Люди преодоления. Статьи об особых детях и особых людях

© Виктор Кротов, 2017

ISBN 978-5-4483-4066-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

На обложке: картина Валерия Каптерева «Лиловая буря».

Человек с картины Веласкеса: Владимир Медведев

Много лет назад друзья привезли меня в Троицк – познакомить, как говорится, с интересным человеком. С художником, прикованным к постели. Но в дежурное понятие «интересный человек» этот человек не вмещался.

Об инвалидности его я забыл через несколько минут. Мы просто подружились – и всё. Он оказался человеком многих художественных талантов, стремящимся вложить душу во всё, за что берётся. Человеком глубинного, благословенного оптимизма. Но есть в нём ещё что-то такое, что не сводится к этим словам.

Это «что-то» я ощутил в первый же вечер, возвращаясь из Троицка в Москву. Я был весь наполнен внутренней энергией – словно полностью заряженный аккумулятор. По каким проводам шёл этот ток: по нитям ли разговора, через эмоциональные вибрации или другими неведомыми нам путями – в этом ли дело?.. Но каждый раз, уезжая из Троицка, я увозил в себе очередной энергетический подарок.

Можно только порадоваться за Троицк и за тех, кого общение с Владимиром Медведевым заряжает жизнелюбием и пониманием подлинной ценности каждого мгновения нашей общей жизни – непростой, но всё-таки прекрасной.

Владимир Медведев родился 11 июля 1936 года. его детство и юность прошли в Тюмени. Там он закончил биофак педагогического института, работал на кафедре ботаники и систематики растений. Художественный дар возобладал в нём над тягой к науке – и Володя ушёл работать в Худфонд, потом на местное телевидение (его работы участвовали в первой Московской выставке телевизионных художников и были замечены). Он долго работал художником в газете «Тюменский комсомолец», был душой журналистской компании. Он вообще талантлив на дружбу. Дружелюбие и сейчас остаётся его визитной карточкой.

Много среди друзей Медведева и врачей. Так уж получилось, что за шесть поколений до него (как высчитал один из друзей-медиков) в родовую ДНК вкрался «рецессивный ген» – и вот теперь обернулся болезнью с трудно выговариваемым названием. Людей такого типа – с крупным умным лицом, внимательными глазами и уменьшенным телом можно встретить на картинах Веласкеса. С такой болезнью люди живут обычно не больше пятидесяти лет. Владимиру Петровичу исполняется шестьдесят шесть!

Много замечательных страниц в его биографии. Он был женат на ослепительной красавице, умной и любящей – и не она оставила его, а он, когда решил в 1977 году уехать в Троицк к сестре Валентине: помогать ей с детьми. Какая помощь, скажете вы. может быть от инвалида? Ещё какая! В этом загадка этой удивительной натуры – умение аккумулировать в себе духовную энергию и делиться ей с каждым, кто готов к этому.

Его картины участвовали в разных выставках. Да и квартира его – уже выставка. Не только картин. Резьба по дереву, работа с камнем и с другими материалами, способность самый пустяковый предмет превратить в произведение искусства.

Среди книг, которые иллюстрировал Владимир Медведев, есть и научные издания, и несколько томов сказок Александра Волкова: «Волшебник Изумрудного города» и следующие книги этой серии. Сколько задора и юмора в этих картинках!..

Владимир Петрович написал и свою книгу. Книгу о семье, о детстве, о судьбе, о своих многочисленных друзьях – и, в конечном итоге, об отношении к жизни. Когда-нибудь она выйдет в свет1 и, наверное, будет помогать людям жить так же, как умеет это делать её автор.

А пока – поздравим Владимира Петрович Медведева с днём рождения. Хорошо, что с картины Веласкеса сошёл этот необычный человек – и живёт рядом с нами.

Лошадь-целительница

Впервые в лагере «Солнечного мира» я оказался несколько лет назад. В чаще громадных елей, сосен и берёзы стояли жилые корпуса, беседки и множество качелей. И первые впечатления мне не забыть, сколько бы ни было потом новых.

…Мне навстречу шла девочка лет пятнадцати. Походка у неё была скованная, но лицо светилось радостью. Кого-то она увидела, наверное, за моей спиной. Я оглянулся. Позади никого не было. Девочка подошла и улыбнулась шире некуда. Она радовалась мне.

– Здравствуйте! – громко сказала она. – Как хорошо, что вы приехали. Меня зовут Тая. Не Таня, а Тая. Все путают.

Девочка приветственно махнула мне рукой и свернула на боковую дорожку…

Из просторной беседки неслась старинная музыка. Дуэтом играли флейтист и скрипачка. А на дорожке раздалось неторопливое цоканье копыт. Всаднику было лет семь. В руке он держал большой матерчатый мяч. Лошадь вела под уздцы девушка в оранжевых брюках, а сбоку шёл белокурый парень и перебрасывался мячом с наездником. У беседки они остановились.

Музыканты повернулись к всаднику и заиграли специально для него. Мальчик на лошади замычал, словно подпевая. Но мычание заменяло ему и разговор: говорить он не мог. Потом лошадь зацокала дальше.

– Понимаешь, – звонко произнёс невысокий щуплый мальчик в круглых очочках, мимо которого я проходил, – этот поток достигает основного русла в две целых семь десятых раза быстрее, чем тот!

Мальчик изучал ручейки, бегущие от протекающей водопроводной трубы. Рядом был только я, больше никого. Мне ничего не оставалось, как отозваться:

– И как же ты это установил?

– Эмпирически, – пожал мальчик плечом и погрузился в созерцание текущих струй столь отрешённо, что я понял: аудиенция закончена…

А навстречу шёл мальчик постарше, лет тринадцати. Он не шёл, а словно немного взлетал с каждым шагом, а потом с сожалением приземлялся. Он что-то говорил сам себе и смотрел вперёд громадными голубыми глазами, не замечая ничего вокруг.

– Здравствуй! – сказал я ему.

– Здравствуй, – отозвался он эхом.

Взгляд его на мгновение коснулся меня, и я замер на месте. Словно само небо глянуло на меня: спокойно, почти не замечая, но излучая свою блаженно-небесную сущность. Это было и радостно и больно.

– Правда, аутисты – особые существа? – спросил меня кто-то, подошедший так быстро, что я не успел этого заметить.

Высокий, худощавый, с курчавой шевелюрой, достойной рок-музыканта. Он искрился интересом ко всему, что происходит вокруг, и какой-то деятельной энергией, постоянно выбирающей себе наиболее подходящее русло. Лёгкую паузу, предоставленную для ответа, я использовать не сумел, но это было и не обязательно. Вопрос непринуждённо перешёл в ответ.

– Господь им чего-то не дал, а что-то особое дал с избытком. Вот и Андрей – ему очень трудно общаться. Я просто горжусь, что он вам сказал «здравствуй». Но, знаете, это особая личность!..

Тут раздались крики «Игорь! Игорь!..» – и он помчался дальше по своему замысловатому руслу дел.

Ещё тут было много детей с ДЦП: это детский церебральный паралич. Так мне сказал Александр Иванович, главный врач, с которым мы разговорились перед плацем, где с детьми занимались ездой на лошадях.

– Это лечебная верховая езда, – уточнил доктор. – Или, по-другому, иппотерапия. Ещё Гиппократ рекомендовал верховую езду для больных и раненых, а особенно для душевнобольных. Так и говорил, что она освобождает от тёмных мыслей, приносит весёлые и ясные. Да и не только мысли. Тело, психика – всё на лошади оживает. Мы только подбираем для каждого нужные ему упражнения. Вон, глядите, Дима на Руула садится.

Диме на вид было лет семь (десять, поправил доктор). Он упорно смотрел в землю – наверное, потому, что двигаться по ней ему было очень трудно. Двое взрослых помогли ему вскарабкаться на деревянные ступени помоста, возле которого стоял широкобокий Руул цвета крем-брюле и с ещё более светлой гривой. Проверили, хорошо ли застёгнут шлем на голове у мальчика, неторопливо, движение за движением, усадили его в седло, вставили ноги в стремена. Парень-коновод (очень странного, какого-то наивно-важного вида) взял под уздцы коня, и они отошли от помоста.

И вдруг показалось, что теперь в седле сидит совсем другой мальчик. Плечи у него развернулись, голова была поднята, он смотрел вперёд радостно и уверенно. С двух сторон от Руула шли сопровождающие и откровенно Димой любовались, как залюбовался и я. А через пару минут начались упражнения. Дима наклонялся к шее лошади, откидывался назад, почти ложась на круп, делал повороты телом с расставленными в стороны (насколько получалось) руками.

– Видите, – сказал доктор. – Для Димы это удовольствие. А для меня – снижение амплитуды гиперкинеза, увеличение объёма движений в суставах, уменьшение реактивности, ну и всякая прочая рутина… Полгода назад он был безнадёжным колясочником. А коновод у него с диагнозом олигофрения. Но с двумя золотыми медалями чемпионата по верховой езде среди инвалидов.

С тех пор я бываю там каждое лето. Если произносить полностью, это лагерь реабилитационного центра «Наш солнечный мир» для детей-инвалидов и их семей. И каждый год я наблюдаю чудеса иппотерапии.

Лошадь – вообще удивительное существо. Само общение с ней – большим сильным существом с огромными загадочными глазами, длинными ресницами и детским нравом – доставляет невыразимую радость. Верхом даже взрослый здоровый человек ощущает себя сильнее и могущественнее. Насколько же важнее это ощущение для больного ребёнка, который во всех других жизненных ситуациях ощущает себя слабым и беспомощным.

Разумеется, иппотерапия это не просто езда на лошади. Это и специальное снаряжение, и тщательно разработанные методики, а главное – иппотерапевты, которые воплощают их в жизнь. Три-четыре внимательных и заботливых человека сопровождают лошадь с ребёнком. Поддерживают его, общаются с ним, помогают ему быть всадником, управлять лошадью, выполнять упражнения.

Но в «Солнечном мире» не ограничиваются иппотерапией. В принятую там «экосистемную реабилитацию» входит обширный комплекс методик. Иногда это называют «средовым подходом» – и в лагере, действительно, создана разнообразная, но единая по сути «среда обитания». Работает множество мастерских, где дети и их родители могут заниматься всевозможными ремёслами и искусствами. Проводятся игровые группы, где дети общаются наилучшим для детства образом: в «заводных» играх, с народными песнями (оказывающими своё терапевтическое воздействие). Проводится социальная адаптация, овладение всевозможными навыками – вплоть до умения переправляться через овраг по канату на специальном альпинистском снаряжении. И многое, многое другое.

Главный смысл экосистемной реабилитации в том, что здесь никаких инвалидов. Каждый человек, больной или здоровый, проходит свой путь развития. И если это развитие идёт, в своём темпе у каждого, – он нормальный человек, каковы бы ни были его особенности. И сами педагоги считают: здесь все на равных.

Поскольку Пегас, символизирующий литературное творчество, – это тоже лошадь, мне удалось оказаться полезным «Солнечному миру». Я веду там летнюю литературную студию «Лучик». Радостно и удивительно, когда дети, некоторые из которых не умеют говорить вовсе, а у других словесное общение остаётся постоянной проблемой, начинают сочинять стихи, рассказы, сказки и афоризмы… Но это, как говорится, уже совсем другая история, и я расскажу её как-нибудь в другой раз.

Можешь ли ты приподнять автомобиль?

Известны случаи, когда мать, чтобы спасти своего ребёнка попавшего под автомобиль, вдруг находила в себе силы приподнять эту машину голыми руками. Собственными глазами я такого не видал, но вполне верю, что это возможно. То, с чем я сталкиваюсь последние годы, то, что я повидал, в частности, этим летом, мне представляется ещё более удивительным чудом. Потому что оно происходит не в какой-то критический момент, а на протяжении многих лет жизни.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

Владимир Медведев «Письма крёстному»,!!!