Сборник рассказов «Ужасы Абсурда»

Редактор Сергей Кулагин

Дизайнер обложки Григорий Родственников

Иллюстратор Григорий Родственников

Иллюстратор Энни Нилсен

Иллюстратор Татьяна Осипова

Иллюстратор Полина Александровна Бирло

Иллюстратор Татьяна Шумная

Иллюстратор Дмитрий Серов

© Григорий Родственников, дизайн обложки, 2025

© Григорий Родственников, иллюстрации, 2025

© Энни Нилсен, иллюстрации, 2025

© Татьяна Осипова, иллюстрации, 2025

© Полина Александровна Бирло, иллюстрации, 2025

© Татьяна Шумная, иллюстрации, 2025

© Дмитрий Серов, иллюстрации, 2025

ISBN 978-5-0062-8176-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

От составителей

Сборник посвящён творчеству замечательного автора Энни Нилсен. В сборник вошли рассказы конкурса «Ужасы абсурда» – организатор Литературное сообщество «Леди, Заяц & К».

Авторы сборника придумывали и сочиняли рассказы, а художники, вдохновлённые их творениями, рисовали. И все пытались пугать, ведь абсурд и страх всегда рядом. В итоге получился иллюстрированный сборник ужасов или абсурда – решать читателям.

Отдельная благодарность Григорию Родственникову за изумительную обложку и серию рисунков, подготовленных специально для сборника.

Читайте, наслаждайтесь, и пусть мечты вас не пугают.

Денис Моргунов «ЗАЖИГАЯ ПЛАМЯ»

Иллюстрация Сергея Кулагина

Донёсся страшный гул. Пол дрогнул, качнулись стены, с которых большими пластами посыпалась штукатурка. Вскочив с кровати, я осмотрел комнату. В серванте позвякивала посуда.

Землетрясения у нас явление периодическое, но такого сильного на моей памяти не было. Со скрипом и хрустом подламывающихся ножек рухнул шкаф. В ушах зазвенело. С улицы доносились крики людей вперемежку с пронзительным воем автосигнализаций.

Схватив висящие на спинке стула вещи, я бросился прочь из комнаты, попутно уворачиваясь от падающей с потолка плитки. Кинулся в прихожую. Из кухни донёсся грохот. Остановился оглушённый. Повернулся. Бабушкин буфет вдребезги. Схватил кроссовки. Рванул дверь и на выход.

Остановился на площадке. С каждым новым толчком подъезд осыпался пылью и кусками штукатурки, угрожая сложиться в любой момент. Вцепившись в периллу, я начал спуск. Быстро двигаться не получалось. Один неверный шаг может стоить не только здоровья, но и жизни. Достигнув второго этажа, поймал себя на мысли, что в подъезде никого нет. Выбежав на улицу, остановился в изумлении. Народу во дворе было не меньше, чем на центральной площади во время празднования Дня города.

– Ага! Вот вы где. Я уж было подумал, что мне кранты.

В надежде отыскать в толпе кого-то из знакомых, завертел головой. Тут же увидел, что соседняя семиэтажка разрушена.

– Ни хрена себе! Как так-то?! – выпалил я, и тут же почувствовал, как по спине пробежал холодок.

Несколько человек столпились вокруг лежащей на земле старушки. Молодой парнишка делал ей непрямой массаж сердца. Взглянув на зарёванную женщину лет сорока, он отрицательно покачал головой. Здесь и без слов было ясно – бабуля покинула сей бренный мир.

Сильный порыв ветра чуть не свалил с ног. Мигнула яркая молния. Заглушая исходящий из-под земли грохот, грянул гром. Следом начался ливень. Спустя мгновение потоки воды сменились крупным градом.

Несколько мамаш загнали перепуганных детей под железный купол, разукрашенный в цвета мухомора. Малыши ревели, но их плач утопал в царящем вокруг шуме. Сосед, дядя Вася, вытаращив глаза, промчался мимо, а затем уселся в свою старенькую «копейку», припаркованную у го подъезда.

Сошедшая с ума погода не переставала удивлять. Град закончился. Выглянуло яркое солнце, заливая двор своим светом.

Немного в стороне упал кирпич, который, столкнувшись с асфальтом, рассыпался в мелкую красную крошку. Испуганно отпрыгнув в сторону, я отбежал от дома. Не ровен час, что следующий прилетит мне в голову.

– Здорово, дядь Вась! – зачем-то крикнул я, пробегая мимо автомобиля.

Но сосед не обратил на меня никакого внимания. Отбежав от дома подальше остановился. Что-то неприятно впилось в ногу. Опустив глаза, осознал, что стою посреди улицы в одних трусах.

– Ох, ты ж ёжик! – воскликнул я и тут же принялся натягивать штаны.

Засунув одну ногу в штанину, услышал страшный грохот. Переведя взгляд, увидел, что подъезд полностью обрушился. Лоб в тот же миг покрылся потом, а волосы встали дыбом. Задержись я в квартире на пару минут дольше, был бы погребён под обломками. Испуганно попятившись назад, наступил на пустую штанину. Свалившись на землю, больно ударился задницей обо что-то жёсткое. Всё тряслось и гудело. Земля снова заходила ходуном.

Наконец-то натянув джинсы, обулся, а затем, стараясь удерживать равновесие, поднялся, накидывая на плечи рубашку. В это мгновение разделённый надвое дом начал качаться из стороны в сторону. Первый и второй подъезд, с грохотом обрушился на проспект Филатова, что пролегал по ту сторону многоэтажки. Четвёртый и пятый качнулись в сторону двора.

«Твою мать! Он сейчас на двор рухнет!»

Проведя взглядом примерную траекторию его падения, заметил соседа, который до сих пор возился со своим чудом советского автопрома.

– Дядь Вась! Брось свою колымагу! Дом валится!

Но мой крик утонул в грохоте и гвалте, мужчина его не услышал.

– Далось тебе это корыто! – прорычал я, бросаясь к неудачливому автолюбителю. – Беги, дурак старый!

Земля под ногами качнулась, и я, не удержавшись, свалился на клумбу. Словно повторяя за мной, рухнул дом, погребая под собой незадачливого соседа. Вверх взметнулась стена пыли. Следом раздался оглушительный взрыв. Волной меня отбросило в сторону. В глазах потемнело.

* * *

Яркий свет, пробивающийся сквозь закрытые веки, стал первым, что я почувствовал, придя в сознание. Потянув воздух, поморщился от отвратительной вони. Разило тухлыми яйцами и гарью. Затем пришла боль. Она медленно расползлась по всему телу. Голова гудела. Казалось, что ещё немного и череп не выдержит, разломится пополам. Открыв глаза, щурясь от яркого света, осмотрелся.

Я находился в каком-то незнакомом и очень странном помещении. Пол усыпан обломками бетона и кирпича. Одна из стен накренилась и упёрлась в противоположную, придавая помещению форму треугольника. Из пролома в одной из них лился свет.

– Эй! Есть здесь кто-нибудь?

Ответа не последовало. Поднявшись на ноги, почувствовал сильное головокружение. Упёрся рукой в стену, чтоб не упасть.

– Люди! Меня кто-нибудь слышит?

Покачиваясь, побрёл к пролому, надеясь, что через него смогу осмотреться и понять где нахожусь. Жарко. Возникло ощущение, что сейчас не середина сентября, а самый разгар лета. Утерев взмокшее от пота лицо, наконец-то доковылял до своеобразного окна. Прикрыв глаза ладонью, выглянул наружу и тут же отпрянул назад. Льющийся с улицы свет, словно пламя пожара, обжёг кожу.

«Господи, что происходит?» – подумал, стараясь найти происходящему хоть какое-то объяснение. – «Пожар? Взрыв! Точно! Что-то рвануло, перед тем как я отключился. Скорее всего, газовая магистраль, и сейчас она полыхает в непосредственной близи от моего укрытия. Поэтому так жарко. Нужно скорее отсюда убираться. Не ровен час, снова бахнет, тогда уж наверняка так не повезёт».

Безумная карусель в голове наконец-то остановилась, оставив после себя лишь чувство тошноты. Оглядевшись по сторонам, заметил висящее на стене фото. Присмотревшись, понял, что это плакат из какого-то журнала, на котором изображён волосатый мужик в чёрной футболке без рукавов. Уставился на меня грозным взглядом, демонстрируя своё превосходство и крутость.

Показав ему средний палец, я развернулся. Заметил лежавшие на полу фоторамки. Подняв одну из них, стряхнул разбитое стекло и взглянул на портрет. От удивления я округлил глаза. На фото были запечатлены двое: Алекс, мой старинный друг, и его жена Юстина. Схватил другую рамку, третью – везде они. К тому же все эти фотографии делал я. И ту, где Алекс изображал из себя то ли ассасина, то ли ниндзя, надев чёрную маску и остроконечный капюшон. И ту, где Юстина вешала воздушный шар, украшая квартиру для какого-то праздника. А эта, где они изображали зомби перед вечеринкой, посвящённой Хэллоуину, вообще самая классная.

Отложив рамки в сторону, закричал:

– Алекс! Юстина! Где вы?

Но мой голос утонул в пустоте пространства. Понимая, что, сидя на месте, не смогу разобраться, что всё-таки произошло и куда все подевались, решил исследовать дальнюю часть помещения. Прошмыгнув мимо пролома, остановился. Пахнуло палёным. Затем припекло правое плечо. Повернув голову, тут же принялся хлопать ладонью по тлеющему рукаву рубашки. В итоге, пришлось его оторвать. Уж слишком неприятно царапала кожу оплавленная ткань.

Осмотревшись, понял, что ничего интересного, кроме разбитой белой кружки, здесь нет. Присел на корточки и задумался. Я пытался мысленно восстановить хронологию событий произошедших до моей отключки:

«Проснулся. Землетрясение. Выскочил на улицу. Люди в панике мечутся по двору. Сосед пытающийся завести машину. Обрушение подъезда, а затем рухнул дом, погребая под собой дядю Васю. Потом взрыв. То есть по логике меня должно было либо убить, либо отбросить взрывной волной. Как же тогда я оказался здесь? Ответ один – кто-то нашёл меня в бессознательном состоянии и притащил сюда. Зачем это ему или им было нужно? Это точно не Алекс и не Юстина. Они на прошлой неделе улетели на отдых за границу. Тогда почему я оказался именно здесь, в их квартире? Вернее, в том, что от неё осталось. Чёрт возьми! Вопросов стало только больше. Нужно позвонить Алексу и спросить. Может они вернулись, а я просто не знал? Ага, разбежался. Мобильник-то дома остался. Вот же непруха!»

Пока копошился в мыслях, не заметил, как похолодало. Взглянув на пролом, увидел, что льющийся снаружи свет померк. Посчитав, что приехали МЧСники и с пожаром покончено, бросился к дыре, надеясь поскорее сообщить, что я здесь и меня нужно спасать. Они уж точно помогут выбраться. Но то, что предстало взгляду, повергло в шок.

Город лежал в руинах. Кое-где вспыхивали и гасли всполохи пламени. Земля выжжена и изрезана множеством глубоких трещин. Истлевшие деревья, словно чёрные огарки спичек, торчали то тут, то там, испуская клубы дыма. Судоходная река, из которой куда-то исчезла вся вода, напоминала огромный овраг, а на его дне лежали обгоревшие катера и баржи.

Подумав, что сплю, а всё происходящее не что иное, как дурной сон, больно ущипнул руку. Как оказалось – ни хрена это не сон. Я не мог поверить своим глазам. Конечно, подобные картины не раз показывали в фильмах про конец света, но то кино, а это самая настоящая реальность.

Заметив белые лучи фонариков, рыскающих по земле, обрадовался, что спасатели начали поиски уцелевших. Перегнувшись через край пролома, собрался было позвать на помощь, но заметив тех, кто бродил внизу, замер, удивлённо разглядывая их. Из-за обломков дома вышли трое. Все как один одеты в скафандры, подобные тем, что носят космонавты. Остановившись, они начали что-то обсуждать, но о чём именно шла речь, не было слышно. Оно и ясно, в шлемах установлено средства связи. Спустя несколько минут бурных жестикуляций, один из них обречённо опустил руки, покачал головой, а затем, словно ощутив на себе взгляд, поднял голову.

Космонавт пристально смотрел на меня. По спине пробежали мурашки. Не знаю почему, но звездолётчиков я боялся. То ли расшатанные последними событиями нервы сдавали, то ли их необычный вид нагонял жути. Боясь пошевелиться и тем самым выдать себя, замер и даже старался дышать через раз. Некоторое время мы неподвижно сверлили друг друга взглядами. Озябшее от холода тело дрожало, а из-за нервного напряжения взмокли спина, ладони и лоб. В груди неистово стучало сердце, норовя выскочить.

В конце концов, космонавт отвернулся и, похлопав одного из своих по плечу, зашагал к следующему разрушенному зданию. На душе отлегло. Медленно, стараясь не издавать ни звука, я отошёл от пролома, уселся на пол, разглядывая брутального рокера, смотрящего на меня с плаката.

«Кто они такие? Почему в скафандрах? Что они ищут? На спасательную операцию это не похоже. Во-первых, их всего трое, а во-вторых, нет никакой техники. Чёрт! Что происходит?»

На четвереньках подобрался к дыре и осторожно выглянул. Люди в скафандрах находились на краю засыпанного фрагментами зданий двора. Один водил лучом фонарика по завалам, остальные, что-то паковали в большой чёрный мешок.

«Неужто трупы собирают? Зачем они им? Странно. В таких случаях стараются сначала помочь живым. И куда они его денут? Бросят здесь или на своём горбу потащат?»

Ответ на мой вопрос пришёл сам собой. Со стороны, откуда вышли эти трое, вырулил грузовик. Ревя мотором, он, словно на автодроме, объезжал завалы, направляясь к космонавтам. С хрустом камней под колёсами автомобиль остановился около троицы. Двое подняли увесистый мешок, а затем, раскачав его из стороны в сторону, перекинули через борт грузовика. Мешок с грохотом упал на железное дно. Космонавт что-то крикнул водителю, после чего тот со скрежетом переключил скорость в коробке передач и направился к соседнему двору. Переглянувшись, собиратели трупов последовали вслед за удаляющимися вдаль габаритными огнями.

Дождавшись, пока они скроются из виду, я перевалился через край пролома в поисках пути вниз. Высоко. Внизу груда битого бетона и кирпича. Прыгать не вариант.

С досадой хлопнув ладонью по бетону, начал нервно бродить по помещению из стороны в сторону, пытаясь придумать как попасть наружу. Внимание привлекли какие-то тряпки, щедро присыпанные штукатуркой. Раскидав её, обрадовался. Это были не совсем тряпки. Падая со стены, штукатурка раздавила пластиковый бачок для белья. Связав из найденной одежды и постельного белья некое подобие каната, скова высунулся в пролом. Сразу под ним, заметил торчащую из стены арматуру. Подёргав её и убедившись, что сидит крепко, привязал к ней один конец импровизированной верёвки. Второй сбросил вниз.

– Была не была, – с этими словами я свесил ноги вниз. Повиснув на канате, осторожно спустился на груду бетона.

На улице оказалось намного холоднее, нежели в помещении. Зябко вздрогнув, спрыгнул на землю. Потирая ладонями плечи, осмотрелся. Все дома разрушены. Трава под ногами превратилась в пепел. Деревья обуглены. Железные фонарные столбы неестественно согнуты, а пластиковые плафоны в прямом смысле слова стекли на асфальт.

– Что здесь происходит? И, чёрт возьми, почему днём так жарко, а ночью колотун как в Арктике?

Взглянув на небо, удивлённо выкатил глаза. Только сейчас я заметил, что на нём отсутствует луна. Мерцающие звёзды на месте: Малая и Большая медведицы, Орион на своих местах, а спутника нашей планеты нет.

«Ладно, с этим потом разберёмся. Нужно отыскать людей и не нарваться на космонавтов. Я почему-то уверен, что добра от них ждать не стоит».

Перебегая через дорогу, чуть не угодил в один из разломов. Вовремя остановившись на самом его краю, взглянул в бездонную тьму расщелины. Меня передёрнуло от осознания того, что мог свалиться в неё. Поняв, что перепрыгнуть препятствие в этом месте вряд ли удастся, решил идти вдоль него в надежде найти более узкий участок.

Бредя по асфальту, поймал себя на мысли, что вокруг царит полнейшая тишина. Ни людей, ни животных, никого. Озираясь по сторонам, не заметил обломка бетонной плиты. Споткнувшись об него, чертыхаясь, свалился на дорогу. Поднимаясь, заметил движение среди фрагментов здания напротив. Замер на месте. Прислушался. От завалов донеслись чьи-то стоны. Понял, что кто-то застрял под обломками.

– Сейчас, потерпи немного, – протараторил я, подбежав к завалу.

Отбрасывая в сторону обломки, принялся откапывать человека. Замёрзшие пальцы отказывались гнуться. Выскользнувший из рук кирпич больно ударил по ноге. Стиснув зубы, продолжил разгребать завалы.

– Там никого нет… – прохрипел кто-то.

Повернувшись на звук, увидел человека, лежащего на камнях немного выше того места, где я усердно разбирал фрагменты дома.

– Беги… Прячься, пока солнце не встало…

– Я тебе помогу! Сейчас, погоди, уже поднимаюсь.

– Ромыч? – человек назвал меня по имени. – Какого хрена ты здесь… – он закашлялся.

Его голос показался довольно знакомым. Быстро взобравшись вверх, я остановился около него.

– Зачем ты покинул мой дом? Оставь меня. Возвращайся. Вали отсюда поскорее. Уже светает.

– Алекс? – удивился я. – Нет брателла, мы вернёмся вместе.

– Отойди от меня, – прохрипел он. – Я облучён.

– Что ты несёшь?! Какое, к чёрту облучение?

Наклонившись, я увидел, что тело Алекса покрыто ожогами. Быстро скинув с себя рубашку, накинул её на друга, а затем, подхватив его, взгромоздил на плечо.

– Оставь меня. Спасайся сам. Я уже не жилец.

– Заткнись! – рявкнул я, осторожно спускаясь с груды обломков. – Потерпи немного.

Выйдя на асфальт, застыл на месте, испуганно глядя вперёд. Навстречу мне бежали трое космонавтов. Я замешкался, не понимая, куда от них скрыться, но этого делать не пришлось. Троица пронеслась мимо, даже не обратив на нас внимания. Проводив их взглядом, зашагал к квартире Алекса. Но пришлось снова остановиться. С рёвом на дорогу вырулил грузовик. Он нёсся прямиком на нас. Я быстро перебежал к руинам дома. Водитель в спешке то ли не заметил разлома, то ли не справился с управлением. Грузовик с грохотом скрылся в глубокой яме. Я понимал, что бедняге не выбраться и помочь ему не смогу, поэтому постарался скорее покинуть место аварии. Сейчас я должен помочь Алексу. Хотя даже не представляю как и чем.

С каждой минутой становилось всё жарче. Пот крупными каплями скатывался со лба. Рассвет стремительно набирал обороты, разгоняя ночной сумрак.

– Брось меня. Ты ещё можешь… – прохрипел Алекс, а затем обмяк.

Уложив друга на землю, я долго пытался привести его в чувство, но ничего не помогало. Он умер. Затем пришла боль. Появилось ощущение, что всё тело горит огнём. Взглянув на себя, заметил, что на покрасневшей коже появились кровавые волдыри, а джинсы начали тлеть. Испуганно вскочив на ноги, я всеми силами старался их потушить, но ничего не помогало.

Пахнуло палёными волосами. Проведя ладонью по голове, понял, что они обгорели. Не понимая, что происходит – закричал. Становилось всё жарче. Обессиленный, я рухнул на колени, корчась от нестерпимой боли, что вонзилась в тело миллионами острых игл.

Повернув голову, увидел непривычно огромный солнечный диск, восстающий из-за горизонта. Собрав последние силы, бросился к болтающемуся на стене канату, ведущему в укрытие.

Вцепившись в него руками, пополз вверх. И в тот миг, когда до спасительного пролома в стене оставалось меньше метра, верёвка вспыхнула. Я протянул руку вверх, стараясь ухватиться за край дыры, но схватил лишь раскалённый воздух. Канат оборвался. Я падал. Лаз в укрытие стремительно удалялся. Затем последовал удар, а за ним тьма.

* * *

– Валерий Иванович, что скажете? – спросил невысокий парень в белом халате.

– Знаете, Виктор, я был уверен, что моя теория верна. Новый питательный раствор помог восстановить большую часть воспоминаний. По сравнению с прошлыми результатами – это большой прорыв. Мы смогли увидеть не просто статичные кадры сотканные из обрывков памяти, а пережить то, что пережил её владелец. Думаю, мы должны сказать спасибо тем, кто произвёл крионизацию трупов.

– Вы считаете, что это сделали те люди в скафандрах?

Мужчина лет пятидесяти, также облачённый в белый халат, массируя надбровные дуги, одобрительно кивнул.

– А зачем они это сделали? Почему не поместили в криокамеры живых?

– Насчёт мёртвых – не знаю, но благодарен тем, кто решил это сделать. Живых тоже замораживали. Сейчас ими занимаются в Омске. Профессор Кулагин писал, что в ближайшее время, нам удастся пообщаться с одним из них.

– Профессор, как вы считаете, что могло привести к столь масштабной катастрофе?

– Здесь даже думать не о чем. Виновники произошедшего – люди. Вернее их несговорчивость и жестокость. Благо в наше время ядерное оружие запрещено всемирной конвенцией. Слишком дорого нам обошлось его существование. С другой стороны, возможно, всё произошедшее пошло на пользу всем выжившим. Именно благодаря случившемуся, мы научились жить…

– Так они тоже жили, – перебив Валерия Ивановича, произнёс Виктор.

Проведя ладонью по подбородку, профессор продолжил:

– Жили, но не ценили ни свои жизни, ни природу. Посмотрите документы за две тысячи тридцать пятый год. В них вы найдёте большинство ответов на свои вопросы. Затем сравните политическую и экологическую ситуации в мире с настоящим.

– Да. Я с вами согласен. В университете нам рассказывали об упадке экологии в середине позапрошлого века. О всемирной войне мне известно не так много, но я обязательно восполню этот пробел в своих знаниях.

– Как говорили наши предки – всё, что ни делается, всё к лучшему. Мы можем убедиться в мудрости этих слов. Мир восстал из ядерного пепла. Мы научились жить в гармонии с природой и друг с другом. Что ж. Нам пора заканчивать, – сняв очки, Валерий Иванович протёр линзы краем халата. – Виктор, поместите мозг в питательный раствор. Его память очень важна для нас, а также для будущих поколений.

– Этот человек, один из немногих представителей своего времени, что проявил настоящую выдержку и самопожертвование. Он настоящий герой. Жаль, что он не смог этого осознать при жизни, – рассматривая стеклянную колбу, наполненную жидкостью с качающемся в ней мозгом, произнёс Виктор.

– Вы слишком сентиментальны молодой человек. Но в ваших словах есть доля истины.

Учёные вышли из лаборатории. Потушили свет, оставив на большом экране, встроенном в стену, застывшее изображение уничтоженного города.

Дмитрий Королевский «ПОРОЖДЁННЫЕ СТРАХОМ»

Иллюстрация Григория Родственникова

Смерть всегда внезапна и нелепа.

Диагноз установлен, врач больше не скрывает, что тебе остаётся пара дней. Но кто в точности до секунды может сказать, когда это произойдёт? Да, она наступит в своих традициях, и считаться с кем-то, конечно же, не станет. Все, как всегда, неожиданно и поэтому нелепо.

Когда Элина (ну или просто Эля, как ласково называл её парень) появилась в жизни Дмитрия, то молодой человек едва мог предположить, насколько сильно она теперь изменится. Их роман закрутился неосторожно смело и бурно, с пропуском конфетно-букетного периода и переходом сразу к постельным сценам. Вы скажете: это ненадолго. Такие отношения обречены. Однако любовь с первого взгляда есть, она существует. Что и подтверждала счастливая пара.

После восьми месяцев горячих встреч они решили, что пора переходить на новую ступень отношений. Их маленькая, со старыми ободранными обоями квартирка, которую молодые люди сняли, стараниями Элины превратилась в настоящее любовное гнёздышко, в котором паре было светло, легко и уютно, а мир вокруг стал просто неинтересным. Всё самое важное было здесь, в их личном однокомнатном микромире.

Начавшаяся бытовуха не стала преградой, как это часто бывает. Все финансовые вопросы решались обоюдно, без скандалов и ненужных обид. Доход молодой семьи был невелик, но его хватало вкупе с помощью родителей, что, конечно же, поддержали пару в её становлении.

Вскоре была сыграна свадьба, после которой последовало и самое важное событие в семье: рождение ребёнка.

Дочку, родившуюся здоровой и красивой, назвали Настей. Счастливые родители были без ума от своего крохотного ангелочка. Появление ребёнка, в котором смешались кровь и внешность обоих родителей, ещё больше сплотило влюблённых.

Дмитрий, с детства увлекавшийся живописью и даже в начале отношений пытавшийся утаить это от любимой, так как считал свои работы никчёмной размазнёй, обрёл второе дыхание. Его холсты, на которых изображались вымышленные герои на фоне иных миров и планет, космические сражения и далёкие галактики, поразили до глубины души: сначала Элю, а потом и других людей. Несколько раз Дмитрий занимал первые места на проходивших в их небольшом городке престижных художественных конкурсах, что, конечно же, способствовало его развитию как художника. Появились первые заказы: пусть за них и не платили как за подлинник «Улыбка Джоконды», но и вырученных денег вполне хватало. Финансовое положение улучшалось день ото дня. Сам Дмитрий, сменивший за свою жизнь немало работ и освоивший массу профессий, наконец нашёл себя. Стал заниматься любимым делом, которое к тому же приносило весьма немалые деньги.