Интроверт. Остаться собой

Поначалу на Земле всё шло хорошо. Фильтры для скафандров, питание и боеприпасы регулярно доставлялись с нескольких десантно-транспортных челноков, обосновавшихся на поверхности. Их грузовые отсеки были до верху забиты всем необходимым для существования декаподов на чужой планете. Однако после того, как основные силы флота Аменсалы оказались уничтожены единственным кораблём, захваченным людьми, ситуация начала стремительно выходить из-под контроля. Торус потребовал срочно отправить подкрепление с Земли. Для этого практически все истребители и челноки с личным составом на борту поднялись по тревоге и устремились на орбиту. Предполагалось, что десантники, переброшенные на флагманский крейсер, смогут усилить его огневую мощь и помогут при абордаже. Кроме того, многие из бойцов участвовали в космических сражениях в качестве пилотов истребителей или стрелков, что также могло пригодиться. Однако всё сложилось иначе.

После того, как захваченный людьми истребитель скрылся в гиперпространстве, командующий Торус пришёл в сущее бешенство. Мало того, что этот маленький кораблик с повреждёнными щитами стал причиной гибели нескольких звеньев истребителей, так он ещё смог перехватить их переговоры, которые никто не удосужился зашифровать. В тот момент всё это никак не укладывалось в огромной голове Торуса, кожа на которой ежесекундно меняла цвет с бледно-розового на ярко-красный и обратно. Мощные щупальца генерала то и дело нервно подёргивались и никак не могли занять удобное положение. В таком состоянии Торус впервые позволил себе находиться при посторонних, но это уже не имело большого значения. По сравнению с наказанием, ожидавшим его самого и всех участников операции, всё казалось неважным.

Подчинённые в ужасе смотрели на своего взбешённого начальника и обречённо ждали последствий, благоразумно стараясь держаться подальше. Генерал Торус, казалось, немного успокоился тогда и даже взял под контроль свои вибрирующие щупальца. Кожа на его голове покрылась огромными пятнами различных оттенков красного, а квадратные зрачки казались настолько огромными, что при желании могли вместить в себя кого-нибудь из съёжившихся военных. Торус переместился к пульту управления бортовым оружием и зачем-то занёс ведущее щупальце над огневым сенсором.

– Осторожно, генерал! Вы можете попасть в…, – только и успел пролепетать офицер.

– Молчать! – прервал его Торус и свободным щупальцем с лёгкостью отбросил его на несколько метров. – Может быть именно это я и собираюсь сделать. Потому что такие безмозглые подчинённые, как вы, понимают лишь этот язык.

Генерал Торус опустил ведущее щупальце на сенсор. В то же мгновение крейсер содрогнулся от залпа из всего бортового оружия. Когда присутствовавшие в капитанской рубке поднялись с пола и посмотрели в панорамное окно, то увидели там лишь обломки нескольких десантно-транспортных челноков и истребителей, которые превратились в космический мусор.

* * *

Весельчак никак не мог простить себе того, что Полина осталась снаружи. Как это вышло, он толком даже не понял. Она вроде бы замыкала колонну и прикрывала её с тыла. Ещё подгоняла всех своим тихим, но властным голосом. Они с Мотором тащили на себе раненых и слегка оторвались, а командир напротив задержалась. Потом обстрел резко усилился, и пришлось прибавить шагу. Расположение дизельной было известно лишь Мотору, который шёл первым. Поначалу он двигался очень медленно. С Медведем на спине по-другому не получалось.

Затем Весельчак запнулся обо что-то тяжёлое, лежащее на бетонном полу и подозрительно напоминающее разгрузку с металлическими коробками. После этого движение колонны ускорилось, а звуки выстрелов стали удаляться. Полина куда-то запропастилась. Однако все надеялись, что вскоре она нагонит колонну.

Весельчак едва поспевал за своим боевым товарищем, изо всех сил стараясь не отставать. Молчунья, несмотря на миниатюрность создавала определённые проблемы. Теряя сознание, она намертво вцепилась в свою винтовку и не выпускала её из рук до сих пор. Сначала это показалось Весельчаку довольно забавным. Однако потом он сполна прочувствовал на себе все проблемы от мёртвой хватки снайпера. Во время движения то ствол, то приклад СВД цеплялись за стены и сшибали все углы без разбора. Тащить снайпера оказалось крайне неудобно, и в какой-то момент Весельчак перестал оглядываться назад, о чём потом горько пожалел.

Когда они добрались до дизельной, Мотор несколько минут ждал с приоткрытой дверью появления Полины. Командира всё не было, но и зомби куда-то подевались. Казалось, они решили больше не преследовать жалкую горстку людей, найдя себе дела поважнее. Внезапное затишье давило на нервы сильнее, чем звук автоматных очередей. Вот тогда Весельчак и решил вернуться за Полиной. Он даже прошёл метров десять, но сразу попал под обстрел несущегося навстречу отряда зомби. Откуда они взялись, было не очень понятно даже Мотору, который согласился с доводами Весельчака, отпуская его за отставшим командиром. Не иначе, как чудом, удалось захлопнуть тяжёлую дверь перед разъярёнными физиономиями зомби. Они были уже мало похожи на людей, хотя всё ещё отдалённо их напоминали. Мотор потом долго и внимательно осматривал замки на двери, после чего качал головой. Особое внимание он уделил засову, который оказался здесь как нельзя кстати. Весельчак же всё никак не мог отдышаться от недавнего спринта на выживание. Лишь спустя несколько минут, когда эмоции немного схлынули, бойцы осознали, что они потеряли командира. Вероятность того, что Полина в одиночку сможет здесь выжить, стремилась к нулю. Это было настолько очевидно, что с молчаливого согласия обоих даже не обсуждалось. Оставалось лишь переключиться на раненых, чтобы оказать им первую помощь, и гнать от себя подальше невесёлые мысли о том, что всё кончено.

Мотор с трудом нащупал слабый пульс на могучем запястье Медведя. Чёрная секундная стрелка командирских часов, не торопясь, описала круг на белом циферблате и двинулась дальше. Число ударов лучевой артерии о поверхность бледной кожи оказалось вполовину меньше, чем количество отсчитанных секунд. Мотор покачал головой и бережно вернул руку бойца на его широкую грудь.

– Как он? – нахмурился сидевший рядом Весельчак.

– Не очень. Похоже у него сильное внутреннее кровотечение. Пульс совсем слабый и очень редкий.

– Плохо. Молчунья, конечно, тоже не блещет здоровьем. Только она всё же приходила недавно в сознание, а Медведь уже давно в отключке.

– Если ты и дальше будешь делать такие перевязки, то скоро она встанет и устроит над тобой жестокую расправу. Заодно и зомби, что снаружи толпятся, попадут под раздачу. С нашим снайпером шутки плохи.

– А в чём дело-то? Я старался, как мог, – недоумевал Весельчак.

– Стараться не надо – надо делать. Или не браться вовсе, – продолжал говорить загадками Мотор.

– Ты можешь нормально объяснить, что не так? Пока эти ходячие трупы сюда не ворвались. Мне же надо будет работу над ошибками провести, чтобы в будущем такого не повторить.

– Ну, ты жжёшь! – покачал головой Мотор. – Про какое будущее ты говоришь? Имеешь в виду те ближайшие два часа, за которые они всё-таки сломают эту покосившуюся дверь и ворвутся сюда?

– Ну, хотя бы. Это лучше, чем прямо сейчас умереть. Так скажешь или нет? – стал абсолютно серьёзным Весельчак.

– Ладно. Уговорил. Только слушай внимательно, а лучше записывай, студент, – хмыкнул Мотор и продолжил: – Молчунью ранило в грудь, верно? Пуля прошла через мягкие ткани, пробила лёгкое и застряла в правой части грудной клетки, так? Разумеется, хорошо, что ранило не слева. Иначе бы убило на месте, и всё было бы совсем плохо. – Весельчак в очередной раз кивнул, но сказать что-либо вслух не решился. – Так вот, больше никаких ранений у Молчуньи не было, верно? Так какого чёрта ты стал раздевать её выше пояса?! По-другому перебинтовать было не судьба? Почему же тогда весь комбинезон с неё не снял? Так же удобнее проводить осмотр? Кстати, у нас декабрь на дворе – не забыл?! Жара! Понятно дело, что после такого Молчунья сразу пришла в себя, хоть и ненадолго. Хорошо, что не успела сообразить, что лежит полуголая на полу, а ты на неё пялишься уже несколько минут в поисках непонятно каких повреждений. Ты что, голых женщин не видел?! Только молчи сейчас, ладно? Хорошо, что она от слабости вовремя отключилась. Твоё счастье! Иначе бы огрёб по полной программе – ты уж поверь мне.

– Всё сказал? – мрачно поинтересовался Весельчак. – Теперь послушай меня очень внимательно и не перебивай. Во-первых…

– Тихо! Слышишь? – насторожился Мотор. – Вроде бы пулемётные очереди с того конца коридора.

– Точно! – просиял Весельчак. – К тому же наши мёртвые друзья за дверью как-то сразу притихли. Очень интересно, что бы это могло быть?

– Из «Печенега» кто-то стреляет, – добавил Мотор, прислонившись ухом к двери. – Причём из нашего. Я этот звук ни с чем не спутаю. Сколько раз с Медведем на стрельбище вместе тренировались. Похоже кто-то нашёл разгрузку, которую я бросил. Там минимум три коробки с лентой оставалось. Жалко, конечно. Но уж больно невмоготу было Медведя со всем боекомплектом тащить.

– Похоже, это Полина! – улыбнулся Весельчак. – Эти ультракороткие очереди тоже ни с чем не спутаешь.

– Точно! Больше некому, – подтвердил Мотор. – Готовься к выходу.

* * *

Пулемётные очереди не умолкали. Теперь они раздавались чуть громче и отчётливее. К тому же злобного рычания зомби уже давно не было слышно. Да и ломиться в закрытую дверь желающих теперь не находилось. Внезапно всё стихло, как будто и не было этих долгих часов дикого столпотворения. В коридоре раздались неторопливые шаги. На развязную походку ходячих трупов они явно не были похожи. Потом в дверь осторожно постучали чем-то металлическим.

– Как думаешь, кто это? – прошептал Весельчак.

– Ну уж точно не зомби, – ответил Мотор. – От них такой интеллигентности не дождёшься.

– Может это те инопланетные твари в скафандрах? – предположил Весельчак. – Отогнали своих марионеток подальше, а сами пытаются нас выманить на контрасте.

– Ага! Причём для разгона зомби, использовали пулемёт, чтобы добиться нашего расположения. Ты в своём уме?!

– А что? Может они не на поражение стреляли, а по стенам или там в потолок. Вот зомби и разбежались по разным щелям, как крысы.

– Может вы там уже закончите трепаться и всё-таки откроете дверь? – устало сказали за дверью, явно начиная раздражаться.

– Не понял, – нахмурился Мотор. – Полина, это ты что ли?

– Угадал. И чем дольше я здесь стою, тем больше напоминаю мишень для зомби, которые вот-вот вернутся. Неужели соскучился по их милым физиономиям?

– Да открывай уже, – нетерпеливо сказал Весельчак и начал сдвигать засов.

– Полина, а ты не того? – всё ещё сомневался Мотор. – В смысле не укусили тебя? Сейчас вот откроем дверь, а ты сразу начнёшь в зомби трансформироваться. Нам ведь придётся стрелять в своего командира, а это неправильно как-то. Ты в курсе? Чем докажешь, что ты не зомби?

– Я-то в курсе, – устало сообщили из-за двери. – Ничего я доказывать тебе, Мотор, не собираюсь. Как твой командир, приказываю открыть дверь, иначе я за себя не ручаюсь. Думаю, что четырёх гранат вполне хватит, чтобы взорвать эту стену. Только в этом случае пеняй на себя.

– Открываю, – торопливо сообщил Весельчак, бесцеремонно отодвинув несговорчивого товарища в сторону.

Через несколько секунд дверь со скрипом распахнулась. Полина сразу зашла внутрь, попутно задев «Печенегом» своих недоверчивых бойцов. Мотору досталось стволом по руке, а Весельчаку – прикладом в живот.

– Только ничего сейчас не говорите, – предупредила всех Полина. – Я сильно на взводе.

– Ладно, – быстро согласился опешивший Мотор и собрался закрывать дверь.

– Подожди минутку, – торопливо сказал кто-то из коридора. – Не закрывай. Сейчас ребята подойдут, а то растянулись по всему убежищу, как у себя дома.

– Вот теперь я вообще ничего не понял, – сказал Весельчак и отошёл вглубь дизельной.

Полина успела лишь обернуться. Однако с пулемётом в руках сделать это было не так-то просто. В этот момент Мотор попытался резко захлопнуть дверь. Но снаружи кто-то успел вставить приклад автомата в дверной проём и уже светил фонарём внутрь помещения.

– Вы что там все такие нервные? – поинтересовался знакомый голос снаружи. – Я же попросил немного подождать. Вам подкрепление требуется или как? – ответа на этот риторический вопрос ожидаемо не последовало. Поэтому кто-то из-за двери собрал в кулак остатки своего терпения и продолжил: – Ну тогда, может быть, вы будете настолько гостеприимны, что всё-таки откроете нам чёртову эту дверь?

Весельчак почувствовал, что совсем недавно что-то подобное здесь уже происходило. Он задумчиво почесал затылок, так ничего и не припомнив. Пришлось отодвинуть в сторону окончательно зависшего Мотора и открыть злополучную дверь.

– Наконец-то, – выдохнул настойчивый боец и вошёл в дизельную.

Бегло осмотрев помещение с помощью тактического фонарика, он продолжил:

– Привет, командир! Дай-ка я пулемёт у тебя приму, а то он слишком тяжёлый для хрупких девичьих рук. Тем более, ты вся в крови. Ранена?

– Привет, Сокол, – невозмутимо ответила Полина, проигнорировав вопрос. Она бережно отдала «Печенег» в надёжные руки и медленно опустилась на пол. – Что-то вы задержались. Ребята уже совсем заждались. Правда, Мотор?

– Д-да… Наверное, – последовал невнятный ответ из полумрака.

– Конечно, заждались, – уточнил Весельчак. – Думали, что придётся этих тварей измором брать. Их тут целая толпа скопилась.

– Уже не придётся, – вступил в разговор высокий и мрачный боец в потрёпанном камуфляже. – Полина их почти всех уничтожила. А остальных мы на себя приняли.

– Спасибо, Проводник. Эти твари имеют обыкновение расползаться по разным щелям, а потом атаковать с тыла. Надеюсь, теперь здесь будет чисто.

– Не за что, командир, – спокойно ответил Проводник.

– Так мы будем это убежище от всякой нечисти зачищать, или зомби уже закончились? – присоединился к разговору ещё один боец сопротивления. На вид ему было лет двадцать. Камуфляж выглядел новеньким, как будто его только вчера получили со склада. Брезентовый ремень, на котором висел автомат, не имел даже намёка на потёртость. Тем не менее, шрамы на лице бойца и то, как он придерживал автомат, не оставляли сомнений в опыте этого повстанца.

– Не горячись, Юниор, – ответил прислонившийся к стене Проводник. – На твой век поголовья зомби хватит. Ещё и детям твоим останется. Так что сильно не переживай. Может быть, даже сегодня осуществишь свою давнюю мечту и пристрелишь какую-нибудь рычащую тварь.

– Хорошо бы, если так, – немного успокоился Юниор, проходя вглубь дизельной.

– Можешь закрыть дверь-то, – напомнил Сокол оцепеневшему от удивления Мотору, который уже несколько минут стоял неподвижно.

Наконец-то, он вернул себе утраченную было подвижность и плотно запер дверь на все замки и засов. После секундной паузы слово взяла Полина:

– Времени мало. Поэтому я буду краткой. Ребят, спасибо, что заглянули к нам в это уютное бомбоубежище, – начала она, оглядев ещё раз вновь прибывших. – Боюсь, что без вас о главной задаче нашей операции можно было бы уже забыть. Да и возвращение в бункер вместе с ранеными оказалось бы под большим вопросом. Как вы уже, наверняка, поняли, зомби во время боя зашли к нам с тыла и ранили Молчунью и Медведя. Как видите, они до сих пор без сознания. Когда мы отходили в дизельную, в меня тоже прилетело несколько пуль, которые застряли где-то здесь, – Полина шутливо притопнула левой ногой, а потом небрежно махнула в сторону спины. – Честно говоря, я уже попрощалась с жизнью. Но старый друг в очередной раз спас меня. Если выберемся отсюда, то я обязательно расскажу вам эту удивительную и невероятную историю. Вы почти, наверняка, в неё не поверите, а меня посчитаете сумасшедшей. Так что отложим это развлечение до более удобного момента.

Все слушали Полину, затаив дыхание. Ни у кого не было желания что-либо уточнять. Каждый понимал, что от успеха операции зависят жизни людей, в том числе тех, кто в недрах этого бомбоубежища уже не надеялся на спасение. Командир говорила загадками, упомянув старого друга. Но если она не рассказала сейчас, кто это был, на то есть веская причина. Да и времени в самом деле очень мало.

– Теперь о наших ближайших действиях, – нарушила молчание Полина. –Новый план такой: Проводник, Весельчак и Мотор вместе со мной идут на зачистку бомбоубежища. Стрелять в разную нежить разрешаю безо всякого разбора. Так что боеприпасов потребуется много. Поэтому рекомендую позаботиться об этом заранее. Снаружи будет куча полуразложившихся зомби, у которых можно забрать всё необходимое. Так что, господа, не стесняемся и не брезгуем – сами потом спасибо скажете. Как ни странно, но у них в отличие от нас со снаряжением полный порядок.

Полина тяжело перевела дух и продолжила:

– Едем дальше. Сокол и Юниор берут раненых и возвращаются в бункер. Молчунья и Медведь должны выжить – это приказ! Советую вам, господа, выложить из карманов всё лишнее и максимально облегчить своё передвижение. Особенно это касается того, кто понесёт Медведя. Пулемёт можно не брать – сегодня он мне ещё понадобится. Но вот с винтовкой Молчуньи такой фокус не пройдёт. Хватка у неё железная даже в бессознательном состоянии. Так что снайпера придётся нести вместе с оружием. Стволом и прикладом углы не сшибать, да и с оптикой будьте аккуратнее. Если разобьёте что-нибудь или даже поцарапаете, то я вас защищать не буду – придётся самим перед Молчуньей оправдываться. Несмотря на свой позывной, она умеет быть убедительной. Вы уж мне поверьте. Всё понятно?

По выражению лица Юниора было видно, что он хочет что-то сказать. Но одного лишь взгляда Полины на молодого бойца оказалось вполне достаточно, чтобы снять все вопросы. Было похоже на то, что после такого краткого, но содержательного общения с командиром, Юниор кардинально изменил свою точку зрения относительно состава групп, сформированных Полиной. Остальные бойцы оказались гораздо опытнее. Ни у кого из них желания обсуждать приказ не возникло изначально. Поэтому обмен боеприпасами и другими ценными вещами был уже в самом разгаре.

– Ну вот и славно, – едва заметно улыбнулась Полина. – Пять минут на сборы и выдвигаемся.