- -
- 100%
- +
© Дарья Крупнова, 2018
ISBN 978-5-4490-4498-3
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Глава 1
Ночь опрокинуло тьму на снежную запустевшую землю. Звезды замерцали, только просыпаясь от дневной неги. И, хотя день в этой части земли мог только заскочить на несколько часов, точно непрошеный гость, ночь успевала спрятаться, чтобы набраться сил для сияния. Холод ледяным пламенем обжигал кожу, прорываясь через одежду и всаживая свои иглы прямиком в тело. Кристально чистый воздух, тишина и обманчиво иссушающий воздух, мешающий чувствовать незаметный подступ мороза…
Но Тэй не боялся этих на вид ужасных описаний севера. Он родился в самое неблагополучное время года, никогда не покидал родных мест, и для него не существовало другого мира с множеством теплых и солнечных дней.
Этот неприступный север надежно оберегал своих жителей и свой дом от чужаков. Обледеневшая пустыня со сбивающими с ног ветром и метелью защищала свои места надежнее любых охранников. Сначала север не особо хотел принимать людей, но вскоре смирился, отступая перед их способностью к выживанию. И все же иногда он терял терпение, и можно было услышать историю о пропавшем в снегах человеке. В игре в прятки северу нельзя было найти равных.
Тэй сидел в воде, тонкой поверхностью сошедшейся над землей. Озеро укрылось в ямке холма, и мало кто знал о его существовании. Оно совершенно не привлекало к себе внимания, стараясь прижаться как можно ниже к промерзшей земле. Это озеро не замерзало даже в самые жестокие морозы, но оно всегда готово было принять гостей, если такие находились. Оно давно поссорилось с ветром, и тот не касался ее поверхности, оставив наедине с собой. Только Тэй пустил легкую рябь, извещая предков о своем приходе. Теперь оставалось ждать.
Небо отражалось на тонкой зеркальной поверхности, и Тэй словно оказался прямо на небе, где он всегда хотел побывать, чтобы увидеть, как живут покровители. В такие моменты он чувствовал себя немного ближе к обители своей души.
Тэй сидел на коленях, послушно сложив руки в ожидании, и смотрел на небо, выискивая малейшие изменения, прыгая взглядом от одной звезды к другой, ловя каждое мерцание, высматривая наиболее яркое из них, ожидая, которая из звезд скорее даст о себе знать.
Но Их бесполезно ждать. Они приходят, когда считают нужным. Хотя Тэй и считался любимцем неба, пусть с ним и общались чаще, в особенности, его покровитель, но Тэю была неподвластна сила, способная призвать покровителя. Он был еще молодым медиумом, сильным, но молодым. На этой дороге он только искал свой путь. К тому же, у него не было никого, кого он с гордостью смог бы назвать своим наставником. Хотя Тэя это не особо расстраивало. Он от души веселился, развивая свою силу, и безумно гордился, принимая редкую похвалу от покровителя.
И вот одна звезда вспыхнула, и из нее, как из открытого крана, медленным потоком полился свет. Прогибаясь волной, он протянулся вверх и снова неторопливо спустился вниз, формируя волны, мягко плывущие по небу. Северное сияние. Оно мерцало, плыло и уплывало вдаль. Одна волна, другая, третья. Они задевали друг друга, точно рябь на воде, медленно мешая небо и окрашивая его в свои лазурные краски. Волны начали расходиться, формируя необычную фигуру, постепенно опускающуюся к земле.
Это был лазурный Пегас – один из великих покровителей неба. Он стоял смирно, пристально смотря глазами-звездами на Тэя – такого крошечного по сравнению с ним. Тэй заворожено смотрел на Пегаса, и в его глазах отражалась лазурь.
Пегас махнул мощными крыльями, и рожденный ветер разбился о лицо Тэя, развивая белоснежные волосы, принося неестественную свежесть. Грива Пегаса развивалась по небу. Еще во времена Олимпа многим богам хотелось усмирить это создание, но никому так и не удалось сломить покровителя.
– Твои силы быстро растут, – Пегас не произнес слов, но юноша отчетливо услышал голос в голове – точно колоколом перебивший другие мысли и заполонивший собой все пространство. – Я уже хорошо чувствую тебя.
– Ты звал меня? – кулон с заключенным в нем кусочком неба мерцал на груди медиума. Тэй боролся с желанием броситься к покровителю и обнять его, ощутить его мощь, почувствовать защищенность от этой силы. Оно никогда до конца не понимал этого далекого чувства, точно к отцу, у которого он искал любви, утешения и наставления.
– Да. Покровителям нужна твоя помощь. В Миамосе, городе на берегу Арина, живет медиум. Он опытнее и сильнее тебя. Ты должен найти его. Медиума зовут Калис, уму покровительствует белый тигр Бай Ху.
– Сильный медиум? – с восхищением произнес парень. Он никогда не встречал других медиумов, а теперь ему предстояло встретиться с подобным себе, к тому же, он был силен, что еще больше соблазняло Тэя. Но уже в следующую секунду он задумался – Но зачем? Я никогда покидал севера. Что случилось?
– Этого медиума и его семью хотят уничтожить. Я боюсь, что эта ненависть может привести убийц в наши земли… Я боюсь, что они придут за тобой. Тэй, вам необходимо держаться вместе. Найдя Калиса, и как можно скорей.
– Почему их хотят убить?
– Из-за силы. Люди стали боятся, что медиумы восстанут против них и захватят власть.
– Глупости, кому понадобилось…
– Тэй! – властно прогремел голос в голове, прерывая уже готовые вырваться возмущения.
– Прости, – осекся медиум.
– Не все принимают медиумов. Не все знают об этой силе. Более того, не все хотят знать, что есть кто-то сильнее человека.
– Я понял. Я отправлюсь туда на рассвете.
Береги себя, мой мальчик.
– Пегас!
Тэю хотелось еще немного поговорить с покровителем, еще немного послушать его голос, посмотреть на божество. Но северное сияние ускорило свой бег, и неожиданно весь свет буквально вспыхнул, растворившись в Млечном Пути.
Тэй не мог противостоять приказаниям покровителям. Поэтому медиум поспешил покинуть озеро, направляясь в сторону деревни, где он прожил всю свою недолгую жизнь.
***
Когда Тэй дошел до деревни, солнце уже начало вступать в свои права полноценного хозяина. Оно уже расправило первые лучи, растворяя звезды и позволяя золоту расползаться по всему куполу.
Деревушка была небольшой, закрытой холмами от ветров.
Тэй привык к снегу и любил его. Ему нравился холод, нравился мороз, снегопады и чистое, ночное небо. Ему нравилась деревушка, и, признаться, ему совсем не хотелось покидать дом ради неизвестного медиума и диких для него мест.
Тэя еще младенцем приютили будущие мать и отец. Никто не знал, как он там оказался, для всех его появление стало чудом. За ним заботились, его приняли, как своего. А когда жители прознали о силе медиума, решили, что это связано с его рождением, и что он был маленьким богом. Белые волосы вызывали еще больше уверенности в загадочности медиума. Его так и прозвали «дитя снегов».
Лучи ласкали занесенную снегом крышу домика Тэя. Он с любовью посмотрел на него, понимая, что придется расстаться, возможно, навсегда.
Тэй попрощался со смирившимися родителями, собрал в дорогу самое необходимое, спустил на воду каноэ и поплыл внизу по спокойной и широкой реке Сая, впадавшей в теплые воды Арина. Через несколько дней он должен был приплыть в Миамос.
Тэй никогда не бывал в больших городах. Ему рассказывали о них, отец даже предлагал взять его с собой по делам, но мальчику по душе были северные ветра и снежные просторы. Он и сейчас уезжал, уже скучая по дому. Его сердце болезненно сжималось и ютилось в груди, не желая расставаться с бриллиантовыми песками, с чистыми реками, спокойной тайгой, ледяными пещерами и теплыми сердцами жителей. Сая, точно прощаясь с ним, осторожно толкала каноэ дальше и дальше, давая лучше рассмотреть окрестности и запечатать их в самой надежной памяти – сердце.
Глава 2
Калис бежал по тропинке, стиснутой с двух сторон густой растущей травой. Он бежал, не отрывая взгляда от утеса, и жалел, что нельзя было оторвать ног от земли и долететь до утеса. Рядом бежал белоснежный тигр. Ветер бил в лицо, ноги не чувствовали земли, Калис бежал все быстрее.
Солнце нагрело листву, и теперь деревья источали влажный и терпкий запах, кружащий голову. В ушах стучало сердце, дыхания не хватало, каждая клеточка тела напряглась, отдавая жар.
Вот деревья почти расступились, заметно поредев к концу леса, и уже можно было увидеть дом и поляну.
На краю утеса стоял мальчик, подставив лицо солнцу. Его совершенно не беспокоила опасность пропасти, он не боялся неверного шага, который могу унести его к подножию утеса. Нет, мальчик наслаждался теплом и легким ветром, шумом разбивающихся волн и, кажется, совершенно потерялся в звуках.
– Ланис! – крикнул взволнованно Калис.
Ланис повернулся и, улыбнувшись медиуму, раскинул руки в стороны. Закрыв глаза и приняв умиротворенное выражение лица, он наклонился и упал с обрыва.
– Ланис! – что было сил крикнул Калис.
Калис собрался прыгнуть вслед за подопечным, но Бай Ху схватил медиума за край рубахи.
Ланис медленно всплыл в воздух, заключенный в перламутровую сферу. Широко улыбаясь, он энергично и беспечно махал парню, а потом неожиданно покачнулся и упал, не удержав равновесия. Он испугался всего на секунду, после звонко рассмеявшись.
– Смотри! – смеялся он, рассматривая прорезанное ужасом лицо Калиса. – Мил и Нил научились создавать защитные сферы!
Только сейчас Калис заметил близнецов, сидящих на травянистом скате. Мил держал вытянутую вперед руку, второй держа руку брата.
Калис провел по волосам, упав на землю.
– Сумасшедшие, – тихо проговорил он. Бай Ху раздраженно рычал на резвившегося дельфина – покровителя Ланиса. Дельфин наслаждался воздушными потоками, плавая в них и барахтаясь, как в воде, и громко урчал от удовольствия. Он был точно создан из стекла, и свет отражался на нем, демонстрируя грани и красоту существа.
– Не злись, Бай Ху, – погладил его парень, обратившись к медиумам: – Предупреждать надо. А что, если бы ничего не вышло? Я должен всегда быть рядом, чтобы страховать вас.
– Все бы получилось, – все так же улыбался Ланис. Улыбка редко сходила с его лица, а светлый образ и золотистые волосы только добавляли очарования медиуму. Его детская легкость давно смягчила сердце Калиса, не оставляя ему выбора.
– Никогда не делайте такое без меня, – недовольно свел брови Калис. – Не заставляйте меня беспокоиться.
– Все бы было хорошо, – сказал Мил. Близнецы никогда не подчинялись и не слушали никого, кроме Калиса. Но даже так – они существовали только друг для друга. И существовали отдельно от всех. – Ты же нас тренируешь, – успокоил его Ланис, спустившись на землю. Сфера распалась на осколки, растворившиеся в воздухе.
– Я рад, что вы стали сильнее, – сменил гнев на милость парень. – Ну, а ты, Ланис? Чем занимался весь день?
– Я лучше плаваю под водой и ориентируюсь. Теперь я чувствую, что происходит на много миль вокруг, – радостно сообщил ребенок, подбежав к опекуну и плюхнувшись перед ним на коленки. Как и большинство детей, он плохо чувствовал расстояние, и поэтому его лицо вмиг оказалось в сантиметре Калиса, и он почти навалился на парня всем телом.
– Хорошо, – улыбнулся Калис мягко, потрепав его по голову. – Давайте отдыхать. Уже вечер.
Ночью Калиса разбудила притихшая настороженность природы вокруг дома. Еще до того, как медиум мог что-либо услышать, до него доносились озлобленные крики, подгоняемые другими, более громкими. Его тело чувствовало вибрацию топота ног, он чувствовал гарь факелов, жар огней. Они были за несколько километров от дома, но он их чувствовал, словно они находились уже под окнами.
Они приближались.
Медиум посмотрел на близнецов, спящих на большой кровати и прижавшихся друг к другу. Они даже во сне держались за руки. Они никогда не спали по разнице. Они никогда не ели по одиночке. Они даже спали как-то по-особенному одинаково.
Калис посмотрел на мирно спящего Ланиса. Он всегда много ворочался в кровати. И сейчас он спал ногами на подушке, чувствуя себя совершенно комфортно.
– Вставайте, – спокойно, но резко произнес Калис, сбрасывая свое одеяло и выбираясь в прохладный ночной воздух. Бай Ху, до этого спящий у кровати, зарычал, его уши напряглись, прислушиваясь к изменениям.
– Что случилось? – сонно спросил Ланис, растирая глаза.
Тигр подошел к мальчику, стягивая с него одеяло и толкая его вон из постели.
– Бай Ху? Что-то не так? – плохо соображая, спрашивал он, не торопясь покинуть теплую постель.
Мил и Нил молча сели в кровати, одновременно опустив ноги на пол.
– Кто-то приближается. Их много. Поднимайтесь. Мил, Нил – создайте барьер.
Близнецы переглянулись, не произнеся ни слова. Они и без того понимали друг друга.
– Барьер, – жестче повторил Калис, посмотрев на них.
– Мы не сможем, – ответил Нил.
Взгляд Калиса вспыхнул огнем. Они не могли отдать дом. Не так просто. Но бежать было рано. Еще не время. Еще не все. Еще не конец.
Нельзя покидать дом.
Но их истребят, а дом сожгут, если они покажут слабину. Нельзя этого допустить.
Калис мучился от досады – их все же вычислили. Он понимал, что дом не буде защищать их всегда, но он не думал, что у них совершенно нет времени.
Медиум стоял посреди комнаты, пытаясь сосредоточиться, но все время мешал нарастающий в голове шум, а нос резал запах гари.
Ланис обеспокоенно смотрел на Калиса. Бай Ху не отходил от ребенка, и медиум от волнения гладил божество по голове.
– Ланис, – обратился он к подростку, и тот вздрогнул. – Мне нужна вода.
– Вода?
– Беги к утесу. Нам нужна вода – пусть она снесет тех, кто придет. Хотя бы часть.
Глаза подростка расширились.
– Я никогда такого не делал…
– Так сделай! – рявкнул он, и его голос стал похож на рычание Бай Ху, сейчас вторившего ему.
Ланис испуганно вздрогнул, отдернув руку от тигра.
– У нас нет времени. Бегом!
Ланис бросился вниз по лестнице, спотыкаясь и врезаясь в дверные косяки.
Босые ноги чувствовали под собой прохладную росу. Вокруг застоялась ночная тишина, но что-то явно изменилось. Ланис бросил взгляд на небо. Молчаливые звезды мерцали, не пытаясь помочь.
«Вода, вода, вода», – судорожно мелькало в голове. Придумать. Вода… Что он мог сделать? Он никогда прежде не пытался контролировать эту стихию. Не в таких масштабах.
Калис, Мил и Нил уже стояли на улице. Калис сосредоточился на земле. Почва загудела, точно огромный гигант застонал на всю округу. Птицы взмыли вверх, крича и улетая подальше в безопасные места.
Калис стал рукой в воздухе очерчивать невидимый полукруг, и почва вокруг дома начала проседать полосой, создавая кольцо вокруг дома и образуя ров.
Мил и Нил старательно пытались создать барьер. Но чем больше они пытались, тем больше сил требовалось. Чем выше получался барьер, тем больше сил он забирал. Каждый раз барьер разваливался, пуская в небо разряды тока, он лопался, как мыльный пузырь. Близнецы беспокоились, не получалось как следует отдаться силе, и барьер никак не хотел разрастаться.
Послышались приближающиеся голоса. Замерцали огни факелов.
– Готовьтесь, – тихо предупредил Калис. – Создайте барьер!
– Мы не можем, не получается, – отозвался Нил. Он заметно нервничал. Мил не был так богат на эмоции, но и его дрожащие руки говорили о том, что он старается на пределе возможностей. Руки болели от разрушенных барьеров, простреливавших уже ставшие белыми пальцы током.
– Создавайте, чтоб вас! – не отрывая взгляда от горизонта, проревел Калис.
Люди почти подошли. Их было видно. Это была группа наемников. Кто-то из города навел их.
Когда они почти подошли, Калис резким взмахом пустил волну огня по рву. Волна вспыхнула в воздухе взрывом, и легла на ров, как вода, разлившись по выделенной окружности. Люди в ужасе отшатнулись, обжегшись жаром.
– Давайте! – крикнул Калис. Близнецы точно из воздуха вытянули одним им видимый шар, и барьер вырос из земли, замыкаясь над крышей дома. Мил развел руки, удерживая стороны бока барьера, а Нил сосредоточился на вертикали.
– Держите!
– Тяжело… – дрожь в ногах с трудом позволяла близнецам стоять. Вверху мелькнул ток, показывая брешь. Нил вскрикнул, на секунду ослабив руку. Пальцы от боли сжались в кулак, по ладони вниз сбежало несколько капель крови.
– Держать, я сказал! – Бай Ху зарычал в голос с медиумом. Нил послушался, и медленно вернул руку на место, позволяя барьеру закрепиться.
Наемники натянули стрелы, послышалось жужжание тетивы, и стрелы сорвались, точно стая птиц, но, долетев до барьера, они разбивались. От удара воздух затрещал, и из яркой вспышки показались покровители-близнецы Мила и Нила. Прогнувшись в спине, они с немыми лицами-масками издали оглушающий крик, похожий на истошный вопль. Наемники впали в ступор, но, вспомнив, кто их враг, вернулись на позиции и продолжили обстреливать барьер. Каждый удар стрел больше ослаблял медиумов. Барьер пошел трещинами, грозив развалиться.
Калис не давал наемникам подбираться ближе с помощью огня.
– Сосредоточьтесь!
Калис резко свел руки, точно хотел лопнуть большой невидимый шар, и людей швырнуло навстречу друг другу невидимой силой давления.
Снова истошный вопль покровителей близнецов.
Из носа Мила потекла кровь, показывая напряжение.
– Калис! – обеспокоенно позвал Нил. Он очень хотел помочь брату и поддержать его, но это значило отпустить барьер. Он уже было ослабил руки, чтобы помочь Милу.
– Держи барьер! – приказал медиум. На лице Нила отобразилась душевная боль от невозможности быть рядом.
– Мил, ты в порядке? – тихо спросил он брата.
– Да, – только и сказал он.
Послышался стрекочущий звук дельфина.
– Наконец-то, – сказал Калис.
Ланис усиленно пытался поднять столб воды, но у него не хватало сил. Вода утекала, едва поднявшись над утесом. Ланис жалел и ругал себя за слабость, за невозможность помочь. Он боготворил Калиса, а теперь, когда ему так понадобилась помощь, Ланис оказался бесполезен. Калис так много сделал для него, а он не мог ничего дать взамен. Калис был очень сильным. Его покровитель был единственным, кто мог материализоваться и оставаться в этой форме. Это показывало, насколько был силен Калис. А он не мог ничего, даже поднять немного этой жалкой воды.
Ланис напряг все силы, что были, и, наконец, вода показалась перед медиумом. Это была сокрушительная волна. Ланис так обрадовался своей победе, что забыл о контроле. Волна, нависнув над медиумом, рухнула вниз, утаскивая мальчика на глубину.
Ланис летел вниз, ничего не видя перед собой. Все вокруг смешалось, превращаясь в тьму. Вода жадно заливалась в него, попадая в нос и рот. Ланиса оглушил шум несущейся воды, он даже не успел набрать воздуха.
Медиум понимал, что ничего не мог сделать. Его стихия одолела его же. А ведь все должно быть наоборот. Но он очень устал и потому просто летел.
Вода всосала его тело в свой поток, успокоившись. Медиум начал постепенно оседать на дно. Над ним простерлось мутное очертание неба.
«Такое же молчаливое. Только мерцает. Как и везде», – промелькнуло в голове. Говорят ли вообще звезды? Смотрят ли за теми, кто внизу? Может, это все выдумки, и нет там ничего и никого? Ни покровителей, ни богов? И вообще, может, он спит? Какой был бы прекрасный сон… Но ведь можно представить, что вся жизнь – это просто чей-то сон. Возможно, даже его собственный. Насколько интересней стала бы тогда жизнь – просто знать, что ты можешь делать все со своей жизнью просто потому, что это сон.
Вокруг все померкло. Небо смазалось в слабое отражение испорченной картины разозлившегося художника, совершенно потеряв форму и очертания, и теперь виделось размытыми мазками с подводными переливами. Лунный свет прыгал лучами в почерневшей воде, пытаясь найти укромный уголок. Но вода – движение и не давала ему устоять на месте. Так они продолжали бороться каждый за свое место, играя на одном поле.
Волны уже укачали его тело, лишив желания бороться за жизнь. Они держали его за ноги и за руки, и не было никакой возможности глотнуть воздуха. Он уплывал все глубже в темноту, дышать было нечем.
Вдалеке медиум услышал знакомый зов своего покровителя. Дельфин нырнул под ним, подхватил мальчика и поплыл от берега. Его покровитель пришел за ним. Он его спас. Ланис из последних сил цеплялся за божество. Сознание его находилось на грани, и он почти инстинктивно понимал, что не может отпустить руки. Он чувствовал, как сильное животное рассекает волны, несясь вперед, дальше унося его безвольное тело.
***
Калис понял, что что-то пошло не так. Но он не мог уйти и оставить близнецов одних. В голове мелькала только одна мысль – спасти детей, обезопасить медиумов. Его собственные силы уже были на исходе.
Он создал сферы, похожие на те, что делали близнецы. Только эти были небольшими, не больше человеческого роста. Их было много. Он заключил каждого наемника в эти сферы и создал давление в сферах.
Попав в сферу, наемники испуганно закричали. Из центра сфер вспыхнул огонь, вмиг заполонивший все пространство и уничтоживший все, что было внутри.
Сфера близнецов вспыхнула вспышкой и погасла, не оставив после себя ничего. Покровители исчезли. Мил упал на землю, потеряв сознание, и Нил был уже рядом, чтобы помочь брату.
Калис, покачиваясь, побрел к утесу. Его терзало плохое чувство неуверенности и беспокойства. Медиум нигде не видел Ланиса.
– Ланис! – позвал он, но никто ему не ответил. Калис почувствовал, как кровь отлила от лица, и побежал к утесу. Когда он глянул вниз, то увидел волны, тихо омывающие подножие утеса.
Все было кончено.
Глава 3
Жадные до еды чайки громко перекрикивались и явно не собирались покидать берега, куда вынесло что-то большое. Они решались, стоит ли им присесть на тело, чтобы полакомиться мясом. А пока они кружили высоко в небе, подзывая своих собратьев.
Солнце уже разогрело песок и принялось пробираться глубже под воду. Оно играло в переливах слабого волнения моря, наслаждаясь замечательным и таким спокойным днем.
Волны слабо окатывали Ланиса, пытаясь привести своего неокрепшего хозяина в чувство. Вскоре он очнулся, чувствуя под собой песок. Горло больно саднило, кожу стянуло от соленой воды, и внутри все его внутренности все еще пребывали в плавании, беспокоя медиума волнением.
«Я дома? Я вернулся?»
– Эй, Кай! – послышался голос. – Смотри, тут ребенок!
У Ланиса не было сил открыть глаза. Он услышал приближающийся шум, потом звук, как будто что-то упало на песок. Затем вибрация – кто-то приближался. Он не видел, но чувствовал шаги и характеры идущих. Двое. Совершенно разные.
– Риан, он живой? – спросил взволновано Кай, пытаясь догнать уже спешившегося друга.
«Какой мягкий голос».
Риан присел перед Ланисом на корточки. Скрип песка и навалившаяся на лицо мальчика широкая тень.
– Эй, парень. Ты живой? – он потряс мальчика за плечо. – Эй, слышишь?
Ланис поморщился от болезненной хватки.
– Смотри, дышит. Малец, ты откуда?
– Риан, прекрати мучить ребенка, – упрекнул друга парень. – Не видишь, мальчик совсем без сил? Кажется, его выбросило на берег. Крушение? Ты только посмотри на него. Бедный малыш. Нужно посмотреть, нет ли еще кого. Возможно, есть еще пострадавшие.
«Такой ласковый голос», – подумал Ланис.
– Хорошо, я пройдусь по берегу. А ты пока попробуй привести его в чувства, – парень поднялся и принялся за дело.
Кай провел по волосам медиума.
– Бедняжка. Что же с тобой случилось?
Осторожные касания принесли с собой спокойствие. До Ланиса донесся приятный запах парфюма.
Незнакомец присел перед медиумов.
– Давай-ка мы тебя перевернем. Ты слышишь меня?
Ланис закашлялся, когда оказался на боку. Вода полилась из носа и рта, неприятно щекоча его и раздирая горло.
– Вот так, вот так, – приговаривал Кай, похлопывая по спине. – С тобой все будет хорошо.
Затем, когда приступ прошел, он взял Ланиса на руки.
– Калис… Калис, – тихо позвал Ланис в надежде, что его опекун окажется где-то поблизости или просто почувствует его.
– Несчастный, – обеспокоенно свел брови Кай. – Он тоже был с тобой? Мы его найдем, не переживай. Совсем бледный…
Послышались сильные и размашистые шаги.
– Никого нет, – громкий голос больно врезался в сознание Ланиса, вызывая головную боль. – Не похоже на крушение. Может, просто попал в шторм?
– Давай возьмем его. Ему нужна помощь. А потом уже выясним, что случилось, – предложил Кай.
– Вечно ты подбираешь всяких бездомных и обездоленных, – вздохнул парень, неуверенно потерев шею. – Ладно, черт с тобой. Парню, правда, помощь нужна. Еще помрет здесь, а ты потом спать не сможешь. Но повезешь его сам!