Америка на мою голову
- -
- 100%
- +
Мы с Аней перекинулись утвердительным выражением глаз и кивнули.
– Отлично. Мы будем ждать. – отозвался Коди, окидывая меня своим выразительным взглядом.
– Окей! – только и сказала я, а затем кинув: «Пока!» потянула Аню на выход.
Уже на приличном расстоянии от парней мы услышали очередной смех Энтони и грубое: «Shut Up!» («Заткнись!») от Миллера.
Выйдя на улицу из здания университета мы с девушкой от души рассмеялись.
– Что это сейчас было? – спросила раскрасневшаяся Аня.
– А на что похоже?
– Похоже на то, что этот чувак – Коди Миллер всерьёз тобой заинтересовался! – поиграла бровями девчонка.
– Также, как и ты этим Энтони? – не смогла сдержаться и полюбопытствовать я.
Аня тут же перестала смеяться и серьёзно спросила:
– Так заметно?
Я медленно и осторожно кивнула.
– Блииин! – обреченно выдохнула она. – Я старалась не показывать… Как увидела его неделю назад в группе, так и оторваться не могу. Красавчик, да?
– Нууу… эээ… нормальный. – неопределённо пожимая плечами, промычала я.
– Ладно, а как тебе этот Коди? – вперилась в меня своими зелёными рентгеновскими глазами рыжая.
– Нууу… эээ… нормальный. – повторила я.
– Ясно всё с тобой! – хихикнула Аня. – Дай парню шанс, а то в слюнях захлебнётся. Тем более на нашем языке разговаривает. Такая находка! Белиссимо! – и итальянским жестом восхищения поцеловала кончики пальцев.
Я показательно закатила глаза и фыркнула.
– Слушай, а я не поняла, ты домой как добираться будешь? – вдруг спросила Аня.
– Обычно папа за мной заезжает, если раньше с работы освободится… Или на такси, как сегодня.
– Ты что? Зачем деньги тратить?! Давай мы тебя с мамой подвезём? Ой, вон она как раз подъехала!!! – девчонка, не обращая внимания на мои вялые попытки отказаться, потащила меня на парковку к красивой белой иномарке.
Хотя для меня тут все машины – иномарки… Русская привычка.
– Ань, мне как-то неудобно…
– Да прекрати! Всё нормально! Мама рада будет узнать, что я себе подругу нашла, да ещё и русскую! – радостно прочирикала Аня, и открыв заднюю дверь нырнула в салон автомобиля. Пришлось мне лезть за ней.
Подруга… Сердце одновременно радостно и грустно защемило. Безумно скучаю по Юльке с Викой. Виртуальные переписки и звонки никогда не заменят живого общения.
А Аня мне понравилась, как говорится, с первого взгляда. Интуитивно чувствую, что она хороший человек. Открытая, лёгкая, прямолинейная и немного безбашенная, такая же, как и я. Так что для себя я решила, что совсем не против приобрести подругу в лице этой забавной рыжей девчонки. Нас с ней уже объединяют такие мощные обстоятельства как родная Россия и незнакомая Америка. Если объединимся, то с лёгкостью и взаимной поддержкой сможем познать новый мир, а если нужно и преодолеть сложности. Я уже в приятном предвкушении только от одной мысли, что можно трещать языком на родном русском и не напрягаться, копаясь в мозгу, чтобы выдать ту или иную фразу. Наши судьбы схожи! Вырвали обеих из тепличных условий, которые окружали нас с рождения и быстро закинули на другой край Земли. Сунули в зубы словарь и запихнули в один и тот же университет отчаянно грызть гранит науки. А если сточим зубы раньше времени, то ничего страшного. У Америки имидж стоматологической сверхдержавы. Культ красивых зубов и красивой улыбки. Так что не пропадём! Улыбаемся и машем!
Усевшись на заднее сидение машины рядом с Аней, я увидела за рулём приятную женщину с рыжими и кудрявыми волосами. Она с интересом разглядывала меня своими изумрудными глазами.
Хах, это у них семейное!
– Здравствуйте! – поздоровалась я.
Женщина, услышав русский язык, счастливо улыбнулась:
– Привет-привет! Русская?
– Да!
– Ну, слава Богу!!! – свободно и с глубоким облегчением выдохнула мама Ани и подмигнула дочери.
– Мам, это Люся! Познакомились сегодня в русском клубе, помнишь я тебе рассказывала? – активно зажестикулировала девушка. – Люсь, а это моя мама – Евгения Александровна. – гордо произнесла Аня.
– Ну какая я Евгения Александровна, Ань? – женщина наигранно пожурила дочь, забавно при этом сморщив свой веснушчатый носик. – Можешь меня называть просто Женей! – и показала свои ровные зубки.
Аня громко рассмеялась:
– Она у меня молодая и современная мама!
Женя хихикнула и отмахнулась от дочки рукой:
– Да ну тебя! Вот будешь в моём возрасте, тогда посмотрим, как тебе все «выкать» будут и по отчеству звать… Мне всего тридцать восемь! А мои биологические часы вообще показывают «двадцать лет», не больше!
– Вы очень красивая! – ляпнула я первое, что пришло на ум.
Женя тут же расцвела на глазах, мелодично рассмеялась и послала мне воздушный поцелуй:
– А ты мне нравишься!
Затем по-доброму «зыркнула» на дочь, ткнула в неё красным ноготком и поучительно воскликнула: «Бери пример!».
Аня легонько ущипнула меня за бок: "Подлиза!" – и показала мне язык.
Я ответила тем же.
– Ну что? Куда едем, девчонки? – спросила Женя, заводя двигатель.
Я продиктовала свой адрес. Но Аня решила сменить курс:
– А может к нам домой, Люсь? Мы бы тебя вечером отвезли…
Идея хорошая, но не вовремя маленько.
– Я бы с удовольствием! Но не сегодня.
– Почему? – в один голос прямо в лоб спросили рыжие и бесстыжие.
– Папа контролирует каждое моё движение… Он меня сверх опекает. Ни за что не поверит, если я позвоню и скажу, что у подруги. Пока не увидит меня воочию и не убедится, что я не пьяна и не обкурена – ни шагу из дома.
И завидев вытянувшиеся лица женщин, поспешила объяснить:
– Наслушался всяких историй как подростки в Америке развлекаются…а я у него такая «наивная дурочка»… – изобразила я голос отца.
Аня с мамой прыснули со смеху.
Согласна! Тут либо плакать, либо ржать!
– Ну тогда не будем заставлять нервничать твоего папу! В следующий раз ждём тебя в гости! А сейчас поехали! – авторитетно сказала Женя и мы тронулись с места.
* * *Домой меня довезли в целости и сохранности. Безумные «морковки» пришлись мне по душе.
Папа развалился на диване в гостиной и что-то печатал на своём ноутбуке, который лежал у него на коленях. Я подбежала к нему и чмокнула в щёку:
– Папуля, привет!
Отец отложил "умный прибор" в сторону и вытянул руки вперёд, приглашая меня пообниматься.
Я тут же оказалась прижатой к его боку.
– Ты чего такая счастливая, маленькая?
В ответ я лишь загадочно улыбнулась.
Папа свёл брови к переносице и его глаза потемнели:
– Мне уже готовить биту?
– Не ревнуй! Ты пока мой единственный мужчина в жизни! – похлопала по коленке родителя, собираясь выскользнуть из-под его напряжённой руки, но не тут-то было.
– Что значит пока? – потрясённо проревел отец.
– Пап, когда-нибудь это произойдёт, и я приведу в дом парня… – застенчиво улыбнулась я, глядя как отец сокрушённо качает головой.
– Когда-нибудь…, но не сейчас! Лет через десять! – строго заявил мужчина, вот так просто расставляя все точки над «i».
– Пап, мне восемнадцать, уже могу заводить парней! – я протестующе сложила руки на груди.
– И что? Это ничего не значит! Ты ещё совсем маленькая! Только вчера ещё ломал голову какой номер подгузников тебе брать, а сегодня уже заявляет, что парня завести решила! – ледяным голосом обдал меня отец и резко вскочив с дивана, начал раздражённо измерять комнату семимильными шагами.
Я, следуя за ним, подскочила на ноги и уперев «руки в боки» процедила сквозь зубы:
– Пап, я уже взрослая! И не намерена сидеть всю жизнь в башне с драконом!
– Ещё как будешь! Столько – сколько положено! Пока не отрастишь себе волосы как у этой твоей…как же её… белобрысая такая… – защёлкал пальцами в воздухе, пытаясь вспомнить. – А пофиг! Пока не отрастишь волосы размером с наш бассейн, никаких тебе парней! И не надо тут ноздри раздувать на отца! – кричал мне грозный родитель вслед, так как я резко сорвалась с места и понеслась вверх по лестнице, надеясь погромче хлопнуть дверью и запереться в комнате.
Когда уже достигла вершины лестницы, вдогонку мне пришло яростное:
– Грудь ещё не выросла, а она уже парней заводить решила!!!
– Вот начну встречаться с парнем и тут же вырастет!! – крикнула я в ответ и пока папа поднимался следом, чтобы всыпать мне по первое число, закрылась в своей спальне и включила бабушкин граммофон. Старые французские песни всегда меня успокаивали.
Вот про грудь не надо было мне говорить! Это моя «Ахиллесова пята». Чёртов первый размер даже и не думает увеличиваться. Зато мои нижние «сплющенные булки», как любит подкалывать меня папа, уже в старые джинсы не лезут! Караул.
На фоне музыки я услышала, как папа за стенкой звонил в Россию своему другу из института и на меня жаловался:
– Гриш, здоро́во, это я! У меня ЧП! Ты представляешь, что мелкая моя мне только что заявила?
Я злая как чёрт, запрыгнула на кровать под одеяло и накрыла голову подушкой. Всё! Меня нет! Эх, жалко, что все мягкие игрушки отдала, надо было одну оставить. Сейчас бы не помешало подушить какого-нибудь плюшевого медведя…
Прошло, наверное, минут двадцать, как дверь в мою комнату еле слышно отворилась и папа, шурша тапочками по ковролину, тихонько подошёл к кровати.
– Люююсь… – слабым низким голосом протянул отец, аккуратно снимая с моей головы подушку. – Обиделась, да?
В знак согласия я молча натянула одеяло по самую макушку. Папа шумно вздохнул и лёг рядом со мной. Так и лежали молча, пока я не выдержала первая.
– Что? Дядя Гриша с тётей Ирой убедили тебя, что я взрослая и ты не сможешь всю жизнь скрывать меня от этого мира? – язвительно пробубнила я, задыхаясь под одеялом.
– Угу. – пришло мне в ответ.
– И что ты решил? – высунула я кончик носа, чтобы жадно втянуть хоть каплю воздуха.
И не заставляя ждать, меня тут же «бипнули» по нему.
– Что дам тебе немного свободы. Разрешаю подружиться с каким-нибудь мальчиком, но не более! – сказал отец, усиленно пытаясь быть спокойным и не сорваться.
Я победно улыбнулась и скинула с себя одеяло:
– И то прогресс!
– Но только при одном условии! Чтобы я знал всё об этом мальчике! Кто он, где живёт и учится, кто родители, номер социального страхования и номер машины. ВСЁ! Поняла?
– Да! Без проблем! – отчеканила я.
– Хорошо! Ну что? Мир? – сунул мне в лицо мизинец как в детстве.
– Мир! – закрепили перемирие пальцами. – Ах да! Я же тебе самое главное не сказала! Я вступила в клуб и там познакомилась с русской девочкой. – от желания быстрее поделиться новостью, я подпрыгнула аж до потолка.
Папа безумно обрадовался, что мы с Аней так спелись в первый же день знакомства. И изъявил желание познакомиться с её родителями, чтобы в случае чего, знать куда звонить. На мои громкие возмущения, что я не пью, не курю и не употребляю наркотики, он лишь смерил меня многозначительным взглядом, и выходя из комнаты, кинул через плечо: «Всё начинается с мальчиков!».
Глава 10
Уже две недели как мы с Аней посещаем клуб. Коллектив уже привык к нам. И мы больше не чувствуем себя чужаками в стае. Помимо живого общения, мы проводили какие-то конкурсы, проходили «квесты», показывали мастер-классы. Каждые три дня мы выбирали новую тему. История России, искусство, кинематограф, традиции, интересные факты. Мы делились историями из жизни, воспоминаниями, личными мнениями. Скучно не было никому. Каждый находил для себя что-то близкое и интересное. Помимо русских студентов и иностранцев, наш маленький мирок вмещал в себя совершенно разных людей. Начиная с серьёзных ботанов-заучек и заканчивая отпетыми балбесами-футболистами. Даже самые «крутые» ребята университета, дети богатых родителей, местная мужская элита: Коди Миллер, Сэмюэл Браун и его друг Рэй Фоллис. Завсегдатаи вечеринок и тусовок не на шутку увлеклись и прониклись историей великой державы. Когда-то от балды они пришли скоротать время со своим русским другом Энтони. Тот помогал своей матери распространить информацию о клубе по интересам, и ничего более умного не придумал, как пригласить на пару таких встреч самых популярных футболистов университета.
Его лучший друг – Коди Миллер, с самого детства интересовался этой темой. Его отец – известный бизнесмен, часто брал сына с собой в деловые поездки в Москву и Санкт-Петербург. Мальчик был настолько сильно поражён красотой и величием этой далёкой страны, что начал самостоятельно изучать русский язык. Родители, одобрив увлечение сына, при каждой удобной возможности позволяли на личном опыте познавать все особенности русской культуры. К двадцати одному году парень уже знал, что такое душевно посидеть и попить «чаёк», а на следующее утро проснуться от жуткого похмелья. Знал, что такое сидеть наравне с мужиками в баньке при 120 градусах, облиться тазом ледяной воды, а потом после странных поздравлений: «С лёгким паром!» ещё и выпить пивка с рыбкой. Знал, что такое пойти с группой людей в лес за грибами, умудриться от них отстать и кричать во всё горло не «Хээээй!», а «Аууууу!» и тогда тебя найдут. Знал, что такое: «Смотри, у деда Вани какие спелые яблоки во дворе, давай сорвём парочку!», а затем этот самый дед Ваня, откинув трость, зарядит ружьё солью и выстрелит с первого раза тебе в задницу, а потом перезарядит и ещё два раза, потому что «Бог любит троицу!». Знал, что намазанные на хлеб сливочное масло и «рыбьи яйца» – это «пальчики оближешь!». И конечно знал, что русские девушки – самые красивые в мире.
Поэтому, Коди Миллер с огромным удовольствием посещает местный университетский «русский» клуб. Вместе со своими популярными друзьями. Именно из-за этого с завидной скоростью появляются и исчезают новые лица, желающие вступить в наше общество.
Этот Коди Миллер не давал мне спокойно вздохнуть вот уже какой день. Он постоянно на меня пялился. Чуть ли не в рот заглядывал. Каждый раз появлялся чудесным образом в тех же местах, где и я. Что дико раздражало. Парень учится на бизнес-факультете, а посещает некоторые дисциплины, что и я. Всё время застенчиво улыбается и прожигает во мне огромную дыру. Буду Люсьеной Дыркиной, а не Мироновой…
Так длилось все две недели, пока однажды он не прислал мне смс с приглашением на какую-то крутую вечеринку по случаю возвращения его лучшего друга из Нью-Йорка. Аня и другие участники «русского» клуба тоже приглашены.
Я предупредила, что сначала мне нужно получить разрешение у своего диктатора-родителя.
Каких усилий мне стоило убедить отца, что я не буду напиваться до потери пульса или не принесу ребёнка в подоле – не передать словами. Но заручившись поддержкой Ани и её мамы Жени – мне-таки дали зелёный свет. Женя была на высоте! За три дня до вечеринки она приехала к нам в гости с Аней и со своим мужем Даней (Дэниэлом). Просто позвонила нам и сообщила, что они будут через час. Американцы никогда не поймут фразу: «Наглость – второе счастье!». Они ввалились в наш дом с кучей пакетов с приготовленной заранее едой и под натиском этой безбашенной семейки, нам с папой ничего не оставалось, как устроить мини-пикничок на нашем заднем дворе. Женя как истинная русская женщина быстро сориентировалась на чужой кухне и распределила каждого по обязанностям. Папа с Даней сразу нашли общий язык и оккупировали барбекюшницу. Отчим Ани оказался очень общительным мужчиной. Он владел небольшим бизнесом в городе, связанным с клинингом. По-русски он говорил не «ахти», но кое-что понимал. Так они с папой на пальцах и двух языках и разъяснялись. С родным отцом Аня и её мама контакт не поддерживали, у того другая семья и новая жизнь. А Дэниэл принял Аню как родную и стал для неё не только мужем мамы, но и хорошим другом и наставником.
Пока мы с подругой готовили нарезки и лёгкие салаты, Женя уже потихоньку разъедала моему отцу мозг по поводу нашей рассудительности и ответственности.
Когда же все уселись в беседке за стол, между родителями завязалась нешуточная дискуссия. Мы с Аней пытались вставить пару словечек, но короткие взгляды, которыми нас награждали предки, наводили только на одну мысль – лучше помалкивать. Мой отец был непреклонен.
– Да вы знаете, что они там вытворяют, на этих вечеринках? Видел я по телевизору. Пьют в три горла, подсыпают всякую дрянь в напитки и девчонок зажимают по углам… – распылялся строгий родитель.
– Паша, ну что ты как маленький? Они нам слово дали, что не будут пить! Ни у кого из рук ничего брать не будут. Никто их зажимать не станет! Они же не одни туда идут, а с друзьями из клуба! Там хорошие ребята. Заступятся если что! Ну думаю до этого не дойдёт… Девочек мы умных вырастили, сообразят уж, что хорошо, а что плохо! – парировала Женя, косясь в нашу сторону, намекая на нашу поддержку. Мы с Аней сообразив, что от нас хотят, с умным видом, подтверждающе-синхронно закивали головами, как «китайские болванчики».
Повисло тягучее молчание. В папиной броне появилась трещина. Женя, ощутив прилив уверенности стала давить на отца жалостью.
– Ну, Паша, сам посуди! Здесь не Россия. У них так принято, понимаешь? Засветиться на крутой тусовке, чтобы тебя не считали изгоем. Девчонкам и так сложно, а тут ещё и шептаться за спиной начнут. Неужели ты хочешь, чтобы твою дочь считали лузером, а? И мою заодно… ведь без Люси Анька теперь ни шагу в сторону, вон как близнецы ходят… Нужно дать им немножечко свободы, а то потом загрызут на пару своими претензиями! – и резкий взгляд на меня, говорящий: «Добивай!».
Меня просить дважды не нужно, так что, сделав глаза кота из Шрека, я посмотрела на отца и нежным голоском пропела:
– Ну, пааааапочка! Ну пожаааалуйста!
Анька не осталась в стороне и жалобно пропищала:
– Дядя Паш, ну пожаааалуйста!
И в завершение пошла тяжёлая артиллерия от Жени:
– Пожаааалуйста!
Дэниэл громко хмыкнул и добавил на русском:
– Сдавайся, Павел! Пока пряник дают… Потом они тебя кнутом отхлестают и печень выклюют.
Папа шумно втянул воздух носом и откусив от своего стейка огромный кусище, начал яростно жевать, при этом нервно барабаня пальцами по столу. Повисло очередное молчание. Все смотрели на отца и ждали его вердикта. Наконец, он звучно проглотил последний кусок мяса и обречённо процедил сквозь зубы:
– Лаааадно!
– Уииииии! – завизжали мы хором с Аней и Женей под звонкий смех Дэниэла.
Я кинулась на шею к родителю, на что он беззлобно буркнул: «Сговорились!»
Остаток вечера мы обсуждали все насущные проблемы. Даже затронули тему покупки нам с Аней автомобилей. Родители пришли к общему выводу, что в Америке без машины никуда. Так что никто не захотел слушать мои доводы, что лучше этого не делать, потому что я дико боюсь водить. Боюсь сбить кого-нибудь или что снесут меня на огромной скорости. Ещё в России отец пытался меня научить вождению на автодроме. Лучше не вспоминать. Машина постоянно глохнет, отец орёт не своим голосом, а я в предобморочном состоянии. Всё.
Анино воодушевлённое настроение я не поддержала. Вот как-то совсем не хочется возвращаться к этому. Но мама Ани умеет убеждать. И что поможет, и что научит, и что здесь не такие дороги и пробки… Ну а самый главный аргумент – у Дэниэла есть знакомый, который может сделать большую скидку при покупке новой машины в его автосалоне.
Ане было разрешено остаться на ночь вместе со мной. На этом и порешили. Обожравшиеся и довольные распрощались с Женей и Дэниэлом. Отец отправился покорять глубины бассейна, а мы с подругой направились тормошить мой гардероб, надеясь отыскать наряд на гулянку.
Я незамедлительно отправила Коди Миллеру смс, что мы с Аней уломали родителей и таки придём на вечеринку.
В мгновение ока телефон оповестил о входящем сообщении:
«Я безумно рад! Можешь передать своему отцу, что я с тебя глаз не спущу!»
– Как будто он чем-то другим занимается каждый день! – сказала Аня, заглянув в мобильный мне через плечо. Секунда молчания и комната наполнилась оглушительным хохотом.
Вдоволь насмеявшись, я отправила ответное сообщение Коди:
«Хм, лучше я ничего не буду ему говорить. Он может не так понять. Ты знаешь, у моего отца есть бита на такой случай… смайл *накаченный бицепс*.»
В ответ пришло:
«Ох уж эти суровые русские мужчины… Но с другой стороны, я не удивлён, что такую девушку как ты приходится, в прямом смысле слова, отбивать от парней…смайл *Ангелок*»
Аня рядом присвистнула:
– Не прошло и года…, и наш мальчик вспомнил кто он такой!
– Ты о чём? – спросила я, примеряя на себя короткую джинсовую юбку, отыскавшуюся в недрах моего шкафа.
– В смысле о чём? О Миллере! Ты в курсе, что у него репутация сердцееда? – сказала Аня, отбирая у меня юбку, и суя мне в руки вместо неё короткие шорты. Убедившись, что от сказанного мои глаза полезли на лоб, довольно продолжила. – Только вот небольшая загвоздочка. Всё, что я слышала от девчонок, так это то, что Миллер особо не церемонится… Подходит и в лоб говорит, что он хочет от девушки, как и где!
– Подожди! Ты сейчас говоришь вот об этом робком парне, который и слова не может вымолвить при встрече? – тыча в экран своего телефона, ни на шутку удивилась я.
– Ага! Про него родимого! Говорят, что даже в команде его парни подкалывают, мол влип Миллер по самое «не балуй»! – поставила кавычки в воздухе Аня и плюхнулась на кровать, жалобно вздыхая. – Вот бы Энтони так увлёкся мной…а он вообще на меня не смотрит…вот чего ему надо, а, Люсь? – уставилась на меня подруга, ожидая ответа.
– Не знаю, Ань. Может ты к кому-нибудь другому присмотришься? Вокруг полно симпатичных парней, чего ты на этом Энтони зациклилась? – кидаю в неё шорты, которые настолько откровенные, что папа тут же забракует.
– Легко говорить…нравится он мне и всё. Ладно, давай спроси у своего красавчика точный адрес этого его друга! Кстати, про друга! Говорят, что он ещё хуже Миллера, настоящий бабник.
– Я не удивлена. – пожала плечами я, набирая смс Коди.
Тот моментально прислал нам нужные указания как добраться до места встречи и добавил пожелание: «Сладких снов!».
Я ответила ему тем же, и мы с Аней отправились на поиски моего отца, чтобы пожелать ему спокойной ночи, по пути схомячив оставшиеся после пикника пирожные.
Спать мы ложились в задумчивом настроении. Каждая утонула в своих мыслях. Аня видимо мечтала об Энтони… а я думала только об одном: «Не хочу водить машину!».
Глава 11
Настал день долгожданной пати[3]. Весь университет с самого утра стоял на ушах и гудел о предстоящем вечере. Хоть и приглашены были не все. Но новость о возвращении местной знаменитости в родные края смаковали в каждом углу. Из Нью-Йорка прилетает домой Эрик Дэвис. До наших с Анькой ушей доходили разные слухи об этом «уникуме». Ему двадцать один год, единственный и избалованный сыночек богатенького папочки, звезда университетской футбольной команды, любитель отвязных тусовок, ходячий плейбой и жуткий женолюб. А ещё «самовлюблённый кобель». Самая распространённая фраза за последние дни из всех женских уст сие учебного заведения.
Была ещё одна обсуждаемая новость – Карен Росс. Тутошняя дива. Примадонна местного разлива. Официальной девушкой Эрика Дэвиса она не была, но почётное звание его «постоянной сопровождающей» с гордостью носила. Перед отъездом Дэвиса сладкая парочка «повздорила» и стойкое положение принцессы подле её рыцаря знатно пошатнулось.
Вопрос на повестке дня: примет ли Дэвис назад в свои объятия красавицу Росс или отныне его сердце свободно?
За несколько часов до «торжественного мероприятия», отсидев свои положенные часы на нужных парах, я вывалилась на крыльцо здания и всей грудью вдохнула тёплый воздух. Анька уехала сегодня раньше, она учится на факультете «Психологии» и её учебное расписание редко совпадает с моим.
Прошедшая контрольная работа выжала из меня все соки и беспощадно отфаршировала мой мозг. В коматозном состоянии я нацелила свой курс на парковку, параллельно копошась в сумке в поисках мобильного телефона, чтобы вызвать такси. По пути я услышала, как меня окликнул знакомый голос. Я обернулась и увидела Коди Миллера. Он махал мне рукой и быстрым шагом шёл в моём направлении. Проходящие мимо студенты намеренно замедлили шаг и с откровенным любопытством начали ко мне присматриваться.
Честное слово, я физически ощутила, как ко мне булавкой прицепили ярлык: «Очередная подружка прославленного мачо».
Только этого мне не хватало! Не люблю пристального внимания к своей персоне. Я от этого начинаю дико тупить и становлюсь крайне неуклюжей, словно у меня две левые ноги и вместо рук выросли кривые палки.
– Люси! Уфф, еле успел. За тобой не угонишься! Куда так торопишься? – полюбопытствовал подбежавший парень, нервно приглаживая в бок непослушную чёлку.
– Домой, Коди, домой. – отрапортовала я.
– Давай я тебя подвезу? – оживился блондин.