Няу Мя (у). Сказка для детей

Почему он — Котёнок Няу Мя?

Когда я был совсем маленьким слепым котёнком моя хозяйка Варя (коллеги по работе называли её Варвара, а для меня она была Варей) дала мне кличку «Няу Мя», осознанно исключив букву «у».

Она была переводчиком по профессии, тогда её интересовали «мёртвые», а порой даже редчайшие языки и диалекты народом мира.

Например, один из них — суахили, где слово «nyau» означало «кошка» и «мяуканье». Только я кот и мяукать я совсем не любил, но периодически приходилось.

«Мяукающая кошка», а точнее, кот, который большую часть своей кошачьей жизни любил сон, умиротворение и тишину. Вот так и появилась моя кличка или имя, как сказала однажды Варя.

Мы с Варей впервые встретились на улице. Она шла, задумчиво смотря в даль свинцовых туч на небе. Я почувствовал её приближение. Неспеша пополз в темноте навстречу (на тот момент был ещё слепым, отроду мне было дня три), в сторону еле слышных шагов. Полз я с обочины тротуара, где до этого заботливо, прикрытый вчерашней газетой, лежал в картонной коробке.

Я дрожал. Начинался дождь.

— Ой, кто это у нас тут такой миленький, какое чудо, — услышал я её звонкий голос.

— Мя, — сказал я. Это означало — «не уходи!». Это было одно из немногих «мяу».

Варя взяла меня на руки и крепко прижала к себе. Мне уже никуда не хотелось уползать из этих рук.

Это были руки заботливого и доброго человека. Я мурлыкал и задремал, что означало — «даю согласие, чтобы меня забрали с собой».

Девушка забежала под навес у магазина. Дождь начал беспощадно хлестать город N., в котором мы тогда и встретились, а после и жили. С каждой минутой всё сильнее и сильнее, отстукивая свой чечёточный ритм по асфальту, дорогам, крышам, людям, не собираясь прекращаться. Я люблю дождь потому, что именно он подарил мне мою Варю. Мы стояли прижавшись друг к другу: я уже безмятежно спал, она смотрела на плачущее небо и на меня, улыбаясь уголками губ.

Её нежный взгляд говорил о том, что теперь нас двое, что у котёнка появился дом с хозяйкой.

Мгновение, остановись!

«Я не умею скучать»

Время шло, я рос. Глаза у меня были изумрудного цвета, по мнению Вари. Я был непонятного окраса: дымчато-голубоватый, между ушами белое пятнышко и кончики ушей белые, две передние лапы — чёрные, а две задние — белые.

Как говорила Варя: «Ты словно ходишь в белых башмачках, но нечайно подскользнулся и залез передними лапами в чернила, полностью замазав их».

Варя купила мне серый ошейник, где на серебряном медальоне было выгравирована моя кличка- имя «Няу Мя». Оттенок ошейника с медальоном сливались с моим окрасом.

Я любил лежать на подоконнике в солнечную погоду, но при этом сидеть на диванных подушках в дождливую, порой уткнувшись носом и под подушку, но всё же на подушках сиделось лучше и мягче.

Варя очень много и часто просматривала и прослушивала аудио и видеозаписи на иностранных языках, общалась по видео-связи с иностранцами и иностранками. И я вместе с ней, устроившись удобно на диване. Слушал-слушал миллионы иностранных слов и диалектов. Мы вместе смотрели о жизни людей той или иной страны. Как-то раз я увидел страну, со смешным названием Древний Египет. Из документального фильма я узнал, что кошки считаются там священными. Меня этот факт порадовал и даже захотелось посетить Египет. Наверное, меня можно считать котом-полиглотом.

Однажды, когда Варя задержалась на работе, а затем в продуктовом магазине, со мной случился курьёзный случай, который послужил началом моих приключений. Злоключениями я их точно не назову.

Был жаркий, летний день. Утро. Я сидел на подоконнике, окно было открыто, между мной и улицей была москитная сетка.

Я дремал, солнышко прегрело меня.

И тут на карниз присела птичка. Она горделиво, высокомерно и небрежно посмотрела в мою сторону, думая, что защищена. Она начала дразнить меня.

— А кто это тут? Хммм, кот, хахах! — надменно прочирикала Птица.

Я уже не дремал, что-то смутное начало просыпаться во мне. Как я понял позже — это был древний охотничий инстинкт.

Она повернулась ко мне спинкой со своим переливающимся чёрным окрасом. Несколько секунд и я молниеносно прыгнул. Прямиком на москитную сетку. Горделивая птица встрепенулась и полетела ввысь. Я тоже полетел. Только вот не вверх, а вниз. Вместе с москитной сеткой. Я не знал, что она не закреплена надёжно. Я в ту минуту совсем ни о чем, кроме этой птицы, не думал. Упав на землю с третьего этажа на все лапы, адреналин заиграл во мне всеми красками. Это был и эмоциональный всплеск, голова кружилась. Спустя некоторое время всё прошло. Отряхнув лапы, отойдя от страха и шокового состояния, если можно так сказать, я спрыгнул с сетки и огляделся вокруг.

Мир показался значительно больше, чем через окно нашей квартиры!

Во дворе было бесконечное движения от спешащих муравьев до играющих в прятки и лапту детей разного возраста.

Несмотря на то, что я знал дорогу до нашей квартиры. По Вариному запаху, в том числе. Я решил недолго прогуляться до её возвращения. Муравьи, гусеницы, бабочки, осы и пчёлы, стрекозы и кузнечики, мухи и мошки, жуки и пауки, дети: всё казалось нереальным. Играя с детьми, бегая за бабочками, я незаметно удалялся с нашего двора всё дальше и дальше.

Я бежал по ранее неизвестным местам. Всё вокруг казалось необычным, увлекательным, даже головокружительным. Я бежал то за бабочками, то за детьми, то один, сам по себе, то играл, как с клубком, с метлой дворника, который отгонял меня.

И вдруг я неожиданно и резко остановился потому, что ощутил, что стало темнеть.

Сгущались сумерки. Я никогда не был на улице в такое время! Неподалеку стоял небольшой грузовик, из которого доносился манящий запах. Дверца была приоткрыта. Я подошел и запрыгнул в него, как оказалось в грузовике находилось много ящиков, но мне нужен был один из них. Это деревянный ящик с мясными деликатесами, в том числе, с любимыми мной сосисками. Кто-то неспеша закрыл железную дверцу грузовика и он незаметно для меня поехал. Я увлечённо и жадно ел в ту минуту, проголодавшись за столь длинный день. Наевшись, от тряски по неровной дороги, я задремал.

Проснулся от звука сдвигающегося засова. На небе уже давно зажглись звёзды. Была глубокая ночь. Я вскочил, шерсть ощетинилась, глаза в темноте загорелись. От неожиданности мужчина, открывший дверцу грузовика, вскрикнул.

Затем мне прямо в глаза ударил свет от фонаря.

— Испугал. Это всего лишь Кошка! — облегчённо сказал мужчина.

— Мя, — ответил я. Это означало то, что «я — не кошка, а кот» и о необходимости выбраться поскорее из грузовика.

— Ты кот или кошка? Ах, ты, проглот, столько съесть, что же я завтра буду кушать? — слегка сердито, но всё же по-доброму вскликнул мужчина.

— Мяяя? — спросил я. Это означало, что я поинтересовался: «Я- кот! Неужели я так много съел? Простите, сэр!» — добавил я. Варя приучила меня быть не только вежливым, но и своевременно извиняться.

— Видимо это знак, — прошептал мужчина.

Мужчина позвал меня и я ведомый неизвестностью пошел к нему навстречу, словно под гипнозом, как когда-то к Варе, но тогда я был слепой малыш, а сейчас уже кот-подросток.

Мужчина взял меня на руки, они пахли бензином и мазутом, чем-то неуловимым. Я послушно подчинился.