – пока что. Остальное проясним позже.

Я не позволяю Эбигейл ответить на повисший в воздухе вопрос, вместо этого резко врываясь в ее рот, который она неохотно, но покорно открывает. Послушная. И хотя за последние несколько минут у меня пропало всякое желание, я зарываюсь рукой в черные волосы и притягиваю голову девушки, делая то, чего от меня ожидают.

Черт. А она не так уж плоха.

Она почти заставляет меня забыть о бомбе, что тикает где-то внутри с того момента, как в стенах церкви прозвучала фамилия Найт. Почти.

Как Сэмюэл Найт посмел отправить своего ублюдка в академию?

Я не позволю этому сукиному сыну своим присутствием втоптать в грязь наследие моей семьи. Он не переживет и недели в этом кампусе. Если потребуется, я…

– Ах, – тяжело выдыхаю я, когда Эби начинает двигаться быстрее и интенсивнее. Грубая животная похоть разливается по венам. Я закрываю глаза, все глубже и глубже погружаясь. Если потребуется, я убью его.

Добро пожаловать в академию Найтстоун.

Приемная комиссия тщательно изучила материалы Вашего заявления и рада предоставить Вам место на первом курсе, а также жилую комнату на территории кампуса. Первый семестр начинается 15 августа 2022 г. Процедура определения особых способностей проводится за неделю до начала учебы и длится несколько дней. По результатам тестирования будет скорректирован набор изучаемых Вами дисциплин, а также Вы будете определены в соответствующую учебную группу.

Обратите внимание, что каждый студент первого курса обязан пройти вступительные испытания даже в случае, если ранее у него уже была выявлена особая способность.

Способность, обозначенная в заявлении:

Для зачисления в академию необходимо лично явиться в секретариат с 05.08.2022 по 08.08.2022, не позднее 09:00. Вам будет выдано расписание на текущий семестр, даты всех вступительных и ознакомительных мероприятий, а также Вы будете определены в жилой корпус.

Мы будем рады видеть Вас в кампусе и сопровождать на пути к получению высшего образования.

Дополнительная информация о доступе в здание академии и графике заселения будет предоставлена в начале августа.

Данное уведомление о зачислении теряет силу в случае, если Вы не явитесь в академию и не получите вышеуказанные документы в означенный срок.

2

Хэйден

Вы верите в магию и чудеса?

Я вот верила раньше. Верила во все: фей, волшебство, сказки, любовь до гроба и в судьбу – до рокового дня, когда умерли мои родители. С тех пор любая магия для меня исчезла, и долгое время я не могла поверить совершенно ни во что. Единственное волшебство, которое я все еще способна ощутить, просыпается, стоит мне начать танцевать. В такие моменты мир вокруг словно замирает.

Все изменилось месяц назад, когда я получила письмо, заставившее меня усомниться в своих убеждениях. После разговора с тетей Бет у меня было три недели, чтобы все осознать, но… Увидеть это самой – нечто совсем иное.

Не веря собственным глазам, я всматриваюсь в окно такси.

Только что мы ехали по одной из улиц Нью-Йорка в середине плотного потока автомобилей, затем свернули на узкую улочку, и что теперь? Я не понимаю, где нахожусь. Я, черт возьми, не понимаю абсолютно ничего, но могу с уверенностью заявить, что мы уже не в Нью-Йорке.

Черт, значит, это правда. Мой взгляд скользит по пышным зеленым насаждениям, а желудок совершает головокружительные кульбиты. Наклонившись вбок, я с любопытством выглядываю из-за водительского сиденья. Мы подъезжаем к огромному огороженному поместью. Оно напоминает небольшой замок или по меньшей мере загородное имение, которое раньше принадлежало какому-нибудь лорду. Наша машина – не единственная на широкой мощеной улице. Прямо сейчас мы медленно двигаемся среди бесчисленного множества других такси и черных лимузинов, которые со скоростью улитки приближаются к кованым воротам.

– Мы уже приехали? – задаю я вопрос, ответ на который очевиден, и, обернувшись, выглядываю в заднее окно автомобиля. Все, что я вижу, – это еще одна машина и несколько прохожих, идущих рядом с автоколонной: никакого логического объяснения тому, как мы вдруг перенеслись сюда из центра Большого Яблока. Большинство прохожих – молодые люди лет восемнадцати-двадцати. Одни катят за собой чемоданы на колесиках, другие надели через плечо объемные дорожные сумки.

– Итак, мисс Скотт, я могу высадить вас прямо у ворот.

– Сколько я вам должна? – интересуюсь я, в поисках бумажника зарываясь в небольшую коричневую сумку на длинном ремешке. Наличных у меня с собой немного, надеюсь, их хватит. В конце концов, недостающую сумму можно перечислить онлайн. Трудно было заранее предположить, насколько долгой (и дорогой) окажется эта поездка, да и тетя Бет не слишком помогла мне с расчетами.

– Нисколько, мисс Скотт, – отвечает водитель. – Первокурсники Найтстоуна не платят за дорогу до академии.

– О! Ладно, – со смесью смущения и облегчения я убираю бумажник обратно в сумочку.

Три месяца назад я планировала окончить школу, по гранту поступить в Джульярд, обучаться танцам и в один прекрасный день выступить в крупнейшем театре балета в стране. Три недели назад я и представить не могла, что магия действительно существует. Что все те сказки, которые мама читала мне в детстве перед сном, были правдой. А три часа назад я сомневалась, стоит ли садиться в прибывшее за мной такси, и не знала, как объяснить водителю, куда направляюсь: места назначения не было ни на одной онлайн-карте.

Но сейчас я здесь. У ворот академии Найтстоун.

Когда таксист останавливается на одном из освободившихся парковочных мест, расположенных под огромной каменной стеной, я благодарю его и открываю дверь автомобиля. Меня обдает свежим, теплым воздухом, который не идет ни в какое сравнение со смрадом Нью-Йорка.

Ошеломленная, я выхожу из машины и оглядываюсь по сторонам.

Где, черт возьми, мы находимся? Чисто географически?

Водитель, мужчина средних лет со вьющимися каштановыми волосами, тем временем тоже вышел и обошел автомобиль.

– Здесь всегда так людно? – спрашиваю я, оборачиваясь на лимузины и такси, ожидающие свободного места.

– Вчера и сегодня – дни заезда, – лаконично объясняет он, доставая мой чемодан из багажного отделения.

Я с благодарностью принимаю его, ставлю на колесики и вытягиваю ручку.

– Так, сейчас мне нужно пройти в эти ворота?

Убрав за ухо надоедливую прядь волос, я указываю на вход, через который на территорию академии струится нескончаемый поток молодых людей. Большинство из них одето в белые блузки или рубашки, на девушках – юбки в темную клетку. А, потрясающе.

Я опускаю взгляд на себя. Похоже, надеть выцветшие голубые джинсы и простой топ, открывающий живот, было не самым лучшим решением. Всеми фибрами души я сомневаюсь в том, что попала в нужное место. В пригласительном письме не было ни слова о дресс-коде.

– Мисс, вы не получили карту? – уточняет водитель, захлопывая багажник.

– Получила… Она у меня с собой.

– Ну, вот видите. Все будет хорошо. Успехов вам.

А если нет? Как мне вернуться в Нью-Йорк, если с этим местом не сложится? Однако задавать вопросы уже поздно. Водитель вернулся в такси и захлопнул дверь. С вежливой улыбкой он кивает мне через окно и заводит двигатель.

Дерьмо. Растерянная, чувствуя, как замирает сердце, я смотрю вслед машине, пока чей-то гудок не напоминает, что парковочных мест не так много и мне стоит убраться с дороги. Я быстро прихожу в себя и отхожу на тротуар, чтобы никому не мешать.

Аллилуйя, я действительно здесь. Вместо того чтобы поступить в высшую школу своей мечты, за возможность учиться в которой тысячи студентов по всему миру готовы поубивать друг друга, я собираюсь поступить в академию, о существовании которой даже не подозревала, пока не получила письмо о зачислении. Тем не менее именно ее выбрали для меня родители. Когда-то они и сами учились здесь, если, конечно, тетя Бет меня не обманула. Любой подросток, в детстве читавший «Гарри Поттера», отдал бы все за возможность оказаться в подобном месте.

На мгновение у меня в голове проносится мысль, что все это – какой-то масштабный розыгрыш. Тетя Бет просто веселила меня, рассказывая истории о магии и колдовстве, не рассчитывая, что я восприму их всерьез. Однако затем я осознаю, что Бет никогда не стала бы шутить о моих родителях. Ей бы и в голову не пришло рассказывать о них небылицы. Кроме того, она очень серьезно относилась к моей будущей карьере. Но что же тогда все это значит?

Я здесь, чтобы найти ответ на этот вопрос.

Взвалив на плечо сумку, я берусь за ручку своего старого, потертого чемодана, у которого нет одного колеса, и тащу его за собой по брусчатке. Хотя сейчас еще раннее утро, августовское солнце уже нагревает мои темные волосы и обжигает каждый сантиметр открытой кожи. Внутренне я проклинаю себя за то, что заранее не нанесла солнцезащитный крем, но в Нью-Йорке сегодня утром было пасмурно. Кто бы мог подумать, что я окажусь не просто в другом городе, а в другой климатической зоне? Надеюсь, меня быстро заселят в комнату, и я смогу убедиться, что не забыла взять с собой тюбик крема от солнца.

Серьезно, Хэйден, сейчас это – твоя главная проблема? Солнце? В то время как ты поступаешь в колледж, полный магов, вампиров и им подобных?

Остается надеяться, что хотя бы часть рассказов о пьющей кровь нежити – плод богатого воображения моей тети. Они с дядей – обычные люди, поэтому Бет мало что могла рассказать о магии или академии. Ума не приложу, как она и мои родители так долго держали рот на замке. Святое дерьмо. Меня словно затягивает в черную дыру, и я даже представить себе не могу, что меня ждет внутри. Смогу ли я выбраться живой из нее? И есть ли у меня выбор?

Даже если он был раньше, сейчас об этом размышлять слишком поздно.

Я вхожу в черные кованые ворота, над которыми в нескольких метрах над землей красуются размашистые буквы «НС» и герб, точно такой же, как в моем письме о зачислении.

Не падай духом. Все будет хорошо. Они поймут, что у тебя нет никаких магических способностей, и отправят обратно домой. Тогда ты сможешь, как и планировала, поступить в Джульярд. Там ты будешь придерживаться легенды, согласно которой пропустила первые несколько дней учебы из-за гриппа.

Но действительно ли это то, чего я хочу?

Все мысли растворяются в воздухе, когда передо мной появляется кампус. Я замираю как вкопанная, глядя на огромную лужайку, над которой возвышается здание в форме подковы. Светло-коричневый песчаник, бесчисленные эркеры в темных рамах и романтичные остроконечные крыши придают академии старинный вид. Прямо перед главным зданием находится небольшой фонтан, окруженный кустами самшита и цветочными клумбами.

Это просто потрясающе. Не сравнить с нью-йоркскими каменными джунглями.

Толчок сзади возвращает меня в реальность, он настолько резкий, что с плеча соскальзывает ремень сумки.

– Эй! – Я недовольно вскрикиваю и оборачиваюсь к человеку, который только что чуть не сбил меня с ног. Мимо, не удостоив меня и взглядом, энергичным шагом проходит девушка с длинными светлыми волосами. Ее короткая темно-синяя юбка в зеленую клетку развевается вокруг открытых бедер, подчеркивая чертовски длинные стройные ноги.