Эйгор. В мятежах

Следом казначей проходится по нашим именам и я понимаю, что он не предупредил своих соратников о личностях моих спутников – при упоминании Канса Тонфоя на лицах всех, кроме Довано проступает явственное удивление. Вот его бабушку он не упоминает, что немедленно отмечает всё тот же Хольт.

– Ролс, та забыл сказать, что среди наших собеседников некон-телохранитель, созданный вдовствующей хёрдиссиней Тонфой. А в представительстве Хёница сейчас находится раненая Айрин Мэно – дочь главы военной разведки империи.

Марэто, закашлявшись, поворачивается в сторону Довано, взмахивая рукой.

– Это не столь важно для цели нашего сегодняшнего собрания – мы должны обсудить предложение регента, а не родственные связи её посланников.

Тот со скептическим видом выдыхает дым, но отвечать, судя по всему не планирует. Поняв это, казначей поворачивается ко мне.

– Итак, вы прилетели, чтобы предложить нам присоединиться к «Пакту порядка», правильно я понимаю?

Утвердительно склоняю голову.

– Именно так.

– А прислали вас по той причине, что род Вайрьо весьма уважаем горожанами и просто так развернуть вас назад не получится? Плюс, ещё и замок у нас под боком.

Пока местный лидер озвучивает вполне очевидные вещи, так что молча киваю. Тот ждёт пару секунд и удостоверившись, что я не собираюсь ничего отвечать, продолжает.

– Что регент может предложить нам в обмен на поддержку? Присоединившись к «Пакту», мы моментально станем мишенью для всех её противников, а к их числу, как я понимаю, скоро можно будет отнести почти всю высшую аристократию Норкрума.

Произнося последние слова, бросает взгляд на Канса, но парень хранит молчание, с каменным выражением лица, наблюдая за нашими собеседниками. Я же сходу озвучиваю встречное предложение.

– Основной вопрос в том, что именно вам хотелось бы получить. Озвучьте свои пожелание и посмотрим, получится ли их реализовать.

Казначей оглядывается на остальных присутствующих и городской глава делает приглашающий жест рукой – мол, продолжай и дальше сам. Переведя взгляд на меня, Ролс принимается излагать.

– В первую очередь нас интересует вопрос деятельности императорской канцелярии. Понятно, что совсем без неё не обойтись, но хотелось бы сократить их возможности, наряду с ограничением численности личного состава. А значительную часть дел передать городским структурам. Ещё один важный момент – подсудность и подследственность. Сейчас, при совершении преступления членом дома хёрдисов или герцога, следствие в их отношение ведут только офицеры канцелярии, а сам процесс происходит в имперском суде. Само собой, мы хотели бы получить возможность расследовать подобные дела самостоятельно, а рассматривать их в суде Скэррса.

На лице Канса появляется усмешка и парень, не выдержав, вклинивается с репликой.

– И часто у вас совершают преступления аристократы из высшей знати?

Смерив его взглядом, Марэто возвращает ухмылку.

– Деньги притягивают самых разных людей – например племянник какого-то хёрдиса может приехать к нам, заключить сделку на поставку продукции, получить аванс и покинуть город с деньгами. Будь следствие в нашей юрисдикции – за ним бы отправилась наша полиция, которая бы произвела арест и доставила преступника к нам. Но мы, мало того, что не можем действовать за пределами Скэррса, так ещё и в своём собственном городе способны только задержать злоумышленника, отдав остальное на откуп канцелярии.

Пока он всё это рассказывает, понимаю, что несмотря на пафос, требование точно из разряда декоративно-имиджевых. Да, в теории представители пары домов высшей знати могли провернуть сомнительные сделки и сбежать. Но понятное дело, на постоянной основе это невозможно. Да и реальный ущерб от нескольких подобных преступлений, в масштабах Скэррса крохотный. Дело скорее в популистской составляющей – городские власти хотят выглядеть полноценными правителями в глазах местных жителей. Такими, что могут отдать приказ об аресте хёрдиса, если это понадобится. Когда казначей заканчивает, формулирую свой ответ.

– Тут всё понятно. Но может быть обсудим темы, которые для вас действительно критичны? А не те, что годятся больше для предвыборных речей.

Ёрзающий на стуле брюнет, возглавляющий местный парламент, немедленно возмущается.

– Это важное требование! Мы должны быть хозяевами в своём собственном городе, а не бесправной обслугой!

Хочет сказать и что-то ещё, но осекается под взглядом Марэто – кажется даже съёживается на своём стуле, уменьшаясь в размерах. Сам казначей переглядывается с главой клана Довано и поворачивается ко мне.

– Хорошо, давайте перейдём к более масштабным вопросам. Например, отказу от обязательств перед империей в случае войны. Или налогам на экспорт кэррса и содержащих его алхимических составов. Можно обсудить и право ввода имперских войск на территорию города, в случае начала военных действий. Например, как сейчас, когда на наших улицах оказался батальон солдат, хотя все очаги мятежа находятся далеко отсюда.

Сразу после его слов раздаётся осторожный стук в дверь – официанты принесли подносы с едой, что даёт мне возможность обдумать свою реакцию. Если я правильно понял суть имперской грамоты, выданной Морной – мои полномочия распространяются на все сферы жизни города, за исключением армии и безопасности. Поэтому, ограничить полномочия канцелярии или пересмотреть соглашение о военном присутствии я не могу. А вот решить что-то с налогами и экспортной пошлиной – вполне.

Спустя несколько минут официанты удаляются, расставив еду на столе, а комнату оглашают звуки разрываемого поросёнка, которого Круацина, не сильно церемонясь, разделывает голыми руками. Представители Скэррса с некоторой оторопью наблюдают за тем, как красноволосая красотка отрывает солидные куски мяса от ещё горячей тушки, отправляя их себе в рот, а Канс скалится в довольной усмешке. Даже невозмутимый Довано подаётся вперёд, сжимая в пальцах сигару. Эйкар же пускает в дело нотную связку, анализирующую еду и утвердительно кивает мне, давая понять, что пища безопасна. Дождавшись его вердикта по поводу принесённой еды, решаю детализировать их просьбу.

– До какого порога вы хотите снизить экспортные пошлины на сырьё и артефакты? И что именно предлагаете изменить в соглашении с империей о присутствии войск?

К сожалению, Морна не прислали никакой документации на этот счёт. Возможно считала, что бастард Вайрьо, выросший где-то в этих краях, должен быть в курсе положения вольного города и сам отлично разбираться в вопросе. Но это совсем не так – сейчас я чувствую себя, как сапёр, двигающийся по минному полю. Если эта «банда» поймёт, что я абсолютно не разбираюсь в правовых актах, которые сейчас обсуждаются – моя репутация, как переговорщика, моментально рухнет на самое дно.

На этот раз отвечает Сейк Ботоли – официальный глава города. Правда, перед тем как заговорить, обменивается взглядами с Марэто, получив от него подтверждающий кивок. Не знаю как, но казначей однозначно держит их в ежовых рукавицах, не давая забыть, кто тут настоящая высшая власть.

– Вы наверняка знаете, что сейчас пошлина на вывозимый из города кэррс составляет половину от стоимости его продажи. А для алхимических составов, в которые он входит, пошлина и вовсе равна цене продажи. Нас вынуждают продавать добытый минерал, не развивая собственного производства. Из-за размера пошлин, экспорт готовых алхимических составов приносит денег не больше, чем продажа сырья для них. А сложностей, напротив, возникает масса – от оборудования лабораторий, до поиска специалистов и риска происшествий в процессе производства. Сами понимаете, на такое готовы пойти лишь энтузиасты или те, кто рассчитывает на изменения условий в будущем. Это не говоря о том, что наши собственные лаборатории обязаны закупать кэрсс с учётом всё той же экспортной пошлины. Как итог, они влачат нищенское состояние, потому что себестоимость их продукции более чем в два раза дороже, чем у остальных, а вот продают они по той же цене – иначе клиентов не будет вовсе.

Занятная ситуация. Но в то же время, достаточно логичная – власти империи явно не хотели допустить концентрации в одном городе добычи минерала, наряду с производством алхимической продукции на его базе. Переглянувшись с нахмурившимся Кансом, пожимаю плечами.

– Свои предложения вы так и не озвучили. Чего вы хотите?

Ботоли откашливается, косясь на казначея и продолжает.

– Было бы неплохо снизить пошлину на экспорт кэрсса и составов на его основе, до двадцати процентов. При этом, дав нашим лабораториям возможность закупать его без дополнительной наценки, равной этой самой пошлине. Это поставит городское производство в равные условия со всей остальной империей.

Скорее выведет город в явные лидеры, так как по моему подозрению, закупочная цена сырья для местных лабораторий, будет критично ниже, чем для покупателей извне. Но этот очевидный факт, сейчас лучше не упоминать. Вместо этого, задаю совсем другой вопрос.

– Хорошо – я услышал вашу позицию. Что по поводу соглашения между вами и империей на случай военных действий?

Тут слово снова берёт казначей Скэррса.

– Согласно договору, мы обязаны поставлять добываемый минерал бесплатно, в том случае, если Норкрум воюет с внешним противником или в стране имеет место открытое выступление мятежников против императора. Как вы сами понимаете, город в этом не заинтересован.

На несколько секунд замолкает, пристально изучая меня, но не получив ответной реакции, говорит дальше.

– Само собой, мы осознаём, что война – не тот случай, когда можно говорить о сохранении каких-то рыночных отношений. И не собираемся требовать немедленной оплаты за всё поставленное сырьё в то время, как престол и так несёт колоссальные расходы на ведение военных действий. Но хотелось бы получить деньги за поставленные минералы и алхимические составы после того, как война закончится. В оговорённые сроки, которые будут указаны в новом соглашении. Скажем, в течение года.

Всё им сказанное тоже звучит вполне логично. Только вот присутствуют у меня мысли, что будь под контролем Морны больше солдат и острая потребность в кэрссе – девушка бы взяла город штурмом, обеспечив себе поставки сырья. Как и любой другой правитель империи. Но эти парни явно смотрят в будущее и как я понимаю, надеются сформировать достаточно мощную местную армию к моменту окончания конфликта. Конечно, если раньше до них не доберётся кто-то из его участников.

– Это требование тоже понятно. Рискну предположить, что фразу о запрете на ввод имперских войск следует рассматривать, как невозможность армии войти в город, за исключением случая мятежа в нём самом.

Получив подтверждающий кивок со стороны казначея, делаю свой ход.

– Предположим, я могу рассмотреть часть ваших требований. Более того – возможно получится удовлетворить их в полной мере. Но если это произойдёт, то и с вашей стороны потребуется нечто большее, чем присоединиться к «Пакту порядка».

На лице Марэто появляется непонимание, а городской глава уточняет.

– Но ведь вы прибыли сюда как раз с предложение подписать «Пакт», поддержав Морну. Что изменилось?

– Услышал объём ваших запросов. Если с экономической стороной дела всё ещё как-то можно утрясти, то вот ограничение полномочий канцелярии и запрет на ввод в город имперских солдат, потребуют в обмен куда большей самоотдачи, чем простой финансовый транш и открытые пункты по набору добровольцев. Например, вам может быть поручено полностью укомплектовать личным составом несколько армейских бригад, что вступят в войну на стороне регента. Обеспечить их снабжение, пополнение новобранцами, развернуть тыловые госпитали и предоставить командование над всем этим кому-то из присланных генералов имперской армии.

Насколько я могу судить по лицам переговорщиков, такого поворота событий они не ожидали. Только Довано чему-то усмехается, обрезая новую сигару. Да блондинка, представляющую семью Лоннейс, владеющую шахтами, по-прежнему сидит с постным видом. А вот казначей, глава города и спикер парламента явно ошарашены. Впрочем, надо отдать им должное – пауза длится не более пяти секунд, по истечению которых Марэто осторожно озвучивает свою позицию.

– Нам потребуется какое-то время, чтобы всё обсудить. Сами понимаете – к предложению такого рода, мы готовы не были. И скажу сразу – эти четыре требования ключевые, но далеко не единственные.

– Надеюсь остальные не настолько масштабны?

Тот слегка улыбается.

– Абсолютно верно – если мы придём к соглашению по уже озвученным четырём пунктам, то думаю точно договоримся обо всём остальном. А теперь, прошу нас извинить – дела города не ждут. Предлагаю встретиться в этом же зале, завтра в два часа дня. Пока же наслаждайтесь едой и гостеприимством Скэррса. Паромобиль будет ждать вас около входа в ресторан.

Когда представители местной элиты, один за другим покидают помещение, наконец отдаю дань уважения ароматному стейку, который принёс официант. Да и остальные набрасываются на еду – из всех нас насытиться успела только Круацина, сейчас обгладывающая кости утки. Машинально бросаю взгляд на её живот, который на мой взгляд, должен был вздуться от такого количества пищи. Но судя по всему, несмотря на объёмы поглощаемого, призванная постоянно остаётся стройной.

Несколько минут в комнате слышатся только звуки работающих челюстей и звон столовых приборов, которые прерываются голосом Канса.

– Думаешь, Морна пойдёт на такое?

Бросив взгляд в сторону сына хёрдиса, показательно осматриваю стены вокруг.

– Лучше обсудить всё в гостинице, а не здесь.

Эйкар было поднимает на меня глаза, явно собираясь предложить свои услуги, но не думаю, что демонстрировать наши возможности здесь – хорошая идея. Если за помещением наблюдают на постоянной основе, то его заклинание успеют зафиксировать. Что даст потенциальному противнику дополнительную информацию о нашей компании. Поэтому, смотря на старого мага, отрицательно качаю головой и он возвращается к трапезе.

Разделавшись со своими порциями, покидаем здание ресторана, возвращаясь к отелю. По дороге интересуюсь у водителя статусом паромобиля, на которым мы сейчас перемещаемся и тот отвечает, что транспорт в нашем распоряжении до момента отъезда из Скэррса. Когда добираемся до здания отеля, вручаю ему монету в один лар и информирую, что дальше мы будем ездить со своим собственным шофёром, а он может быть свободен.

Когда парень удаляется, прошу приблизившегося обер-лейтенанта подобрать нам водителя из числа его солдат и тот бодро рапортует о том, что приказ будет выполнен. Потом, чуть замявшись, понижает голос почти до шёпота.

– Вас ждут посетители. До совещания ещё больше часа, поэтому я взял на себя смелость, отправить их в конференц-зал.

Сбоку удивлённо хмыкает Канс, а Джойл непонимающе хмурит брови. Я же поднимаю руку, прерывая офицера, уже готового продолжить свой рассказ.

– Сначала поднимемся наверх – там всё изложишь.

Рифнер явно не понимает разницы, но послушно следует за нами на третий этаж, где находится выделенный нам номер. По пути в голову приходит мысль, что было бы крайне неплохо проверить разумы всех солдат его взвода на предмет внешнего вмешательства. Учитывая наличие под властью города магов, с них станется попробовать установить контроль над каким-то числом бойцов.

Оказавшись в холле люкса, киваю Эйкару и тот пускает в ход нотную связку, исключающую возможность прослушки при помощи магии. Когда маг сообщает о завершении процесса, вопросительно смотрю на Гульца и тот называет имена посетителей.

– В конференц-зале вас ждут Сарт Довано и Лика Лоннейс – они прибыли вместе, заранее зная, что вас нет на месте и просили дать им возможность дождаться вашего возвращения.

Удивлённый поворотом событий, уточняю.

– Вот так просто заявились в открытую?

Офицер чуть смущается.

– Не совсем – у обоих были…маски. Или как их правильно назвать? Другие лица, что создаются заклинаниями.

Прислушивающийся к беседе Эйкар, встревает.

– Маскировка при помощи иллюзий.

Рифнер с облегчённой улыбкой поворачивается к нему.

– Вот – точно! Так они добрались до поста на вашем этаже и только потом назвались, показав свои настоящие лица.

Вздохнув, пытаюсь понять, что происходит. Выходит, пока мы были на переговорах в ресторане, Довано и Лоннейсы прислали отдельных посланников, что заявились прямо к нам в отель? Или это частная инициатива самих визитеров?