Неправильная няня, или Уборщица для олигарха

Письмо

Сегодня я совершил, наверное, самый отчаянный поступок в своей жизни – назначил няней нашего сына девушку, которая едва выглядит совершеннолетней! Дарину. Уборщицу из бизнес-центра. Помнишь, я о ней рассказывал? Так вот. Не зря она тогда привлекла моё внимание! Вроде ничего примечательного – худенькая, бледная, молчаливая… Глаза только колдовские. Но сегодня она умудрилась привести Диму ко мне. Добровольно! Представляешь? Он сбежал от Настасьи, а Дарина его вернула. Нет, я просто не мог упустить такую возможность. Не мог, понимаешь! Его же невозможно ни к чему принудить. Если втемяшит себе что-то в голову – пиши пропало… Сама помнишь.

Знаю-знаю, ты опять скажешь, что ему не нужна няня. Что он уже достаточно взрослый… Но мне спокойнее, когда за ним приглядывают. Да и воспитывать его кто-то должен, а у меня нет на это ни времени, ни терпения… К тому же мне кажется, что из-за близости возрастов у Дарины больше шансов до него достучаться, чем у всех взрослых, вместе взятых. Включая меня.

А вообще она производит впечатление вполне мудрой девушки. Особенно для своего возраста. Авось, что и выгорит… Но если и у неё не получится образумить Диму – точно отправлю его в военную академию! Даже предупреждать не буду. Прости. У меня уже нет сил с ним бороться… Он такой своенравный и упрямый. Впрочем, когда-то я был не лучше, верно?

3

Как и ожидалось, новый день не принёс ничего хорошего. Во-первых, увлёкшись чтением ежедневника, в котором прошлые няни подробнейшим образом описывали каждый чих, я забыла выключить телефон – и он сдох без моего участия, не дождавшись установки будильника. В результате мне пришлось просить помощи у Наргизы – и вместе с одноразовой зубной щёткой она выделила мне древние часы с колокольчиком, от звона которых в первые секунды я вообще не могла понять, где нахожусь и что происходит. Во-вторых, из-за неудачного расположения школы (или, вернее, дома) вставать пришлось в шесть утра. И это с учётом, что Дима обычно завтракает в дороге! Более того – в мой законный выходной… Которых отныне у меня не предвиделось. Ну а в-третьих, несмотря на то, что сам Дима уснул вскоре после отбоя – в чём я убедилась лично, заглянув в спальню и обнаружив там полную темноту – просыпаться вовремя он не собирался. На голос не реагировал, мычал, когда я пыталась стянуть одеяло, упрямо отворачивался к стене на каждую попытку потрясти его за плечо, а потом и вовсе накрылся подушкой, стоило мне в очередной раз попросить его по-хорошему… И моё терпение лопнуло.

Пожав плечами, я вышла в коридор и направилась в ванную хозяев, припомнив, что видела на столике большой прозрачный стакан… Нашла его, набрала чуть меньше половины и вернулась обратно, без предупреждения вылив около двухсот миллилитров холодной воды на шальную голову подопечного. Вернее, на его плечо и шею – ту часть, что по чистой случайности выглянула наружу… И результат не заставил себя ждать.

Подпрыгнув как ужаленный, пацан во все глаза уставился на меня, беззвучно хватая ртом воздух… А я молча отпраздновала маленькую победу. Ведь Игоря Алексеевича мы, кажется, не потревожили.

– С ума сошла?! – очухавшись, хрипло прошипел парень. – Как я теперь спать буду? Здесь же всё мокро!

– А ты и не будешь, – парировала, пряча улыбку за кривой усмешкой. – Тебе пора в школу. Ну а к вечеру всё высохнет. Или Наргиза высушит, если ты не станешь заправлять постель…

– Я и так никогда не заправляю, – сдавшись, буркнул Дима.

Затем вдруг хитро прищурился – и резко откинул одеяло, оказавшись хоть и в трусах, но до того облегающих, что будто бы и без них.

– Придётся научиться, – смерив его безразличным взглядом, откликнулась я.

И с удовлетворением отметила недовольство на лице подопечного.

– Нравится?.. – выпятив грудь, вызывающе поинтересовался он.

– Худоват, – мирно сообщила я.

То ли дело его отец… Не гора мышц, конечно, но в качалку наверняка ходит. И в солярий… По крайней мере, сила чувствуется. А здесь… Впрочем, если Дима и дальше будет питаться непонятно чем, масса появится. Правда, не та и не там. А заодно – гастрит и прочие сопутствующие заболевания.

– Сама-то! – между тем обиделся пацан.

– Я девочка. Мне простительно. Одевайся.

– А отвернуться не хочешь? – парень вопросительно склонил голову набок, давая понять, что до этого требовалось оценить несколько иное… Вот только я не собиралась ни обижать его, ни подбадривать. Не та тема.

– Думаешь, увижу что-то новое?.. – вместо этого отразила позу.

И, выдержав значительную паузу, покинула комнату, прекрасно осознавая, что спать Дима уже не завалится. Разве что на пол. И то вряд ли.

– А сколько тебе лет? – выйдя следом, поинтересовался парень.

Уже при полном параде – в белоснежной рубашке, синих отглаженных брюках и… жёлтом галстуке! Ни дать ни взять директор в миниатюре… С меня ростом. Хотя я всегда считалась дылдой.

– Двадцать один, – обронила, справившись с эмоциями.

До чего же он всё-таки был похож на своего отца! Аж сердце замирало…

– Старуха, – презрительно фыркнул Дима. – Я думал, тебе шестнадцать.

После чего ехидно ухмыльнулся – и скрылся в ванной комнате, благоразумно заперев за собой дверь. А мне не оставалось ничего иного, кроме как снисходительно улыбнуться своему отражению в матовом стекле.

Парень ещё не понимал, что в двадцать лучше выглядеть на шестнадцать, чем на тридцать… Зато его отец наверняка улавливал разницу. Жаль, что я, походу, не представляла для него интереса… Ну и ладно. Нам всё равно было не по пути.

Наконец, провозившись минут десять, Дима закончил с умыванием – и вскоре мы уже садились в машину к пожилому водителю с явной военной выправкой. Такому же нелюдимому, как и его работодатель… Кажется, в прошлый раз за всю дорогу он не произнёс ни слова. Не поздоровался и не представился, но тогда я списала всё на присутствие Игоря Алексеевича, рядом с которым никому не хотелось лишний раз открывать рот… И ошиблась. Без директора ничего не изменилось. Более того – стало хуже! Потому что от водителя веяло не меньшей силой, чем от Диминого отца. Разве что немного иной, с отчётливым ароматом смерти… Неудивительно, что в автомобиле мой подопечный снова притих, будто мышь под веником. Молча поел из контейнера, заботливо вручённого перед выходом Наргизой – и весь оставшийся час бездумно пялился в окно… Совсем как вчера вечером. А по прибытии с такой скоростью рванул в школу, что я даже опомниться не успела, не говоря о большем! Лишь проследила, как за его спиной хлопнула калитка – и обречённо откинулась на спинку сиденья, оставив попытки нащупать кнопку фиксации ремня безопасности…

– Вам не стоит так пристально его опекать, – внезапно послышалось с водительского места. – Он взрослый парень. Ему не нужна няня.

– Знаю, – вздохнула, покосившись на собеседника, который продолжал невозмутимо смотреть строго перед собой.

Но что мне было делать? Не говорить же его отцу! Копылов-старший меня и слушать не станет. Уволит – и дело с концом. А на моё место придёт другая… Нет. Тут следовало действовать иначе. Вопрос, как…

– Вы выходите или мы можем сразу ехать за вашими вещами? – выждав минуту, осведомился водитель.

Без какого-либо раздражения или недовольства. Словно робот.

– Игорь Алексеевич просил свозить вас, но я не знаю адреса, – через несколько секунд пояснил он, покосившись в зеркало заднего вида.

– Да, конечно! – тотчас встрепенулась я, отложив головоломку на потом. – Поехали.

Тянуть всё равно было нечего.

– Васильковая десять. Второй подъезд.

И машина опять тронулась в путь… Однако в этот раз я не позволила установиться тишине. Раз уж мужчина сам пошёл на контакт…

– А вы меня подождёте – или обратно мне придётся добираться самой?

Конечно, до школы от меня было рукой подать… Но мне не хотелось торчать на улице полдня. Как и сидеть дома.

– Зависит от того, сколько вам собираться, – пожал плечами водитель. – У Игоря Алексеевича совещание в полдень, соответственно, я должен забрать его не позднее одиннадцати, то есть выехать отсюда в десять или раньше. В противном случае мне придётся вернуться за вами после.

Тут я немного запуталась.

– Подождите! Офис же недалеко отсюда, верно? Если от точки до точки ехать около часа, а занятия начинаются в половину девятого – зачем приезжать к половине восьмого? Почему бы не дать ребёнку поспать?..

Странно, что я не обратила внимания на это раньше! Может, с нормальным графиком жизни Дима и учиться охотнее станет…

– Потому что потом начнутся пробки – и к занятиям он безнадёжно опоздает, – парировал мужчина. – Что же касается сна – то никто не мешает ему спать в машине.

Судя по тону, которым это было сказано, водитель, по примеру Наргизы, предпочитал игнорировать сына своего хозяина… Нет. Хуже. Его игнорировали все! Абсолютно все, включая родного отца… Неудивительно, что он так озлобился.

– Да, кстати, – вдруг обронил мужчина. – Мы не успели познакомиться. Я Виктор.

Чем подтвердил мои умозаключения. Без Димы он был вполне словоохотлив… Хотя по-прежнему оставлял неприятное впечатление, больше похожее на ужас.

– Просто Виктор, – опередив следующий вопрос, с нажимом повторил водитель. – А вы?

– Дарина. И можно на «ты».

Может, без «выканья» станет легче…

– Хорошо, – невозмутимо откликнулся Виктор, не оказав мне той же любезности. – Кстати, мы прибыли, а я так и не получил ответа. Мне тебя ждать?

– Да! Подождите, если можно.

– Хорошо. Но через полтора часа я уеду.

– Я управлюсь быстрее! – пообещала.

Всё равно вещей у меня было немного. А причин задерживаться и вовсе ни одной…

4

Поднявшись на свой этаж, я не мгновение замерла у двери – и осторожно потянула её на себя, в очередной раз убедившись, что замок отец так и не починил… Хотя обещал сделать это ещё два месяца назад. Внутри за время моего отсутствия тоже ничего не изменилось. Стойкий запах перегара, тёмная прихожая и негромкое бормотание телевизора из комнаты родителей. Их бывшей комнаты.

Вздохнув, я привычно отогнала грустные воспоминания, скинула обувь, повесила потрёпанное пальто на одну из вешалок и, стараясь ступать как можно тише, пробралась в свою комнату… Где совсем недавно хозяйничала мачеха. Вернее, буйствовала. Постель была перевёрнута, стул опрокинут, вещи разбросаны по полу, а приоткрытая форточка закрыта, да ещё и подпёрта какой-то деревяшкой. Неудивительно, что в квартире стояла адская духота… Впрочем, чистота воздуха в тот миг меня интересовала мало. Как и деньги, которые искала мачеха. Все свои скудные запасы я уже давно хранила исключительно на банковской карточке, всегда и всюду таская её с собой. Для отца и его жены это находилось за гранью понимания… Зато мне было только на руку.

Быстренько покидав вещи в небольшой походный рюкзак, я прямо с ним переместилась в ванную, взяла с полки зубную щётку, дезодорант и несколько необходимых женских мелочей… После чего подняла голову – и наткнулась в зеркале на отражение одутловатого лица мачехи, давно и безуспешно пытающейся завязать с алкоголем.

– Явилась не запылилась, – вместо приветствия выплюнула она. – Ты где шлялась? Дома не ночевала. Мы с твоим отцом места себе не находили от беспокойства!

В чём я сильно сомневалась. Папа, если бы реально заметил моё отсутствие, непременно бы позвонил. По крайней мере, так было в лучшие времена. А Наталье – моей мачехе – было глубоко на меня плевать. И это факт.

– Я устроилась на новую работу, – подавив гнев, как можно спокойнее поведала женщине.

Главное – не сорваться. Скандалом делу точно не поможешь.

– Приживалкой, что ли? – снисходительно хмыкнула Наталья.

Без малейших признаков праведного возмущения. Даже, скорее, с одобрением… Что доказывало мою правоту. Ведь родная мать никогда бы так себя не повела. Особенно зная о моих буйных подростковых похождениях… Впрочем, неважно.

– Нет, няней, – отмахнулась от горьких мыслей.

Мамы нет, а работа есть. И потерять её по собственной глупости было бы верхом идиотизма. Всё-таки деньги лишними не бывают.

– Няней?.. – хрипло рассмеялась мачеха. – Да кто тебя возьмёт? Ты же сама ещё ребёнок!

– Я взрослая совершеннолетняя женщина, – отрезала. – О чём вы прекрасно осведомлены. И мне пора. Меня ждут…

Здесь я попыталась выйти из ванной – но была остановлена дряблой дрожащей рукой:

– Куда! А обед приготовить? Мы тут с голоду помираем, а она уходит! Совсем о нас не думаешь?..

Вот и открылась истинная причина появления Натальи на горизонте… Она никогда не любила готовить и с самого заезда свалила все хозяйственные хлопоты на меня. Точнее, просто отказалась мне помогать. Во всём.

– Вы тоже взрослые, – не удержавшись, я гордо вскинула голову. – Притом давненько.

А вот это было уже лишним… Миг – и лицо мачехи искривилось в гневе, губы задрожали, а злые глаза сомкнулись в маленькие мерзкие щёлочки…

– Ах ты скотина! – воскликнула она. – Ветреная, неблагодарная девчонка! Я о тебе забочусь, перед мужем прикрываю, шкурой рискую – и что в ответ?! Хватит. Надоело! Сейчас всё ему расскажу – посмотрим, куда тогда ты уйдёшь.

И мне стало по-настоящему страшно. Потому что отец давно потерял счёт времени и по-прежнему воспринимал меня глупой шестнадцатилетней девочкой. Той, которую он впервые в жизни наказал ремнём… Собственно, после этого папа и женился. Привёл в дом очередную собутыльницу – и сказал, что это моя новая мама. Утверждал, что делает это ради меня, а совсем не от одиночества. Говорил, что мне не хватает твёрдой женской руки… А на деле банально испугался ответственности и попытался переложить её на чужие плечи. Зато с тех пор в доме всем заправляла Наталья, которую он безоговорочно слушал… И упрямо называл маминым именем, словно не видя разницы!

Что же требовалось самой мачехе, можно было только догадываться. Квартира, наверное. Прописка в столице. Крыша над головой… И деньги. Мои деньги! Именно поэтому я не собиралась идти на поводу у этой жестокой и недалёкой женщины. Не хотела на неё равняться. Боялась сломаться и упасть в собственных глазах. Хотя когда-то Наталья, вероятно, и получила неплохое образование… Судя по потрёпанному виду, лет, эдак, пятьдесят назад.

– Коля! Коля! – не дождавшись нужного эффекта, мачеха решительно развернулась в сторону большой комнаты. – Тут твоя дочь заявилась. Дома не ночевала – и снова куда-то уходит. Коля!

А я, улучив момент, поднырнула ей под локоть – и выскочила в коридор… Правда, не очень удачно.

– Куда! – что-то дёрнуло меня за плечи, отбросив назад. – Стоять!

Однако меня было уже не остановить.

Рванув из последних сил, я растеряла половину того, что держала в руках – и благополучно вылетела в подъезд, сразу метнувшись к лестнице. Чтобы грузная Наталья, отвыкшая от физических нагрузок, уж точно меня не догнала…

Стремглав спустившись на первый этаж, я вылетела из подъезда и сразу же плюхнулась на заднее сиденье знакомого автомобиля, побелевшими пальцами продолжая сжимать предметы личной гигиены…

– Ты быстро, – смерив меня цепким взглядом, обронил Виктор. – Всё в порядке?

Будто чувствовал! Хотя мой запыхавшийся вид наверняка был красноречивее любых слов… И легко объяснялся разными причинами. Поэтому раскрывать правду не имело смысла.

– Да, да, – глубоко вздохнув, мотнула головой и поспешила запихать улики поглубже в снятый со спины потрёпанный рюкзак, чудом устоявший в нашей неравной борьбе с Натальей. – Всё хорошо. Я просто торопилась. Боялась, что Игорь Алексеевич вызовет вас пораньше…

– Это вряд ли, – отмахнулся водитель. – Но я тебя понял. Хотя в следующий раз лучше зови меня. Помогу.

И мужчина без лишних слов откинул в сторону левую полу своего пиджака, явив свету классическую кобуру с настоящим пистолетом. Судя по царапинам на корпусе – вполне боевым… Что означало лишь одно – моим словам он не поверил.

– Спасибо, учту… – криво улыбнулась в ответ, не зная, как реагировать на подобную щедрость…

А сама подумала, что в жизни к нему не обращусь! Во-первых, семейные проблемы на то и семейные, чтобы посторонние о них не знали. А во-вторых, мне было банально страшно. За отца… Он ведь не виноват, что без мамы его жизнь потеряла половину смысла. А из-за моего юношеского максимализма вкупе с отчаянным безразличием – и вторую половину тоже.

В общем, больше мы с Виктором не разговаривали. Я усиленно делала вид, что занята заполнением ежедневника, а он следил за дорогой, ни звуком не напоминая о своём существовании. И всё было прекрасно, пока я не поднялась на последний этаж элитного жилого комплекса и, оставив вещи в комнате, не прошла на кухню, где мирно завтракал Игорь Алексеевич, сидя за столом со смартфоном в руке. Белоснежная рубашка идеально облегала в меру накаченный торс, расстёгнутый воротник открывал прекрасный вид на мужественный кадык, а джинсы сложились в такую идеальную складку, что у меня аж ноги задрожали. Это было лучше, много лучше его недавнего строгого костюма! А потом он оторвался от экрана и посмотрел на меня. Таким долгим внимательным взглядом…

– Простите, – почувствовав, что краснею, я смутилась и потупилась. – Мне хотелось пить.

– Так пейте, чего вы стоите? – отвернувшись, откликнулся директор, со звоном разрушив всё волшебство момента. – А потом поедем обратно в город.

– Вместе?.. – аж поперхнулась я, как раз добравшись до воды.

– А вы рассчитывали на что-то иное? – Игорь Алексеевич снова вскинул голову, вопросительно изогнув бровь.

Чем чётко дал понять – без Димы мне здесь делать нечего… А жаль. Я так хотела воспользоваться отсутствием хозяев и поговорить с Наргизой по душам. Поплакать. Поделиться своей историей… Впервые в жизни! Потому что была уверена – она никому не расскажет. И поймёт. Возможно, даже найдёт слова утешения… Но увы. Моим планам не суждено было сбыться.

– Нет, конечно! – взяла себя руки. – Я просто думала, что у меня в запасе ещё полчаса…

– Можете поесть, если хотите, – великодушно обронил директор.

– Спасибо. Но я не голодна. Мне нужно только забрать Димину спортивную форму – и я готова.

– Отлично, – тотчас встал мужчина, залпом допив свой кофе. – У вас две минуты.

И скрылся наверху, чтобы вернуться при галстуке и в пиджаке. А мне и идти никуда не пришлось – Наргиза подготовила всё заранее, услужливо поставив небольшую спортивную сумку возле выхода…

– Вы поедете в таком виде? – добравшись до холла, осведомился Игорь Алексеевич.

– Да… – неуверенно откликнулась я. – А что-то не так?

Вроде вчера у него не было претензий к моему наряду…

– Ваше пальто. Где оно?

И мне сразу полегчало.

– Дома забыла, – выдохнула, улыбнувшись. – Мы же всё равно на машине…

– Чтобы завтра забрали, – отрезал мужчина. – Вы должны подавать пример Дмитрию, а не толкать его на безумства. Ясно?

Он отчитывал меня, словно малолетку – а я ничего не могла сделать. Ни объясниться, ни оправдаться. Иначе мне бы пришлось посвятить директора в свои личные проблемы, а ему это было явно ни к чему.