- -
- 100%
- +
- Где этот гад? Мерзавец! Подлец! Ненавижу его! Пусть только явится! Своими руками его.... Аааа! - Машка хватается за стену, когда схватка становится слишком сильной.
Больше всего я не люблю свою работу, когда приходится принимать роды у родственников и подруг.
Ещё больше я не люблю свою работу, когда приходится это делать в праздники или, что ещё хуже, накануне этих самых праздников.
Сегодня 30 декабря. Дело близится к полуночи.
Такси вызвать нереально - по всей Москве корпоративы. Да еще и суббота сегодня. Да еще и с интернетом что-то - глушат его, что ли?
Скорые все на вызовах - кому отдых, а у некоторых самый пик работы.
А если ещё и учитывать, что Маша с Артуром живут в пригороде, докуда добираться долго, то... Мы с Машкой крупно попали.
"Наш" будущий счастливый молодой отец на корпоративе вместе с моим ненаглядным мужем. Они вдвоём владеют сетью строительных магазинов в нашем городе.
-Маш, я ж ещё два часа назад говорила тебе, что нужно ехать. Теперь потерпи немного, пока я машину найду.
Стараюсь, чтобы мой голос звучал уверенно и спокойно. Но на самом деле я уже и сама немного паникую.
Потому что это только в фильмах показывают, как акушерка запросто принимает роды в ванне с водой, а на деле безопаснее всего делать это в родзале в сопровождении гинеколога, анестезиолога, реаниматолога, неонатолога и других узких специалистов.
Схватка отпускает и Машка возвращается в своё обычное блаженное состояние.
Из-за её пофигизма мы и дотянули до последнего. Машку заранее в роддом было никак не уложить.
-Сейчас Артурчику позвоним. Он приедет и нас отвезет! - начинает на полном серьезе сто десятый раз набирать мужа.
-Маш, Артурчик на корпоративе, - устало напоминаю ей. - С Радиком... К полуночи там уже не то, что за руль, там до такси нести придется обоих.
А уже почти полночь.
-Артурчик обещал не пить!
С моим Родионом не напьется только мёртвый. Муж любит праздники. Прямо-таки обожает. Он из тех людей, которых называют душой компании. У нас вечно - то походы на природу, то семьями в бильярд, то просто гости.
И это всё было бы просто замечательно, если бы не мои иногда круглосуточные дежурства.
Можно сказать из-за моей профессии и его страсти к гулянкам у нас до сих пор так и нет детей...
Я сапожница без сапог... Столько детишек приняла, а у самой нету...
Сотый раз набираю такси. Гудки идут и просят оставаться на линии, обещая, что диспетчер скоро ответит.
-Нила! Артурчик звонит! - радостно кричит из зала Машка.
Ну, слава Богу! В Артурчике, наконец, проснулся отцовский инстинкт! Может, реально не пил и сейчас, как истинный мужик, решит нашу проблему?
Заглядываю к ней, ожидая развязки. И даже немного выдыхаю.
Но, видимо, радуюсь зря.
-Да, это - я, Ржевская Марья Михайловна, - настороженно отвечает она, округляя глаза. - Да, Артур Альбертович - мой... Да. Нет. Да-а? Вот подлец! Вот скотина такая! Нажрался до бессознательного состояния, говорите? В обезьяннике, говорите? Ну, я ему сейчас... Не буду я его домой забирать! Не дождется!
Вижу, как искажается от боли Машкино лицо - схватки значительно участились и усилились. Скоро начнется.
Что делать?
Она роняет телефон на журнальный столик, хватаясь обеими руками за кресло, на которое уселась. Лицо багровеет, глаза выпучиваются.
Ну, вот. Это уже явно потуги!
Что же де-е-е-елать!!!!????
Из телефона до сих пор слышится мужской голос.
Хватаю трубку и шепчу, уже едва контролируя панику в голосе:
-Здравствуйте! Можно вас попросить!
-Эммм, - раздаётся оттуда хриплым простуженным басом. - С кем имею честь разговаривать?
-Меня Неонила зовут, я - подруга Маши Ржевской. Короче, Маша у нас рожает.
-Ну, и хорошо. Пока она рожает, муж проспится в отделе. Как раз Новый год всей семьёй уже встретят.
-Нам машина нужна! В такси не дозвониться! Скорые на вызовах. Помогите, пожалуйста, умоляю вас!
-Девушка, я из полиции вам звоню, если вы еще этого не поняли. Мы - не служба доставки и даже не такси.
-Я поняла. Ну, что вам трудно, что ли, помочь? Вы понимаете, - понижаю голос и выхожу на кухню, чтобы не пугать стонущую Машку. - У нас потуги уже начались. Она в течение часа-двух родит! А может и в полчаса уложился...
-Так я не гинеколог ни разу. Чем я вам помогу? - недоумевающе.
-Отвезите нас в роддом!
-Вы шутите?
-А-а-а! Скотина! - кричит Машка не своим голосом. - Убью мерзавца, когда рожу! Спать в кладовке будет! Или в бане! Гад!
-Кто там у вас так буянит? - спрашивает непонятливый мент. - Кстати, могу приехать и забрать его. У вашего алкоголика как раз местечко осталось в камере. Делайте вызов.
-Вы серьезно сейчас? Это - роженица, вообще-то!
-Я думал, группа нетрезвых моряков.
Вдыхаю поглубже, стараясь успокоиться.
Так. Что он там сказал?
Вызов надо сделать? Иначе, чтобы просто нам помочь, он не приедет?
А решать надо срочно. Очень срочно.
Окей.
-Так. Как вас там... товарищ полицейский! Примите вызов. У нас тут группа нетрезвых моряков-соседей буянит. Скоро до драки дойдет. Угрожают друг друга убить! Приезжайте скорее!
-Оружие у них есть? - меланхолично и, как мне кажется, с улыбкой спрашивает мент.
-Убью-ю-у! - завывает Машка.
-Да! - рывкаю я. - Слышите?
-Хорошо. Ждите. Сейчас будем.
Бросает трубку.
Приедет? Или нет?
Но и ждать милости от нашей доблестной полиции нам уже некогда.
Хватаю тревожный чемодан с Машкиными вещами и документами, беру ключи от Машкиной машины.
-Нила, ты что? - ужасается она. - Ты ж ездить не умеешь!
-А что делать? Надо ехать! - воинственно отвечаю я. - Будешь мне подсказывать, куда там жать и как рулить!
-Ой, мамочки! - стонет то ли от боли, то ли от страха Машка.
Мне тоже хочется постонать, но кто-то же из нас должен сохранять трезвую голову!
Выходим.
Медленно, с остановками, пересекаем огромный двор Ржевских, выходим за ворота. Останавливаемся возле Машкиной машины.
Ох, Нила, надо решаться! Давай! Ты сможешь!
-Давай, садись назад, - командую роженице.
Она с причитаниями открывает дверцу.
И в это мгновение из-за поворота выруливает автомобиль с мигалками на крыше.
Сирена не включена, но работающие мигалки здорово привлекают к себе внимание и видны издалека.
Господи, надеюсь эти менты едут к нам!
2 глава. Неожиданность в роддоме
-Нила! Всё! Не могу больше! - за неимением рядом ничего, во что можно было бы вцепиться, Машка так хватает меня за руку чуть пониже локтя, что я воплю вместе с ней.
- А-а-а! Больно-о! - затягиваем на два голоса.
Полицейская машина останавливается рядом с нами.
Из неё выскакивают два плечистых мужика в форменных куртках и шапках-ушанках с гербом во лбу.
-Где дебоширы?
-Вот! - киваю на Машку. - Докиньте ее до роддома!
Мужики переглядываются.
И я уже мысленно чуть ли не падаю на колени перед ними, чтобы сжалились и все-таки отвезли нас туда, куда надо.
Но к их чести тот, что пониже и потолще подхватывает Машку под локоть и, отодрав от меня, ласково уводит к машине.
-Нео? - спрашивает второй хрипловатым басом, всматриваясь мне в лицо.
Так меня звали в далеком-далеком детстве. А потом... Потом так больше не звали совсем.
Мы как раз "Матрицей" засматривались и я, с моим именем, очень гордилась, что Неонилла - это практически Нео, если только отрезать несколько никому не нужных букв. Для девчонки в те далекие годы не считалось зазорным носить имя главного героя-мужчины, даже наоборот - было круто...
-Да ладно! Правда, ты! А я уже было подумал, что показалось, когда имя в трубке услышал! - смеется мент.
Всматриваюсь в его лицо.
Неужели? Да ну, быть того не может!
Тут темно, фонарь перед домом Ржевских сегодня почему-то не включился. И я трусливо позволяю себе не узнать его сразу.
Почему? Да просто сентементально сжимается сердце...
-Лев. Маршал, - отрывисто произносит он.
Да ладно!
На мгновение забываю о несчастной Машке. Тем более, что из машины её сейчас не так уж и слышно.
-Лëвушка?!
Где-то на подкорке моего сознания в стрессовой ситуации вдруг всплывает наше детское приветствие! И я вытягиваю вперёд свободную от тревожного чемоданчика руку, сжав её в кулак.
Он со смешком делает тоже самое. Костяшками касаемся рук друг друга, потом разжимаем кулаки, переползаем пальцами по ладоням, сжимаем их на запястьях. Стоп!
Мои пальчики едва-едва сходятся на его богатырской руке.
Это точно Лëвушка?
Не узнать! Высеченный стал. Плечи широкие. Лицо... Не разглядеть толком, но... Сразу же видно, что красивый.
Он и в детстве красавчиком был.
А вот я совсем нет.
-Кэп! - кричит из машины второй мент. - Поехали уже скорее! Иначе она нам прямо в машине родит!
Маршал хватает из моих рук чемоданчик и запихивает его в багажник.
Сажусь на заднее рядом с Машкой.
Отьезжаем.
Не сразу понимаю, что приземляюсь на что-то.
Пошарив рукой, достаю телефон.
-Это вашего алкаша мобила, - поясняет с переднего пассажирского Лев. - Взяли, чтобы связь с вами была. Боялись не найти в этих дебрях.
- Чего это "в дебрях"? - оскорбляется Машка. - Мы, между прочим, в лучшем пригородном поселке живем! А Артурчик мой где?
-Пьяный в обезьяннике спит.
Интересно, а Радик с ним? Это вполне реально. Бывало и такое. И не такое ещё бывало. Радик способен на многое, когда пьян.
Но почему-то спросить о муже не могу.
Это как-то...
Глупо, конечно! Но я когда-то, сто лет назад, была так влюблена в Маршала, что думала, никогда и никого любить сильнее уже не буду.
Это потом, когда его семья неожиданно переехала в другой город, со временем, оказалось, что всё проходит... А уж тем более детская влюбленность.
До больницы с мигалками и сиреной мы долетаем за считанные минуты.
Правда, приезжаем не в ту больницу, в которой я работаю - до неё ещё ехать и ехать. Но, судя по Машкиному состоянию, нам уже не до выбора.
В приемном покое меня сразу отсекают, запрещая проходить дальше.
-У нас свои акушерки. Извините, - указывает мне на дверь, не церемонясь, пожилая сонная женщина-врач. - Передайте медсестре вещи роженицы и документы. Оставьте свой номер телефона. Мы вам позвоним, когда родит.
-Нила! - панически орет Машка. - Я без тебя не рожу! Я отказываюсь без неё рожать! Дайте мне Нилу! Немедленно!
-А что это вы, роженица, так себя ведете? Вы что думаете, вы одна у нас? Скоро матерью станет, а туда же - кричать, дебоширить! А ну-ка, взяла себя в руки и потопала на кресло! - врачиха так это говорит, что Машка, бросив на меня прощальный затравленный взгляд, послушно уходит в указанном направлении.
- Маш, я, если что, на связи буду! Держись!
Оставляю медсестре её вещи, свой номер телефона, отдаю документы. Прошу звонить в любое время.
Выхожу в длинный пустой коридор.
Что делать? Как домой добраться ночью?
Или уже сидеть здесь и ждать, когда Машка родит?
Останавливаюсь в растерянности, глядя через стеклянную дверь приемного покоя на улицу.
Прямо перед входом всё еще стоит полицейская машина. Видимо, Лев решил меня дождаться.
Неожиданно в больничный дворик с улицы на всех скоростях заруливает чей-то внедорожник. С визгом тормозов, который слышно даже из помещения, тормозит возле крыльца.
Конечно, машина мне кажется знакомой! Конечно... Она очень похожа на тачку моего Родиона. Но мало ли таких же в нашем городе?
Но тут с водительского места выпрыгивает... мой Радик! Без шапки, и в расстегнутой куртке. Оббегает машину вокруг и открывает ту самую дверь, которую обычно открывает мне.
И вытаскивает оттуда за ручку... расфуфыренную дамочку в короткой распахнутой шубке, в праздничном платье, с большим животом и на каблуках.
Пораженно качаю головой. Вот Радику не повезло сегодня! В моей голове возникает четкая картинка того, как там, на их корпоративе, неожиданным образом оказалась эта несчастная беременная, как она натанцевалась и вдруг начала рожать. И мой муж... который тоже странным образом оказался там трезвым (что в принципе, невероятно!) повез ее сюда!
Представляю, как он удивится, когда мы сейчас здесь встретимся!
Стою и жду, с интересом посматривая на то, как бережно Радик ведет беременную красавицу по ступенькам крыльца.
Вот если я забеременею, он и со мной так же будет?
3 глава. Есть ли выбор
Вот сейчас мы с мужем посмеемся! Такое совпадение нарочно не придумаешь!
Надо же так встретиться - в роддоме в полночь! Представляю, как Бедаев будет на очередной гулянке друзьям рассказывать об этом, как все будут потешаться.
Стоя на выходе из роддома улыбаюсь этим своим мыслям, глядя на то, как муж заводит внутрь здания красивую беременную женщину.
У меня даже шутка сама собой сочиняется.
Хочу сказать что-то вроде "Какая встреча! Какие люди!"
И я даже почти успеваю это произнести.
Открываю рот и... слышу, как эта незнакомая совсем молоденькая женщина, которая поперлась на новогодний корпоратив на таком-то немыслимом сроке (там недель 36 точно!) говорит Родиону:
- Родя, милый, ты только не уезжай, прошу тебя! Я боюсь здесь одна оставаться!
Нет, вот интересно, да? Чего это мой муж должен караулить чьи-то роды? Пусть это делает ее благоверный!
Где он, кстати?
Она же наверняка - жена кого-то из поставщиков Родиона. Ну, или такого же, как он, владельца какого-нибудь магазина. Для жены простого продавца слишком шикарная.
Они проходят мимо, буквально в полуметре! Меня в упор не видят!
Некоторое время стою без движения, пытаясь осознать смысл происходящего. И особенно того, почему она так интимно исковеркала имя Бедаева... Потом, опомнившись, окликаю его:
- Родион!
Он резко останавливается и, отпустив беременную, медленно поворачивается ко мне.
- Нила? - смотрит расширившимися глазами, как будто увидел привидение. - А что ты здесь делаешь?
Ну, вот что я здесь делать могу? Как будто он не в курсе, что Маша Ржевская сегодня рожает!
- Рожаю! - все еще по инерции шучу я. - А ты? Где ты подобрал эту милую беременную девушку?
-А почему не в своей больнице? - растерянно шепчет он.
- Что она себе позволяет, Родя? - уперев руки в бока и демонстративно выпятив вперед живот, заявляет "девушка". - Что значит "подобрал"? Я что, собачка какая-то, что ли? Объясни этой тётеньке, что привез в роддом свою невесту! Которая, между прочим, скоро родит тебе сына! Кто вы такая, вообще, женщина?
Мне хочется ущипнуть себя за руку, чтобы проверить - не сон ли это всё! Потому что... Ну, бред же, правда?
Так ведь только в несмешных романах или слезливых мелодрамах бывает, чтобы женщина подобным образом узнавала о том, что у мужа появилась другая!
Или и в жизни тоже случается?
Я зачем-то продолжаю шутить, хотя уже всё ясно и впору было бы начинать плакать. Видимо, мозг включает такую защитную функцию:
- ЭТА женщина, вообще-то, жена вашего жениха, - говорю ей.
-Нила, пожалуйста, не начинай, - испуганно шепчет белый, как полотно, Бедаев.
Да я, вообще-то, еще и не начинала!
-Родя! - повышает голос будущая мать будущего сына Бедаева. - Объясни мне, что здесь происходит?
Мне кажется, ее схватки отступают под напором ярости. И она, забыв о том, где находится, готова вцепиться Радику в глотку!
"Ну, вот... - меланхолично думаю я. - А ты, Нила, всю жизнь была уверена, что твой муж любит спокойных женщин. Таких, как ты. А тут вон, напор, харизма и темперамент через край".
-Мила, только не нервничай, - сведя к переносице брови, он смотрит на неё умоляюще.
Я, значит, "не начинай"! А она, получается, "не нервничай"... Казалось бы, просто слова? Но нет! Нет! Меня, значит, нужно заткнуть, не дав возможности и слова сказать! А ее успокаивать нужно! Так, получается?
-Она говорит правду? - Мила тыкает в мою сторону указующим перстом, как мужчина на советском плакате "Ты записался добровольцем?"
-Она, - спокойно отвечаю я. - Говорит правду.
Всегда уверенный в себе, веселый и не лезущий за словом в карман Бедаев крутит головой, испуганно переводя взгляд с меня на неё и обратно. И молчит.
Смешной такой.
-Я не понимаю, что происходит! - надрывным слезливым голосом вопрошает роженица.
Ну, кто-то же должен ей всё объяснить? Наверное, придется мне...
-А что тут понимать, Мила? - берусь за ручку входной двери. - Я - жена твоего мудака. Но это - глупая формальность. Недоразумение. Вероятнее всего, после праздников он будет разведён и только твой. Удачных родов!
-Нила, постой! - кричит Бедаев.
-Ах, ты скотина такая! Мерзавец! Ты говорил, что не женат! - разоряется невеста.
-Уважаемые, что здесь происходит?
-Что вы здесь устроили за балаган?
Пока я выхожу на крыльцо и пока закрывается входная дверь, все эти голоса доносятся до моего слуха, перебивая друг друга.
Но дверь, к счастью, быстро захлопывается, отрезая меня от неприятной сцены.
Стою на крыльце.
Дышу, подняв лицо к небу.
Сверху прямо на мою разгоряченную кожу падают снежинки.
И что теперь делать? Как жить дальше?
Поплакать, что ли?
-Нила!
-Нео!
Внезапно раздаётся с двух сторон одновременно.
И вот впереди на нижней ступеньке крыльца передо мной стоит Маршал. А позади, ровно за спиной, Бедаев.
Мне просто сейчас нужно сделать выбор...
Только есть ли он у меня?
4 глава
-Нео, поехали, мы тебя до дома подкинем, - демонстративно смерив Бедаева взглядом, первым говорит Лев.
-Уважаемый, - хмурится Радик. - Вы её с кем-то перепутали. Это никакая не... Нео, а моя жена - Бедаева Неонила.
-Ну, ни фига б себе, ситуэшен! - присвистывает Маршал. - Если это - твоя жена, товарищ Бедаев, то кого тогда ты рожать привёз?
-А я перед вами отчитываться не обязан, - храбрится Радик. - И кто вы такой вообще, чтобы вопросы задавать?
-А если я повесткой в отдел вызову? - вкрадчиво отвечает вопросом на вопрос Лев.
-Да вызывай! Угрожать он мне собрался! - взрывается Бедаев, поворачиваясь ко мне. - Так. Короче, Нила. Ты едешь сейчас домой. И ждешь меня там. Я приеду и мы все обсудим. Ты поняла?
Нормально!
Он тут рожать будет вместе со своей любовницей. А я его должна дома дожидаться, как болонка своего хозяина?
Правда, пойти-то мне куда, кроме нашего дома?
Ну, разве что рвануть к матери в Красноярск?
Ночью даже к друзьям как-то неудобно.
Хотя... Гостиницы в нашем городе никто пока не отменял.
-Поняла, - сухо отвечаю я.
Хотя, конечно! Конечно, мне очень хочется сейчас сказать ему то, что я думаю! Так сильно хочется, что язык чешется и на подкорке зудит: "Давай, Нила! Давай! Скажи, что он - мудак, скотина и кобель похотливый! Скажи, что испоганил тебе жизнь! Скажи, что от тебя он ребенка не хотел, говорил, что еще рано и надо пожить пока для себя, заработать побольше. А от неё..."
Но я чувствую, что если это скажу, то позорно разревусь на глазах у всех!
Особенно от последней фразы.
Ну, почему так? Ну, правда! Разве я была бы не такой хорошей матерью, как она? Почему со мной так? Ведь я, особенно в последние пять лет, только и делала, что говорила о детях!
А он все откладывал и откладывал - до того, как достроим дом, до того, как купим новую машину, до того, как откроем новый магазин, до того, как...
-Ну, я пошел тогда? - зачем-то спрашивает Родион.
Странный вопрос.
Какой ответ-то от меня ожидается?
"Умоляю, не уходи, любимый!"
Или: "Поехали со мной, Радичек, иначе я умру!"
-Иди, - усмехаюсь я.
Боковым зрением замечаю, как пораженно качает головой Маршал.
-И ты совсем ничего мне не скажешь? - мнется, как телёнок на привязи, Бедаев.
-Пока ты сопли жевать тут будешь, баба твоя родит, - не выдерживает Лев. - Пиздуй уже, а то Я тебе укажу направление движения!
-Беспредел, совсем менты охамели, - приговаривая себе под нос, мой муж, который всегда казался мне боевым, смелым и сильным, умеющим разговаривать с людьми и договариваться с ними, легко сдается и торопливо сбегает внутрь здания.
Последнее, что я слышу от него, это:
"Я номер тачки твоей сфоткал, встретимся в суде".
-Угу, - комментирует Лев. - Зам начальника ГАИ, на которого эта тачка оформлена, будет рад там с тобой встретиться, мудак!
Разворачивается ко мне.
-Я щас не понял. Что это было, вообще?
И этот туда же? Любовница наша оказалась дамой непонятливой - это ладно. Но чтобы и Маршал! Странно.
-Ну, что? - развожу руками. - Вот такая вот неожиданная встреча в роддоме. Я, он и наша рожающая любовница...
-Нет. Это я понял! - перебивает Лев. - Я не понял, почему Нео, которая даже в детстве умела словом наповал убить, сейчас промолчала и не объяснила придурку, какой он идиот!
Наверное, потому, что той Нео давно уже нет.
Что от нее осталось?
Обычная серая мышь, у которой каждый день жизни - точное повторение предыдущего.
Пожимаю плечами.
-Лев, подбросите меня до ближайшей гостиницы? - спрашиваю вместо ответа на его вопрос.
-Нет. Никаких гостиниц. Я тебя к себе отвезу.
-Ой, нет! Это неудобно!
-Неудобно спать на потолке. Одеяло падает. Помнишь дом моей бабули?
Это невозможно забыть!
Детьми мы там в прядки часами играли. Комнат в нём было что-то около пары-тройки десятков. А еще имелось несколько маленьких балкончиков и длинные узкие коридорчики со скрипучими полами.
Бабушка Льва происходила из старинной дворянской семьи, которая, как водится, была репрессирована, а имущество конфисковано.
Подробностей я, конечно, уже не помню за давностью лет, но в памяти всплывает, что дом этот каким-то чудом бабуле удалось вернуть уже к концу существования Советского Союза.
-Помню, конечно. Это был музей, а не дом...
-Он и сейчас таким остался. Свою половину я немного отреставрировал и перестроил. А бабулина такая и есть, какой была. Помнишь бабулю мою? Так вот до сих пор ни грамма не изменилась.
-Она жива? - ахаю я, на мгновение от радости даже забыв все свои беды.
-Живее всех живых. Недавно очередного жениха себе откопала.
-В смысле?
Ей же уже тогда... Лет далеко за шестьдесят было. А сейчас...
-Нет-нет, не боись, нарыла не в буквальном смысле. В санатории подцепила.
-А лет ей сколько?
-Девяносто в прошлом году стукнуло. Короче, всё, поехали! Никаких возражений. Выделю тебе отдельную комнату. Никому ты мешать на будешь. Ну, и дельце у меня к тебе есть. Важное... По профилю так сказать... Но об этом потом, ладно?
В ту минуту я просто радуюсь. Ну, насколько в моем положении в принципе можно радоваться, что как-то все решилось и мне не нужно думать, где переночевать. Потому что не могу я вернуться в наш дом с Бедаевым после его приказа ждать!
И, честно говоря пропускаю мимо ушей последние слова Маршала. А зря...
5 глава
-Куда едем? - с энтузиазмом спрашивает напарник Маршала, сочувственно посматривая на меня через зеркало заднего вида.
Прячу глаза, чтобы не встретиться с его взглядом. Стыдно. Стыдно, что все всё понимают. Стыдно, что именно я попала вот в такую глупую ситуацию. Стыдно, что я сейчас уязвима и несчастна и не могу этого скрыть.