Остров сбывшихся надежд. Книга 3. В полной изоляции

© Виктор Михайлович Кшнякин, 2026

ISBN 978-5-0064-4453-9 (т. 3)

ISBN 978-5-0062-6200-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Автономная островная база. 181 день со дня полной изоляции от внешнего мира. День недели – пятница. Сообщество людей, собранных интернациональной группой богатых бизнесменов по всему миру, который стремительно катился в пропасть ядерного апокалипсиса. Каждый кандидат на проживание на засекреченной островной базе, приспособленной к длительному автономному существованию, прошёл придирчивый, профессиональный отбор медиков и психологов, каждый из счастливчиков был мастером в своём деле, готовым работать не за деньги, а ради возможности выжить самому и спасти от гибели свои семьи. Мир за каменными стенами и герметичными шлюзами переходных тамбуров рушился, умирал и агонизировал, заражённый радиацией, засыпанный пеплом, смытый гигантскими цунами, погребённый вулканической лавой, испепелённый ядерными взрывами, раздираемый жестокостью и зверствами военных преступников, которые возомнили себя вершителями судеб человеческих. Выпустив на свободу ядерного джина, недальновидные политики и яростные военные обрекли миллиарды простых жителей планеты Земля на мучительную смерть в атомных боях и, в последовавшей после них, ядерной зиме. Многовековая история человечества заканчивалась, как закатывается за морской горизонт солнце. Всех, кто ещё надеется выжить, ждут тёмные времена и не факт, что наступит когда-то новое утро!

Кабинет главы островной базы, 8 часов 20 минут внутреннего времени, Курт Шнайдер, глава Высшего Совета.

Прошло уже полгода, как было принято решение о полной изоляции внутреннего поселения базы от внешнего заражённого мира. Скудная информация просачивается к нам, как капли воды сквозь толщу песка. Спутниковая связь и телевещание по всему земному шару до сих пор толком не работают. Облачный покров в стратосфере постепенно истончается, кое-где появляются ненадолго небольшие окна, которые, впрочем, быстро затягиваются вновь плотными воздушными образованиями. Температура на полюсах планеты и в приполярных областях остаётся крайне низкой. Животные, птицы и люди давно покинули смертельно опасные места или остались там навечно, укрытые белым саваном из снега и льда. Не факт, что те, кто пытался уйти в более благоприятные районы, все же их достигли. Огромные площади планетарной суши были засыпаны пеплом извергающихся вулканов и радиоактивными продуктами атомных взрывов, залиты грязными потоками смертельных осадков. Жажда и голод довершали картину вымирания обречённого на заклание человечества.

Чаще всего мы ловим в эфире радиопередачи из Австралии, Северной Америки, Африки и Индонезии. Государственное радиовещание и частные компании воспарили духом, почувствовав ослабление конкурента – спутникового телевидения и Интернета. Новостные передачи восполняли информационный вакуум, неравнодушные люди замирали перед немногочисленными радиоприёмниками, жадно поглощая рассказы смелых и бесшабашных репортёров, умудрявшихся посещать гиблые места во многих странах. По слухам, таких смельчаков прилично финансировали военные и специальные службы, желавшие получить важную информацию о состоянии дел в тех или иных местах планеты. Под термином «финансируют» понималось не приличное денежное вознаграждение, а медицинская страховка, гарантированное лечение при заражении, обеспечение пищей, водой и местом в защитных сооружениях после возвращения из преисподней. Нас, конечно, больше всего интересует состояние дел в прилегающей к острову акватории Тихого океана, действия китайской и американской эскадр, пытающихся в какой-то степени контролировать обширный регион, экологические проблемы островов и сохранившихся до сей поры стран.

Учитывая неравномерное заражение островов, может возникнуть ситуация, когда некоторое количество выживших отчаянных людей начнут искать себе новое пристанище. Они будут стараться расчистить землю, посадить растения, получить урожай, не подозревая о затаившейся невидимой опасности: радиация, проникшая в организм человека с воздухом, пищей или водой, имеет гадкое свойство накапливаться в нём и со временем отравлять внутренние органы. Смельчаки неминуемо умрут, в конце своей жизни, ввергая себя в пучину страшных мук и боли. А, учитывая, что на внешнем периметре нашего острова сохранилась почти нетронутая инфраструктура, вероятность спонтанного набега страждущих найти новое убежище становится вполне реальной.

Ещё из новостей я делаю однозначный вывод: Китай прилагает максимум усилий для помощи Австралии в строительстве защитных куполов и убежищ. Поднебесная, оказывая такую помощь, усиливает своё влияние в регионе, старается найти способы возобновления сельскохозяйственного производства и спасения наибольшего количества населения не только своей страны, но и других нуждающихся стран. Каждый прожитый во внешнем мире день увеличивает количество жертв послевоенной разрухи, которые гибнут от отравления радиацией, голода, холода, жажды, стихийных бедствий и много ещё от чего смертельно опасного для человека. Людская популяция день ото дня неуклонно сокращается. Складывается такое впечатление, что Господь Бог отвернулся от провинившегося человечества, позволив вырвавшемуся из преисподней ядерному дьяволу вершить свои чёрные дела. Вот только хочется спросить Создателя: «А простые, невинные люди, чем прогневали тебя, Боже? Или ты решил, что все на этой планете грешны и недостойны твоей милости?».

Мои мысли вернулись к нашим баранам, то бишь, к нашей защищённой базе. Многие жители подземного города были верующими. На территории поселения мы расположили и православную часовню, и католический костёл, и небольшой буддистский храм, и мечеть, и, даже, синагогу. Каждый был волен верить в Создателя или не верить в него совсем, но все, кто жил на базе, прежде всего, верили в себя, в свои силы, в свои знания, в свои навыки и в мудрое руководство Высшего Совета. То есть, в меня и в моих соратников. И мы постараемся оправдать эту веру своими правильными решениями и поступками.

Сам Курт Шнайдер, единственный из отцов-основателей (остальные его товарищи в прошлом случайно трагически погибли по пути на остров), часто в своих мыслях анализировал прошедшее время, рассуждал о настоящем и пытался спрогнозировать будущее. Он изначально возглавлял этот, казалось бы, неосуществимый проект, был координатором и доверенным лицом своих соратников, надеждой на будущее для всех жителей островной базы. Созданный им, в силу необходимости разделить бремя власти, Высший Совет состоял из ответственных и профессиональных людей, каждый из которых оказывал неоценимую помощь, был на своём месте в системе управления базы. И, всё же, Шнайдер был истинным лидером, вёл за собой эту небольшую разношёрстную общность, давал небольшую, но с каждым прожитым днём крепнущую, надежду на будущее. Каким оно будет? Это, в том числе, зависело от каждого, кто жил, работал, учился под каменными сводами подземного города.

Приёмная перед кабинетом Главы Высшего Совета, 8 часов 45 минут внутреннего времени, Яна Поплавска, секретарь и по совместительству супруга Курта Шнайдера.

Я слышала неоднократно, как многие члены Высшего Совета в кулуарах говорили вполголоса между собой, что восхищаются манерой ведения совещаний моим дорогим Куртом. Он просит докладчиков говорить кратко, только по делу, озвучивая факты, предлагая конкретные пути решения возникающих трудных ситуаций. Если требуется обсуждение, то он не допускает пустопорожних разговоров: только дельные мысли и предложения или, если таковых нет – лучше помолчать. Ведь не даром говорят, что молчание – это золото. Или вот ещё: «помолчишь – за умного сойдёшь». Потому заседания проходят быстро и плодотворно.

Вот только тем, кто восхищён нашим Главой, совсем невдомёк, что серая мышка – секретарь Яна, всю неделю после совещания, по указанию Главы Высшего Совета, формирует повестку дня следующего сбора руководителей, обзванивает потенциальных докладчиков, разъясняет какую информацию следует подготовить, над какими вопросами подумать, чтобы предложить оптимальные решения. А в пятницу, в конце рабочей недели, я повторно обзваниваю этих руководителей, напоминая им о поставленных задачах. Такая у меня ответственная работа! Мне же не хочется подвести моего любимого супруга, на то я и секретарь, чтобы всё крутилось и вертелось без сучка и задоринки.

Впрочем, хотя сейчас и утро, я уже задумалась о вечернем ужине. Хочу сегодня приготовить моему Курту шикарные котлеты, спагетти, пикантный соус и салат с зеленью, которую мне обещали нарвать на селекционной станции. Из заначки планирую достать бутылочку итальянского вина, накрыть столик со свечами, приглушив верхний свет. Думаю, что мы вкусно поужинаем, отвлечёмся от дел насущных, закажем на телецентре интересный фильм, расслабимся во время просмотра, который закончится непременно в постели. Ведь мы так любим друг друга, и каждая минута, проведённая наедине с моим ненаглядным мужем, будь то застолье, будь то вечерние посиделки перед экраном телевизора, будь то сексуальные утехи, всё доставляет нам удовольствие и приносит счастье. Не могу понять тех людей, которые вместо поисков удовлетворения в семейной жизни, ищут только одни недостатки в партнёре, нарываются на скандалы и ссоры, всем свои поведением способствуя расширению трещины недовольства, которая со временем превращается в гигантский каньон неминуемого разрыва.

От мыслей о вечернем досуге, о близости с любимым, о предстоящем телесном удовлетворении (а мой Курт – мастер доставлять оргазм, да не единожды), внизу живота стало тепло и соски набухли. Ого, да Вы, пани, кажется, возбудились!? Делаю несколько глубоких вдохов с медленным выдохом, потом делаю наклоны вправо-влево и постепенно успокаиваюсь. Впереди ещё целый день работы, трудись дорогая Яна, трудись!

Девушка открыла папку с бумагами, делая пометки в тексте документов, периодически щёлкая тумблерами селектора, кратко разговаривая с собеседниками на том конце провода, выслушивая их ответы и уточняя тематику предстоящих докладов. Она работала секретарём несколько лет, в совершенстве знала все нюансы своей профессии, любила её и делала с некоторым изяществом и несомненной пользой для общего дела. Никто из руководителей секторов и отделов, а, тем более, из членов Высшего Совета никогда не сказал бы про Яну Поплавску, что она смазливая глупышка, надоедливая посредственность или протеже Шнайдера. Секретаря все уважали за компетентность, внимательность и требовательность к мелочам, а некоторые начальники – побаивались, справедливо полагая, что близость к Курту даёт ей возможность доносить правдивую информацию Главе быстро и без прикрас. Вот только они не знали, что в семье руководителя существовало строгое разграничение: о работе – в рабочее время, а на отдыхе – только о том, что помогает расслабиться и отвлечься от насущных проблем. Эффект профессионального выгорания наступает, в том числе, у тех, кто не умеет отпускать ситуацию, постоянно думая о нерешённых проблемах. Думать, конечно, никто не запрещает, но общаться наедине с любимым человеком нужно согласно общим достигнутым договорённостям!

Детский сад базы, 9 часов 15 минут внутреннего времени, Долорес Кортес, воспитатель.

Прошло уже полгода с момента нашего чудесного спасения из лап свирепых пиратов. Говорят, что время лечит. Могу на своём опыте сказать однозначно, что те ужасные события, как бы истёрлись в памяти и поблёкли, похожие на фотографию, оставленную на долгое время под лучами жаркого солнца. Не хочу вспоминать те страшные дни, но, иногда, во сне подсознание снова отправляет меня в прошлое, заставляя сжиматься от животного страха и просыпаться в холодном поту. В такие минуты мой милый Линь Джи, мой спаситель, мой мужчина непременно просыпается, спрашивает меня, что приснилось, а, потом, нежно обнимает моё трясущееся тело, прижимает к себе и мы снова засыпаем, счастливые и довольные. На завтра назначено наше бракосочетание. Мы готовы создать новую семью, в которой девушка по фамилии Кортес станет женщиной по фамилии Джи. И не важно, что мой любимый Линь родился и жил в Китае, что он много времени проводит в тренировках бойцов ССБ, что он по специализации – сапёр, я верю в него, в его удачу, в его подготовку, в его желание защищать всех жителей нашего подземного города, в его любовь с первого взгляда. Как он мне признался после месяца наших встреч и свиданий, что тогда, во время спасательной операции, войдя в полусумрак вонючего пиратского сарая после вскрытия замка на входной двери, сразу увидел мою испуганную физиономию и почувствовал жгучее желание защитить меня, быть всегда рядом со мной. А ещё говорят, что не бывает любви с первого взгляда!

Во время карантина Линь ежедневно приходил в медицинский центр, общался со мной через изолирующую перегородку, приносил фрукты и сладости. После окончания карантина, в котором меня основательно подлечили и подкормили, по общему правилу для всех будущих жителей подземного города, мне пришлось пройти процедуру психофизиологического исследования. Специалист-полиграфолог долго расспрашивал меня о прошлой жизни, пристрастиях, вредных привычках, особенностях моего поведения и прочих мелочах довоенного существования. Он объяснил мне, что здешнее общество замкнуто, самодостаточно, сбалансировано, но жизнь в подземелье не добавляет позитива и веселья, и, потому, знать, как можно больше о психологическом состоянии, фобиях, стремлениях и взглядах на свою будущую судьбу, а, так же, определить пригодность к той или иной работе – это исключительно важно для исследуемого человека. Я всё понимала, была настроена доброжелательно и с большим удовольствием восприняла рекомендацию работать в детском саду, в медицинском центре или в школе. Два последних места, правда, требовали дополнительного обучения, а мне хотелось, как можно быстрее приступить к нужному труду на благо этих хороших людей, спасших и приютивших нас в это жестокое время.

Мне выделили комнату в общежитии для незамужних девушек, но уже через два месяца Линь предложил мне перебраться в его квартиру и попробовать жить бок о бок. Я колебалась недолго, может пару минут, что не ускользнуло от внимательного взгляда парня. Он с серьёзным видом, глядя в мои глаза и взяв мои ладони в свои натруженные, мозолистые руки, клятвенно пообещал не покушаться на мою девичью честь. Я внимательно смотрела на него, а, затем, широко улыбнулась и сказала, что нисколько не боюсь близости с ним, что согласна пожить с ним под одним кровом, что готова принять его привычки и образ жизни, попытаться приспособиться к новым условиям существования. В свою очередь мой милый пообещал быть внимательным к мои пожеланиям, не сердиться на мои замечания, капризы и недомогания. Ведь не секрет, что женский организм периодически подвержен тяжёлым испытаниям, во время которых противоположному полу бывает тоже нелегко выносить перепады нашего настроения. Так мы и сошлись.

Конечно, на первых порах нам обоим было непросто притираться друг к другу. Каждый имел устоявшиеся привычки, свои взгляды на семейную жизнь, своё воспитание в прошлом. Нас спасало желание общаться, узнавать подробности прошлой жизни, пристрастия, увлечения, видение будущего. Мы старались найти точки соприкосновения, общие интересы, старались проводить много времени вместе, даже когда встречались с друзьями моего парня. У меня ещё подруг как-то не образовалось и потому я с интересом влилась в компанию молодых парней и девушек, служивших в ССБ. Они были настолько добры и радушны, что с радостью приняли меня в свою среду. Как же это было здорово! Узнавая в непринуждённой обстановке друзей Линя, я глубже познавала своего возлюбленного, его предпочтения, взгляды на жизнь, мечты и стремления. Я становилась частью его жизни, а он заполнял своей любовью часть моего бытия. Мы постепенно становились единым целым, как Инь и Янь у китайцев.

Мои размышления прервали детишки-воспитанники, которые закончили утренний завтрак и с серьёзным видом убирали самостоятельно одноразовую посуду в мусороприёмник, а остатки недоеденной пищи в специальные контейнеры для дальнейшей переработки в животный корм. Под куполом размещается небольшая ферма по выращиванию птицы (куры и утки), свиней и овец. Пищевые отходы собираются по всему городу и перерабатываются на фабрике в добавки к рациону для использования на ферме. Удивительно, и это бросилось мне в глаза в первые дни моей работы в детском саду, что наши детишки рассудительно, по-взрослому, относились ко многим, казалось бы, простым, повседневным действиям: уборке посуды, наведению порядка, поведению в группе, изучению иностранных языков общения, экономии воды и прочим мелочам нашей жизни в замкнутом пространстве. Я, как и каждый житель города, внимательно изучала установленные нормы потребления жизненно важных ресурсов, правила ежедневного поведения и совместного существования, сдавала экзамены и посещала курсы иностранных языков. Английский я выучила быстро (сказывались навыки и знания прошлой жизни), немецкий тоже не доставил проблем, а вот русский язык долго скрывал свои тайны. Мне помогла в его освоении супруга старшего помощника АПЛ, воспитательница Мария Рощина, которая, узнав о моих затруднениях в обучении, подменилась сменами и стала усиленно меня, как она говорила, «подтягивать» до нужного уровня. Спасибо ей большое! В настоящее время, правда, моя спасительница легла на сохранение в предродовую палату медицинского центра. Рощины ждут рождения девочки.

Сейчас мы с детьми будем играть в очень познавательную игру: родители, работающие в секторе водоснабжения и водоотведения, принесли в группу некоторое количество различных пластиковых труб и сочленений, небольших кранов и сифонов, лёгкого сантехнического инструмента. Из этого набора натуральных предметов мы будем конструировать секцию водовода для игрушечного домика. С одной стороны – интересная игра, с другой – обучение работе с настоящими материалами и инструментами. Таким образом реализуется программа первичной подготовки детей к непростой подземной современной жизни. Самое главное – такой подход к воспитанию и обучению ребятишкам очень нравится. Они с малых лет чувствуют свою нужность и полезность для города, проникаются ответственностью за свои ежедневные поступки. Ну что же, приступим к процессу воспитания и обучения нашего подрастающего поколения (вот, я уже ассоциирую себя частью этого необычного подземного сообщества спасшихся на время от внешнего умирающего и агонизирующего мира людей).

Мария Рощина действительно в определённый период совместной работы с Долорес приложила максимум усилий для обучения своей подопечной премудростям русского языка. Она простым, доступным способом сравнения слов на английском и немецком быстро обогатила запас для конструирования простых предложений. Сеансы обучения с использованием лингвистической аппаратуры подкреплялись для Долорес постоянной практикой не только на работе, но и при общении с новыми друзьями. Примечательно, что никто в подземном городе в разговорах друг с другом не воспринимал словесные промахи партнёра язвительно или насмешливо, а тактично пытался исправить подмеченные в разговоре недочёты. Такой подход позволял быстро формировать правильное произношение у обучаемых людей. По сути Мария Рощина научила Долорес не только правильно понимать русскую речь, но и прилично разговаривать на могучем языке великой мировой нации, а, в последствии, с интересом читать книги многих классиков литературы былой России.

Предродовая палата медицинского центра, 10 часов 35 минут внутреннего времени, Мария Рощина, воспитатель детского сада, супруга старшего помощника капитана АПЛ, без пяти минут молодая мама.

Шесть месяцев после выписки моей подруги Надежды Ветровой с новорожденным сыночком Ярославкой из этого медицинского центра пролетели очень быстро. Несколько раз я подробно интересовалась распорядком работы медиков, особенностями размещения, кормёжкой, ходом операции при родах и прочими мелочами, из которых складывается пребывание в этом нужном для всех будущих мамочек заведении. Сегодня ранним утром меня при госпитализации внимательно осмотрели, сделали УЗИ, взяли положенные анализы и отправили в предродовую палату. Там находилось ещё две женщины: одна, как говорят, «на сносях», а вторая – была направлена сюда, буквально, перед моим появлением.

Не успели мы перезнакомиться друг с другом, как сторожилка обнаружила отхождение вод и вызвала нажатием кнопки медицинский персонал. Мы проводили её пожеланием скорых и лёгких родов, а сами прилегли на удобные анатомические кровати. Спать не хотелось, читать пока тоже, и мы, удобно расположившись на приподнятых в изголовье ложах, завели непринуждённый разговор о разном:

– Милая Крисьен, – начала я диалог на английском языке, – скажи мне, а у тебя беременность протекала легко или с осложнениями?

– Как тебе сказать, Мария, бывало по-разному. – ответила, также по-английски, собеседница. – Первое время часто тошнило, были рвотные позывы, настроение менялось от восторженного до отчаянного, так же менялся аппетит: то солёненького захочется, то нестерпимо, вот прямо сейчас, нужно сладкого, то готова выпить несколько литров сока и так далее. А потом всё как-то улеглось, но зато с каждым днём усиливался аппетит. Набрала за это время больше десяти килограмм веса.

– Понимаешь, подруга, – выслушав Крисьен, уточнила я причину заданного вопроса, – мне было очень нелегко вынашивать дочурку. Мне казалось, что эти девять месяцев я боролась не столько с интоксикацией своего организма, сколько со своими страхами патологий будущего ребёнка и потери его до родов. И, вроде, ежемесячно проходила осмотры в этом центре, врачи говорили, что плод развивается нормально, Сергей, мой муж, буквально пылинки с меня сдувал и готов был разбиться в лепёшку, исполняя мои прихоти, а в душе шевелился червячок сомнения: вдруг что-то пойдёт не так, вдруг случится выкидыш. Ведь у меня в прошлой жизни так уже было.

– Маша, успокойся, – собеседница даже привстала на постели, внимательно и участливо глядя в мою сторону, – всё у тебя будет хорошо! Самое главное – ты должна думать только положительно, загони свои сомнения в тёмный уголок сознания, закрой вымышленную дверь, а ключи виртуально выброси в воду. Вода умеет хранить доверенные ей тайны.

Я глубоко вздохнула, медленно выпустила набранный в лёгкие воздух, закрыла глаза, мысленно представила, как гоню поганой метлой свои сомнения в тёмный чулан, закрываю скрипящую дверь на большой амбарный замок, разворачиваюсь и кидаю ключ от него в бурный речной поток. После этого я сажусь на большой плоский камень и смотрю в воду. Как это ни смешно, но мне стало так спокойно, что я незаметно заснула.

Беременные женщины, вынашивая в своём чреве новую жизнь, подвержены высокой мнительности и постоянной тревожности. Им всё время кажется, что развитие плода проходит с отклонениями, они готовы измочалить врачей при обследовании, задавая им целую кучу тревожных вопросов, сомневаясь в правдивости ответов, переспрашивая и излишне волнуясь. Конечно, не все женщины таковы, но каждая думает о будущем ребёнке постоянно: и днём, и ночью, и на работе, и на отдыхе. Любящие мужья страдают не меньше, пытаясь угодить капризам и неожиданным просьбам своих половинок. Это испытание – то ещё удовольствие для терпеливых любящих мужчин!

Парковая зона под куполом, 11 часов 5 минут внутреннего времени, Сергей Рощин, старший помощник капитана АПЛ, будущий отец.

У меня сегодня внеплановый выходной: Михаил разрешил не приходить на подлодку, ведь ранним утром пришлось доставить Марию в медицинский центр. Наша дочурка в материнском животике как-то интенсивно зашевелилась, и Маша, несколько испугавшись, потребовала отвезти её в царство медиков. Скажу честно, я сделал это с несомненным облегчением. Капризы и смена настроения беременной жены – это ещё то удовольствие! Мысленно я готовился к этому испытанию любящего мужчины, но действительность превзошла все мои ожидания: порой терпение оставляло меня, хотелось повысить голос и устроить ссору. В такие минуты я собирал свою волю в кулак, делал несколько глубоких вдохов, закрывал глаза и заставлял себя расслабиться. Моей милой было трудно вдвойне, а может быть и втройне, мне не понять этого состояния. Но теперь всё подходит к логическому концу: скоро у нас появиться маленькая дочка!

После того, как я отвёз на электрокаре мою благоверную в царство врачей и медицинских сестёр, я вернулся в квартиру, заварил себе крепкий чёрный чай, взболтал с горячей водой сухой яичный порошок и приготовил на разогретой сковороде омлет. Нехитрый завтрак довершила пара кусочков хлеба (пекарня у нас работала пока исправно) с маслом. Удовлетворив чувство голода, я зашёл в гостиную-спальню, включил телевизор и, набрав персональный код, стал смотреть новостной канал, который вели наши местные ведущие, собиравшие информацию из всех возможных доступных источников. В мире за пределами нашей базы установилось хрупкое равновесие: военные действия почти повсеместно прекратились (опасно воевать на заражённой местности), выжившие люди забились, как тараканы, под землю или защитные купола, испытывая недостаток в продовольствии, чистой воде и медикаментах, с призрачной надеждой на будущее. Вот только каким это будущее для них будет?