- -
- 100%
- +
Подойдя к выходу, он обернулся и сказал:
– Если я вам буду нужен, позвоните в этот колокольчик, – он показал на каменную стойку у выхода и стоящий на ней колокольчик.
– Подожди, подожди, как тебя зовут, мы даже не успели познакомиться, – быстро проговорил я.
– Называйте меня Нааман, – ответил парень и ушел.
Очень хотелось кушать. Но в таком виде неприлично даже выходить. Нужно быстрее сходить в душ и идти на обед. Или уже на ужин. Очень сложно было сориентироваться во времени. Но это не мешало пойти в ванную комнату. К моему удивлению, это была царская ванная комната. Огромная каменная ванна с теплой водой. Многочисленные флакончики с благоухающими ароматами. Все, что необходимо для принятия ванны, было приготовлено. Тут же был мини-бассейн с джакузи.
– Во что же я переоденусь после ванны? Нужно сразу все посмотреть, – подумал я и направился к гардеробной комнате.
Зайдя в нее, я был очень удивлен. Передо мной открылась гардеробная царя древнего Рима, Греции, Египта. Одежды соответствовали этому времени.
– О, Господи, а как же их надевать, как это делать? А где нижнее белье? Как я буду выглядеть? – думал я.
Мысли бежали, вопросы нарастали.
– Все, надо позвать Наамана, – решил я.
Нахожу колокольчик, делаю пару движений – и Нааман в двери.
– Так быстро? – вылетает из моих уст.
– Да, мой господин, что вы хотели? – сказал Нааман.
– Слушай, Нааман, я хочу принять ванну, но во что мне переодеться потом, моя одежда грязная, – спросил я Наамана.
– Господин, давайте я за вами поухаживаю. Помогу вам принять ванну. Сделать гигиеничные процедуры. Потом помогу вам одеться, и вы выйдете к вашим друзьям на ужин, – предложил Нааман приятным голосом.
За мной так никогда не ухаживали. Только лишь в детстве, когда я был маленький, мама мыла меня в ванной, обтирала полотенцем. Надевала на меня чистое белье, крепко обнимала и целовала. А я наслаждался маминой любовью.
Но сейчас… я же взрослый, могу и сам все делать.
– Господин, не волнуйтесь, вам будет очень приятно. Просто расслабьтесь и примите это ухаживание как подарок, – прервал мои мысли голос Наамана.
«Подарок», – услышал я. – «А, это подарок. Тогда нужно обязательно воспользоваться».
Ну, раз подарок, тогда я с удовольствием приму. Хотя нам не говорили о подарках в этом путешествии, вспоминал я.
– Хорошо, Нааман. Говори, что я должен делать, – сказал я, освободившись от смущения и непонимания.
Нааман делал процедуры красиво, с любовью и профессионально. Я не верил своим глазам, неужели это происходит со мной. Это натуральная сказка. Я в детстве читал про такое только в книгах и иногда смотрел в мультиках.
Вот я стою, уже одетый в царские одежды, и смотрю на себя в зеркало.
Да, это суперподарок, и я герой какой-то сказки. «Интересно, а я царь какого государства?» – размышлял я.
– Мой господин, – сказал Нааман, протягивая серебряный поднос с кольцами, – вам нужно и это надеть.
Непонимание, восторг, удивление – все смешалось в моей голове. Но я послушно решил примерить все кольца, надеясь, что они мне не подойдут по размеру.
Беру первое кольцо и слышу от Наамана:
– Господин, это на правую руку и средний палец.
И так все кольца. Я их надел, и они мне все подошли по размеру.
Передо мной в зеркале стоял настоящий царь. Не хватало только короны, подумал я. И в этот момент увидел, как Нааман сзади надевает мне на голову корону.
– Все, мой господин, мы можем идти, – сказал Нааман и пошел впереди меня.
Пока мы шли, я думал: «Вот я вырядился. Что скажут мои попутчики? Что же им сказать в ответ?»
Я не успел придумать ответы, как уже был в банкетном зале, где стояли красиво одетые в древнем стиле царские официанты. И все присутствующие были одеты так же роскошно, как и я. Даже не сразу узнал, где кто.
Все вопросы сразу куда-то ушли. Пришли мысли восторга и удивления. Как же все было торжественно, величественно и красиво.
Нааман подвел меня к большому круглому каменному столу, на котором было все приготовлено к ужину. Все одновременно стали садиться, и каждому помогал такой же молодой парень, как мой Нааман.
Пока я осваивался и рассматривал, что лежит на столе, Фуджин постучал по бокалу и сказал: «Приятного аппетита, господа».
Мы приступили к приему пищи. За время пути все успели изрядно проголодаться, поэтому поначалу ели молча.
Удивляло все – и подача блюд, и сами блюда.
Когда перешли к десерту, Фуджин привлек наше внимание и сказал:
– Друзья, сегодня день был насыщенный, и всем нужно отдохнуть. Поэтому вы можете отдыхать столько, сколько вам нужно для восстановления сил. Как я уже говорил, нас впереди ждет увлекательное многочасовое путешествие без перерыва и остановок. Сейчас у вас свободное время. Утром после завтрака мы отправимся по маршруту. Всем приятного отдыха.
Фуджин, Ерзи и Шенглинг встали и ушли.
Каждый доедал свой десерт и уходил вместе со своим сопровождающим.
Я не спешил уходить, так как хотел получше рассмотреть, в чем были одеты мои спутники и все присутствующие.
Мне было интересно все. Хотелось подольше оставаться в этой сказке.
Хотелось на самом деле представить себя царем.
– А если я царь, какие мои обязанности, чем я занимаюсь, какая моя семья. Чем я владею. Как велико мое царство. Что в моей власти, – мечтательно думал я.
Нааман помог мне встать, и мы направились в мои апартаменты.
Когда мы шли, зал уже был пуст, оставаться бесполезно, да и усталость давала о себе знать. Хотелось на самом деле уже лечь и не вставать.
Мы быстро дошли до моей комнаты. Нааман профессионально помог мне снять одежду и украшения, постелил постель и пригласил прилечь.
– Мой господин, приятного отдыха, – сказал Нааман и ушел.
Я рухнул на постель, устроился поудобней и быстро заснул.
Всю ночь мне снился один сон: что я еще маленький, смотрю какой-то мультик, где главный герой очень добрый царь. А царь – это я.
Я проснулся. Не открывая глаза, я вспоминал свой сон и думал: какая хорошая сказка мне приснилась. Потом вспомнил вчерашний вечер и стал отгонять мысли, которые говорили, что царская одежда, ужин и Нааман – это не сон. Такое не бывает в наше время. Я просто в какой-то гостинице. Сейчас открою глаза и увижу обычный номер.
В то же время не хотелось обыденности. Все-таки в сказке лучше.
Еще немного повалявшись, я открыл глаза. Вау, не может быть! Так это не сказка!
Я стал все трогать руками. Да, точно, все настоящее, я не сплю, это не сон. Мне понадобилось время на осознание того, что это реальность.
Наконец-то я встал с постели.
Ванная комната. Такая же, как и вчера – царская. Гардеробная тоже такая же, в ней висит царская одежда.
Гостиная тоже вчерашняя.
Я не заметил, как в двери появился Нааман.
– Доброе утро, мой господин. Я принес вашу одежду, вы сегодня после завтрака отправляетесь в путешествие, желательно к этому быть готовым, – напомнил Нааман.
– Хорошо, приготовь, пожалуйста, все, что мне нужно надеть после ванной, – сказал я.
– Сейчас я приду в ванную комнату, – неожиданно для самого себя продолжил я властным голосом.
Нааман направился в ванную комнату, а я стоял и размышлял: это что сейчас было с моей манерой разговора. Почему я так разговаривал с Нааманом, да еще таким тоном. Я что о себе возомнил? Я же не царь. И он мне не слуга. Я не имею права так говорить, мне нужно срочно перед ним извиниться.
Я направился в ванную комнату с намерением извиниться за свое поведение перед Нааманом.
Нааман меня ждал. Он быстро и профессионально приготовил меня к принятию ванны, и проделал весь утренний ритуал. Было все так быстро, что я на какое-то время забыл про извинения.
Когда я стоял, уже одетый в свою привычную одежду, тут же вспомнил, что должен извиниться.
– Нааман, прости меня, я не должен с тобой так разговаривать, ты мне не слуга. Ты очень хороший работник этого заведения, таких, как ты, я еще не встречал. Мне было очень приятно быть рядом с тобой. Вообще ты очень крутой специалист. Ты все делаешь так, как может только хорошо обученный профессионал. Только из-за такого обслуживания можно вернуться сюда и насладиться твоим присутствием и твоей работой, – проговорил я, стараясь загладить вину за свой высокомерный тон.
– Спасибо, мой господин, это очень высокая похвала с вашей стороны. Я не достоин этого. Я всего лишь маленький слуга у Великого Господина, – сказал Нааман и низко поклонился.
– Вас ждет завтрак в банкетном зале, – учтиво продолжил Нааман.
Наши инструкторы встретили нас в зале с улыбкой. После завтрака они провели короткий инструктаж.
– Вы все хорошо выглядите, сразу видно, что отдых пошел на пользу, – начал говорить Фуджин. – Нас ждет многочасовое путешествие. Все, что будете видеть по дороге, будет вам полезно и назидательно. Пока мы прошли не очень много по нашему маршруту, но вижу, что это уже приносит пользу, и вы получаете ответы на свои вопросы. Я знаю, что этот день принесет вам много познавательного. Еще немного информации, и мы продолжим наше путешествие, – завершил Фуджин и посмотрел на Ерзи.
– Да, дорогие друзья, нас ждет необычное путешествие, и я точно знаю – вы такого даже представить себе не могли, – начал говорить Ерзи. – Пока мы будем идти, некоторое время подумайте над тем, что мешает вам достичь тех желаемых результатов в жизни, к которым вы хотите прийти, – сказал Ерзи.
– Что сдерживает вас? Какие люди плохо влияют на вас, и что именно они делают в это время? Какие обстоятельства мешают вам двигаться? Чего или кого вы боитесь, двигаясь по пути к успеху? – все вопросы для размышления озвучил Ерзи.
– Я знаю, это будет больно для каждого. Возможно, именно сейчас вы не хотели бы думать о плохом. Но это часть нашего путешествия, и этот отрезок нам нужно преодолеть. Фуджин, я и Шенглинг будем всегда рядом и поможем каждому пройти эту часть пути.
– Итак, мы приближаемся к необычному городу. В этом городе все необычно: транспорт, дома, магазины и все постройки. Но этот город со своими законами, правилами и устоями. Для жителей города мы всего лишь путешественники. Наше присутствие на них никак не повлияет. Более того, они нас даже не заметят. А для каждого из вас это путешествие будет и трудным, и легким.
– Вы готовы идти дальше? – спросил Ерзи и внимательно посмотрел на каждого.
Все дружно кивнули головой в знак согласия.
– Ну, тогда в путь, – сказал Ерзи, и направился вглубь пещеры.
Пещера уже не удивляла. Она была похожа на огромнейший ангар, только каменный и бесконечный. Впереди виден желтый свет, который был для нас ориентиром. Он был так далеко, что трудно определить, сколько мы потратим времени, пока достигнем цели.
Последние наставления наших инструкторов крутились в моей голове. Нужно было определиться, о чем сейчас думать. О том, что меня ждет, или о том, что мешает мне в жизни достичь тех желаемых результатов, к которым я хочу прийти.
Я решил сделать, как сказали инструкторы: сначала подумать о том, что мешает, а уже потом, что меня ждет впереди.
Что же мне мешает? Задавая себе такой вопрос, в мыслях я перебирал:
– Нехватка денег? Нет, не мешает, – заработаю.
– Много денег? Нет, не мешает, – найду куда деть.
– Отсутствие работников? Нет, не мешает, – нужные работники всегда найдутся.
– Отсутствие знаний? Нет, не мешает, – научусь.
– Домашние – жена, дети? Ну что сказать? Жена вроде бы и не мешает, правда, и не помогает. Конечно, хотелось бы больше ее участия в моей жизни. Помощи не только в воспитании детей. Больше близости и поддержки, или дельный совет. Ну ладно, не мешает же? – Нет, не мешает.
– А вот дети… Я люблю своих детей и хочу для них лучшего. Делаю все для них. Я все время думаю о них. Иногда приходит такой страх, что с ними может случиться что-то очень плохое. И я могу их потерять. Этот страх не отпускает меня по несколько дней. Такие страшные картинки заполняют мой мозг, мое сердце, что моя жизнь просто становится парализованной. Мне приходится немало усилий приложить, чтобы выйти из этого состояния.
Да, это точно мешает мне. Это страх за детей.
И начинается всегда с того, что мой самый младшенький Артур, любимый, красивый, такой миленький… несмотря на то, что ему уже 20. В моем понимании, он занимается не тем, чем положено заниматься мужчине. Он стал моделью мужской одежды. Разъезжая на красивой дорогой машине, попадает в автокатастрофу – и я его теряю!!! Эти тревожные мысли выматывают меня.
С самого рождения Артурчик для меня был отдушиной. Когда я приходил домой уставшим и изможденным, он обнимал меня мягкими ручонками, что-то лепетал своим милейшим голоском, своей необыкновенной красотой, непосредственностью и обаянием увлекал меня в свой мир детства. Я быстро переключался от всех забот на сына, и мы продолжительное время играли с ним. Я до сих пор живу этими воспоминаниями, они помогают мне расслабляться.
И когда я мучаюсь в переживаниях от потери Артура, ко мне приходит другая картина о моих сыновьях, близнецов Вольдемаре и Владлене. В большой лаборатории они испытывают какое-то оборудование, связанное с газопроводом. Происходит взрыв – и нет моих мальчиков. Для меня эти двое были как одно целое. Все делают вместе. Закончили один университет и решили делать одно дело. С самого детства они в поиске чего-то нового. Все время что-то проверяют и испытывают.
Страшных картинок становится больше, мое сердце начинает сильно биться. Хотя глаза видят совершенно другой пейзаж, но внутреннее зрение уже видит страшные картины. И одна жуткая картина сменяется другой.
Я вижу, как мои сыновья Виктор и Андрей участвуют в гонке на авторалли, и на повороте их машина с огромной скоростью вылетает с трассы. После многочисленных переворотов она взрывается вместе с моими сыновьями. Знаю их как очень аккуратных, предусмотрительных, быстро реагирующих на любую ситуацию, всегда чувствительных к скорости и дороге… Они погибают. Мой разум отказывается верить, что такое возможно. Но картина настолько яркая и правдоподобная, что мои переживания уже не остановить.
Мое сердце почти выпрыгивает, руки и ноги начинают дрожать. Голова с трудом соображает, где реальность, а где воображение. Как бы я ни пытался переключиться на другие мысли – не получается. Картины ужасов продолжают появляться в моем разуме.
Мои самые прекрасные дочурки, тройняшки Маргарита, Виолетта и Паулина, они моя гордость.
Да, они непредсказуемые. Да, у них особенный характер. Да, они могут менять свои решения по несколько раз в день. Но это не мешает им в жизни добиваться успеха и быть первыми.
Они решают сделать нам с женой сюрприз и прилететь неожиданно. Покупают билеты за несколько минут до вылета самолета. Летят и разбиваются в нашем городе.
Эта ужасная картина авиакатастрофы останавливает меня, я ничего не понимаю. С разбитым сердцем и ужасной головной болью уже не могу двигаться и говорить. Стою, не двигаясь, и не знаю, что мне делать.
Пытаюсь вспомнить про свою жену и остальных детей.
Но тут будто кто-то говорит: «что, хочешь рассказать об этом Давиду? Поздно, его уже нет в живых». И возникает картина, как из иностранного боевика. Американский ресторанчик. Давид лежит убитый на полу вместе с другими расстрелянными в упор людьми. Террористы схвачены. Много крови и разрушений.
Я пытаюсь понять – это фильм или реальность. Знаю точно, что мне нужно что-то сделать. А что – не знаю.
Приходит мысль: нужно позвонить Роберту, чтобы срочно приехал и оказал мне медицинскую помощь. Он мой старшенький, закончил медицинский, работает хирургом. Всегда помогал, когда у меня были проблемы со здоровьем. Наверное, я схожу с ума. Или у меня будет сердечный приступ, или меня парализует. Руки и ноги не шевелятся. Я как вкопанный стою на одном месте. В мыслях ищу телефон. В мыслях набираю номер Роберта. Но вместо того, чтобы сказать что-то, слышу голос в трубке: «У нас пожар, Роберт Григорьевич помогает с эвакуацией больных», – и в моих внутренних глазах Роберт весь в огне.
Шенглинг первым заметил мое состояние. Мгновение – и он уже держал меня за руку. Я чувствовал его поддержку всем телом и сердцем. Приступ страха стал проходить, и мои глаза начали видеть реальную картину вокруг меня.
– Гоша, тебе уже лучше? – спросил Шенглинг. – Давай, возвращайся в реальность. Это только картины страха.
Шенглинг обнял меня, как отец обнимает сына. Мне хотелось как можно дольше оставаться в объятиях и не потерять эту близость. Мир и любовь отца наполняли меня с головы до ног.
Я начал понимать, что в жизни, кроме страха, есть гораздо больше мира и любви. Ради такого нужно жить и преодолевать страхи, какие бы ужасные они не были.
Незаметно мы оказались на идеально ровной площадке, где стояли красивые стеклянные кабины. Чем-то они были похожи на кабины, что на горных канатных дорогах. Чтобы добраться до кабинок, нужно было пройти еще метров триста.
Тепло рук Шенглинга, спокойный стук его сердца и очень мягкий голос привели меня в нормальное состояние. Он понял, что мне стало лучше, и отпустил меня.
Я осмотрелся и заметил, что мы давно уже приблизились к тому желтому свету, который в начале нашего пути был так далеко. Впереди был огромный город, освещенный желтым светом. С того места, где я находился, город казался бесконечно большим. Чтобы без транспорта пройти этот город, понадобилось бы за много дней. Я начал понимать, что стеклянные кабины, которые мы увидели, это и есть наш транспорт.
Фуджин сделал знак для остановки. Он остановился так, чтобы мы смотрели не вперед, а назад.
Так наш взгляд был направлен только на Фуджина.
– Сейчас мы сядем в стеклянные кабины, в каждой будет один инструктор и по четыре человека из вас. Садитесь, кому как удобней. Мы будем передвигаться не очень быстро. Скорость будет зависеть от ваших интересов. Инструкторы знают, как управлять этим транспортом. У вас есть перерыв 10 минут, и мы продолжим путь, – Фуджин закончил говорить и показал рукой, где расположены туалетные комнаты.
Через 10 минут мы собрались на том же месте и ждали начала движения.
– Все приготовлено для нашего путешествия. Сейчас мы сядем в стеклянные кабинки и отправимся в путешествие. Всем приятного путешествия, – сказал Фуджин.
Он развернулся и пошел в направлении кабинок. Все последовали его примеру.
Мы быстро добрались до кабинок. Каждый сел туда, куда хотел. В нашей кабинке были я, Робби, Валя, Влад и Шенглинг. Меня очень обрадовала такая компания, так как их я уже немного узнал за время путешествия, и они на меня произвели приятное впечатление.
Мы уселись в удобные стеклянные крутящиеся кресла. Кабинка была просторной, и каждый мог поворачиваться в любую сторону. Никто никому не мешал. Обзор был великолепный. Наша кабинка беззвучно поднялась и направилась в сторону города.
Я увидел, как удалилась площадка и как одновременно с нами поднялись другие кабинки.
Через некоторое время мы начали опускаться. Стали видны улицы, дома, магазины и торговые центры, офисные помещения и другие интересные постройки.
– Этот город очень необычный, и здесь живут необычные люди, – начал говорить Шенглинг. – Хотя на первый взгляд они ничем не отличаются от нас. Сразу отвечу на ваш вопрос: «Почему именно здесь и именно в этом городе?» – Они сами для себя выбрали такую жизнь, и здесь никто не виноват.
Теперь посмотрите на дома. Если обратили внимания, то они как бы прозрачные. Вы видите, что там живут люди. Сейчас мы расположимся поближе и понаблюдаем.
Наша кабинка остановилась напротив одного дома.
Стены дома стали прозрачными и было видно, как молодой мужчина постоянно что-то проверяет, куда-то заглядывает, смотрит в разные окна своего дома, проверяет свой телефон, и делает много разных движений. У него был озабоченный вид.
Затем мы увидели рядом с ним двух ходящих за ним парней. Один шел по правую сторону, другой – по левую. Они по очереди что-то говорили ему прямо в ухо. Затем мы увидели еще нескольких парней: двое сзади, двое по бокам и двое спереди, которые тоже ходили за этим мужчиной и тоже все время пытались что-то ему сказать и показать. Из этой картины было видно, что мужчина делает то, что ему говорят те двое парней, которые находятся близко к нему.
Мы смотрели то на дом, на происходящее в нем, то на Шенглинга.
Наш инструктор понял, что мы нуждаемся в объяснениях.
– Вы сейчас видите частично, как в жизни человека работает внутренний духовный мир. О существовании духовного мира вам известно. Вы знаете, что есть Создатель и Творец всего – Бог, и Он триедин. Бог Отец, Сын Иисус Христос и Дух Святой. Вы также знаете, что есть Дьявол, он же Люцифер, его называют или сатана, или властелин мира. Так вот, пока люди живут на земле, в духовном мире постоянно идет война за жизнь каждого человека. Война идет в духовном мире, и поле сражения – это разум человека. Этим мужчиной почти полностью овладели слуги Люцифера. Они заманили его в ловушку через беспокойство и контроль над всем происходящим. Они говорят мужчине на ухо, о чем нужно побеспокоиться или что нужно проконтролировать.
Другие парни, которые тоже ходят за этим мужчиной – это Божьи ангелы. Они говорят ему правду. Что не нужно беспокоиться, все будет хорошо, ничего плохого не случится. Что есть мир и радость. Но этот мужчина сделал для себя решение: если я не сделаю, то больше никто не сделает. Я никому и ничему не верю. Я сам решаю здесь все. И слуги Люцифера очень сильно поддерживают его в этом.
Таких людей как этот мужчина, очень много. Они живут рядом с нами, и они не в изоляции, – подчеркнул Шенглинг.
– Почему тогда он здесь живет? – спросил Робби.
– Он здесь, потому что выбрал для себя такую жизнь. Она ему приносит удовольствие. Это его зона комфорта. На самом деле этому парню очень плохо. Божьи ангелы не могут до него достучаться. И у него нет помощников, которые бы помогли ему выбраться из этого общества, – объяснил Шенглинг.
– Я тоже иногда думаю так, как этот мужчина, – признался Валя. – Когда я начинаю переживать за какое-то мероприятие, у меня появляются такие же мысли. Если я не сделаю, то больше и лучше никто не сделает. Мне сложно доверять людям, если я хочу хорошего результата.
– Вспомни, что происходит дальше, – сказал Шенглинг.
– Дальше… а что дальше? Дальше я начинаю беспокоиться уже не только в разуме, а начинаю говорить об этом. И когда я всех достаю своим беспокойством, жена и компаньоны начинают меня успокаивать или вдохновлять, а то и кричать. Бывает, что-то из услышанного меня вразумляет, и я освобождаюсь от беспокойства, – ответил Валентин.
– Ну, вот ты сам и ответил на эту ситуацию, – сказал Шенглинг.
– Так значит, такие же слуги дьявола посещают и меня! И у меня тоже есть эти шесть ангелов! И я свободный человек! Как здорово! – ликуя от восторга, проговорил Валя.
Наша кабинка медленно двигалась вдоль улицы. Я мысленно перебирал свои беспокойства и как из них выходил. Внутри мое сердце радовалось, что я не подвластен дьяволу.
Мы медленно приблизились к другому дому, стены которого тоже были прозрачными. Перед нами был красиво обставленный дом, чистота, порядок, каждая вещь стояла на своем месте. В нем жила привлекательная девушка. На ней была со вкусом подобранная одежда. С такой девушкой всегда хочется быть рядом. Появляется желание сделать для нее что-то необычное, ухаживать за ней, дарить подарки. Присмотревшись, я заметил ее грустное лицо. Около девушки были какие-то женщины в черном. Было впечатление, что она находилась в черном кругу. А за пределами круга было множество радующихся красивых девушек и красивых парней. Они пытались высвободить девушку, которая была внутри черного круга. Но женщины в черном все время мешали этому. Было слышно, как они, не умолкая, говорили девушке: «тебя никто не любит, ты некрасивая, ни один парень на тебя не посмотрит, замуж тебя не возьмут, тебя хотят использовать, ты нужна для развлечения, любовь не для тебя…»
А парни и девушки говорили ей противоположные слова. Но девушка в черном кругу их просто не принимала.
Было видно, что эта девушка страдает от одиночества, от недостатка любви, от осознания того, что она никому не нужна.
– Почему ей так трудно услышать тех, кто говорит слова любви? – спросил Влад. – Ведь женщин в черном намного меньше, чем тех прекрасных молодых людей. И кричат громко, наверняка девушка их слышит…
– Да, она слышит, но ей нравиться быть жертвой. Ей также нравится, что ее жалеют, сочувствуют ей. Она привыкла, что за ней все ухаживают, как за больной. Она прекрасно понимает, что если она примет то, что говорят девушки и парни, на ней будет ответственность тоже любить и что-то делать для кого-то, а ей этого не хочется, – объяснил Шенглинг.
– Неужели такая жизнь может кому-то нравиться, ведь так прекрасно любить и быть любимым, – с недоумением сказал я.