- -
- 100%
- +
© Дмитрий Кудрец, 2023
ISBN 978-5-4493-8995-4
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Горничная госпожи Брийе
– Ненавижу оперу! – недовольно проворчал Вернье, пытаясь высвободить шею от жесткого галстука. – И с чего это только генералу вздумалось затащить нас сюда?
Комиссар бросил презрительный взгляд на золоченые ложи, обитые кроваво-красным бархатом, неторопливо заполняемые разряженными дамами в сопровождении чопорных кавалеров.
– Просто генерал решил таким образом выразить свою благодарность, – пояснил помощник комиссара Жиль, высматривая среди пестрой толпы знакомые лица. – Ведь вы так удачно раскрыли дело с исчезновением его племянницы. Вот он и…
– Благодарность! – вскипел Вернье, не дав Жилю закончить фразу. – Очень мне нужна его благодарность!
– Я бы на вашем месте не высказывался столь громко, – Жиль заметил у входа генерала Айзенка.
– Как хочу, так и высказываюсь! – гремел Вернье, не обращая внимания на косые взгляды соседей. – Вы можете тут оставаться, сколько вам угодно, а я ухожу!
– Но что я скажу генералу? – Жиль пытался удержать комиссара на месте.
– Придумайте, что хотите! – Вернье рванул к выходу. – Срочное дело! Убийство! Ограбление! Понос, в конце концов!
Вернье резко повернулся и столкнулся нос к носу с генералом.
– Господин комиссар! – Айзенк натянуто улыбался. – Я рад, что вы приняли мое приглашение.
– Что не скажешь обо мне, – пробурчал под нос Вернье.
– Вы что-то сказали? – не меняя интонации, переспросил генерал.
– Так, – Вернье, несмотря на свой взрывной характер, не осмелился перечить начальству. – Всегда мечтал побывать в опере.
– Надеюсь, вам понравится спектакль, – генерал явно ощущал свое превосходство. – Но не буду вас больше беспокоить. Уже дали третий звонок, а мне еще нужно успеть занять свое место. Приятного просмотра, господа.
Генерал еще раз натянуто улыбнулся и направился в свою ложу. Вернье ничего не оставалось, как вернуться назад.
– Дело уже закончено? – сострил Жиль.
– Черт возьми! – раздраженно пробухтел Вернье. – Генерал словно чувствовал, что я хочу смыться! Но ничего не поделаешь. Придется мучиться.
Свет погас, оркестр заиграл увертюру. Присутствующие затаили дыхание, и только комиссар не мог никак угомониться.
– Понять не могу, – шипел он, пытаясь поудобнее пристроиться в кресле, явно не рассчитанном на его габариты. – Как можно смотреть спектакль, в котором не говорят ни слова?
– В опере поют, – прошептал Жиль, не отрывая восторженного взгляда от сцены.
– Поют! – не унимался комиссар. – Да я не понимаю ни одного слова!
– Они поют на итальянском. Слушайте музыку.
– Эту тягомотину вы называете музыкой? – скрипел комиссар.
– У каждого свой вкус.
– Свою жену вы почему-то с собой не взяли! – Вернье решил отыграться на своем помощнике.
– Она разделяет вашу симпатию к опере, – улыбнулся Жиль.
– По-крайней мере у нее есть выбор, – стенал Вернье.
Сидящие рядом стали злобно шикать.
– Не мешайте смотреть! Нельзя ли потише! Ведите себя прилично! Господа, вы не на базаре!
– Как скажете, – комиссару не хотелось выглядеть в глазах окружающих полным невеждой и невоспитанным типом, и он затих1. А чтобы хоть как-то убить время, он стал бесцеремонно разглядывать зрителей, похожих друг на друга как две капли воды. Мужчины в одинаковых черных фраках и ослепительно белоснежных манишках. Женщины в одинаковых откровенных вечерних нарядах, отличавшихся разве что цветом, качеством ткани и количеством украшений. Больше всех в этой пестрой безликой массе выделалась расфуфыренная старуха, сидевшая в ложе напротив генерала. Создавалось такое впечатление, что она нацепила на себя не только все свои украшения, но и елочные гирлянды. Облако страусовых перьев, ворох кружев и бесчисленное количество лент дополняли ее несуразное одеяние.
– Занятная дама, – ухмыльнулся комиссар. – Одна заняла целую ложу.
– Она может себе это позволить, – заметил Жиль.
– Вы на что это намекаете?
– Ведь это госпожа Брийе!
– Ну и что из этого? – возмущенно пробормотал комиссар.
– Как? – недоуменно прошептал Жиль. – Вы не знаете кто такая госпожа Брийе?
– Я не обязан знать всех! – насупился комиссар.
– Но это же госпожа Брийе! – Жиль отвлекся от представления и переключился на старуху. – Она самая богатая дама в нашем городе. У нее одно состояние оценивается в несколько миллионов. В последнее время, правда, о ней никто не слышал. Даже подумывали, что она умерла. А около месяца назад она снова стала появляться на публике. Мало того, она стала напропалую тратить свое состояние. Чуть ли не оптом скупает украшения, платья, картины и всяческие ценные безделушки.
– Что тут такого? – Вернье недоуменно пожал плечами. – Старуха решила перед смертью наверстать упущенное. У нее есть наследники?
– Нет. Она одинока. Живет в загородном доме с горничной.
– И откуда вы все это знаете? – комиссар недоверчиво посмотрел на своего помощника.
– Мне об этом рассказала моя жена, – пояснил Жиль.
– От женщин, оказывается, иногда можно узнать больше чем из газет, – хмыкнул Вернье.
На соседних креслах снова зашикали.
– Ну сколько можно! Вы же мешаете!
Вернье тяжело засопел. Он хотел что-то добавить, но Жиль, отвлекшись от разговора, снова обратил свой взгляд на сцену.
Комиссар нервно заерзал на стуле. Звуки музыки для него были как нож по стеклу.
– Как бы досидеть до антракта? – тоскливо вздыхал он. – Там можно будет попробовать незаметно улизнуть.
В это время взгляд комиссара упал на появившегося у одного из выходов полицейского. Он что-то сказал билетеру и тот, беспрестанно извиняясь и пригибаясь как можно ниже, стал пробираться между рядами, направляясь прямо к комиссару.
– Срочное дело, господин комиссар, – зашептал билетер на ухо Вернье.
– Какое дело? – Вернье оживился.
– Я не знаю, – билетер растерянно развел руками. – Но меня просили передать, чтобы вы срочно приехали. Кажется, в парке нашли чей-то труп.
Вернье довольно потер руки. Разумеется, весть о трупе его не обрадовала, но, по крайней мере, это неожиданное происшествие избавило его от пытки классической музыкой.
Учтиво извинившись и кивнув головой генералу, комиссар проследовал за билетером.
– Мне пойти с вами? – Жиль привстал на своем месте.
– О, нет! – комиссар охладил пыл своего помощника. – Не стоит. Наслаждайтесь оперой.
И Вернье с наслаждением покинул зрительный зал.
В фойе его поджидал тот же полицейский.
– Ну! – срывая с шеи злополучный галстук, проговорил комиссар. – Что там за труп?
– Я точно не знаю, – полицейский пожал плечами. – Какой-то господин гулял с собакой, она и откопала труп.
– Дожили! – прогремел комиссар, выходя на улицу. – Уже собаки начали разыскивать трупы. А что будет дальше?
Полицейский недоуменно хлопал глазами, едва поспевая за комиссаром.
– Тело опознали?
– Я не знаю, – растерянно пробормотал полицейский.
– А что вы вообще знаете! – рассерженно вскричал комиссар, закуривая вонючую сигарету. – Черт возьми! С кем приходится работать! Ну? Чего ждем? Поехали!
Вернье шлепнулся на заднее сиденье стоявшей возле крыльца машины. Полицейский сел за руль, и автомобиль тронулся с места. Комиссар дымил сигаретой и всю дорогу брюзжал себе под нос:
– Отвратительный вечер! Сначала генерал со своей оперой! Потом этот пустоголовый болван в форме, – Вернье имел ввиду присланного за ним полицейского. – И еще собака с трупом! Я не удивлюсь, если на мою голову свалится еще что-нибудь. Ну, скоро мы приедем?
– Уже приехали, – полицейский бережно притормозил на одной из аллей парка.
Вернье толкнул дверцу и вышел из машины. У сиреневых кустов, которыми была обсажена аллея, собралась толпа зевак, которую тщетно пытались разогнать несколько полицейских.
– Ну! – прорычал Вернье, поворачиваясь к толпе. – Что тут произошло?
– Что произошло? – к комиссару подскочил невысокий пожилой человечек с таксой на длинном поводке. – Я вам сейчас все разъясню. Дело в том, что я гулял с собакой. Я всегда гуляю по вечерам с Линдой. Так зовут мою собаку. Она хоть и не породистая, но очень сообразительная и умная. Она хоть и не разговаривает, но прекрасно все понимает.
– Короче! – рявкнул комиссар, не в силах выносить пустую болтовню господина с таксой. – Что вы нашли?
– Это не я нашел, а Линда нашла, – человечек был огорошен таким обращением. – Она побежала в кустики по своим делам, стала рыть, и я увидел труп. Вот и все.
– Занятное дельце! – комиссар выплюнул сигарету, и направился к склонившемуся над трупом эксперту. Толпа послушно расступилась, освобождая проход комиссару.
– Что скажете? – брезгливо морщась, комиссар обратился к эксперту.
– Тело зарыли около месяца назад, – механически проговорил эксперт, выпрямляясь и стягивая с рук резиновые перчатки. – Следов насильственной смерти не обнаружено. Скорее всего, старуха умерла своей смертью.
– Своей смертью! – хмыкнул Вернье. – И сама зарыла себя в парке?
Эксперт только пожал плечами.
Вернье бросил беглый взгляд на труп. Это была пожилая женщина в ночной сорочке. Седые растрепанные волосы. Костлявые, распухшие от артрита руки. Черты лица неопределенные. Она пролежала в земле довольно длительное время, что и дало отпечаток на ее внешний вид. Но то, что от нее осталось Вернье показалось довольно знакомым.
– Что еще удалось узнать? – комиссара начало немного мутить, и он закурил. – Личность установили?
– Пока нет, – эксперт отрицательно покачал головой.
– Соседей опросили?
– Опросили, – кивнул эксперт. – Но никто ничего не видел.
– Как всегда, – недовольно промычал комиссар. – Никто ничего не видел, никто ничего не знает. Но бог с ним! Все равно до утра мы ничего не выясним. Так что подождем до утра.
– Подождем, – согласился эксперт.
Вернье выплюнул недокуренную сигарету и зашагал к машине. По дороге он успел окинуть взглядом раскинувшиеся вокруг парка шикарные виллы.
– И откуда только у людей берутся деньги, чтобы строить такие особняки? – озлобленно проворчал он, плюхаясь на заднее сиденье.
Полицейский, привезший комиссара в парк, ничего не ответил.
– Домой! – приказал Вернье, хлопая дверцей.
Мотор жалобно зарычал, и машина неспешно покатилась по полутемным улицам.
Наутро, едва переступив порог своего кабинета, комиссар с ехидной ухмылкой подошел к возившемся с бумагами Жилю.
– Ну? – поинтересовался он у своего помощника. – Как опера?
– Превосходно, – ответил Жиль, не отрываясь от бумаг. – А как труп?
– Труп? – как-то растерянно переспросил Вернье. – Кстати о трупе. Бросайте свои бумаги и ступайте в морг.
– В морг? – лицо у Жиля вытянулось.
– Ну да, – Вернье плюхнулся в свое кресло и задымил. – Мне нужны результаты вскрытия, чтобы раз и навсегда покончить с этим делом.
– Делом? – лицо Жиля вытянулось еще больше.
– Ах да! – Вернье хлопнул себя по лбу. – Вы же еще ничего не знаете! Вчера какой-то господин с собакой нашел в парке труп какой-то старухи.
– Это для этого вас вчера вызвали со спектакля? – Жиль начал догадываться, о чем говорит комиссар.
– Ну разумеется! – рявкнул Вернье. – Ну? Что вы стоите как истукан? Ступайте в морг! Я не собираюсь ждать до вечера!
Жиль аккуратно сложил бумаги в стопку и вышел за дверь.
Вернье вылез из своего кресла и, размышляя о вчерашнем событии, стал неторопливо расхаживать по кабинету.
– Где его черти носят? – бурчал комиссар намекая на то, что Жиля долго нет. – Вечно он где-то копается!
Дверь скрипнула. В дверях показался Жиль.
– Ну наконец-то! – прогремел комиссар и снова шлепнулся в кресло. – Ну, чем порадуют нас коллеги? Что показало вскрытие?
– Вот, – Жиль протянул Вернье листок бумаги. – Ничего особенного. Женщина лет семидесяти. Умерла своей смертью. Правда, эксперт сказал, что сейчас об этом судить сложно.
– Вы это о чем? – Вернье нахмурил брови.
– Они не исключают возможности убийства. За такое время яд мог улетучиться. А следы удушья исчезнуть. Ведь тело пролежало в земле больше месяца.
– Вот в этом-то и вся загвоздка! – Вернье стал нервно барабанить пальцами по столу. – Кто-то ведь закопал эту старуху. Не сама же она себя зарыла. Личность установили?
– Пока нет, – Жиль растерянно пожал плечами. – Но они над этим работают.
– Работают! – Вернье перестал барабанить и вскочил с кресла. – Вызовите машину, Жиль!
– Машину? – неуверенно переспросил помощник.
– Ну да! – Вернье рванулся к двери. – И вообще! Вы сегодня, словно не в себе. Вам все приходится повторять два раза! Или это опера на вас так повлияла? Ну? Чего вы ждете?
– Мы куда-то едем? – осторожно, чтобы не вызвать гнева начальника, поинтересовался Жиль.
– Ну да! – рявкнул Вернье. – Мы же должны осмотреть место происшествия. Да к тому же еще раз нужно опросить соседей. Может они что-то видели?
Через несколько минут Вернье с Жилем оказались на месте вчерашних событий. Ночью прошел дождь, и разыскать хоть какие-то следы в грязном месиве не представлялось возможности. Опрос соседей тоже не дал никаких результатов. Никто ничего не видел. Никто ничего не слышал. А о произошедшем все узнали из утренних газет. Вернье уже начал терять самообладание и невозмутимость.
– Черт возьми! – кипел комиссар. – Просто сонное царство! Такое впечатление, что они все находятся в коме или все замешаны в этом преступлении. Но не на того они нарвались! Комиссар Вернье им еще покажет что почем! Жиль! Где вы там застряли? Я не собираюсь торчать тут всю жизнь! Сколько у нас еще домов осталось?
– Еще один, – уныло протянул Жиль.
– Хорошо! Но если и тут никто ничего не слышал, то я отказываюсь от этого дела! Пусть им занимается кто-либо другой. А меня увольте. Кстати, Жиль, чей это дом?
– Госпожи Брийе, – равнодушно ответил помощник, которому не меньше комиссара надоело шляться по домам. – Помните, я вам о ней рассказывал.
– Госпожи Брийе? – комиссар оживился. – Это не та ли старуха, которой не терпится спустить свои миллионы?
– Она самая.
– Что ж! – комиссар воодушевился. – Поговорим и с ней. Нутром чую, что эта старая кляча что-нибудь знает. Такие старухи только и делают, что подглядывают за соседями, чтобы хорошенечко им насолить.
Вернье бесцеремонно постучал ногой в дверь стоявшего на отшибе особняка. Дверь открыла молоденькая девушка. При виде двух мужчин она немного смутилась.
– Госпожи Брийе нет дома, – опустив глаза, прощебетала девушка.
– А с чего вы взяли, что мы пришли именно к ней? – насторожился комиссар.
Девушка растерянно пожала плечами и глупо улыбнулась.
– Было бы довольно занятно, если бы пришли к ее горничной, – девушка держалась довольно уверенно.
– Так вы ее горничная? – Вернье оценивающе окинул взглядом девушку.
Она была довольно хорошо сложена. Не красавица, но довольно симпатичная. Скромная, но с характером.
– Скажите, – Вернье напрочь забыл о старухе и стал расспрашивать горничную. – Вы слышали о том, что вчера в вашем парке нашли тело?
– Да, – спокойно ответила девушка. – Слышала.
– И что вы можете сказать?
– Ничего, – девушка снова пожала плечами. – Только то, что слышала. Нашли тело старухи, которую не то убили, не то отравили. Вот и все.
– Негусто, – промычал под нос Вернье.
– Моя хозяйка, – словно оправдываясь, продолжала девушка. – Моя хозяйка и я мало общаемся с соседями.
– А вы не могли бы припомнить, – Вернье не покидала надежда отыскать хоть одну зацепку. – Около месяца назад. Не видели ли вы кого-нибудь подозрительного?
– Нет, – девушка отрицательно покачала головой. – Этот район слишком спокойный, можно даже сказать сонный. Если здесь и появляется какой-нибудь чужой человек – это становится всеобщим событием. Извините, но я ничем не могу вам помочь.
– А ваша хозяйка? – Вернье не торопился уходить. – Может она что-либо знает или видела?
– Вряд ли, – девушка начала немного нервничать и старалась поскорее закончить разговор. – Моя хозяйка ведет довольно затворнический образ жизни и почти ни с кем не общается.
Вернье ухмыльнулся. Вчерашнее появление госпожи Брийе в театре говорило об обратном.
– А можно мы подождем ее? – Вернье намеревался войти в дом, но девушка преградила ему путь.
– Боюсь, вам придется долго ждать. Она уехала в гости и вернется только через пару дней.
– И она не боится вас оставлять здесь? – Вернье своим пронзительным взглядом пытался заглянуть в дом, но девушка намеренно или ненароком препятствовала ему.
– Она мне вполне доверяет, – тихо, но вполне уверенно проговорила она. – Я у нее не только горничная, но и стража, если хотите.
– Ладно! – Вернье оставил безрезультатную попытку пройти в дом и поговорить с хозяйкой. – Заглянем завтра.
– Как вам будет угодно, – девушка захлопнула дверь перед носом у комиссара.
– Нет! – возмущенно пыхтел комиссар, усаживаясь в машину. – Простая горничная, а ведет себя, словно она сама хозяйка этого дома!
– Общение с такими особами, как госпожа Брийе, – пояснил Жиль, – накладывает свой отпечаток на поведение.
– Вам то откуда знать? – недовольно бросил Вернье. – Или вам об этом тоже сказала ваша жена? Похоже, что она не только все решает за вас, но и думает.
Жиль ничего не ответил.
До участка ехали молча. Вернье дымил неизменной вонючей сигаретой, что-то бормоча себе под нос. Жиль, обидевшись на заявление комиссара, тупо смотрел в окно.
Подъезжая к участку, Жиль машинально посмотрел на часы. Рабочий день уже давно закончился.
– До свидания, господин комиссар, – учтиво проговорил Жиль выходя из машины.
– Как до свидания? – взревел Вернье. – Вы что? Собираетесь домой?
– Господин комиссар, не кажется ли вам, – как можно спокойнее произнес Жиль, – что рабочий день уже закончился?
– Что? – зарычал комиссар. – Рабочий день еще не начинался! У нас есть труп, о котором ничего не известно! Есть труп, и нет ни одной зацепки! А вы собираетесь домой! Хотя, можете уходить! Мне не нужны такие помощники! Я справлюсь и сам!
Жиль тяжело вздохнул, и поплелся вслед за негодующим комиссаром в участок. Вернье, не заходя в свой кабинет, направился к экспертам.
– Неужели они еще работают? – Жиль тоскливо посматривал на часы. – Хотя, куда им торопиться? Ведь у них нет жены, которая волнуется и переживает.
И чтобы хоть как-то убить время, Жиль принялся перекладывать бумаги. Прошло полчаса. Час. Вернье не возвращался. Жиль давно уже закончил с бумагами и тупо смотрел в потолок. Прошло еще полчаса. Вернье все еще не было. Жиль начал терять терпение. Хотелось плюнуть на все и уйти. Но, зная суровый нрав комиссара, он не решался на такой отчаянный поступок. Но и торчать всю ночь в пустом кабинете у него не было никакого желания.
– Еще десять минут, – решил Жиль, – и я иду домой. И пусть Вернье завтра делает со мной что хочет. Пусть даже увольняет. Мне уже все равно.
И тут в кабинет ввалился комиссар.
– Как? – удивленно воскликнул Вернье при виде скучающего Жиля. – Вы еще здесь? Разве рабочий день не кончился?
– Но… – Жиль пытался что-то сказать в свое оправдание, но комиссар его не слушал.
– Вам что дома нечем заняться? – гремел он. – Ступайте домой! К жене. За то, что вы здесь сидите, вам все равно больше не заплатят. Да и какой пример вы подаете остальным?
– А вы? – Жиль медленно встал из-за стола и направился к двери.
– А меня дома никто не ждет, – Вернье шумно вздохнул. – Да и у меня появилось кое-какое дельце.
– А что с телом? – Жиль остановился у двери, не решаясь покинуть кабинет. – Что-нибудь удалось узнать?
– Повторный анализ показал, закуривая, прогудел Вернье, – что старуха умерла своей смертью.
– Это плохо, – озабоченно произнес Жиль. – Будь она убита, было бы легче выйти на след преступника. Но кому понадобилось скрывать смерть старухи?
– Не знаю, – Вернье хотелось поскорее распрощаться со своим помощником, но тот не торопился.
– Личность установили?
– Да, – Вернье понял, что Жиль так просто не уйдет. – Это госпожа Брийе.
– Как? – изумленно воскликнул Жиль. – Вы сказали госпожа Брийе? Вы уверены?
– Абсолютно.
– Но мы же видели ее вчера в опере! – недоумевал помощник. – Возможно, эксперты что-нибудь напутали? Что вы на это скажете?
– Не знаю, – еле сдерживаясь, процедил Вернье. – Завтра мы это выясним. А теперь ступайте домой. И никаких возражений. Мне не нужны не выспавшиеся работники.
Жиль понял, что перечить бессмысленно и, распрощавшись с комиссаром, отправился домой.
Едва дождавшись, пока Жиль покинет участок, Вернье выскочил из кабинета и, вызвав машину и наряд полиции, вновь отправился к дому госпожи Брийе.
У дома старухи стояло такси.
– Вы куда-то уезжаете? – Вернье преградил дорогу горничной, вышедшей из дома с чемоданом в руках.
– Да, – девушка была поражена неожиданным появлением комиссара в сопровождении эскорта полицейских. – Госпожа приказала привезти ее вещи.
– Вот как? – Вернье недоверчиво окинул взглядом гору коробок и чемоданов.
– Вы понимаете, – залепетала девушка. – Богатые со своими странностями, со своими заморочками. Сегодня они хотят одно, завтра – другое. Сегодня их тянет в Париж, а завтра в Лондон.
– Понимаю, – Вернье сочувственно вздохнул.
– А мы люди подневольные, – продолжала оправдываться девушка. – Нам что велят, то мы и должны выполнять.
– Да-да, конечно, – согласительно кивнул комиссар.
– Вы же знаете, как сейчас трудно устроиться на приличную работу.
– Разумеется.
– Как трудно найти приличное жалованье.
– Послушайте, – Вернье решил перевести разговор на другую тему. – Неужели вашей хозяйке понадобятся все эти вещи? Такое впечатление, словно вы собираетесь переезжать, а не гостить пару дней.
– Гостить? – девушка непонимающе захлопала глазами.
– Ну да. Ведь вы сами говорили, что ваша хозяйка уехала в гости.
– Ах да! – девушка натянуто улыбнулась. – Как же я могла об этом забыть!
– Странно, – Вернье явно что-то подозревал. – Разве можно забыть, что ваша хозяйка находится в гостях?
– Я совершенно завертелась с хозяйством, – снова начала оправдываться девушка. – Тут еще это тело в парке. И этот непредвиденный отъезд.
– Но несколько часов назад вы утверждали, что ваша хозяйка собиралась вернуться домой через пару дней.
– Она передумала, – девушка сменила тон. – Позвонила. Сказала, чтобы я собрала вещи и привезла их ей. У богатых свои прихоти.
– Ну-ну, – Вернье ехидно усмехнулся.
– Можете язвить сколько вам угодно, – девушка шагнула к машине. – Но я не собираюсь вас больше слушать. Мне пора ехать.
– Это если я вам разрешу.
– Вот как? – девушка ухмыльнулась. – С каких это пор нужно спрашивать разрешение на отъезд у полиции? Или вы меня в чем-то обвиняете?
– Вы сами это сказали.
– Вот как? И в чем же вы меня обвиняете? В убийстве? Краже или еще в чем-нибудь?
– Ни в том и ни в другом, – Вернье был на редкость любезен и спокоен. – Но с вашим отъездом я бы повременил. До выяснения обстоятельств смерти вашей хозяйки – госпожи Брийе.
– С чего вы взяли, что она мертва? – девушка держалась смело, даже несколько вызывающе.
– Это ее тело обнаружили вчера в парке.
– И у вас есть доказательства?
– Есть. И не одно. Так что прошу вас проследовать вместе с нами в полицейский участок.
– Но меня ждет такси.
– С такси мы уладим, – Вернье галантно взял под руку девушку и повел ее к полицейской машине.
– Как бы вам не пришлось извиняться, господин комиссар, – насмешливо проговорила девушка.
– Я это переживу, – в тон девушке ответил Вернье.
– А мне что с этим делать? – таксист недоуменно кивнул на забитый свертками и пакетами багажник.
– Следуйте за нами, – приказал Вернье. – Там разберемся.
И кортеж во главе с комиссаром направился к полицейскому участку.
Наутро Жиль застал своего шефа в приподнятом настроении. Вернье расхаживал по кабинету и, попыхивая сигаретой, что-то бормотал себе под нос.
– А! – протянул комиссар, едва Жиль переступил порог. – Вот и вы! Как спалось? Как поживает ваша жена? Надеюсь, она не очень на вас бранилась, что я вас вчера задержал? Передайте ей мои извинения.
Жиль недоуменно застыл у двери.
– Черт возьми! – продолжал комиссар. – Оказывается и от оперы есть своя польза. Ведь если бы вы не затащили меня туда, то, возможно, эта дурацкая история с госпожой Брийе не была бы столь быстро раскрыта.