S-T-I-K-S. Уплаченный долг

© Каменистый Артём (Мир S-T-I-K-S, его устройство и терминология)

© Куликов Даниил, 2020 г.

© ИДДК

Глава 1

Пчелиный Рой

Кластером называют участок города или местности, который неведомая сила Улья копирует вместе со зданиями, машинами, и людьми, которые станут кормом для заражённых.

Около одного из перекрёстков стоял трейлер и пара грузовиков. Все как один с наваренным толстым металлом на кузова, колёсные арки и кабины. Впрочем, различия были – у трейлера в броне имелся ряд бойниц и овальная, кустарно сваренная крыша, на которой было просто не удержаться. Колёса защищались намертво сваренной арматурной сеткой. Поперёк лобового стекла была решётка из прутка-тридцатки, кузов дополнительно укреплён стальными листами толщиной не менее двадцати миллиметров, а из крыши торчал перископ. Грузовики имели похожую амуницию, однако неведомые умельцы добавили на каждый что-то вроде вращающейся башенки, под которой угадывался крупнокалиберный пулемёт. Около трейлера стояли люди – все в камуфляже, бронежилетах, разгрузках, и при оружии. Одни что-то рассказывали, имея при этом потрёпанный вид, а вторые – охранники бронемашин – внимательно слушали, изредка что-то уточняя. Рядом с потрёпанными стонала огромная фигура, сидящая на корточках. Внимательнее всех слушал опрятно одетый мужчина с излишне кудрявыми волосами и горбатым носом.

– На три часа одиночка! – резко развернулся один из людей горбоносого.

Остальные как по команде вынули оружие и рассредоточились, выбирая сектора для обстрела и ожидая нападения. Башенки на грузовиках закрутились, выискивая цели.

– Спокойно, – махнул рукой глава оборванцев, убирая от глаз полевой бинокль. – Я его знаю.

– Он один, – кивнул боец горбоносого, похожий на китайца или монгола. – Никого больше не ощущаю.

– С перезагруженного кластера идёт. И спокойно так, – взял бинокль ещё один боец. – И… с чемоданом!

Вот тут нервная обстановка спала и все расслабленно засмеялись.

– Псих что ли? – спросил кто-то.

– А ты видел в Улье нормальных людей? – печально пошутил горбоносый. – Рейдер что ли?

– Угу, – ответил оборванец. – Работает один, слухи о нём один нелепей другого. Но всегда при добыче, всегда с достатком и всегда живой. Послушаем, чего скажет.

Тем временем одиночка дошёл до всей компании. Одет он был тоже в камуфляж, на теле была куртка с множеством карманов, а на ногах шнурованные берцы. За спиной висела винтовка неопределённой марки, поскольку вся была перевязана полосками ткани цвета хаки. На поясе была кобура, во второй ракетница, фляга на полтора литра, на голове завязан тёмный тюрбан, а щетина делала его окончательно похожим на террориста. За собой он катил чемодан на колёсиках, держа за длинную ручку. Шёл он неспешно, даже вразвалочку, откинувшись корпусом назад и уверенно ступая. Однако взгляд был сосредоточенный, он, как рентгеном, обшаривал им собравшихся. Лицо было без эмоций. Вместо приветствия он поднял руку и кивнул собравшимся. Такая манера выглядела угрожающей, однако он улыбнулся уголками губ и ни на кого не глядя, пошёл к командиру оборванцев.

– Ты, – кивнул он. – Трейсер Якорь. Из. Стаба. Мирный.

Манера говорить у незнакомца была такая, словно он давно не пользовался устной речью.

– Ну? – ответил тот напрягшись.

– Я. Брал. У тебя. Пистолет, – ответил тот и вынул из-за пазухи револьвер. – Возьми.

Якорь присвистнул.

– Рой, ты не переплачиваешь? Брал ТТ, а отдаёшь такой алмаз.

Соседи с интересом покрутили головами пытаясь разглядеть оружие. Якорь развернулся, показывая револьвер РШ12, самый сильный штурмовой револьвер из известных в мире. Пуля калибра двенадцать и семь пробивала бетонные стены, а людей отбрасывала назад, пробивая почти любую броню и отрывая конечности, если они были без брони.

Рой промолчал и отхлебнул из фляжки, медленно проглотил и почти нормально ответил:

– Забирай. Долг уплачен целиком и полностью.

Горбоносый внимательно посмотрел на Роя и спросил:

– А почему Рой?

– Пчелиный Рой – ответил тот. – Если мы в Улье, то я Пчелиный Рой.

Глава 2

Улей

Трейсер – охотник на заражённых, охотящийся с целью получить жизненно-важный компонент типа инсулина. Рейдер – охотник, ищущий в скопированном кластере необходимые для жизни вещи – пищу, оружие, лекарства.

Начался полный кавардак. Алексей ехал на своём автомобиле и не мог разобрать дороги. Там где должна была быть грунтовка, началось шоссе. Где должен был быть сосновый бор, оказался пруд, которого раньше никогда не было. И так вся дорога. Плюс видимость затруднял туман. Туман и раньше мешал – когда едешь на работу в шесть утра, летом всегда поднимается туман. Однако такого раньше не было.

– Что за хрень? – пробормотал Алексей. – Свернул не туда? Быть не может.

Надвигался его самый страшный кошмар – опоздание на работу. Тихо матерясь, он потянулся к мобильнику – следовало позвонить начальнику. Тот был неплохим человеком – прикроет, и глаза на опоздание закроет.

Сети не было. Кошмар становился всё страшнее. И тут случился полный кошмар – откуда ни возьмись, на дороге оказалась разрытая траншея. Алексей, чертыхаясь, вышел осмотреться. И тут что-то хлопнуло, и асфальт рядом, а точнее, его кусок, оторвало. Алексей пригнулся и увидел сплющенную пулю.

– Опа… – только и сказал он. Следующая попала в бензобак.

БАБАХ! – рванул бензин, но Алексей уже бежал по прорытой траншее. И считал, что ему ещё повезло – если бы некий стрелок выстрелил в дверь, то пуля девятого калибра пробила бы насквозь жестяной кузов и самого Алексея. Туман, пули, сгоревшая машина… Алексей продолжал бежать по траншее.

– Эй! – раздался тихий голос.

Алексей обернулся на звук. В одной из стен траншеи была огромная канализационная труба, в ней сидел в полный рост человек.

– Что? – подошёл Алексей.

– Залазь, а то пристрелят, – прошептал человек.

Алексей поспешно залез. Мужчина был в военной форме, в жилете-разгрузке и с израильским автоматом «Узи».

– Что происходит? – спросил Алексей.

– А-а-а… – простонал тот. – Главное, никому не называй… своего имени… Придумай позывной… Возьми…

Он протянул Алексею мешочек с круглым содержимым.

– Что это? – спросил Алексей.

– Лекарство… – просипел раненый. – Типа инсулина. Когда почувствуешь головную боль, разбитость и резь в животе, раствори одну штуку в крепком спирту, отфильтруй осадок и выпей.

– Угу, – кивнул Алексей, не задавая лишних вопросов, и только сейчас заметил, что его собеседник ранен, из области сердца сочилась кровь.

– У тебя есть что-нибудь для неотложной помощи? – спросил он.

– Пустое… – отмахнулся собеседник. – Я уже почти мёртв, не успею рассказать… Бери моё оружие и вещи… Иди на два часа от этого места… Там… там… стаб… Автострада шестьдесят…

– Эй! Эй, – потряс его Алексей, но его собеседник был уже мёртв.

Алексей бодро бежал по канализационной трубе. Что-то подсказывало, что милиции больше нет, и что сообщать о случившимся тоже будет некому. Нестыковки в виде изменившейся географии, канализации посреди поля он просто фильтровал мимо сознания. Впереди показался свет… Алексей выбежал наружу, в крови кипел адреналин…

– Гра-а-а! – навстречу ему бежало страшное существо – как человек с гипертрофированной мускулатурой ног и плечевых суставов, пальцы которого стали когтями, а ещё часть гипертрофированной мускулатуры изменила голову, усилив челюсти.

Алексей продолжал бежать, по инерции понимая, что не может остановиться. На ходу дёрнул «Узи» за ремень, перехватывая его и пытаясь прижать к плечу, понимая, что отдача будет адская, и даже может опрокинуть его. Замедляя бег, он подал корпус вперёд, чтобы в случае чего не упасть на спину. Между ним и уродом было уже пять метров. Алексей нажал на спуск.

Тра-та-та-та. – разрезал тишину звук очереди. Мутант поймал очередь грудью и мордой. Боль от отдачи и стрельбы из неудобного положения и правду оказалась адской, по плечу, словно кувалдой ударили. Алексей почувствовал, что споткнулся и падает лицом вниз, и согнул ногу, чтобы упасть на колено. Тварь тоже начала заваливаться вперёд всё ещё тянясь руками к Алексею. Оба рухнули нос к носу одновременно. Вот только тварь на руки, чтобы опереться, продолжая тянуться к нему мордой, а Алексей на левое колено. Правая нога оказалась впереди согнутой, а инерция неумолимо двигала корпус навстречу оскалившейся пасти. «Узи», всё ещё приставленный к плечу, плавно вошёл в рот твари, и целая очередь вошла ей в рот, взорвав голову. Магазин был пуст.

– Вау, круто! – раздался рядом восхищённый голос. – На вид свежак, а лотерейщика разделал как бывалый рейдер.

Алексей повернул голову. Рядом в шести метрах стояла девушка. Красавица. Точёная фигура, без лишней худобы и жира, приятное красивое лицо, как у фотомодели, светлые волосы, собранные в две косички и чёлка на лбу. Но одета была не как фотомодель. Камуфляжные штаны со щитками на коленях, зашнурованные берцы, майка-безрукавка цвета хаки и поверх неё бронежилет. В руках была винтовка Драгунова, а на поясе кобура с массивным пистолетом, нож, вторая кобура, запасные магазины и фляга.

– Привет, – сказал Алексей. Отшибленная нога начала ныть, приложился сильно.

Красавица мило улыбнулась:

– Как тебя звать, милый?

Когда так спрашивают, всегда хочется ответить, но Алексей хорошо понимал, что улыбаться красивые девушки могут кому угодно, но интересуются красивыми мужчинами. Ну, или удачливыми. А безымянный боец говорил имя не называть.

– А нет у меня имени… – выдохнул он, проверяя «Узи». Магазин, и правда, был пуст. – Один хороший человек попросил не говорить его.

– А! Значит, тебя крёстный встретил?

– Где? – не понял Алексей.

– В Улье, – ответила красавица и неспешно пошла к Алексею, держа винтовку поперёк обеими руками. – А вот у меня имя есть – Настя.

– А я… – Алексей задумался.

«Главное, никому не называй… своего имени…» – вспомнился голос.

Брать позывной как собачью кличку не хотелось. Пусть, уж он лучше будет похож на настоящее имя.

– Если в Улье, то я Рой, Пчелиный Рой.

Настя рассмеялась, став ещё симпатичнее.

– Молоток. А где твой товарищ?

– Умер, – буркнул Алексей. – Он был ранен в сердце, дал какой-то пакет с инсулином, предупредил насчёт имени, оружие отдал и умер.

– Хмм… Интересно, – протянула Настя, оглядываясь по сторонам. – А покажи-ка этот инсулин.

Алексей достал пакет, поморщившись – пакетик он умудрился порвать, и теперь его содержимое сыпалось.

– А, так это спораны, – констатировала Настя. – Ну, он был прав.

Алексей чуть привстал.

– И откуда они берутся? – спросил Алексей.

– Вот из затылка таких уродов, – кивнула Настя в сторону монстра. – Все кто выжил в тумане, и не превратился в такое вот чудовище, вынуждены пить это лекарство. Собирай трофей.

Алексей подошёл к трупу и, взяв нож с пояса, и стал вскрывать нарост на затылке.

– Скажи милый, тут рядом есть милиция или военчасть?

– Два километра на пять часов от меня, – сказал Алексей, потроша тварь и морщась. – Полицейский участок.

– А магазины?

– На три часа от меня, – добавил Алексей.

– Скажи ещё, милый, ты военный? – ласково спросила Настя.

Алексей закончил грязную работу. Внутри была чёрная паутина, один споран, и что-то похожее на горошину.

– Нет, гражданский.

– Ну, тогда пока.

– Э? – обернулся Алексей и получил мощный удар прикладом живот, отлетел, и упал на бок, хватая ртом воздух.

– Всё, что было нужно, ты уже рассказал, – сказала Настя, нагибаясь и подбирая и горошину и споран. – И обогатил меня к тому же.

Алексей потянулся к «Стечкину» в боковом кармане, но получил уже тяжёлым берцем по рёбрам. От боли потемнело в глазах. Настя нагнулась, вытащила его пистолет, пакет со споранами и плоскую флягу. Пистолет занял место на ремне, спораны – под бронежилетом, а флягу она взяла в руки.

– Ух, давно надо было принять, – она свинтила пробку и сделала глоток. – Смотри, милый, в этой фляге то, что ты называл инсулином – споран растворённый в спирту, по-простому – живец.

– За что? – прохрипел Алексей, поднимаясь на четвереньки.

Вместо ответа получил ещё раз берцем, но уже по лицу. Не удостоив его ответом, Настя направилась в указанном им направлении разживаться оружием и пищей.

– Ну, тварь… – чертыхнулся Алексей, а теперь уже Рой. – Чтоб тебе того же досталось, но вдвое больше.

Вместо ответа девушка, не оборачиваясь, показала ему «фак».

Глава 3

Смертельный бокс

Стаб – кластер, который никогда не копируется, а значит, не имеет заражённых и пригоден для поселения.

Алексей поднялся, чертыхаясь и находясь в бешенстве. Всё тело болело от битвы с лотерейщиком и Настиной подставы. Скула была рассечена и из пореза показалась капля крови. Ко всему остальному он остался без оружия, живчика и споранов, наедине с такими тварями как тот же лотерейщик. Нет, нож остался. Если бы Алексей умел, он бы кинул его в спину этой ведьме, точнее в голову. Но пока он поднимался, она точно ушла. С его споранами, живцом и оружием. Психуя, Рой отрезал от рубашки клочок – остановить кровь. Кто знает, вдруг эти уроды чуют кровь как акулы? Вспомнив направление, которое указывал мертвец, он двинулся в ту сторону. Жалко тот не успел сказать, сколько до этого стаба, и что это такое. Если он, конечно, правильно выговорил это слово. Следовало найти пищу и оружие, а в идеале убить заражённого и достать споран. Аккуратно тихарясь, Рой крался вдоль забора, выглядывая, чем бы поживиться. Теперь вокруг были деревенские хуторки, а в пяти километрах за ними виднелась высотка многоэтажки. Голова стала немилосердно болеть, как от простуды, желудок стало резать, появилась некая разбитость. Вот и первые признаки, о которых предупреждал мертвец.

Внезапно из-за ближайшего домика раздалось урчание. Из-за него, медленно ковыляя, вышел заражённый. С ещё человеческим телом, не лишённый одежды, медленно ковыляющий. Самый низ пищевой цепи. Рой даже вдохнул от облегчения. Мертвяк заковылял к нему. Рой огляделся по сторонам. Топор бы сейчас очень пригодился. Топора не было. Штакетины забора все как одна были трухлявыми. Рядом заурчали другие мертвяки и затопали с разных сторон. С одной стороны – нужно бежать, с другой – необходимый споран-инсулин так близко. Так близко и так далеко… На земле лежала только пара кусков метала с овальными прорезями – детали какой-нибудь косилки или трактора. Рой взял оба, надел на руки, пропустив пальцы в овальную, под двадцатый болт, щель. Злость требовала выхода. Первый медляк получил импровизированным кастетом в бубен и завалился на спину, если не добитый, то явно оглушённый. К следующему урчащему уроду Рой подскочил сам и, увернувшись от неуклюжих рук, ударил «двоечкой» в голову. Второй медляк завалился. Третий вдруг резво ускорился, одним прыжком достиг Роя, и схватил того за плечи. В лицо дыхнуло смрадом, отвратительная пасть открылась. Рой сплюнул и ударил прыгуну в челюсть снизу вверх.

Схватить хочешь? Да пожалуйста!

Голова у того откинулась. Зарычав, Рой сделал ещё одну «двоечку». Ещё один прыгун нарвался на удар в челюсть, упал, получил снова, упал. Больше заражённых не было. Первый медляк начал шевелиться. Рой прыгнул тому на спину, оглушая, и разрезал споровый мешок. Пусто. Одна труха. Рой распотрошил мешки прыгунов. В споровых мешках оказались лишь зачатки споранов, начинающие формироваться. Оба зачатка растеклись слизью. От бессилия хотелось выть. Одно стало понятно – чем ниже в пищевой цепи существо, тем меньше шанс на споран. У медляков было пусто, у прыгунов начинали формироваться и, может, могли и созреть, если тот станет регулярно питаться. Если мыслить логически, то если прыгуны набирали сил для рывка, то следующим пунктом эволюции в этом странном месте будет тот, у кого достаточно сил для бега. Думать, на какой здесь ступени лотерейщик, не хотелось. Снова оставшись без споранов Рой направился в дом, чувствуя, что головная боль стала сильнее. А вот в доме на кухне оказался сюрприз – консервная банка гусиной печени и булка хлеба. Еда не принесла облегчения – всё равно, что пытаться накормить больного, когда у него температура и давление вместе взятые. Обедая, Рой не заметил, как какая-то тень, привлечённая шумом бойни подкралась к окну. Рой обернулся и увидел скалящуюся морду лотерейщика. Первая мысль была – смерть.

Лотерейщик рванул, ломая стекло, Рой, не думая, схватил тяжёлую кочергу из двенадцатого прута, заточенную на конце, и ударил ей наотмашь. Точёный стержень пробил глаз. Лотерейщик, меньший, чем предыдущий, завизжал и дёрнулся назад. Потеря глаза не убила его, но сильно напугала. Рванувшись в тесноте кухни, тварь заметалась, пытаясь выскочить в окно. Рой почувствовал себя как адреналиновый наркоман – страх смерти, адреналин, и тремор так накачали его, что он, уже не думая о безопасности, ринулся с кочергой к лотерейщику. Мысль была одна – споран. Лотерейщик выскочил и побежал прочь. Рой чуть не застонал от досады – пару секунд назад он чуть не стал добычей, а теперь его добыча и спасение удирало само. Закружилась голова, Рой рухнул и порвал край олимпийки. Сил злиться не было. И тут его слух привлёк один звук – по полу прыгал мелкий шарик. Он перевёл взгляд. Споран. Точно! Он ведь сам порвал пакет со споранами, и часть просыпалась в карман и затерялась в рваной подкладке. Рой кошкой метнулся к спорану и схватил его двумя руками. Потом заметался по кухне. Спирта не было. Водки тоже.

Какая ирония – умереть от жажды рядом с водой. Мысленно ругнувшись, он бросился к погребу. Отворил крышку и, бросившись внутрь, прикрыл её за собой. Снова чертыхнулся – было темно. Запалив свечу, нашёл искомое – трёхлитровую банку с мутным самогоном – знаменитая деревенская «табуретовка». Рядом была железная кружка – хозяин не любил ходить далеко за самогоном. Бросив туда споран, Рой стал заливать самогон. Споран стал медленно растворяться, оставляя хлопья. Второй кружки не оказалось. Оторвав кусок рубахи, пришлось фильтровать жижу в крышку из-под трёхлитровой банки и пить оттуда маленькими дозами как лекарство. Головная боль стала понемногу проходить. Рой нашёл шмат сала и банку солёных огурцов, и принялся отъедаться. В этот раз пища скользнула как лекарство. Оглядевшись, Рой увидел проём в стене – наверняка ход в гараж. Так и оказалось – ход заканчивался в смотровой яме. Над ямой стояла «копейка», к счастью, с опущенным ручником. Откатить её труда не составило.

Рой даже ухмыльнулся, представив мужа, который, сказав жене, что идёт чинить машину, шмыгает в погреб через лаз и распивает в гараже самогон. А впрочем, так всё и могло быть. Найдя керосиновую лампу, Рой ещё раз похвалил про себя хозяина гаража и принялся копаться в его вещах. Из оружия разжиться удалось только топором на длинной рукоятке – самое то, чтобы отбиваться от медляков. Пошуровав ещё, Рой стал обладателем кирзовых сапог и вязаных носок к ним вместо портянок. И, как аккорд, удалось найти нейлер с пачкой гвоздей и пороховой дюбельный пистолет с пачкой дюбелей и патронов. Новеньким дюбельным пистолетом он даже залюбовался – тот был не советским изделием из куска чугуна, а вытянутым сочетанием металла и твёрдого пластика, более похожий на вытянутую дрель. Одно огорчало – эти девайсы работали только в упор. При использовании на расстоянии более одного метра, гвозди из того же нейлера летели боком. Однако решив, что таким добром разбрасываться не стоит, что медляков-пустышей будет лучше валить не боксируя, а добивая этим инструментом, Рой повесил горизонтально на пояс дюбельный девайс, а нейлер повесил сбоку. Найдя палку копчёной колбасы, Рой услышал шум за стеной – кто-то наведался на кухню. Плакали его спораны! Заметавшись мышью, он отпер стенной шкаф – задней стенки у того не было, и дверной проём вёл в углярку. Тихо ступая, Рой побежал к виднеющимся многоэтажкам.

Глава 4

Узкий лаз

Муры – группы людей в Улье, разделывающие живых иммунных для продажи на органы. Отморозки, не щадящие никакой возраст. Внешники – покупатели органов и охотники за иммунными, которых разделывают на органы. Имеют способ покидать Улей и возвращаться в свои миры, носят химзащиту, чтобы не заразиться.

Было уже позднее утро. Спать хотелось неимоверно. Рой дошёл до многоэтажек, добив при этом пару пустышей из нейлера и миновав большое скопление медляков и пару лотерейщиков с подветренной стороны. Пока всё шло тихо. Аккуратно зашёл в подъезд многоэтажки и стал подниматься, пробуя отворить каждую дверь. Если на улице столько пустышей, то значит люди выбегали из квартир, а обратились уже на улице. На пятом этаже показалось, что кто-то идёт за ним, цокая на каждом шагу. И явно не девушка на каблуках. Дверь оказалась как раз под рукой – массивная, стальная и распахнутая. Быстро забежав внутрь и заперев замок и щеколду, проверил квартиру – пусто. Вернувшись к двери и замерев в коридоре, он прислушался. Цокот прекратился. А затем кто-то поскрёбся по двери. Дверь застонала. Рой сглотнул. Прислушался. Топота ног на лестнице слышно не было. Это значило одно – там стоял кто-то, кого боялись и медляки, и прыгуны и лотерейщики. Кто-то, кто был сильнее их. Дверь ещё раз скрипнула, и кто-то ощутимо потянул её наружу. Рой понял, что спрятаться не получится и рывком достал дюбельный пистолет. Руки тряслись. В несколько приёмов он прибил стальную дверь к косяку. Сверху, снизу и со стороны замка. На несколько дюбелей. За дверью послышалось недовольное ворчание. Кто-то не мог оторвать плотно подогнанную дверь. Теперь было время ретироваться.

ХРЯСЬ! – коготь пробил трёхмиллиметровую сталь, но и сам треснул. Затем обладатель когтя сунул в щель обе лапы и стал её растягивать. Рой метнулся в комнату. Балкона не было. Кривая перестала вывозить. Рой снова метнулся в коридор. Незваный гость растянул щель до размеров ладони. Уродливая морда заглядывала в коридор. Рой понял, что это кривая не только не вывезла, но и повернула не туда. За дверью был тот, в кого должен эволюционировать лотерейщик. «Металотерейщик». На теле начали нарастать костные ткани. Скулы пробили гипертрофированные мышцы морды и сползли вниз, закрывая пространство от глаз до нижней челюсти костяными щитками. Нижняя челюсть по бокам от подбородка тоже пробила ткань и стала покрывать мышцы костяной пластиной. Или же просто мышечная ткань начала роговеть, превращаясь в кость. Похоже, стала нарастать броня, а пятки покрылись костной тканью или просто пробили плоть, твердея и выходя наружу, создавая цокот при ходьбе. Бежать было бессмысленно. Если такой опередил лотерейщика, то должен бегать быстрее, и кроме брони иметь большую мощь, которую и демонстрировал.

«Цоколь» или «топтун», как окрестил его Рой, продолжал расширять щель. Это конечно не автомобильная жестянка, и на растягивание гораздо прочнее, но терпение и сила порвут всё, даже если это молодой «металотерейщик» с ещё неокрепшими когтями. Однако «топтун» не читал о спецназе, анархистах и «врагах народа», а если и читал, то вспомнить не мог.

Примерно в пятидесятые, может быть раньше, а может позже, «враги народа», те, которые не желали расстрела, поступали так – затворяли дверь на цепочку или просто открывали небольшую щель, и выплёскивали на людей из «воронка» ведро холодной воды, или помоев, а когда те в ярости врывались, то бросали на них оголённый провод на двести двадцать вольт, подключённый к розетке… Однако в доме электричества не было.

Ситуация была пан или пропал. Роя, как гражданского человека, стало потряхивать, особенно, когда он стал представлять, что нужно сделать. Коротко размахнувшись, он ткнул в морду топтуна ложечкой для обуви. Тот рявкнул, и попытался укусить ложку, продолжая расширять лаз. Самое главное сейчас было, чтобы он не просунул внутрь руку. Топтун получил ещё раз по морде, и качнул ею, приближая к отверстию. Рой стукнул ещё раз, на этот раз менее удачно – пальцы дрожали так, что топтун откусил кусок металла, однако поняв, что жертва не опасна, стал просовывать морду в расширяющуюся щель.

Теперь или никогда. Рой накинул на морду топтуна олимпийку, тварь заурчала, недовольная таким поведением, но морду не убрала, не опасаясь тряпки, а зря. Рой рывком поднял с пола нейлер, заряженный обоймой сотых гвоздей и уже заряженный дюбельный пистолет, приложил их к глазницам урода через тряпку, и спустил оба крючка. Тварь дёрнулась и обвисла. Выждав минуту, Рой краем пистолета отдёрнул тряпку. Та осталась висеть на гвозде из глазницы. Дюбель разворотил левый глаз и ушёл дальше в череп, а из правого глаза торчала шляпка гвоздя. Оба снаряда прошли сквозь глазницы, сломав тонкую перегородку между глазами и мозгом, и благополучно ткнулись в неё. Свою роль сыграли и осколки костей. Выждав ещё минуту Рой выполнил два контрольных выстрела в каждое ухо. Топтун был мёртв. Рой выдохнул и, прислонившись к стене, сполз по ней. Посидев так минут двадцать и поздравив себя с третьим днём рождения, Рой поднялся и, вынув нож, вспорол споровый мешок. Кроме трухи и паутины там оказалось сразу двенадцать споранов и шесть горошин которых Рой раньше не видел.