Тень на зелёной траве. Часть третья

– Носи, не бойся.

Оказывается, долгое время Наят прятала своё настоящее богатство от посторонних глаз. Ну надо же! Не потеряла и не забыла. Вроде простенькое украшение, так безделушка. Годы хранила подарок матери – единственную память о самом дорогом человеке. Я бережно приколол её к новому платью девочки. Аммэ поправила рыжие волосы Наят, аккуратно спрятав локоны под белый чепчик, приподняла воротничок, скрывающий кожаный ошейник. Теперь Наят выглядела не как рабыня, а совсем по городскому, как свободная прислуга путешествующего доктора. Правда, глаза никуда не денешь. Цвет глаз у зверолюдей необычный и редко совпадает с человеческим. Да кому какое дело! У Наят прекрасные глаза.

Я тоже приоделся: новая белая рубашка, жилетка с карманами, зелёные брюки и пояс для хранения монет, новые туфли на каблуке, высокая шляпа с круглыми полями и галстук в виде банта с хвостом – всё это подбирала Аммэ. Сама она выглядела всё так же скромно, несмотря на новый наряд. Покупать что-либо дорогое девушка отказалась. Но по мне, так строгий наряд Аммэ выглядел даже лучше. Белое с тёмно-коричневым.

Мы уже собирались уходить, как появился запыхавшийся Ян.

– Вы ещё не ушли?

– Как видишь. Ты почему вернулся? – Я придал голосу побольше строгости.

– Я?

– Ну не я же. Где твой отец?

– Он будет на ярмарке. Я пойду с вами.

И вот что с ним поделать?

– Хорошо. Ян, Наят. Возьмитесь за руки. Беритесь, беритесь. Ведите себя прилично. Мы не должны привлекать внимания. Держитесь возле нас и не вздумайте потеряться.

Так, всё. Пора выдвигаться.

– Ну что, изобразим счастливую пару? – Взял Аммэ за руку. – Ай!

Кто-то наступил на пятку. Обернулся, чтобы увидеть извиняющийся взгляд Наят.

– Ты сказал держаться ближе.

– Пожалуйста смотри под ноги.

Празднично разодетые горожане спешили к западным воротам. Людей пока немного. Небольшими группами, семьями и компаниями они с трёх сторон стекались к узкому проходу. Солдаты городской стражи следили за порядком, не допуская давки и толчеи. Идти не так долго, минуя пригородные дома и строения. Ярмарочное поле расположено совсем недалеко от стен города. Уже видны острые купола шатров, выстроенных, как по линейке, в несколько рядов. Слышна музыка гармошек и свирелей.

– Ян, где ты собирался встретиться с отцом?

– Здесь, на ярмарке.

– А поконкретнее можешь сказать?

– Ну… где-то здесь.

– Ты что, не сказал, где надо встречаться? – Вопрос Наят казался лишним. По видимому так оно и было.

Судя по физиономии мальчишки, он сам был растерян. Вот растяпа! Ладно, поищем среди торговых рядов. Берг наверняка стоит где-то недалеко от входа. Мы направились к разноцветным палаткам. Тут было на что посмотреть, всего не перечесть. Но в основном торговали разными хитрыми поделками и сувенирами. Продавцы нахваливали диковинные товары, завлекали низкими ценами. Ни секретные коробочки, ни глиняные болванчики – ничего из этого нам не нужно. Было интересно просто поглазеть, послушать, как торгуются люди, посмеяться над зазывалами, что из всех сил старались позаковыристее перекричать конкурентов. Из всего того, что нам предлагали, купил детям по сладкому пирожку.

Так, неторопливо прохаживаясь вдоль торговых рядов, наше внимание привлек очень необычный шатёр. Чёрного цвета грубая ткань палатки резко выделялась на общем фоне окружающей пестроты вокруг. И хоть маленькие семиконечные звёздочки намекали на ночное небо, они едва скрадывали общую мрачность полотняного сооружения. Рядом с чёрным шатром на шесте висела деревянная табличка: «Предсказательница Лара». Однако, помимо этого, меня заинтересовали вооружённые люди возле палатки. Они никак не походили на городских стражников. Короткие мечи на поясе и неулыбчивые лица внушали если не страх, то, как минимум, предусмотрительное уважение. Прохожие старались обходить компанию стороной, некоторые почтительно кланялись. Только тут я заметил среди суровых мужчин светловолосую женщину в дорогом платье. Она обдувала себя веером, так что лица я не разглядел, но и так было понятно, что женщина не из простых людей. Красивое платье, кружева. Драгоценное кольцо на пальце и серебряная брошь в волосах. Камни сверкали на солнце голубыми оттенками.

Полог шатра колыхнулся, и наружу вышла юная девица лет шестнадцати. Платье ничуть не уступала в роскоши. На голове ажурная диадема с камнями синего цвета. Девица подошла к женщине, и охрана пропустила её. Они о чём-то заговорили. Женщина убрала веер, сразу стало заметно, что рядом мать и дочка. Похожие черты лица, разрез глаз и светлые волосы. Девочка держалась гордо и независимо, под стать знатной барышне. Ну, в общем-то так оно и было. Женщины, не сговариваясь, повернули направо, и вся компания зашагала прочь, удаляясь от нас.

– Что это за пигалица такая?

– Люди наместника. У них на груди рисунок ворона. Такой же герб висел над воротами города. Значит, пигалица – это его дочка. – Аммэ чуть задумалась. – Мать и дочка пришли к гадалке…

– Так удивительно?

– Обычно знатные люди ходят в храм к волшебницам.

– А эта гадалка, она то же волшебница?

– Нет, – Аммэ почему-то засмеялась. – Нет, конечно. Обыкновенная гадалка. Она скорее почитательница богини Провидения. Такая способность не относится к магии. Даже бабушка Руфи могла предсказывать. Правда, только погоду, но это почти одно и тоже.

– Разве? Судьба и погода, знаешь ли, совершено разные категории.

– Бабушка говорила, что судьба людей зависит от неба. На небе ночь ты идёшь спать, солнце ты идёшь работать. Судьба – она как ветер: то тучу нагонит, то зноем изморит. И разве погода не может изменить планы? Собираешься куда-нибудь и вдруг дождь или непогода. И вот уже сидишь дома, никуда не идёшь.

В чём-то Аммэ права, и можно согласиться с её учительницей, но у меня другое мнение.

– У человека всегда есть выбор спать ему или идти куда. Сквозь непогоду и ветер, наперекор всем обстоятельствам.

– Господин Салек, если на дороге, по которой вы идёте кто-нибудь выроет глубокую яму. Вы станете в неё прыгать?

– Нет, конечно я её обойду и пойду дальше к своей цели.

– Вы сделали выбор сами или яма заставила вас свернуть с пути?

– А можно мы сходим к гадалке? – Ян вовремя перебил наш ненужный спор. Аммэ сердилась, переходя на официальное обращение, а в мои планы не входило расстраивать девушку.

– Нет. – Скзала, как отрезала Аммэ. – Пускай, господин Салек сходит. Ему нужнее.

– Хорошо, дорогая, я сделаю всё, как ты хочешь – Улыбнулся, стараясь вызвать положительные эмоции. – Наят не криви лицо, такой останешься. Ну, я пошёл. Запомните меня молодым!

Приоткрыв полог шатра, я смело вошёл внутрь звёздного неба, отсекая все звуки снаружи. Здесь тихо. Ткань действительно плотная и тяжёлая. Она словно занавес другого мира. Остановился, давая глазам возможность приспособиться к царившему полумраку.

Н-да, предсказательница. Что будет, что сбудется, где соломку подстелить, или ямку обойти. Быть может, вместо будущего её стоит спросить о моём прошлом? Какое оно, моё прошлое? Вроде бы и так всё хорошо складывается. Я стал привыкать к своему беспамятству. Напротив то, что память возвращала мне, походило на лекарство, которое следовало принимать малыми порциями. Мне, как врачу, следует помнить, что передозировка может привести к непоправимым последствиям. Может?

Раздвинул прозрачные шторы перед собой и шагнул вперёд, на свет одинокой свечи. При моём появлении огонёк пламени встрепенулся, тени вокруг колыхнулись, словно мир сдвинулся. Сдвиг? Густой душный воздух с привкусом благовоний проник в лёгкие. За столом таинственная фигура в платье темно-фиолетового цвета. Ниспадающий на плечи платок или капюшон скрывал лицо владельца. Возможно, при солнечном свете такой наряд выглядел бы нарядно, привлекая всеобщее внимание, однако в окружающей тени шатра навевал какую-то могильную мрачноватость. Силуэт сидящего за столом человека, по моему тоже колыхнулся. Обычный стул, развернутый вполоборота, как будто приглашал вошедшего посетителя присесть на него.

– Простите, вам здесь не жарко? – Спросил первое, что пришло в голову.

– Положите руки на стол ладонями вверх и смотрите на пламя свечи.

Попросил меня довольно-таки молодой голос. Я-то думал, что гадалка – это старуха какая, вроде бабушки Руфи. Оказывается, нет. Сделал, как меня попросили. Руки мои коснулись шероховатой поверхности стола, а взгляд устремился внутрь рыжего огонька, пляшущего на тонкой изогнутой ножке черного фитилька. Фигура ожила, подняла руки, скрытые под широкими рукавами платья, которые словно две чернильные лужи, потекли по поверхности стола, медленно подкрадываясь. Я вздрогнул. От холода её прикосновения. Мурашки пробежали по телу, обостряя тактильные рецепторы кожи. Гадалка действительно не страдала от жары. На какие-то мгновения я вдруг окунулся в зимнюю прорубь глубоких воспоминаний. Вспомнил женщину, которая вот так же держала меня за руки. Мы были знакомы. Чувствовал какую-то связь, близость. Мама? Её голос, улыбка, глаза полны грусти. Она что-то хочет от меня, просит сделать… Сделать что?

Воспоминания, если это они и были, а не нечто навеянное извне, внезапно пропадают. Снова вижу дрожащее пламя свечи и слышу неровный голос.

– Ты… другой… особенный… не знаю…

Невольно улыбнулся. Предсказательница не знала, что сказать? Как-то пресноватенько. Неужели ничего лучше нельзя придумать. Особенный? Не то, чтобы я сомневался в своей особости. В конце-концов я врач, и моя профессия в критический момент вмешиваться в жизнь других людей, решая порой жить человеку или умереть. Однако её слова не могли не вызвать улыбки. Они вернули меня к вере в реальные вещи. Кто я такой? Князь или боярин? У меня нет ни власти, ни богатства, чтобы быть другим, особенным. Гораздо интереснее знать, откуда у меня такие способности, что я открыл в себе совсем недавно, которые вызывают множество противоречивых вопросов и большую путаницу в голове.

– Простите, госпожа гадательница, но мне хотелось бы знать моё прошлое.

Холодные пальцы вздрогнули под покровом фиолетовой ткани, но она не убрала руки. Наверное, нервное перенапряжение. Да, представляю её удивление от услышанных слов очередного посетителя. Вот правда, кто приходит к провидице, чтобы узнать о своём прошлом? Это, должно быть, поставило её в непроходимый тупик, так как пауза затянулась. Она чего-то ждет или просто греет руки? Ждёт денег, догадался я. Не хочется лишаться заработка, да ещё в такой день.