- -
- 100%
- +
Глава 1
Мелкие камешки под ногами осыпались и падали вниз. Было практически неслышно, как они равнодушно соприкасались с водой, не чувствуя при этом никакой боли. Хотел бы он быть камнем. Вероятно, не стоял бы сейчас здесь на краю моста и не старался бы найти в себе силы сделать шаг.
Александр Тихонов находился на этом мосту не в первый раз, но причина была всегда одна: желание свести счеты с жизнью. Сегодня он был настроен, как никогда, решительно, но все-таки что-то останавливало его совершить задуманное. Проклятые осыпающиеся камни и мысли об их беззаботном существовании. У смертников, как он считал, вообще не должно быть никаких мыслей, только желание, чтобы все закончилось.
Были ли у него причины? А какие могут быть действительно веские причины для такого поступка? Скорее всего, неразделенная любовь на первом месте. На втором можно предположить, смертельная болезнь, нежелание загибаться в палате и, как следствие, добровольная эвтаназия. Далее в списке долги и отсутствие денег. Возможно, просто обида на этот мир. Ничего из этого не было присуще этому неуверенному суициднику, стоящему на самом краю.
Одиночество. Наверняка каждый человек кое-что об этом знает и не понаслышке. Кое-что. День одиночества, неделя, а, возможно, и месяц. Да и не совсем даже одиночества, а скорее скуки. Всем в какой-то момент становится скучно. Погрустить и жить дальше в ожидании или поисках новых ощущений, которые избавят от всех неприятных мыслей – вполне стандартная схема.
Нельзя грусть и скуку путать с одиночеством. Нельзя говорить о любви к одиночеству. Нельзя говорить о том, что человек приходит в эту жизнь один и таким же образом уходит. Тот, кто знает до конца, что такое одиночество, предпочитает о нем молчать или говорит с осторожностью и только в крайних случаях.
Постоянная тишина. Четыре до боли, до слез знакомые стены. Молчание. Привычка всегда наблюдать со стороны и анализировать. Пассивное страдание. Пустота. Все это лишь поверхностные грани одиночества. Всего лишь слова. Посредством разговора никогда не передать всю глубину боли, которое оно причиняет. Она такая незаметная, неявная, как будто и нет ее вовсе. Но на самом деле эта боль самая коварная из всех. Она постепенно приближается, сначала только легонько касается, затем обнимает, незаметно обволакивает все тело и утаскивает его на самое дно. Там темно, пусто и холодно. И никого нет.
Это не о том, что, приходя домой, человеку приходится быть наедине с собой какое-то время, и ему грустно оттого, что никто не может составить компанию, скрасить вечерок. Эта история о человеке по имени Александр Тихонов, который в этом мире совсем один. Все окружающие люди для него чужие. Друзей еще в детстве особо не получалось заводить, а те, с кем общался, со временем находили себе других товарищей. Отца он никогда не знал, а мать два года назад скончалась от стремительно распространяющихся раковых клеток, обнаруженных в ее теле слишком поздно. С девушками даже общаться толком не получалось, не то, что заводить отношения. Работал он в архиве на протяжении десяти лет и коллегами для него почти всю жизнь были одни папки да бумаги.
Скорее всего, когда родители называют ребенка Александром, то возлагают на него какие-то великие надежды. Ожидают от сына подвигов, и если он и не станет прославленным, как, например, Александр Македонский, то уж точно будет успешным человеком. Только они не задумываются, что в жизни Александром его будут называть очень редко, скорее Сашкой. Сашка Тихонов – звучит так же просто, как и он сам. Серый костюм, серый кабинет, серая жизнь. Никто не замечает таких людей, а значит, и не заметят, что их не стало.
Много ли на земле, таких как он? Страдают ли они от этого или давно уже свыклись с такой жизнью? Изменится ли она когда-нибудь? Все эти вопросы и призрачная надежда на положительный ответ последнего не давали ему сброситься прямо сейчас, в этот момент. Нужно подождать, думал он, но причину так и не находил. Александру на протяжении жизни ни на что не хватало смелости, вероятно, от этого и были все его беды. И откуда же ей взяться теперь?
– Не торопитесь с этим, – вдруг отвлек его голос сзади.
Это было неожиданно. На этом заброшенном мосту до этого никто, кроме него, не появлялся. Это по-настоящему возмутило Александра, но вместе с этим он осознал, что будто ждал этой фразы, поэтому и не решался. Хотя в момент, когда она прозвучала, появилось стойкое ощущение, что кто-то нагло вторгся на его территорию, да еще и при этом осмелился помешать ему закончить начатое. Поэтому, не поворачиваясь, он произнес:
– Пожалуйста, проявите уважение и оставьте меня, я уже давно все решил.
– Я и не собираюсь вас отговаривать от столь взвешенного решения. У меня к вам есть предложение, которое потребует от вас лишь некоторое время, а дальше вы непременно свершите то, что задумали.
Это было уже не просто интересно, а даже в какой-то степени заманчиво. Ситуация складывалась более чем странная. Суициднику, у которого никак не хватало духу свести счеты с жизнью, вдруг поступает какое-то предложение. Любопытство во много раз превысило желание покончить с собой и даже заставило его повернуться лицом к своему собеседнику. Тот стоял далеко, и в темноте невозможно было разглядеть черты лица. Только шляпа и длинный плащ создавали образ персонажа, расследующего какое-то, очевидно, очень запутанное дело.
– Сколько это потребует времени? – стараясь изобразить абсолютное безразличие, задал вопрос Александр.
– Год, – бесцеремонно ответил силуэт в шляпе.
– Год? – не смог скрыть удивление человек на краю моста.
Здесь ему стало неловко, ведь по каким-то соображениям ему казалось, что смертники не должны проявлять эмоций. Только безразличие. Но в жизни с ним просто так никто никогда не заводил разговор и уж тем более не делал никаких предложений, да еще и на такой долгий срок. От неожиданности он немного растерялся и произнес:
– У меня нет столько времени.
– Не спешите отказываться. Поверьте мне, предложение стоящее. И вы ничего при этом не потеряете. Только время. Но, мне кажется, как раз сейчас вы хотите распрощаться абсолютно со всем отведенным вам временем.
– Не вам меня судить. Для меня время – это мука и проживать день за днем – настоящее испытание. В этом вся проблема.
– Я это понимаю. Поэтому хочу предложить вам выгодные условия и дать цель, благодаря которой вам будет легче существовать уговоренное время.
– Кто вы вообще такой? Для чего вам это все нужно? Вы меня знаете? – с тревогой спрашивал Тихонов, явно чувствуя во всем этом какой-то подвох.
– Я обязательно отвечу на все ваши вопросы, но для этого предлагаю поговорить в более спокойной обстановке.
– Сначала скажите, кто вы такой и почему пришли именно ко мне.
– Хорошо. Я непременно представлюсь и расскажу вам о себе, как только у нас появится возможность пожать друг другу руки. Прошу вас, подойдите ближе ко мне, я бы, конечно, и сам сделал это, но не в данной ситуации.
– Хорошо, – согласился Александр и очень неуверенно отошел от края моста, направившись к таинственному незнакомцу.
– Велес Георгий Викторович, – четко проговорил он и протянул руку.
– Мое имя вам известно, я полагаю, – слегка пожал его руку в ответ Саша.
– Да, это действительно так. Мне известно о вас многое. Вы один из кандидатов, которых мы рассматриваем для одного проекта. На мой взгляд, самый подходящий из всех.
– Вы что, следили за моей жизнью? Для какого еще проекта?
– Простите, Александр, но за вашей жизнью не так уж и сложно следить и, честно говоря, не очень-то интересно. Но именно это и делает вас подходящим кандидатом. Нам нужен человек, который нуждается в кардинальных переменах.
– И что же мне нужно будет делать весь этот год?
– Как я уже сказал, от вас практически ничего не потребуется кроме времени. Но при этом вы сможете получить многое: полностью изменить свою жизнь и перестать в чем-либо нуждаться.
– Я не вижу никакого смысла в своей жизни, к чему мне ее менять?
– Вы не видите в ней смысла, потому что ничего интересного в ней не происходит. Я вам предлагаю участие в своего рода шоу, которое может принести вам деньги, славу, а вместе с этим и все, что вы пожелаете.
– Ясно, вот в чем подвох. Если вы следили за моей жизнью, то знаете, что я, мягко говоря, непубличный человек. Мне даже в коллективе сложно существовать, а уж тем более выступать перед кем-то и участвовать в сомнительных передачах. Это точно не для меня, – заявил Александр.
– Не торопитесь принимать решение, уверяю вас, условия участия более чем простые и вполне осуществимые даже для вас. Давайте пойдем и обсудим все детали в ближайшем кафе, – продолжал убеждать его Георгий Викторович.
– Нет, говорите все здесь и, пожалуйста, побыстрее. Вы, итак, уже совершенно сбили меня с толку и отвлекли от дела.
– Как вам будет угодно. Коротко расскажу всю суть проекта. Выступать вам придется только семь минут, но готовиться к этому выступлению вы будете целый год. Наша компания не побеспокоит вас все это время. Мотивировать, направлять и помогать вам никто не станет. Вы должны будете продолжать жить своей жизнью, но по вечерам или в любое другое для вас удобное время будете готовиться к выступлению.
– Что это еще за такое выступление, к которому необходимо готовиться на протяжении целого года? И для чего вам это нужно? – заинтересовался вдруг Тихонов.
– Это секретный экспериментальный проект будущего. И вы можете стать нашим первым экспериментом. Ваше выступление пройдет перед большим количеством искушенных человек. Они будут получать билеты на засекреченном сайте. Попадут туда далеко не все, а только те, кому это действительно интересно. Ваша задача ответить лишь на один вопрос: «Почему я достоин больших денег и славы?». И если вам удастся убедить большинство людей в зале, что вы действительно достойны, то вы все это получите.
– И для этого мне потребуется год? А если я не смогу убедить их в этом? В чем подвох?
– Подвох, как вы выразились, в том, что если вы соглашаетесь, то мы подпишем с вами контракт. В нем всего несколько пунктов. Первый – прожить целый год, не предпринимая при этом суицидальных попыток. Второй – подготовить убедительный ответ на озвученный мною ранее вопрос и выступить с ним на сцене перед публикой. Третий – вы не должны никому сообщать о том, что участвуете, так же как и о его существовании. И четвертый последний пункт именно для вас не станет сложностью – в случае неудачи вы должны будете завершить свое дело, от которого я имел наглость оторвать вас несколько минут назад. Считайте это своего рода возможностью – не будет никакой необходимости, как сейчас набираться смелости, у вас попросту не будет выбора.
– Честно говоря, я в полнейшем замешательстве, – ответил Александр, даже не зная, как реагировать на столь неоднозначные условия.
– Конечно, я понимаю, у вас, вероятно, небольшой шок от такой резкой смены обстоятельств. Вы можете спокойно все обдумать и после этого дать нам ответ. У вас на это будет три дня. Ах да, еще один момент: в случае неудачи покончить с собой вы должны будете прилюдно. На глазах у всех этих людей.
– Что? А вот теперь мне все ясно. Вы же просто хотите сделать шоу. Жестокое и отвратительное. Придумали еще какое-то глупое задание на целый год. Неважно, что я скажу, ведь людям будет интересно посмотреть на это. Вы что решили возобновить древние традиции, когда толпа людей наслаждалась казнью? Кто вообще может согласиться сделать такое при людях?
– Нет, что вы, напротив, мы стремимся к прогрессивному будущему. Наша цель, как раз в том, чтобы усовершенствовать наше общество. Для этого мы и разрабатываем настолько радикальные эксперименты. Не беспокойтесь, цель его не шоу и не заработок средств. Люди, которые попадут туда, будут тщательно отобраны. И для них это будет бесплатно. А также все они будут незнакомы без права на любое общение и обсуждение проекта. Лишь руководствуясь своими инстинктами, они сделают выбор.
– И какова же цель подобного эксперимента?
– К сожалению, вам сообщить мы этого не можем. Проект очень серьезный и секретный. Также это может повлиять на результат.
– Ясно, – ответил Саша, по-прежнему пребывая в глубоком шоке.
– Что ж. После истечения трех дней я приду к вам с контрактом, и если вы примете положительное решение, то вы его подпишите. Как я уже сказал в нем всего четыре пункта, и больше ничего нет. Никакого мелкого шрифта. Если же вы примете решение раньше, то прошу вас позвонить по этому номеру, – сказал Георгий Викторович и протянул черную матовую визитку с серебряными буквами.
– Хорошо, – все, что смог вымолвить обескураженный работник архива и убрал визитку в карман куртки.
– Всего доброго, – сказал человек в шляпе и, не дожидаясь ответного прощания, направился к черной машине вдалеке.
Александр Тихонов еще несколько минут смотрел ему вслед, а затем побрел к себе домой. Он никуда не торопился, в отличие от мыслей его в голове. Те двигались с какой-то непривычной для них скоростью и, похоже, что не собирались останавливаться. Он даже не мог представить, что этот вечер мог стать для него определенно самым необычным событием в жизни. Делать поспешный выбор он боялся, поэтому по привычке наводить порядок на работе, пытался разобраться в своих мыслях.
Придя домой, он тяжело вздохнул. Несмотря на то, что вечер получился на редкость удивительным, эти четыре стены все так же навеивали тоску. Вернее даже сказать, они имели крайне паршивую способность моментально погружать его в самую глубину беспросветной неутолимой печали. Именно они и были причиной долгого обдумывания предложения – выносить их вид еще год было сущим издевательством. А по условиям контракта, который очень настораживал Александра, жизнь его никак не изменится в течение года. Да и где гарантия, что в случае «выигрыша» к нему вернется вкус жизни? Да и был ли он вообще… В любом случае он отдавал себе отчет в том, что если не мог раньше решиться покончить со всеми этими мучениями, то после случившегося сегодня на мосту, уже вряд ли сможет.
Он подошел к зеркалу, чтобы спросить себя лично, готов ли он согласиться на такое предложение. Вместо ответа Саша начал разглядывать человека в отражении. Усталые карие глаза, погрязшие в преждевременных морщинах. Тонкие губы, желтоватые зубы и маленький нос. Черные волосы, которые очень стремительно выпадали с передней стороны, существенно увеличивая при этом лоб. Худощавое сутулое тело, лишенное тонуса и немного отвисающий живот. Все это вызывало у него отвращение к самому себе и вместе с этим порождало абсолютную неуверенность.
Ссылаясь на банальное любопытство, Тихонов, совершенно неспособный больше ему сопротивляться, сделал свой выбор. Он решил дать положительный ответ. И так как обдумывание очевидного решения в данной ситуации было единственным занятием на вечер, то он отправился спать.
Некоторые люди жалуются на недостаток времени на сон, Саша искренне таким завидовал. Бессонница – неотъемлемая часть одиночества. Неважно, просыпаешься ли ты рано, устаешь ли на работе, считаешь ли усердно овец с закрытыми глазами, уснуть всегда будет проблемой. А если все-таки и удастся, то среди ночи сон обязательно прервется, и продолжатся бесконечные попытки отключиться от этой реальности. Словно одного одиночества мало для такой ничтожной жизни, и кто-то решил приправить ее еще и отсутствием нормального сна. Несправедливо.
Александр привык просто лежать с закрытыми глазами и, как мог, старался при этом ни о чем не думать. Имитация сна, по его мнению, тоже восполняла запас сил и не давала организму вымотаться. Да и потом, если бы он не научился хоть немного контролировать ночной мысленный поток, уже давно бы сделал то, на что не решался. Осмысление его никчемности в этом мире первым делом пыталось забраться в его голову, но он не давал. Хотя спустя время Тихонов понимал, что оно проникает туда постепенно и уже берет над ним верх. Именно поэтому сегодня он в очередной раз стоял на мосту, но так и не смог со всем этим покончить, поэтому ему снова придется всеми силами защищать свой разум от собственных безжалостных мыслей.
Глава 2
Осуждать человека всегда легко, но, возможно, иногда с этим все же не стоит спешить? Александру тридцать шесть лет, и почти все это время он мирился со своей жизнью и где-то в глубине души надеялся на лучшее. До определенного возраста человек смотрит на других и точно знает, что когда-то у него будет так же. Обязательно появится любимое дело, куча друзей и знакомых, семья, дети. Появится как-то само собой. Бывает, конечно, что именно так все и происходит. Но куда чаще неизбежно наступает тот самый момент, когда ты вдруг отчетливо осознаешь, что сама по себе твоя жизнь не изменится. Да и ты сам уже не изменишься.
Именно с этими мыслями начиналось каждое его утро, и в выходные дни их труднее всего было отгонять. Суббота и воскресенье с тех пор, как умерла мать, стали настоящим испытанием. Один, наедине с собой, без возможности отвлечься на работу или другие дела. Никаких моральных сил выносить это уже не было. Именно поэтому суббота была самым подходящим днем для прогулки к мосту. Что он вчера и сделал, в очередной раз неудачно. Но на этот раз была причина.
Александр вдруг осознал, что это был не сон. Новые ощущения страха и любопытства были очень непривычны, но, на удивление, испытывать их оказалось даже приятно. Предвкушение им вмиг овладело. Отыскав визитку с надписью «Велес Георгий Викторович» и номером его телефона, он был готов дать свой ответ. Позвонить не решился, поэтому написал сообщение:
«Доброе утро. Я согласен».
Тихонов рассчитывал на очень скорый ответ с указанием дальнейших инструкций, но он почему-то не приходил. Прошло полчаса, а он все сидел и не отрывал взгляд от телефона. Спустя час Саша начал уже думать о том, что для проекта, скорее всего, нашли другого кандидата, который не замешкался, в отличие от него, и дал ответ сразу. Обида и злость на себя вдруг перебили все другие ощущения. Он ненавидел оказываться в глупых ситуациях и тщательно этого избегал, а в этот раз не получилось. Да и к тому же теперь он окончательно запутался. После ложной надежды на перемены найти в себе силы пытаться как-то жить дальше, будет еще труднее.
Вдруг позвонили в дверь. Гостей Александр не ждал. Никогда не ждал. От неожиданности он растерялся и, прежде чем открыть, начал зачем-то судорожно заправлять кровать. После этого глубоко вздохнул и медленно выдохнул, прилезал рукой те волосы, что остались (Александр стремительно лысел с двадцати пяти лет, и это была одна из многочисленных причин его неуверенности) и открыл дверь. На пороге стоял тот самый Велес Георгий Викторович в том же плаще и в той же шляпе. Рядом с ним был еще один мужчина, одетый также, но на вид моложе.
– Доброе утро. Проходите, – постарался он выглядеть максимально спокойным и вежливым.
– Здравствуйте, Александр. Рад вас видеть и не меньше рад вашему решению. Давайте все обсудим.
Они прошли в гостиную и проследовали на диван по неуклюжему жесту хозяина квартиры. Второй мужчина не изволил поздороваться или обмолвиться какими-либо другими словами, он лишь озирался по сторонам, выражая довольно откровенную брезгливость к старинному и безвкусному интерьеру комнаты.
– Присаживайтесь. Я внимательно вас выслушаю и если меня все устроит, то я подпишу ваш контракт, – снова постарался изобразить уверенность потенциальный участник проекта.
– Никакой новой информации у нас для вас нет. В контракте по-прежнему всего четыре пункта, о которых я рассказал вам вчера. Если у вас есть вопросы, а они, полагаю, имеются, то смело их задавайте, – ответил Велес.
– Каков будет выигрыш? – не раздумывая, спросил Саша, – Мне необходимо знать, что конкретно я получу для составления речи, – вдруг опешил он и решил объяснить причину.
– Ваш выигрыш составит десять миллионов долларов.
– Вы шутите? Откуда такие деньги? Кто спонсирует проект?
– Нет, я не шучу. В контракте прописана именно эта сумма, а значит, вы ее получите, если, конечно, выиграете. Проект спонсирует один из самых богатых людей в мире, имя которого, естественно, засекречено, и даже самые влиятельные люди не имеют возможности узнать, кто над ними стоит.
– И что же хотите сказать, с появлением таких денег ко мне вернется вкус жизни?
– Можете не сомневаться, деньги способны на многое, практически на все. Также вы можете стать известным, благодаря этому проекту. Слава тоже способна приносить небывалое удовольствие и, как следствие, тот самый вкус жизни.
– Нет, слава меня точно не интересует, – твердо заявил Александр.
– Как скажете, но имейте в виду, что в случае победы у вас будет возможность изменить свое решение по этому поводу.
– Так чтобы победить, я должен придумать убедительный ответ на вопрос: «Почему я достоин этих денег?»
– Почему вы достойны кардинальных перемен, которые произойдут в том числе из-за денег. Почему вы достойны того, чтобы ваша жизнь изменилась.
– То есть я должен буду рассказать им о своей жизни, и если это вызовет жалость у большинства людей, то я выиграю? И все это за семь минут?
– Совсем необязательно вызывать жалость. Это только ваше решение, что вы должны сказать и да у вас в распоряжении ровно семь минут, – спокойно продолжал объяснять Георгий Викторович.
– А каким образом будут выносить решение все эти люди в зале? И сколько их будет?
– Зал вмещает в себя две тысячи человек, и мы планируем заполнить его полностью. У каждого из них будет пульт с двумя кнопками, вы, вероятно, догадываетесь с какими, и по истечении ваших семи минут, каждый из них даст свой ответ. На экране будут две шкалы, которые отобразят присутствующим в зале и вам в том числе вердикт.
– А у вас все продумано. Как давно вы разрабатываете данный проект? – задумчиво спросил Александр.
– Это не имеет никакого отношения к вашей задаче, – отрезал Велес.
– Ясно, – ответил Александр, осознав, что перед ним очень серьезные люди и лезть не в свои дела, похоже, не стоит.
– Есть еще вопросы?
– Пожалуй, нет.
– Тогда поставьте свои подписи в двух экземплярах контракта, один из которых останется у вас, и в течение года мы вас больше не побеспокоим, – сообщил он, и его помощник тут же достал листы и ручки из портфеля.
Документ был с печатями и заголовками. Выглядело все очень серьезно и официально. Александр прочел текст и убедился, что никаких примечаний и подвохов нет. Он расписался и Велес, крепко пожав ему на прощание руку, попрощался и поспешно удалился вместе со своим товарищем, который так и не проронил ни единого слова.
Глава 3
Спустя три дня ощущение участия в каком-то проекте у Александра Тихонова практически полностью улетучилось. У него по-прежнему была все та же одинокая и серая жизнь со всеми вытекающими из нее последствиями.
Все привыкли осуждать зависимости и вредные привычки. Сигареты, алкоголь, вредная еда, извращенный секс, наркотики – все это порочный и тот самый запретный плод, который многих так манит. Хорошо, когда человек живет в гармонии, он уравновешен и его тянет только ко всему здоровому и полезному. Вы, кстати, встречали таких людей? Возможно, такие и правда существуют, но наверняка их считаные единицы. И кто знает, может быть, и они позволяют себе что-то запретное, может быть, даже что-то очень плохое, пока никто не видит. Это все не так важно. Каждый ведь вправе делать то, отчего он получает удовольствие. Хотя бы иногда.
В случае с Александром это правило не работало. Каждый когда-то чувствовал, что на какое-то время он перестает получать удовольствие от музыки или фильмов, от еды, от людей. Этакая временная апатия. Банальное отсутствие настроения. А теперь представьте, что это не прекращается никогда. Что он только не пробовал. Ничего не работало. Тихонов втайне по-настоящему завидовал всем этим алкоголикам, обжорам, зависимым от секса и просто обычным людям с какими-либо увлечениями. Вязание, коллекционирование диковинных штук, азартные и компьютерные игры, спорт и многие другие, порой странные на первый взгляд вещи, в которых люди находят отдушину, почему-то его совсем не прельщали и даже вызывали отторжение. Одиночество – это болезнь. Тихонов понимал это и знал наизусть все симптомы.
На шестой день, в ночь с субботы на воскресенье, он почувствовал это снова. Невыносимо. Начал думать о том, что же может измениться, если он будет лежать также, но, например, в каком-нибудь огромном и богатом доме. Наверное, ничего. Будет также тяжело. А еще он осознал, что сейчас весна и все симптомы одиночества слегка приглушены. Летом будет еще проще. Можно будет гулять в парке, наслаждаться свежим воздухом и теплом, кормить птиц. Но по контракту он должен был прожить еще год, а это значит пережить еще одну осень и зиму. Именно пережить. Страшнее для него ничего не было. И холод далеко не единственная на то причина.