Про Дуняшу. Повесть о детстве

© Владимир Критский, 2018

ISBN 978-5-4490-3836-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

«В золотую пору малолетства

Всё живое счастливо живёт»

Н. А. Некрасов, перевод

из Элизабет Браунинг

Дуняши Алексеевой

Действующие лица повести

ДУНЯША – Дунечка, Дуня, робёнок, наш ребёнок, наш пострел, дружок,

наш юный друг, главный

повар, архитектор, зодчий – внучка

БАБУШКА – бабушка Дуняши, Люба, Любанька, Любаша.

МАМА – мама Дуняши, Маша.

ПАПА – папа Дуняши.

ЮЛЯ, ДАША, МАРИНА, ЛЕРА – подруги Дуняши.

ЛЁВА, ТИГРА, ПЕТУШОК ПЕТЯ, КОТ, ПОПУГАЙ, собачка Буча – мягкие китайские игрушки, друзья Дуняши и деди.

ДЕДЯ – старый дед, старик – друг и дедушка Дуняши, автор этой книжки.

Эта книжка написана исключительно для дедушек, у которых одна любимая внучка; в виде исключения её могут читать дедушки, у которых один любимый внук или несколько внучек и внуков, а также бабушки; и только в виде особого исключения – все остальные.

Первое вступление

В том углу,

где стол мой письменный,

Где диван мой обитал,

Без забот и сует, мысленный

Мой счастливый дух витал.

О еде забыв, о зелии,

Дверь задвинув на засов,

Я провёл немало в келии

Чистой радости часов.

Никому я зла не делывал;

Пусть неважны, пусть плохи,

Знай себе, весь день отделывал

Да заканчивал стихи.

В них пытался я пошучивать,

А концы их, пусть грешно,

Так старался я закручивать,

Чтобы было всем смешно.

Лёгким слогом, без мучения,

Рисовал я все подряд

Наши с Дуней приключения;

Перед вами – результат.

Второе вступление

Март воздушен за рамами,

Воздух в форточку прёт;

В парк сияющий с мамами

Вышел малый народ.

Каждый бегает, носится,

Словно туз козырной,

И далече разносится

Крик и визг озорной.

Дружим с лужицей, с горкою!

Пока медлит гроза,

И покуда шестёркою

Не побили туза —

Развлекайся и радуйся

Закадычным друзьям,

Потеплению градуса

И в кусте воробьям!

ПЕРВОЕ ЗНАКОМСТВО

(Дунечке полгодика)

Чтобы с Дуней остаться,

Я пришёл в первый раз.

Уж пора собираться —

Маша, в вуз торопясь,

Извлекла из кроватки

Свой кулёчек родной,

Сон нарушив ей сладкий, —

Для знакомства со мной.

К ней прижался ребёнок

И ударился в рёв,

Испугавшись спросонок

Бороды и усов.

В день безоблачно ясный

Ей всю душу потряс

Этот страшный, ужасный

Карабас-Барабас.

Я ей нежно воркую,

Только плохи дела —

Ни за что, ни в какую

Дуня к деде не шла!

И подумалось людям,

Тем, кто был там тогда,

Что дружить мы не будем

Никогда-никогда!

Этот стих мы сложили

Ей и мне в похвалу —

Уже завтра дружили

Мы на тёплом полу.

И не слёзы уж были,

А восторженный визг,

Их неверье разбили

Мы с ней вдребезги, вдрызг!

Мы играли в игрушки,

Мы по полу ползли,

И потом друг без дружки

Жить уже не могли.

ПОРОГ

(Дуняше 9 месяцев)

Мама в кухне хлопотала;

О, там был волшебный край!

Сил у Дуни не хватало

Перебраться в этот рай.

То мясной оттоль, то сладкий

Источался запашок,

Толстый, глиняный и гладкий

На плите стоял горшок.

Ешь его, толстей и пухни —

Пёкся с яйцами пирог.

Между комнатой и кухней

Сделан маленький порог.

А за маленьким порогом —

Суета и благодать,

Что-то видно, а о многом

Можно думать и гадать.

Чайник – тоненькое пенье —

Уж его-то знает всяк;

Чьё-то бульканье, шипенье,

Стук каких-то железяк.

Манит звук и запах манит,

Сил не жалко и труда —

Просто мочи нет, как тянет,

Тянет выползти туда!

Ножку кверху задирала,

Ведь порог – такой пустяк!

Ручка преодолевала,

А вот ножка-то никак!

Чтоб, вступив в единоборство,

Победить такой порог,

Надо волю и упорство,

И усилья рук и ног.

И конечно, всё случилось,

И в один прекрасный миг —

Получилось, получилось! —

В кухню ползатель проник.

От восторга на пол рухни

И в ладоши хлопай, но —

Много всяческого в кухне,

И опасностей полно!

Рай открыт перед ползуньей,

Но другое маму ждёт —

Каждый миг следить за Дуней

Ей прибавилось забот.

* * *

(Дуняше 1 год)

Когда успешно, братие,

Идёт ребёнок в рост —

Любимое занятие —

Таскать кота за хвост.

Вот то оно и плохо-то:

Трясётся, ходит дом,

Дитя от визга, хохота

На небе на седьмом!

Понятны стоны папины:

Уже в который раз

На Дунечке царапины,

И возле самых глаз!

Схватить котишку, вроде бы,

Да дать ему отлуп!

Котишка-то молоденький,

Он сам, как Дуня, глуп!

Замечу я для ясности:

Мы все за игры, за,

Но ведь в большой опасности

Дуняшкины глаза!

Бабай, или кормление Дуни

(Ей 1 год)

Чтобы нам приятно было, —

Вставши в ранний час,

Супчик вкусненький сварила

Бабушка для нас.

Раз-два-три, открыли ротик,

Делаем глоток!

Будет тёпленький животик

И здоровью прок!

Дуня, дедю надо слушать!

Суп давай хлебай!

Если суп не будешь кушать, —

Прибежит Бабай!

Он голодный, он хлопочет,

Он всегда не сыт,

Он у всех, кто есть не хочет,

На окне висит.

Знаем мы его проделки,

Он мужик не глуп —

Он из Дуниной тарелки

Выхлебает суп.

Он с оконного уступа

Прыгнет на карниз —

Миг один – и нету супа,

Только отвернись!

Всё в тарелках подъедая,

Он растёт как слон,

Будешь ты у нас худая,

Будет толстым он!

Кушай суп, навстречу ложке

Ротик открывай!

Не дадим ему ни крошки,

Уходи, Бабай!

* * *

Душа моя тоненько-тонко

Волнуется, голос мой нем:

Доверие, дружба ребёнка

Не может сравниться ни с чем!

В глаза ему солнышко светит,

Приветствуют травы, звеня,

И как этот мир его встретит —

Зависит сейчас от меня.

Я сам оглушён этим звоном,

В руках моих чудо, я сам

Считаю себя Симеоном,

Вносящим дитя в Божий храм.

Столь важный момент понимая,

Мне в чувствах сфальшивить

нельзя,

Иначе нас ждёт не прямая,

А очень кривая стезя.

К стих. «Первое вступление».

К стих. «Первое знакомство».

К стих. «Порог».

ПОХВАЛА МИРНОЙ ЖИЗНИ

(Дуняше 2 года)

В тот час, когда на воле,

Где ветер-Асмодей,

Летя в открытом поле,

Из зябнущих людей

Всю душу вынимая,

Лютует, сеет злость —

К друзьям, пальто снимая,

Пришёл с мороза гость.

Метёт, пуржит снаружи,

Но жизнь твоя легка,

Коль ты нашёл от стужи,

Приют у камелька.

В уютных комнатушках

От жара, сам собой,

Тиснёный, в завитушках,

Потрескивал обой.

Теплом несло от печек:

Хоть был в родном краю,

Но думал человечек,

Что он уже в раю.

Глаза его глядели,

Как тлеет уголёк,

И был он в самом деле

От правды не далёк.

Назло наружной смуте,

Пришедшей в их края,

Живёт в тепле, уюте

Хорошая семья.

Там папа ладит «велик»,

В приделке мастерит,

И в кресле лёжа, «телик»

Их кот домашний зрит.

Под шубой преет каша,

И будет он не скуп —

Там бабушка и Маша

На кухне варят суп.

У них игрушек кучка —

Устроившись в углу,

Там с дедушкою внучка

Играют на полу.

Когда сие прочтёте,

Скажу вам: выбирай!

И вряд ли предпочтёте

Вы тот, небесный рай!

* * *

Ведь робёнчишко —

Чисто солнышко!

Не любить-то как?

Ведь нельзя никак!

Жить торопится,

Улыбается,

Как растеньице

К солнцу тянется!

СУМЕРКИ В ЧУМЕ

или как мы с Дуней

были чукчами

(Дунечке полтора годика)

Мы с гулянья в дом входили:

В этот сумеречный час

Мы огня не разводили —

В чуме сумерки у нас!

На загадочной Чукотке —

Самом кончике земли —

Наши нарты, наши лодки

Мы в порядок привели.

Было с ней нам не до лени —

Меж торосов ледяных

В море плавали тюлени,

Мы охотились на них.

Сладко нам в весёлой думе

Отдыхать с ней без огня

На оленьих шкурах в чуме

После труженика-дня!

В этот зимний день короткий

Отрывал нас с Дуней от

Диких прелестей Чукотки

Только бабушки приход.

Сколько раз она, бывало,

После службы в дом войдя,

Дуню в Шую возвращала,

Нас в потёмках находя!

* * *

(Дуне 2 года, Илоне 3 года)

У других детей были игрушки —

Всевозможные зайки да мишки,

Да ещё для песка совочки,

А у Дуни был велосипед-утёнок:

Голова у него была

с жёлтым клювом,

Он надёжно стоял на трёх колёсах,

Пел он громко бодрую песню,

И во лбу фонарик светился;

Дуня ехала, педали вертела,

Я толкал его сзади за палку;

Дуня очень утёнком дорожила,

Никому на нём кататься не давала.

У Илоны была большая кукла,

А у Дуни был велосипед-утёнок;

Долго шли они рядом, и Дуня

С вожделеньем на куклу глядела,

А Илона трогала утёнка;

И сбылись их страстные желанья:

Дуня куклу руками обхватила,

А Илона на утёнка уселась;

Я везу Илону на утёнке,

Рядом с Дуней бабушка Илоны,

Все мы четверо в полном восторге!

Человеку очень много надо!

НА РУЧКАХ

(Дуняше 2 года)

Если небо в полдень

Нежно золотится —

По нему свободно

Можно прокатиться

Даже на летучей

На небесной тучке!..

Транспорт самый лучший —

Дедушкины ручки!

Новые, большие

Модные коляски

Плавный ход имеют

И совсем не тряски,

Но на ручках больше

Всякого обзору,

Небо в белых тучках

Всё открыто взору.

Нет, не зря на ручки

Ты, товарищ, влез-то,

Нет удобней, лучше

И надёжней места,

И в большом, поверьте,

В минусе остался,

Кто на добрых ручках

В детстве не катался!

Человечий птенчик

В безопасной зоне —

В них сидит младенчик

Как король на троне!

Да и так бывает —

Пятилетний отрок

Важно восседает,

Не отвыкнув от рук!

Кажется младенцу —

Он сейчас всех выше,

Все открыты глазу

Чердаки и крыши,

Где-то под ногами,

Маленьки и низки,

Бегают собачки,

И крадутся киски.

Восседать на ручках,

В общем-то, несложно,

Можно ехать долго,

И, конечно, можно

Обо всём, что видишь,

Речь держать коротку,

Дедушку подёргать

Можно за бородку!

СНЕГИРЬ

(Дуняше 1,5 – 2 года)

Просто нету мочи —

Стужа на дворе,

И так долги ночи

В лютом январе!

Но легко морозом

Дышится не зря,

И на зависть розам

Расцвела заря!

Всё полышет жаром

Зимним, ледяным.

Вместе с красным паром

Ходит красный дым.

Красному разливу

Место ввысь и вширь,

И на нашу сливу

Прилетел снегирь.

Он в мундире алом,

И на птиц других

Смотрит генералом

Он на рядовых.

Требуя законно

Для себя простор,

Всех бесцеремонно

Он плечом оттёр.

Алого мундира

Сила велика,

И за командира

И за вожака

Признан он охотно —

Выстроившись в ряд,

Воробьи поротно

Перед ним стоят.

В своём новом войске

Новый генерал

Держится по-свойски —

Топнул, наорал!

Новый предводитель

Важно пыжит грудь —

Он руководитель,

А не кто-нибудь!

Дело туго знает,

И средь мелких птах,

Как и подобает

Старшему в чинах —

Движется вальяжно,

Зря не верещит,

Медленно и важно

Семечки лущит.

К стих. «У других детей были игрушки…»

К стих. «Снегирь».

Вдруг накрыла туча

Ясный небосвод,

Льдом и снегом пуча

Тёмный свой живот.

Всю превысил норму

Сильный снегопад,

И подсыпать корму

Люба вышла в сад.

По чуть видной тропке —

Валенок тонул —

Пробралась к коробке;

Тут же упорхнул

Птичий рой пугливый;

Красный воин смел —

Никуда со сливы

Он не улетел.

Вьюга завивает,

Стуже нет конца,

Но отогревает

Чистые сердца —

Русский наш обычай,

С Господом в ладу,

Слышать гомон птичий

За окном в саду.

Тут ещё есть кто-то,

Пупсик или гном,

На оконном фото,

В колпачке цветном,

Кто совсем недавно

Заново воскрес,

Кто имеет явно

К птичкам интерес.

Вот и завершает

Люба свой поход,

Птичкам не мешает,

Тихо в дом идёт.

Хоть уже не тяжко,

Но ещё больна,

На неё Дуняшка

Смотрит из окна.

ЗИМНЯЯ КУЗНИЦА

(Дуняше 2 года)

У окошка раздавался

Восхищённый Любин смех:

За окном образовался

Небольшой кузнечный цех.

Нос не высунешь наружу!

В тёплой комнатке уют!

Несмотря на снег и стужу,

Птички клювами куют.

Нет там пламенного горна,

Но ребята – молодцы!

И на холоде упорно

Бьют кувалдой кузнецы.

Всё забавней, суетливей

Птичий писк тревожит сад —

Там на яблоне, на сливе

Птички семечки долбят.

Нет зимой ни тли, ни мушки,

Впору крылышки сложить,

Только семечки в кормушке

Помогают им прожить.

Люба – нянюшка синичек.

Стало птичкам холодней.

Не одна она у птичек,

Есть помощники у ней.

К ним и дедя и Дуняша

Носят семечек карман,

И соседская Наташа

Подсыпает им семян.

Детям любо, птичкам любо,

Каждый весел, каждый рад,

И со смехом смотрит Люба

На подшефный детский сад.

* * *

(Дуняше 2 года)

Явились нахальные галки,

Приели весь корм у синиц,

И Любонька с помошью палки

Прочь гонит непрошенных птиц.

«Весь город в воронах и галках,

Вас люди хранят от беды —

У вас на помойках и свалках

Достаточно всякой еды.

Кормушка – для маленьких птичек,

Им некому в горе помочь,

Не трогайте корм у синичек,

Летите, нахальные, прочь!»

Обязанность также и наша —

Непрошенных галок гонять;

Мне в том помогает Дуняша —

Пытается галку поймать.

КОЛОДА

(Дуняше 2 года)

В любое время года

Дни-ночи напролёт

Лежит в лесу колода,

Трухлявеет, гниёт.

В лесу лежать не шутка,

Терпи, плати за лень —

Обкакает мишутка,

Обсикает олень.

Вползёт погреться змейка,

Придут ежи, сопят,

Размножилась семейка

Бесстыдников-опят.

Вот лес большая буря

Взяла в свой оборот;

Лежит она, зажмуря

Глаза, и нос, и рот.

Вот лес затих и замер;

Кого бы постращать?

Давай она глазами

Бессмысленно вращать!

Где ель, красуясь шишкой,

Берлогу сторожит,

Под снегом рядом с мишкой

Сейчас она лежит.

Стряхнёт свой сон природа,

И я тропой лесной

К тебе, моя колода,

Наведаюсь весной.

А снег лежит покуда —

Гори весь свет огнём!

Диван, подушек груда

Белейших, и на нём

Колодой деревянной

Лежит дурак Иван,

Лесной мне стал поляной

Любимый мой диван.

Суббота не суббота,

Не всё ли нам равно,

У нас одна забота —

Лежи себе, бревно!

Какая к чёрту банька!

Друзья? Прогнать вели!

Не тронь меня, Любанька,

Отстань, не шевели!

Но слышу я Любашу,

Суровый голос крут:

«Вставай, везут Дуняшу,

Осталось пять минут,

Они уже в дороге!»

Я чищу свой мундир;

Сейчас куда как строгий

Приедет командир!

Всем надо быть готову —

Он нам покажет бунт —

Меня, Любашу, Лёву —

Построит всех во фрунт!

СКРИПУЧАЯ КАЧЕЛЬ

(Дуняше 2 года)

Сколько бегано, прыгано, лазено,

Сколько езжено, с горок катаемо;

А на круге крутились – то в Азию,

То в Америку, то до Китая мы.

Сколько шишек еловых

и камешков,

Листьев клёна цветных собираемо,

Но особенно много и счастливо —

На любимых качелях качаемо!

В детском парке

качелей полдюжины,

Оседлала их публика бравая,

Пять качелей всё время загружены,

А шестая – визгливая, ржавая.

Это было, не мы это начали,

Это бич и несчастье

всей местности,

И от этого скрипу визжащего

Содрогались и парк и окрестности.

На другую сажать её пробую —

Сразу в слёзы и личико тучею;

Дуне надо такую, особую;

«Нет, на эту хочу, на крипучую!»

Может Дуня по часу и более

На качелях качаться без удержу.

«Слушай, Дуня,

стальной тебе, что ли я?

Я ведь этого крипу не выдержу!»

А у Дуни улыбка победная;

Воет музыка ржавоголосая;

«До чего же ты, Дунечка,

вредная!»

«Нет, не въедная я, я холосая».

Там до крайней дошёл я до низости:

Затыкал себе уши я ватою,

И на прочих, кто были поблизости,

Я с гримасой глядел виноватою.

Слава людям,

свихнуться мне не дали;

Та, крипучая – сломана, цела ли?

Мы другие качели разведали —

Их в то время везде понаделали.

ДУНИН СЛОВАРЬ

(Дуняше было полтора года)

Щщас мы грамотные стали,

Одолели мы букварь,

А ведь был у ней вначале

Её собственный словарь.

Не ругаясь, не скандаля,

Скажем честно: победней

Был словарь тогда у ней,

Чем у Ожегова, Даля.

Что нам Ожеговы, Дали!

Вечно молодость нова —

В нём зато преобладали

Её личные слова.

Хороши слова у Дуни —

(Ах, ребёнок, как ты мал!) —

Не ботинки я, «бинюни»

Ей на ножки надевал.

Эти хитренькие глазки —

(Ах, ребёнок, как ты мал!) —

Я в «калюле», не в коляске,

Нашу Дунечку катал.

Был цыплёнок – «пипилюля»,

Он «пи-пи» умел пищать,

Дедя был – «дедюля-люля»,

Он водил её гулять.

Были куртки у ребёнка:

«Кутя» – тёплая внутри,

«Куля» – тоньше одежонка,

Курток было целых три.

Хорошо гулять нам в «куте»,

В ней не страшен нам мороз,

Холод, ветер – атакуйте!

Мы шарфом закроем нос.

Стала «куля» маловата,

Отслужила век уж свой,

В ней уж плохо греет вата,

В ней гуляем мы весной.

* * *

(Дунечке 1 годик)

Вся мордашка лучилась:

С той ли, с этой ноги —

Удалось, получилось —

По планете шаги!

Позже скажет старуха

Под названьем «судьба»:

Будет жизнь легче пуха,

Как лазурь, голуба, —

Или счастья монету

Наземь решкой швырнёт,

И ужасной планету

Стороной повернёт?

* * *

(Дунечке полтора года)

Не за дело, не за дело,

По чужому небреженью,

Смерть тебя уже задела,

Сделав раннею мишенью.

* * *

(Дунечке 2 годика)

Ну, зачем вам ангелы другие?

Где-то в небе, будто бы, летает!

Извините, люди дорогие,

Мне вполне вот этого хватает!

На реке, по улицам гуляли,

Петь, плясать учились понемножку,

Невзначай у куколки у Ляли

Оторвали маленькую ножку.

ЛЕТНЯЯ ГРОЗА

В ДЕТСКОМ ПАРКЕ

Дети в ужасном восторге,

Это же праздник для них:

Раньше не видели оргий

В небе таких!

Молнии очень красивы

И оглушителен гром —

Мамы от страха чуть живы,

Пробуют бром!

Детям же это – игрушки:

Ласковый дядя Илья

Лупит по детям из пушки,

Дуя и лья.

Выгнулось дивное диво

Радуги, чуть погодя.

Солнечно всё и красиво

После дождя.

ФЕЙЕРВЕРК В ШУЕ

Пиршество пятен и молний,

Вылеты огненных пчёл,

Хвост разноцветный павлиний

В небе расцвёл.

Детям сей вид необычен,

Всё тут для них новизна,

Детский восторг безграничен —

Да бедновата казна!

КАК МЫ ДУНЮ

УКЛАДЫВАЛИ СПАТЬ

(Дуняше было 2 года)

Щщас уже щщитай что взрослая

Наша Дуня, как-никак

Первоклашка, девка рослая,

Носит с книжками рюкзак.

Ходит в школу, занимается,

Днём теперь уже не спит.

Я как вспомню – сердце мается,

Возмущается, кипит:

Как она, моя проказница,

Измывалась надо мной,

Отвергая, безобразница,

Сон положенный дневной!

Уложу её в кроватку я,

Дуню, крошечку мою,

Ей поётся песня сладкая:

«Ни ля-жися нак-ра-ю!»

Замерла ресница длинная,

Стихла Дуня; вот она,

Сердцем чистая, невинная,

Спит, игрой утомлена.

Пробираюсь тише мыши я,

К ручке крадучись дверной;

Только руку к ней, и слышу я —

Взрывы смеха за спиной!

Я назад иду и сетую —

Мол, башка моя болит! —

Это Дуню, дрянь отпетую,

Ещё больше веселит!

Снова Дуня колобродится —

Всё в кроватке кувырком!

Снова песенка выводится

Дребезжащим тенорком.

Грош цена моим стараниям —

Бес не может без проказ!

Эта хитрость с засыпанием

Повторяется не раз.

Вновь она, моя притворщица,

Тихо носиком сопит,

И не жмурится, не морщится;

Неужели вправду спит?

Ох, в её дыханье мерное

Что-то верить я боюсь,

В пятый раз уже, наверное,

Я на хитрость поддаюсь.

Плотно штора занавешена,

Свет не льётся из окна,

Только сердце бьётся бешено…

Руку к ручке: тишина.

ОСЕННЯЯ ПАСТОРАЛЬ

(Дуняше 2 года)

Ветер проделывал штучки —

Ворох им листьев надут…

К дедушке влезла на ручки,

«Ножки, – сказав, – не идут».

В позе удобной и ловкой

Сидя на крепкой руке,

Мило прильнула головкой

К дединой жёсткой щеке.

Видимо, скучно ей было;

Зная, что всё я стерплю:

«Дедя, – она заявила, —

Я ведь тебя не люблю!»

Но показалось ей мало

В этих словах куражу:

«Дедя, – подумав, сказала, —

Я ведь с тобой не дружу!»

Осени грустной истома,

Поздние астры цвели…

Так мы, воркуя, до дома

Благополучно дошли.

К стих. «Зимняя кузница».