Пируэты (не) для слабаков

Глава 9

Когда Геля проснулась, Артура рядом не было. Она выбежала в коридор – собака тоже исчезла. Геля осталась в квартире одна. Разжав кулак, Геля посмотрела на жетоны. Она заснула в объятьях Артура перед рассветом, держа их в руке. Геля прикоснулась губами к нагретому металлу и прижала жетоны к щеке. Этот необычный подарок – единственное доказательство, что волшебная ночь ей не приснилась. Она пошла в ванную и встала под душ. «Неужели Артур ушел насовсем? Не может быть, ведь говорил, что есть еще одна ночь».

Накидывая шелковый пеньюар, Геля вздрогнула от прикосновения холодной ткани к груди. Она закрыла глаза, и по телу пробежала легкая волна возбуждения от одного воспоминания о поцелуях Артура. Геля надела жетоны на шею и бесцельно прошлась по квартире. Собственный дом показался ей чужим. Она машинально застелила постель и поставила чайник. Заглянула в холодильник и усмехнулась: вчера она в спешке выкинула творог, молоко и даже фрукты. «А вдруг Артур все-таки вернется? – мелькнула у нее мысль. – Он же наверняка голодный!» Геля полезла в шкафчик, достала сухие сливки, овсянку и поставила на огонь кастрюлю с водой. Отгоняя грустные мысли, Геля опустила гренки в тостер и отругала себя, что в пятый раз метнулась к окну посмотреть, не идет ли Артур. Она укутала посудину с кашей полотенцем и достала лучшую скатерть. Поставила на стол тарелки из белого сервиза, разложила серебряные приборы, наполнила черные квадратные креманки медом и вареньем. В тишине только маленький стрелочный будильник выстукивал марш одиночества. Геля села за стол и невидящими глазами уставилась в коридор. Она гипнотизировала дверь точно так же, как следила Бетти за углом универсама, за которым вчера скрылся ее хозяин. «Какое-то наваждение! – Геля прислонилась затылком к стенке холодильника. – Я больше не боюсь ни Монгола, ни его подельников. Но животный страх душит меня от одной мысли, что Артур больше не придет».

Когда Геля уже изучила каждую трещинку в обивке своей двери, в замке повернулся ключ, и на пороге возник Артур с букетом огромных рыжих лилий и пакетом продуктов.

– Господи! Ты вернулся! – Взвизгнув от радости, Геля бросилась к Артуру и прижалась к его груди. Он едва успел поставить пакет на тумбочку и захлопнуть бедром дверь.

– Привет, мышонок, я не Господи! Решил домой сгонять пока ты отсыпалась после бессонной ночи, – он покружился вместе с Гелей и донес её до кухни, чудом не выронив букет. – Ого, уже и рубон приготовила! Молодца! Держи цветы и продукты разбери, я пока руки помою.

Кожаная куртка Артура пахла романтикой и мужской силой. Не то что вчерашний унылый брезент. Артур повесил куртку на вешалку, поправил воротничок темно-синего поло и ушел в ванную. Геля поставила лилии в вазу на кухонном столе и бросилась в комнату переодеваться. Она так увлеклась выбором наряда, что не услышала, как Артур подошел к ней.

– Я соскучился, – он нетерпеливо сбросил с нее халат и крепко обнял.

Артур целовал Гелю, пока ее сердце бешено не забилось. Тело задрожало, щеки вспыхнули, и она широко распахнула глаза. Переведя дух, она жалобно мяукнула:

– Я чуть с ума не сошла, когда ты ушёл.

Геля потянула его за ремень брюк. Артур одним движением расстегнул джинсы.

– Молчи, женщина!

– Ты не можешь быть настоящим, – Геля прислонилась к стене и застонала, когда он коснулся рукой её самых сокровенных мест. – Ты сон, наваждение.

– Берусь доказать, что ты заблуждаешься, – Артур подхватил её как пушинку и, усадив на бедра, прижал к стене.

***

За столом Артур нахваливал кашу, а Геля изумленно уставилась в пакет с продуктами: сырокопченая колбаса, черная икра, шампанское, водка, французский багет.

– По какому поводу кутим?

– Отмечаем сегодня нашу помолвку.

– А ты мне сделал предложение?

– А разве нет? – Артур сел за стол и намазал гренку медом. – То есть ты думаешь, что ночью всё было просто бла-бла-бла?

Геля подошла сзади и, обняв его за плечи, поцеловала в макушку.

– Если бы не жетоны, я решила бы, что все это сон. Самый прекрасный сон в моей жизни.

Артур потянул Гелю за руку и усадил к себе на колени.

– Тогда очнись, Спящая красавица! – он приложил ладонь к её животу. – А то принцу завтра уезжать, а ты все еще в анабиозе. В плоском пузике наверняка маковой росинки еще не было?

– Пузико пустое, – улыбнулась она.

Артур зачерпнул ложкой немного каши.

– Значит будем кормить. Открывай рот. Ложечку за Гелю.

– Сначала за тебя.

– Договорились.

После завтрака Артур спросил:

– Расскажи все, что знаешь об Алексе и его подельниках. Адреса, пароли, явки?

Геля сжала виски руками.

– Нет.

– А марка, номера машин, как ублюдосы называли друг друга?

– Клички Монгол, он же Алекс. Друзья – Корса, Бес и Винт. Номера машин не помню. Марки чёрная семёрка бэха и вишневая девятка вряд ли тебе что-то подскажут…

– Про бэху давай! Уже горячее. Седьмых моделей не так много по городу ездит.

– Это машина Алекса, с которым ты вчера познакомился. Классная тачка, конечно: серый кожаный салон, коробка автомат… Боксёрские перчатки! У него ароматизатор в виде боксёрских перчаток.

– Вчера я навалял этому боксёру не слабо., – хмыкнул Артур и потрепал Гелю по плечу, – Но не знал весь расклад, так бы… – Артур закусил губу. – В любом случае, если он знает твой адрес, лучше тебе где-то переждать, пока я не вернусь. За один день весь Питер по таким скудным сведениям не перетрясти. Но я этого так не оставлю. А пока… Давай сниму тебе квартиру? Ты ведь не работаешь сейчас? Я попрошу своего надежного друга присмотреть за тобой и найти ублюдков. Потом сможешь вернуться домой.

– Я в поисках. Но деньги есть, – поспешно затараторила Геля. – Ты, главное, возвращайся!

Она вскочила с его колен, бросилась в коридор и вернулась с ключами.

– Держи! Я хочу, чтобы ты, как сегодня, неожиданно пришел и открыл дверь своими ключами. Даже если буду не дома, оставлю записку, где меня искать!

Артур взял ключи, вновь усадил Гелю на колени, обнял и прошептал:

– Я люблю тебя.

Глава 10

Артур придирчиво оглядывал гостиничный номер, пока Геля перекладывала вещи из сумки в шкаф.

– А почему именно «Москва»?

– Когда я еще работала в театре, приезжали знакомые ребята на гастроли, и мы с коллегами здесь тусили с ними.

– Приятные воспоминания – это хорошо…

– Дней за пять определюсь с жильем. А пока не хочу оставаться одна, – Геля расставила на полочке в ванной баночки с кремами и повернулась к Артуру: – Вот и все! Можем идти гулять!

– Пойдём в Лавру?

– Куда скажешь!

Геля с Артуром миновали некрополь, прошли через Северные ворота и свернули в парк за митрополичий корпус. Вековые деревья не спешили расставаться с ярким осенним нарядом. Они торжественно возвышались над головами немногочисленных туристов и горожан, и сквозь их кроны пробивались веселые, но уже холодные солнечные лучи. По тропинке, пританцовывая, бежала девчушка с букетом из желто-красных листьев. У Артура от тоски зашлось сердце: «Хочу дочку, с такими же серыми глазами, как у Гели! Чтобы мы также гуляли, но уже втроем, – он обернулся на купола Свято-Троицкого Собора. – Господи, не оставь её, пока я буду далеко. Совсем здесь распоясались ублюдки, пока нормальные пацаны воюют». Через знакомых из ведомства Артур запросил сегодня данные на всех владельцев седьмых «бмв». Но шанс был так себе, многие теперь ездили по доверенности. Он надеялся на помощь лучшего друга, но он еще не вернулся из «командировки».

– А вот и храм, – Артур потянул Гелю за руку.

– В джинсах не пустят, да и платка у меня нет с собой.

– Ну и чего теперь? В церковь нельзя? Пойдем, я сказал.

Платки нашлись при входе в собор. Один Геля повязала на голову, а второй обернула вокруг бедер. Артур положил три земных поклона, приобрел несколько свечей и, кивнув Геле, направился к иконе Николая Чудотворца. Около нее стоял убеленный сединами священник в черном одеянии и, возведя глаза к лику, что-то шептал одними губами. Артур замер в стороне, переминаясь с ноги на ногу. И только когда священник повернулся, чтобы уйти, он подошел к нему. Геля встала за плечом Артура.

– Батюшка, можете нам помочь?

– Слушаю, молодые люди? – он посмотрел на них по-старчески мудрыми, светлыми глазами.

– Я хочу обвенчаться с этой девушкой.

– Похвально! Вы уже женаты?

– Нет… – Артур поджал губы, взглянул на Гелю, и снова на батюшку. – Мы знакомы один день, но это именно та женщина… В общем, я люблю ее, и она очень нуждается в моей защите.

Священник слегка потянул носом.

– Я не пьян, я уезжаю завтра в командировку. А она остается одна, и ей угрожает опасность.

– Я понял, солдатик, – вздохнул священник и перекрестил Артура, – Вернёшься – распишитесь и приходите. Пути Господни неисповедимы, но будет всё по воле Его и молитвам вашим. Как зовут?

– Артур и Геля.

– Артемием крещён?

– Да.

– Ангелина, – отозвалась Геля.

– Склоните головы ваши.

Геля с Артуром подошли ближе, священник перекрестил их и прошептал слова молитвы.

– Иногда требуются годы, чтобы прийти друг к другу, а быстро только… Солнце за горизонт садится. – священник погладил бороду и ушёл в алтарь.

Артур увлёк Гелю за колонну и подвел к иконе Спасителя, зажёг две свечи и вручил одну Геле.

– Повторяй за мной… Клянусь любить тебя… – Артур повернулся к возлюбленной и взял её за руку.

– Клянусь любить тебя, – глаза её сияли, отражая свет пламени свечи.

– В горе и в радости…

– В горе и радости, – завороженно повторила Геля.

– В богатстве и в бедности…

– В богатстве и в бедности.

– В болезни и в здравии…

– В болезни и здравии…

– Пока смерть не разлучит нас, – произнесли они в унисон и поставили свечи перед образом.

Артур привлёк Гелю к себе, и они скрепили клятву поцелуем.

***

Из собора Геля не вышла, а будто вылетела на крыльях. Она украдкой посматривала на Артура. Он шёл, погружённый в раздумья, сжимая ее ладонь.

– О чем задумался, солдатик? – подёргала она его за куртку.

Артур встрепенулся.

– О тебе, мой ангел, – улыбнулся он и подхватил ее на руки. – Последние сутки все мысли только о тебе.

Геля испуганно оглянулась, но прохожие не обращали на них внимания. Сгорбленная старушка, собирающая милостыню, улыбнулась и обратилась к Артуру:

– За твоей спиной ангел, сынок.

– Ангел у меня в руках, – он остановился около нее и поставил Гелю на ноги. – Помолись за Артемия и Ангелину.

Артур достал из кошелька несколько купюр и опустил в кружку.

– Ух ты! Благодарствую, сынок, помолюсь, – она перекрестилась худой морщинистой рукой и повторила: – Ангел за твоей спиной, и невесту ты хорошую взял.

Артур слегка поклонился ей:

– Будь здорова, мать.

– Береги там себя, – кивнула старушка.

Артур обхватил Гелю за талию, и увлёк вперёд. Она шла, не сводя с него завороженного взгляда: «Сначала батюшка, а теперь эта старушка… Они видят в нем что-то скрытое от моих глаз. Но ведь и я с первого взгляда поняла, что за этим человеком пойду хоть на край света. Вся сила мира сокрыта в нем, что ли?»

– Мышка, сотри блаженную улыбку с лица и смотри под ноги, – подмигнул он ей. – Упасть я тебе не дам, но оступиться можешь легко на такой мостовой.

– Я хочу танцевать для тебя, – неожиданно для самой себя сказала Геля. – У лесного озера!

Артур с интересом взглянул на нее.

– Это что-то новенькое! – в его глазах вспыхнули озорные огоньки. – Погнали!

Глава 11

Геля остановила машину около служебного входа Александринского театра, поцеловала Артура в щеку и заговорщицки подмигнула:

– Я сейчас.

Через четверть часа она выпорхнула с большим пакетом, сунула его в багажник и подошла к водительской двери.

– Привет! – улыбнулся Артур и постучал пальцами по рулю. – Можно я тебя покатаю?

– Нужно! – Геля обежала машину и села в пассажирское кресло.

До набережной они ехали не спеша и молчали.

– Может это не очень удобно, – начал Артур и заметил, что Геля напряглась, – Но я оставлю тебе телефон своего друга. Серёга все разузнает и поможет, если будут трудности с бандитами. Я доверяю ему как себе.

– Ты правда не знаешь, когда вернешься? – в глазах Гели промелькнула безысходность, и она достала через ворот футболки цепочку с его жетонами.

– Не знаю, – Артур сжал пальцы Гели и прижал её кулачок к губам.

– Я не разбираюсь в чинах… Поняла, что ты военный. Если это не страшная тайна, скажи, кто ты? На твоих жетонах написаны лишь какие-то цифры.

– Это мы на первом курсе баловались с ребятами. На этих болванках правильно набита только группа крови. Кстати, есть такая примета: их нельзя возвращать владельцу.

– И не подумаю, – Геля спрятала подарок обратно. – Но ты не ответил на мой вопрос.

«Ах, Геля, вряд ли ты скоро узнаешь, что пообещала свое сердечко снайперу спецназа ГРУ», – вздохнул Артур и вслух произнес:

– Я связист, мышка!

– Связист? – у Гели от удивления вытянулось лицо.

– Ну да, связь налаживаю, где родина прикажет. Поэтому у меня частые командировки.

– Но там… В Лавре… Почему?..

– Геля, – перебил ее Артур, – Ты мне доверяешь?

– Да, – опешила она.

– Тогда перестань играть в мисс Марпл и прими всё как есть.

– Прости, – Геля потупила глаза, – Я очень переживаю за тебя. Ведь если что, я даже не знаю твоей фамилии, где искать тебя. Сколько лет-то тебе?

– Двадцать семь. Фамилия моя – Правдин. И, может это прозвучит излишне самоуверенно, я сам найду тебя, когда вернусь, где бы ты не была. От тебя требуются только две вещи – любовь и верность.

– Но ты ведь тоже не знаешь ни моей фамилии, ни номера телефона.

– А вот тут ты ошибаешься, Кострова Ангелина Матвеевна. – Артур назвал дату её рождения, адрес и телефон. – И ты дала мне ключи от квартиры, где меня всегда будет ждать теплая постель. Или я не прав?

***

Геля привезла Артура за Зеленогорск. Они съехали по петляющей узкой дороге к лесному озеру. Артур внимательно осмотрел окрестности и невольно залюбовался в зеркальной синеве воды отражением вечной зелени сосен и елей, разбавленной багряным золотом берёз.

Геля усадила Артура на пенек, в «партере», напротив покосившегося деревянного помоста, вдававшегося в озеро.

– Не оглядывайся, – шепнула она Артуру на ухо.

Хлопнула дверь багажника, зашуршал пакет. Артур сидел, блаженно улыбаясь: «Мышонок взволнован и наверняка путается в лямках и шнурках балетного платья. Интересно, это будет «Лебедь Сен-Санса» или что-то из «Спящей красавицы»? Не иначе как сам Петр Ильич взорвет этот лес своей музыкой». Мама исправно водила Артура в детстве на балет, и он примерно представлял, что сейчас его ждет. Но тут над лесом разнесся голос Цоя. Геля угадала любимую песню Артура:

«Песен еще ненаписанных, сколько?

Скажи, кукушка, пропой.

В городе мне жить или на выселках,

Камнем лежать или гореть звездой?

Звездой.

Солнце мое, взгляни на меня,

Моя ладонь превратилась в кулак,

И если есть порох, дай огня,

Вот так…»

Геля, показалась Артуру совсем хрупкой в лучах осеннего солнца, когда грациозно выбежала на помост. В белой пачке и корсете с алой лентой Геля походила на ангела. Ее густые шелковистые волосы спадали на открытые плечи, а грудь заметно вздымалась от волнения. В горле у Артура встал комок: «Она создана для счастья и почитания, а я смогу дать ей лишь годы томительного ожидания и короткие мгновения любви». Геля порхала по мосту, ловко вплетая замысловатые пируэты в мелодию. Песня закончилась. Геля поклонилась и подбежала к Артуру.

– Тебе понравилось?

– Это лучшее, что я когда-либо видел, – с трудом выдавил он, стянул куртку и накинул ей на плечи. – Как угадала мою любимую песню? Даже предположить не мог, что ты слушаешь Цоя.

– Поцелуй меня, пожалуйста, – Геля встала на носки и сложила на груди руки.

Артур медленно склонился к ее лицу. Он едва сдерживал себя всякий раз, когда ощущал дыхание Гели. Перед его глазами пронеслась минувшая ночь, когда он, задыхаясь от страсти, покрывал поцелуями ее бархатную, как персик, кожу.

– Мышка моя… – Он наклонился и провел языком по нежной хрупкой шее. Длинные ресницы Гели опустились, плечи напряглись. – Ты не представляешь, насколько прекрасна.

Артур больше не мог сдерживаться и с жадностью припал к ее губам.

Глава 12

Солнце клонилось к закату, когда Артур и Геля усталые, но счастливые вернулись в город. Перед тем как подняться в номер, они решили подкрепить силы в ресторане гостиницы. Метрдотель посадил их рядом с танцполом, но музыканты еще не пришли и можно было поужинать в тишине. На улице сгущались лиловые сумерки, а потому зал уже заполонили туристы и праздные гуляки. Артур отрезал по кусочку от сочной киевской котлеты и поглядывал на Гелю, мыслями всё крепче обнимая ее. Внезапно она распахнула глаза:

– Ничего себе!

Артур обернулся. По проходу лёгкой поступью от бедра к ним приближалась особа, чем-то неуловимым похожая на Гелю. Тем не менее отличались девушки, как солнце и луна. От незнакомой дивы за километр пахло деньгами и уверенностью в собственной неотразимости. Казалось, сейчас она взмахнет руками, а потом станцует или начнёт стрелять. По залу прокатился восторженный шепоток. Мини-юбка едва прикрывала бёдра идеальных ног в ботфортах на высоченном каблуке, открытый плоский живот притягивал взгляд не меньше, чем аппетитная пышная грудь в чёрном кожаном лифе на шнуровке, светлые волосы, уложенные в высокую прическу, подчеркивали длинную шею. Артур отвернулся и вновь уставился в тарелку пробурчав:

– Миледи, твою мать.

– Тебе не нравятся такие женщины? – уголки губ Гели нервно дрогнули. Она распрямила плечи и мельком взглянула на свою более скромную грудь, спрятанную под свитером.

– Нет! – Артура разобрал смех: «Неужели мышонок думает, что для меня есть кто-то лучше нее?»

– М-да… – Геля скомкала салфетку, когда девушка приземлилась за соседним с ними столиком. Геля и Артур сидели к ней боком и могли теперь рассмотреть её. Оба старательно делали вид, что она их интересует не больше пятна на скатерти. Цепким взглядом зелёных глаз девушка оглядела Артура, но тут же, потеряв к нему интерес, принялась выговаривать метрдотелю, что просила оставить ей столик у окна.

– Вот скажи, как мужчины реагируют, когда видят… Такой генофонд? – Геля носком туфли пощекотала лодыжку Артура.

– Генофонд? Ты серьезно? – Артур добавил соли в густой томатный сок и осушил стакан одним махом. – Менее всего мужчины видят в таких девицах продолжение рода.

– Ну скажи по секрету, что творится в мужских головах при виде такой красотки? – не отставала Геля. Она немного успокоилась, и к ней вернулось игривое настроение. – Вытри красные усы, а то ты будто съел кого.

Артур вытер рот салфеткой и невольно вновь прошёлся взглядом по девушке. Откинувшись на спинку стула, она оживленно беседовала по сотовому телефону, не обращая на них внимания.

– Ты правда хочешь знать?

– Хочу.

– Я бы ей вдул…

Ему больно прилетело по ноге под столом, и он рассмеялся.

– Мышка, ты не дала мне договорить! Так думает девяносто процентов мужиков в этом зале. Вглядись в их лица: деньги и секс управляют сегодня сознанием большинства людей. А эта девица – хищница и умелая потрошительница кошельков.

– А кто остальные десять процентов?

– Геи, праведники и я.

– То есть у тебя даже не мелькнуло желание «пошариться по буфетам»?

– Только с одной целью, – посерьёзнел Артур, и вытер салфеткой рот, – Проверить, нет ли у неё под юбкой пистолета.

– Вряд ли пистолет поместится под такой юбкой.

– Ты права, я думаю она носит его в сумочке.

Девица достала тонкую коричневую сигарету и щёлкнула черной зажигалкой, украшенной стразами. Подошел официант:

– Добрый вечер, – вежливо поздоровался он и подал меню. – Что-нибудь принести сразу?

– Коньяк и колу… – девица выпустила струйку дыма, раскрыла меню и ткнула наманикюренным ноготком в картинку. – Карпаччо и овощи гриль. В двух экземплярах.

– Сию минуту.

Артур оглянулся на звук шагов. К их столикам приближался статный мужчина за пятьдесят – морщинистый высокий лоб и густые седые волосы. Загар явно не черноморский, и первые же слова выдали иностранца:

– Привет, моя милая Кэнди! – Он оглянулся на Артура с Гелей и сел к ним спиной. – Давно ждешь?