Единственная для Бешеного

Глава 1. Неудачный вечер

Марта

Я строго посмотрела в объектив камеры, давая понять зрителям, что хороших новостей сегодня они от меня не дождутся. Впрочем, как и вчера, и позавчера, и гребаную неделю назад. Если ты занимаешься расследовательской журналистикой, пытаясь вывести на чистую воду зажравшихся толстосумов, говорить о чем-то прекрасном априори не получается. Остается лишь надеяться на то, что когда-нибудь верхушка обратит внимание на фактически незащищенный народ, и люди в моей стране начнут жить по-человечески, а не выживать, как это часто сейчас происходит.

– С вами была Марта Слободская, канал «Правдиво обо всем». Спасибо!

– И…снято! – Макс нажал на кнопку и покачал головой. – Сегодня ты была в ударе! Не боишься, что тебя за такие предъявы когда-нибудь грохнут?

– Думаешь, не пытались? – я закурила, глядя на цветущий когда-то сквер, раскуроченный тракторами для будущей застройки. – Руки коротки!

– Порой твоя храбрость ставит меня в тупик! – мужчина, не спрашивая, вытянул из моей пачки сигарету.

– Тебе-то что бояться? Твоей фамилии даже в титрах нет.

– Ой, кому надо, тот узнает. Но я про тебя. Не кажется, что перегнула?

Я пожала плечами. Не слишком крупный бизнесмен, кому-то подмазавший в мэрии, решил снести единственную зеленую зону провинциального городка. Он явно должен был понимать, что найдутся недовольные. Тем более, продажа земли состоялась без положенных в таких случаях публичных слушаний. Жители вообще были не в курсе происходящего, пока сюда не пригнали технику. Местный муниципалитет впал в глухую оборону, не общаясь со СМИ, которых пытались поднять граждане, а потом и вовсе поднажал на зависимых коллег, и те отвалились. Пришлось подключаться вашей покорной слуге.

Мой канал пользуется популярностью на многих интернет-площадках, так что широкая огласка обеспечена. Может, кто-то выше администрации и увидит всю абсурдность происходящего: раскурочить многовековой сквер, гордость Смородиновки, ради элитного коттеджного поселка – шаг крайне сомнительный, пусть и прибыльный. Как по мне, нужно писать письма во все инстанции, ту же прокуратуру, для проверки законности сделки. Этим я, конечно, заниматься не буду. Я сделаю так, что поднимется резонанс, и ведомства сами заинтересуются ситуацией.

– Ну что, сворачиваемся? – мой верный друг и по совместительству классный оператор аккуратно упаковал камеру и штатив и закрыл багажник. – Или с новой точки заснять?

– Надо было спрашивать до того, как все собрал.

– Только не говори, что еще не все!

Макс состряпал такое испуганное лицо, что не смогла не улыбнуться.

– Да все-все, шучу просто.

– Глянь на нее, проехалась по таким людям, а еще шутит!

– Да по каким хоть? Мелкая сошка вроде местных чиновников?

– Мне кажется, они все с криминалом связаны.

– Само собой. Но вряд ли кто-то кинется сразу меня убивать. У них будут дела поважнее. К тому же, материал уже к тому моменту выйдет. Поздно, как говорится.

– Ага, я тебя знаю. Потом потащимся снимать результаты нашей работы.

– Естественно! Но тогда тем более смысла мстить не будет.

– Не загадывай.

Попрощавшись с мнительным товарищем, я уселась за руль любимого джипа. Примерно мой ровесник, он требовал очень много внимания и еще больше вложений. Но доставшийся мне в наследство от отца раритет ни за что не поменяю даже на самую крутую тачку! Макс уже сто раз предлагал избавиться от «рухляди» и приобрести что-то по статусу. Сам-то он ездит на новенькой «Мазде». Вот и сейчас, моргнув фарами в уже сгущающихся летних сумерках, черный внедорожник скрылся за поворотом, пока я уговаривала свою машинку хотя бы завестись.

Получилось не сразу, наверное, стоит заехать к Палычу в сервис. Может, прямо сейчас и отправлюсь, благо, до него по трассе не больше пятидесяти километров. Это по дороге, мне-то домой мчаться все триста. Не самая моя дальняя командировка.

С добрым бородачом я познакомилась, когда колесила по ближайшим лесам в поисках нарколаборатории. О ней поведали достоверные источники, да вот проблема: точное место назвать не смогли. Как человек «без инстинкта самосохранения» (цитата вездесущего Макса) я ломанулась в сектор, нарисованный на карте хорошим знакомым. Поселок Речной действительно оказался эпицентром крупного производства, но, увы, не я стала великим разоблачителем. Ибо не выдержавший нервов джипик хрюкнул, плюнул и остановился прямо на проселочной дороге между двумя населенными пунктами. Если бы не охотник, притащивший меня к Палычу на тросе, пришлось бы ночевать посреди осеннего леса. Это было три года назад. С тех пор, если есть возможность, еду с поломками только к нему.

На трассе показалось придорожное кафе. Сейчас бы бодрящего напитка хлебнуть, пусть и дерьмового, а то на ногах с прошлой ночи. Спать по четыре часа в сутки я начала давно, но все же иногда сознание дает сигналы, что пора отдохнуть. Возможно, тут даже гостиница есть. Не хочу погибнуть, банально уснув за рулем.

Старенькое двухэтажное здание пестрело кучей вывесок, среди которых вожделенный «кофе» горел особенно ярко. На парковке – несколько фур, дальнобойщики устраиваются на ночлег. Это особый вид водил, которые перед отбоем сбиваются в кучки, чтобы дать достойный отпор возможному злоумышленнику. Одиночки же – лакомый кусок для современного разбойника. А уж представительницы, как принято считать, слабого пола – особенно. Но у меня есть туз в рукаве, он же газовый баллончик в сумочке, так что отобьюсь как-нибудь.

Возле крыльца стояли несколько мужчин, о чем-то споря. Повышенный тон позволил распознать такие выражения, что даже видавший виды зек одобрительно покивал бы. И как мимо них пройти? Вход загородили.

– Эй, девочка, ты к нам? А мы тебя как раз заждались! – послышался противный голос из-за спины.

Я резко обернулась. Невысокий, с опухшей рожей, в спортивных штанах и шлепках с носками. Подвид «алкаш обыкновенный», когда проспится, ни за что не поверит, что творил. Такому можно просто помахать ручкой, чтобы не доставал.

– Эй, ну что ты молчишь? – расстроился тот.

– Отвали!

– Как некультурно.

Отвернувшись, я направилась к «мило» беседующим мужикам. Они замолчали и расступились, проводив меня жадными взглядами. Да уж, сомневаюсь, что здесь часто появляются блондинки в дорогих деловых костюмах и на шпильках.

Внутри пахло чем-то кислым. Небольшой зал с пятью столиками освещали тусклые лампы, за стойкой – уставшего вида полная женщина в старомодном чепце, равнодушно глядела в пузатый экран небольшого телевизора.

– Прошу прощения, я могу заказать кофе?

Мой вопрос остался без ответа, да вообще без реакции. Вздохнув, спросила уже громче:

– Девушка, у вас есть кофе? Подойдет и растворимый.

Ничего! Она будто спит с открытыми глазами, по-моему, даже не моргает. Понимаю, конечно, в таком заведении работа не сахар, и я бы, может, оставила ее в покое, но у самой глаза закрываются. Поэтому, еще раз поискав хоть какой-то отголосок на предыдущие реплики, от всей души рявкнула:

– Кофе сделайте!

Мне-то казалось, она должна вздрогнуть или хотя бы укоризненно глянуть на отвлекающую от своеобразной медитации дамочку… Ни черта! Перевела взгляд, полный вселенской тоски, на меня и как ни в чем ни бывало уточнила:

– Черный или три в одном?

Я даже восхитилась! Мне бы такую непрошибаемость. Вопреки мнению Макса, я совсем не супер-смелая девушка, и часто переживаю из-за… да из-за многого. Здесь же – просто кремень!

– Черный, пожалуйста, – добавила я намного тише. – Без сахара.

– Сейчас, – продавщица встала и неспешно двинулась к чайнику, стоящему под полками с алкоголем.

В ожидании я присела за ближайший столик, вытащила телефон. Пропущенный от оператора и смс: «Ты хоть тронулась?». Ответила в стиле «Уже давно, разве ты не заметил?», полистала ленту новостей. Интересно, у нее пятилитровый чайник, раз так долго закипает?

У двери звякнул колокольчик. Я подняла глаза, представляя, как сюда вваливается вся толпа матершинников с крыльца, и замерла, встретив взгляд незнакомца.

Мужчина не был красив той традиционной красотой, которую восхваляют редакторы гламурных журналов. Типа губки бантиком, бровки домиком… Высокий, с черными от татуировок руками, темными дредами и небрежной бородой, на футболке – волк с оскаленной пастью. Модные рваные джинсы. Глаза смотрели с недобрым прищуром и будто пробивали насквозь. Даже издалека было видно жесткую ухмылку, которая нравится каким-нибудь малолетним девчушкам и заставляет их падать к его ногам и умолять о внимании. Уверенный в себе, понимающий, какое впечатление производит на женскую суть. Наш зрительный контакт длился всего секунду, не больше, но когда он отвел взгляд и медленным шагом двинулся к стойке, я все еще смотрела, словно завороженная. Походя отметила обтянутый джинсой зад. Ммм, он явно не пренебрегает тренировками!

Не я одна заметила посетителя. Сонная муха за прилавком расцвела в улыбке и незаметно, как она думала, расстегнула две верхние пуговицы на рубашке.

– Привет! Давно тебя не видно, я уж потеряла.

– Дела, Милочка, – это имя или ласковое прозвище? – Мне как обычно.

– Да-да, мигом.

Напомнить ей про кофе, которого так и не дождалась, или дальше смотреть представление?

– Ты весь в делах, весь в суете, – забегала туда-сюда женщина, оказывается, она умеет двигаться не как ленивец. – Понимаю-понимаю, работа есть работа. Что ж, я рада, что хоть сегодня выбрался. Ой, а у нас сегодня фирменный, может, возьмешь?

Мужчина слушал щебетание молча, уставившись прямо перед собой. Даже как-то неудобно стало, мог бы хоть улыбнуться. Вон она его визиту как радуется, будто школьница пятерке.

Его «как обычно» оказались банальная бутылка виски и что-то мясное. Причем, заказ ему принесли на подносе, а деревянный стол в самом углу накрыли белоснежной скатертью. Может, хозяин заведения? Тогда понятно, откуда столько юления перед важной особой.

Когда женщина проходила мимо, я все же кашлянула, привлекая внимание.

– Девушка, кофе.

– Сказала же, сделаю! Что, минуту подождать не можете?

– Минуту могу, полчаса – нет!

– Деловая какая! Будет сейчас.

Не став спорить дальше, снова уткнулась в экран. Там Макс сокрушался по поводу того, что я лазаю по всяким «притонам» в одиночку и совсем не берегу свою бедовую головушку. Глядя на окружение, начинает казаться, что он не так уж и неправ.

– Держите ваше кофе! – продавщица плюхнула пластиковый стаканчик с темным содержимым на стойку, не собираясь обслуживать меня с тем же рвением, что и мужчину.

– Благодарю! – я встала, чтобы забрать, наконец, долгожданный напиток, даже проглотила необразованное «ваше», когда дверь снова распахнулась.

Нет, она сорвалась с петель! Внутрь спиной вперед влетел мужик, распластавшись возле моих туфель. За ним ворвались двое. Зверские рожи настроенных на дальнейший мордобой людей заставили ойкнуть и выронить стаканчик. Бурда разлилась возле головы побитого. Блин, надеюсь, не обожгло, ему и так несладко.

– Вы что творите, сволочи?! – заорала бабища так, что я вздрогнула второй раз. – Совсем офонарели?! Кому говорено, здесь не драться?

– Закройся, Милка, – не глядя, бросил тот, что повыше. – Я этой паскуде сейчас горло вырву.

– Что хочешь делай, но только на улице! – отрезала продавщица, но из-за прилавка выскакивать не спешила, наоборот, присела, выставив на обозрение одну макушку в чепце.

– А ты что зыришь? – осведомился второй уже у меня, все еще столбом стоящей почти в эпицентре.

– По-моему, ему хватит, – я показала пальцем на мужика, который был явно в отключке. Еще бы, на лице живого места нет! И как они его так тихо били, что в зале не слышно?

– Ты куда лезешь, шмара?

Язык мой – враг мой. Кто бы мог подумать, что я скажу это себе, гордому журналисту, не боящемуся расследовать преступления олигархов и иже с ними? Но когда на тебя идет долговязое нечто с очумелым фэйсом, невольно задаешься вопросом: а оно тебе надо вообще?

В руках у наступающего на меня дядьки блеснул нож. Я начала пятиться, оглядываясь на чепец. Тот исчез за стойкой полностью, и надежды на сознательность его хозяйки нет никакой. Черт, здесь же есть мужик с шикарной задницей!

Как только я о нем подумала, из угла донеслось лениво-равнодушное:

– Глыба, у тебя проблемы?

– О, Бешеный, а я не признал, – час от часу не легче, судя по красноречивому прозвищу, его обладатель тоже добротой не отличается. – Давно вернулся?

– Сегодня.

– Здорово! Ну, с приездом!

– Я тебе вопрос задал.

– Ааа, это? – мужик перевел взгляд на поверженного. – Мудилу вот гасим, наказать надо. Сегодня можно.

– Гасите. Сюда зачем сунулся?

– Да вышло так.

– Вот и вали на улицу. Нечего людей пугать.

Пока шла эта «милая» беседа, я успела протиснуться между столами, и бочком приблизилась к Бешеному, прости Господи, встав так, что успею юркнуть ему за спину в случае чего. Или под стол, как придется.

– Она с тобой, что ли? – зачем-то уточнил тот, что с ножом.

– Тебе-то что, Глыба? Не попутал? – он спрашивал тихо, не повышая голос ни на децибел, но звучало это не просто угрожающе – убийственно!

Между прочим, если бы мне таким тоном задавали вопросы, я бы на все ответила, даже если бы не знала. Ему экзамены надо принимать, тут гуманитарий квантовую механику вспомнит! И как это у него получается? Мне б такого в соведущие!

– Не-не, ты че, я ж так, – смутился – или испугался? – вооруженный, и, к счастью, спрятал лезвие, а после еще и отошел на несколько шагов. – Ладно, мы пойдем. Сева, забирай.

Второй, до этого в действе участия не принимающий, кивнул и схватил лежащего за ноги. Мне было его до ужаса жалко, что бы он там не натворил, симпатии его враги не вызывают, и я ничего умнее не придумала, чем брякнуть из своего угла:

– Ему бы скорую вызвать.

Не знаю, что увидели эти двое, но мужика они-таки бросили и почти выбежали наружу. Я посмотрела на своего спасителя.

– Спасибо.

– Рот на замке держать надо, – ответили мне на благодарность. – Ментов вызовешь – сам пришибу.

Я уставилась на мужчину.

– Его чуть не убили!

– Оклемается.

– А если нет?

– Не твое дело.

Я не верила в то, что слышу. Понятно, что он тут свой, и, возможно, не хочет сдавать знакомых полиции, но валяющийся в луже крови дядька явно нуждался в помощи!

– Тогда скорую? – предложила альтернативу, но услышав короткое «нет», опешила. – Он же может умереть! Вы его видели вообще?

Черноглазый вздохнул, будто я несу полную чушь, и поднял голову. Тело словно ток прошиб, такой у него взгляд пронзительный.

– Тебе что надо? Иди, куда шла, и не суйся. Голова лишняя?

Я замотала совсем не лишней головой, и решила последовать «доброму» совету. Конечно, я позвоню всем подряд, но позже, когда отъеду от этого чертового места хотя бы на пару километров. Или вообще от Палыча. Прийти к нему в неурочное время не боялась, его автосервис на первом этаже, сам мастер живет на втором… Но ведь дернуло меня сюда заявиться!

Я аккуратно перешагнула через побитого, и покинула, наконец, гостеприимное местечко. Далеко уйти не вышло.

– Какая краля! – пьяный рык раздался над самым ухом, и предплечье сжала чья-то рука. – Ты же никуда не торопишься?

Дурдом какой-то! Мысленно выругавшись, дернулась, но хватка оказалась почти стальной. Я схватилась за сумочку. Брызнуть в рожу, кто бы там ни был, и бежать отсюда как можно быстрее!

– Что ищешь-то? – меня подтолкнули в спину. – Презики? Так не боись, ко мне ни одна зараза не прицепится!

Я все еще не видела хама, он разговаривал с моим затылком. Лицезреть наглую морду желания не было, и, как выяснилось, не суждено. Меня дернули назад так резко, что чуть не упала, зато отпустили. Равновесие с трудом, но удержать удалось. Послышался сдавленный вскрик.

– Ты совсем дура?

Этот голос я узнала. Обернувшись, наткнулась на грудь с принтом волка.

– Я-то тут при чем? – огрызнулась, не подумав. – Я его даже не заметила.

– А глаза тебе на что?

– Хлопать!

И зачем я разговариваю с ним так, будто совсем не опасаюсь? Черный взгляд снова прожигал, но злости за насыщенный вечер накопилось немало, и игру в гляделки выдержала, я считаю, достойно. Хоть и смотрела снизу вверх.

– С твоим языком долго не живут.

– Это угроза? – я вскинулась, Бешеный усмехнулся.

– Ты забавная.

– Зато вы все здесь как черти в аду!

Он наклонил голову, рассматривая меня как энтомолог – неизвестную науке гусеницу.

– Вали уже.

– И повалю!

Пылая от ярости, развернулась так, что сама чуть не грохнулась, и гордой, как хочется думать, походкой направилась к машине. Внутрь забиралась тоже медленно, чтобы все еще стоящий возле входа мужчина не заметил, что руки трясутся, а колени вот-вот не выдержат.

– Дурдом какой-то! Вас закрывать надо нафиг! – прошептала уже в салоне. – Со сквером разберусь, займусь вами! Нееет! Нет-нет-нет, твою мать! Да что за день-то такой?!

Джип отказался заводиться. Закашлял, покряхтел и…сдох. Не веря в происходящее, я еще минут семь пыталась договориться с двигателем, который, по уму, пора давно перебрать, но безрезультатно. Со стоном ткнулась лбом в руль.

– Эй, ну зачем ты так? Миленький, родненький, давай уедем отсюда, хотя бы до Палыча, а там тебя подлатают, обещаю!

Уговоры не действовали. Представив, что придется ночевать в этом проклятом месте, я заскулила. Никогда не считала себя нытиком, но ситуация хуже некуда, плюс далеко не самое приятное впечатление от вечера, а вокруг все еще могут шляться любители «краль». Придется звонить Максу, пусть вытаскивает из передряги ту, которая обещала, что с ней точно ничего не случится.

Вселенная повернулась ко мне не тем боком. Мобильный последний раз блеснул экраном и вырубился. И, конечно, зарядник я отдала оператору, который вечно все забывает, а забрать…ну, в общем, да, забыла…

Водительская дверца открылась, явив мне мужчину, который только что «ласково» предложил мне уехать. Не заметила, когда он приблизился, ну, так была занята более важными вещами, чем наблюдение за аборигенами.

– Не заведется, – заявил с ухмылкой, которую уже успела возненавидеть.

– Ты подошел мне это озвучить? Спасибо, я уже догадалась!

– Такси вызови.

– Ага, сейчас! Я здесь машину не брошу! Ее через час по запчастям разберут!

– Не разберут.

Он говорил низким хриплым голосом, и вроде даже без угрожающих интонаций, но мурашки все равно маршировали по спине ровным строем. Нервы, наверное.

– Слушай, я сама решу, что мне делать, ладно? Меня заберут на тросе, – и зачем посвящаю в свои планы? – Так что спасибо за участие.

Попыталась закрыть дверь, но…

– Тебе нужно отсюда уйти, – настойчиво произнес Бешеный. – Прямо сейчас.

– Зачем? – растерялась.

– Я сказал: уходи.

Вот что с ним не так?!

– Да без проблем! – оттолкнув его плечом, я вылетела из машины.

Похоже, такой прыти он не ожидал, и сопротивляться не подумал. Наоборот, сделал два шага назад, дав возможность захлопнуть дверцу. Нажав на сигнал, я быстрым шагом двинулась в сторону дороги. Поймаю попутку, позвоню Максу, сделаю хоть что-нибудь, лишь бы свалить отсюда!

Незнакомец догнал меня спустя пару метров, рывком повернул к себе.

– Ты вообще с башкой не дружишь?

– Да, видать, отлично вписываюсь в вашу компанию!

– Ты пешком идти собралась?

– Слушай, вот что ты ко мне пристал? – было правда интересно, столько внимания от угрюмца и в честь чего, собственно? Понравилась? – Я сама в состоянии и такси вызвать, и пешком пройтись, только отстань, пожалуйста!

– Здесь небезопасно.

– Как-то догадалась! Тебе-то что?

– Это моя земля.

– Ты что, глава сельского поселения?

Впервые за вечер я прочитала хоть какие-то эмоции на лице мужчины, кроме спокойствия и пренебрежения всеми вокруг. Мое предположение его не просто удивило – озадачило.

– Нет…

– С чего тогда это место своей землей называешь? Ааа, ты бандит? Тогда понятно. Ну, простите, что прервала вашу мордобительную идиллию. Мне пора, в этом ты прав.

Я говорила и говорила, стараясь, чтобы он не обратил внимания, как дрожит голос. На самом деле, злость, заставившая меня нестись, куда глаза глядят, уже улетучилась, а вот нелепость ситуации, увы, ни куда не делась.

Между тем Бешеный, кажется, что-то для себя решил. Запястье обожгло прикосновением, по телу вновь прошла волна, почти как разряд электричества.

– Идем.

– Никуда я с тобой не пойду! – воскликнула, собираясь выдернуть руку.

– Пойдешь.

– Нет!

– Да!

– Ты меня похищаешь?!

– Да.

Да?! Он реально так ответил?! Пока я приходила в себя, меня тащили куда-то в сторону леса. Марта, ты полная дура, тебя, кажется, собираются насиловать.

То ли я произнесла последнее предложение вслух, то ли на лице все и без того было написано, но мужчина на секунду остановился и процедил:

– Ничего с тобой не будет, пока ты со мной.

– С чего бы?

– Дура.

– Мужлан неотесанный!

Дальше шли молча. Ну как шли, меня тащили за руку, при том, довольно быстро. Тем не менее, не знаю, какие участки мозга перестали работать в моей черепной коробке, но я почему-то поверила, что ничего плохого мужчина с говорящим прозвищем мне не сделает. Хотя, признаться, даже для самой умозаключения вроде «нас же вместе видели, он же должен это понимать» казались смешными. О да, здешний контингент обладает невероятно высокой социальной ответственностью, и, случись что, первым делом побежит в полицию сдавать всех и вся!

Глава 2. Слишком реалистичный сон

Марта

Шли мы не в лес, как выяснилось, а к припаркованному на другой стороне трассы автомобилю. Старенький «американец», наверное, переплюнет даже мой капризный джип, но нет, урчание мотора порадовало ровным звуком.

– Ты хочешь меня домой отвезти? – я повернулась к Бешеному. – Учти, я живу в Подмосковье.

– И?

– И? Далеко же.

– Кто сказал, что мы едем к тебе?

– А что, к тебе? – я шутила, но получив равнодушный кивок, опять забеспокоилась. – Слушай, мне бы не хотелось тебя обижать и все такое…Короче, давай вызовем такси, мне твоя идея теперь нравится.

– А мне нет.

– Это почему?

– Поздно.

– В каком смысле? Еще полуночи нет.

– Ты права.

Ну конечно, я права, о чем он вообще?!

– Я что-то запуталась, – призналась, понимая, что терять уже, по сути, нечего. Разве что остатки нервных клеток. – Зачем мне ехать к тебе?

– Переночуешь.

– Но я не хочу!

– Неважно.

Боже, он меня бесит!

– Это важно для меня!

– Тебе не хватило приключений? – он, наконец, повернулся ко мне, до этого пялился в лобовое. – Заткнись и скажи спасибо, что я тебя спасаю.

– Ты меня спасаешь?! – я не знала, плакать или смеяться.

Мужчина промолчал и вырулил на асфальт. Я от неожиданности тоже перестала истерить, почти спокойно наблюдая за мелькающими за окном деревьями. Мы въехали в какой-то населенный пункт, прокатились вдоль улицы, где дома не видно за высоченными заборами, и остановились возле подобного, с черными железными воротами.

– Здесь меня жарить будешь? – невинно осведомилась.

Внезапно шею опалило горячее дыхание. Я не успела отодвинуться, горло сжали пальцы, не сильно, но ощутимо.

– А тебе хочется?

– Эээ… Нет, я каннибализм не поощряю, – почти прошептала, боясь пошевелиться.

– Я так и подумал, – он отпустил меня и выбрался из салона. – Вылезай.

Выполнив, судя по всему, приказ, я встала возле авто, все еще потирая горло. Возле ворот буквально из ниоткуда появился еще один мужчина. Тоже высокий и не менее серьезный. Правда, светловолосый.

– Как обстановка? – после рукопожатия спросил у него мой новый знакомый.

Или нет? Мы даже имен друг друга не знаем, если так подумать.

– Спокойно. Правда, парочка пыталась… – он взглянул на меня как-то странно и закончил: – …пометить территорию.

Они тут элитные породы собак разводят что ли?

– Где они? – уточнил Бешеный.

– Где обычно, – пожал плечами блондин.

– Потом разберусь. Эта здесь переночует.

«Эта» была крайне раздосадована таким пренебрежительным отношением! Даже если он отчего-то возомнил, что спасает меня!

– Понял. Девушка, пойдемте, – второй выглядел не менее внушительно, но голос неуловимо отличался…не такой грозный. – Вы ужинали?

– Нет аппетита, – я потопала к воротам, в душе обругав себя на все лады за такое послушание.