- -
- 100%
- +
Глава 1
Первым вернулся слух. Откуда-то издалека донёсся скрипучий голос мистера Дарстена.
– Мадам, вы так щедры,– растекались его слова сахарным сиропом.
Туман рассеялся. Я не сразу поняла, что смотрю на мир чужими глазами. Особняк было не узнать, но я чувствовала – это тот самый зал! Сияющая позолотой изящная мебель, натёртый до зеркального блеска паркет, голубые портьеры…
– Не беспокойтесь. Дети будут в полной безопасности.
В мягком кресле сидела молодая, богато одетая дама. Затянутые в кружевные перчатки пальчики держали фарфоровую чашку.
– Конечно, конечно,– лебезил директор приюта, пряча в кармане увесистую пачку купюр, – Нисколько не сомневаюсь!
Он с восхищением огляделся по сторонам, мазнул взглядом по хорошенькой служанке в идеально чистом накрахмаленном переднике, учтиво делающей книксен. Кажется, она уже приветствовала его несколько минут назад, или ему показалось? Дети с испуганными личиками, жались друг к другу. Белокурые двойняшки в одинаковых платьицах вцепились в мальчугана, словно он один на всём белом свете мог их защитить.
– Дети, подойдите к своей госпоже,– приказал мужчина строгим тоном.
– Мамочке,– поправила леди обворожительным голоском, раскрыв объятия.– Ну же, сладенькие мои, мамочка вас ждёт.
– Лора, Руби! Марш ко мне,– скомандовал мистер Дарстен.– Не сердите свою…ма…матушку.
– Она нам не мать,– насупился Мэтью Лоури, закрывая малышек собой.
– Щенок! Вот я сейчас тебе задам!– ладонь директора потянулась за розгой, но… прут остался в приюте, зря он его не взял.– Простите мадам, они ещё не обвыклись здесь.
Другие бы радовались, а эти… глупая малышня, дикие, словно волчата.
– Ничего страшного,– проворковала красавица.– Скоро мои детки крепко-крепко полюбят свою новую мамочку.
Дама улыбнулась – широко, наиграно, будто… заводная кукла. Мужчину внезапно охватил озноб, на лбу выступил ледяной пот, по коже заскользили мурашки. Мадам продолжала фальшиво улыбаться, демонстрируя идеальные зубы.
– Ну, я, пожалуй, пойду,– привстал Дарстен, шляпа соскользнула с колен прямо на пол, он нагнулся, подхватил её и попятился к выходу.
На чёрном фетре головного убора директора серели следы пыли.
– Всего хо-ро-ше-го,– насмешливо пропела дама.
Удар сердца. Ещё один. Ещё. Как же сильно оно бьётся, эхом отзываясь в ушах. Впервые за долгое время я вижу Мэтью так близко. Его силуэт тает в воздухе, превращаясь в облако блестящих искр…
– Нет! Мэтью! – мой крик смешивается с чьим-то воплем.
Сильные мужские руки стискивают плечи, причиняя боль. Рэнджимин тряхнул так, что зубы клацнули.
– Эмильрин, вы слышите меня?
– Да,– прошептала я.
Возле моих ног корчился в судорогах директор приюта, сжимая голову обеими руками.
– Невероятно!– мистер Вальтер потирал виси, напряжённо рассматривая меня.– Вот это дар. Мощнейшее заклятие! Она чуть мозги ему не поджарила, да и мне заодно.
Что? Как…
Беспощадные слова отрезвили. Я чуть не убила человека? Но я не хотела…не хотела…
Под туфелькой скрипнули осколки хрусталя, я схватилась за обнаженное запястье.
– Браслет,– пробормотала я.
– Всплеск магии расколол защиту,– пояснил гном.– Пойдёмте, мисс Лоури, вы уже достаточно увидели. Или дальше будем делать барбекю из несчастного Дарстена?
Что? Конечно, нет. Я не специально.
– Можно мне ещё один браслетик? – попросила я.– Хотя нет, лучше парочку, для надёжности. Пока я не научилась управлять…этим…этой силой.
Рэнджи усмехнулся и повёл меня прочь из старого особняка. По дороге к карете я пыталась выудить из гнома информацию.
– Чары? Волшебство иллюзий? Что это было?– заваливала я его вопросами.– Эта дамочка, кто она? Зачем прикинулась богатой леди и пробралась в чужой заброшенный дом?
Ответ напрашивался сам собой. Дети! Всё ради того, чтобы заполучить опекунство. И имя на документах наверняка поддельное. Вот же осёл этот мистер Дарстен! Как он мог повестись на такое?
– Мы во всём разберёмся, Эмильрин. Обещаю,– пытался меня успокоить рыжий огневик.
– Хватит пустых обещаний! – зло огрызнулась я. – Ой!
Мамочки… Я, кажется, платье леди де Мортен подпалила. Ну что за день-то сегодня такой?!
– Вы в порядке, Эмильрин? – гном беззастенчиво разглядывал испорченный наряд.– Дозвольте осмотреть вас.
Из прожжённой дыры выглядывали кружевные оборки панталон.
– Эээ… Не стоит,– поспешила заверить я, прячась в недрах экипажа.
Вот же напасть! Дар называется. Проклятие это самое настоящее!
– Постарайтесь контролировать эмоции,– напутствовал Рэнджи.
Легко сказать… Как же мне это сделать, когда вокруг такое творится…
– Вы умная девочка, справитесь.
Гном прав. Не дело подвергать окружающих опасности. Вот только обуздать ураган эмоций никак не получалось. В тщетной попытке успокоиться, я то и дело, закусывала до крови губу.
– Детей будут искать лучшие маги страны,– тёплая ладонь накрыла мою, разливая спокойствие и уверенность.– Я найду их. Найду.
– Хорошо,– выдохнула я, всё ещё чувствуя во рту солоноватый вкус крови.
Всё будет хорошо. С Мэтью и девочками всё будет хорошо.
До самого Растер-Холла, я твердила про себя эти слова, словно заклинание. Возвращаться к де Мортенам не хотелось, но выбора не было. Мне ещё предстояло объясниться с леди Ванессой по поводу катастрофического состояние одолженного платья. Как только заработаю – непременно всё компенсирую…
Прикрывая безобразную дыру на юбке и игнорируя помощь лакея, я выбралась из экипажа и направилась к лестнице.
Какая красота! Только что срезанные белоснежные розы источали дивный аромат. Похоже, Френсису всё же удалось добраться до флористов?
Мажордома я увидела сразу, как только вошла в холл. Он суетился вокруг горничных, держащих в руках резные стулья, обтянутые золотистой парчой.
– Несите в столовую! – командовал толстячок, активно жестикулируя. – Сегодня все как сговорились свести меня с ума. Этот ужин должен стать триумфом, а не полным провалом!
– Триумф ему нужен,– ехидно прокряхтел лорд Ангус, вольготно расположившись на софе и наблюдая за процессией служанок, порхающих вокруг Френсиса.– Расточительство! Столько золота потрачено на цветочки.
– Полная безвкусица! – загоготал гусь Густав рядом с умертвием.– Кто так декорирует? Ужин на высочайшем уровне это вам не деревенская свадьба!
– Лично бы плюнул в декоратора,– поддакнул Ангус.
Мажордом хотел что-то съязвить в ответ, но увидел меня и расплылся в счастливой улыбке.
– Хорошо, что вы здесь, мисс Лоури,– бросился несчастный ко мне.– Они меня до греха доведут. Ой! А что это с вами приключилось? Платье в таком состоянии…
– Били её! – загоготал Густав, размахивая крыльями.– Может, даже насиловали. Бедняжка. А всё ты виноват, бросил её, беззащитную, на растерзание негодяям!
Все присутствующие замерли и дружно уставились на меня. Кто-то с сочувствием, кто-то с любопытством.
Глава 2
Нежный аромат свежих цветов лёгким шлейфом скользил по воздуху. Ароматы садовых роз в окружении лилий и фиалок сплетались в калейдоскоп запахов, увлекая в чарующих мир. Жаль только, что волшебство продлится недолго, уже к утру хрупкие, сияющие красотой бутоны, увянут навсегда.
– Мисс Лоури, вы… в порядке? – Фрэнсис с тревогой осмотрел безнадёжно испорченное платье.
Нужно попросить побольше браслетов, запирающих магию. Столько, сколько уместится на запястье. Только за прошедший день я успела натворить столько неприятностей! При этом подпаленное платье – далеко не самая страшная из них…
– Дурень! – гусь спорхнул с софы и клюнул Френсиса прямиком в…чуть пониже спины.
– Ай! – взвизгнул мажордом, пытаясь отмахнуться от вредной птицы.
– Молодец, Гуся! – подначивал дедуля Ангус, – Так его!
– Розочки он здесь развешивает, – наглый фамильяр неизвестного мага попытался клюнуть ещё раз, но Фрэнсис, выхватив у одной из горничных стул, успел приготовиться к обороне. – Оставил девочку на растерзание злодеям, которые избили и обесчестили бедняжку!
– Густав, всё хорошо, – попыталась я вмешаться. – Честь осталась при мне.
– Значит, только били?
– Обошлось и без этого, – заверила я, старательно прикрывая огромную дыру на платье жалкими остатками подола. – И вообще… С чего вы все решили, что я попала в беду? Это… – я показала глазами на платье, – Несчастный случай, ничего более.
Мне не верили. Это читалось и по любопытным лицам перешёптывающихся служанок, и по воинственной стойке бесстрашного гуся, явно решившего отомстить. Боюсь, он ещё не скоро успокоится…
– Но этого олуха всё равно надо уволить, – заявил лорд Ангус. – Развёл тут цветочную лавку! И это я ещё меню не видел! Пять перемен блюд? По его лощёной жирной физиономии видно. Транжира! Расточитель! Привык тратить хозяйские денежки налево и направо!
– Семь перемен, и три вида десерта, – злорадно отозвался Фрэнсис. – Приёмы в Растер-холле славятся своим великолепием и безупречностью. А как же иначе? Мой господин – сам канцлер империи, и кстати, отчитываться я обязан только перед ним!
– Он ещё и дерзит! – возмутился Густав. – Поддерживаю милорда, гнать этого толстопуза в шею без выходного пособия.
Когда эти двое успели так спеться? Видимо, пока меня не было. Подружились на фоне общей неприязни к бедняге мажордому.
Пока все были заняты перепалкой, я незаметно пробралась к лестнице и поспешила наверх.
– Мисс Лоури! – в унисон воскликнули мне вслед мажордом и гусь, заметив побег.
Не оборачиваясь, прибавила ходу, взлетая по ступеням. Я не очень-то горела желанием общаться с кем-либо, все мысли занимал младший брат. Сердце ещё сжималось от странной тревоги. Если с Мэтью что-то случится…
Нет! Даже думать о таком не стану. Нет…
Едва возвращаются воспоминания о заброшенном доме – страх сковывает с головы до пят. Нужно отдохнуть, прийти в себя, осмыслить случившееся, и решить, что делать дальше.
Я быстро нашла комнату, где накануне провела ночь. Дверь оказалась не заперта.
– Мисс Лоури!
Опять! За что мне всё это? С раздражением обернулась к запыхавшемуся мажордому – догнал всё-таки…
– Этот несносный гусь прав, я не должен был бросать вас там…одну, – с раскаяньем произнес несчастный. – Право слово…бедняжка вы моя…неужели вас…
– Нет! – рявкнула я, потому как все эти намёки уже порядком надоели – ну сколько можно-то, в самом деле. – Не болтайте вздор!
– Леди Несса отправилась переодеваться к ужину, – Фрэнсис успокоился, но тут же принялся ябедничать. – А эта парочка, я имею в виду лорда Ангуса и несносную наглую птицу…так вот, они вначале друг другу не особо понравились, но потом удивительным образом сдружились, критикуя каждый мой шаг!
Дворецкий чуть приподнял брови, намекая на причину своих несчастий в моём лице. Пусть случайно, но это же я и ворчливого старика оживила, и вредного гуся из тюрьмы приволокла…
– Скоро милорд прибудет домой, может, развеет умертвие, – размечтался толстяк. – А гуся…гуся можно сдать в приют для животных.
Фрэнсис наверняка без сожаления выставил бы Густава за дверь, ещё бы и пинка под пернатый зад дал от души.
– Лорд Ангус хотел последний раз увидеть супругу, мы должны уважать волю усопшего, – напомнила я.
– Леди Несса утром отправила лакея, – поджал губы мажордом, – Так молодая вдова наотрез отказалась приезжать. И знаете что, мисс Лоури? Я её нисколечко не осуждаю.
– Вот вы где! – раздалось громкое гоготание, и в коридоре появился Густав. – А я-то думал, куда пропала моя благодетельница?
Следом за птицей, кряхтя шёл дедуля Ангус. Для умертвия он передвигался достаточно бодро, на впалых щеках даже румянец расцвёл. К чему бы это?
– Исчадие бездны вернулось, – пояснил почивший лорд. – Мой дражайший внучатый племянник пожаловал. Плохо его отец воспитывал, старших не уважает, советы не ценит.
– То-то их ветром сдуло из холла, – шепнул мне повеселевший Фрэнсис.
Убедившись, что я вполне здорова и в помощи не нуждаюсь, дворецкий поспешил вернуться к своим профессиональным обязанностям, прислав, правда, служанку с чашкой горячего душистого отвара.
По правде, горничных было две, и одна из них катила тележку с закусками прямиком в маленькую гостиную в конце коридора, где обосновались дедуля с фамильяром. Гусь заглянул в мою комнату, приглашая присоединиться к их тёплой компании.
– Эмильриночка, мы тут с лордом Ангусом в кости решили сыграть, пойдешь с нами?
К этому времени я уже успела переодеться в своё собственное платье. Дорожный сундук ещё вчера прибыл в город – новые хозяева некогда родного дома, к счастью, не выкинули вещи на улицу. Сегодня утром их забрал лакей и привез в Растер-холл.
Густав без стеснения прошел в спальню, как только я открыла дверь.
– На приём нас не пригласили, – фыркнул он. – Не очень и хотелось, Ангус говорит, что его племянник не ценит родственные связи. Вот и тебя, похоже, не позвали. Возмутительно!
– Мне там точно не место,– отозвалась я.
– Хм…значит, содержанка…
– Густав, а ты в курсе, что пожилой лорд не совсем…Что?! Кто содержанка?!
– Ты! – невозмутимо заявил гусь. – Ну…лорд Ангус так сказал. Дескать, с памятью беда, но ему кажется, ты или дальняя бедная родня, или любовница канцлера. Выходит, второе.
Вот значит, как!
Ещё вчера я слыла распутницей, состоящей в греховной связи с опекуном, а сегодня меня повысили? Теперь я – наложница самого канцлера империи? Даже не знаю, что теперь делать – плакать или смеяться?
– Мы знакомы с де Мортеном всего пару дней, – начала я, но гусь и не думал слушать.
– Ясненько, – гоготнул он. – Мне-то, что? Я фамильяр с прогрессивными взглядами на жизнь.
– Густав!
– Я решил составить прошение на имя императора, и жалобу…несколько жалоб. Как думаешь, Эмильриночка, подождать окончания ужина и тогда вручить документ лорду-канцлеру? Или стоит прямо сейчас потребовать аудиенцию?
– Густав! – ахнула я. – Поверь, лучше вообще не попадаться ему на глаза. Хочешь отправиться на кухню?
– На кухню? Зачем это…хм…служанка оливки забыла, нерасторопная особа, но она сказала, что немедля принесёт и…
– Густав…
– Ой…ааа…ты в этом смысле?
– Именно, – кивнула я, отчаянно намекая на вертел в жаровне.
Но гусь, кажется, не сильно проникся.
Что же делать? Я и так в долгу перед леди Ванессой, а Ангус и Густав появились в Растер-холле по моей вине… И кто потом будет разбираться – случайность это или нет?
Густав открыл клюв, но тут же закрыл его, как только я нагнулась и погладила птицу по шейке. Пришлось согласиться на вечер азартных игр – всё лучше, чем торчать в комнате и думать о плохом. Отвлекусь от грустных мыслей, заодно присмотрю за этой неугомонной парочкой.
В небольшой гостиной, куда привёл меня Густав, было уютно. Мебель с розовой обивкой и мягкие пуфики выдавали в ней дамский будуар пятидесятилетней давности.
Дедуля Ангус пожурил нас за долгое отсутствие, хотя сам в это время не скучал, предаваясь плотским утехам. Попросту говоря – ел, и вовсе не то, что полагается употреблять в пищу умертвиям (если, конечно, умертвиям вообще полагается что-то употреблять в пищу). Старик особенно налегал на виноград, яблоки, и судя по горстке косточек – вишню в шоколаде.
– Ну-с господа, – лорд потёр руки и, взглянув на нас, добавил. – И дамы. Приступим, пожалуй.
– Только у меня нет денег, – предупредила я, усаживаясь за круглый столик белого дерева. – Впрочем, у вас тоже… Так что будем ставить на кон?
– Как на счёт души?
Незнакомый скрипучий голос заставил обернуться. В гостиной ещё кто-то есть? Почему я сразу не заметила?
Молодая красивая женщина в бледно-жёлтом платье подошла к столу и уселась на край, с той стороны, где расположился Ангус. Длинные тёмные волосы распущены, ярко-алые губы изогнуты в мрачной усмешке.
– Сыграем? – бледные пальцы потянулись к игральным костям.
От незнакомки веяло холодом и безысходностью.
Стук. Стук. Кубики покатились по столешнице.
– Две шестёрки, – дама совершенно спокойно забрала кубики и вручила их умертвию. – Ваша очередь, лорд Ангус Аврелиус де Мортен.
Я смотрела то на потерянного, присмиревшего гуся, то на обескураженного дедулю и вдруг… поняла.
– Нет! Не играйте с ней!– закричала я.
Поздно. Испещрённая морщинами ладонь разжалась, кости запрыгали по полированному дереву.
– Один, один, – скрипел ржавыми петлями голос незнакомки.
– Я…нет…вы не можете…я не готов…
Трясущимися руками лорд схватил кости и снова кинул.
– Один, один.
– Нет. Ещё раз…я…ещё раз!
Сколько бы бедняга не перекидывал кости под издевательский смех – на кубиках неизменно чернело по одной точке.
В жилах стыла кровь от страха и понимания того, кто пожаловал в гости. А ведь Стефани предупреждала.
Мамочки, что же сейчас будет?
***
Прохладная вода коснулась разгоряченной, пылающей кожи. Тьма жгла изнутри, подобно раскаленной лаве, наполняя душу нестерпимой жаждой чужих эмоций. Терпкий вкус страсти он искал в похоти, острую горечь лжи впитывал у придворных, но чаще всего лакомился кислым, шипящим на кончике языка страхом.
В детстве Адриану казалось, что внутри него сидит чудовище. Сколько трудов ему стоило сдерживать тьму, отравляющую сердце, пока не понял, наконец, – он и есть тьма.
Зачерпнув ладонью холодную влагу, лорд коснулся лица, смывая дорожную пыль. В ушах всё ещё звенел голосок тёти Нессы: «Адрианчик, сегодня ты должен выглядеть безупречно! На ужин соберутся особенные гости. Ах, не спрашивай кто. Это сюрприз!».
Тёмный лорд мрачно усмехнулся. Все ответы читались в восторженном взоре тётушки – сегодня в доме она собрала всех завидных невест империи. Вот только он подстраховался, так что можно быть уверенным – внимание девиц на выданье будет обращено в другую сторону.
Ванесса продумала всё до мелочей, даже организовала приём в их собственном поместье, лишь бы отрезать племяннику все пути отступления. Сотни объяснений, что женитьба сейчас не входит в его планы, разбивались о стену непонимания. Всего год в должности канцлера, мысли заняты политикой и государственными делами, в них нет места супруге и тем более детям. Когда-нибудь он заведёт семью…возможно… Когда будет больше свободного времени, но уж точно не в ближайшие пять лет, а может и семь…
Неожиданно тьма, клубившаяся вокруг него, налилась энергией. Адриан ощутил чужое присутствие. Совсем рядом. Под языком растёкся горький, немного вяжущий вкус древней магии.
Занятно.
Канцлер накинул на мускулистые плечи шёлковую сорочку.
Жнец смерти. В его доме. Что ж… Старик и впрямь задержался на этом свете.
Смерть всегда забирает то, что ей причитается. Посланник настигнет и вернёт в царство мёртвых, где бы ты ни был.
Впервые Адриан встретился с младшим братом своего дедушки на похоронах последнего. Лорд Ангус возмущался, что почивший родственник оставил фамильный особняк своему сыну и громко скандалил на оглашении завещания.
Будущий канцлер империи, а тогда просто шестилетний маленький проказник, забрался в гостевую комнату с тайной миссией насыпать пауков в дорожный сундук вредного ворчуна. И ему почти удалось! Вернее, едва он открыл банку и вытряхнул содержимое на нижнее бельё, как вернулся лорд Ангус в компании своего слуги. Адриану ничего не оставалось, как затаиться за плотной портьерой.
– Глаза так и светятся пламенем бездны, – бормотал пожилой слуга, дотрагиваясь до оберега, болтавшегося на шее. – Слухи не врут. Мальчишка – исчадие зла.
Ангус сжал тонкие губы, размахнулся тростью и…бам! Ударил своего слугу. Потом ещё раз. И ещё.
– Ай! Больно! Милорд, что я сделал?
– Кто тебе дал право оскорблять моего внука? Развели дармоедов!
– Так вы сами постоянно его так называете, – обиженно простонал слуга, прикрываясь от ударов.
– Мне можно, я – его семья! А тебе не позволено, ясно? Я свою родню в обиду не дам. Проваливай! Без рекомендаций и выходного пособия!
Короткий эпизод из детства. Всего лишь воспоминание, но Адриан стал двигаться чуть быстрее, оделся, вышел в коридор и направился в крошечную гостиную прабабушки.
Уже стоя перед закрытой дверью, глубоко вздохнул, глотая наполненный ароматом цветущей вишни воздух. Сладкий. Ослепительный… Малышка Эми тоже здесь?
Одно касание и дверца распахнулась. Тени жадно хлынули вперёд, окутав стройный женский силуэт. Черноволосая красавица сидела на краю стола, изящно обнажив ногу в вырезе узкого платья. Жнецы являлись в образах разных людей, дабы расположить путника, лишить воли и увести за собой. Иногда это были горячо любимые родственники или просто привлекательные незнакомцы.
Старик Ангус, правда, скорее испугался, чем был очарован красавицей в жёлтом. Язык пощипывало от жгучего ужаса. Умертвие сидел, прижавшись к…гусю? Что здесь делает фамильяр? И… чей он?!
Птица дрожала вместе с дедушкой – обнявшись, они съёжились на стуле, с ужасом взирая на равнодушного жнеца.
– Добрый вечер, – приветствовала демона юная особа.
Эмильрин Лоури. Его головная боль.
– Не помешал?– будничным тоном поинтересовался Адриан, не сводя взгляда с девушки.
Лицо с тонкими чертами в обрамлении белокурых локонов, фарфоровая кожа, голубые глаза и чувственные губы. Он помнил их вкус. А как она смотрела на него! С неприкрытой радостью, с затаенной надеждой – отважная, милая девочка.
Сердце сжалось, забилось с удвоенной силой. Еще никогда его появление не было встречено с подобным ликованием. Даже дядюшка Ангус приободрился – расправил плечи, а гусь – тот и вовсе заговорил:
– Ну-с, мадам, теперь-то мы точно придём к консенсусу в наших переговорах, – выдал фамильяр и, взмахнув крыльями, взлетел на стол.
От черноволосой красавицы веяло могильным холодком – все присутствующие оцепенели от страха. Минуту назад глаза гостьи сияли яркостью весенней листвы, теперь же радужка подёрнулась мутью зловонного болотца…
– Прекрасная мадам, достопочтенный лорд только что вернулся с того света, – обычно бойкий фамильяр еле ворочал языком. – И не особо горит желанием возвращаться назад. Но! Безусловно, будучи джентльменом, компенсирует хлопоты.
– Я не торгуюсь за души путников, – дёрнула плечиком посланник Смерти.
Густав замолчал, я поймала его растерянный взгляд и украдкой сжала неожиданно теплую ладонь Ангуса. Нам бы выиграть хотя бы один день, возможно, этого хватит, чтобы дедуля напоследок встретился со своей женой. Ведь он так этого хочет.
– Ангус Аврелиус де Мортен, возьми меня за руку, и мы отправимся в твой последний путь.
Дедуля вжался в спинку кресла, вздрогнул и едва слышно застонал.
– Передайте моей Джеральдине, что…
Голос предательски сорвался, он смахнул скатившуюся по морщинистой щеке слезу и погладил Густава по голове.
– Да, лорд Ангус, – едва слышно проговорила я, сглатывая липкий ком. – Всё, что угодно.
– Передайте, что я…я…печенье заказал у кондитера на праздники, он негодяй такой, наверняка прознал о моей кончине и заказ не доставил.
– Э-э-э, хорошо, – кивнула я, заверив, что непременно всё сообщу молодой вдове. – Может, ещё что-то хотите сказать на прощание?
– Нет, вроде всё…а хотя, постой…мяты в чай пусть много не кладёт, а то последний раз так щедро насыпала в чашку, что язык свело.
В воздухе воцарилась звенящая тишина. Я застыла, не двигаясь, даже зажмурилась, не желая видеть, как развеется дедуля Ангус. Слышно было лишь сиплое свистящее дыхание умертвия и тяжелые шаги. Кто-то уверенно чеканил шаг, неотвратимо приближаясь к гостиной.
Распахнула глаза и удивлённо уставилась на…Де Мортена!
Канцлер ворвался с тёмным вихрем теней – тьма ртутными ручейками покатилась к столу – обвив резные ножки, скользнула вверх, с шипением переплетаясь с чернильными локонами Жнеца.
– Демон, – из девичьего рта вырвался грубый мужской бас. – Не смей. Мне. Мешать!
– Я пока даже не начал, – вкрадчиво проговорил Адриан.
Он медленно отозвал тьму и едва заметно улыбнулся – сыто, довольно, словно только что насладился изысканным кушаньем. Жнец замерцал, растворяясь в воздухе, но тут же вновь воплотился возле окна. Серый балахон с надвинутым на глаза капюшоном скрывал истинный облик.
– Мой обожаемый племянник весьма влиятельный человек, а ещё… – лорд Ангус воодушевился, чувствуя надёжную защиту, – он при солидной должности, сам канцлер империи, а ещё…
– Достаточно, – оборвал посланник смерти. – Мы слишком долго болтали, а у меня ещё дела.
– Ну, мы вас не задерживаем,– буркнула я.
В самом деле, раз спешит, пусть улетает…уплывает…убирается отсюда поскорее.