- -
- 100%
- +
Глубокая зимняя ночь. Метель. В доме – ни огня. Ветер воет в трубах, сотрясает крышу, ломится в окна. Ближний лес гудит, шатаясь под вьюгой.
Никто не спит. Дети проснулись, но лежат молча, широко раскрывши глаза в темноту. Прислушиваются, вздыхают…
Откуда-то издалека, из тьмы и бури, доносится длинный жалобный крик. Прозвучал и замолк… И еще раз… И еще…
– Точно зовет кто-то, – тревожно шепчет мужчина. Никто ему не отвечает.
– Вот опять… Слышишь?.. Как будто человек…
– Спи, – сурово говорит женщина. – Это ветер.
– Страшно ночью в лесу…
– Это только ветер. Ты разбудишь ребенка…
Но дитя вдруг подымает голову.
– Я слышу, я слышу. Он кричит: «Спасите!»
И правда: яростный ураган стихает на одно мгновенье, и тогда совсем ясно, близко, точно под окном, раздается протяжный, отчаянный вопль:
– Спа-си-те!
– Мама! Может быть, на него напали разбойники?.. Может быть…
– Не болтай глупостей, – сердито прерывает мать. – Это голодный волк воет в лесу. Вот он тебя съест, если не будешь спать.
– Спасите!
– Жалко живую душу, – говорит муж. – Если бы не испортилось мое ружье, я пошел бы…
– Лежи, дурак… Не наше дело…
В темноте шлепают туфли… Старческий кашель… Пришел из соседней комнаты дедушка. Он брюзжит злобно:
– Что вы тут бормочете? Спать не даете никому. Какой такой человек в лесу? Кто в эту погоду по лесам ходит? Все дома сидят. И вы сидите тихо и благодарите Бога, что заборы у нас высокие, запоры на воротах крепкие и во дворе злые собаки… А ты взяла бы лучше к себе дитя да сказкой бы его заняла.
Это голос черствого благоразумия.
Мать переносит в свою постель ребенка, и в тишине звучат слова монотонной, старой успокоительной сказки:
– Много лет тому назад стоял среди моря остров, и на этом острове жили большие, сильные и гордые люди. Все у них было самое дорогое и лучшее, и жизнь их была разумна и спокойна. Соседи их боялись, уважали и ненавидели, потому что они сами никого не боялись, всех презирали, а уважали только самих себя. В жилах их текла не простая кровь, а голубая-голубая…
– Спа-си-те!
Молчание…