Атака на мир Цербера
- -
- 100%
- +
– Эй! Вы чего творите! – возмутился лежащий пластом человек.
– Молчать! – пригрозил легионер и сильнее надавил коленом на шею разговорщика.
Командир абордажной группы, получив доклады от своих подчиненных, заглянул в переходный отсек и доложил:
– Все под контролем, примарх.
– Отлично, – поблагодарил Рон Финист, ступая на палубу чужого корабля. – Кто тут Монах?
– Я! – сдавленным хрипом дал о себе знать все тот же разговорщик.
– Освободите его.
– Слушаюсь, примарх.
Легионер ослабил хватку, и командир неожиданно захваченного корабля резко поднялся.
– К чему весь этот цирк?!
– Нужно же моим ребятам на ком-то тренироваться, – с улыбкой ответил Финист.
Монах явно не поверил и, собственно говоря, правильно сделал.
– Мой корабль захвачен?
– Уже нет.
Рон подал условный знак, и командир абордажной группы приказал своим людям:
– Всем вернуться на шаттл.
Легионеры стали возвращаться. С примархом осталось только трое охранников.
– Вы ко всем так в гости ходите… примарх? – поинтересовался Монах, потирая затекшую шею. – Сначала стволы нацеливаете, а потом абордаж проводите…
– Бывает…
– Понятно. Я так понимаю, Борю Бриллианта уже того…
– Правильно понимаешь.
– Ага… И какова моя участь?
– Она зависит от нескольких моментов…
– Что ж, пойдемте тогда в мою каюту и обсудим эти моменты.
Монах проводил гостей в свою каюту и, усадив примарха за стол под зорким взглядом охраны, предложил выпивку.
– Настоящий пятизвездочный коньяк «Армат»…
– Ты не шибко похож на монаха… – сказал Рон, оглядев хозяина корабля – обычный бандюган, только на груди огромный серебряный крест на массивной серебряной цепочке.
– Я когда-то учился в семинарии… отсюда и прозвище.
– Тогда ясно.
Монах поднял рюмку, но Рон пить не стал. Усмехнувшись, Монах произнес тост: «За знакомство», опрокинул в себя свою порцию, а потом со словами «Как хотите…» и порцию гостя.
– Я так понимаю, вы не баловства ради все это устроили. Вам что-то нужно? Могу заверить, что у меня самый широкий спектр выбор оружия. Начиная от обычных боеприпасов к стрелковому оружию и заканчивая… финансовыми возможностями покупателя. Итак, что вы хотите?
– Мне нужны боеприпасы…
– О! Тогда я тот, кто вам нужен! У меня полный трюм всяческих боеприпасов на любой вкус, размер и любого качества!
– По сходной цене, – жестко добавил Рон.
– Вам я продам по цене закупки… плюс транспортные расходы, – быстро ответил Монах, сразу же распознав, откуда и куда дует ветер. – Устраивает?
– Вполне.
– Я так понимаю, вы и есть тот самый Легион, о котором только и разговоров?
– Допустим…
– И кораблик этот ваш? – указал Монах в иллюминатор, где виднелся «Победоносец».
– Допустим…
– Как на счет вооружения для него?
Финист медленно повернул голову к собеседнику.
– То есть?
– Я так понимаю, те две пушки – единственное, по крайней мере, крупнокалиберное оружие, что на нем есть?
Рон медленно кивнул.
«Победоносец» его стараниями оснастили сорока зенитными точками автоматических пушек, комплексами противоракетной и даже торпедной атаки. На одной корабельной свалке Рон разжился броневыми листами и обшил ими днище и носовую часть своего транспортного корабля. А также прикрыл рубку. Но это все, на что хватило средств, когда-то добытых Кэрби Морфеусом – создателем Легиона и захватчиком бывшего круизного лайнера.
Но после Крамара с его богатыми трофеями появилась возможность значительно усилить атакующую мощь «Победоносца», о чем так долго мечтал Финист.
– Есть что предложить? – наконец спросил он.
– Ага… – кивнул Монах и закурил, чтобы скрыть свою нервозность смешанную с азартом.
– И что же? Пушки?
– Увы… пушек нет. Слишком капризные системы… Но то, что у меня есть, вас, несомненно, очень заинтересует.
– Я слушаю.
– Торпеды. У меня есть десять торпед ПКТ-2 МК!
Монах, затянувшись обычной сигареткой, порылся в ящике стола и выудил на свет брошюрку с тактико-техническими характеристиками торпед. Рон быстро с ними ознакомился и во рту мгновенно пересохло. Такое вооружение ему очень даже пригодилось бы. Пусть торпеды не самые новые, но и не столетнее старье! А смастерить под них стартовые шахты не составит труда.
– Ну так что? Вас заинтересовало мое предложение?
– Один вопрос…
– Валяйте, примарх!
– Откуда они у вас?
– Коммерческая тайна. Но, как вы понимаете, в нашем мире все покупается и все продается. Нужно лишь только иметь необходимые связи. И они у меня есть!
Монах противно засмеялся.
– Что ж, меня заинтересовало ваше предложение. Они на корабле?
– Нет. Подобные штуковины в трюме просто не поместятся, слишком много места занимают, да и возить их с собой, надеясь на редкую удачу вроде вас просто глупо. Они хранятся на отдельной базе… Если захотите приобрести что-то еще, то сможете выбрать уже на месте.
– Даже так?
– А то! Мы серьезные люди! Вот были бы у вас самолеты. Мы могли бы предложить кассетные бомбы! Одна такая бомбочка – и на площади в пять квадратных километров ничего живого!
«Самолеты у меня есть, – с усмешкой подумал Рон. – Целых пять штук. И бомбочки мне эти весьма даже пригодятся».
– Ясно, – кивнул Финист.
– Тогда на счет цены… каждая дура стоит пять миллионов.
– Я дам не больше двух за каждую.
– Что ж, сторгуетесь уже на месте.
– Сторгуетесь? – переспросил Рон.
– Ну да… – замялся Монах. – База не моя…
– А чья?
– Одного генерала… в отставке.
– Ясно. Он продает оружие…
– Ну да. Если мне удастся найти клиента на такой товар, получу свою долю…
– Я могу получить координаты базы?
– Конечно…
Монах, который оказался всего лишь посредником, действительно выдал уже готовый листок с координатами местонахождения базы. По всей видимости, какую-то звездную систему.
– У него там любого добра навалом. Я так думаю, что он связан с кем-то еще… вряд ли он смог все провернуть в одиночку.
– Это понятно… – согласился Рон.
В последнее время все шло не так как раньше. Снова на необъятных просторах космоса появились пираты. Коррупция среди военных дошла до такой степени, что они продавали оружие прямо со складов. Мир будто сходил с ума. Отовсюду шли тревожные новости. Оружие требовалось всем и в большом количестве: защищаться и нападать. А раз есть спрос, появится и предложение.
Финист чувствовал, что началось это не так давно – с первых объявлений планет о своей независимости, потворства подобным действиям крупных корпораций. Когда вдруг все почувствовали, что всем все можно и вероятность наказаний мизерна, ведь Земля, оказывается, так слаба…
– И сдается мне, что именно у него отоваривается большинство торговцев.
– Не меньше половины, – подтвердил Монах. – По крайней мере, в этом секторе.
– Хорошо. Готовьте боеприпасы по списку.
Рон встал, отдавая листок с перечнем необходимых боеприпасов, показывая, что встреча окончена.
– И еще, думаю, правительство Крамара захочет обсудить с вами возможность закупки оружия для своей армии.
– Вот это дело!
14
– Да… да… – глубоко дышал спикер Сената Сэм Фредерик, выгибаясь дугой от удовольствия.
Новая секретарша, сидя под столешницей, показывала себя исключительно с лучшей стороны по сравнению с предыдущей, не столь искусной в любовных утехах, но в последнее время ставшей себе слишком много позволять, и сенатор спровадил ее на досрочную пенсию…
Соловьиной трелью зазвонил телефон. Сэм Фредерик решил поначалу не обращать внимания на вызов, но звонок продолжал настойчиво верещать, и сенатор заставил себя снять трубку с аппарата, имитирующего подобное устройство на заре его создания – модная тенденция под старину.
– Слушаю… – прохрипел он, сдерживая стон удовольствия.
– Телевизор смотришь? – тут же раздался в ответ властный голос.
– Э-э… нет…
Сенатор, превозмогая себя, отстранил голову секретарши, которую он «вводил в курс дела» каждое утро, и застегнул ширинку. Секретарша была что надо, но пропустить что-то важное, сказанное железным Маком, он не смел. А директор «Бифроттинг корпорейшен» просто так никогда не звонил.
– Там что-то важное… а то я занят, мистер… Макфрай…
– Знаю я, чем ты там занят! Опять, наверное, свою секретутку пользуешь! Включи терминал немедленно! Любую центральную программу… – послышался в трубке недовольный, полный напряжения голос директора.
Сэм Фредерик не посмел ослушаться. Тем более что такое поведение за Железным Маком наблюдалось очень редко, значит, дело действительно серьезное. Окончательно отослав секретаршу, Сэм нашел пульт и включил первый попавшийся канал.
Широкоэкранный терминал, встроенный в противоположную стену кабинета, тут же вспыхнул экстренной новостной программой прямого эфира. Корреспондент что-то вещал, но Сэм Фредерик его не слушал, его больше интересовало то, что происходило за спиной корреспондента, а в том, что творилось, можно было разобраться и без путаных пояснений.
Фредерик сразу понял, что ситуация критическая – бунт в одном из секторов второго класса. И не просто бунт вроде безобидного марша протеста, а настоящий, со строительством баррикад, противостоянием с полицией.
– Смотришь?
– Смотрю, мистер Макфрай…
– Смотри лучше.
Фредерик переключился на другой канал. Там показывали то же самое, но только на первый взгляд. Такой же бунт, но уже в другом секторе второго класса. Шествующие по главной улице сектора люди с плакатами и транспарантами, содержание которых сводилось к формулировке «Мы хотим есть!», скандировали в унисон:
– Хле-ба! Хле-ба! Хле-ба!..
Сэм переключался с одного канала на другой, но там происходило одно и то же в разной степени накаленности. Если в одних секторах пока все происходило мирно и люди лишь маршировали или, уже окружив административные здания секторов, скандировали и требовали еды, то в других дошло до прямого столкновения.
Полиция выгоняла на улицы броневики, закидывала демонстрантов шашками со слезоточивым газом. В отдельных секторах дошло до применения огнестрельного оружия, когда демонстранты, подстрекаемые зачинщиками беспорядков, зачем-то пытались взять муниципалитеты штурмом.
Сэм выключил терминал и вперил немигающий взгляд в черный фон экрана. То, что он видел, относилось к разряду катастроф. Настоящая катастрофа, если даже средний класс, белые вортнички, так активно начал бастовать. К тому, что в секторах третьего класса то и дело вспыхивали беспорядки, все уже привыкли и мало обращали на это внимание, но второго…
– Ты понимаешь, что это значит? – снова прозвучало из трубки.
– Да…
– Ни хрена ты не понимаешь! – закричал Макфрай. – Это спланированная акция! Сразу в нескольких секторах в течение суток вспыхнули акции неповиновения!
– Может, все же, это совпадение?
– Да уж лучше бы, чтобы это было спланировано кем-то и для чего-то, – не согласился директор корпорации. – Потому что если это действительно спонтанные мятежи, то чего можно ожидать в будущем?! И как это отразится конкретно на тебе, сенатор?
Сэм Фредерик вздрогнул. Что случится тогда с ним, сенатору объяснять не требовалось.
Сенат для народа есть вершина политической жизни, а если народ решит, что во всем виноват Сенат, то мало кто из сенаторов удержится на своих местах после следующих выборов. И в первую очередь не удержится спикер.
Сэм судорожно сглотнул. Он понял, что не удержится, и в том случае если это чья-то злая воля подняла народ на беспорядки, этот кто-то хочет завладеть большинством в Сенате и уж конечно поставит своего спикера.
– Мистер Макфрай… вы еще на связи?
– А куда я денусь?
– Тоже верно…
– Что же делать, сэр?
– Обеспечить поставки продовольствия, предпринять для этого все шаги.
– Но мы использовали все политические возможности, вы же сами знаете… Колонистов ничем не прошибешь. Даже высылка негров ни к чему по большому счету не приводит…
– Значит, остался только один по-настоящему действенный аргумент, и ты его знаешь.
– Флот?
– Да. Нужно во что бы то ни стало обеспечить поставки продовольствия. Срочно! На разговоры с зарвавшимися колониями и выявлением подстрекателя, если он действительно имеет место быть, у нас уже просто нет времени. Спикерский пост обошелся корпорации и нашим союзникам слишком дорого, и мы не собираемся его лишаться и тем более довольствоваться новым рядовым сенатором. Ты меня понял?
– Д-да, мистер Макфрай.
– Действуй.
– С-слушаюсь, сэр…
– И еще один момент…
– Какой, сэр?
– Вся эта буза с независимостью планет связана с пиратами, переквалифицировавшимися в наемники, неким Легионом Цербера. Слышал что-нибудь о них?
– Конечно, сэр… Десять лет назад с этим такая шумиха была. Захват круизного лайнера «Саллимания», нападение на отдаленную колонию Ра-Мир, но потом все как-то рассосалось. Главного пирата убили во время каких-то внутренних разборок, заложников, что остались к этому времени в живых, вернули – и все стихло.
– Как видишь, не все… Корабль остался у нового предводителя пиратов, оставившего бредовую мысль захвата Федерации Миров и превращения его в Империю. Так вот, эти с позволения сказать легионеры низводят наш фактор давления на колонии – негров – к нулю. Нужно изловить этих пиратов. Займись этим, нажми на военных, заставь флотских шевелиться резвее, или сам знаешь что…
– Конечно, сэр…
Директор «Бифроттинг корпорейшен» оборвал связь, и Фредерик с трудом смог перевести дух. Ему ясно дали понять, что в случае неудачи его просто уволят пинком под зад.
Придя в норму и неожиданно обнаружив, что план выполнения всех поставленных перед ним задач уже сформировался в его голове, Сэм нажал на кнопку селектора и позвал:
– Селина, живо ко мне!
Дверь в кабинет открылась и, покачивая бедрами, вошла секретарша. Приближаясь к начальнику, она плавным движением руки расстегнула верхнюю пуговицу своей блузки…
– Я не за этим тебя позвал… – спустя долгие мгновения опомнился сенатор Фредерик, отведя взгляд от этих бедер, груди, пухлых чувственных губ и отрешившись от их способностей.
– Сэр? – остановилась Селина.
– Найди и направь ко мне моего помощника. А сама обзвони все ведущие СМИ. Скажи им, что завтра… нет, сегодня в девять вечера на главном космодроме имени Вакара Царева я сделаю чрезвычайно важное заявление по поводу сегодняшних беспорядков.
– Беспорядков? – удивилась Селина, порхнув длинными ресницами.
– Выполнять немедленно, а не задавать глупых вопросов!
– Слушаюсь.
– И еще…
– Да, сэр?
– Соедини меня с полковником ФРБ Шольбенгом, а после моего разговора с ним с министром обороны. Все.
– Слушаюсь, сэр.
Секретарша выскочила из кабинета, а Фредерик принялся за составление сегодняшней речи. Правительству придется лишь сказать «да», как оно делало много раз до этого.
15
Ровно в девять Сэм Фредерик поднялся на возведенный специально для такого случая помост и занял место за перевозной трибуной с гербом Федерации Миров, встав спиной к толстому стеклу зала ожидания второго этажа.
Операторы на временно построенных возвышениях у стен толкались между собой, стараясь выбрать самый лучший ракурс. Иногда между ними завязывались перепалки и даже начали разгораться рукопашные баталии.
Сэм специально задумал так, чтобы камеры снимали не только его, но и посадочную площадку космодрома, открывающуюся за толстым кварцевым стеклом, ради такого случая отмытого до идеальной прозрачности кристально чистой воды.
А там, на космодроме, также по задумке сенатора, перед десятками шаттлов, как на парад, в стройные коробочки, застыв по стойке «смирно», выстроились десятки тысяч десантников. В своей глухой черной броне они выглядели грозно, а развевающиеся знамена корпусов придавали развернувшейся картине торжественность.
Спикер Сената, выкладывая блокнот с речью, осмотрел собравшихся журналистов, ведших себя более чинно, чем их операторы, тем не менее, каждый из них пытался подобраться как можно ближе к трибуне. Что ж, здесь действительно присутствовали все самые именитые агентства новостей, представленные самыми популярными корреспондентами и журналистами. Селина постаралась на славу.
Чтобы между операторами не началась настоящая рукопашная схватка, пытаясь окончательно успокоить корреспондентов, Фредерик откашлялся прямо во включенный микрофон, и снимающая братия тут же затихла, занимая места, на которых она к этому моменту оказалась за неимением лучших.
Подождав, пока все придет в норму, Сэм Фредерик набрал в грудь побольше воздуха, принял горделивую осанку и, вздернув кверху подбородок, начал произносить подготовленную речь:
– Добрый день, дорогие сограждане! Хотя последние события показывают, что не для всех он прошел благополучно, – продолжил спикер Сената, напустив на лицо выражение печали. – Но, дорогие сограждане, Сенат делает все возможное, чтобы в полной мере удовлетворить желания и потребностей граждан Земли.
Дорогие сограждане! Сенат прекрасно осведомлен, что вам не хватает продовольствия и что оно становится недоступным для потребителей. Но что поделать, зарвавшиеся колонисты вступили в ценовой сговор и требуют за свою продукцию немыслимо большую плату, пользуясь тем, что сама Земля просто физически не в состоянии обеспечить необходимые продовольственные потребности граждан. До самого последнего момента мы пытались разговаривать с ними на цивилизованном языке, но колонисты не желают прислушиваться к голосу разума и прийти к некому консенсусу, удовлетворяющему обе стороны диалога! Да что там диалога! Они там на своих планетах, такое впечатление, совсем одичали, разве что по веткам не скачут! Но всему рано или поздно приходит конец, граждане! – все больше распалялся Сэм Фредерик, то и дело вставляя в собственную же речь элементы импровизации, как, например, с одичанием колонистов. – На все большем числе миров зреют сепаратистские настроения, все больше миров вдруг объявляют о своем суверенитете. Но пора всему этому положить конец! Именно так, граждане – конец!
Чтобы немного унять свое накалившееся состояние, сенатор промочил пересохшее от долгой речи горло глотком минеральной воды, привезенной с Европы – спутника Юпитера.
– Сенат, отвечая на ваши вызовы, принял непростое решение… – продолжил Фредерик, чуть разворачиваясь и широким жестом правой руки указывая себе за спину. – Вы видите за моей спиной этих верных детей Земли?! Это не случайность, граждане! Эти люди, решившие посвятить свою жизнь защите своих сограждан в доблестных рядах Вооруженных сил Земли, встают на вашу защиту и восстановление конституционного порядка. Они обеспечат законность в зарвавшихся колониях!
Сэм еще раз промочил горло и оглядел журналистскую братию. Они сидели на своих местах как громом пораженные. На такой поворот событий явно никто не рассчитывал.
– Вопросы, господа? – с отеческой улыбкой поинтересовался Фредерик.
Несколько мгновений еще стояла тишина. Даже таким акулам пера, мастерам докапываться до самой подноготной, требовалось некоторое время, чтобы осмыслить всю глубину предложенных мер и что это означает в реальности. Но уже в следующую секунду зал взорвался хором голосов, а над головами вскочивших корреспондентов взмыл лес рук. Каждый хотел, чтобы его вопрос прозвучал первым.
– «Си-Би-Эс», пожалуйста, – указал сенатор на пышногрудую журналистку Кармен Даоски.
С ней у Сэма существовала договоренность, что если он на одной из пресс-конференций даст ей право первого вопроса, она его отблагодарит со всем старанием. И Фредерек, конечно же, не мог не воспользоваться случаем, тем более что об искусности Кармен Даоски ходили легенды.
Шум среди остальных журналистов тут же улегся.
– Благодарю, сенатор Фредерик… – обольстительно улыбнулась журналистка. – Есть мнение, что именно насильственное переселение не граждан в колонии по программе Сената… породило продовольственный кризис. Что вы на это можете сказать, сенатор?
Сэм изо всех сил старался остаться невозмутимым и даже продолжал улыбаться, как ни в чем не бывало. Но внутри все переворачивалось, ведь эта программа, как все прекрасно знали, была его детищем, а точнее корпорации, интересы которой он лоббирует по сей день.
– Ни в малейшей степени, миссис Даоски! – начал отвечать Фредерик, про себя пообещав, что ей это просто так с рук не сойдет и подобную дерзость придется в полной мере отработать в постели, тем более что когда он еще сможет воспользоваться услугами таких умелых красавиц… – Первый звонок продовольственного кризиса прозвенел задолго до осуществления программы переселения. Более того, эти шаги по переселению некоторой части населения в колонии предпринималась именно для увеличения количества рабочих рук! Но, увы. Местные жители не захотели принять помощь и более того, подумать страшно, они прибегнули к найму пиратов для низведения новых колонистов! Всем, наверное, уже известен самый вопиющий случай, произошедший на Эйсмане! Когда всех новых переселенцев истребили подчистую! Это ли не преступление, достойное самого сурового наказания!!!
В зале снова поднялся гул голосов. Фредерик выбрал следующего репортера.
– Не те ли это пираты, что почти десять лет тому назад захватили лайнер «Саллимания»?!
– Увы, это они…
– И их до сих пор не поймали?!!
– Увы… – развел руками Сэм Фредерик. – Космос велик, и до недавнего времени они себя никак не проявляли. Но я обещаю, что подлые преступники будут найдены и уничтожены! Для их поимки собирается отдельная эскадра охотников! Будьте уверены, пиратов поймают и осудят по всей строгости Закона!
Чувствуя, что истязание особо острыми и неудобными вопросами продолжится, сенатор Фредерик незаметно дал команду посредством пульта, выдавшего условный сигнал командирам десантникам, начать погрузку.
Тем временем взял слово следующий корреспондент.
– Значит ли это, что Армия и Флот собираются силой оружия обеспечить поставки продовольствия на Землю?
– Как вы могли о таком подумать?! – вполне натурально удивился Сэм Фредерик и даже всплеснул руками от негодования. – Эта акция – именно восстановление конституционного порядка. По сути это поход освобождения колонистов от зарвавшихся правителей планет, решивших поиграть вдали от Земли в королей, диктаторов и феодалов. Земля, может, и далеко, но не Закон! А в качестве подтверждения того, что все будет иметь законный порядок, каждую эскадру будет сопровождать представитель Сената! В том числе и я!
Зал охнул. Еще бы! Сам спикер Сената отправится для покорения мятежных колоний!
Дальнейшие вопросы поглотила развернувшаяся картина за стеклом зала ожидания. Десантники маршем, с развернутыми знаменами, начали погрузку в шаттлы. Это выглядело впечатляюще, и операторы устремили объективы своих камер на взлетно-посадочную площадку космодрома.
Вскоре погрузка закончилась, и шаттлы, один за другим, изрыгая лавину огня, взлетали в воздух. От их рева утробно вибрировали полуметровые стекла, заглушая до приемлемого уровня звук ревущих двигателей шаттлов.
Взлет челноков продолжался полчаса, а когда все боты взмыли в воздух и взгляды журналистов снова обратились к сенатору, он под неодобрительный гул пишущей братии извинился:
– Прошу прощения, господа, но время пресс-конференции вышло. Мне еще нужно закончить много дел и передать полномочия своему заместителю, прежде чем я смогу отправиться в мятежные колонии выполнять свой долг перед своими согражданами и избирателями!
Не задерживаясь больше ни секунды, Сэм схватил свой блокнот и ретировался. В зале послышались различные комментарии, едкие и не очень, среди которых иногда проскальзывали такие слова и оборы как «Цезарь», «Древний Рим» и так далее…
Уже садясь в лимузин, Фредерик получил вызов, на который он не мог не ответить, потому как телефон был заблокирован для всех, кроме его покровителя.
– Добрый вечер, мистер Макфрай.
– Отличная работа, Сэм, – похвалил Железный Мак. – Особенно мне понравился твой финт с личным участием в походе! После такого ты можешь переизбраться в Сенат даже без чьей либо помощи просто из любви народа! Это, конечно, если у тебя все получится!
Собеседник сенатора хрипло засмеялся, заставляя Фредерика отклонять телефон от уха, чтобы слух не так сильно резало.
– Но если у тебя все получится, а у тебя обязано все получиться, думаю, совет не станет возражать против того, чтобы сделать тебя содиректором «Бифроттинг корпорейшен».
– Благодарю, сэр…
16
Посол Ра-Мира на Земле Брайн Сигнер в своей резиденции принимал очередного посетителя, коллегу с планеты Линкер. Послы объявивших о своей независимости миров часто встречались друг с другом и на общей почве нелюбви к Земле имели дружеские отношения.