- -
- 100%
- +
Тем не менее, через полчаса работы гарда приняла классическую форму. И, главное, края сразу получились гладкими, будто отшлифованными. Вот теперь это было то, что надо. Я с чувством сказал мечу спасибо, а протирая клинок начисто, подумал, что в идеале он должен быть матово-чёрным. И почти не удивился, держа в руках меч цвета ночи.
Ко второй гарде я приступил уверенный в себе. И снова ошибся. Я поговорил с оружием сразу, как только взял в руки, но ничего не произошло. Или почти ничего. Ножовка, всё-таки, пилила металл, но с большим трудом. Ну, точно, всё по Роуллинг. Там тоже палочка, взятая в бою, слушалась нового хозяина с удовольствием, а подобранная – выпендривалась. Немного подумав, я сложил оба меча вместе и поговорил с обоими сразу.
Звучит глупо, правда? Однако помогло. И спустя следующие тридцать или сорок минут, я был обладателем пары отличных мечей. Да ещё признавших во мне хозяина, что немало. Это знает каждый, кто держал в руках оружие. Своё всегда ощущается иначе. Время было ближе к полуночи. Я начал было думать, чем ещё заняться, пока моя гостья-пациентка спит, но тут она застонала.
Подойдя к постели, я понял, что у неё начинается жар. Врач я никакой, лекарств у меня нет, а потому попробовал сделать рэйки. Кто не знает, это такая японская техника лечения, при которой используется «энергия вселенной», но передаваемая через руки лечащего. Когда-то это было модно, и я закончил первую ступень.
Интересно было только по началу. Тем более, что работать у меня получалось только с немногими, а с собой, что и есть основа начальной первой ступени, не получалось вовсе. В общем, ерунда полная. Но это всё, до чего я додумался в тот момент. Ну, вдруг поможет. Так что я уселся в изголовье постели в позе сэйдза (на коленях) и положил руки на лоб девушке. Обычно никаких видимых эффектов нет, только временами лёгкий зуд в ладонях, да и то не всегда. Но сейчас.…
Вокруг моих рук и её головы возникло призрачное изумрудно-зелёное сияние. Впервые в моей практике рэйки, я действительно почувствовал поток энергии, ну или силы, как хотите, текущий через меня. Спустя какое-то время, когда сияние поблекло, я переместил левую руку на пострадавшую ключицу. Здесь процесс занял намного больше времени. Наконец сияние угасло окончательно, и только тогда я посмотрел на лицо девушки.
Она спала. Спала спокойно, даже, кажется, слегка улыбалась во сне. Ну, ничего себе. Я теперь ещё и народный целитель? Так получается? Впрочем, всему есть предел. Моим возможностям удивляться тоже. Так что я улёгся у входа в хижину (снаружи), положил мечи возле себя, и уснул. Нормально? По идее, остаток ночи я должен был ломать голову над свалившимися на меня тайнами. Попутно оглашая окрестности философскими мыслями, в надежде показаться гипотетическим слушателям очень умным и начитанным.
Ан нет! Не такой уж я умный – это раз. Философию предпочитал в виде тех же фэнтези и фантастики, просто выбирал авторов, которые её умеют донести до читателя. Пересказывать прочитанное, выводя при этом какую-то свою теорию, я могу, но только перед очень близкими людьми – это два. Кроме того, я чертовски устал и это три. Причём это три намного больше, чем предыдущие два вместе взятые. Так что я просто задрых без задних ног.
Я проснулся на рассвете. Хотя нет, проснулся не то слово, меня будто пружиной подкинуло. Как бы это объяснить. Я не открыл глаза, пытаясь сообразить это уже явь или ещё сон, не стал потягиваться, разминая затёкшие от лежания на голом песке мышцы. Я вскочил на ноги, готовый биться с драконом, любить прекрасных дам (можно во множественном числе) нестись на край света…. Ну, вы поняли. Энергия бьет через край, как закипевшая вода в чайнике.
И так не только сегодня. Это с первого дня моей новой жизни. Тоже странность, ведь в прежней я – сова. Для меня необходимость каждый день вставать в шесть утра – одна из казней египетских личного предназначения. С другой стороны, учитывая общую необычность происходящего, можно не обращать внимания, что я успешно и проделывал в последнее время.
Но сегодня, бросив взгляд на часы, я сформулировал для себя вопрос – а что происходит со здешним рассветом? Я пробыл здесь порядка двух недель, значит, время восхода не должно измениться так уж сильно. А оно отличается на десятки минут. А, если припомнить, то и на час. Причём не последовательно. То солнце встаёт раньше, то позже.
На пару секунд я решил было удивиться этому факту, но мне сразу надоело. В своей нынешней ипостаси я (по крайней мере, пока) не склонен был предаваться долгим раздумьям над возникающими, то и дело, вопросами. Кроме того, энергия, бурлившая во мне, требовала выхода. Я подхватил свои мечи и пошёл к берегу.
В подростковом возрасте я занимался фехтованием на саблях, позже, в разное время, эпизодически, историческим фехтованием и японским кендо. Всем по чуть-чуть. И, раз уж здесь и сейчас это необходимость, надо попытаться вспомнить хоть что-то. Получилось очень странно. Вы когда-нибудь испытывали вдохновение? Представляете, что это такое и как ощущается? Когда с каждым следующим шагом, мыслью, движением ты понимаешь всё лучше и лучше какими должны быть следующие?!
Вот и я, проделывая комплекс за комплексом, кату за катой, всё более чётко понимая, что, как и зачем надо делать. Я нападал, защищался и уходил от воображаемых ударов вымышленных противников, иногда совершенно неизвестным мне способом. То, что меня вело, было сродни виртуальному сэнсэю высочайшего класса. Проделав очередное движение, я совершенно точно знал, как и в каких случаях его надо использовать.
Эти два часа одинокого танца на пустом пляже дали мне едва ли не больше, чем все предшествовавшие занятия. А потом ветер вдохновения дал команду закончить, что я и сделал как в кино, опустившись на колено и вогнав оба меча в песок перед собой. Прям Нерон: «О, какой актёр умирает во мне!»
– Значит ты, всё-таки, ведьмак!?
Голос, раздавшийся у меня за спиной, был…. Не знаю, как описать его правильно. Бархатисто-грудной, но звонкий. Чистый, но с небольшой хрипотцой. Манящий, но предупреждающий. Я не сделал ни одного движения, даже не обернулся и ответил, продолжая стоять в той же позе:
– Нет, леди. Я не ведьмак. Я Странник!
Откуда взялось это Странник? Из прочитанных в юности Стругацких? Из детской мечты о приключениях и путешествиях? Я не в курсе. Но так я выбрал первое из нескольких имён, под которым меня знают в этом мире.
Глава 3
Мы разглядывали друг друга, сидя за небольшим изящным столиком на двоих, который прекрасная леди достала из своего кофра. Это, надо сказать, выглядело смешно, для непосвящённого, конечно. Красивая и вполне взрослая девушка заявляет, что ей не пристало сидеть на песке, лезет в сумочку и достаёт игрушечный столик и пару стульчиков под стать. Ставит их на песок и делает приглашающий жест. Тоже мне, иллюзионист-любитель.
В тот момент, когда я решил, что надо мной смеются, её губы шевельнулись, и мебель приняла вполне нормальные размеры. Я, похоже, в очередной раз, забыл, где нахожусь и с кем имею дело. Но это потом. А в первый момент я встал, крутанул мечи в руках, очищая от песка, и отправил их в ножны за спиной. И только после этого повернулся.
Девушка стояла у входа в хижину и выглядела ангелом, неожиданно оказавшимся на земле и ещё не решившем, как к этому относиться. Левой рукой она придерживала на груди платье, которое я испортил, проводя операцию, и теперь норовило сползти вниз. Судя по тому, как она это делала, ключица её не беспокоила, разве что повязка мешала. Ура мне.
Как всегда неожиданно проснулся мозг. А разбудил его тихо заурчавший живот девушки. Вот так-то, есть надо всем, и странникам, и волшебницам. А посему, я задал смутившейся колдунье меркантильный вопрос: а ест ли она дичь? Получил утвердительный ответ и был таков. В смысле взял лук и стрелы (не с арбалетом же на охоту идти) и отправился в лес.
Ходил часа два, добыл молоденькую свинку, освежевал и дотащил до хижины. За время моего отсутствия леди успела избавиться от повязки и выглядела посвежевшей, но ещё более удивленной, чем раньше. Платье на ней сидело так, словно я его никогда и не портил. Я решил, что она переоделась, а представив её фигурку без неглиже истинно воспрял. И, как вы понимаете, совсем не духом. Пришлось с головой уйти в процесс приготовления пищи и разговор, сам собой, отложился ещё на некоторое время.
Поскольку теперь у меня был вертел (я же говорил, что прихватил не только оружие, но и несколько полезных мелочей), жарить мясо было легко и приятно. Как истинный кулинар, я глубоко ушёл в процесс и молчал. Как истинная леди, девушка не лезла к незнакомому повару, занятому священным процессом превращения живого в не живое, но вкусное. Из приправ у меня была только соль, но ей богу, я неплохо справился с необычным, для меня, делом.
А потом последовала сцена с мебелью. Поскольку, в качестве тарелок, я располагал только ошкуренными деревянными кругляшами, сервировкой также озаботилась принимаемая сторона. И теперь мы сидели и вкушали пищу как белые люди. А заодно беззастенчиво рассматривали один другого.
Я ожидал вопросов, но их не было. Может тут правила такие, что девушке нельзя приставать к незнакомцу? Или, что тоже вариант, она как тот попугай, который молчит потому, что ему триста лет, и он уже всё сказал. Вполне может быть, волшебница она и есть волшебница. Хотя выглядит….
Представьте себе удлинённое лицо с выраженными скулами, огромные ярко-зелёные глаза, чётко очерченные губы, брови вразлёт и светлые, до белизны, гладкие волосы, уложенные в «пажескую» причёску. Я не буду останавливаться на ровных белых зубах, которыми она с аппетитом кусала мясо, но ещё раз вернусь к глазам.
Да – огромные, да – зелёные и да – глубокие, как озеро Байкал. Но внутри этих озёр танцевало пламя. Тоже зелёное, с жёлтыми проблесками и белыми искрами. И это пламя смеялось. Хотя было что-то, дающее понять: весёлый огонь может, если придётся, стать льдом. Обжигающим льдом.
Ещё у неё была изящная шея, которую хотелось поцеловать. Ушей, из-за причёски, не видел. Теперь добавьте фигуру богини, и вы поймёте, что передо мной сидела не девушка, а воплощённая мечта. Хорошо, что, разглядывая её, я всё время кусал, жевал и глотал. Иначе закапал бы слюнями весь стол, что тот бульдог.
В бокалах у нас была чистая вода. Сделав нескольких глотков, девушка поморщилась, и провела вдоль своего сосуда рукой. Жидкость приобрела рубиновый оттенок. Глядя на бокал в её руках, я глубокомысленно изрёк:
– Ну, да. Как воду в вино на всю зарплату превращать…
Моя прекрасная леди не выдержала и прыснула. Невидимая стена, не дающая нам нормально общаться, исчезла. И мы заговорили, забросали друг друга вопросами. Точнее она засыпала вопросами меня. Как маленькая девочка, которая уже научилась связно выражать мысли, но ещё не решила, что знает всё на свете.
– Странник – это то, чем ты занимаешься? У нас есть путешественники, но ведь странник – это не то же самое? Или это имя? А если нет, то, как тебя зовут? А откуда ты пришёл?
И так далее. Пока девушка тараторила, я пытался решить, что говорить. Правду или только её часть, а если часть, то какую? А ещё я должен был понять устройство мира, в который попал, и оценить, как в него вписаться. И ещё масса необходимых вопросов. А пока пора отвечать на вопросы, а то у девочки скоро язык заболит.
– Странник – это не профессия, а скорее состояние души. Я не ищу путь, это он находит меня и приводит куда-то. Как привёл в твой мир. И пусть это состояние побудет, заодно, именем. А то я ведь не знаю, вдруг моё имя для тебя само по себе смертельное оскорбление? И ты должна меня испепелить на месте? Не-е-т, пусть уж будет Странник. Сразу будет видно, что нездешние мы.
Девушка снова прыснула. Очень интересно. Даже дома далеко не все понимали такие вот мои шутки. Иногда считали тупицей, чаще просто не понимали о чём речь. А она смеётся. Ладно, будем радоваться такой удаче. А вслух продолжил.
– А как зовут тебя, леди?
– Джейн. – Она сложила ладони ковшиком на уровне груди. – Готова дышать рядом с тобой.
– Что? – я непонимающе посмотрел на девушку. То есть на Джейн.
– Готова дышать рядом с тобой. – Повторила она.
– Это ритуал знакомства, если, конечно, ты хочешь его продолжать. А если нет, то можно просто поздороваться. «Здравствуй» сказать, или «Живи долго», не важно. Если не сказана фраза о дыхании, значит, продолжать отношения ты не собираешься.
– А руки? – снова спросил я, – Тоже часть ритуала?
– У женщин – да.
Джейн, объясняя мне прописные, по её мнению, истины веселилась вовсю.
– А мужчины могут делать с руками что хотят. Тут она сообразила, что сказала, и смутилась.
– Леди Джейн, я готов дышать рядом с тобой! – Я приложил правый кулак к сердцу, чем, похоже, смутил её ещё больше.
– Я не Леди, я только учусь на волшебницу. Я и в Дао шла, сдавать экзамены за девятый год обучения.
– Куда шла?
Я немного ошалел и, говорил, как умственно-отсталый. Во всяком случае, в моём представлении, именно так, односложно, они и говорят.
– В Дао – это название города, куда я шла. Ты должен был его видеть с дороги, сэр Странник.
– А почему «сэр»?
Что-то я совсем плох стал. В голове туман какой-то. Интересно, это меня так название города шибануло? И, что смешно, говорить с представительницей другого мира на своём родном языке – это нормально. Сидеть на игрушечном стуле – тоже. А вот, что город называется Дао, то есть «путь» на китайском, это как пустым мешком по башке. Вроде и не больно, но в глазах туман, уши пылью забиты и в мозгах каша. Потому и спрашиваю о каких-то глупостях.
– Ну, обычных людей называют просто по имени или прозвищу. Тех, у кого есть профессия, называют мастер. Купцов всяких, кузнецов, булочников. А командиров у военных, знатных людей и волшебников называют «сэр».
– А тех, кто всем управляет? Есть же кто-то, кто издаёт законы и всякое такое?
– Конечно, есть. Есть король. Король Эдгар. У него есть министры, которые пишут законы. В городах есть Хранители, которые правят именем Короля. Ещё есть всякие военные звания.
– А вот ты назвала меня ведьмаком. Это что?
– Ведьмаки – это профессия. Они охотники на всякую нечисть и разведчики в войске. Чаще всего, они не совсем люди. Хотя бывают и исключения.
– Не совсем люди – это как?
– Ну, бывает это получеловек, полуэльф. Или полугном. Или ещё сложнее.
Очень интересно. Значит, тут действительно есть и эльфы, и гномы. С другой стороны, после драконов и волшебниц, чего я собственно ожидал?
– Так Джейн, начнём сначала. Я ведь гость в твоём мире, так что ничего о нём не знаю. Ты уж расскажи, как он устроен, а? Суша, море, государства, население там и всякое такое.
Джейн задумалась, машинально взбалтывая остатки вина в бокале. Рубиновая жидкость, судя по тому, как плавно она переливалась, была довольно густой, несмотря на прозрачную чистоту. И больше походила на коньяк, чем на вино. Однако. Если эта штука и вправду имеет крепость коньяка, серьёзные тут девушки живут. Я бы уже лежал под столом, честно. Нет, я просто должен проверить. Да и пауза, что-то, затянулась. Мне нужны обычные бытовые сведения, а не «доклад на тему». Придётся отвлечь девушку от дум.
– Джейн, а Джейн! Может, и мою воду подкрасишь? А то как-то неудобно. Ты тут вином балуешься, а я водой из озера давлюсь.
Джейн непонимающе посмотрела на меня. Ну, точно, составляла в уме доклад для географического общества Королевской академии наук. Наконец до неё дошло, и она засмеялась. Но через секунду снова стала серьёзной.
– А тебе разве можно, сэр Странник? Ведьмакам же запрещено пить что-то, кроме воды и снадобий?
– Вот тебе и на! Джейн, мы же договорились, что я не ведьмак. И вино мне пить можно, только в меру. Как говорится, можно выпить литр, можно два, но напиваться-то, зачем?
Она снова засмеялась. Положительно мне повезло. Встретить в другом мире девушку, которая понимает твои шутки, это я вам скажу нечто. Да только ради этого стоило попасть в другой мир. Тем временем Джейн провела рукой над моим бокалом, и вода в нём приобрела тот же рубиновый цвет. Я пригубил. Крепким напиток не был. Хорошее вино, несмотря на кажущуюся густоту. В меру терпкое, в меру сладкое, в меру…. Короче всё в меру. Я слегка откинулся на спинку стула, внешне расслабляясь.
– Ну, так что там с мироустройством, Джейн?
И она начала рассказывать.
Это был очень странный мир. Что касается географии, то более-менее всё было обычно. Один огромный материк, омываемый океаном. Несколько небольших островов в пределах легкой досягаемости и, если верить местным легендам, довольно большой остров, которого почти никто не видел. Точнее мало кто возвращался, чтобы рассказать об увиденном. А вот дальше начинались странности.
В этом мире не было времён года. Погода была примерно одинакова всегда. Ну, то есть дожди, ветры и всё такое было. Но температура была всегда около 25 градусов. Что такое весна, осень или зима Джейн не понимала. Могли собраться тучи и зарядить дождь. Иногда на несколько дней, а то и недель. Особенно, если кто из волшебников подсуетится. Мог подняться ветер, а то и буря или ураган.
Следующая странность вообще в моей голове не укладывалась. Как, впрочем, и до сих пор не укладывается. Просто я к ней привык. Она, кстати, напрямую касалась замеченных мной раньше игр с рассветом. Время от времени тут менялось Солнце. Оно становилось больше или меньше, или, может быть, ближе или дальше. Светило чуть ярче или чуть тусклее. Менялся оттенок света.
При этом сутки всегда были 24 часа. И на том спасибо. Главное, что не поддавалось объяснению, почему на это безобразие не реагирует природа? Не было резких приливов и отливов, не опадала листва и не пересыхала земля. Всё росло, цвело и пахло, будто и не было этого солнечного калейдоскопа.
Что было, так это древняя легенда, согласно которой когда-то очень и очень давно солнце стало таким огромным и ярким, что сожгло почти всё живое. И, когда-нибудь в будущем, это может произойти вновь. Такая вот «весёлая» перспективка. Правда, большинство живущих в это не верили, привыкнув просыпаться под светом разных солнц от рождения до смерти.
И, наконец, население. Тут были люди, эльфы (куда же без них), гномы, оборотни и великаны. И все возможные вариации. Представляете, местная генетика (и мораль) не видела ничего зазорного в рождении ребёнка от гнома и великанши. Я, чуть было, не спросил об обратном варианте, но вовремя скомандовал себе: «Гусары – молчать!»
Ещё в местной жизни было полно магии. Владели ею немногие, а вот пользовались почти все. Маги и волшебницы занимали верхнюю ступень местной иерархии, хотя и не обладали властью. Просто они обеспечивали население бытовыми удобствами и медициной, а власть – некоторыми важными услугами.
В этом мире существовало несколько государств и много мелких княжеств, или как их тут называли лордств. Самым крупным государством было то, в котором я находился сейчас. Королевство (хорошо, что я сидел) Асгард! Если принять его за центр, то севернее находилось Горное царство, на юге – Южные земли, на востоке – Султанат (ну надо же и тут они Восток) и, наконец, на западе – Королевство Коро. Лордства были разбросаны между ними. Большинство лордств состояло в союзе с одним из крупных государств, но были и такие, которые желали быть независимыми. Эти, чаще всего, воевали с соседями по любому поводу и без.
Разделения на «хороших» и «плохих», фактически, не было. Во всяком случае, до последнего времени. Все жили, как им было удобно, говорили на одном языке, иногда немножко воевали, чаще долго жили в мире и согласии. Понятие гражданства было, но очень и очень демократичное, если можно так сказать. Человек мог встать, взять свой скарб и отправиться в любую точку мира. А там отметиться у местного руководства, будь то Лорд или Хранитель города, заплатить пошлину и всё. Здорово, если подумать.
Ещё смешнее обстоит дело с налогами. Бумажных денег, расписок, чеков, векселей и прочих ценных бумаг тут нет. Есть три вида монет, что интересно, идентичных во всех государствах. Лорды своих денег не чеканят, а получают от одного из королевств. Или как помощь, если это союзники, или как плату за товары или услуги. Наконец, как военную добычу.
Так вот. Есть золотая монета – золотой империал. Она имеет несколько вытянутую форму, на обеих сторонах отчеканено солнце. Это очень крупная денежная единица. За пару десятков империалов можно купить дом в том же Дао. А в городах поменьше и вообще за пару монет.
Дальше идёт серебряная деньга. Она обычной круглой формы. Чеканка та же. Десять денег составляют империал. И, наконец, медный куп. Квадратная, со скруглёнными углами, монета с такой же, как у империала и деньги чеканкой. В одной деньге сто купов. Это наиболее распространенная монета.
А теперь конкретно о налогах. Из каждых отчеканенных ста монет любого достоинства двадцать пять идут в казну. И всё!!! Считается, что налог жителями уплачен. Зато и за попытку изготовления фальшивых монет только одно наказание. Понятно какое? Смертная казнь. Считается, что это попытка государственного переворота и покушение на Короля. Всё. Финита ля комедия, как говорят латиняне.
Кроме того, очень большую ценность имеют драгоценные камни. В силу своей красоты и способности накапливать магическую энергию. Правда в этом мире особо ценятся рубины, изумруды и сапфиры. Алмазы, как ни странно, стоят меньше.
На этом месте я сильно задумался. Судя по всему, что я услышал о деньгах, я очень богат. Благодаря нынешним покойникам, напавшим тогда у дороги на Джейн. Но вот откуда у них такое богатство? По большей части, конечно, у их вожака. Десятка полтора империалов было у копейщика, плюс почти мешочек серебряных денег и какое-то количество купов. У остальных было больше меди и серебра, но, как минимум, один-то империал был у каждого из нападавших. Это что ж за спецура такая напала на мою юную волшебницу? Потому что, судя по «карманным деньгам», это не просто банда с большой дороги.
Пришлось прервать рассказ Джейн и спросить об этом. Она нахмурилась. А я практически услышал её эмоции. Не мысли, но, как говорится, чувства. Она не знала, как быть. С одной стороны, я её спас и ничего, пока, не требовал взамен. Причём спас дважды, отбив у банды, а потом и вылечив. Но вот открывать мне тайны она не могла. Ни свои, ни чужие. А обижать не хотела. Такую вот дилеммку я ей подкинул. Пришлось срочно идти на попятный. Типа – не знаешь, ну и не надо. Джейн вздохнула с таким облегчением, что мне самому стало легче на душе.
Тем временем наш завтрак-обед грозил перейти прямо в ужин. День уже клонился к вечеру, и мы решили встать из-за стола. Практически одновременно и не сговариваясь. Засмеявшись, мы довольно-таки дурашливо поклонились друг другу и начали убирать следы трапезы. Когда с этим было покончено, Джейн вернула посуду и мебель обратно в кофр. Времени до темноты было ещё полно, спать не хотелось, читать было нечего, а говорить мы оба уже подустали. Чёрт. Была бы гитара, мог бы хоть спеть. А что, вечер, костёр, гитара, девушка. Романтика!
Однако жизнь решила подкинуть мне ещё «подарочек». Что-то среднее между сюрпризом и испытанием. Поскольку Джейн, заявив что-то типа: «какое тут чудесное озеро», сбросила платье и пошла купаться. Вот просто так, сбросила и пошла. А я, в очередной раз, остолбенел. Эллинская культура, блин. Предупреждать надо. Теперь вот стою и не могу оторвать глаз. А я-то, когда рану зашивал, старался тело открывать совсем чуть-чуть.
А оказывается всё так просто и спокойно. Блин, блин, блин. И, главное, что теперь делать мне? Стоять столбом и глазеть – неудобно. Повернуться и уйти, а вдруг именно на это она и обидится. А самому лезть в воду…. Тут такая «проблема» стоит. И ничего я с ней сделать не могу. Пока. Для её снятия надо успокоиться, а не на девушку смотреть. А то проблема встанет ещё больше и больнее. Да и штанов других у меня нет.
А ей хоть бы хны. Скачет в воде, бултыхается, ныряет. Русалка. Ещё и машет, чтобы я присоединялся. Выручил меня… дракон. Он пролетел над озером, как позавчера, может тот же, а может и другой. Девочка пулей вылетела из воды и спряталась в хижине. А дракон, как и в прошлый раз, не обратил на нас никакого внимания и, не торопясь, скрылся за деревьями.
И только тогда Джейн вышла наружу и направилась к воде. Господи, до чего же красива, бестия белокурая. Кожа не белая и не смуглая, а какого-то золотистого оттенка. И, как будто, немного светится. Ноги длинные, то, что говорится «от коренных зубов». Грудь может и не идеальная, в общем понимании, но абсолютно идеальная для меня. И по размеру, и по форме. Не слишком большая, но и не маленькая, упругая, с темно-розовыми маленькими ореолами задорно торчащих сосков. Короче – полный отпад.
А она идёт себе. Спокойно так, словно одета по-человечески. Чё-ё-ё-рт! Подошла, подняла платье и тут, краем глаза глянула на меня. И глаза у неё смеялись, как ненормальные. А, спустя секунду, хохотала и она сама, снова уронив платье на песок. А я, совершенно внезапно, разозлился. Это что ещё за шуточки такие? Я к ней, понимаешь, со всей душой, а она такое вытворяет. Вот сейчас схвачу в охапку и поволоку в хижину. Интересно, будет ей смешно по-прежнему?