Неправильная няня, или Уборщица для олигарха
- -
- 100%
- +
Хотя, по-хорошему, должен был торчать у себя в кабинете ещё как минимум два часа. До конца рабочего дня. А то и дольше… Но руководители на то и руководители, что имеют право вертеть графиками по собственному усмотрению. И не только своими.
– Это куртка, – пояснила, с трудом совладав с эмоциями.
Всё-таки появление работодателя действительно застало меня врасплох.
– Но не ваша, – припечатал мужчина.
А вот тут возразить было нечего. Разве что списать укороченные до трёх четвертей рукава на новую моду…
– Так я же говорила про замену, – напомнила, украдкой покосившись на Диму.
И пускай парень усиленно делал вид, что занят уроками и ничего не замечает, я знала – он всё прекрасно слышит. И мотает на несуществующий ус, как правильно со мной обращаться… А значит, давать волю чувствам было нельзя.
– А я говорил, что вы должны забрать своё пальто, – непоколебимо отрезал директор. – Сегодня.
Спорить дальше я благоразумно не стала. Лишь подумала, что речь вроде шла конкретно о ватнике и его крайне непривлекательном виде…
– Виктор! – выждав минуту, позвал Игорь Алексеевич. – Поворачивай.
– Куда? – последовал невозмутимый вопрос.
– К дому Дарины. Ты ведь знаешь адрес?
– Да, – прозвучало в тишине.
И у меня засосало под ложечкой… Но я мужественно промолчала, памятуя о заданных установках. Лишь напряглась, крепко стиснув ладони между бёдрами – да так и просидела всю оставшуюся дорогу, демонстративно глядя на мелькающие за окном фонари.
В конце концов, рано или поздно мне всё равно предстояло через это пройти. Не вечно же я собиралась выкручиваться, верно?.. Скандалом больше, скандалом меньше… Выдержу как-нибудь. Не впервой.
А тем временем мы прибыли в точку назначения. Плавно затормозив, водитель остановил машину у нужного подъезда – и я, глубоко вдохнув, словно перед прыжком в воду, решительно распахнула дверцу, запустив в салон рой острых снежинок…
Да. Приветливостью погода не радовала. Мне аж выходить перехотелось… Впрочем, я в любом случае не горела желанием возвращаться домой. И ненадолго тоже.
– Вас проводить? – заметив мои колебания, вдруг предложил Виктор.
– Спасибо, не надо, – очнулась. – Я справлюсь.
И даже нашла в себе силы улыбнуться, прежде чем всё-таки выбралась наружу… Однако далеко не ушла.
– Я чего-то не знаю? – вылез следом директор. – Дарина?
Но что я могла ему сказать? Пожаловаться на диктатуру мачехи? Или рассказать о безразличии отца?..
– Нет, всё в порядке, – отмахнулась вместо этого. – Я быстро…
И попыталась скрыться в подъезде – однако была остановлена властной рукой.
– Какова вероятность, что вы вернётесь без пальто? – придержав меня за локоть, педантично уточнил Игорь Алексеевич. – Она есть?
В ответ я понуро потупилась, не желая признавать очевидное.
Вряд ли Наталья вообще меня отпустит. Я ведь с вещами ушла. По её мнению – навсегда… А без меня её присутствие в доме теряло всякий смысл.
– Возьмите Виктора, – помедлив, отступил директор. – Он служил в спецвойсках и уже десять лет прекрасно совмещает функции шофёра и телохранителя. С ним вам ничего не грозит.
Это было неожиданно. И весьма приятно… Вот только личная безопасность беспокоила меня в последнюю очередь.
– Нет, спасибо, – вспомнив об оружии, твёрдо отказалась я. – Это лишнее.
И работодатель всё прекрасно понял.
– Значит, с вами пойду я, – подобравшись, будто приготовившись к драке, отрезал он.
Вроде и грубо – но так трогательно, что у меня аж сердце защемило…
– Не стоит, – зарумянившись, я поспешила отвернуться, в результате чего наткнулась на любопытный взгляд Димы, чуть ли не носом прижавшегося к окну, и смутилась ещё сильнее. – Правда…
– Это не обсуждается. Ведите.
Пришлось подчиниться.
Поднявшись на нужный этаж, я на мгновение замерла возле двери, а затем всё-таки обернулась и умоляюще приложила палец к губам, жестами попросив Игоря Алексеевича встать у стены возле ступенек. Чтобы его не было видно из квартиры. В ответ мужчина удивлённо изогнул брови, но послушался, слегка сдвинувшись в сторону. Я же осторожно потянула за ручку… И с досадой заключила, что замок всё-таки починили. Вернее, заменили, потому что мои ключи к новой скважине, увы, не подходили.
Это был провал. Однако уйти ни с чем я не посмела – и коротко тренькнула звоночком, молясь, чтобы никто ничего не услышал… А ровно через три секунды директор нажал на кнопку ещё раз. Сильно и уверенно, не оставляя выбора ни мне, ни Наталье, уже спешащей на шум…
– Коля!.. – визгливо донеслось из квартиры. – Дарина пришла!
Видать, ушлая мачеха успела посмотреть в глазок.
– А мы думали, ты здесь больше не появишься, – распахнув дверь, ворчливо обронила она. – Ну проходи, чего встала.
– Я только за пальто, – сообщила, с трудом уняв предательскую дрожь в коленях. – Мне некогда.
– Ишь, некогда ей! – парировала женщина, на всякий случай цепко ухватив меня за рукав. – Зайди. С тобой отец поговорить хочет. Коля!
Неохотно, опасаясь, скорее, порвать чужую куртку, чем выражая послушание, я шагнула через порог – и Игорь Алексеевич тотчас повторил мой манёвр, внушительной скалой возвысившись сзади. Невысокой, но пугающей. Я спиной ощущала исходящую от него угрозу – и Наталья сразу растеряла половину бравады. Смерила моего спутника оценивающим взглядом и брезгливо меня отпустила, отступив в тень прихожей… Вероятно, она рассчитывала дождаться мужа, чтобы сравнять силы и спокойно продолжить разбирательства. Вот только я ждать не собиралась – и привычно потянулась к вешалке… А наткнулась на пустоту.
Моего пальто не было. Ни там, где я его оставила, ни в каком-либо другом месте. Его банально убрали. Очень предусмотрительно и очень не вовремя…
Чёрт!
Почувствовав, что меня вот-вот охватит отчаяние, директор ободряюще положил руку мне на плечо и ощутимо сжал пальцы, не позволяя пойти на попятную. И именно в этот момент в коридор выполз отец. Когда-то высокий и спортивный, он сильно сдал за последние годы. Постарел, растерял молодецкую стать… Зато былой гонор никуда не делся. Даже напротив – раздулся под воздействием алкогольных паров и отчаянно требовал выхода…
– А это ещё кто такой?! – вопросил папа, с трудом сфокусировавшись на Игоре Алексеевиче.
– Новый хахаль твоей дочери, – воспрянув духом, услужливо подсказала мачеха.
И мне захотелось провалиться сквозь землю от стыда и безысходности…
– Опять?! – молниеносно взвинтился отец.
Похоже, все два дня Наталья неустанно полоскала ему мозги, выставляя меня в наименее привлекательном свете. Иного объяснения подобной реакции я не видела.
– Да он же в два раза тебя старше! – приглядевшись, добавил папа. – Ты с ума сошла?
– Что за привычка – всяких непонятных мужиков в родительский дом таскать! – вторила ему Наталья. – Совсем обнаглела?
Они словно вступили в состязание – кто эффектнее меня унизит… Пока получалось одинаково. И я боялась даже представить, какие выводы сделает директор…
Няней уж точно не оставит. А про большее мне и раньше думать не следовало.
– Вообще-то Дарина на меня работает, – между тем удивительно терпеливо поведал Игорь Алексеевич. – И сейчас я зашёл лишь убедиться, что она беспрепятственно заберёт пальто, которое забыла вчера. А то простудится ещё. Нехорошо.
– Работает? На панели стоит, что ли? – усмехнулась мачеха.
Наверное, со стороны это выглядело своеобразной заботой. Попыткой защитить меня. Докопаться до правды, какой бы горькой она ни была… Однако я прекрасно понимала, чего на самом деле добивается Наталья. Зачем провоцирует отца… И результат не заставил себя ждать.
Сложив в голове два и два, папа взбеленился и с рычанием бросился на моего спутника, вероятно, приняв его за сутенёра. Замахнулся кулаком – и тут же оказался повержен. Спрятав меня за спину, Игорь Алексеевич за долю секунды принял какую-то стойку, перехватил летящую в него руку и вынудил отца самым натуральным образом уткнуться носом в пол. А после – и вовсе упасть на одно колено…
– Не надо! – повиснув на директоре, воскликнула я. – Не трогайте его…
В ответ Игорь Алексеевич подарил мне поистине уничтожающий взгляд, заставив меня испуганно отпрянуть, и повернулся к Наталье.
– Пальто, – зло приказал он, продолжая с лёгкостью удерживать своего противника. – Немедленно.
Миг – и мачеха пулей метнулась в комнату, возвратившись уже со свёртком в руках. Судя по узору на подкладке – тем самым.
– Развернуть, – последовало новое указание.
И снова Наталья беспрекословно всё выполнила. Видимо, сильно испугалась последствий… А директор, убедившись, что нас не обманывают, наконец-то отпустил отца, забрал пальто, вызвал лифт и молча направился вниз, не забыв прихватить меня с собой. И правильно сделал. Потому что сама я бы вряд ли сообразила уйти.
8
Не знаю, как я это выдержала. Каким чудом вынесла все унижения, выпавшие на мою долю – и не сломалась. Почему не заплакала. Но факт остаётся фактом – в тот миг с моих ресниц не сорвалось ни слезинки… Впрочем, без участия Игоря Алексеевича всё же не обошлось. Вернее, наоборот. Без неучастия. Потому что ни ободряющих слов, ни моральной поддержки от него я так и не получила. Вместо этого директор предпочёл сделать вид, что ничего необычного не произошло. Забрал у меня пальто, деловито помог переодеться, в подъезде пропустил вперёд и даже открыл заднюю дверцу автомобиля, когда я замешкалась! Чем чётко дал понять – об увольнении думать пока рано… Пришлось мне брать волю в кулак и, плевав на ворочающиеся в душе раскалённые гвозди, следовать примеру Игоря Алексеевича.
Криво улыбнувшись Диме, я кивнула на учебник и взялась заполнять ежедневник… Вот только сосредоточиться оказалось не так просто. Мне слишком сильно хотелось поблагодарить директора за защиту. За помощь. Более того, меня буквально распирало от желания сказать хоть что-нибудь! И потому я нет-нет, да и бросала робкие взгляды на переднее пассажирское сиденье, раз за разом натыкаясь на безразличие…
Несмотря на всю деликатность, на заботу, несмотря на причины, заставившие его навязаться мне в сопровождение, между нами ничего не изменилось. Игорь Алексеевич по-прежнему источал лёд. И я не знала, с какой стороны к нему подступиться. Вдобавок меня останавливало присутствие подопечного, которого явно не стоило посвящать в мои проблемы. И Виктор этот. Бывший спецназовец… Нет. В машине у меня не было никакой возможности заговорить. Тем вечером мне выдался лишь один более-менее подходящий момент – когда Дима, бросив куртку, ускакал к своему обожаемому компьютеру, а мы с его отцом ненадолго остались вдвоём… Но я не успела. Слишком долго собиралась с мыслями – и директор стремительно покинул холл, тоже закончив переобуваться. А меня наконец-то прорвало.
С трудом сдерживая слёзы, грозящие вылиться в настоящую истерику, я пулей взлетела по лестнице, пробежала по коридору – и рухнула на кровать, уткнувшись лицом в подушку.
Сказать, что мне было плохо – значит, не описать и сотой доли того, что я испытывала. Меня в прямом смысле раздирало на части! Раненое сердце обливалось горячей, практически обжигающей кровью, а разум отчаянно метался в черепной коробке, раз за разом прокручивая недавние события – и не находя никакого выхода из сложившейся ситуации. И дело было вовсе не в муках совести или стыде за поведение отца. Нет. Увы, именно тогда я действительно осознала, что влюбилась в своего работодателя. Окончательно, полностью и бесповоротно. До этого Игорь Алексеевич всегда отталкивал меня своей холодностью и отстранённостью. Помогал держать дистанцию. Возводил стену… Но там, в неуютной прихожей моей квартиры, барьер между нами ненадолго рухнул. Ведь тогда мы противостояли не друг другу, а общему врагу. Вместе, находясь по одну сторону баррикад… И тем больнее было возвращаться к прежним отношениям.
– Не спишь?.. – постучавшись, в комнату заглянула Наргиза.
Чем невольно выдернула меня из болота отчаяния.
– Нет, – я села на кровати, наскоро вытерев щёки. – Просто устала. Тяжёлый день был.
– Не у тебя одной, – последовал короткий смешок.
И я вопросительно покосилась на гостью.
– Хозяин ужин пропустил, – великодушно пояснила она. – Это редкость. Обычно он следит за своим питанием… Один Дима спустился, наскоро поел – и умотал к себе.
А вот это радовало. Хотя тот факт, что я потратила несколько часов своей драгоценной жизни впустую, как-то не вдохновлял…
– А что у вас случилось-то? – приблизившись, добродушно поинтересовалась горничная.
– Ничего.
– Да ладно тебе скрываться! Я же вижу, ты ревела. Натворила чего?
– Не я.
– Дима?
– Мой отец.
– О… – удивлённо протянула Наргиза. Затем без приглашения плюхнулась рядом и приказала: – Рассказывай.
А я неожиданно поняла, что не готова посвящать её во все аспекты своей горькой семейной жизни. Хватит того, что Игорь Алексеевич уже был в курсе моих проблем… Или, по крайней мере, о них догадывался.
– Это долго. И сложно, – вздохнула, не в силах отказать собеседнице напрямую.
Она же не виновата, что ей не с кем общаться. А от скуки и любопытство растёт… Было бы подло обвинять её в одиночестве.
– А ты вкратце! – хитро улыбнулась горничная. – Можно без вступлений и предисловий. Пойму я или нет – неважно. Главное, чтобы тебе стало легче…
Звучало очень заманчиво. Ведь выговориться мне действительно было нелишним…
– Мой отец напал на Игоря Алексеевича, – обронила, будто прыгнув в прорубь. – С кулаками.
И глаза Наргизы моментально округлились, превратившись в два натуральных блюдца. Признаться, я и не предполагала, что такое возможно! С её-то строением века…
– Ничего себе!.. – шокированно воскликнула она. Но быстро взяла себя в руки: – Ладно. Опустим причины, по которым так вышло, и где вы вообще умудрились пересечься… Скажи лучше – у него получилось?
– Нет. Игорь Алексеевич увернулся.
– И теперь грозит тебя уволить?..
– Не знаю. Нет, вроде. Наоборот. Он же защитил меня и увёл…
– Ого… – совсем растерялась горничная. – Не ожидала, если честно. Хозяин обычно такой высокомерный. Мне казалось, он и пальцем не пошевелит ради других…
Да. Раньше я тоже так думала.
– Ну а чего ты тогда нервничаешь? – вновь активизировалась Наргиза. – Боишься, что он передумает и всё-таки даст тебе расчёт?
– Нет. Мне просто неприятно, что совершенно посторонний человек вдруг оказался замешан в некрасивых семейных разборках. Моих разборках. Нехорошо это. Неправильно.
Естественно, я не сказала собеседнице всей правды. Не смогла… Но и откровенной лжи тоже не прозвучало. Ведь за произошедшее мне действительно было стыдно именно с этой точки зрения.
– Ой, да ладно тебе! – отмахнулась горничная. – Не переживай. Игорь Алексеевич никогда не снизойдёт до нас. Это ниже его достоинства. Богатым плевать на всё, что происходит за пределами их мира… Просто запомни, что мы не его круга, а он – не нашего. И всё встанет на свои места.
Здесь Наргиза попала в яблочко. Она облекла в слова мои самые большие страхи. Подтвердила, что между уборщицей, пусть даже выросшей до няни, и директором огромной корпорации нет и не может быть ничего общего. Что нам не по пути. И надеяться мне не на что… Однако больнее почему-то не стало. Как и легче. В сердце словно образовалась зудящая пустота, которая не доставляла особого дискомфорта, зато помогала трезво взглянуть на окружающий мир.
То, что надо!
– Спасибо, – выпрямившись, я благодарно посмотрела на гостью.
– Не за что, – улыбнулась горничная. – Вовремя я зашла. Как чувствовала! Хотя изначально хотела попросить тебя об одолжении…
Логично. Вряд ли Наргиза заглянула напомнить мне об ужине. В прошлый раз она и не заметила, что меня не было.
– Конечно! – встрепенулась, радостно ухватившись за возможность отвлечься. – Я с удовольствием подсоблю! А в чём дело?
– Понимаешь… – замялась женщина. – Официально у меня нет выходных. И график не нормирован… Но хозяин разрешает отлучаться куда угодно и когда угодно. Точнее, не обращает внимания на моё отсутствие – лишь бы в доме было чисто, а еда стояла на столе. И в это воскресенье мне очень надо уйти. У Тахирчика день рождения. Пять ему. Юбилей… Не хочу пропустить.
И у меня с души словно камень свалился.
Пять лет! Значит, дела у них обстояли ещё совсем неплохо… Впрочем, в подобных вещах многое зависит от лечения, на которое всегда нужны деньги. Наргизе очень повезло, что она нашла выход.
– Понимаю, – кивнула. – Иди. Я всё приготовлю. Придумаю что-нибудь. И постираю при необходимости, – добавила, вспомнив о Диме и моих методах пробуждения.
А один день без уборки квартира как-нибудь простоит. Не развалится.
– Не-не-не! – горничная торопливо замахала руками. – Готовить ничего не придётся! Я всё сделаю заранее. И стирку оставь. Успеется. Ты, главное, на стол накрой. Дважды – в обед и ужин. Завтракают все по отдельности. А потом посуду в машинку загрузи. Или руками помой, если не умеешь. Только сразу тогда – грязные тарелки хозяин не потерпит. Ладно?
– А Игорь Алексеевич ничего не скажет?
– Нет. Он редко спускается. Да и пофиг ему, я же говорю.
Ну да. Точно…
– Договорились! – отбросила грустные мысли.
Уж лучше заняться каким-нибудь делом, чем упиваться собственной беспомощностью и скорбеть о разбитых надеждах. Всё равно жизнь, а с ней и моя сомнительная карьера, на этом не закончилась…
– Спасибо! – аж расцвела Наргиза. – Огромное спасибо!..
После чего пылко расцеловала меня в обе щёки и ракетой вылетела из комнаты. А я посмотрела на часы и обречённо направилась к подопечному, молясь, чтобы он не придал значения моему опухшему от слёз лицу и воспалённым глазам… Потому что издевательств на эту тему мне было точно не выдержать. Только не сегодня.
Письмо
Я идиот. И не спорь! Я действительно идиот. Притом фирменный… Потому что никто другой так бы не поступил. Я же видел – Дарина что-то скрывает! И захотел вывести её на чистую воду. Заставить признаться. Вызвать на откровенность… Довериться мне, в конце концов! Я ведь думал, она потеряла пальто. Или порвала. И решил проверить свои догадки. Планировал дать ей денег. Ждал, что она попросит аванс. Даже домой к ней пошёл, чтобы у неё появилась возможность обратиться ко мне лично, без свидетелей – и скрыть постыдную ложь… А оно вон как вышло.
Ужасно. Позорно. Мерзко… Аж вспоминать противно.
И ладно её родители – семью, как известно, не выбирают. Достаточно мою вспомнить. Но я! Я! Как я мог так поступить?! Мне до сих пор стыдно. Нет, надо было всё-таки сразу уйти. Увести Дарину. И ни в коем случае не нажимать на этот чёртов звонок! Девчонка же явно не хотела домой. Тряслась, как осиновый лист… А я решил в мужика сыграть. Настоять. Развязки дождаться. Раз уж пришёл… Дурак старый! Но кто знал, что её отец станет кулаками размахивать?! Вот у меня рефлексы и сработали. Да что там – я чуть не сорвался. И Дарину испугал. Неспроста же она отца защищать бросилась. Наверняка дуболомом меня посчитала. Безмозглым. Так смотрела… О! Этот взгляд я никогда не забуду. Собственно, он-то меня и осадил. Вернул на землю. Заставил устыдиться…
Смешно. Взрослый мужик – а пал от одного взгляда. Нет. У неё точно ведьмы в роду были! Такие же зеленоглазые… Поди, их духи и нашептали, что мне срочно нужно исправиться! Сейчас же! Немедленно! Только как это было сделать? Обнять? Странно это. С чего? Мы же чужие люди. Вот если бы она расплакалась… Кстати, мне казалось, что к этому всё и идёт. В лифте Дарина выглядела такой потерянной… А она сдержалась. Сильная девушка.
Пожалуй, здесь вы с ней похожи. Ты, при всей своей внешней хрупкости, тоже всегда отличалась огромной силой духа… Да. Есть у вас что-то общее. Много общего… Но я заболтался. И пишу, наверное, непонятно. Прости. Меня просто раздирают эмоции. И я не понимаю, в чём дело. Не хочу понимать. Не смею. Не могу… Не сегодня.
Да. Сначала надо успокоиться. А завтра всё хорошенько обдумать. На свежую голову.
9
То ли Диме тоже было плевать на обслуживающий персонал, то ли его голова была занята предстоящим занятием по историческому фехтованию, но тем вечером моего в прямом смысле плачевного состояния он не заметил. Да и вообще вёл себя подозрительно покладисто – без возражений умылся и лёг спать. А утром подскочил с первым же звуком принесённого мной будильника, окончательно склонив меня ко второму варианту.
Похоже, он действительно сильно хотел попробовать себя на рыцарском поприще… И я очень боялась, что подопечный разочаруется. Настолько, что даже об Игоре Алексеевиче забыла. Временно. Потому что на работе переживания снова напомнили о себе. Тяжёлый однообразный труд ни капли не мешал думать, а обычно умиротворяющая тишина выходных и вынужденное одиночество лишь ухудшало ситуацию, не в силах вернуть мне потерянное душевное равновесие.
Стоило признать – несмотря на справедливые слова Наргизы, я по-прежнему продолжала мечтать о директоре. Скучала по нему. Жаждала увидеть и с нетерпением ждала вечера, чтобы пересечься хотя бы на пять минут… Кто ж знал, что моё желание исполнится куда раньше?
– Вы опять здесь? – остановились рядом кроссовки.
Вздрогнув, я медленно подняла голову выше, отметила свободные спортивные штаны, обтягивающую футболку, недовольный взгляд – и судорожно сглотнула. Уж очень привлекательно выглядел Игорь Алексеевич. Вроде просто, но так элегантно… Ничуть не хуже, чем в костюме.
– Вы же сами разрешили мне совмещать, – протянула, стараясь унять дрожащий от волнения голос.
– Я думал, вы будете умнее и передумаете, – последовал строгий ответ. – Трудно выполнять сразу две работы качественно. А мне нужна адекватная няня для Дмитрия.
Ах вот оно как.
– Я справлюсь! – непреклонно вскинула подбородок. – И увольняться не буду.
По крайней мере, по собственной инициативе.
– Ваше право, – поджав губы, процедил мужчина. – Но советую тогда выделить время на отдых. В тот же бассейн сходить, – кивнув наверх, конкретизировал директор.
Видимо, почувствовал моё скептическое отношение к данному вопросу. Денег-то на развлечения у меня не было… Однако тут он попал в яблочко.
– В бассейн? – невольно заинтересовалась я. – Вы имеете в виду местный? Который под крышей?
– А вы знаете в этом районе другие? – ехидно парировал Игорь Алексеевич.
Чем снова вогнал меня в краску. Ведь до недавнего времени я вообще не догадывалась, как хорошо они могут быть замаскированы…
– Нет, – потупилась, пряча заалевшие щёки. – Просто не думала, что меня туда пустят.
Вряд ли его построили для уборщиц. И цены там наверняка заоблачные… Разве что директор замолвит словечко за новую няню своего сына. Неспроста же он об этом заговорил!
– А почему нет? Он открыт для всех сотрудников бизнес-центра, – бесхитростно поведал работодатель, вернув меня на землю. – Как спортзал, сауна и прочие комплексные места досуга, прописанные в договоре в качестве источника мотивации. Просто это не афишируется.
И я прекрасно понимала почему. Ведь одно дело – позволить всем бесплатно посещать спортзал, пусть даже два раза в неделю, а другое – дать доступ в бассейн, у которого и вместимость меньше, и стоимость обслуживания выше… Проще молчать. Иначе половина сотрудников живо променяют первый этаж на последний. А следом прибегут те, кто вообще раньше никуда не ходил. Без лифта… И я в том числе.
Всё-таки плаванье куда полезнее вялых тренировок на каких-то спортивных тренажёрах. И куда приятнее… Да. Пожалуй, в бассейн я бы сходила. Чтобы развеяться и отвлечься от горьких мыслей. Обязательно… Если бы знала, где достать купальник и шапочку. Не домой же за ними ехать…
– Впрочем, вы можете выбрать любое занятие на ваше усмотрение, – внезапно обронил Игорь Алексеевич, нарушив затянувшееся молчание. – Или вообще ничего не делать. Я не заставляю. Но без отдыха долго вы не протянете.
Сказал – и неторопливо направился к лестнице… А я запоздало сообразила, что мы опять пересеклись там, где, по логике, директору было совершенно нечего делать!
Сердце отчаянно кричало, что это знак, что это неспроста, что Игорь Алексеевич тоже ищет встречи со мной… А трезвый разум уверенно возражал – нет. Судя по одежде, он всего лишь планировал посетить спортзал. И на его месте я бы тоже выбрала для этого выходной день, чтобы не толпиться с простолюдинами. Наверх же директор мог подняться за какими-нибудь важными документами. Или файлами. А затем спуститься пешком, попутно заглядывая на каждый этаж. В качестве разминки… И плевать, что раньше он так никогда не делал! Я не хотела, не могла, не имела права верить в несбыточное!.. Поважнее дела были. Например, забрать подопечного из школы и отвести на пробное занятие по историческому фехтованию…