- -
- 100%
- +
© Ксения Цыганкова, 2026
ISBN 978-5-0070-3523-1
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Глава 1
— Сенька, подъем! Вставай уже! — нетерпеливо воскликнула мама.
Ребёнок, завернувшийся в тёплое одеяло, как в спасительный кокон, перекатился, не утруждаясь явить миру блеск своих пленительных очей, с правого на левый бок и продолжил мирно посапывать да блаженно причмокивать. Так и не дождавшись вразумительного ответа из-под лилового покрывала с забавными жёлтыми слониками, играющими в огромный футбольный мяч, мама, озорно сверкнув глазами, поймала дочь за пятку и принялась её неистово щекотать. Сеня держалась изо всех сил, сколько могла, секунд этак пять, после чего разразилась громким хохотом.
— Всё-всё, проснулась я, — буркнула Сеня, когда пытка щекоткой закончилась.
Вот ведь интересно! Вроде, смеёшься, значит, должно быть весело, но на самом деле радостью в таких ситуациях и не пахнет. Зато досада и гнев в праведном протесте бодро разливаются по всему телу, зарождаясь где-то в районе пупка, протягивают тонкие длинные щупальца поочерёдно к каждой клеточке сонного организма и нежно нажимают на потаённые спусковые механизмы, провоцируя чудовищной силы взрыв.
Сеня вскочила с кровати и сердито топнула ногой, на что мама лишь беззаботно улыбнулась, ласково потрепав дочь по щеке:
— Моя маленькая злючечка! Иди завтракать, а то в школу опоздаешь.
Сеня испустила глубокий звериный рык, вложив в него всю вселенскую горечь истерзанной недосыпом души, откинула со лба прядь непослушных волос цвета спелой пшеницы и поплелась вслед за мамой.
Нет, Сеня совсем не злая, а очень милая и воспитанная девочка. Но каждое утро великий могучий дракон вселяется в неё и кровожадно терзает, вынуждая дерзить домашним, хмуриться и выжигать ядовитым пламенем оазисы доброжелательности и дружелюбия. Как результат — пустыня, стыдливо прикрывающая наготу вуалью из сизого пепла в звенящей пустотой тишине.
— Ну кто придумал вставать в шесть часов утра? Ух, я бы ему наваляла, если бы встретила! — проносились зловредные мысли в светлой головушке Есении Прилатовой, одиннадцати лет от роду, прилежной ученицы 5 «А» класса средней школы №7, — Хук слева, справа, апперкот и… нокаут!!!
Откуда Сенька владеет такими, отнюдь не девчачьими, терминами? Тут всё просто: папа Сени в юности занимался боксом, даже участвовал в соревнованиях, а сейчас усердно отслеживает мировые боксёрские рейтинги и не пропускает ни единого боя, транслируемого на спортивных кабельных каналах. А с каким чувством он комментирует! Заслушаешься.
Конечно, вряд ли обычная девочка увлеклась бы таким жестоким видом спорта, но наша Сеня не вписывается в общепринятые стереотипы. Пока другие девчонки пускали розовые слюни, наряжаясь перед зеркалом в мамины платья и украдкой крася губы, Сенька играла в большого босса, солидно вышагивая с заложенными за спиной руками перед набивными зайцами, медведями и собаками. Она раздавала им указания и нагоняи, наслаждаясь игрушечной властью на полную катушку и рассчитывая когда-нибудь обрести власть подлинную, взаправдашнюю.
Ко всему прочему, чипсы, орешки и сухарики в цветных шелестящих пакетиках в придачу к задорно взрывающимся на языке пузырькам сладкой газировки — непременные сопровождающие каждого выпуска — так и манят, притягивают магнитом любого нормального ребёнка. И вуаля: Есения уже не просто среднестатистическая девчушка, а боксоман с многолетним стажем.
Сеня умылась, стряхнула крупинки ускользающего сна и с диаметрально противоположным настроем ринулась в водоворот нового дня.
— … Где ключи?! Что за ужас ужасный? — мама в панике металась по прихожей, заламывая руки.
— Мам, в сумке поглянь, — деловито предложила Сеня.
— Точно-точно, только «посмотри», а не «поглянь», — автоматически поправила мама, торопливо исследуя внутренности своей сумочки, совсем не дамского размера. Нащупав в бездонном ридикюле металлическую связку, она восторжествовала, — Ура! Операция «поиск ключей» прошла успешно. Выдвигаемся!
Сеня вежливо растянула губы в улыбке. Не объяснять же маме, что шутка про «операцию» давно приелась и даже немного раздражает. А то обидится ещё. Когда мама обижается, она не дерёт глотку, в конвульсиях не бьётся, и руками не машет, а просто замолкает, шумно сглатывая, как будто комок, застрявший в горле, и отворачивается, пряча увлажнившиеся глаза. Для Сеньки это самое страшное наказание, ведь маму она любит до боли в почках, до оскомы, и когда та расстраивается, сердце дочери прямо-таки холодеет и сжимается от скорби.
«Начну день без глупостей», — приняла единственно правильное решение Сеня и, скоропалительно попрощавшись с мамой, отправилась в школу.
Глава 2
Дорога в кузницу знаний отнимает у Сени десять драгоценных минут. Обычно приключений в это время не происходит, если не брать во внимание безумную скачку по ступенькам с седьмого этажа, на котором посчастливилось свить гнёздышко семье Есении, обязательную погоню за голубями с элементами паркура и резвую разминку на спортивных тренажёрах, заботливо установленных главой этого небольшого провинциального города в каждом дворе.
Но сегодняшний день не заладился с самого утра. Наверняка у Вас тоже бывало: встанешь не с той ноги, и капут! Траблы, как звенья цепи, хватаются друг за друга, преследуют и замыкают порочный круг только к вечеру, когда ты находишься в точке отсчёта — месте появления бедственной воронки, настырно засасывающей в течение неудавшегося дня. Для одних эта точка — расплескавшаяся на одежду кружка чая, для других — отражение в зеркале не вовремя выскочившего на носу прыща, для третьих, преимущественно суеверных, — опрокинутая солонка или идущая навстречу соседка с пустым ведром, которой приспичило срочно избавиться от мусора. Сенькина воронка открылась сегодня вместе с пробуждением, завертелась в сумасшедшем темпе и аппетитно зачавкала, ничуть не думая выплёвывать девочку назад.
Находясь в трёх минутах ходьбы от конечного пункта своего пути, Сеня услышала натужный хриплый стон, отдалённо напоминающий мяуканье. Она в недоумении остановилась, шаря глазами в поисках непонятного звука, а когда нашла, остолбенела.
На обочине дороги лежала пушистая чёрно-белая кошка. Обе её задние лапы представляли ужасающее зрелище. Все в запёкшейся крови, неестественно вывернуты. Видимо, без смертоносных колёс автомобиля, трусливо покинувших место трагедии, здесь не обошлось. Кошка устало звала на помощь, без надежды вглядываясь в нескончаемый поток людей, невозмутимо проходивших мимо. Все старательно делали вид, что не замечают её, и ускоряли шаг.
Трудно сказать, почему они торопились. Может, испытывали отвращение при виде искалеченного бездомного животного, может, им было всё равно, а, может, ощущали незваный и оттого очень неприятный укол совести, тут же оправдываясь перед собой за равнодушие и силясь поскорее предать забвению сей неудобный утренний фрагмент из их комфортной красивой жизни. Этого мы не узнаем. Но одна маленькая девочка все-таки нашла в себе смелость подойти к раненому зверьку, превозмогая подступающую к горлу тошноту и сдерживая бесполезные слёзы жалости.
— Киса! Что же мне с тобой делать? Как помочь?! — надрывно причитала Сеня. Никогда ещё она не ощущала себя такой одинокой, как сегодня, в самой гуще муравейника из живых человекоподобных манекенов.
«Всё отдала бы, чтобы взять и превратиться сейчас в ветеринара! — зажмурилась в отчаянии девочка, — Хоть бы в пресловутого доктора Айболита!».
Жаль, что чудеса случаются редко, на всех их не хватает. Сеня не обернулась тотчас высококвалифицированным эскулапом, и в руках у неё не появился набор хирурга и обязательный для любого уважающего себя доктора фонендоскоп. Но её благородный порыв не был напрасным, он привлёк внимание некого индивида, уткнувшегося прежде взглядом в асфальт.
— Есения, доброе утро, — зазвучал бархатный мужской баритон.
— Ой! Здрасте! Э-э-э… — в приблизившемся человеке Сеня узнала соседа со второго подъезда. Правда, совершенно вылетело из головы его имя. Посему она обезличенно кивнула в ответ, — Доброе утро.
Худощавый, с тронутыми сединой висками мужчина в строгом идеально отутюженном костюме всегда казался Сене мрачным и колючим. Он никогда не улыбался и не выказывал заинтересованности в общении с соседями, поэтому Сеня удивилась, что он заговорил с ней.
— Так-так… Прошу отойти в сторонку… Что здесь у нас? — мужчина предприимчиво склонился над беспомощно озирающейся кошкой и пристально осмотрел открытую рану, — Думаю, шанс имеется, мой маленький четвероногий друг…
— А вы, что, врач? — недоверчиво поинтересовалась Есения, находясь в замешательстве оттого, что подмога пришла, откуда она не ожидала.
— Врач, не врач… Какое имеет значение? Я — Человек, и постараюсь помочь, — витиевато ответил сосед, бережно завернул животное в лихо скинутый с плеч пиджак и широким шагом направился обратно, в сторону дома.
Находясь уже в пяти метрах от опешившей девочки, он бросил через плечо:
— Есения, у вас доброе сердце. Сохраните этот дар первозданным. И не переживайте по поводу кошки. Всё будет хорошо.
Сказать, что Сеня была удивлена — значит, ничего не сказать. Громадным открытием для девочки стало то, что, оказывается, судить человека по внешности — гиблое дело. Внешний вид — вещь чрезвычайно скрытная и обманчивая. Под серым неприметным обликом могут скрываться доброта и отзывчивость, недоступные модно разодетым красавцам, напускающим важный вид. Обложка и содержание сплошь и рядом вступают в конфронтацию, сражаясь за первенство.
«Всё будет хорошо», — мысленно повторила Сеня и ощутила, как паника разжимает стальные тиски, сдавившие её худосочное тельце, и исчезает под бешеным натиском всепоглощающей истинной веры. Девочка глубоко вдохнула осеннюю свежесть, вплоть до лёгкого головокружения, и почувствовала острый приступ эйфории, идущий рука об руку с колоссальным подъёмом жизненных сил.
Глава 3
Жизнь пятиклассницы — штука не простая. Особенно жизнь Есении Прилатовой — обычной девчонки, немного неуклюжей, долговязой, но весьма упрямой воительницы за справедливость и правду во всех проявлениях.
— Эй, Серёга, хеллоу! — донёсся визгливый голос одноклассника Ивана.
Сенька стиснула зубы и заспешила в надежде улизнуть от приставучего мальчишки.
— Серёга! Ты, Сергей Есенин! Чаво не здороваешься, звезду поймала? — не унимался Иван и тут же заливисто заржал, слегка похрюкивая, явно довольный своим остроумием. С его лёгкой руки, а, вернее, языка без костей, Есению с первого учебного года личности, не особо обезображенные интеллектом, величают «Серёгой», по странной аналогии с великим русским поэтом Сергеем Есениным.
Сеня, желая отомстить обидчику, взялась судорожно прокручивать в уме все возможные ругательства, тщательно фильтруя совсем уж запретные. Как всё-таки трудно в наше время выпендрёжного креатива придумать обзываловку мальчику с таким, откровенно говоря, стандартным именем, как Иван Петренко!
«Вот был бы ты Дорофей или Епифан, а лучше Акакий! Точно, Акакий, — сокрушалась глубоко внутри Есения, — Я бы тебе задала!».
— Отстань, козёл! — выпалила девочка и, поправив вечно сползающие по переносице очки в толстой оправе кричащей леопардовой расцветки, гордо прошествовала в класс. Стихия бушевала в душе Сени, но ни один мускул не дрогнул на её лице. Не позволит она этому противному, глупому пацанёнку насладиться превосходством!
Прозвенел звонок. Первым по расписанию был урок русского языка, обещающий растянуться на целую вечность из-за перспективы монотонного повторения орфографических правил. Первая четверть подходит к концу, а, значит, близится итоговая контрольная со всеми вытекающими последствиями. Разумеется, правила нужно знать назубок, но как сложно побороть скуку!
Учитель русского языка и литературы, а, по совместительству, классный руководитель 5 «А» класса — Марина Николаевна — маленькая хрупкая женщина средних лет с большими печальными глазами и зычным голосом, совершенно не вяжущимся с её кукольной внешностью, настойчиво вдалбливала своим подопечным азы раздельного написания глаголов с частицей «не».
— Дети, кто помнит исключение из данного правила?.. Прямо лес рук! — саркастически отметила учительница, — Есения, может, ТЫ ответишь?
Сеня сидела, глубоко задумавшись о своём тяжком бремени — носить такое необычное, пусть и красивое, имя. Как же неприятно, когда каждый встречный — поперечный после ответа на вопрос «Как тебя зовут?» в обязательном порядке переспрашивает, удивлённо приподнимая брови, или что хуже, насмешливо поджимая губы, после чего многозначительно тянет: «У-у-у, понятно».
Хорошо, если на этом допрос завершается, но зачастую собеседник, желая проявить изобретательность и смекалку, извергает поток фраз — шаблонов, комментируя родительский выбор. А самое прискорбное — он даже не подозревает, что является не виртуозным игроком словесности, а жалким плагиатором доморощенных юмористов из зомбоящика. Несомненно, учитывая бесконечное соревнование взрослых, казалось бы, адекватных людей, в том, кто кого переплюнет в необычности, Сеня была благодарна маме и папе за благозвучность её имени и отсутствие в нём цифр и непроизносимых обозначений.
— Есения!!! — голос учителя заставил Сеню встрепенуться, — Спустись с небес на землю обетованную! Повторюсь: «не», глаголы и исключение. Вперёд!
Сеня робко опустила взгляд в учебник и изобразила бурную мыслительную деятельность, старательно наморщив лоб и почесывая макушку. Но вот беда! Если Сеню застать врасплох, она впадает в ступор, и серое вещество, то, которое в черепной коробке находится, предательски замирает и боязливо прячется в самый дальний и пыльный уголок своей обители. Подобные неприятности подстерегают в случаях, когда Сеню ругают или, как сейчас, резко выдёргивают из раздумий.
— Очень плохо, Есения! На уроке делом надо заниматься, а не мечтать о кренделях и плюшках небесных, — сурово отчитала девочку Марина Николаевна и сразу переключилась на тянувшую руку Лизу Адамову, заядлую зубрилку и подлизу, — Давая, Лиза, хоть ты порадуй! Покажи товарищам как надо работать.
Боевой дух Сени был сломлен. Она чувствовала досаду, ругала себя за нерасторопность и тихо злилась на учителя, сама не ведая отчего.
«И не буду вникать в ваши дурацкие правила, — Есения надула губы и сделала каменное лицо, — всё равно пятёрку уже не получу. Кому это вообще надобно? Комп, когда текст набираешь, сам исправляет ошибки. Зачем забивать голову этим хламом?!» Сеня принялась бездумно чертить в блокноте палочки и кружочки, сплетая их в неведомый узор, только бы не встречаться взглядом с учительницей.
Напрасно обижалась Сеня на учителя. Марина Николаевна — педагог опытный и чуткий — моментально уловила признаки надвигающейся грозы и тактично оставила Есению в покое до конца урока, прекрасно зная её противоречиво-сложный, но добродушный характер и ясный ум.
Зато на уроке литературы, следующим за русским, Есения блистала как никогда, испытывая смутное желание реабилитироваться перед любимой учительницей. Тема урока «Двенадцать подвигов Геракла» вполне этому способствовала, потому как Сеня была безгранично увлечена книгами о приключениях, мифических существах, да и чтением в целом.
Остальные уроки прошли без происшествий. Немного воспрянув духом, Сеня вместе с толпой оголтелых школьников понеслась на школьный двор навстречу последним тёплым денькам снимающейся с якоря осени.
Глава 4
Как здорово вырваться из однотонных школьных стен на свободу, вдохнуть полной грудью пьяняще-сладкий воздух бабьего лета, и, лениво прищурившись, погреться в ласковых лучах большущего жёлтого солнца, путешествующего по карикатурно ярко-синему небосклону!
А птицы! Полет птичьей стаи завораживает своей чёткой организованностью и величавостью. Каждый из нас, будь то ребёнок, или вечно спешащий взрослый, не раз заворожённо останавливался, задрав голову ввысь, и задумчиво провожал глазами чёрный клин перекликающихся меж собой пернатых. Кто-то с тоской провожал самое непредсказуемое и пёстрое время года, кто-то радовался приближению зимы с непременными санками, снежными бабами и горами мандаринов, кто-то предавался воспоминаниям о безвозвратно ушедшей молодости, но ни один не остался безразличным.
— Бзззззз, — завибрировал мобильный телефон у Сени в кармане. Девочка воровато оглянулась и шмыгнула в укромный уголок между старым и новым школьными корпусами.
— Еська, ты где пропала?! Пошли скорей чё покажу! Там такие котята хорошенькие! — затараторил в трубке звонкий голосок лучшей подруги Сени Марии Власовой.
— Ой, Маха, привет! Встретимся у ворот. Бегу! — Сеня проворно спрятала свой потёртый, доставшийся в наследство от предков, кнопочный телефон и, облегчённо вздохнув, зашагала к выходу.
Уже целый год Сеня ждёт, когда ей подарят новый смартфон взамен преждевременно павшему в нелёгком бою предшественнику, а пока ей приходится прятать свой гаджет, чтобы не засмеяли и не записали в изгои ненаглядные одноклассники.
Особых финансовых трудностей семья Прилатовых не испытывает и вполне могла бы позволить себе внеочередное приобретение телефона, но на семейном совете мама с папой твёрдо решили проучить дочь, дабы «привить ей аккуратность и бережливость по отношению к личным вещам», как назидательным тоном изрёк папа Сени.
«Будто сами детьми не были! — мысленно сокрушалась девочка, — Совсем меня не понимают! Как нормальному человеку в 21 веке жить без сенсорного экрана и Интернета?! Вот соберу вещи и уйду от них. Пусть ищут, по городу бегают! А я из-за угла наблюдать буду. Потом меня украдут бандиты, потребуют выкуп и кормить долго не будут, целый день, наверное. Я героически совершу побег, и тогда мама с папой будут сильно плакать, обнимать меня и точно купят всё, что захочу, даже телефон с выгравированным сзади отгрызенным яблоком, потому что им будет стыдно, что пожалели когда-то какой-то там смартфончик для распрекрасной дочери, которой так легко могли лишиться. Вот».
Крамольные фантазии Есении довольно быстро иссякли, сменившись радостным предвкушением от предстоящей прогулки с подругой. Танец мыслей любой девочки одиннадцати лет порой бывает настолько стремительным и динамичным, что остаётся только догадываться, какие пируэты последуют далее, и чем он завершится — полнейшим фиаско с падением или триумфом, сопровождаемым бурными аплодисментами и криками «Браво! Бис!».
— Машка! — искренне возликовала Сеня, — паршивый день выдался сегодня. Спасай! Кстати, где там твои котятки?
— Тсссс! Это секрет. Утром, представь себе, иду спокойно, никого не трогаю, и вдруг слышу, пищит кто-то в кустах. Я ветку отогнула, а там няшки пушистые ползают, маму ищут. Заодно проверим, пришла ли эта гулёна…
Дружба Маши и Сени — реальный повод для зависти. Познакомиться им довелось аж десять лет назад, когда они были ещё наивными пассажирками детских колясок. Их мамы выгуливали своих чад на одной площадке.
Первая судьбоносная встреча произошла далёким погожим утром в декабре месяце. Неожиданно ярко светило солнышко, щедро одаряя горожан теплом и хорошим настроением.
В тот самый раз крохотные девчурки тщательно изучили цветастый спецтранспорт друг друга, произвели его зачистку путём выбрасывания ряда «ненужных» вещичек и погремушек, серьёзно агукая с явным взаимопониманием, перещупали маленькими пухлыми ручками все до единой пуговички и блестяшки на одежде каждой, после чего приняли непоколебимое решение завязать крепкие дружеские отношения. Вышло так, что мамы девочек тоже нашли общий язык, и еженедельные посиделки за чашкой чая, как и каждодневные прогулки, стали для них традицией.
Познавать тайны бытия, удивляться новому, ощутить всю «радость» ветрянки и прочих детских болячек девочкам посчастливилось бок о бок, подобно настоящим сёстрам, которых у них не было.
Несмотря на время, проводимое вместе, характеры подруг кардинально отличались с раннего детства. Маша — натура непоседливая, шустрая и ветреная — постоянно умудрялась влипнуть в неприятности, а Сеня — въедливо-рассудительная и смекалистая, этакий спящий супервулкан — частенько спасала подругу от родительского гнева, вовремя успевая заметать следы их маленьких преступлений. С недетской точностью вычисляла она варианты развития событий, к которым имела способность безболезненно адаптироваться. Однако подруги гармонично дополняли одна другую, выступая единым фронтом против всего мира, ограниченного до поры, до времени рамками их тихого спального района и «резиновой» (по определению родителей дошколят, недовольных перегруженностью группы) банды из тридцати семи непоседливых обезьянок в детском саду.
Едва девочкам исполнилось по шесть лет, как они стали строить планы в отношении школьной жизни, рисуя в воображении, как будут сидеть за одной партой и беззаботно погружаться в пучины науки. Но господин Случай распорядился иначе. Летом, всего за месяц до начала учебного года обычно осмотрительная Есения неверно рассчитала траекторию прыжка с абрикосового дерева, приветливо раскинувшего могучие ветви посреди однотипных девятиэтажек. Одно неверное движение, и нате вам! Сложный перелом правой руки, гипс и физиопроцедуры.
Коренастый краснощёкий врач из поликлиники, лениво стирая засаленным грязно-фиолетовым платком капельки пота со лба, беспристрастно озвучил: «За один месяц подвижность руки полностью не восстановится, и не мечтайте».
В итоге Сеня была поставлена перед фактом — предстоящий год она проведёт не в неведомом сказочном королевстве с мистическим названием «МБОУ СОШ №7», а в опостылевших стенах собственной комнаты и пахнущих стерильностью кабинетах поликлиники, где без дела снуют туда-сюда безразличные грубоватые люди в белых халатах.
Возможно, медики и не были такими уж «протухшими склизкими сосисками», как представлялось Сене, но в сознании девочки медицина надолго связалась прочным морским узлом с болью, страданием и унынием.
Это была не досадная печалька, а самая настоящая катастрофа для обеих девочек. Машке повезло больше. Обладая природным очарованием, лёгкостью и общительностью, она моментально завела в классе приятелей. А Сене, своенравной интеллектуалке с тяжёлым взглядом поверх очков, и по сей день приходится бороться, доказывая учителям и товарищам свою значимость.
Иногда ей хочется быть невидимкой, чтоб её просто не замечали и не донимали пустыми беседами. А иногда жаждет популярности и признания, чтобы её авторитет был непререкаемым. К сожалению, второго добиться сложнее, когда упёртый нрав и юношеский максимализм, работая в сплочённом тандеме, упорно исключают саму вероятность правильности иного мнения.
Разлука из-за обучения в разных классах не смогла одолеть многолетнюю дружбу. Даже то, что Маша стала вроде как старше и мудрее на целый учебный год, и её новые приятели считали зазорным общаться с «мелюзгой», ничего не изменило. Каждый день после уроков подруги наперебой делились успехами и неудачами и давали друг дружке, как им казалось, дельные советы.
Глава 5
— Во! Смотри, Еська! Получай дозу мимимишности! — Маша с гордостью, будто котята были её собственным запатентованным изобретением, аккуратно раздвинула колючие ветки густого кустарника, и девочки юркнули в самое сердце живой изгороди.
Негостеприимный куст тут же наградил Сеню парой свежих царапин на щиколотках.
— Ой, какие малипусики! — Сенька озабоченно разглядывала живой дрожащий комок, игнорируя неприятные ощущения от ссадин.
Услыхав голоса, шерстяной клубок распался, и перед девочками предстали во всей красе четыре отдельных пушистых особи. Крошечные лапки совершенно не желали слушаться своих обладателей. Малыши передвигались медленно и неуверенно, точно смакуя и оттачивая новые способности, а блестящие глазки-бусинки лихорадочно пытались сфокусироваться на источнике побеспокоившего их звука. Трое из них были белые с черными пятнышками, а один, самый маленький и страшненький, с торчащей во все стороны шёрсткой, полностью чёрный.