Мышка-Наружка и твёрдое Яйцо

– Старший следователь Мышка-Наружка, – представилась Мышка, отдав честь вошедшему молодому пареньку. – Присаживайтесь.

Пока паренёк садился да пристраивал свою шапку – то на скамейку бросит, то в руках сожмёт, то в карман упихнуть пытается – Мышка окинула пострадавшего опытным взглядом. Что это жалобщик очередной, она сразу поняла. Кислая мина на лице, растерянный взгляд, всколоченные соломенного цвета волосы. Обычный кафтан выдавал в пареньке бедного деревенского жителя.

– Ну что, Иванушка?.. – начала вопросительно Мышка, а, заметив, как паренёк с испугу нахлобучил шапку задом наперёд и спрятал руки меж колен, продолжила уже увереннее: – Дурачок. Что там за беда с вами приключилась? Стрела не в ту лягушку прилетела? Или вовсе посеял её? А может, Сивка-Бурка подкову потерял? Или Кулик скатерть зажал?

– Да не-е-е! – пробормотал Иванушка-дурачок, снимая шапку и прижимая её к широкой груди. – Молоко у меня упёрли!

– Молоко-о-о… – задумчиво протянула Мышка-Наружка.

С таким делом она ещё не сталкивалась. Мышка вылезла из-за своего маленького стола и принялась с важным видом расхаживать по столу большому – ночную смену за ним обычно Волчок-Оперок дежурит. Иванушка-дурачок следил за передвижениями старшего следователя и не мешал важным размышлениям.

– Так, а свидетели есть? – вскинулась Мышка. Иванушка покачал головушкой, да и повесил её по привычке. Наружка рявкнула: – Не вешать нос, пастух гусиный! Где последний раз видели молоко? Рассказывайте всё без утайки.

– В котле же! Вот, – залепетал испуганный дурачок. – Высочество велело окунуться, а как же я окунуся, если молока больше нема?

– Та-а-ак! – снова протянула Мышка. Она в два прыжка оказалась у своего стола и принялась рыться по аккуратно разложенным там папкам, бормоча себе под нос: – Молоко-молоко-молоко… Бурёнка? Нет. От Крошечки-Хаврошечки? Тоже нет. Хм-м-м… Конёк-Горбунок? Неожиданно… – Наружка уселась и открыла дело. Быстро пробежавшись глазами по исписанным страничкам, уточнила: – Три котла было, так? С молоком, водой студёной да водой кипячёной?

– Да-да-да, – закивал Иванушка. – Воду оставили, а молоко упёрли…

– Воду каждый дурачок сможет найти, а ты молоко попробуй, – многозначительно заявила Мышка, косясь в сторону Иванушки.

– Я и не смог, – согласился дурачок. – Вота к вам и прискакали.

– Так! – Наружка подскочила и хлопнула лапками по столу. – Конёк-Горбунок тоже здесь?! Почему он не заходит?

– Так с животиною сюдой нельзя… – пробормотал Иванушка. Мышка прикрыла лапкой мордочку.

– И с кем мне приходиться работать?.. Ведите сюда Конька, живо!

Иванушка-дурачок сорвался с места – только его и видели. Спустя пару минут в горницу следователя важно вошёл маленький конь с длинными ушами.

– Старший следователь Мышка-Наружка, садиться не приглашаю, – сразу взяла Конька за уши Мышка. – Какими волшебством обладает молоко?

Горбунок, пытаясь вытянуться повыше, хотя по размерам он и так во много раз превосходил следователя, важно косился своими огромными голубыми глазами, но отвечать не спешил. Скрывал что-то и стратегию защиты продумывал? Но Наружка была не лыком шита – она взяла ту самую папочку, где и вычитала всё про Горбунка, и усмехнулась:

– На вопрос отвечать – это не перо Жар-птицы воровать.

Конёк прижал уши к голове и залепетал:

– Да сколько раз говорить – не воровали мы! Мы подобрали его, когда ехали в град-столицу, чтобы вернуть пёрышко владелице!

– Наши люди в град-столицу на конях не ездят! – Мышка погрозила пальцем. – На вопросы отвечаем. За перо вы уже своё отси… отстояли. Ну и отработали заодно.

– Пейте дети молоко – будете здоровы, – проворчал насупившийся Конёк-Горбунок. – Но вот если после молока окунуться в воду кипячёную да студёную, то получится омолодиться да оздоровиться.

– А яблочками-молодильными не проще ли будет? – удивилась Мышка. Она как раз налила себе свеженького чая и в задумчивости смотрела в кружку, от которой поднимался пар.

– Именно что проще! – согласился Конёк. – Но поди их достань ещё… Так-то я одним дуновением кипяток остужаю.

Мышка аккуратно отставила кружку и прикрыла её локотком:

– Значит, мы ищем среди царей да царевичей, кто молодильными яблоками разжиться не смог?

– Я остужать никому не буду! – тут же вскинулся Конёк. – Мне своего Иванушки хватает…

– Не-е-ет, бу-у-удешь! – хмыкнула Мышка-Наружка. – Мы сделаем ход конём – используем вас как приманку. Так и узнаем, кто молоко украл. Значит, ваша задача – расскажите по секрету про услуги гусям-лебедям.

– Так они же по всей округ разнесут! – вскинулся Горбунок и даже копытцем цокнул.

– Этого мы и добиваемся, – заговорщицки подмигнула Мышка. – Как только негодяй выйдет на вас, сразу же мне докладывайте. Будем брать без шуму и пыли. Только вы это… Иванушке своему не рассказывайте ничего. А то если он дело запорет, то вам же хуже будет.

Горбунок начал уверять, что он – Конёк-молчок. Ещё бы! За воровство пера Жар-птицы ему и пришлось служить Иванушке-дурачку. Когда Конёк вышел из горницы, Мышка-Наружка сделала глоток из кружки, но сразу же выплюнула всё обратно – чай безнадёжно остыл. Каким-то образом этот проказник успел дунуть на кружечку.

– Горбатого могила исправит… – пробормотала старший следователь, разглядывая рисунки подозреваемых в деле перьекрадцев. Молоко уже никуда не убежит. Думала сейчас Мышка о предстоящем допросе важного свидетеля, который никак не хочет колоться здесь, но может расколоться в другом месте… Уже который раз она вызывала его в свою горницу. Вот и сейчас вкатился величественный такой, как ни в чём не бывало.

– Лисичка – дежурная сестричка, зайдите, пожалуйста, – позвала Наружка. На пороге появилась рыжая красавица, которая не преминула облизнуться, глядя на свидетеля. Чтобы отвлечь её от голодных мыслей, Мышка распорядилась: – Подготовьте нам место для беседы.

Теремок всего их Отделения сказкопорядка был рассчитан на крупных животных – медведей, кабанов, лосей, но работали тут и совсем маленькие зверюшки, вроде самой Мышки, поэтому в некоторых случаях требовалась помощь. Стол старшего следователя располагался в большой горнице и на большом столе, а когда приходили небольшие посетители, то дежурные поднимали их на стол и ставили дополнительное кресло.

Вот его и достала Лисичка из шкафчика. Всё красиво расставив, она аккуратно взяла в руки свидетеля.

– Только не на нос, – строго велела Наружка, внимательно следя за своей подчинённой.

Дежурная сестричка с тоской вздохнула:

– Ой, говорят, что у нас крыса в Отделении завелась. Канцелярская…

– Я недавно у нашего стоматолога была, – доверительно сообщила Мышка. – Кузнец пасть не порвал, но зубы мне на железные поменял, – она звонко клацнула, отчего и свидетель, и Лисичка вздрогнули. А Наружка улыбнулась: – Говорят, что крот у нас завёлся. Он и посоветовал.

– Я слепой, но не глухой! – пробасил Крот-Делооборот из соседней горницы. – Нечё меня обсуждать. Иди сюда, Жучка ты крашена.

– Это мой натуральный цвет шёрстки! – возмутилась Лисичка. Она посадила свидетеля в кресло, а потом закрыла за собой двери снаружи.

– Старший следователь Мышка-Наружка, – привычно кивнула Мышка, разглядывая сидящее перед ней Яйцо. Небольшое, куриное, белое с глазками и ротиком, расположенными ближе к заострённому кончику. Трещины от ударов и синяки уже почти затянулись. Яйцо блеснуло белыми зубами:

– Ну здравствуйте, старший следователь! Давненько вы меня не вызывали. Уж и соскучиться успел за нашими беседами-то!

– Давненько, – сухо кивнула Мышка. – Три дня уж минуло. Вы не надумали подать заявление на Деда?

– Никак нет, – усмехнулось Яйцо.

Интересно, а запланированная демонстрация железных зубов впечатлила его или нет?.. Он свои поэтому показал? Больше всего Мышку интересовал главный вопрос – почему Яйцо не хочет сдавать Деда?

– Он же вас бил-бил! И баба его вас тоже била-била! – воскликнула Наружка, прикладывая лапки к щёчкам. – Неужели, вы его боитесь? Неподкупный мой, вовремя предать – это не предать. Это предвидеть!

– Да нет же! – Яйцо покачалось в кресле, изображая отрицание. – Они меня берегли и любили. Дед ничего плохого мне не сделал. Он самый добрый в мире!

– Дед-то? – усмехнулась Мышка. – Давайте уточним, что мы с вами говорим про одного и того же Деда. Он ещё иногда стариком прикидывается, – она села за стол и открыла первое дело. – Посадил Дед Репку… Дед – берёт след. Нашенский, из Отделения сказкопорядка. Но за что посадил? Репка никому ничего плохого не сделала. Она так обозлилась, что Мужика с Медведем поссорила.

– Так это вершки с корешками виноваты, – Яйцо снова покачалось.

– А как же Колобок? – Наружка взяла второе дело. – Дед упустил опасного преступника, который родителей бросил на произвол судьбы! В итоге у Лисички несварение случилось. Такое нельзя прощать.

– Нечего есть всё подряд, – по Яйцу пробежала дрожь. Мышка потянулась за следующей папочкой:

– Деда из Отделения погнали поганой метлой. Метлу тоже пришлось выкинуть, а то Баба-Яга на ступу пересела, в итоге метёлка не при делах. Кстати, вот дело Бабы-Яги. Жила себе Старуха, горя не знала – всё Дед за неё делал. Всё, кроме корыта. И попросила Старуха это корыто смастерить. А он что?

– Что? – удивилось Яйцо. Как будто первый раз слышит… Хорошо играет!.. Но умное Яйцо – ещё не признак ума… Мышка продолжала:

– В сети свои поймал Золотую Рыбку! Ей бы плавать, да с карасём и щукой спорить, но Дед её Старухе на растерзание отдал. Женщины сами не знают, чего хотят. Вот она и нажелала на свою голову, а Дед только крышевал. И чем всё закончилось?

– Чем же? – снова спросило Яйцо.

– Осталась у разбитого корыта! – Мышка всплеснула лапками. – Дед её бросил, а она в Бабы-Яги подалась. Там как раз набор шёл – не стали воспитывать в своём коллективе, со стороны взяли. И всё, теперь только богатырями да детками малыми питается. Ну клубочки каждому встречному-поперечному раздаёт – три девицы без пряжи остались.

– Не следует так поступать, – Яйцо картинно поохало.

– И это ещё не всё! – воскликнула Наружка, доставая очередную папочку. – Усыновил Дед колодочку Терёшечку, да отправил рыбачить вместо себя. Заманил Лису на рыбку, а та объелась и обманывать пошла всех подряд. Волк без хвоста остался, ещё и побили несчастного…

– Лиса всегда самой хитрой была, – Яйцо качнулось. – А Волк – не самым.

Мышка взяла следующую папку:

– Дед выгнал свою сожительницу Козу-Дерезу, а та отправилась угнетать Зайчика, – бросила на стол, взялась за другую, – Бычка – смоляного бочка заставлял к себе водить бедных животных, чтобы те работали на Деда и из леса подарочки носили, – в лапках Мышки оказалась последняя папочка: – Сначала Дед дал зверушкам дом-рукавичку, а потом всех разогнал, да именно тогда, когда они прижились и подружились.

– Это всё? – спросило Яйцо.

Мышка чувствовала, как начинает закипать. Все дела вокруг Деда строились на косвенных уликах, напрямую этот злодей касался только Яйца. За что Дед его бил? И почему этот белый гадёныш не хочет сдавать… своего подельника?.. А ведь на что пошло Отделение сказкопорядка ради этого: из зайца достали и от Ивана-царевича уберегли! Сидит тут такой важный, такой свидетель, и даже не видно, что на иголках. Ничем его не пронять! У Наружки ничего не было на Яйцо. Оно это знало, поэтому ухмылялось и смотрело важно. Совсем как Конёк-Горбунок до того, как… Неожиданно в голову Мышке пришла интересная идея.

Она обошла свой стол и уселась на него, задумчиво уставившись на Яйцо:

– Вам не кажется это слишком низким?

– Что, простите? – пролепетало Яйцо.

– Вы покрываете преступника. Это низко! – повторила Наружка. Свидетель качнулся в кресле:

– Мне нечего сказать…

– Я понимаю, что ваша целостность – это такая мелочь по сравнению с трагедией других пострадавших, тем не менее… – продолжала давить Мышка.

– Но, позвольте… – попыталось вставить Яйцо, однако старший следователь повысила голос:

– В наш непростой век быть таким простачком. А у Деда ведь золотые руки.

– Вы не смеете так говорить! – возмутилось Яйцо.

– С вами-то? – удивилась Мышка. – Ещё как смею. Вот ваш старший брат – другое дело. Он – дорогой и бесценный свидетель. Золотой человек! Ну, то есть, яйцо. Его никто и не подумал в Зайца пихать да иголками начинять.

– Я требую уважения! – во весь голос заорало Яйцо, подскакивая в кресле и приземляясь с тихим треском.

«Вот и раскололось», – про себя хмыкнула Наружка, а вслух сказала совсем другое:

– Ваши показания и не важны уже вовсе, я ж вас для другого позвала – сказать, чтобы вы не переживали, мы Деда взяли, когда он из молока в смолу прыгнул.

– Как в смолу?! – удивилось Яйцо. – Он перепутал, что ли опять?.. О-о-й…

Если бы у Яйца были руки, то оно бы ими зажало себе рот. А Мышка-Наружка улыбалась во все свои новенькие железные зубки:

– Вот и раскололось! Откуда же вам, многоуважаемое Яйцо, известно про планы Деда? Уж не вы ли ему посоветовали обновиться, чтобы никто не узнал? Только вы хотели, чтобы он сварился вкрутую в этих котлах с водой, как это у вас принято. Поэтому о смоле речи быть не могло. Не так ли?

– Всё так! – зло прошипело Яйцо. – Разве мог бы Дед сам до этого додуматься?! Я его научил всему, что он знает! Показал, как делать всё, что он сделал! Сам бы он не справился. Да и никто бы из этих поганых людишек не справился! Все на одно лицо да на один ум!

– Шалтай-Болтай, вы признаётесь иностранным агентом, и будете арестованы за нанесение тяжкого вреда жителям русских народных сказок. Каждое ваше слово имеет значение, – Мышка-Наружка подмигнула и чуть повысила голос: – Лисичка – дежурная сестричка, будьте добры, уведите отсюда арестованного.

Появилась рыжая красавица с тарелочкой, чтобы аккуратно туда собрать разбитое Яйцо. Ему только и оставалось, что злобно шипеть и плеваться. Хитренькая дежурная сестричка накрыла Яйцо стаканом.

– Какая гадость, это ваша отбивная яйка… – она поморщилась и посмотрела на Мышку: – Старший следователь Мышка-Наружка, разрешите доложить?

– Докладывайте, – важно кивнула Наружка.

– Деда взяли с котлом молока. Молоко в целости и сохранности возвращено Иванушке-дурачку. Тот просил передать, слово-в-слово: «моя мышинция меня бережёт».

– Горбунок помог? – спросила Мышка с улыбкой. Лисичка кивнула:

– Да.

– Передайте Коньку-Горбунку, что он освобождается от дальнейшего сопровождения Иванушки. Ой, ну только пусть сначала его дурачок искупается да царевичем станет…

– Есть! – дежурная сестричка отдала честь. – Поздравляю с успешной поимкой опасного преступника! Поделитесь, как вы это сделали?

Мышка-Наружка с важным видом произнесла:

– Тут главное вовремя хвостиком махнуть, – и потупилась.

Ведь скромность, как известно, украшает мастера.