Нетуристический Нижний
- -
- 100%
- +
– И нечего ныть! – возмутилась Алиса. – Если б я была на твоем месте, я бы точно не стала тут физиономию кривить. Радоваться надо! Ты теперь – важная персона. Тебя никто не посмеет унижать и издеваться! Как по мне, это стоит того.
Валерка промолчал. Второй раз уже девчонка упоминает про унижения и издевательства – явно не всё так просто у нее в жизни. Вот только ему-то это зачем? Его и так никто не унижает.
– И вообще, если будешь артачиться – самому хуже будет. Ты пойми, это – твоя судьба. Ты – проводник. Если проход уже открыт, проводником может стать почти любой. А вот чтобы открыть проход… это ведь не просто везение, это – предназначение.
– Угу. Ты избранный, Нео. – пробурчал Валерка. – У меня есть хоть какой-то шанс остаться независимым, как думаешь?
Алиса помолчала немного.
– Вот тебе что не нравится, – вздохнула девушка. – Я не знаю, Валерий. Шансы всегда есть, а получится ли… Как тут всё устроено у вас я пока не понимаю, а у нас, если ты не принадлежишь какому-нибудь клану, ты – мусор. Изгнанники долго не живут. С другой стороны, ты ведь не изгнанник и можешь собрать свой клан. Только имей ввиду, такое никому не понравится.
Валерка еще немного помолчал. Они уже почти вернулись к метромосту, и теперь стояли на бетонном бордюре перед спуском к воде. Вид отсюда на противоположный берег открывается чудесный.
– Слушай, – прервала размышления спутница. – А что это там, на берегу? Светится!
– Вывеска. Отеля, по-моему, – ответил парень.
– Здорово! – протянула девушка.
«Блин, ей же, наверное, жутко всё это интересно, – спохватился Валерка. – Оказалась девчонка в другом мире, а видит только лес да реку. Ну ещё бабу Валю – та еще достопримечательность!»
– Ладно. Хочешь, покажу тебе город? Заодно и сам отвлекусь немного!
– Хочу, – решительно кивнула девушка. – Только у тебя же здесь такие, как я не водятся. А уши и хвост я прятать не умею.
– Это не проблема. Хвост ты уже в штаны спрятала. А на голову – шапку. На вот, мою надень. Извини, я забыл для тебя взять, торопился очень. Да если честно, даже если увидят, никто внимания не обратит. Подумают, что ты косплеерша. Пошли, в общем. Подождешь меня возле магазина, чтобы бабу Валю лишний раз не нервировать, ладно?
Девчонка была готова на что угодно, лишь бы ей дали погулять по чужому миру, к тому же встречаться с бдительной старушкой она тоже явно не стремилась, так что согласилась без споров. Они быстро вернулись к дому, Валерка сбегал наверх за запасной шапкой, заодно кошелёк прихватил – наверняка ведь во время прогулки понадобится. А когда вернулся, Алисы уже не было. Бросился искать. Метнулся вдоль дома, заглянул за угол. Пусто. И спросить не у кого – мамочки с колясками отсутствуют. Черниговская – не самая оживленная улица, даже в выходной день народ тут встречается нечасто.
«И где её теперь искать? – озадачился парень. – И надо ли?» Первый, рефлекторный порыв прошел, и Птицын всерьез задумался. Исчезла Алиса. Вроде бы – плохо, только… Если нет лисицы – оборотня, может, и всё остальное ему тоже пригрезилось? Уже завтра можно будет начать себя убеждать, что ничего такого не было, всё это бред и галлюцинации. Приступ белой горячки. Если не ходить больше в сторону водокачки, а еще лучше – найти себе съемную квартиру где-нибудь в другом месте, будет совсем хорошо. Так дёшево, наверное, не получится… но можно ведь и комнату снять. Или поискать другую работу, с повышением, хотя последнее, конечно, сомнительно. Не задаётся у Птицына с карьерным ростом.
Валерка уже почти себя убедил, но ноги почему-то все равно не желали успокаиваться. Пока носился туда-сюда вокруг дома, всё расширяя область поисков, всё сильнее себя ругал. «Вот нужно тебе это? Так хорошо всё складывается, исчезла и исчезла. Да не исчезла! Не было её!»
Алиса обнаружилась возле метромоста. Стояла, задрав голову и раскрыв рот, переминалась от холода – ноги, видно, замерзли в осенних-то кроссовках, но никуда не уходила.
– Вот ты где! – Птицын сам на себя разозлился на облегчение, которое прозвучало в голосе. – Вот куда ты пропала?! Просил же никуда не уходить!
– Прости. Просто там такое… Я, не хотела уходить, но вот там, между опор, прямо из-под земли выполз гигантский червь! Он так быстро двигался! Я хотела посмотреть, куда он поползёт, но не успела. Явно на тот берег. Что это за существо такое?
– Да какое существо?! Это ж просто метро! Поезд. Ты знаешь, что такое «поезд»?
– Конечно, знаю! – обиделась девушка. – Не держи меня уж совсем за деревенщину. У нас совсем недавно достроили ветку от Москвы, совсем скоро должны пустить регулярное сообщение. Так что, это просто такой поезд? А почему из-под земли?
Птицын объяснил. Мысль о том, что под землёй ходят целые поезда только для того, чтобы перевозить людей в пределах города Алису по-настоящему удивила. Даже поразила. А уж когда парень предложил на таком прокатиться, лисица и вовсе пришла в полный восторг.
– Это же, наверное, дорого ужасно! – девушка ещё посопротивлялась для вида, но услышав, что стоимость проезда совсем невысока, с готовностью сдалась.
В общем, прогулка получилась очень весёлая. Удивлялась лиса-оборотень всему, и всё время приходилось объяснять увиденное. Первое, что поразило девушку – это обилие «самодвижущихся экипажей». Валерка вызвал такси, и потом всю дорогу пытался заболтать водителя, чтобы он не обращал внимание на неуместные восторги девушки. Ту восхищало всё – монументальные здания, которые они проезжали, памятник Горькому, ширина дорог… но больше всего – скорость, с которой они ехали.
Они вышли на площади, причём, очевидно, с большим сожалением. Алиса такси покидать не хотела – так ей понравилось. Однако желание увидеть подземную железную дорогу, к облегчению парня, перевесило, а то он и не знал уже, как будет объяснять таксисту, что пункт назначения поменялся.
С метро оказалось тоже непросто. Они прокатились от Горьковской до Парка Культуры и обратно, а потом еще раз от Горьковской до Московской и обратно – ещё раз посмотреть из метромоста на Оку. Девушка, видно, сообразила, что своими восторгами выделяется, и вела себя потише, но в особенно волнующие моменты так сжимала Птицыну локоть, что он думал – сломает.
– Всё, хватит. Я бы ещё покаталась, но надо же и надземную часть посмотреть. Чудины увидят – все бороды себе сгрызут от зависти. Они так гордятся своими подземными чертогами, даже плату берут с желающих посмотреть. Да только по сравнению с тем, что вы тут понастроили, это даже не смешно.
– Что за чудины? – спросил Валерка, придерживая дверь.
– Чудь белоглазая, – объяснила девушка. – Неужто не слышал?
– Слышал, вроде бы, – неуверенно ответил Птицын. – Только никак их себе не представляю.
– Ну, невысокий такой народец. Жить преимущественно под землей предпочитают, – объяснила Алиса. – Ничего так, относительно мирные, если к ним не лезть.
Если в метро Птицыну пришлось рассказывать не так уж много – лисица, видимо, старалась не беспокоить окружающих, – то на улице девушка стесняться не стала. Вопросов было не просто много, а очень много – не успевал парень ответить на один, как появлялись ещё и ещё. Валерке, в общем, никогда молчаливым не был, но тут даже он устал.
Гуляли в сторону площади Лядова. Птицын сначала предложил пройтись по Покровке, в сторону кремля, но девушка издалека взглянула на пешеходную улицу совсем без машин, и отказалась. Это ей было неинтересно. Так и дошли до Дворца Спорта. Университет, а потом и бассейн привели девчонку в полный восторг, вот только к этому времени она начала переминаться с ноги на ногу, да и цвет лица приобрела бледноватый.
– Замерзла? – догадался Птицын. – Ладно, пойдём.
До зарплаты было еще далеко, и перспектива вскрывать заначку на черный день совершенно не радовала. Но и заставлять человека, точнее, оборотня, мерзнуть, Валерке показалось неправильным.
– Ладно, пойдём, – тяжело вздохнул парень, и повёл гостью на автобус до Советской.
Торговый центр привел «туристку» в полный восторг. Во-первых – траволаторы и эскалаторы. Да и количество магазинов тоже впечатляло.
– Это что, кофий? – чутко потянула носом девушка. – Ничего себе! А дорого стоит? У нас-то его только самые богатые себе позволить могут, очень уж дорого доставлять.
– Сначала купим тебе зимнюю обувь, потом напою кофе, – предложил Птицын. – Да и куртку с шапкой – тоже. Мои всё-таки мужские.
Алиса неловко поблагодарила – явно была смущена такой заботой, и принимать помощь от малознакомых личностей тоже не привыкла. Птицын не старался её впечатлить, даже наоборот – выбирал, что подешевле. Не от скупости, конечно, просто не так много у него лежало в заначке, чтобы можно было не экономить. Но девчонка все равно была в полном восторге, особенно когда дело дошло до выбора куртки.
Сначала особой радости она не проявляла. Восхищалась тканями и яркими цветами, но было видно, что ни одна из моделей ей почему-то не нравится. Ровно до тех пор, когда, отчаявшись найти хоть что-то, что устроит придирчивую барышню, Валерка не предложил всё-таки прерваться на кофе. До фудкорта они так и не дошли – Алиса как в стену уперлась, увидев туристический магазин.
– Ух ты! Вот это вещь! – девушка уставилась на зимнюю куртку цвета хаки. – А вон, смотри, штаны! В лесу – вообще не видно будет!
В общем, с выбором они определились. Глядя, какими печальными глазами лисица смотрит на берцы, Валерка еще и их купил. Чувствовал себя при этом с одной стороны благородным рыцарем, а с другой – лопухом и растратчиком. Деньги таяли стремительно.
Глава 6, в которой выясняется, что неведение – свет, а знание приносит неприятности
Переоделась Алиса тут же, в туалете, из которого вышла довольная, как слон, и одновременно озадаченная. Удивили ее странные устройства, которые дуют тёплым воздухом, когда к ним подносишь руки. Нет, о назначении-то девушка догадалась, а вот принцип действия поставил её в тупик.
– Так это что, получается, у вас тут магия тоже используется? – спросила девушка, потряхивая на весу не до конца высушенными пальцами.
Птицын сам плохо представлял себе работу датчиков и фотоэлементов, поэтому объяснить, как следует, не смог, но уверил, что работает без всякой магии, чисто техника.
– Удивительное дело! – восхитилась девушка. – У нас есть подобные устройства. Не в общественных уборных, конечно, но есть. Обычно действуют на магических принципах или от духов мелких. Так вот, наши учёные утверждают, что повторить это техническим способом совершенно невозможно. Ох и разочарование ждет нашу научную братию, – мечтательно зажмурилась девушка.
Кофе ей не понравился. Ничего удивительного, на самом деле. Мало кому из тех, кто пробует этот напиток впервые, он доставляет настоящее удовольствие. Тем более, девушка настояла, что хочет попробовать непременно настоящий, чёрный. Без дополнительных добавок в виде сахара и молока. Потом, правда, передумала. С трудом осилив чашку, согласилась попробовать из предложенного Валеркой стаканчика и мигом его опустошила.
– Ох! Вот это – вкусно. Но я думаю, просто тёплое молочко, да с сахаром, не сильно хуже будет! – поделилась впечатлениями девушка, аккуратно откладывая на тарелку недоеденный хот дог. – Как же у вас тут интересно! Наверное, и года не хватит, чтобы посмотреть всё новое. Вот, например, можешь мне объяснить, с кем говорит та юная барышня?
Птицын оглянулся и хмыкнул.
– Это она по телефону разговаривает. У меня тоже такой есть. Потом покажу, как действует.
Слово «телефон» Алиса знала. На их стороне они достаточно распространены. Не мобильные, конечно, а старинные. Не дисковые даже, а те, в которые положено кричать «Барышня, Смольный!»
– Вот не понимаю я тебя, – вздохнула девушка, расправившись, наконец, с хот догом. В отличие от кофе с молоком и, особенно, колы, которую Валерка заказал, когда кофе закончился, эта еда ей не слишком понравилась. Чуткое обоняние лисицы подсказало девушке, что сосиска не слишком мясная, хлеб тоже пахнет неправильно, да и от соусов запах какой-то странный. – Ты отказываешься принимать мою клятву, но при этом ведешь себя так, будто уже принял. Заботишься, одеваешь, рассказываешь всякое. В чём смысл? Твоё поведение ставит меня в тупик, особенно если учесть, что ты не хочешь идти к кому-то под руку. Тогда тебе необходимо в срочном порядке собирать свою команду, как можно больше верных людей. А ты – отказываешься. Не понимаю.
– Клятва – это что-то вроде вассальной присяги? – уточнил Птицын. Алиса кивнула.
– Во-первых, я надеюсь всё-таки отказаться от почётной обязанности быть проводником, – объяснил парень. – Это всё настоящее чудо, я до сих пор не до конца осознаю, что есть другой мир или слой, как ты говоришь, что в нём живут всякие оборотни и вурдалаки. Вроде мозгами понимаю, а поверить не могу. Настоящая сказка. Только если вместе со сказкой в придачу идет вассалитет кому-нибудь, даже на выгодных условиях, мне это не нужно. Как представлю, что я должен по щелчку исполнять чьи-то указания, аж зубы сводит. Сейчас-то я хотя бы работу могу сменить в любой момент, если с начальством не сойдусь, а так… нет, не моё это.
– Это я уже поняла, – ответила девушка. – А ты всё никак не поймёшь, что не быть проводником ты не можешь. Это то же самое, что не быть человеком. Против природы не пойдёшь. Ты ведь уже понял, как это бывает? Андрей Иванович ведь не единственный. Будут и ещё, я уверена. Да и с той стороны. Ты сейчас только зря теряешь время.
– Поясни, – попросил Валерка. – По поводу потери времени.
– Да что тут объяснять? Пока о тебе никто не знает. Даже о том, что открылся проход, на нашей стороне только русалки в курсе, наверное. А кто проводник – нет. Тебя будут искать. И поверь, у наших князей найдутся способы найти тебя даже здесь. Предположим, ты сможешь противиться своим инстинктам и не станешь ходить на ту сторону. Тогда сюда просто отправят кого-нибудь через ниппонский переход. Сейчас, раз уж ты так не хочешь кому-то подчиняться, у тебя есть время, чтобы обзавестись помощниками и друзьями, которые тебя поддержат. Тот же Андрей Иванович, думаю, очень быстро найдет общий язык с Остромыслом и замолвит за тебя словечко.
Хорошо, – кивнул Птицын. – Твои аргументы мне понятны. Осталось только выяснить, зачем это тебе. Почему ты-то так рвёшься ко мне в слуги?
– Эй! – возмутилась девушка. – Не в слуги, а в вассалы!
Объяснять свои резоны яломиште, очевидно, не хотела, но потом всё-таки сдалась. Видно, сильно ей горело поскорее связать себя с проводником узами взаимных клятв. Рассказ получился коротким. Девчонка в своём клане жила на птичьих правах. Дело в том, что яломиште она не совсем чистокровная. Именно поэтому, к слову, в человеческой форме у неё не исчезают ушки и хвост: такой вот побочный эффект от смешения крови разных народов. Когда-то её отец согрешил с японской кицунэ. Уж неизвестно, отчего мать отказалась от своего дитя, но через несколько месяцев после мимолётной интрижки на пороге у почтенного отца семейства появилась корзина с подкидышем. Безусловно, семья отца не слишком обрадовалась такому нежданному приобретению. Отношение к «приблудной» никто не скрывал. Ну а того, кого не любят в собственной семье, в клане тоже не слишком ценят.
– Поэтому ты меня ночью и встретил. Они меня специально под волкодлаков подставили, братики мои. Я-то радовалась – думала, впервые меня с собой на что-то стоящее позвали. А они специально меня под них подставили, – вздохнула Алиса. – Я на них даже не злюсь, на себя только. Повелась, как дура! В общем, не хочу я к своим возвращаться. Не свои они мне. Я хочу стать важной и сильной, чтобы когда-нибудь папаша приполз ко мне и сказал: «Ты должна мне помочь, ведь ты – моя дочь!» А я ему отвечу – «Когда ты притравливал на мне, маленькой, своих старших детей – я тоже была твоей дочерью?»
– Да уж, твои резоны мне понятны, – ответил Валерка. Что тут ещё скажешь?
Отдохнув, они ещё немного погуляли по городу. Покатались на трамвае и троллейбусе. Птицын предлагал сходить в кино, но оно, неожиданно лису не заинтересовало совсем.
– Кино у нас тоже есть, – пренебрежительно отмахнулась девушка. – Наверняка у вас намного интереснее, и даже, может быть, со звуком, но принципиально это то же самое. Не хочу тратить на это время. Лучше ещё погуляем по городу.
Птицын был не против. Всё меньше денег потратит.
Зимний день короток, и к моменту, когда они вышли из торгового центра уже начало темнеть.
– Устала, – сообщила девушка, чем несказанно обрадовала спутника. – Слишком много людей – целые толпы! У нас столько народа собирается только по большим праздникам. Но возвращаться в твои апартаменты я пока не хочу. Давай погуляем где-нибудь, где не так много народа?
Валерка сдержал тяжелый вздох, и бодро предложил:
– Давай тогда здесь и погуляем? Вон, можем до Верхних Печор подняться. Там, конечно, рынок, но сейчас уже закрыт, так поздно он не работает. Места там по вечерам безлюдные…
– Вот и отлично! – обрадовалась девушка. – Хотя удивительно. Зачем вам ещё и рынки, если у вас такие магазины?
– Так народу-то сама видишь, как много, – пожал плечами Птицын. – Всех прокормить – много магазинов надо!
Птицын в этих местах гулял не раз. И в студенчестве, и позже. Всяких мелких, но забавных случаев, связанных с этими местами он мог вспомнить множество и с удовольствием делился ими со спутницей. Они, не торопясь, брели вдоль улицы генерала Ивлиева. Валерка увлеченно рассказывал, как однажды, во время подобной ночной прогулки они с друзьями увидели здесь горящий гараж и не нашли ничего лучше, чем попробовать от него прикурить – тушить там уже было нечего. Прикурить так и не получилось, зато обрастать потом пришлось долго. Сейчас Птицын вспоминал, как вспыхнула его пушистая прическа со смехом, а тогда было невесело. Да ещё и убегать пришлось, потому что, заслышав вой сирен приближающейся пожарной команды, незадачливые гуляки сообразили, что первыми подозреваемыми в поджоге будут именно они.
– И вот я бегу, остальные – за мной, – рассказывал Валерка посмеивающейся Алисе. – Только я-то бегу от милиции, а остальные – за мной, потому что у меня на башке – факел. Так с тех пор и стригусь коротко – ну его нафиг такие развлечения!
Они уже шли по Касьянова и приближались к мостику через Старку. Алиса затихла и больше не смеялась. Птицын решил – это из-за темноты и тишины. В самом деле не слишком уютное место. Раньше-то по ночам парень здесь гулял, будучи подшофе, да в шумной компании, а вот вдвоём с девушкой было слегка неуютно. Темно, безлюдно. Мистики Птицын раньше не боялся. Да и сейчас – тоже. Чего бояться, если вся мистика на другой стороне? А вот всяких гопников… хотя, специально здесь никто охотиться точно не станет – не на кого. Чтобы спутница не боялась, парень стал говорить ещё громче, надеясь развеять пугающую тишину, но Алиса оставалась смурной и настороженной.
По мере приближения к мосту Птицын тоже затих. Даже против воли. Старка – очень мелкая речушка и, конечно же, на зиму она замерзает, да так, что и не сразу поймёшь, что под мостом не просто овраг. Тем не менее, в тишине ночного города, вдали от оживлённых трасс, Валерка вдруг услышал мелодичное журчание. Не отчетливо – так, на самой границе между «слышу» и «показалось». Парень прервался на полуслове, и остановился возле перил. Картинка внизу полностью соответствовала ожиданиям – сугробы, да кусты. Журчать там было нечему. Однако Птицын почему-то продолжал смотреть, будто увидел что-то интересное. На самой периферии зрение начало давать сбои, слегка поплыло, как если бы он был сильно пьян. А потом он её увидел. Теплую, прозрачную, как слеза, речку, весело плещущую по камешкам. В потоке то и дело мелькали небольшие, блестящие в солнечных лучах рыбки, по берегам покачивала ветвями дивно красивая ива. Птицыну так нестерпимо захотелось в эту летнюю идиллию, что он начал перелазить через невысокий парапет. Следом, слегка неуверенно, будто сомневаясь, закинула ногу в теплых штанах цвета хаки Алиса.
Вот это несоответствие Валерку и спасло. «Какое лето? Какие рыбки? Зима же!» Мысли текли вяло и неторопливо, а тело, между тем, продолжало по инерции выполнять предыдущий план. Птицын уже обеими ногами стоял с другой стороны перил, едва удерживаясь пятками на узком карнизе и вот-вот готов был спрыгнуть. «Стоп! – Птицын, наконец, смог остановиться, и покрепче вцепился в перила. – Скосив глаза на Алису, он увидел, что девушка всё еще колеблется. Как будто не может решить – нужно ей спрыгивать в реку, или нет.
Одним рывком парень перескочил обратно, а потом дёрнул за рукав Алису, оттаскивая её от края. Они быстро сошли с моста и чуть ли не бегом отошли подальше от речки.
– Это чего сейчас такое было? – Валерка чувствовал, что запыхался не от ходьбы и бега – скорее от страха.
Алиса посмотрела на него непонимающе:
– Не поняла твоего вопроса, Валера.
– Вот это вот, когда мы чуть в реку не прыгнули, что это было? – спросил парень. – Точнее, не в реку, а в помойку с торчащими кусками арматуры, обломками кирпичей и прочей хренью. Почему мне показалось, что там эта чудесная речка с рыбками и лето? И почему, самое главное, мне так уж захотелось туда спрыгнуть?
Алиса удивлённо огляделась по сторонам, будто пытаясь сообразить, как она здесь вообще оказалась. В её глазах отразилось удивление и непонимание – сначала. А когда она что-то поняла, то испуганно схватилась за щеки и посмотрела на спутника большими, испуганными глазами:
– Валера! Мы чуть не попались мавкам!
– Мне вот это сейчас вообще ни о чём не говорит! – ответил Птицын. – Какие мавки? Это ж не та сторона! Не та ведь?
– Нет, конечно, – ответила девушка. – Сторона твоя, но мавкам это не мешает. Это я виновата. Знала ведь, что они где-то в этих местах водятся! Надо же было так глупо попасться!
– Да объясни толком! И пошли уже наверх, что мы тут стоим? Или, может, обратно вернемся? Проскочим?
– Нет! Лучше, правда, наверх! – Алиса решительно направилась вверх по Касьянова, подальше от Старки. – Понимаешь, на нашей стороне я в эту местность не хожу. Эти холмы – не наша территория, чужаков тут не жалуют. Поэтому я совсем забыла, что в этой речке водятся мавки. У них тут охотничьи угодья.
– Мавки – это что-то вроде русалок? – уточнил Птицын.
– Нет, они родственники, но дальние. Как люди и обезьяны. Мавки не совсем разумные, но очень злые – с ними не договоришься. Они на нас морок наслали – всегда так делают. И мы чуть не попались. Мы бы спрыгнули с моста, и они бы нас съели.
– Да как так-то! – возмутился Валерка. – Мы же на нашей стороне! Что-то я не слышал, чтобы здесь люди пропадали! Нет, тут, конечно, редко кто по ночам гуляет, но даже я тут в своё время ходил, и не раз. И никаких глюков с речками посреди зимы не видел, это совершенно точно!
– Ты их не видел, потому что не верил, – объяснила девушка. – Мавки слабые, они не могут заманить тех, кто о них не знает. Только если путник сумасшедший или, там, сильно пьяный – тогда могут и сдюжить.
– Так я и не знал! Ни о каких мавках и не слышал… то есть слышал о такой нечисти, но что они у нас в Старке водятся – даже не подозревал!
– А это и не важно, – покачала головой Алиса. Девушка споткнулась и чуть не упала, Птицын едва успел её подхватить – дорога шла на подъем, и они уже немного запыхались. – Главное, что ты теперь в принципе знаешь, что мавки существуют. Поэтому они и смогли нас с тобой зацепить. Извини, не нужно было сюда ходить. Мне просто было любопытно посмотреть – говорю же, в эту часть города мне хода на нашей стороне нет.
Птицын надолго замолчал – он всё никак не мог уложить в голове этот принцип. То есть пока ты не знаешь об опасности, её для тебя и нет. Можно сказать, мир повернулся с ног на голову. Валерка-то всегда был уверен, что наоборот – если об опасности знаешь, значит, можешь ей противостоять. Предупрежден – вооружен, и всё такое. Выходит, это правило работает не всегда?
– А как бы они нас съели? Ну, если бы мы не опомнились? Или просто перетащили бы на свою сторону?
– Если бы ты не опомнился, – мрачно поправила Алиса. – Я-то, как последняя дура, все уши развесила. Расслабилась, заслушалась… Видела ведь уже, что у вас тут тоже не так уж безопасно! – девушка немного помолчала, переживая о своей беспечности, и всё-таки ответила на вопрос. – Никуда бы они нас не перетащили. Повторюсь – на ту сторону раньше вообще нельзя было перейти, а сейчас – только с твоей помощью. Причем помогать ты должен сознательно. Нас бы просто выпили. Ну, знаешь, вытянули бы из нас всю энергию и всё. А может, даже и не всю. Они, вообще-то, не очень прожорливые. Двоих человек им бы даже много было, так что нашли бы нас утром твои соотечественники полумёртвыми, с поломанными ногами, но живых.