Воля Сломленных

Глава 3. Решение.

Пробуждение выдалось не самым приятным — жажда и голод давали о себе знать. Первым делом я полез в рюкзак, чтобы достать воду.

Нагиса уже проснулась и что-то рассматривала, отвернувшись к стене. Заметив, что я открыл глаза, она поздоровалась:

— Доброе утро!

— Ага, привет.

Сделав два глотка живительной влаги, протянул Нагисе бутылку. Она аккуратно взяла её и тоже отпила немного.

— Спасибо.

Воды оставалось всего ничего. Если выпить всё сейчас, можно лишиться шанса на выживание — видел такое в одной передаче. И когда уже собирался убрать бутылку обратно в рюкзак, прозвучало:

— Я надела кольцо.

Как гром среди ясного неба. На секунду даже замер с бутылкой в руке. Вообще-то, она и не должна меня спрашивать, но могла хотя бы предупредить! Мало ли что могло случиться... Хотя я и сам об этом подумывал, но как о крайней мере, когда безысходность станет очевидной.

Нагиса показала руку с надетым на указательный палец украшением.

— Как себя чувствуешь? Изменилось что-нибудь?

— Да… кольцо было великовато, но, когда надела, оно подстроилось под размер пальца и сейчас сидит как влитое. И еще… я чувствую что-то необычное. Похоже на слабые разряды тока, по всему телу. А самое странное — я могу ими управлять. Например, если сконцентрируюсь на левой ноге, там собирается больше этого тока.

Я убрал бутылку обратно в рюкзак.

Так, это надо переварить...

Она жива, ей не больно, у неё лишь странные ощущения… Эх, будь что будет!

Достав свое кольцо из кармана куртки, я на мгновение замер. Нагиса легонько кивнула, не отрывая от меня любопытного взгляда.

Надев кольцо, сразу понял, о чем она говорила. Украшение моментально подстроилось под палец, а мгновением позже я ощутил те самые разряды. Такое чувство, будто… наконец обрел целостность. Неужели в моем теле всегда была эта странная сила? Ею оказалось на удивление легко управлять: вот она в руке, вот в животе. Интересно, а что, если направить этот поток в само кольцо?

Я сконцентрировал силу на украшении.

Волна жара с огромной скоростью пронеслась по подземелью. Нагиса закричала, закрывая лицо руками. Я тут же попытался вернуть энергию обратно. Вроде… получилось.

— Пожалуйста, прости меня! Я не знал, что так будет. Я… я просто направил силу в кольцо.

Нагиса убрала руки от лица. Я быстро осмотрел её — небольшие покраснения на коже, на сильные ожоги не похоже. Но чувствовал я себя всё равно паршиво.

Надо извиниться еще раз, ведь ей больно. Сука, ну и баран, совершил типичную ошибку новичка. Надо было вливать силу аккуратно.

— Серьезно, пожалуйста, прости.

— Ничего страшного, ты ведь ненарочно.

— Не болит?

— Немного. Напоминает ощущение, когда проливаешь на руку горячий чай, думаю, быстро пройдет. Так ты говоришь, что направил ману в кольцо?

— Ману?

— Давай называть это маной, так будет проще, — предложила Нагиса.

Ну, маной так маной. Пусть будет как в играх.

— Да, но, пожалуйста, не совершай моей ошибки. Направляй аккуратно. Посмотрим, что делает твое украшение.

Я поднялся и отошел к большому неровному валуну.

— Подожди, дай спрячусь в укрытие. Вдруг меня обдаст холодом или еще чем. — я спрятался за валун

Выглянув из-за камня, подал ей сигнал. Нагиса с серьезным лицом начала направлять энергию в кольцо. Прошло пару минут.

— Ну как, чувствуешь что-нибудь?

— Чувствую, что мана остается в кольце. И сам камень… туман в нем стал больше и плотнее.

— Продолжай, но, если почувствуешь тревогу или опасность — сразу остановись.

Она продолжила эксперимент. Дымка внутри аквамарина начала выходить за его пределы и медленно стелиться по земле, приобретая форму собаки… хотя нет, волка. Еще мгновение — и туман вспыхнул мягким, светом, будто маленькое белое солнце. Когда сияние погасло, я посмотрел на Нагису. Перед ней сидел белоснежный волчонок с темной шерстью вокруг ярко-голубых глаз. Размером он был примерно мне по колено. Зверь любопытно осмотрелся, после чего подошёл к Нагисе и улегся у её ног.

И как мне реагировать? Подойду — и он укусит? Выглядит неопасно, но волк только что появился из магического кольца. Если моё кольцо выделяет тепло, то это — нечто совершенно иное.

— Эм, Нагиса, скажи что-нибудь…

Она с опаской протянула руку к зверю. Когда почти коснулась его, волчонок поднял голову. Нагиса вздрогнула, но взяла себя в руки и аккуратно начала гладить животное. Волчонок зевнул и положил морду на лапы.

— Красивый… — выдохнула она. — Чувствую, что в нем много моей маны. А еще он говорит в моей голове… не словами, а образами. Что-то про имя.

— Так, подожди, не торопись. Я ведь могу подойти? Он не укусит?

Нагиса лишь пожала плечами.

— Попробую спросить. — И, обращаясь уже к зверю, добавила:

— Ты ведь не причинишь вреда Марку?

Волк поднял на неё взгляд.

— Говорит, что пока ты не представляешь для меня опасности, он потерпит твое существование, — Нагиса широко улыбнулась

— Он правда так сказал?

Она молча кивнула.

— Это не слова, а скорее понимание. Сложно объяснить, но перевод с «волчьего» точный.

Она поманила меня к себе — поближе к «безопасному» животному с острыми как бритва клыками. Радует одно — он маленький. Надеюсь, таким и останется. Медленно сев рядом с Нагисой, я покосился на волка — тот никак не отреагировал.

Моя голова коснулась прохладной стены.

— Продолжим эксперименты? С чего начнем?

— Я хочу дать ему имя!

В целом идея отличная. Сразу увидим результат, да и сам волк вроде просил кличку.

— У тебя уже есть вариант?

— Да, но давай сначала попьем. Очень хочется пить.

А ведь и правда, в горле пересохло, а воды осталось совсем немного. Интересно, если растопить снег, его можно пить или мы отравимся?

Достав бутылку, передал её Нагисе.

— Только немного, больше у нас нет.

Она сделала крохотный глоток и вернула воду. О да, живительная влага растеклась по горлу, спасая от жажды ровно на пару секунд. Нагиса посмотрела на лежавшего у ног волчонка:

— Тебя будут звать Юки.

Зверь поднялся и грациозно поклонился.

Интересно, насколько он умный и что будет, если Нагиса попробует вернуть ману в кольцо? Пусть рационалист из меня слабый, но продумать простые эксперименты я смогу. В конце концов, было бы неплохо узнать, с чем имеем дело и как это лучше использовать.

Некоторое время мы посвятили тестам.

Итак, что в итоге? Нагиса наотрез отказалась отзывать Юки — даже пробовать не стала. Её можно понять. Рядом с волком она стала увереннее. Юки понимает все команды и делает всё, что она говорит. Но если команду произношу я — он смотрит на меня как на мусор. Либо скалится, либо вообще игнорирует.

«Ах, Юки, это разбивает мне сердце...»

Насчёт моего украшения мы выяснили: я могу контролировать температуру и область применения. Пока мой максимум — тепловой купол в два метра. Температуру внутри него можно повышать, но делать её слишком высокой страшновато, ведь, сколько ни увеличиваю, ничего, кроме приятного тепла, не чувствую. Определить температуру по ощущениям довольно тяжело. Также можно посылать жар в предмет, который я держу в руке, и, что странно, сам я от этого не обжигаюсь. Мои размышления прервал уставший голос Нагисы:

— Давай попробуем найти людей. Выйдем из подземелья, с твоими силами это возможно.

— Идея хорошая, но что будем делать, если у меня закончится мана, или само кольцо перестанет греть? Я не знаю своих лимитов и того, как быстро восстанавливается энергия... если вообще восстанавливается. Придумал! Спроси волка, сможет ли он вывести нас из этого заснеженного ада.

— Юки, ты сможешь вывести нас в теплые места?

Питомец кивнул.

Это очень хорошо. У нас появился шанс. Останемся тут — умрем от жажды, а так есть надежда выжить. Если есть направление, всё может сработать.

— Отлично, готовимся. Но сначала съедим остатки еды, нам нужны силы! — Я извлек из рюкзака два брикета заварной лапши и с улыбкой передал один Нагисе. — Похрустим!

— Приятного аппетита! — она сложила руки в молитвенном жесте, и мы приступили к трапезе.

Глава 4. Снежный пейзаж.

Снег хрустел в такт шагам. Юки бежал впереди. Нас окутывала теплая сфера, неотступно следовавшая за мной. На её границе дрожало марево, превращая мир вокруг в размытый, изгибающийся пейзаж. Иногда волчонок выскакивал за пределы тепла и радостно носился по морозу.

По моим прикидкам прошло от четырех до шести часов. Столь долго подпитывать сферу оказалось утомительно. В голове поселилась легкая гулкая пустота, а впереди так и не виднелось ни одного зеленого пятна. Интересно, сколько еще протяну? Нагиса плелась позади, время от времени спрашивая о моем самочувствии:

— Всё хорошо?

— Пока справляюсь. Давай допьем воду, от жажды уже с ума схожу, — не сбавляя темпа, я перекинул рюкзак и выудил бутылку.

Мы по очереди сделали по большому глотку, осушив её до дна. Теперь единственным источником влаги оставался снег вокруг, о чем я и сообщил Нагисе. В таком темпе прошли еще пару часов.

Больше идти не могу, нужно подремать, а ноги уже не держат. Вяло стянув куртку, кинул её в снег и уселся на край.

— Устал. Нужно передохнуть хотя бы полчаса.

Нагиса присела рядом, позвала Юки и обняла его. Она предложила опереться друг о друга спинами — так удобнее. Стоило это сделать, и сознание тут же провалилось в сон. Но счастье было недолгим. Не прошло и минуты, как леденящий холод окутал тело. Следом пришло ощущение, что кто-то интенсивно трясет за плечи — скорее всего, Нагиса. В голове каша… Вставать не хотелось, но приглушенная боль от пощёчины окончательно привела в чувство.

Сосредоточившись на кольце, вернул тепловую сферу. И тут же осознал роковой изъян артефакта — если уснуть, поток маны прекратится, а значит, магия просто исчезнет.

Все еще с трудом соображая, посмотрел на Нагису. Выглядела она взволнованно. Нужно объясниться:

— Тут такое дело… Если усну, мы без вариантов замерзнем. Не знаю, сколько еще продержусь, нужно идти вперед.

С трудом поднимаясь на ноги, отряхнул куртку и закинул в рот горсть снега. Нагиса указала в сторону извивающегося в мареве светила:

— Солнце садится, на улице будет еще хо…

Я прервал её на полуслове:

— Пока находимся под защитой сферы, это не страшно. Пойдем, пока я еще в состоянии.

Мы двинулись дальше, а головокружение усилилось. Умереть от холода посреди снегов было бы отстойно. Чтобы не отрубиться, мы всё время разговаривали друг с другом.

Нагиса рассказала, что убежала из дома и жила в районе Кабуки-тё, ночуя в компьютерных клубах. Я же поделился, что уже полгода не появлялся на парах и всё время проводил за компом. В ходе этих откровений и других отвлеченных тем. Мы пришли к выводу, что наше понимание языков связано с магией этого мира.

Каждый шаг давался с трудом, ноги словно ватные, а хрустящий под ногами снег стал раздражать. Неужели мы здесь и умрем?

Нагиса поравнялась со мной и подставила плечо. Когда я облокотился на неё, идти стало чуть легче. Она легонько толкнула меня в бок и взглядом указала на границу сферы — марево постепенно оседало, и видимость становилась лучше. Вдалеке мы увидели, как снежный пейзаж сменяется грязно-коричневым, а чуть дальше уже показались деревья и зелёная трава. Юки радостно взвизгнул.

Мы почти дошли. Когда ноги ступили на влажную землю, я перестал вливать ману в кольцо, и защитное тепло растаяло, уступив место легкой прохладе. Теперь точно не замерзнем. Справились.

Когда мы дошли до небольшой поляны, мой усталый взгляд зацепился за реку, текущую со стороны того морозного ада, из которого мы только что вырвались. Это хорошее место, здесь можно передохнуть.

Сзади донеслись громкие всхлипы. Я обернулся настолько резко, насколько позволяло изможденное тело. Нагиса сидела у корней большого дерева, крепко обняв Юки и уткнувшись лицом в его белую шерсть. Она истерично плакала, вздрагивая всем телом.

Хотелось подойти и успокоить её, но внезапно к горлу подступил твердый ком, а руки мелко задрожали. Пытаясь сделать шаг, я споткнулся о корни соседнего дерева и распластался прямо под кроной. «Нельзя плакать. Нельзя…» — твердил я себе, но слезы предательски лились из глаз. Так и пролежал, содрогаясь, пока усталость окончательно не забрала меня во тьму.

Когда открыл глаза, было уже светло. Это третий раз, когда вместо старого доброго общежития приходится просыпаться в незнакомом месте. После вчерашнего всплеска эмоций на душе стало намного легче.

Нагисы и Юки рядом не оказалось. Значит, она проснулась раньше и пошла осмотреться… Или поняла, что я бесполезен, и ушла искать ответы одна. Сначала показалось, что, оказавшись здесь, я изменился — стал увереннее и сильнее. Но раз она ушла, не сказав ни слова, значит, я обуза. Всё как всегда — так же было и в старом мире, никому я не нужен.

Подойдя к реке, наполнил бутылку и первым делом как следует напился. Какое же потрясающее чувство, когда у тебя есть неограниченный запас воды! Так, хорошо, пора подумать, что делать дальше. Для начала надо найти какую-нибудь еду — голод даёт о себе знать. Может, поискать ягод или орехов? Интересно, какие они в этом мире — такие же, как у нас, или другие?

Выживу ли вообще один? Хотя в моём желании жить после всего случившегося никто не посмеет сомневаться. Подумать только — когда существовал как амёба в общежитии, всерьез считал суицид выходом. Но сейчас моя воля к жизни удивляет. Может, потому что мне было кого защищать, или потому, что прошлые проблемы по сравнению с нынешними — мелочь?

Поток мыслей прервал приглушенный звук шагов за спиной. Вскочив и резко обернувшись, увидел Нагису. В руках она держала сероватого зайца со следами свежей крови на шерсти, а рядом по зеленой траве гордо вышагивал Юки.

Как же тепло стало на сердце! Меня не бросили.

— Доброе утро! — Нагиса подняла свободную руку, приветствуя меня.

— Доброе. Уходила на охоту?

— Проснулась и поняла, что очень хочу есть, поэтому спросила Юки, сможет ли он поймать завтрак. Как видишь, смог! — Нагиса радостно улыбнулась, показывая добычу.

Видимо, ночная истерика и на неё повлияла положительно. Разумеется, мы тактично не будем напоминать друг другу, как уснули вчера в слезах и соплях.

Сейчас я тоже должен сделать что-то полезное!

— Нагиса, если хочешь, посиди пока, отдохни. Соберу веток для костра и попробую развести огонь.

Она уселась под деревом, положив зайца рядом с собой. Собрав дрова, я соорудил из веток «шалашик». Когда-то в детстве папа учил, как правильно разводить костер, — никогда бы не подумал, что это умение так пригодится.

Теперь нужно было добыть пламя. Поднес руку с кольцом к растопке и постарался точечно влить жар в толстую ветку. Постепенно она начала обугливаться и чернеть в месте касания, а затем вспыхнула по краям. Огонь начал медленно расходиться, распространяя густой кисловатый запах жжёной древесины. Это успех!

Странно, почему меня самого не обожгло? Ладно, это подождет, сначала еда.

Нагиса с любопытством наблюдала за процессом:

— А как ты это сделал?

— Проще, чем кажется: концентрируешь жар в одной точке и повышаешь температуру. Кстати, насчет тушки... Ты умеешь разделывать дичь?

Она отрицательно замотала головой.

— Я тоже не умею, но хочу попробовать. Можно?

Нагиса подошла и протянула мне зайца. Взяв его, я направился к реке и достал из кармана канцелярский нож. С горем пополам удалось снять шкуру и выпотрошить косого, а после — тщательно промыть мясо в проточной воде. Я заострил палку, насадил на неё тушку, и мы уселись у костра ждать завтрак. В воздухе поплыл манящий аромат, а капли жира аппетитно шипели, падая на угли.

Нагиса нарушила тишину:

— Пока мы охотились, я пообщалась с Юки и узнала несколько новых приемов с использованием кольца. Хочешь покажу?

— Конечно хочу! — с нескрываемым интересом я уставился на неё.

Нагиса подозвала питомца и, когда тот подошел, мягко положила руку ему на голову. В то же мгновение Юки со странным приглушенным звуком засосало в кольцо — на месте, где он только что стоял, осталась лишь примятая трава. От удивления я качнулся назад и, не удержав равновесия, плюхнулся на спину.

— Так… а что с Юки? Он жив? — озвучив вопрос, я вернулся в прежнее положение.

— Конечно жив. Просто вернулся в кольцо. Я уже так делала утром, пока гуляла. Еще Юки сказал: чем больше маны я ему дам, тем крупнее и сильнее он станет. Но если попробую сделать это прямо сейчас, мне может стать плохо.

Нагиса сосредоточилась, и из кольца снова возник волчонок, который тут же улегся рядом с хозяйкой.

В раздумьях я почесал затылок:

— Думаю, у меня тоже есть новый трюк! — на самом деле это была лишь догадка, но захотелось похвастаться.

Поднеся руку к костру, аккуратно поводил кистью над языками пламени. Убедившись, что меня действительно не обжигает, я опустил ладонь прямо в огонь, ощущая лишь приятное тепло.

— Кольцо защищает от жара. Такие вот дела.

— Совсем-совсем не больно? — Нагиса немного поерзала, пытаясь сменить позу.

— Только приятное тепло.

Мясо наконец приготовилось. Предвкушая полноценный завтрак, мы в спешке разделили тушку. Без соли и специй, да и жестковато, но это определенно была вкуснейшая еда. Всего-то и надо было — поголодать около суток. Мы молча уплетали свои порции, не отвлекаясь на разговоры.

Расслабившись, я наконец осознал: место, где мы находимся, кишит звуками — от пения птиц, сидевших на высоких ветках, до всплесков рыбы в прохладной чистой реке.

Завершив трапезу, Нагиса достала телефон и, взглянув на экран, грустно пробубнила:

— Разрядился…

— Ну, в нашем положении от него всё равно не было пользы, — заметил я.

— Когда была в Токио, смартфон был всей моей жизнью, — она аккуратно убрала гаджет обратно в карман.

Итак, что мы имеем — благодаря Юки и моему кольцу в ближайшее время у нас будет еда, а рядом есть источник воды. Самое время решать, что делать дальше. Уверен, Нагиса размышляет о том же.

Она поднялась, отряхнула юбку и спросила:

— Что будем делать дальше?

— Без понятия. Если честно, мне бы хотелось вернуться в родной мир.