Эво. Часть 1

Глава 1. «Алло, здравствуйте, я тут труп нашла, наркоман какой-то…»

Резко дёрнув ручник, Лиза схватила рюкзак и спешно толкнула дверь машины. Ни то со скрипом, ни то со вздохом дверь открылась, едва не зацепив соседнее авто. «Лексус. Крутой. Не хотелось бы платить за него» – подумала она и встала с места, но тут же что-то дёрнуло её обратно на водительское сиденье. Лямка рюкзака предательски держалась за рычаг тормоза. «Чертов рюкзак! Чертов ручник! Что сегодня за день такой? Луна в козероге? Магнитные бури? Хоть бы людей не было». Девушка забрала ключи, хлопнула дверью и поспешила на работу.

Конец сентября. В регионе тепло, дождей не предвиделось по прогнозу до конца месяца. Под бормотание об опозданиях и тщетности бытия дверь открылась, сигнализация с писком отключилась.

– Всем доброе утро! Бегу кормить! – поздоровалась Елизавета с животными.

В зоомагазине под дружное чириканье и свист попугаев посапывали хомяки и мыши, зарывшись в опилки. Крысы повысовывали носы из домика в поиске вкусностей. Морские свинки издавали звуки урчания и свинячьего визга микро-версии поросят. Лиза выключила вывеску и проверила телефон. Пропущенных звонков не было.

– Ну, когда-то магазин должен приносить прибыль, а не убытки? И зачем я ввязалась в это? – сказала она крысе, а та, взяв кусочек лакомства, поскакала в свой домик.

Под «Хиты 2000-х» хозяйка магазина отжимала половую тряпку и без конца убирала непослушные русые волосы, которые лезли в глаза. В паузу между песнями она услышала щелчок входной двери. Лиза вышла, но в зале магазинчика никого не было. Даже попугаи молчали, что для них было редкостью. Заглянув за стеллаж, девушка заметила короткую дорожку из опилок. Её глаза пробежались по вольерам – не хватает хомяка, а боковое зрение ухватило тень в окне. Она выскочила на улицу, но никого не увидела. Только строители, что работали в соседней новостройке.

Сильный ветер застраиваемого пустыря трепал волосы и подол мятой рубашки. Многоэтажки росли быстро, но людей мало. Сетуя на странности, Елизавета вымыла полы, сделала заказы, иногда прерываясь на покупателей.

Вечером маленькие пальчики выбивали на смартфоне сообщение получателю Артур «сердечко»:

Лиза: Что за день? Опять опоздала, странная женщина вынесла мозг, потому что купила большого попугая с маленькой клеткой. А сегодня принесла вернуть «некачественный товар», потому что попугай грустный и не хочет идти на руки, кусается! Это ж, птица ему страшно! Ему тесно! Конечно, он будет бояться! Так еще и хомяка украли, представляешь?

Артур: Ты слишком остро реагируешь, это же такие пустяки. Не трать на них нервы. Что значит украли хомяка?

Лиза: Вот так и украли, пока в туалете швабру готовила, кто-то прихватил хомяка. И не надо мне говорить «успокойся», это не успокаивает.

Артур: Они – все козлы, а ты-принцесса. Я это должен сказать? Ты же вспыхиваешь от каждой мелочи. Может наркоманы какие или подростки на спор хомяка украли. Или просто показалось. Посмотрим что-нибудь вечером после работы? У меня завтра выходной. У тебя тоже?

Лиза: АААААА, ладно. Да, завтра вторую неделю выходит сменщица, вроде, справляется. Давай «Смеркается», только в этот раз давай посмотрим до конца, а не как обычно…

Странная смена закончилась, скудная касса подсчитана. Противно пикнула сигнализация и двери замкнулись.

Войдя в прихожую дома, Елизавета тут же чуть не сбил с ног пёс по имени Зефир, у которого хвостовой моторчик никогда не останавливался, а кот Пуфик тут же накричал на хозяйку в ожидании пакетика влажного корма.

– Привет. Я тут пиццу заказал, вчера была годовщина. – зазвучал высокий кареглазый брюнет в проходе. Артур работал менеджером по продажам автомобилей и всегда был уставшим.

– Да? Совсем вылетело из головы. Поздравляю. – тихо ответила жена, бросила ключи на тумбу и повесила пальто.

Немного посокрушавшись об украденном хомяке, они поужинали пиццей с острым перцем и расположились смотреть «Смеркается» на диване.

– Мне нужно, чтобы ты всегда был на моей стороне, понимаешь? Всегда и в любой ситуации. Не нужно говорить, что я неправильно думаю или чувствую. – говорила девушка, заворачиваясь в одеяло.

– Просто быть твоей амортизирующей подушкой постоянно… Я тоже устаю, но постараюсь. – отозвался Артур, хотел сказать что-то ещё, но промолчал.

Спустя два месяца Елизавета тяжело выдохнула и опустилась на стул. Сегодня очередной безумный день. Зато в кассе шуршали денежки, заманивая их пересчитать. Двадцать минут. Двадцать минут и можно закрыть магазин, поехать домой, уткнуться в плечо мужа и пожаловаться на очередной парад неадекватов.

Дверь открылась. Холодный ноябрьский ветер тут же пробежал по помещению. Высокий широкоспинный мужчина в длинном тёмном пальто нетвердой походкой завернул в стеллажи. Очень высокий, кажется даже выше Артура, хотя ему Лиза дышала в плечо.

Тёмные каштановые волосы отливали красным. Почти такой же длины, как у продавщицы.

– Здравствуйте, чем могу вам помочь? – с дежурной улыбкой спросила девушка, у которой из-за стойки даже макушки не торчало.

Не услышав ответа, Лиза уткнулась в телефон. «Надо будет, сам спросит». Странный, особенно странные ботинки, шагающие тяжело и с шарканьем, отдалённо напоминающие плод порочной любви пиратской и ковбойской обуви. Хотя, чему можно удивляться? Вчера девушка продала двух крысок милой паре неформалов в образах вампиров.

– Позовите, если что-нибудь понадобится. – сказала Лиза и скрылась в подсобке.

Там среди стеллажей и товаров стоял старенький диван, холодильник и чайник, кнопочку которого девушка сделала светящейся, а сам прибор зашумел. Хозяйка вышла, в зале никого не нашла и, высунув нос за стеллаж с животными, обнаружила немного разбросанных опилок возле мышиного вольера.

– Ты! – крикнула Лиза и рванула за вором на улицу.

Темно. Холодный воздух пронизывал кофту и достигал тела быстрее, чем за секунду. Согретая адреналином, она высматривала в темноте хоть что-то. Силуэт проскользнул в дыру забора стройки. С быстрым шагом и дрожью во всём теле девушка направилась следом, а голове только: «Это моя мышь! Я её купила!». Она легко юркнула в дыру и помчалась за своим имуществом.

Зайдя за угол короба строящегося дома, решительная ещё мгновение назад, Лиза встала, как вкопанная. Строительный прожектор светил прямо на нее. В контраст этому свету черный образ, оперевшись о стену, держал мышь за хвост. Мгновение, и мышка, даже не пискнув, погрузилась в пасть незнакомца.

Это однозначно была пасть. В профиль видны удлинённые заостренные зубы и длинный язык, как у Венома. Да, это подходящее сравнение. Книжное выражение «сердце рухнуло в пятки» заиграло новыми красками. Осознание пришло за долю секунды. Девчонка метр с кепкой, ринулась за подозрительным верзилой на стройку, где в это время никого нет. Ночью. И теперь это…

Стараясь не издавать никаких звуков, Лиза скрылась за домом и бежала обратно так быстро, как не бегал Усейн Болт. Схватив вещи и спешно закрыв двери магазина трясущимися руками, она села в машину и рванула домой. Конечности не слушались и отбивали чечетку. Холодные тяжелые капли застучали по автомобилю и вторили такту тремора.

Лиза вышла из машины и, утопая в холодном душе, пошла в дом. Ведь искать и открывать зонт слишком долго, проще пробежать и немного намокнуть. Это "немного" всегда лотерея, сегодняшний билет проигрышный.

Артур уже в домашнем разогревал ужин. Кинув пальто с рюкзаком на вешалку, девушка тут же влетела в него объятиями. Она рассказывала и махала руками, выплескивая эмоции. К концу рассказа стало легче. Руки перестали трястись, тело согрелось.

– Ты хочешь сказать, что ринулась за каким-то чудиком, ни то наркоманом, ни то сектантом, под два метра ростом одна на стройку, где нет никого из людей? – переваривая услышанное, Артур уточнил спокойным голосом и растирал пальцы.

– Получается так. – тихо ответила Елизавета. Эту глупость она осмыслила еще в машине.

– Может в полицию позвоним?

– И что скажем? Напишем заявление о краже мыши и хомяка? Камер-то нет.

– Тогда давай договоримся, что ты так больше делать не будешь. У тебя есть телефон позвонить мне или в полицию, есть тревожная кнопка охраны в конце концов.

– Я всё это понимаю. Сейчас. Не нужно читать нотации, как маленькой. Достаточно выслушать.

– Не похоже, что нотации лишние. Ты подвергла себя большой опасности. – возмутился супруг и щёлкал пальцами. Пересчитав суставы, он взял налитый чай.

– Артур, вспомни мою предыдущую реплику. – возмутилась жена.

– Хорошо. Переоденься, мокрая вся. – выдохнул мужчина и постучал пальцем с кольцом по кружке.

– Да, мам. – Лиза закатила глаза и поплелась в душевую.

Она стояла под горячими струями, пока комната не превратилась в плотное облако пара, и всё прокручивала у себя в голове увиденное. Девушка передернула плечами и вернула себя в реальность.

В отражении запотевшего зеркала стояла маленькая женщина. Невысокий рост, полноватая фигура. Никаких больших кукольных глаз и аппетитных пухлых губ. Мокрое каре облепило голову, делая овал лица круглее. Ничего общего с моделями, красующимися в соцсети или героинями романов. Любить себя ей давалось с большим трудом, только пару лет, как она осознала, что хорошенькая. Не красавица, но хорошенькая. После ужина в напряженном молчании Лиза легла спать.

Сон был недолгий, урывками. Девушка то и дело просыпалась. Никаких кошмаров или шума, просто не спалось. В шесть утра выгуляв собаку, Елизавета собралась на работу.

– Магазин же с девяти. Ты чего так рано? – едва открыв один глаз, промямлил соня-муж.

– Не спится, больше дел сделаю. – супруга чмокнула его в щёку и вышла за дверь.

Темнело рано, светало поздно. Щелкнул замок магазинной двери, подсвечиваемой неоновой вывеской. Рюкзак отправился на диван. Кнопка чайника засветилась, нагревая воду. Десять минут Лиза смотрела в стену и раздирала кожу на и без того бедных руках, которые от частого мытья и бытовой химии огрубели и потрескались. Схватив пальто и телефон, она нащупала перцовый баллон в кармане и направилась туда.

– Ох, я об этом пожалею! – пробормотала хозяйка магазина себе под нос и просочилась в дыру в заборе.

Суббота. Рабочих нет. Она обошла бетонные стены и технику, но никого и ничего не увидела. Стройка, как стройка. На обратном пути за мусорным баком взгляд зацепился за знакомый сапог. Сердце тут же заухало в пять раз громче, что отдавало в голову, а тело сотрясал каждый удар. Елизавета включила фонарик на телефоне и подсветила.

«Лежит. Труп? Нет, трогать уж совсем не стоит, мало ли чем болен…сначала звонить в скорую, а они уже полицию вызовут.» – думала она, а от нервов застучали зубы. Непослушные пальцы набрали три цифры. После коротких гудков на том конце провода ответили. Лиза набрала воздух в грудь и заговорила:

– Алло, здравствуйте, я тут труп нашла, наркоман какой-то…

Она не успела закончить, как её тело больно повалилось на мокрую склизкую землю. Труп, который был трупом секунду назад, держал мёртвой хваткой за ее лодыжку и смотрел прямо в глаза. Его приподнятая губа оголяла заострённые зубы, как у вампира. Глаза уставились на Лизу из-под густых бровей. Карие. Нет, не карие, цвета ржавчины. Мертвец держал крепко ледяной рукой, это ощущалось даже через джинсы. Только сейчас девушка заметила, что рукав его пальто слева разорван.

– Я… – пыталась девушка выдавить из себя слова, но капкан на ноге сжался сильнее. – Тут, ммм… – замычала Лиза от боли.

В трубке голосом бухгалтерши переспрашивали, что там с наркоманом, а девушка с ледяными кандалами на ноге уставилась на Венома.

– Извините, это подростки так пошутили, всего доброго. – Елизавета выдохнула и положила трубку.

«Я об этом пожалею? Я об этом пожалела.» – пронеслось в русой голове. Как только телефон опустился от ее уха, капкан на ноге разжался. Бывший мертвец с трудом поднялся, опираясь на бак, и поковылял вглубь стройки. Его левая рука не двигалась и болталась, как тряпка.

– И куда ты? – голос Лизы звучал пискляво от натянутых нервов. Она так же сидела на земле возле мусора. – В таком состоянии тут умрёшь, итак ночью ноль был.

«Боже, зачем я это говорю? Надо уносить ноги.» – подумала девушка, поднялась с сырой земли и развернулась к выходу. За её спиной послышался глухой шлепок. «Не поворачивайся, не поворачивайся, не поворачивайся» – твердила Лиза у себя в голове, но повернулась. Она стояла и смотрела на тело без движения. Холод и страх сковали её, но, сделав усилие, Елизавета тяжело вздохнула и двинулась на помощь.

Она наклонилась и попыталась усадить тело. Веном сопротивлялся, насколько хватало сил. Такая борьба продолжилась недолго, пока девушка не стала возмущаться:

– Да успокойся, я помочь хочу! Угомонись, сдохнешь ведь здесь. – голос Лизы дрожал, как и она вся. – Хорошо, обещаю никого не вызывать.

Это сработало. Труп сопротивляться перестал, даже приложил усилия, чтобы встать, опереться на нее и идти к магазину. «Какой же он тяжелый, килограмм сто, наверное.» – подумала Лиза, когда они несколько раз падали на землю.

– Постой. – сказала она и поставила незнакомца у стены подсобки, как швабру.

Лиза стала снимать с больного мокрую одежду. Под тулупом красовалась чудная старомодная рубаха такая же грязная и мокрая, как и само пальто. Штаны и сапоги тоже ушли в утиль. На плече незнакомца зияла глубокая рана грязно-бурого цвета.

Она усадила его на сиденье софы. «Ледышка, какая температура у него должна быть в норме?». Ширококостный с телосложением легкоатлета. Сухие рельефные мышцы давали понять, что с физическими нагрузками он на «ты». Лиза слегка подтолкнула, и бывший или будущий мертвец без сопротивления упал на диван. Она достала внушительный короб, выудила из него перчатки и бинты и стала очищать рану на плече Венома.

– Что с тобой стало? Голова не болит? Может всё-таки в больницу? – вертя ватой с нашатырём, допрашивала Елизавета пациента.

– Нельзя. Кофе. – неразборчиво выдохнул тот и уснул. Чувство щекотной вибрации взялось из ниоткуда и в никуда пропало.

– Тебе эспрессо или американо принести? – сказала Лиза уже не слышащему созданию.

Она обругала себя, подняла тяжелые холодные ноги незнакомца на диван и накрыла пледом. Девушка зашивала его рану, оставив дренаж, и думала: «Что ты такое? Как сильно отличается наш организм? Антибиотики будут работать? Физиологические нормы, наверно, отличаются. Кофе? И что мне делать с кофе? Черт, черт. Дурная голова ногам покоя не даёт. Посадят. Меня точно за это посадят!». После перевязки Лиза осмотрела пациента. Бледный, хоть и кожа достаточно смуглая, явно обезвожен. Тоны сердца не разобрать: "тук-тук-тук-тук", ровно. Не привычные первый тон и второй, а точно метроном в грудной клетке.

Из волшебной коробки она выудила жгут, катетер, две пробирки, спирт, ватные тампоны и пластырь. Кожа гостя плотная и тугая, как у дворового кота, покрытого шрамами от уличных боёв. Катетер-бабочка поставлен с первой попытки, а две пробирки наполнились кровью. Елизавета взяла телефон и позвонила:

– Алло, Никит, привет. А ты сможешь мне быстренько сделать анализы? … А это будет сюрприз.

Глава 2. «А вот и победители генетической лотереи пожаловали.»

Лиза тараторила по телефону и натягивала пальто, которое доходило до середины голени. Будучи итак невысокого роста, в этом модном оверсайз девушка выглядела ребенком, который тонул в отцовском овчиннике. Коллега-лаборант с предыдущей работы по старой дружбе делал для нее всякие анализы бесплатно. Лиза часто таскала к нему животных из магазина.

Через тридцать минут хозяйка зоомагазина уже сидела в тесной лаборатории, кружась на удобном офисном кресле.

– Вот тебе биохимия в руки. А вот общак* странный, как и сама кровь. – бубнил крупный мужчина, не отрываясь от микроскопа. – Есть признаки распада. Да и лейкоциты* странные: лимфоциты* мелкие и много, а макрофаги*, наоборот, больше… Ну, я бы сказал, что животинка или болеет сильно, или хронически травится, или мутант. – хихикнут Никита сам себе, меняя стекла под окуляром.

Начатая пачка зефира и приятный ароматный кофе манили к себе. Однако организм авантюристки подсказывал, что сброс лишнего на нервной почве может произойти в любой момент. Кишечник уже избавился от всего лишнего. Благо туалет в клинике был свободен, и Лиза успела в него влететь.

Длинная полоса шуршащей бумаги из анализатора выскакивала из-под дрожащих пальцев. "Так, почти все показатели повышены. Печеночные зашкаливают. Хотя кто знает, какие у него нормы?! Был бы он собакой или кошкой я бы сказала, что обезвоживание и какая-то интоксикация, глюкоза низкая. Хммм…" – девушка мяла губу в раздумьях – "Капельницы бабушке я ставила. В целом, понимаю, что делать. А если он у меня помрёт, что делать? Как объяснить полиции труп нечто, который я еще и лечить пыталась? Но пообещала же никого не звать, хотя бы пока он живой.".

– Не жалеешь? – смотря в прибор и жуя розовую зефирку, спрашивал лаборант.

«Ох, как жалею, что мозгами обделена, но он не об этом.» – подумала Лиаз, но вслух сказала:

– Пока нет. В магазине дела не очень. Долго раскачивается, но гораздо легче, чем на приёме. Может я вернусь в ветеринарию, но не сейчас.

– Ты же знаешь, что была хорошим врачом. Даже наши «старики» с тобой советовались в терапии.

– Знаю, только от этого не легче. Слишком нервная работа. Владельцы бестолковые и жестокие. Да и в коллективе… Сам знаешь. В общем, перерыв нужен. Год, два, десять, пока не знаю.

– Ну, ты это. В клинику всегда можешь вернуться. Шеф будет рад, что грамотный специалист пополнит наши ряды снова. – Ник всё же отвернулся от микроскопа и смотрел прямо на Елизавету.

– Спасибо. Каков вердикт? – слабо улыбнулась девушка и кивнула в сторону анализаторов и крови.

– Хрен его, но болеет сильно, обезвоживание. – почесывая многодневную щетину, мужчина смотрел в угол.

– Енота подобрала, вот и думаю, что с ним делать? – соврала она и заерзала на стуле.

– Опять занимаешься спасением убогих? То собака сбитая, то еще что. Один твой кот чего стоит. Давно должен был помереть. – выдохнул Никита. Такая история не впервой.

– Да ладно тебе. Пуфику уже семь лет. Он ведёт полноценную жизнь и почти здоров. – потянувшись, чтобы размять затекшую спину, говорила она.

– Почти здоров. «Почти» – здесь ключевое слово. – буркнул мужчина и взял новую сладкую штучку.

– Спасибо, Ник. Буду должна! – спешно сказала она и выбежала из лаборатории.

Машина с пакетом препаратов и других покупок мчалась к магазину. Преодолевая дрожь и рвотные позывы Лиза распаковала капельницу и подключила. Раствор медленно вливался, подвешенный и приклеенный скотчем к стеллажу с товаром. В ногах пациента лежали пластиковые бутылки с теплой водой. Два пледа едва укрывали длинное тело полностью, а пелёнки страховали диван. Глюкоза, физиологический раствор и тепло. Что-то еще вводить Лиза не рискнула. «Меня точно за это посадят. А, если он маньяк или убийца?».

Лечение зверушек никогда не было таким увлекательным и наполненным адреналином. Этот гормон подхлёстывал девушку не останавливаться. Пыль протёрта, мусор вынесен, полы помыты, товар отпущен, животные накормлены. Всё это с перерывами на осмотр пациента. Одежда Венома благополучно выброшена в мусор за несколько домов. Что-то подсказывало, что оставлять такие вещи в ближайшем баке – плохая идея. Стакан сладкого кофе стоял возле бессознательного товарища. Старая футболка и рабочие штаны Артура лежали стопкой на стуле, а на полу стояли мохнатые тапки продавщицы, которые явно малы на такие лыжи, но лучше, чем ничего.

Горячий растворимый был пятой кружкой за день – еще одна причина такого трудолюбия Елизаветы. «Уже вечер. Капался много, а мочи до сих пор не было. Почки улетели?» – беспокоилась про себя она и, отпустив людей, заглянула в подсобку.

Сидит. Неуверенно осматривает руки, тело без одежды, помещение. Глазами встречает Лизу. Длинная трубочка капельницы покачивалась, еще соединяя последний флакон раствора с катетером в его руке. Несколько секунд девушка стояла, как вкопанная, и не шевелилась. В это время у него мысли бегали в голове, как испуганные мыши в амбаре. Только очень медленные мыши. Огромная ладонь опёрлась о диван, мышцы на ногах напряглись. Веном пытался встать, но безуспешно, тут же повалился обратно.

– Помочь? – почти без звука её губы зашевелились. В ответ тишина, пациент пытался встать, но снова упал. – Может ты в туалет хочешь? – озвучила девушка недавнюю мысль.

Существо перестало вставать, а лишь посмотрело пристально на Лизу, затем его голова опустилась. Ноги с негнущимися коленями отнесли девушку в туалет, а затем вернули с ведром в руках.

– Я тебя не дотащу до туалета, а сам не дойдешь. Или ведро, или под себя. – выпалила хозяйка магазина, встретив тяжелый взгляд из-под растрёпанных каштаново-красных волос и таких же густых бровей, развернулась на сто восемьдесят градусов и пошагала в торговый зал к покупателям.

Через пятнадцать минут после продажи хомяка в подсобке снова лежало тело. Он больше не дрожал и дышал глубоко и спокойно. Спит. Она помыла ведро и залила хлоркой.

Только к семи вечера Лиза поняла, как устала, и без сил распласталась на стуле за стойкой кассы. Дверь снова открылась. Муж такой же уставший заехал после работы.

– Артур, я так рада тебя видеть! Сейчас такое расскажу… Короче, спокойно усидеть не смогла. Решила вернуться на то место… Любопытно же. – Лиза начала рассказывать так воодушевлённо, будто сходила на концерт любимой рок-группы.

– Опять? Ты издеваешься? Я же просил: сначала думай, потом делай. Тебе же не пятнадцать, чтобы лезть во все дыры без разбора. – выпалил он. Судя по всему, на работе его сильно достали, а последние капли терпения закончились по дороге, когда его машину подрезал автобус, и он чуть не вылетел на встречную полосу. Артур даже повысил голос, что для него было нонсенсом.

– Что? Знаешь, как звучит? Сиди на месте и не высовывайся, девочка, большие дяди во всём без разберутся. Терпеть этого не могу. – взбунтовалась девушка. Её жутко злило, что он прав.

– Я сказал, что хотел сказать. И уже устал от твоего сумасбродства, сколько можно? Этот магазин, который приносит убытки. То на машине встрянешь там, где даже трактор не проедет, то собак домой больных таскаешь.

– Сколько можно что? Действовать, а не рассусоливать по двести лет? Я хотя бы что-то делаю. Мы бы так и жили в однушке, если бы я не уговорила тебя на дом. Бизнес требует вложений и работы. По-другому не бывает. Я же просила не учить меня жизни.

– Сначала это было забавно, но я думал, что ты повзрослеешь. Я устал. – выпалил он.

– От меня? – голос Элизабет ещё такой бойкий секунду назад дрогнул.

– И от тебя тоже. В общем… Ты для меня близкий человек, возможно самый близкий, но давай возьмем паузу. – Артур сказал это тихо, с сожалением. Он старался не смотреть в её глаза и отвернулся к витрине.

– Паузу? Нет никаких пауз. Это дорога в один конец. Я думала, что у нас все хорошо. – еще тише звучал её голос.

– Я тоже. Это не конец, именно пауза. Нам нужно отдохнуть друг от друга. Неделю, две, может, месяц. Займу гостевую спальню. Съезжать не собираюсь, будем видеться в общих комнатах.

– Хорошо. – это единственное слово, которое Лиза могла сказать.

Слёзы душили её. Душили, будто питон пушистого кролика. Девушка нервно крутила обручальное кольцо на пальце. Свой золотой обруч мужчина стянул и вложил в карман.

– Хорошо. – повторил Артур и тяжело вздохнул. – Тогда я пойду.

Дверь за ним закрылась, и Лиза осталась одна. Змея по-прежнему обвивалась вокруг шеи и не давала сделать вздох. Слез не было. Потом. А сейчас нужно отпустить покупателей.

Мужчина и женщина в запахнутых пальто с любопытством осматривали магазин. Он высокий и красивый: темные волосы в короткой стрижке блестели от лампы, пухлые губы ягодного цвета, контрастировали с ледяными голубыми глазами. Она будто сошла с подиума Виктория Сикрет: тонкая, звонкая, ноги от ушей. Зеленые глаза идеально сочетались с густыми каштановыми волосами, собранными в тугой конский хвост.

«А вот и победители генетической лотереи пожаловали. У нее волос на голове раз в десять больше, чем на моей» – Лиза старалась себя отвлечь разными мыслями, только бы не возвращаться к разговору, который еще висел в воздухе.

– Здравствуйте, могу вам чем-нибудь помочь? – сказала хозяйка магазина и улыбнулась дружелюбно, как только могла.