Кругосветное путешествие Кузи-Музи. Книга пятая
- -
- 100%
- +
– До свидания! – Кузя-Музя помахала вслед улетавшей птичке. – Спасибо за помощь!
Колибри что-то прощебетала в ответ, но ее голосок утонул в шелесте листьев.
Колибри улетела. Кузя-Музя осталась наедине с туканом.
– И что же мне с тобой делать? – раздумывал тукан, внимательно разглядывая свою спутницу. – Летать ты не умеешь. А на своих коротких ножках ты за мной не угонишься.
– Не угонюсь, – согласилась Кузя-Музя.
– Ну и как мне с тобой быть? – продолжал тукан.
– Не знаю, – растерянно пожала плечами Кузя-Музя.
– Вот и я не знаю, – прохрипел тукан. – Хотя… – Он еще раз придирчиво осмотрел свою спутницу с ног до головы. – Я смотрю, ты ростом маленькая.
– Ну и что из этого? – обиженно проговорила Кузя-Музя. Она не любила, когда ей делали замечания по поводу ее роста.
– А это как нельзя кстати, – тукан важно расхаживал вокруг. – Я бы мог перенести тебя в своем клюве, если ты, конечно, не слишком тяжелая.
– Я не тяжелая, – заверила тукана Кузя-Музя. – Вот только…
– Что вот только? – не понял тукан.
– Вот только твой клюв выдержит ли меня?
– Мой клюв? – тукан гордо вскинул голову. – Мой клюв все выдержит. Только у меня будет одна просьба.
– Какая просьба?
– Не разговаривать со мной во время полета. Как бы я тебя ненароком не выронил.
– Хорошо. Я не буду разговаривать.
– Да… – тукан не торопился. – А высоты ты не боишься?
– Не боюсь. Полетели скорей, – Кузя-Музя подгоняла неторопливого тукана. Ей не терпелось поскорее выбраться из леса и найти хоть кого-нибудь, кто бы подсказал, как ей отыскать дорогу домой.
– Ну полетели, – тукан подхватил Кузю-Музю за шиворот, взмахнул крыльями и устремился: вверх.
Кузя-Музя не ожидала, что такая на первый взгляд неповоротливая птица может так грациозно и быстро летать. Вначале у нее закружилась голова, но вскоре это прошло. Было немного неудобно болтаться в воздухе, но выбирать не приходилось. Да и пожаловаться Кузя-Музя не могла. Помня об обещании не разговаривать, она еле сдерживалась, чтобы чего-нибудь не сказать. А тукан нес отважную путешественницу прямо к солнцу, ловко петляя среди переплетенных веток деревьев. На одном дереве Кузя-Музя заметила очень красивые цветы, которые росли прямо на ветках. Их корни свешивались с ветвей, словно длинные нити.
– Никогда не видела, чтобы растения росли прямо на деревьях, – удивлялась про себя Кузя-Музя. – И как они умудряются расти без земли? Ведь у них корни висят в воздухе. И чего только не увидишь в этой Африке! А хорошо с одной стороны, что я снова попала сюда. Ведь если бы я села в другой самолет, то никогда не увидела бы странных цветов, растущих на деревьях, не познакомилась с крохотными колибри и туканом, у которого клюв больше его самого. Хотя дома все равно лучше.
Кузя-Музя смахнула набежавшую слезинку и снова принялась разглядывать, что творилось вокруг. Вскоре они без особых приключений добрались до опушки леса. Кузю-Музю немного укачало, и она с трудом понимала, где находится.
– Ты не уснула? – спросил тукан, бережно опуская свою ношу на одну из веток.
– Разве тут уснешь, – попыталась пошутить Кузя-Музя, – когда тебя болтает из стороны в сторону.
– Ну извини, – прохрипел тукан. – Я по-другому не умею.
– Спасибо и за это, – Кузя-Музя нежно обняла птицу. – Если бы не ты, я бы и не знаю, сколько мне пришлось бы еще плутать в этом лесу.
– В джунглях, – поправил ее тукан.
– Гед? – не поняла Кузя-Музя.
– В джунглях, – повторил тукан. – Этот лес называется джунгли.
– Я запомню, – проговорила Кузя-Музя.
– Тебе туда! – тукан кивнул головой на раскинувшуюся впереди равнину. – Там тебе точно кто-нибудь подскажет, где твой дом. А мне пора возвращаться.
– А ты разве не проводишь меня дальше? – удивилась Кузя-Музя.
– Нет, – тукан отрицательно покачал головой. – Мне пора домой. Я ведь никогда не покидаю джунглей. Там моя семья. Там мой дом.
– А мой дом еще очень далеко! – грустно вздохнула Кузя-Музя.
– Надеюсь, что ты когда-нибудь попадешь к себе домой, – заверил ее тукан.
– Я тоже надеюсь, – Кузя-Музя еще раз на прощанье обняла странную птицу и стала спускаться с ветки на землю.
– Постой! – окликнул ее тукан. – Вот, возьми на дорожку.
И он протянул Кузе-Музе ветку, усыпанную красными ягодами.
– Спасибо, милый тукан, – Кузя-Музя поблагодарила птицу за заботу.
– Да не за что, – тукан щелкнул клювом. – Когда будешь в наших краях, заглядывай в гости.
– Обязательно загляну, – пообещала Кузя-Музя.
Тукан встрепенулся, взмахнул крыльями и скрылся среди деревьев. А Кузя-Музя снова продолжила свой долгий путь.
История четвертая
Кузю-Музю похищают обезьяны
Не успела отважная путешественница ступить на землю, как рядом промелькнула чья-то тень. Кузя-Музя насторожилась и замерла:
– Что бы это могло быть? – не успела подумать она, как чья-то цепкая лапа подхватила ее и потащила обратно на дерево.
Кузя-Музя пыталась сопротивляться, но это было бессмысленно. Во-первых, она рисковала упасть и разбиться. Во-вторых, лапа сжимала ее так сильно, что нельзя было и пошевелиться. От такой неожиданности Кузя-Музя даже потеряла голос. Все, что ей оставалось делать, как осознавать то, что она попала в лапы какого-то зверя, который уносит ее обратно в джунгли.
– Ну почему я такая невезучая? – тихо рыдала Кузя-Музя. – Почему мне не сидится дома? Почему я постоянно вляпываюсь в различные истории? А если этот зверь хищник? А если он меня съест? И я никогда не попаду к себе домой!
И Кузя-Музя зарыдала во весь голос. Ее похититель не ожидал, что от такого маленького создания может быть столько шуму, и на мгновение ослабил свою лапу. Кузя-Музя тут же забыла про слезы и, воспользовавшись заминкой зверя, выскочила из цепких объятий. Но убежать далеко ей не удалось. Похититель, заметив, что его жертва ускользнула от него, тут же бросился вдогонку. Кузя-Музя не успела сделать и двух шагов, как снова оказалась в цепких лапах зверя.
– Да что тебе от меня нужно? – завопила она, не желая сдаваться. – Что ты ко мне прицепился? Если хочешь меня съесть, то ешь сразу! А нет, так отпусти!
Кузя-Музя вопила так громко, что зверь не на шутку перепугался. Он разжал лапу, но вместо того, чтобы отпустить, усадил свою жертву на ветку на вершине одного из деревьев. Кузя-Музя перестала вопить и, чтобы не свалиться, покрепче ухватилась за ветку, которая раскачивалась из стороны в сторону при малейшем дуновении ветерка. Хотя на такой высоте даже легкий порыв ветра казался для крошечной Кузи-Музи сильнейшим ураганом. А ее похититель совершенно не обращал никакого внимания ни на ветер, ни на раскачивающиеся ветки. Спокойно, словно это была твердая почва, он перепрыгивал с ветки на ветку, пытаясь получше разглядеть невиданное ранее существо. Вокруг него раскачивались на ветках такие же звери, и с любопытством косились на Кузю-Музю, которая также не без интереса разглядывала своих похитителей. У них были длинные лапы и длинные хвосты. Их морды смахивали на человеческие лица, и если бы не густая шерсть, то можно было бы подумать, что это были человеческие детеныши. Они сидели на задних лапах, тыкали пальцами в сторону неизвестного существа и о чем-то переговаривались. Казалось, что они совершенно не собираются причинить ей никакого вреда. Кузя-Музя немножко осмелела и потихоньку стала спускаться вниз. Заметив, что их гостья собирается сбежать, звери подняли крик. Кузя-Музя поспешила вернуться на свое место.
– Что вы от меня хотите? – возмущалась маленькая путешественница.
– Ничего, – ответил похититель. Это были первые слова, которые Кузя-Музя услышала от своего мучителя.
– Ну тогда я пойду, – Кузя-Музя снова попыталась спуститься вниз, но ее стремление тут же усмирила оскаленная пасть.
– Если вы от меня ничего не хотите, – продолжала возмущаться Кузя-Музя, – то почему вы меня не отпускаете?
– Потому что ты знаешь, где мы живем.
– Ну и что из этого? – удивилась Кузя-Музя.
– Ты можешь кому-нибудь рассказать.
– Кому я могу рассказать? – недоумевала Кузя-Музя.
– Ягуару, – последовал ответ. – Или еще кому-нибудь.
– Ну, во-первых, – стала возражать Кузя-Музя, – с ягуаром я не знакома. А во-вторых, я не собираюсь никому о вас рассказывать. Ведь я совершенно не знаю, кто вы такие!
– Кто мы такие! – запищали звери и запрыгали по веткам. – Слышали? Она не знает, кто мы такие! Да нас в джунглях все знают! Кто не знает нас мартышек? Нас все знают!
Мартышки так громко кричали, что Кузя-Музя заткнула уши, чтобы не слышать их воплей. Но это ей не помогло. Мартышки продолжали вопить и перепрыгивать с ветки на ветку. Но вскоре им это надоело и они, немного угомонившись, снова принялись с любопытством рассматривать нежданную гостью. При этом они постоянно норовили ущипнуть ее и попробовать на вкус. Кузе-Музе была не в восторге от такого обращения, но она ничего не могла поделать. Она была пленницей этих ужасных и неугомонных зверей. И ей ничего не оставалось делать, как ждать, когда мартышкам надоест эта игра, и они оставят ее в покое. Кузя-Музя прекрасно понимала, что мартышки не собираются ее есть, и выжидала время, когда ее отпустят. Но мартышки не собирались ее никуда отпускать. Они подхватили ее и, передавая друг дружке, устремились в глубь джунглей. Там, отыскав в одном из деревьев дупло, они посадили в него бедную Кузю-Музю.
– Сиди здесь! – строго сказала мартышка, похитившая Кузю-Музю. – А если попробуешь убежать, я тебя укушу!
– Что вам от меня нужно? – зашмыгала носом Кузя-Музя. – Я ведь вам ничего плохого не сделала. Отпустите меня, пожалуйста.
– Вот еще! – мартышка оскалила зубы. – Ты будешь теперь жить с нами.
– Я есть хочу! – причитала пленница. – Я домой хочу!
– Можешь забыть о доме! – сердито проворчала мартышка. – А поесть я тебе сейчас принесу.
С этими словами она перепрыгнула на соседнее дерево и скрылась среди листвы. Кузя-Музя, воспользовавшись отлучкой своего надзирателя, решила бежать, но едва она высунулась из дупла, как столкнулась с оскаленной мордой. Старшая мартышка оставила у дупла надежную охрану. Все мысли о побеге оказались напрасными. Кузя-Музя снова скрылась в дупле. Через несколько минут вернулась похитительница. Она бросила в дупло несколько ягод и какой-то странный фрукт.
– Вот! – проворчала она. – Ешь!
– Спасибо, – сквозь слезы проговорила Кузя-Музя и снова обратилась к своей похитительнице с уговорами. – А может, вы меня все-таки отпустите? Я точно никому о вас не расскажу.
– И не думай об этом! – недовольно воскликнула мартышка. – Ты будешь жить здесь! Вместе с нами.
Она показала Кузе-Музе свои острые клыки, перепрыгнула на соседнее дерево и, дав указания сторожам, ускакала прочь.
Кузя-Музя осталась одна. Она попробовала поговорить со своими надзирателями, но те только недоуменно смотрели на пленницу и о чем-то загадочно перешептывались. Кузя-Музя рискнула покинуть место своего заточения, но сторожа, боясь ослушаться приказания старшей мартышки, злобно скалили зубы. И Кузе-Музе ничего не оставалось делать, как смириться со своей судьбой. Она устроилась поудобнее на дне дупла и принялась за угощение. Ягоды оказались кислыми и незрелыми, а необычный фрукт пришелся Кузе-Музе по вкусу. Она и не заметила, как съела его целиком. Вместе с кожурой.
Когда с едой было покончено, Кузя-Музя стала осматривать дупло. Оно было довольно просторным и уютным. Его дно было выстлано мягким мхом и сухими листьями. Единственное неудобство было то, что в дупле было слишком темно. Наружный свет не проникал сюда, и поэтому Кузя-Музя могла видеть только на пару шагов вокруг себя. Но ее это не пугало. Ее больше волновало ее непредвиденное заточение. И она думала только о том, как поскорее отсюда вырваться.
Наступал вечер. Гул джунглей понемногу стихал. На смену дневным звукам пришли вечерние. В дупле стало еще темнее. Прислушиваясь к звукам, доносившимся снаружи, Кузя-Музя ждала, когда ее сторожа уснут или куда-нибудь уйдут, чтобы вырваться из своего заточений. Вот, наконец, звуки утихли, и Кузя-Музя отважилась подойти к выходу. Но не успела она сделать и пару шагов, как наткнулась на что-то мягкое. От неожиданности она громко вскрикнула. И тут же перед ней появились два больших светящихся глаза, которые пристально смотрели на нее. Кузя-Музя опешила и совершенно забыла, где находится.
– Филин! – радостно закричала она. – Наконец-то я тебя нашла!
– Я не филин, – послышался в ответ чей-то пронзительный голос.
– Как это не филин? – Кузя-Музя недоуменно захлопала глазами.
– Я потто, – ответил обладатель светящихся глаз.
– Потто? – разочарованно повторила Кузя-Музя. – Значит, я все еще в джунглях?
– А где же еще; – глаза с удивлением разглядывали незнакомое создание. – А ты что делаешь в моем дупле?
– Меня сюда, засадили противные мартышки, – пожаловалась Кузя-Музя. Ее глаза постепенно привыкали к темноте, и она смогла разглядеть обладателя странных глаз. Это был небольшой зверек, похожий одновременно и на мартышку и на кошку. У него были большие глаза и громкий голос.
– Опять эти мартышки! – недовольно пробурчал потто. – Вечно они лезут, куда их не просят. От них только одни проблемы.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.