Опаленные души. Часть 1: Черная ведьма

– Джордж, помоги мне накрыть на стол, – быстро сказала Рената, пока эмоциональный мальчик чего-нибудь не натворил.

Тот перевел взгляд и наткнулся на суровый взгляд сестры… Джордж недовольно надулся и пошел расставлять тарелки.

– Эм… – неловко сказал Фрэнк, наблюдая за детьми. – Чем мы обязаны вашему визиту, милорды? – робко спросил мужчина.

Агнесс отвлеклась от наблюдения за Ренатой и повернулась к Фрэнку.

– О, мой дорогой, мы слышали, что вы ищете кадетское училище для вашего мальчика, – доброжелательно сказала женщина.

Мистер Чендлер удивленно на нее посмотрел.

– О да, я… я наводил справки, но откуда вы… – пробормотал мужчина.

Миссис Гостфайер снисходительно посмотрела на растерянного отца семейства.

– Мне сказала Розмари, – мягко сообщила аристократка. – Боюсь… на самом деле я считала, что она объяснит вам ситуацию, – сокрушенно сказала Агнесс. – Но немного подзабыла про ее непростой характер. Со мной она всегда очень мило себя ведет… кхм… В общем, я бы хотела прояснить вам некоторые детали о быте аристократов, которых могут не знать простые люди. И начнем мы с вашего мальчика, – улыбнулась миссис Гостфайер.

Джордж замер, не донеся тарелки до стола, и внимательно посмотрел на сидящую женщину. Та же продолжила говорить:

– Видите ли, те места, в которые вы подавали заявления, созданы для нетитулованных аристократов, – спокойно произнесла аристократка.

Рената еле заметно нахмурилась. Нетитулованными аристократами очень деликатно называли бастардов, рожденных от связи простолюдина и аристократа. В большинстве случаев аристократ никак не занимался невольным ребенком, поэтому нетитулованные аристократы воспитывались в семьях простолюдинов. Рената не разбиралась в тонкостях аристократической культуры, но не нужно быть знатоком, чтобы понять, что по-настоящему хорошего образования Джордж в подобном месте не получит.

Аристократы держались за свои родовые секреты с одержимостью почуявшего золото дракона. И примерно с той же степенью жестокости.

– Ваш сын относится к старинному роду, поэтому для него общее обучение не подойдет, – продолжила свою речь Агнесс. – Аристократы не просто так поделены на роды и столь внимательно относятся к своим семейным древам. У каждого рода есть определенные отличия в используемой ими магии, и чем старше род, тем явственнее эти отличия, – пояснила женщина. – Поэтому вашего мальчика просто не примут на учебу, так как не смогут ничему его обучить.

Услышав это, Рената напряглась и начала буравить глазами отцовскую спину… Она и так показала себя не в лучшем свете перед единственным билетом в высшее общество в виде миссис Гостфайер. Не хватало и дальше усугублять впечатление своей активностью, но… Вопрос с Джорджем необходимо было прояснить. Фрэнк ощутил впившийся в спину леденящий взгляд и поежился.

– Но постойте. Как же нам тогда быть? – беспомощно спросил мистер Чендлер.

Только теперь мужчина осознал, почему получил отказы на свои заявления.

– Не беспокойтесь, мой дорогой, – поспешила успокоить его Агнесс. – Да, ситуация у вас весьма нестандартная… Обычно старшие родственники учат младших контролировать свой дар, пока они не подрастут достаточно для вступления в военную академию. К сожалению, семейство Блэквудов всегда было немногочисленным – и все их мужчины уже скончались, – посетовала женщина. – Но мы близко общались с вашим родом и знаем особенности родового огня Блэквудов. Элвин поможет маленькому Джорджу с основами… Боюсь, двигаться придется очень постепенно, но это уже неплохой выход, – обнадеживающе улыбнулась миссис Гостфайер.

Пальцы Ренаты, сжимавшие чайник, немного расслабились, и она смогла подойти к столу, чтобы налить гостям чай. Элвин благодарно ей улыбнулся и взял чашку.

– И какие особенности у… эм… моего огня? – спросил любопытный Джордж, несущий тарелку с печеньем.

Агнесс повернулась к нему и глубоко задумалась.

– Это довольно сложный вопрос, мой дорогой… – медленно произнесла она. – Видишь ли, хоть отличия огней явственно видны и хорошо известны, все равно бывает тяжело описать их в двух словах, – мягко произнесла женщина, признательно кивнув налившей чай Ренате. – К примеру… огонь рода Гостфайер полупрозрачный, требует меньше энергии для горения, а также легко меняет свой цвет и форму. Огонь Блуфайеров, напротив, требует больших усилий по зажиганию, но представители этого рода обладают невероятным контролем над огнем… Он у них стабильнее, можно сказать, – задумчиво сказала Агнесс, отпивая из своей чашки. – И это общие особенности огня рода. При этом огонь каждого представителя может немного отличаться в зависимости от родителей, характера и таланта аристократа… Если эти отличия очень выгодны, то обладатель огня образовывает свою побочную ветвь. Если его особенность стабилизируется, то он основывает полноценный род. В общем-то сами понятия древних родов, старых родов и новых родов пошли от степени отделения, – начала постепенно расходиться Агнесс, периодически прерываясь на глоток чая. – Сейчас в Англии проживает четыре древних рода: Рэдфайеры, Гринфайеры, Гостфайеры и Блуфайеры. Старые роды – это те, кто отделился от этих четырех… Каждый из них обладает своими особенностями и специализацией. Новые роды – это те, кто отделился от старых родов. Они нестабильны и в любой момент могут влиться обратно в старый род, поэтому… – продолжила увлеченно рассказывать аристократка.

Элвин устало на нее покосился, после чего перевел взгляд на остекленевшие глаза окружающих. Им сложно было воспринять столько информации сразу… Нет, разумеется, Рената знала о четырех древних родах, поэтому и старалась быть максимально учтивой с лордом и леди Гостфайер. Все простолюдины слышали о Главных советниках Его Величества и о том, из каких семей они происходят. Но подобных деталей девочка не знала…

– Кхм, – кашлянул внук, обрывая рассказ миссис Гостфайер. – Если проще, Джордж, то ситуация вашей семьи несколько нестандартная. Обычно, если старая семья вроде вашей оказывается в подобном положении, то ее берет под опеку древний род, из которого они происходят. Этот же род и обучает молодняк, ведь особенности огня у них схожи. Но в вашем случае… Неизвестно, из какого вы рода, – пожал плечами Элвин.

– Это как? – ошалело спросил Джордж.

Мальчик даже не представлял, что его путь в военные будет настолько тернист. От разочарования он совершенно забыл про манеры.

– Забытая война, – кратко пояснил мужчина.

И присутствующие мгновенно его поняли. Забытая война… Мировая война между аристократами, случившаяся двести лет назад. Настолько страшная, что была стерта из всех учебников истории. Никто не знал, что происходило в это адское время, но последствия были кошмарны: тотальный голод, жуткие болезни и страшные истории о чудовищах, уничтожавших целые города. Эта война откатила человечество на сотню лет назад и лишила огромного куска земель, ныне занятых варварскими племенами… или чем похуже. Люди до сих пор неохотно покидали обжитые территории, и каждая экспедиция в «Темные Земли» была чревата рисками, гораздо более ужасными, чем смерть. Именно поэтому и приходилось сражаться за земли с дикарями. Ведь один тот факт, что где-то могут жить примитивные племена, говорил о том, что и поданные Английской Короны тоже смогут там выжить.

– Основатель вашего рода был сиротой, поэтому неизвестно, из какого рода он произошел, – продолжил свой рассказ Элвин. – А изменения, которые он перенес, сделали ваше пламя… странным. Из-за того, что очень сложно определить его природу до определенного момента, вы были отданы под опеку нашего рода. Подобные эфемерные вещи входят в зону ответственности призрачного огня, – странно усмехнулся Гостфайер.

– О! – среагировал мальчик – А… что значит «сложно определить его природу»? – опасливо спросил Джордж.

Элвин только беспомощно пожал плечами.

– Это очень трудно объяснить. Когда начнем тренироваться, поймешь, – просто сказал военный.

На этом Джордж понял, что разговор окончен, и вернулся к раскладыванию печенья. Агнесс благосклонно за этим наблюдала, после чего повернулась к Фрэнку.

– А теперь поговорим о ваших милых дочерях, – улыбнулась Гостфайер.

Рената снова напряглась. Похоже, настало время выходить в люди и искать партию… Нужно будет заняться проблемой с платьями и…

– А именно об их даре, – спокойно продолжила женщина, резко тормозя планы Ренаты.

– А? – непонимающе спросила девочка.

Джордж и Фрэнк удивленно уставились на невозмутимую миссис, после чего перевели взгляд на ошарашенную Ренату.

– Сестра тоже умеет управлять огнем? – с бескрайним удивлением спросил Джордж.

И его удивление легко объяснялось: все знали, что аристократы умели управлять огнем… точнее, мужчины умели. Про женщин-аристократов подобного не упоминалось. Да при одной мысли об Элеоноре, поджаривающей варваров черного континента, у Джорджа начинала болеть голова. Особенно когда он представил ее в любимом платье и с зонтиком от солнца.

– Нет, женщины не способны управлять пламенем, – весело сказала Агнесс. – У нас другая особенность. Мы создаем вещи, мой милый. Те, что люди называют артефактами, – лукаво произнесла женщина.

Представители семьи Чендлер молча на нее смотрели. И если Джордж ощущал непередаваемое облегчение, а Фрэнк задумчиво вспоминал свою жизнь с женой, то Рената… она усиленно размышляла. О перспективах.

– Значит, это та работа, о которой говорила тетушка Розмари? – осторожно спросила девочка. – Она создает артефакты и продает их?

Бодро хрустящая печеньем Агнесс весело кивнула.

– Верно, моя дорогая. Все женщины древних и старых родов заняты на производстве этих волшебных вещиц, – бодро сообщила женщина, макая очередное печенье в чай. – На самом деле… Розмари уже должна была вам рассказать, но… – тут Агнесс замялась и беспомощно пожала плечами. Все мысленно с ней согласились. – Что-то мне подсказывает, что она не начала учить вас кованию. Я права? – грустно спросила женщина.

Рената молча кивнула, и Агнесс вздохнула.

– И, скорее всего, она вас даже не проверила, – печально констатировала миссис Гостфайер.

– Проверила? – решила уточнить Рената.

– Да, моя дорогая. Проверка на силу дара. К сожалению, учитывая… эм… происхождение вашего отца, – тут миссис виновато покосилась на Фрэнка. – Это могло сказаться на ваших способностях. Чтобы сразу прояснить, у Джорджа дар есть. Мой внук отметил некоторые… признаки. У женщин же все сложнее… Куда же я это… – начала бормотать Агнесс, роясь в своем саквояже. – Ах! Вот оно! – радостно воскликнула женщина, вытаскивая на свет… смутно знакомый Ренате металлический шарик.

Девочка ошарашенно моргнула и присмотрелась внимательнее. Да, это был он… Тот же странный сиреневый цвет и ряд странных символов. Именно этот шарик мать давала маленьким Ренате и Элеоноре в детстве.

– Вот, моя дорогая. Сожми его покрепче, – улыбнулась Агнесс, впихивая в руку девочки шарик.

Та молча на него смотрела. Шарик был тяжелым и холодным… Маленькая Рената видела его всего один раз в далеком детстве, но… Почему-то она хорошо запомнила этот маленький предмет. Иногда случалось так, что некоторые вещи врезались в память девочки, четко выделяясь из окружающего мира. Будто были плотнее и явственнее прочих вещей. Тот шарик был таким… как и этот.

– Если у меня есть дар, то он станет легче? – внезапно спросила девочка.

Леди и лорд Гостфайер удивленно на нее посмотрели.

– Верно… Ты уже видела такой, моя дорогая? – спросила женщина.

– Мама давала нам с сестрой подержать такой, – сообщила девочка, продолжая разглядывать шарик. – У меня он остался тяжелым. У Элеоноры стал легче, – просто сказала Рената, поднимая глаза.

Как она и ожидала, на лицах Элвина и Агнесс не наблюдалось особого удивления. Впрочем… любой человек, обладающий логикой, заметил бы связь: только аристократы ходили по Лондону без масок. Только Джордж и Элеонора спокойно вдыхали насыщенный углем воздух. У Джорджа был дар… Шарик Элеоноры стал легче. Возможно, та поездка на машине тоже была своеобразной проверкой, и сейчас леди Гостфайер просто хотела подкрепить результат.

– Ничего страшного, моя дорогая, – успокаивающе сказала Агнесс. – Девушки без дара рождаются в семьях аристократов. Это происходит довольно редко, поэтому они весьма востребованы на брачном рынке… Такие девушки чисты, поэтому могут войти в новый род, помогая в закреплении интересных особенностей, – ободряюще улыбнулась миссис Гостфайер.

Рената задумчиво на нее посмотрела и молча кивнула, протягивая женщине шарик. Возможно, та хотела ее успокоить, но девочка не была глупа; может, женщины, родившиеся у двух аристократов, и были востребованной редкостью. Но Рената родилась у аристократки и простолюдина… Что-то ей подсказывало, что в таком случае все не так просто и радужно. Если бы подобный брак давал выгоду, то аристократы не были бы так помешаны на своих семейных древах… Очевидно, Рената – результат «мезальянса» и не будет востребована на брачном рынке. Со стороны миссис Гостфайер было довольно жестоко давать ей ложные надежды… Впрочем, госпожа Агнесс и не должна сильно переживать о судьбе бесталанной девчонки.

Просто Ренате не нравилась эта благожелательность женщины: если тебе плевать, то скажи прямо. Если нет, то найди силы и нормально объясни ситуацию… А фальшивая благожелательность только вводит в заблуждение. Впрочем, эту точку зрения девочки разделяли только Джордж и покойная мать. Все остальные предпочитали успокаивающий обман, который они называли вежливостью… Рената никогда этого не понимала.

– А теперь, думаю, настало время мне встретиться с маленькой Элеонорой и объяснить ей ситуацию, – бодро сказала миссис Гостфайер. – А потом мы проведем тесты, и я покажу ей основы кования. Ох… я так давно не учила молодых леди. Вспоминается моя ушедшая молодость, – мечтательно сказала женщина.

Рената отвела от женщины взгляд и машинально дотронулась до маленькой птички. Та не подавала признаков жизни и была совершенно нормальной температуры… Да, возможно, в тот день девочке показалось. Вот только… некоторые предметы очень четко врезались в память Ренаты: она помнила все странные символы, покрывавшие маленький шарик, могла воспроизвести в своей голове разговорное зеркало, через которое Чендлеры впервые заговорили с миссис Гостфайер… Некоторые вещи из увиденных ей в городе будто притягивали взгляд. Что-то меньше, что-то сильнее, но все они обладали своей странной индивидуальностью в ее голове.

И самым отчетливым характером выделялась висящая на ее шее маленькая металлическая птичка.