- -
- 100%
- +
Колыбель времени. Книга 3. Призрачный город.
АННОТАЦИЯ:
Вампирша Эверилд сбегает в другой мир вместе со своим любовником и чужим ребёнком. Они оказываются в городе, где женщины презирают мужчин, считая их отбросами общества. Находясь без каких-либо средств к существованию в мире, где под запретом находиться ментальный дар, любовная парочка всё равно готова выдержать любые неприятности. Сможет ли Эверилд найти себя без финансовой поддержки мужа, и узнать, почему у детей магия выгорает к пятнадцати годам, даже когда маг к ней не прибегает?
ГЛАВА 1.
Эверилд рухнула из портала на стол, а сверху на неё упала Арина, и резко расплакалась. Вампирша покрепче прижала к себе малышку, шустро вскочила на ноги и отпрыгнула в сторону, освобождая место для следующего гостя.
Пока портал перемещал Лекса, Эверилд осмотрелась: её окружал просторный зал, а в стены из чёрного дерева были вмонтированы светильники. Таверна, в которой она оказалась, занимала площадь в четыреста квадратных метров, а потолки уходили ввысь метров на десять. Впереди находилась барная стойка, за которой стоял огромный серый тролль, в холке метра четыре, а пальцы украшены кольцами. Заметив непрошеную гостью, он замер с тряпочкой в руке, не донеся её до пивной кружки, которую собирался протереть.
Вампирша доброжелательно улыбнулась, скрывая за клыкастой улыбкой, нервную дрожь. Так страшно ей ещё никогда не было. Даже гнев Эорика Дарта казался не существенным, по сравнению с этими монстрами из сказки. Эверилд, рядом с этими созданиями, чувствовала себя уязвимой и, стараясь не показывать свою слабость, продолжила изучать обстановку: узкие окна, у двери орк и тролль с боевыми топорами на поясе. Вампирша занервничала ещё больше, так как Лекс всё не появлялся, а сияние портала гасло.
Эверилд спохватилась, ощупала ребёнка, нет ли у неё травм. Конечности были в порядке, крови не видать, значит, просто она напугана. Вампирша перехватила удобней девочку одной рукой, параллельно оценивая обстановку вокруг: трое троллей с дубинками в руках заходили с разных сторон, смотря на неё глазами красными от бешенства.
– Мальчики, у меня нет с собой уколов от бешенства, хотя, такая зараза, как у вас, не лечиться, извините. Так что, держите дистанцию, а то заразите мне ребенка.
Пока она говорила, сумела нащупать рукой пистолет Люмбера, расстегнула одной рукой кобуру, достала оружие и наставила его на опешивших троллей. В этот момент из портала выпал Лекс, и с грохотом приземлился на пол. Поняв, что Эверилд грозит опасность, он сразу же вскочил на ноги и вынул из своей кобуры пистолет Люмбера. Взяв под прицел самого крупного тролля, спустил курок, и пуля вошла в толстую шкуру, застряв там. Таверну потряс яростный рык. Тролль, освирепев, ринулся на Лекса, сжимая в руках железную дубинку.
– Есть гранаты? – спросил Лекс.
Эверилд выпустила практически всю обойму в тролля с железной дубинкой, оставив себе всего пару патронов. Тот пошатнулся, взмахнул дубиной и стал заваливаться на бок, роняя по пути столы.
Воздух потряс грозный рык. Лекс выпустил обойму во второго приближающегося тролля, снеся ему половину головы.
– Двигайся потихоньку к выходу. – скомандовал Лекс.
Вампирша осторожно стала двигаться в направлении выхода из таверны. Она убрала пистолет Люмбера, достала гранату, зубами выдернула чеку, выплюнула кольцо и бросила взрывчатку в толпу троллей.
Подхватив котёнка с пола, Эверилд, на запредельной скорости, бросилась прочь из зала. До двери она не добежала всего двух метров, когда ей выход перекрыл тролль с двумя выбитыми зубами. И нагло усмехнувшись, повернулся к своим дружкам.
– Эй, парни, смотрите, какая красотка к нам пожаловала, белая, как соль!
Эверилд приглушено зарычала, а острые клыки удлинились. Она посадила котёнка на плечо, достала из кобуры пистолет Люмбера, сняла его с предохранителя и выстрелила в упор. Здоровый тролль выругался, схватившись за хозяйство. Вампирша метнулась к ближайшему окну, выбила раму, выпрыгнула на улицу и отбежала подальше от здания. Через некоторое время раздался взрыв, от которого волной выбило стёкла. Таверна горела, а из неё, в панике выбегали тролли.
Лекс возник из тени рядом с Эверилд.
– Уходим, пока они дезориентированы. – приказал он.
Вампиры дали дёру, оставив далеко позади себя горящую таверну. Бессмертные существа остановились только через двадцать минут.
– Ты не ранена?
– Нет. Арина тоже вроде цела с Прохвостом.
– Как котенок переместился с нами? – задал вопрос Лекс.
Эверилд тоже занимал этот вопрос, не меньше спутника. Она напрягла память, чтобы вспомнить в какой момент пушистик нырнул в портал. Но у неё это не получилось.
– Он прыгнул в последний момент, сразу следом за нами. – предположила вампирша.
Эверилд осмотрелась: заброшенные дома, одинокая детская качель, скамейки и при этом, всё новое. Вампиры синхронно, потянули носом воздух. Пахло травой, морем, камнем, мазутом, и притом, полное отсутствие запахов человеческой еды и крови. Даже не пахло троллями, хотя вампирша была уверена, что запах у них должен быть свой, уникальный. Они одновременно посмотрели в сторону таверны, откуда поднималось облако дыма.
Арина захныкав, спросив:
– Тётя, где мы?
– Не знаю. – ответила немного отстранено Эверилд.
Что-то во всём этом казалось ей странным, но что именно, было не ясно.
– Вы теперь моя мама? – спросил ребёнок.
Лекс и Эверилд одновременно переглянулись.
– Да.
– А куда делась моя мама?
– Она сейчас с богом. – ответила Эверилд, желая заткнуть девочку, чтобы та не мешала размышлять.
– Эверилд, попытайся связаться с нашими. – сказал напряженным голосом Лекс.
У него закрадывались подозрения, что Эрик Дарт решил поиграть с ними.
Эверилд, с девочкой на руках и котёнком на плече, подошла к скамейке и присела. Лекс подсел к ним.
Эверилд закрыла глаза и попыталась сосредоточиться. Сейчас ей было плевать на гнев своего супруга. Её пугало другое. На протяжении многих километров она не чувствовала присутствие своего мужа.
– Пусто.
– Так себе расклад.
– Я хочу кушать! – подала голос Арина.
Вампиры тоже хотели подкрепиться. В пространстве, что-то неуловимо изменилось.
– Так быть не должно. – размышляла Эверилд в слух.
Лекс тоже заметил эти изменения. Послышался шум музыки, говор людей. Жажда обожгла горло вампирши. Лекс с округлившимися глазами смотрел на преображение города. На дороге появились заброшенные автобусы, мотоциклы, машины, где-то гудел поезд.
– Пойдемте, поедим. – девочка вместе с котёнком спустились с рук вампирши, после чего Эверилд с Лексом поднялись на ноги.
– Будь начеку.
– Не дурак, знаю. – буркнул он и скользнул в тень.
Эверилд, с грацией хищницы, двинулась к ближайшему кафе с яркой вывеской «Солнышко». Название её озадачило. Слишком по-детски оно звучало для такого мрачного места. И осматриваясь по сторонам, её глаза замечали всё больше странностей: трава на газонах была сине-зелёная, а между пучками травки красовались ярко красные цветки с желтой серединой. Чуть дальше цвело странное дерево с алыми розами на ветках.
Эверилд вдруг пошатнулась. Голова закружилась, и мир поплыл, приобретая опасные оттенки красного цвета. Она чувствовала, что теряет контроль, ведь Арина очень заманчиво пахла, но Эверилд удалось подавить свою жажду, хоть и с большим трудом. Это произошло прямо на входе в кафе. Девочка с платиновыми волосами и глазами цвета коры дерева, смотрела на неё с ужасом.
– Всё уже прошло. – ласково заговорила Эверилд, ощущая поступающую слабость.
Арина усомнилась в её словах, и Эверилд взяла девочку за руку.
– Видишь, я не опасна. Идем есть.
Арина ещё с минуту смотрела на вампиршу, и только потом согласилась войти в кафе.
Оно было оформлено в старинном стиле, что сразу же бросилось Эверилд в глаза.
Откуда на территории города таверна, которая существовала в глубокой древности? Она шагнула на паркет. В помещении играла немецкая музыка, уютные маленькие столики находились по левую руку, призрачные цветы стояли в призрачных горшках, над столами висели светильники, а на голубых диванчиках сидели полупрозрачные люди.
Арина закричала, и по стенам расползся иней. Призраки, словно по чьей-то команде, повернули головы в сторону посетителей. Глаза не упокоенных душ, мерцали зелёным цветом.
Эверилд прижала к груди девочку. Призраки потянули к ним свои руки, и вампирша сотворила ментальный щит в свой рост, который отделил её от неживых клиентов кафе. Она даже не догадывалась, что так может.
Призраки разом потеряли интерес к новым гостям, когда от барной стойки отделился силуэт и начал уверенно приближаться. Это оказалась душа, неупокоенного мужчины. Приблизившись к живым посетителям, от него исходил жуткий холод, заставляя поверхности покрываться изморозью.
Лекс вышел из тени, перекрывая путь беспокойному духу. Призрак мужчины с залысинами остановился в пяти метрах от них. Не упокоенный дух поклонился, приветствуя гостей, а вампир внимательно следил за каждым движением нежити.
Призраки, сидевшие за столами, выли, раскачивались и вообще вели себя не спокойно. Всё это Эверилд отметила краем сознания. Она отодвинула немного в сторону Лекса, чтобы лучше видеть бармена.
– Давно в нашем мире не появлялись сильные телепаты. Приветствую вас в кафе «Солнышко».
– Пьяное «Солнышко», тогда уж. – попыталась пошутить вампирша.
– Хорошее название. Проходите, садитесь и заказывайте еду.
Эверилд медленно покачала головой.
– Наш город заколдовал ментальный маг. Он свёл с ума миллионы жителей, и потом с помощью некромага превратил всех нас в бестелесных существ. Мы должны охранять город, и заманивать сюда великих магов, чтобы пополнять накопители. Он спрятал артефакт в болоте, что находится в сердце города, который не позволяет нам уйти на перерождение. Но однажды, нам удалось заманить в свои сети пророка, который предсказал, что через двести лет в наш мир пожалует женщина с мертвенно бледной кожей, с чужим ребёнком и любовником. А ещё с ними будет белый котёнок с рыжими ушками и рыжеватым хвостом. Эта гостья нашего мира сумеет овладеть силой артефакта, и тогда мы сможем обрести покой. Но чтобы она осуществила миссию, её необходимо напоить вином «Рубиновая ясность», чтобы она смогла найти выход в основной мир. Мы много заманивали женщин из разных миров с чужими детьми, но вы первая, кто пришла к нам добровольно, желая спасти любовь. Не удивляйтесь, я чтец душ. Выпейте с нами вина, поделитесь своей силой, и мы вас отпустим. В нашем мире всех телепатов уничтожили ещё семьсот лет назад от сотворения луны и объявили их вне закона. Возьмите этот артефакт, он поможет вам скрыть свою силу.
В воздухе возник кулон. Он был в форме кровавой капли, подвешенный на платиновой цепочке. Иномирянка с сомнением посмотрела на дар, а кулон терпеливо ждал, когда его возьмут.
Решившись, вампирша протянула руку к подвеске. Она горячими звеньями легла в подставленную ладошку. Эверилд расстегнула цепочку и затем застегнула её, уже на своей шее. Капля легла в ложбинку между грудями. Бармен дождался, когда гостья справиться с украшением и затем обратился к Лексу:
– Ваш дар, юноша, не так заметен. Вы сможете его скрыть, пользуясь второй своей способностью. Но девушку берегите, она очень талантливый маг разума. Теперь пройдёмте поближе к стойке, выпьем вина.
Он поплыл к своему рабочему месту, а вампирша последовала за ним с осторожностью. Они заняли круглый белый столик, по левую руку от баристы. Бестелесный дух достал из-под барной стойки бутылку, такую же прозрачную, как и он сам. Неупокоенная душа, разлила вино по бестелесным бокалам, затем он подплыл к гостям, протягивая им сосуды. На лице вампирши отразилось сомнение, а призрак, заметив её замешательство, сказал:
– Коснитесь его, и он обретет материальность.
Вампирша не торопилась следовать совету бармена.
– А куда делся пророк?
– Он не смог выйти из города, хотя мы пытались ему помочь. Но он подарил нам надежду.
Эверилд притронулась к ножке бокала, и он сразу же стал осязаем. Арине подали томатный сок, а Лексу такое же вино. Малышка залпом опустошила свой бокал и крепко заснула. Эверилд сделала маленький глоток, пытаясь распробовать прозрачно рубиновую жидкость. Лекс опрокинул его залпом, вытер губы и откинулся на диван. Лицо вампира лунного затмения стало спокойным, а в глазах пропала жажда. Вино было тягучим, с какими-то пряностями. Она пила его не спеша, наслаждаясь каждым глотком, и чувствуя, как часть магии уходит. Она нахмурилась.
– Оно забирает магию.
– Чтобы выйти из этого города, надо поделиться своей силой.
– Пророку это не помогло.
– Не помогло, потому что эта сила немного иная. Это вино делалось для менталистов. Только им оно придает силы, но первый бокал пьётся, чтобы поделиться магией, а второй бокал уже будет восстанавливать ваши силы. Тот, кто выпил это вино, сообщает городу, что добровольно готов пожертвовать свою силу.
– Оно может убить.
– Нет, оно не в состояние забрать у вас всю магию. Так, что пейте. Оно для вас даже полезно. Это вино убивает только магов не вашего профиля.
– Что ты дал, Арине?
– Сок, восстанавливающий силы. Она через два часа проснётся бодрой и полной сил. Город не убивает детей.
Призрак притащил бутылку вина, и Эверилд решила довериться ему, хотя её грыз червячок сомнения. Они распили бутылку на двоих, и правда, Эверилд почувствовала себя лучше, ведь силы стремительно возвращались.
– Я что говорил? У ментальных магов спокон веков существует ритуал: перед тем, как войти в город, они распивали это вино.
– Как вино может одновременно забирать и восстанавливать силы?
– Не могу знать. Это как опьянение, вроде хорошо становиться, но встать не можешь.
– Как выйти из города?
– У меня нет ответа на этот вопрос. Вам нужно отыскать этот путь самим. – призрак начал растворяться, а вмести с ним исчезали зал и столики.
– Погоди, уважаемый, а можешь одолжить несколько бутылок этого волшебного вина? – остановила Эверилд бармена.
Он не ответил, но перед ними появились две сумки с бутылками вина. Эверилд схватила свой подарок и подхватила малышку на руки. Лекс тоже взял сумку, поймал котёнка, и их перебросило в другое место. Они оказались на краю города. Впереди стоял стеной лес, а город-призрак и живой мир разделял барьер.
– Мы выбрались? – не поверила своим глазам вампирша, положив Арину на траву.
– Сомневаюсь. Это вполне может оказаться очередной ловушкой. Нас спасло только то, что мы телепаты, а Арина ещё ребёнок.
Эверилд подошла к незримой границе и протянула руку, пальцы наткнулись на тонкую преграду.
– Мяу! – раздалось возмущение котёнка.
– Ой, тебя покормить забыли.
Эверилд расстегнула на сумке замок, поискала в ней, но кроме бутылок с рубиновой жидкостью, там ничего не было.
– Найденыш, для тебя ничего нету. – развела руками Эверилд.
– Мяу!
Вампирша достала одну бутылку и поднесла её к свету. На золотой этикетке, червонными буквами, было написано «Рубиновая ясность», девятьсот девятый год от сотворения луны.
Вампирша озадаченно почесала затылок, а Арина всё ещё лежала на траве и сопела. Эверилд показала бутылку Лексу.
– Бутылка, как бутылка.
– Ты на год посмотри.
Тогда вампир присмотрелся и хмыкнул.
– Весело. Но всё равно ничего не ясно. Ну, что, пойдём в лес, заодно и Найденыш поохотиться.
– Мне кажется, чтобы преграда нас пропустила, мы должны отпить вина. – вампирша открыла вино и сделала несколько глотков.
Лекс с недоверием повторил за ней. Вампирша закупорила бутылку с напитком, и снова протянув руку к барьеру, поняла, что он пропал.
– Мяу! – снова напомнил о себе котик.
Эверилд убрала бутылку, застегнула кожаную сумку и перекинула ремень через плечо. Затем она осмотрела себя: форма СС, всё та же бледная кожа, на поясе висят два пистолета Люмбера, штык нож и подсумок с гранатами. Потом она внимательно взглянула на Лекса: разлохмаченные волосы, штаны и рубашка, так же как и у неё на поясе висят два пистолета, подсумок с гранатами и штык нож.
– Винтовки не хватает. – с лёгким сожалением заметила Эверилд.
– Без неё справимся. Я бы больше испугался, если бы прародительницы лишили бы нас бессмертия и забросили к троллям. Кстати, ты заметила, что у троллей не бежит кровь? Но при попадании в них пули, они начинают умирать. Очень медленно, но всё же.
– Нет, не обратила внимания. У меня была задача – уберечь ребенка. Всё-таки, дети на войне, эта обуза. Мне сложно с ней совершать сложные манёвры.
Девочка завозилась на траве, рядом с рукой Эверилд, стараясь удобнее пристроиться.
– Наверно ей холодно. – улыбнулся Лекс.
Вампирша выругалась, ведь с отсутствием тепла и кровообращения в своём организме, она ничего не могла сделать. Котёнок запрыгнул Эверилд на плечи. Вампирша взяла на руки ребёнка, и первая шагнула под своды кокосовых пальм, хлебного дерева, банановые растения, индийское манго, дыневые деревья. Лекс пошел следом. Когда они пересекли невидимую черту, город пропал, и они оказались в странном лесу с синими листьями.
ГЛАВА 2.
Свежий воздух наполнил лёгкие, давно позабытым вкусом чистых воздушных масс. Многие, может, и не обратили внимания на изменения в атмосфере, которые принесла за собой Вторая Мировая Война, используя технику, отравляющую воздух на земле. И первое, что поняла вампирша, стоя на траве в лесу, так это то, что они угодили в средневековье. Ведь её чуткий нос не улавливал в воздухе запах машинного масла, дизеля и промышленных заводов. Вместо этого, она чувствовала приятный аромат дыни, манго, травы, приторно-сладкий запах цветов и мускуса. Это могло означать только одно: в этом мире отсутствует паровой и технический прогресс.
Эверилд глубоко вдохнула пряный воздух и начала кружиться на полянке, держа Арину на своих руках. Всё вокруг было усеяно необычными бархатными цветочками цвета Бордо, выглядывающими из-под высокой травы. Затем послышалось пение птиц, добавляя очарования этому волшебному месту.
Котёнок возмущенно мяукнул и спрыгнул с плеча вампирши в траву, высокие стебли которой скрыли зверька полностью. Эверилд не сразу заметила потерю.
– А где кис? – подала голос Арина.
Эверилд пожала плечами и пробежалась взглядом по поляне. Уловив едва заметные колебания травы, она бесшумно приблизилась к тому месту и наклонилась, чтобы поднять котёнка. Но заметив спрятавшуюся в норку мышь, передумала.
– Он охотиться. – мысленно ответила своей приёмной дочери Эверилд.
– Холосо. – ответил ребёнок.
Лекс с нежностью смотрел на светящееся лицо возлюбленной. Её беспечность завораживала, и он был готов любоваться этим выражением лица вечно. Она словно сбросила со своих плеч пудовый груз, отчего взгляд помолодел на много лет. И сейчас, смотря в её ясные голубые глаза, Лекс видел девочку подростка, не познавшего ещё, что такое настоящее горе. Он никогда не видел её такой легкой, свободной и довольной жизнью, что сейчас отдал бы многое, лишь бы видеть её такой всегда. Но Лекс понимал, что эта эйфория скоро пройдёт, явив суровую реальность. И Эверилд снова будет ходить с задумчивым взглядом, а все прожитые годы вновь обрушатся на её бессмертные плечи. Вампир дал себе обещание, что сделает всё возможное, чтобы вновь увидеть этого умиротворение на её лице, а не холодное равнодушие ко всему вокруг.
Эверилд остановилась и, не сдерживая улыбку на лице, подошла к Лексу и передала ему Арину. А сама вернулась к своему танцу радости и упоительного счастья, надежды и веры в лучшее.
На недавно ясном небе сбежались тучки, из которых начали падать первые капли. И даже танцуя под раскаты грома и шум дождя, она чувствовала единение с природой и счастливо смеялась, ведь на душе было светло и легко.
Эверилд набирала темп, двигаясь в такт внутренней музыки. Она, наконец, была свободна от всего: от обязательств перед вампирами и навязанного брака с Эриком Дартом. Эверилд могла быть сама собой, и не надо было больше скрывать свою вампирскую сущность.
Она остановилась и запрокинула голову, ловя губами потоки воды. Одежда намокла, но это не мешало ей улыбаться, наконец, обретя себя. Её душу окутало пушистым одеялом спокойствия, ведь сейчас она была безумно счастлива, веря, что этот новый мир излечит её душу от ран. Эверилд ощущала на кончике языка неповторимый вкус магии, так как в этом мире ею было пропитано всё: каждая капля дождя и росы, листочек и дерево, букашка и зверь. Вампирша слышала мысли каждого, даже самого крошечного существа.
Дождь набирал силу, превращая капли в тонкие иглы, а потом и в сплошной поток чистой воды. Мир пел и радовался, смешивая кровавые слёзы благодарности и довольствия с каплями дождя. Эверилд впитывала магию всем телом, чувствуя, как оно изменяется, становясь крепче и выносливей.
Клыки удлинились, зрение стало острее, а обоняние улавливало миллионы разных оттенков запахов. Вампирша слышала, как бьются сердца насекомых, циркулирует под землёй вода и где-то далеко шумит город со своими жителями. Эверилд тонула в многообразии звуков и запахов, сводящих её с ума. Она захотела взлететь и отправиться к городу, что так заманчиво шумит, но внезапно наткнулась на защитный барьер, который отшвырнул её обратно, возвращая в собственное тело.
– Куда полетела? Тебе еще рано. – произнес заботливый, материнский голос.
Вампирша вздрогнула. Из носа и ушей хлынула призрачно-голубая кровь. В голове бессмертной гудело, словно получила ментальный удар. Лекс бросил обеспокоенный взгляд на свою женщину, опустил малышку на поляну и приблизился к Эверилд.
Вампирша пошатнулась и присела на мокрую траву. Достав платок из кармана военных штанов, она запрокинула голову назад, чтобы остановить кровь. Ткань, приложенная к носу, моментально напиталась её кровью. Эверилд убрала руку с платком и отстраненно рассматривала собственную кровь, которая отказывалась сворачиваться, продолжая падать каплями на землю.
В голове вечно живущей появилась мысль: «Неужели, я лишилась бессмертия?». И на короткий миг, нежитью овладел дикий ужас, который сразу же прошёл, когда кровь прекратила идти.
Лекс сидел рядом с ней на корточках, и заглядывал в глаза своей возлюбленной.
– Эверилд, родная, с тобой всё хорошо? У тебя большая кровопотеря, я хотел помочь, но ты ментально закрылась от меня.
– Уже всё в порядке. – ответила она, когда сознание прояснилось.
Эверилд, немного пошатываясь, встала. Лицо вампирши было сосредоточенным, а на лбу проступила складка. Она ментально ощупала пространство во всех направлениях света, и куда бы она ни сунулась со своим даром, каждый раз сталкивалась с магическим барьером.
«Неужели город мёртвых продолжает развлекаться за чужой счёт?»
Она сначала так и подумала, но запах бегущей крови зверей по артериям и венам, говорил, что этот мир живой. И деревья не растворяются в тумане, как это было в городе-призраке.
Исполинские деревья, высокая трава, как в тропических лесах, стрекот цикад и жужжание надоедливых малярийных комаров. В несколько рядов стоят пальмообразные деревья с прозрачно-синими листьями. Стволы этих растений были белого цвета, а на ветвях росли крупные плоды огненного окраса, напоминающие по форме дыню.
Дальше растёт дерево высотой в сорок метров. Листья, длиной до полутора-двух метров, шириной сантиметров тридцать-сорок, имеют розоватый окрас, переходящий в тёмно-синий цвет. И только с одной стороны дерева растут метёлки с желтоватыми цветами.
Эверилд попробовала их сосчитать и вскоре плюнула на это дело, так как на глаз их там было почти тысяча соцветий в одной метёлке. На другой стороне вечно зелёного растения висели спелые плоды манга прозрачно-голубого цвета.
«Их, наверное, правильней называть вечно-синие?» – подумала про себя вампирша и продолжила рассматривать флору леса.
Банановая трава имеет мощные стебли, крупные листья длиной три метра, шириной пятьдесят-шестьдесят сантиметров с лиловыми плодами бананов. Пальма с кокосами имеет гладкий ствол белого цвета, немного наклоненный в сторону, а на макушке дерева расположены большие листья в форме перьев, с которых свисают кокосовые орехи белого цвета.
Больше всего, из этого многообразия растений, выбивается хлебное дерево. Мощный ствол похожий на дуб, коричневая кора, зелёные листочки и жёлто-коричневые плоды округлой формы в диаметре тридцать сантиметров. У вампирши сложилось впечатление, что это дерево, было похищено с земли. Настолько оно было другим.
Эверилд перестала изучать деревья и обратилась к вампиру: