Пророчество сумасшедшего волшебника

– Пошевеливайтесь, пошевеливайтесь, лентяи! Лара! Обслужи наконец дорогих гостей! – погонял прислугу старый владелец таверны «Хромая кошка». Как назло, именно сегодня его жена, державшая всю никчемную челядь в драконовых перчатках, уехала на рынок закупать овощи, фрукты, мясо и вернется только поздно ночью. Именно сегодня, когда гостиная, впервые за последние месяцы, наполнена клиентами до отказа, не хватает столов, стульев, еды в конце концов. А работники еле-еле ноги таскают!

Старик Норт мог ворчать весь день по поводу и без. Его никогда не устраивала подаваемая в доме еда, качество вина и пива, чистота комнат и скорость обслуживания. Но на что уж точно Норт не мог сегодня пожаловаться, так это на количество постояльцев. И дело было даже не в том, что на улице дождь лил как из ведра, а промозглый ветер срывал с путников одежду и впивался своими холодными щупальцами в незащищенные участки тела. Обычно в такие дни гостиная заполнялась лишь наполовину, хотя «Хромая кошка» была единственным постоялым двором на весь их захудалый городишко, и на многие мили вокруг укрытием для проезжих людей служили лишь кроны деревьев да норы гоблинов.

Но сегодня случилось нечто неожиданное: в двери постучался человек и заказал комнаты для своих двадцати друзей. К вечеру явились и эти двадцать. Норта вовсе не волновало, кем они были – разбойниками или гвардейцами Черного Господина и как зарабатывали на жизнь. С вооруженными до зубов людьми спорить не хотелось. К тому же в обиде он не остался – сейчас в его комнате под матрацем лежал полученный в обмен на кров и пищу увесистый мешочек с золотыми монетами. А потому старик предвкушал тот момент, когда все гости разойдутся спать, а он наконец останется со своим сокровищем наедине и вдоволь насладится его блеском и звоном. От приятных размышлений его оторвал громкий голос уже изрядно выпившего постояльца:

– За нашего Господина, самого могущественного чародея всех времен! – Вставший из-за стола мужчина покачнулся, громко рыгнул и осушил свой бокал вина. Остальные, одобрительно загудев, шумно вскочили и выпили за сказанное.

– Эй ты, грудастая! – гоготнул сидящий во главе стола путник, тот самый, который первым постучался в двери таверны Норта. – Принеси-ка еще винца, да побыстрее! – Он ущипнул Лару за ляжку, притянул к себе и, что-то сказав ей на ухо, сунул в руку золотой. В ответ она широко улыбнулась и удалилась, чтобы вновь наполнить кувшины вином.

Норт неодобрительно покачал головой. Он не приветствовал связи своей обслуги с постояльцами, но ради таких гостей мог сделать исключение. Пусть делает, что хочет, в конце концов он ей не отец, к тому же настроение не хотелось портить, ведь у него есть целая груда золотых монет.

Стоило опять погрузиться в приятные думы о драгоценном содержимом мешочка, как его снова отвлекли, на этот раз сынишка конюха.

– Ну что тебе надо, Жиль? – Старик раздраженно уставился на взъерошенного паренька.

– Господин Норт, там еще трое путников спрашивают комнаты на ночь.

– Да что такое в самом деле? То никого, то целая орава! Скажи им – мест нет. Разве что в конюшне.

– Но, господин, у них лошади лайранской породы.

Старик насторожился. Упомянутые скакуны славились по всем людским землям не только резвостью и выносливостью, но и безумной дороговизной. Скорее всего, прибывшие – богачи, если не конокрады, конечно. Перспектива получения дополнительной прибыли заманчиво засияла перед предприимчивым хозяином «Кошки».

– Веди их сюда, хочу с ними сам переговорить, но ничего не обещай, говори – у нас очень трудно с местами для ночлега. – Норт проводил взглядом убегающего мальчика и потер руки.

Ему сегодня определенно везет. Сказать по правде, удача не поворачивалась к нему лицом с детства, с того самого памятного дня, когда он, сын бедного крестьянина, шел проверять всходы на поле и увидел неподалеку рыжую кошку, вылизывающую переднюю лапу. Заметив человека, она пугливо потрусила в сторону, сильно хромая, – у кошки была перебита передняя лапа. Норту стало жаль бедняжку, и, решив ей помочь, он пошел за ней. В какой-то момент потерял кошку из виду, а потом, свернув в глубь леса, вновь увидел ее. Она сидела на холмике под большим деревом и как будто поджидала его. Приблизившись, юноша хотел взять ее на руки, но хромоножка вдруг прыгнула в ближайший куст и исчезла среди ветвей. Норт искал ее повсюду, но она как сквозь землю провалилась. Ему пришлось вернуться к тому большому дереву, где он последний раз увидел кошку. Что-то привлекло внимание паренька. Из земли торчала ручка какого-то глиняного сосуда. Он раскопал землю вокруг и вытащил большой кувшин, который оказался доверху набит золотыми монетами и драгоценными камнями. На обнаруженные деньги он и открыл постоялый двор и назвал его в честь той самой хромой кошки, которая указала ему, где лежат сокровища.

Много воды утекло с тех пор, мир вокруг изменился, изменился и сам Норт. Он уже перестал быть сердобольным юношей и превратился в ворчливого старика, однако история о том, каким образом было найдено то самое сокровище, продолжала греть его сердце, и он не упускал случая, чтобы не поведать ее очередному постояльцу.

Огорчало только то, что слушателей со временем становилось все меньше. Караванный путь, когда-то пролегавший через их городишко, теперь проходил много западнее, по более широкой и безопасной дороге, так что доходы от постоялого двора резко сократились. Горожане часто подшучивали, что теперь дела в его таверне хромают так же, как и его знаменитая кошка, но Норт не обижался. Как это часто бывает, к старости он стал сентиментальным, а «Хромая кошка» значила для него больше, чем просто доходное дело. Здесь прошла вся его жизнь с ее радостями и невзгодами, надеждами и мечтами юности, горечью и разочарованием неосуществившихся надежд к старости. Его жена давно уже предлагала закрыть это заведение с мизерной прибылью и уехать куда-нибудь, где климат потеплее, чтобы провести остаток жизни в тишине и спокойствии. Ах! Теперь-то он ей докажет, что «Кошечка» еще может приносить очень большие деньги. И с этих троих прибывших только что путников он постарается выбить как можно больше золота.

От избытка чувств Норт опрокинул в себя раньше времени традиционную кружку пива, полагающуюся ему после закрытия. Вконец развеселившись, он стал внимательно следить за входом.

Дверь открылась, и внутрь зашел Жиль, а за ним трое людей. Точнее, людьми оказались только двое из них. В третьем Норт безошибочно определил меррила. Слишком много повидал он их на своем веку в те времена, когда караваны один за другим проходили через их город. Низкого роста, коренастый и рыжеволосый, вошедший являлся типичным представителем удивительной расы, славившейся своей необыкновенной силой.

С одного взгляда стало ясно, что путешественники не конокрады. Одежда на них хоть и простая, но очень хорошего качества, походка и жесты уверенные. Оружие тоже говорило само за себя. На поясе у меррила в ножнах, инкрустированных серебром, болтался охотничий нож. На боку у светловолосого мальчика был прикреплен небольшой меч с изящной витиеватой рукоятью, а вот у третьего, высокого черноволосого молодого человека, оружие скрывалось за спиной. Однако Норт не сомневался, вооружение у них стоит дороже, чем вычурные шпаги сынков богатых провинциальных князьков, в свое время часто останавливавшихся в «Хромой кошке».

Черноволосый, видимо, главный среди них, первым подошел к старику и спросил:

– Вы Норт, хозяин этой таверны?

– Да, – утвердительно кивнул тот, заинтересованно разглядывая собеседника, – чем могу служить?

Теперь, вблизи, он утвердился в своем предположении, что гость не только богат, но еще и знатного рода. Наверняка это сын какого-нибудь лорда путешествует со своими слугами, и, скорее всего, инкогнито. Иначе о его приближении обязательно предупредили бы. Значит, юноша не так прост, каким хочет показаться. Да и внешность у него довольно приметная: черные коротко стриженные волосы, яркие синие глаза, волевые черты лица, на левой щеке тонкой полоской белеет шрам. Такой не останется без внимания, особенно женского.

– Мы бы хотели остановиться у вас на ночь. Жиль сказал, что сегодня почти все занято, но, может быть, вы найдете комнату? Нас устроит даже одна, лишь бы с кроватями.

Норт пораженно уставился на молодого человека. Удивило его даже не то, что тот успел, а главное, потрудился узнать, как зовут мальчишку-конюха. Дело в том, как он вначале посмотрел на старика. Его взгляд не просто изучал, казалось, что синие глаза незнакомца смотрят в самую душу, раскрывают все его тайны, видят страхи и слабости. И хотя это продолжалось лишь мгновение, Норту показалось, что прошла целая вечность, пока молодой человек не расслабился и, чуть смутившись, не отвел взгляд в сторону. Когда он вновь посмотрел на Норта, ничего необычного его глаза не выражали, а сам он приветливо улыбался, ожидая ответа на заданный вопрос.

– Ах да, простите старика, я немного задумался, – решив, что от выпитой кружки пива у него чересчур разыгралось воображение, Норт встрепенулся и тут же указал на пирующих гостей. – Вынужден вас огорчить, но сегодня действительно все комнаты уже заняты, даже не знаю, что можно предложить таким знатным господам, как вы.

– А если подумать? – хмуро поинтересовался меррил.

– Ну есть одна комната. Она небольшая и, может, не очень отвечает вашим требованиям, но это все, чем я располагаю в данный момент.

Для пущей убедительности он развел руками в стороны. Раньше, во времена переполненности таверны, такой жест всегда срабатывал, и за самую скверную комнатушку на верхнем этаже хитрец сдирал столько денег, сколько стоили самые лучшие апартаменты в «Хромой кошке».

– Мы берем ее, – согласно кивнул черноволосый.

– Это будет стоить десять золотых.

– Десять золотых? Да ты что, старый, гоблинских газов обнюхался? – побагровел меррил и уже собирался схватить Норта за грудки, но черноволосый остановил его.

– Грейд, Эрик, почему бы вам не занять тот единственный пустой столик? А мы тут с Нортом пока потолкуем.

– Ты что, собрался платить ему? – прошипел светловолосый мальчик. – Но…

– Идите, – прервал его тот, – закажите что-нибудь поесть, у меня желудок от голода сводит.

Мальчик и меррил покорно побрели к свободному столику.

– Меня зовут Кайл, – произнес странный гость. «А на самом деле – Николай», – про себя подумал он и протянул руку Норту. Старик настороженно пожал ее. – Не обращайте внимания на моих друзей. Мы давно в пути и сильно устали. Может, нальете себе и мне по кружке пива? В горле пересохло, а так хочется узнать, отчего это у вашего постоялого двора такое необычное название – «Хромая кошка?».

Норт пребывал в эйфории. Впервые за последние месяцы, и даже годы, его постоялый двор заполнен до отказа, а карманы полны золота. Впервые за последнее время хоть один человек заинтересовался историей «Хромой кошки». Какой приятный постоялец! Он только что встал из-за стола, за которым они беседовали, и присоединился к своим друзьям. И мало того, что оплатил ему не одну кружку пива, самое главное, он с интересом слушал рассказы о таверне, о детях и внуках, о жизни в целом, чего давно уже никто не делал. Это ничего, что он, расщедрившись, взял за ту комнату наверху всего один золотой, каморка не стоила и этого. Юноша сделал куда больший подарок, который не мог сравниться ни с какими сокровищами целого мира: он помог вспомнить времена, оставшиеся далеко в прошлом, в разговорах вместе с ним перенесся в его безоблачную юность, заставил вновь пережить те сумасшедшие годы, которые, казалось, ушли навсегда.

Глава 2

– Мы уж думали, ты там уснул! – подшутил над усевшимся наконец на свое место Николаем Эрик.

– Норт оказался очень интересным собеседником. – Тот пожал плечами и принялся уплетать уже успевшее остыть тушеное мясо с овощами.

– Что же такого он тебе успел рассказать? – продолжал свой допрос мальчик.

– Много чего. Например, почему он назвал свою таверну «Хромая кошка».

– Лучше скажи, – перебил друга Грейд, – ты договорился с ним о комнате?

– Да. И с нас взяли всего один золотой.

– Могучий Двейн! Тебе бы на базаре торговать, любого уговорить можешь.

– А я его не уговаривал. – Коля отправил в рот очередной кусок мяса. – Он сам предложил.

– И с чего бы это?

– Сказал, что давно не имел возможности поговорить по душам. Норт – хороший человек, только одинокий, несмотря на то, что у него есть семья. А от одиночества кто хочешь волком завоет.

– Мне бы твое волшебное внутреннее видение, – в который раз вздохнул Эрик.

– Ты же понимаешь, я вынужден им пользоваться, – посуровел Коля.

– Да-да, точно. Ты боишься угодить в ловушку, а потому проверяешь всех, кто встречается по пути. Кстати, Норт, судя по всему, чист?

– Ему все равно, кто стоит у власти. Лишь бы таверна процветала.

– Может, ты увидел, что за разговор по душам хозяин готов сбавить цену до одного золотого? И изображал из себя благодарного слушателя? – хмыкнул Грейд.

– Во-первых, для того чтобы понять, что человеку необходимо выговориться, не обязательно обладать сверхчутьем. Самый главный дар – умение слушать. Благодаря этому можно узнать много нового и интересного, заставить своего собеседника раскрыться. Во-вторых, – Коля глотнул пива, – я бы заплатил ему столько, сколько он запросит.

– Ты… ты… – только и смог выдавить из себя Эрик.

– Кайл, у нас, конечно, достаточно средств, но мы не можем расшвыриваться ими направо и налево, – заметил Грейд.

– Возможно, – согласно кивнул Коля, – но мы в пути уже три недели и еще ни разу не останавливались на ночлег в придорожных тавернах. Сегодня мы сделали исключение, но только потому, что уже достаточно удалились от Шериама. К тому же мне надоело ночевать под открытым небом, используя в качестве подстилки свой плащ, а в качестве грелки – кобылу.

– Я согласен с Кайлом, – оживился Эрик. – Нам всем необходимо хорошенько отдохнуть. Насколько я знаю, вплоть до самого Аркалана нет никаких поселений. А там мы сможем расслабиться на борту какого-нибудь судна, которое переправит нас через Серебряное море на другой берег.

– И которое мы не сможем нанять, если растратим все деньги, – буркнул Грейд.

Коля и Эрик переглянулись. С тех пор, как друзья единогласно проголосовали за назначение Грейда казначеем и передали ему в ведение все денежные средства, меррил рьяно исполнял свои обязанности. Поскольку Николай совершенно не разбирался в местных ценах, а Эрик не проявил должного рвения, никто не сомневался в правильности принятого решения, но чрезмерный контроль над каждой потраченной монетой часто вызывал усмешки и подтрунивания со стороны молодых людей.

– Расслабься, дружище, – утешил меррила Николай, – мы же ночуем за один золотой.

– Да уж. А вот наши соседи, в отличие от тебя, Грейд, совсем не беспокоятся о потраченных средствах, – вставил Эрик. – Интересно, кто они и откуда у них такие деньжищи? Кайл, ты можешь проверить их своим чутьем? – Заметив, как вновь помрачнел друг, добавил, оправдываясь: – Знаю, ты не приветствуешь этого, но ради нашей собственной безопасности можно сделать исключение! Неужели тебе ни капельки не интересно?

– Да проверил уже, – махнул рукой Коля. – Сразу, как только вошел.

– И?

– Они не представляют для нас никакой опасности. Пока.

– Пока? – переспросил меррил.

– Те ребята – разбойники, – пояснил Николай.

– Что? – Из рук Эрика выпала вилка и со звоном ударилась о тарелку с остатками ужина. – Надо что-то делать!

– Зачем? Мы не трогаем их, они не трогают нас.

– Они же грабители! Или того хуже – убийцы! – воскликнул мальчик.

– Кайл прав, нам незачем ввязываться сейчас в истории, – поддержал Колю Грейд. – Наша главная задача – как можно дольше оставаться незамеченными.

– Так вот, значит, откуда у них столько золота! Что ж они сделали за такие деньги?

– Не знаю. Я не могу читать мысли. – Коля снова принялся за еду, давая понять, что разговор на эту тему окончен. Однако паренек не собирался просто так сдаваться.

– Я тут подумал… – он запнулся. – А твоя способность видеть человека насквозь зависит от уровня магических частиц? От Шериама мы удалились, а до Ринвелла еще очень далеко! Наверняка волшебства здесь – дрост наплакал.

– А вдруг способности вейлинга тоже угаснут? – взволновался Грейд.

– Насчет волшебных возможностей мне ничего не известно; возможно, они и пропадут. Однако твой отец, Эрик, вбил в меня военные навыки настолько глубоко, что сомневаюсь, сможет ли что-нибудь в этом мире или в другом заставить меня забыть его уроки. Так что останусь ли я вейлингом или нет, воин из меня все-таки вышел неплохой.

Услышав это скромное замечание, Грейд и Эрик хмыкнули. Они знали, что воин из их друга вышел один из самых лучших. Мало кто может сразиться с уваргами, да еще и победить их. Все-таки зверолюди, появившиеся в результате жутких экспериментов Черного Властелина, обладали недюжинной силой и быстротой реакции.

Молодой человек, смутившись, быстро продолжил:

– Однако я совершенно уверен в том, что способность видеть человеческие чувства будет со мной всегда и не зависит от уровня волшебства.

– Ты в этом уверен? – поинтересовался Грейд.

– Абсолютно. С благодарностью снимаю шляпу перед своими эльфийскими предками, – Коля усмехнулся, – чья кровь и преподнесла мне этот подарок, который я бы с радостью засунул гворру сами знаете куда.

– Могучий Двейн! Это же редчайший дар! – меррил покачал головой.

Тут их беседу прервал грохот отодвигаемых из-за соседнего стола стульев и громкий бас тостующего:

– Да здравствует Фаридар, наш Господин и повелитель! Благодаря ему мы сыты, одеты и у нас полно золота в карманах, а девок – в кроватях, – он громко засмеялся.

– За Фаридара! – заорали пьяные разбойники и, осушив бокалы, снова плюхнулись на свои места.

– Нет, ты это слышал? – вспылил Эрик. – Они пьют в его честь!

– Пусть. – Лицо Коли оставалось бесстрастным, хотя внутри у него все перевернулось от вспыхнувшей ярости.

– Мы что, будем вот так сидеть и слушать, как они прославляют его?

– Нет, – коротко бросил Николай, – лично я иду спать.

– Даже не вмешаешься?

– А что, по-твоему, я должен делать? – зло прошипел он. – Подойти к ним и потребовать, чтобы бросили пить? А потом прочитать длинную нотацию, почему не стоит восхвалять чародея, вздумавшего уничтожить этот мир?

– Извини, – обиделся Эрик, – я думал, что так будет правильнее.

– Правильнее будет не лезть ни во что и спокойно продолжать наш путь, – сменил гнев на милость Коля. – Я поднимаюсь наверх, вы идете?

Грейд и Эрик переглянулись, а потом меррил заявил:

– Ты ступай, мы скоро присоединимся. Вот только допьем пиво.

– Ладно, как хотите.

Николай прошел мимо разбойников, махнул рукой клюющему носом Норту и поднялся наверх по скрипучей лестнице.

Их комната действительно представляла собой жалкое зрелище: крошечная, с обветшалыми стенами, с тремя тесно стоящими старыми кроватями, пройти между которыми не представлялось возможным, да тумбочки. Воздух здесь был спертым – видимо, комнатушку давно никто не проветривал и уж тем более не убирал.

Коля сбросил сапоги, чтобы пробраться прямо по кроватям к единственному окну на противоположной стене. Пришлось немало постараться, чтобы поднять щеколду. Наконец она, скрипнув, поддалась и, заскрежетав в знак протеста, позволила створке окна отвориться и впустить внутрь холодный и влажный воздух. Он ворвался внутрь со свистом, изгоняя прочь запах гниющего дерева и плесневелой материи.

Затем молодой человек открыл свою дорожную сумку, и оттуда высунулась мордочка маленького дракончика.

– Привет, Светофор! – Коля погладил его по голове. – Извини, приятель, но я не мог выпустить тебя раньше. Ты бы наделал в таверне много шуму.

Дракончик обиженно фыркнул и выбрался наружу.

– Вот я тебе перец захватил. Надеюсь, Норт не будет против.

При виде любимого лакомства настроение Светофора заметно улучшилось. Он подобрался поближе к блюдцу с перцем и с довольным видом начал есть.

Николай ласково смотрел на своего питомца. Когда он впервые увидел его, тот был зелено-желто-красного окраса, благодаря чему и получил свое необычное имя. Воздух вокруг тогда был полон магией, делавшей дракончика столь ярким. Сейчас же, в месте, бедном на волшебные частицы, Светофор больше походил на бледную ящерицу. А вот когда питомец снова начнет приобретать свой прежний окрас, то это будет означать приближение к Ринвеллу, месту, где их ждет эльф Айлин с тайной древнего пророчества, открывающей способ, как избавить Анделор от власти Фаридара. И у них в запасе всего пять месяцев, чтобы успеть сделать задуманное до слияния звезд – момента, когда объединенный кристалл черного мага напитается магическими частицами и дарует своему владельцу безграничную власть. А путь впереди неблизкий. Сначала нужно добраться до Аркалана – города-порта, а потом переправиться через Серебряное море в Каланар, где, перебравшись через Магиевы горы, остановиться в Феране и присоединиться к каравану, следующему в Зинад, который был последним человеческим жильем на границе с волшебными землями. А там уж и до Ринвелла рукой подать.

Оставив Светофора наедине с его миской, Коля прямо в одежде улегся на одну из кроватей и довольно улыбнулся. Оказалось, до полного счастья нужно совсем немного – сытный ужин и кровать для сна. Правда, чтобы это понять, он провел три недели верхом на лошади, скача со своими друзьями дни напролет, делая минимальные перерывы для отдыха, ночуя под открытым небом и питаясь в основном вяленым мясом и сухарями, взятыми с собой в дорогу.

Путешественники экономно тратили свои запасы, с тревогой отмечая пустынные окрестности. Дичи попадалось очень мало, так как мороз заставил птиц улететь в более теплые края, а зверей забиться в самые глубокие норы. Только около недели назад, когда они достаточно удалились от дома, зима потихоньку начала сдавать свои позиции и, подобрав подол своей снежной шубы, оголила землю с втоптанными в нее грязными безжизненными листьями и глинистыми лужами. Стала появляться и мелкая дичь, но она не могла соперничать с хорошим ужином в теплой харчевне.

Николай вздохнул и уставился в потолок, мысленно возвращаясь к уже проделанному пути. Вдруг вспомнилось все, начиная с того самого момента, когда он, самый обыкновенный парень, студент престижного вуза, встретил человека по имени Федор Иванович. Тот рассказал про волшебный мир Анделор, про три кристалла, упавшие с небес, про волшебную силу, которой они могли одарить человека, про основание клана Хранителей, призванных направлять силу камней исключительно во благо человечества. Не утаил он и то, что Николай на самом деле – принц Даниэль и является наследником королевской власти, будущим Хранителем. Тогда трудно было даже представить, что обаятельный незнакомец окажется его родным дядей Фаридаром, черным магом, вздумавшим объединить три кристалла и получить неограниченную власть, из-за чего уничтожил его семью и чуть не убил его самого…

Никогда прежде Коля не погружался настолько глубоко в свои воспоминания. Видимо, усталость с дороги, выпитое пиво и сытный ужин сделали свое дело. А перед глазами вновь понеслись сцены пережитого.

Времени с тех пор, как он прошел сквозь портал, разделяющий Землю и Анделор, прошло не так много, всего около семи месяцев, но жизнь его изменилась кардинальным образом. Сколько удивительных открытий он сделал, и прежде всего в себе самом! Начиная с того, что научился, подобно эльфу, видеть внутренним зрением чувства и переживания людей, а в воинском искусстве смог превзойти своего учителя, Артиса, ибо оказался вейлингом – человеком, способным предугадывать опасность и просчитывать движения противника в бою. Самым поразительным оказался тот факт, что он, ко всему прочему, от рождения обладал волшебной силой, что случалось в роду лишь раз в пять сотен лет. Благодаря этой силе он смог победить в первой схватке с Фаридаром и лишить того правого глаза. Оба тогда вселились в тела гворров – огромных мерзких птиц, напавших на Шериам, город, где обосновался Коля. Частичка души той твари так и осталась в его сердце как напоминание о том, что забирать чужие тела – дело опасное и может иметь последствия.

Когда колдун узнал, что племянник жив и может спутать дальнейшие планы, то отдал приказ уваргам найти и убить его. Именно тогда все приобретенные знания юноши подверглись серьезному испытанию. Шутка ли – пять огромных волосатых тварей против двух людей – Николая и Эрика и одного меррила. Помощь последнего пригодилась как нельзя кстати. Несмотря на то что Грейд возглавлял разбойничью общину и не раз обчищал возвращавшегося с охоты Эрика, один случай заставил его пересмотреть взгляды на жизнь. Когда он попал в лапы тролля, могучей и страшной твари, на помощь ему пришел только Коля. И тогда меррил решил любой ценой расплатиться за свое спасение и пришел на выручку будущим друзьям. Втроем они смогли одолеть уваргов, вломившихся в дом Артиса. Только наводчику – бывшему члену банды Грейда Волку – удалось сбежать. Сам хозяин был ранен, поэтому не смог присоединиться к Николаю, как планировалось ранее, и остался вместе с беременной женой Дарианой и дочкой Телли. Вместо него в путь отправился его сын Эрик, а также меррил Грейд, надеявшийся искупить ратными подвигами все, что успел натворить.