Вулканорий. Хроники потерянного мира

Вернёмся же опять мы к брату его, Гундерику. Пролез герой наш через ход подземный. Долго бежал он по галереям тёмным с факелом в руке. И вышел он наружу через пару часов. Когда вылез он, то обнаружил себя в дремучем лесу. Целых пять дней скитался он по лесу, держа в рука лишь один клинок. Пришлось ему использовать клинок свой, чтобы пищу добывать, а иначе голодной смертью бы он умер. Но всё же удача сэру Гундерику улыбнулась… Хотя, признаться мне, назвать её таковой можно едва ли. Услышал он на шестой день скитаний крики ужаса и страха. Побежал наш рыцарь храбрый на зов этот, и обнаружил маленькое поселенье. Деревня эта подвергалась нападению. Жители её от страха в стороны разбегались. Враги здесь были. Последователи Величайшего из Богов явились в это поселение, дабы склонить всех на сторону свою. Но не было здесь предателей и отступников веры. Жители эти не хотели подчиняться новой власти и веру новую принимать. Вот посему и враги решили уничтожить всех. Всадники, жуткие и страшные, в рогатых шлемах и доспехах боевых шныряли с факелами всюду. Кидали они огненные палки в каждый дом, поджигая его. Врагов проклятых было слишком много. Сэр Гундерик осознавал, что бой будет неравный. Защитить не мог он жителей этих. Потом же бросился наш сэр бежать, когда враги проклятые применили тварей жутких. Целосами они звались. Маленькие, но проворливые и зубастые хищники. Ящерицы плотоядные. Пустили враги целосов за убегающими. Крестьяне местные побежали в стороны разные, а целосы за ними увязались. Пустился бежать и Гундерик могучий. Не мог он врагам сим противостоять с одним мечом. Бежал он быстро, но только в лесу наткнулся на людей странных. Вооружены они были все почти до зубов. И одеты были, словно бы разбойники. Мальчишка ими руководствовал. Пятнадцать лет было от роду и не больше. Приказал он Гундерика тотчас же схватить.

«Не враг я вам», – молвил храбрый рыцарь, «Не враг. Я из Лавразии. Лавразии далёкой. Прошу, пустите, я вам точно уж не враг. Сейчас у нас у всех один противник, и это явно не я».

Мальчишка, командир, сразу же велел всем опустить оружие. И здесь наш рыцарь рассмотрел, чем были вооружены эти храбрецы. У них имелись не только луки или самострелы, а даже штуцеры. Умели видно пользоваться ружьями. Откуда у них ружья здесь, и вовсе Гундерик не знал, но точно был осведомлён, что лихие люди эти явно ограбили войсковые караваны, и вовсе не один, а сразу несколько.

«Я из посольской свиты», – молвил Гундерик разбойникам, «Я друг султана Завахара».

Мальчишка этот храбрым был. Ещё совсем молоко на губах, а уже воин настоящий. Приблизился он к рыцарю с мечом обнажённым. Рассмотрел его, словно бы товар на рынке.

«Султан наш мёртв», – послышались слова юнца, «Мёртв Завахар прекрасный. И кончилось правление его. Теперь наводнили эти земли язычники проклятые. Режут всех, кто Величайшему из Богов не покорится. А мы тут вовсе не лихие и не мародёры. Мы те, кто не согласны с новой властью. Мы чтим султана и Дэвам поклоняемся. Не примем мы власти колдунов, ибо колдуны эти от дьявола пришли, но не от света».

Но только не успел договорить храбрец наш юный. Послышались крики остальных мятежников. Точнее, мятежниками их называть неразумно было. Скорее, лучше подойдёт другое имя. Звать я буду их как «истинных бойцов за справедливость», «защитников законной власти». Я думаю, так будет лучше. Одно скажу, мальчишку этого звали Иезекел. И был он когда-то простым юнцом, таким же как многие его ровесники. Но в дом к нему пришла война, и здесь рождение его произошло второе. Не мальчиком он стал, но мужем. Истинным воином стал могучий Иезекел. Всего в пятнадцать лет.

Когда воители храбрые, за справедливость борящиеся, донесли Иезекелу о врагах, командующий юный тотчас велел всем приготовиться к атаке. Гундерику возвратили оружие. Но вместо меча дали ему самострел, так как клинком простым убивать тварей, вроде целосов было несколько сложно.

Не успел сэр Гундерик оглянуться, как из-за деревьев уже показались эти чудища. Тотчас же огонь открыли из ружей и самострелов воины султанские. Целосы взвыли от боли и ужаса, и начали валиться наземь. Но за ними последовали всадники рогатые. Десятеро из них вылетели, подобно стрелам, и сразу же познали ярость великую. Лучники Иезекела разили нещадно своих врагов. Не прошло и мгновенья, как всадники были уже мертвы. Их боевые звероящеры вместе с наездниками лежали на траве, кровью истекая. Поразился сэр Гундерик столь искусному мастерству. Похвалил он воинов храбрых, пожелал им мысленно благословения Кхатонова.

Однако за всадниками теми выскочили и другие воины вражеские, предатели и подлые изменники. Одеты они были в куртки серые с заклёпками и шлемы, увенчанные шпилями. В руках они держали вовсе и не самострелы, а ружья настоящие. Беспорядочно палить они принялись по воинам султанским. И здесь мальчишка затрубил в свой рог, висевший у него на шее. Звук этот встревожил не на шутку всех врагов.

«Врассыпную», – послышались повсюду крики лесных воинов.

Иезекел толкнул Гундерика, и оба этих доблестных мужа последовали прочь. Но мальчик этот знал, куда бежать. И знал, что должен заманить врагов в ловушку. Бежали они быстро, как могли. Когда они бежали, то слышали они жуткие истошные вопли, доносящиеся сзади. Капканы были здесь расставлены совсем недавно. Бежать надо было осторожно, особенно сэру Гундерику. Ведь он единственный, кто и не ведал, где ловушки расположены.

Сэр Гундерик бежал, как мог, но слишком сильно истощён был. Он мало ел в последние дни, и все эти несчастья обрушились на него, подобно молоту тяжёлому. Тогда мальчишка схватил за руку доблестного воина и повёл прямо к подготовленной засаде. Выбежали воины храбрые на полянку лесную. Там и надлежало врагов встретить. Остановились бойцы отважные посреди поляны и развернулись в сторону противника. Ещё накануне они на траву длинные пики положили. Едва достигнув заветного местечка, пики они подняли и развернули назад. Теперь противника солдаты могли спокойно смерть свою найти от острых наконечников. Но только сомневался храбрый Гундерик, что получится у них верх одержать. Солдаты вражеские ружьями вооружились. Могли они спокойно расстрелять всех доблестных бойцов султанских. Имелись у врагов мушкеты, аркебузы и даже маленькие бомбарделлы. Одна такая бомбарделла вполне могла пол взвода положить.

Но здесь мальчишка наш вскричал во всё горло. И крик это был похожим на звериный. Сэр Гундерик тотчас же понял, что зовёт он помощь. Помощь воинов своих союзных. Не только был его отряд в лесах. Здесь были и другие храбрецы. Другие храбрецы, что не сломились. Благословенны будь они все за веру их непоколебимую и отечеству преданность! Храбрые достойные воины! Достойные песен! Достойные быть героями легенд!

«Что ты делаешь?» – в недоумении диком прокричал Гундерик.

«Зову Воительницу», – ответил тогда мальчик. «Ту, что смерть врагам несёт и мстит за Ширвастан».

Не успел Иезекел сказать свои слова, как солдаты вражеские из-за деревьев показались. И было их там уже не меньше сотни. Бежали они вперёд, держа в руках своих огромных ружья и клинки. Многие из врагов бросали аркебузы свои наземь, вытаскивая из-за пазух топоры и боевые резаки. Хотели порубить они воинов султана на куски. Свирепые их были взгляды. Выглядели они, словно звери настоящие. Глаза горели их яростными огнями. Жуткие твари, не люди вовсе.

Но удача пришла вовремя на помощь Иезекелу и сэру Гундерику. Кхатон благоволил им всем тогда. И вот из-за деревьев позади воителей султанских возникла дева. Едва увидел её Гундерик и сразу обомлел. Настолько он был ею очарован. Её изысканная красота смутила его сердце. Побледнел весь Гундерик могучий, когда красавицу увидел. Волосы её были чёрными, как смола, и синие огни вырывались из глаз её. Вооружена была та дева битвы клинком изогнутым. Одета же была, как янычар султанский. А вслед за нею всадники неслись в чалмах и тюрбанах.

«Воительница здесь», – послышался тут голос мальчугана.

Дева та прекрасная с саблей обнажённой последовала вперёд. А за ней помчались и всадники её могучие. Солдаты вражеские тут же дрогнули. Кто-то ружья побросал на землю, а кто-то и вовсе наутёк бросился. Но знали эти воины, что бывает за трусость. Казнили трусов всех нещадно вражеские командиры. Некоторые из воинов-изменников решили драться. Бросились в сторону всадников бежать. Но тщетны их попытки были. Всадники девы прекрасной врезались в строй предателей и разломали его на куски. Поразился сэр Гундерик неутомимой храбрости воительницы. Разила она саблей всех врагов, крича как сокол во всё горло.