- -
- 100%
- +
– Тогда оставайся тут и жди нас с обедом, ясно?
– Погоди, И-идел…
Я никогда раньше не называл ее по имени. Она странно взглянула на меня.
– Что?
– А вдруг там акулы?
– Значит, отобедаем и ими тоже.
Не слушая больше моих возражений, Леди взяла острогу и прыгнула за борт. Морская живность, испугавшись, шуганулась в стороны. Я перегнулся через фальшборт, пытаясь разглядеть ее в толще воды. Спустя примерно минуту Идел вынырнула ярдах в трех от того места, где нырнула. Захватив воздуха, она скрылась вновь. Прошло еще какое-то время, и Леди снова показалась на поверхности в 15 ярдах от вельбота. Такое расстояние немного встревожило меня, но она безмятежно помахала мне острогой с нанизанной на нее рыбой. Только у меня вырвался вздох облегчения, как вдруг вдали показалось какое-то смутное движение. Вглядевшись, я увидел продолговатые очертания морской хищницы с тупым рылом. Она нырнула и скрылась из моего поля зрения, а я закричал:
– Акула! Там!
Идел обернулась, со всей силы бросила острогу в вельбот, и исчезла под водой. Расхаживая взад-вперед от беспокойства и высматривая ее, я заметил быстро приближающиеся очертания огромной рыбы. Онемевшими от страха пальцами я схватился за весла и стал грести к тому месту, где видел Леди в последний раз. Вельбот рассчитан на четырех гребцов и мне понадобилось время, чтобы совладать с двумя веслами. Справившись наконец, я обернулся и увидел торпедообразную фигуру акулы совсем близко с человеческой. В ужасе отвернувшись, чтобы не видеть этого, я все-таки успел заметить, как хищник тряхнул головой и ненадолго оставил слишком бойкую жертву. Идел показалась над водой и сильными гребками быстро поплыла к вельботу. К сожалению, все же не так быстро, как акула. Не зная, что делать, я снял с остроги рыбу и кинул ее в воду. Отвлекшись на запах крови, хищница ненадолго забыла о человеке. За это время Леди уже оказалась совсем рядом с вельботом. Я в панике помог ей забраться и мы вдвоем упали на дощатое дно. Опасливо посмотрев на нее, я с облегчением увидел все ее конечности на положенных местах. Не отдышавшись, она вскочила, схватила острогу и умело метнула ее в акулу. Прямо в цель.
Мы с трудом вытащили огромную рыбу из воды.
– Ого-го, ты только погляди на это! – восхищенно воскликнула Идел и посмотрела на меня. – Что ж, Флакт, ты окончательно вернул должок. Спасибо.
Я, заикаясь, пробормотал что-то в ответ и вдруг повалился с ног.
– С тебя хватит на сегодня, приятель. Отдыхай, – приказала она, доставая нож, чтобы разделать нашу добычу.
Я заметил, что нож она держит в левой руке.
Вдруг мне померещилось, будто я стою у борта, а Леди оттаскивает меня, брыкающегося, назад. Стряхнув с себя наваждение, я понял наконец, что случилось тогда.
– Значит, Идел.
– Что значит? – переспросила она, не оборачиваясь.
– Твое имя. Идел.
– Ну, да, – слегка растерянно подтвердила она. – А что?
– Почему ты никогда не говорила это?
Она вытерла воду с лица и утомленно села.
– А вы спрашивали?
– Нет, но… Ты никогда не упоминала ни об этом, ни о том, откуда ты. Почему?
Она молчала, уперев взгляд перед собой.
– Спроси то, что действительно хочешь узнать, Фидель, – мрачно попросила Идел.
– То, что сказал капитан – правда? – дрогнувшим голосом поинтересовался я.
– Да.
– Значит, ты врала, – почти шепотом произнес я.
– Нет. Ни один из нас ни разу не соврал вам. Это правда.
Мы встретились глазами и она впервые не отвела взгляд.
– А… почему “Леди”?
– Скажи “Леди” задом наперед.
Поразмыслив секунду, я безумно расхохотался. Идел улыбнулась.
– И это все?
– Угу. Ирен заметила это, когда училась писать. В рейсе она поддразнивалась, это подхватили ребята. Оттуда и пошло. А мы не стали развеивать. Да и быть Леди было гораздо приятнее. – Она помолчала и со смехом добавила: – А теперь прочитай свою фамилию задом наперед и убери две последние буквы.
Я понял и рассмеялся еще больше.
– Мы хотели по имени, но тогда у нас с тобой получалось слишком похоже, – пояснила Леди.
Все еще улыбаясь, я вспомнил кое-что, вдруг опустившееся на мою совесть.
– Идел?
Вопрошающий взгляд.
– Это ведь была не ты? За 6 дней до мятежа, не ты зашла к нам утром?
Она опустила взгляд, вспоминая.
– Не помню. Что было?
Я вкратце пересказал ей и она покачала головой.
– Я догадывался… Но не стал тебе говорить. Я мог сказать, и этого бы не было.
Она молчала, пальцами проводя по лезвию ножа. Рана более-менее зажила, но шевелит рукой она плохо.
– Ты как-то спросил, почему всегда “мы”, – внезапно продолжила она. – Потому что так оно всегда и было. Ирен всегда была рядом. А теперь… – большими усилиями ей удалось сжать ладонь в кулак. – А теперь Ирен мне больше не сестра.
Леди замолкла. Я пристально посмотрел на нее и протянул руку:
– Что ж, приятно познакомиться, Идел.
Она слегка улыбнулась и в силу способностей пожала мою ладонь.
– Взаимно, Флакт.
Жизнь шла своим чередом. Продовольствия у нас было достаточно. Никаких откровений между нами больше не возникало, да и нужды в этом не было. Отношения между нами заметно потеплели и упростились, и для этого не потребовалось знать полные биографии друг друга. Леди наконец предстала в своем истинном облике для меня, и все оказалось не так плохо, как капитан хотел показать. Я перестал пытаться судить ее.
Когда наше путешествие перевалило через юбилей в месяц, мы уже свыклись со своей новой жизнью. Да и ничего такого уж страшного в ней не оказалось. Я все еще побаиваюсь расспрашивать Идел о том, где мы сейчас, да и она скорее всего соврет. Поэтому я предпочитаю не заглядывать в далекое будущее и вместо этого наслаждаюсь тропической погодой.
Идел кинула в воду для варки рыбы серебряную монету. Это проделывается, чтобы хоть немного убедиться, что рыба не ядовита. Говоря по чести, меня и так уже тошнит от морепродуктов, а тут еще высокий риск смерти от нее. Но Леди наотрез отказалась убивать морских птиц из-за приметы, что бакланы представляют собой души погибших в море. Столкнувшись со столь прочным суеверием, я пытался поймать кого-нибудь самостоятельно, но моя охотничья техника меня подвела. Вот и приходится надеяться на то, что монета действительно серебряная.
Удовлетворенно кивнув, Идел досадливо потерла спину и подняла взгляд. Увидев, как ее брови хмуро сдвинулись вместе, я повернулся посмотреть, что она увидела. Вдалеке над горизонтом зависла туча. Запахло дождем.
– Дождик поморосит? – с надеждой, если не с мольбой, спросил я.
Идел покачала головой.
– Шторм. Завтра утром или около того нахлынет.
– Что?!
Леди перевела раздражающе спокойный взгляд на меня.
– Ты уже пережил несколько бурь в рейсе, Фидель. А теперь что?
Это было правдой. Но, черт возьми, есть же разница между штормом на огромном барке и в крохотном вельботе!
– Не дрейфь. Все лучше чем штиль.
Идел села и хладнокровно вывалила рыбу.
– Ешь, пей, отдыхай, Флакт. Завтра и в ближайшие пару дней такой возможности не будет.
Я заставил себя послушать ее. Вечером я помог ей соорудить из всякого не особо нужного барахла плавучий якорь и привязать все, что могло нам пригодиться в дальнейшем, и лег спать. Леди не сразу последовала моему примеру. Уже забываясь тревожным сном, я слышал, как она сидит, бормочет и что-то чертит.
Я проснулся от непривычно сильного ветра и поежился. Идел уже проснулась и даже приготовила поесть.
– На. Только давай побыстрей, а то сейчас начнется и не до завтраков будет.
Я с покорностью приговоренного к смерти закинул в рот кусок осточертевшей рыбы. Идел тем временем взяла последнюю бухту имеющейся у нас веревки и затянула на мне беседочный узел. Оставив немного длины и для себя, она стала протягивать трос от борта к борту.
– В прошлый раз это закончилось плохо, – невнятно, не прожевав еду, заметил я.
Она усмехнулась, восьмеркой закрепляя коренной конец.
– В этот раз никакой скот ничего нам не испортит. Все, Фидель, ты у нас теперь как у Бога за пазухой. Теперь будем сидеть и ждать.
Она, быстро закрепив и себя тоже, вальяжно разлеглась на дне.
– А что если мы перевернемся? – со страхом спросил я.
– Не черепахи, переживем как-нибудь.
Затем “началось”. Небо над нами потемнело из-за сгустившихся туч, в которых то и дело сверкали похожие на трещины молнии. Усилился ветер, швыряя наш вельбот из стороны в сторону и сдирая кожу с лица. Волны перехлестывали за борта. Из-за оглушительного шума мы совершенно потеряли способность слышать друг друга. Да на самом деле говорить было особо нечего. Все время мы были заняты тем, что вычерпывали воду из вельбота. Брошенное на произвол судьбы, наше маленькое судно то зарывалось носом в гребни бушующего моря, то, поднятое на волне, с неимоверной скоростью срывалось вниз. Сложно сказать, сколько продолжалась эта безумная гонка. В какой-то момент я почти терял сознание от усталости и оставался бодрым только силой воли. Когда непрекращающиеся брызги уже полностью затуманили мой взор, я услышал неожиданно близко:
– Поспи, Флакт. Мы почти спасены.
Эти слова подействовали на меня гипнотически и я уснул, несмотря на царящий шум.
Меня с силой трясли и я неохотно проснулся. Шторм еще не прекратился, но ветер как будто поутих.
– Земля, Фидель! Очнись!
Уловив столь желанное слово, я резко вскочил.
– Где?
– Впереди. Нас несет прямо туда, – крикнула Леди.
Я против воли издал радостный крик и поспешно стал искать взглядом берег. Сквозь густую еще от брызг пелену я действительно увидел темные очертания саженях в ста от нас.
– Погоди радоваться. Нам надо еще добраться туда.
– А в чем проблема? Ты же сказала, что нас несет прямо к берегу.
– В этом и проблема. Есть риск разбиться о скалы.
От ее слов я чуть не завыл. Боже, да сколько же можно испытаний?!
– Придется плыть.
– Я не умею!
– Научишься. Задержи дыхание!
Несмотря на все мои сопротивления, Идел сгребла меня в охапку и мы вместе вывалились за борт. На миг я полностью оказался в морской пучине и хлебанул соленой воды. Но в следующую секунду то ли вода, то ли Идел вытолкнула меня на поверхность и я вдохнул воздуха. Инстинктивно болтая конечностями и захлебываясь, я услышал:
– Не барахтайся, расслабься.
– Обойдусь без твоих наставлений! – огрызнулся я.
– Ляг на воде, не бойся, – продолжала Леди, одной рукой удерживая меня, а другой гребя к берегу.
Я попытался последовать ее совету, когда Идел вдруг с силой опустила меня в воду. Киль проносящегося над нами вельбота слегка задел мою голову. Мы вынырнули, я четко ощутил под собой опору и что-то вытолкнуло меня вперед. Приготовившись к тому, чтобы вновь нырнуть, я неожиданно понял, что сижу на мокром песке. Оглядевшись, я нашел Идел, выходящую из бушующих волн, как какой-нибудь мифический полубог. Добравшись до прочной почвы, она рухнула, как подкошенная. Я подскочил к ней и, машинально перекинув ее руку через свою шею, оттащил ближе к темнеющей роще, и подальше от горбатого моря. Бережно опустив Леди на песок, я свалился рядом и впал в забытье.
Глава IX
Солнце нещадно пекло, проникая даже сквозь закрытые веки. Я со вздохом прикрыл глаза ладонью и сел. Идел стояла возле разбитого вельбота и что-то искала.
– Доброе утро, рыбка моя, – бросила она через плечо, заметив, что я проснулся.
– Что ты делаешь?
– Ну, мы же собираемся на что-то жить, правильно? – Она взяла в руки какой-то потрепанный ящик.
– Где мы?
Я огляделся и обнаружил ответ на свой вопрос самостоятельно. Листья пальм, бросая на песок причудливые тени, тихо шелестели под легким бризом. В небе с почти детскими криками проносились чайки. Успокоившиеся наконец морские бирюзовые волны, пенясь, набегали на берег. Отдернув ногу от пробегающего краба, я понял, что мы оказались на диком тропическом острове.
– На Уна-Муе, – ответила Идел, ставя свою ношу на землю.
– Как? Значит, это не неизвестный остров?
– Конечно, нет. Иначе как бы мы здесь оказались? – Она достала немного заржавевший котелок, в котором мы варили рыбу.
– Что ты имеешь в виду?
Леди выпрямилась и тяжело вздохнула.
– Откуда бы я знала про какой-то неизвестный остров?
– В каком… Погоди, то есть ты все это время знала, куда мы идем?
Она, бессознательно проведя рукой по лбу, протянула:
– Ну, не совсем…. Я знала примерно, где они, знала примерно где примерно мы к ним приткнемся, но я не штурман. По навигации у нас специализировал… ся старпом, а я была драконом, боцманом то есть. Так что нам повезло.
– Так может мы совсем не на Уна-Муе?
– Я уже была здесь. Не на этом побережье, правда, но недалеко, – ответила Идел, протягивая мне бутылку пресной воды.
Я встал и отпил. Дождевая вода вымыла морскую соль, которой я вчера наглотался.
– И что теперь?
– Дойдем до здешних колоний, а там видно будет.
– А далеко идти?
Идел хлебнула немного воды и, прищурив левый глаз, посмотрела на рощу.
– Миль… 100, если напрямик. А если вдоль побережья, то 150.
– Миль морских или обычных? – с надеждой спросил я.
– Морских, конечно, – отмела все мои надежды Леди, обматывая что-то жалкими кусками веревки. – Да ничего, не переживай. Дожди в этой местности частые и дичи тут хватает.
– Дичи, может, и хватает, а вот ног моих точно не хватит.
Она расхохоталась и закинула на спину своеобразную только что сделанную корзину.
– Хватит, куда ты денешься. Пойдем, что ли.
– Прямо сейчас?? – ужаснулся я.
– А чего тянуть?
– А как пойдем-то?
– Вдоль берега.
– Но почему? Так ведь дольше!
– Ты куда-то торопишься?
– Нет, но… К чему тратить лишние дни пути?
– К тому, что лучше потерять несколько дней пути, чем несколько конечностей.
По моей спине пробежал холодок.
– Хищники?
– Хуже, Флакт. Туземцы. Особенно сейчас, когда наши там ружьями несут правильную милосердную веру и цивилизацию.
– Хочешь сказать, что нас съедят, если мы пойдем напрямик?
– Могут съесть, а могут и не есть. Да и если пойдем берегом, ничего им не помешает сделать то же самое. Вставай, пойдем.
– Я никуда не пойду!
– Ладно.
Идел развернулась и не оглядываясь стала удаляться. Мне пришлось ее догонять.
Мы шли в тени листвы, чтобы не напекло голову. То и дело на нас садились какие-то чудовищные насекомые, я с криком отскакивал, чтобы стряхнуть их с себя и отказывался идти назад, пока солнце не загоняло обратно. Вдали, в густой лесной мгле изредка вспархивали гораздо более приятные яркие птички. Немного реже до нас доносилось глухое звериное рычание. Часто начинались ливни, которые не только возобновляли наши запасы воды, но еще и охлаждали нас самих. Когда стоящее точно в зените солнце вконец заканчивало нас, мы останавливались передохнуть и двигались преимущественно ночью. Звезд ярче, чем там, я доселе не видел. Давящая ночная синева к горизонту светлела, уже не так сильно оттеняя звездную белизну. Я действительно наслаждался путешествием, не пропуская ни восхода, ни захода светила. Леди своего восхищения не проявляла, погрузившись в размышления о, как я думал, сестре.
Но я ошибся.
Примерно на полпути Идел вдруг спросила:
– А что насчет тебя, Фидель?
– Ты о чем?
– Откуда ты? Чем занимался? Есть семья?
Смущенный столь неожиданным допросом, я пробормотал:
– Ты же и так все знаешь.
– Мы, кажется, убедились что из чужих уст история не всегда правдивая. Ну…
Внезапно замолчав, Идел вдруг встревоженно заозиралась.
– Что случилось?
– Быстрее!
Мы сорвались с места. За нами зазвучали легкие шаги и крики. Следуя за Леди, я прыгнул в кусты и дал деру через джунгли. Воспользовавшись секундой, я обернулся. Смуглые, поджарые, еле прикрытые, длинноволосые, увешанные всякого рода побрякушками и вооруженные туземцы. Я уже встретил достаточно их соотечественников. Единственная разница заключалась в том, что конкретно эти собирались нас убить. Я споткнулся. Прямо передо мной в воздух взвилась сеть. Поняв, какой опасности я только что миновал, я покрылся дрожью.
Кто-то цепкими пальцами схватил меня за плечо.
– Вставай! – Идел подняла меня и толкнула вперед.
Рядом просвистел дротик. Сердце больно ухало в груди, ноги отяжелели. Идел, петляя, промчалась мимо меня. Я заставил себя бежать быстрее. Перепрыгивать через коряги стало труднее. Я понял – мы поднимаемся. Где-то рядом шумела вода.
Крики позади стали громче.
– Флакт, пригнись!
Я инстинктивно нагнулся, успев заметить занесенный Леди нож. По спине пробежала дрожь и кто-то вскрикнул. Обернувшись, я успел увидеть как один из преследователей схватился за ногу. Погоня поотстала и я наконец догнал Идел. Она вытаскивала что-то из предплечья. Дротик.
– Ты как?
– Нормально. Давай!
Мы добрались до реки, широкой и пенящейся. Проследовав за ее течением, мы добежали до раскидистого тропического дерева на краю головокружительно высокого обрыва, с которого с оглушительным шумом срывался водопад. Спуск был слишком крутым, назад пути не было. Островитяне нагоняли.
– Что теперь? – в панике спросил я.
Протерев руками глаза, Идел сконцентрировала пустой взгляд на мне.
Туземцы подбежали к краю и без опаски посмотрели вниз, где бешеные серебристые валы разбивались о камни и, успокаиваясь, впадали в раскинувшееся озеро. Что-то сказав друг другу, они разошлись по сторонам искать нас.
Прижавшись к древесной коре, я в крайне неудобной позе завис над одним из островитян. Стоило ему поднять голову, и он бы тут же меня заметил. Я старался успокоиться и не дышать. Леди растянулась на ветке чуть дальше. Переведя взгляд с преследователей на нее, я замер окончательно. Идел засыпала. Только не сейчас, мысленно закричал я. Если она хоть чуть-чуть расслабиться, то сию же секунду свалится туземцу буквально на голову. Дотянувшись до нее ногой, я слегка подпнул ее. Никакой реакции. Ее рука уже немного отпустила ветку и свесилась вниз…
Покрываясь потом, я прополз по ветке и успел как раз в тот момент, когда она чуть не скатилась. Не веря, что мы действительно прячемся от туземцев на дереве, я заглянул вниз. Обшарив местность вокруг, островитяне решили, что мы убежали другой дорогой и ушли. Через ровно две секунды после этого ветка под нами треснула и мы чебурахнулись едва ли не в воду. Мгновенно проснувшись, Идел посмотрела на меня с ужасом непонимания.
– Доброе утро, – простонал я, ощупывая ушибы.
Вспомнив все, Леди рассмеялась и с облегчением откинулась назад.
Так как теперь было уже не принципиально, мы продолжили наше путешествие через джунгли. Свет редкими лучами пробивался сквозь густую листву; нам приходилось то подскакивать, то пригибаться, соскальзывая в ручьи. Несколько раз я, к своему неудовольствию, собрал паутину лицом и по нему же получил веткой. Ссадины и ушибы болели, но понимание, что мы чудом избежали смерти, помогало не обращать на это внимания.
– Господи, еще бы чуть-чуть…
– Ты так и не ответил на вопрос, дружище, – напомнила Идел, присаживаясь у ручья и вытаскивая флягу. – Откуда ты?
Удивленный таким неожиданным вопросом, я не сразу нашелся.
– Я?.. Из Дьетро.
– А что семья?
– Родители и старший брат. Сводный. Мы редко общаемся.
– Я-ясно. И как там, в Дьетро?
– В каком смысле?
– Ну, скучно, весело, красиво, девчонок много?
– Считается, что это центр культуры Сакраментума, – со знанием дела ответил я, перешагивая через что-то, подозрительно похожее на змею.
– Значит, скучно? – Она глотнула из бьющего источника и поднялась на ноги.
– Нет, напротив. У нас всегда первыми проходят премьеры новых театральных постановок. Иногда кто-нибудь проводит балы.
– Девушку нашел себе там? – нежданно-негаданно спросила Леди.
– Да так, были кое-какие… – махнул рукой я. – Количество преобладало над качеством.
– Ого-го, – расхохоталась Идел. – Я-то думала ты у нас божий одуванчик, а ты, оказывается, настоящий искатель любовных приключений.
– Ну нет, – смутился я. – Я просто еще не нашел ту самую… А у тебя?
– Что у меня на любовной стороне? Были парни, но это никогда не переходило во что-то серьезное… Две брошенки нашли друг друга, а, Фидель? – Идел со смехом пихнула меня в плечо (болящее, кстати). – Ничего, скоро вернем тебя домой и продолжишь свои похождения в знакомой среде.
Я попытался воскресить в себе тоску по дому, но обнаружил, что она стала еще слабее.
Скоро показалась равнина, вырубленная нашими соотечественниками. На якоре в паре кабельтовых стоял трехмачтовый корабль. Выскочив из рощи, мы тут же оказались под прицелом ружей.
– Кто такие? – рыкнул человек около сорока лет в мундире и парике.
– Потерпевшие крушение, командир, – быстро ответила Леди, подняв руки.
– Имена!
– Смит, командир, – не дав мне раскрыть и рта, мигом соврала Идел и неожиданно добавила: – Это мой брат.
Офицер смерил нас взглядом и отошел. К нему подскочил какой-то военный рангом помладше. Они пошептались и офицер вновь подошел к нам.
– Мы были пассажирами на борту южного пакетбота “Бесстрашный”, – частила Идел. – Две недели назад шторм занес нас на риф и мы разбились. Выжили только мы двое, потому что…
Леди осеклась, так как офицер, не слушая ее пустую болтовню, вдруг повернул ее вскинутую вверх правую руку тыльной стороной к себе. Краска отхлынула у меня от лица.
– Вы лжете, госпожа Регресар.
Идел ничего не ответила. Только конвульсивно поднялась грудь и вена вздулась на виске.
– Заберите у них оружие, – приказал офицер.
Нас обыскали.
– В железо и в карцер. – Офицер отвернулся.
В этот момент Идел отчаянно рванулась вперед, выхватила у него из-за пояса пистолет и прижала дуло к голове офицера.
– Всем стоять, чтоб вас черти взяли! – рявкнула она.
Краем глаза я заметил, что кто-то шевельнул ружьем в мою сторону. В следующую секунду раздался вопль и солдат схватился за простреленную кисть. Леди отбросила в сторону пистолет и достала кортик.
– Еще одно движение, и я прирежу его! – Посмотрела на меня. – Флакт, сюда, живо.
Я, не заставляя ее просить дважды, поспешно встал рядом.
– Капитан – вы ведь кап-2, так? – капитан, прикажите своим людям бросить оружие, будьте любезны, – сквозь зубы шепнула офицеру Идел, посильнее прижимая к его боку острие кортика.
– Опустите оружие, олухи! – крикнул кап-2. Солдаты бросили ружья на землю.
– Отлично! А теперь, капитан, пусть встанут на колени и сложат руки за спиной. Братишка, свяжи-ка их. Возьми один из пистолетов, на всякий случай. Валяющегося с дыркой в руке можешь оставить так, только проследи, чтоб рядом с ним ничего не было.
Обливаясь потом, я все-таки выполнил поручение. Когда свободными остались только двое, Идел внезапно остановила меня.
– Не будете ли вы так любезны передать мне и этому молодому человеку ваши верхние платья?
С ненавистью в глазах солдаты стянули с плеч мундиры и бросили мне.
– Благодарю покорно. Переодевайтесь, мой дорогой друг, и поскорее, пока на корабле ничего не заметили.
Я поспешно натянул на себя желтую форму и помог одеться ей. Наставляя на капитана новый пистолет, Леди показала на вытащенную на песок шлюпку.
– Прошу.
Мы сели в шлюпку в последовательности я – Идел – капитан. Греб, если хотите знать, я один. Когда мы пристали к кораблю, капитан под встревоженные вопросы команды полез на борт, Идел – за ним. Оказавшись за его спиной на палубе, она резко обхватила капитана за шею и прижала к голове спрятанный до этого пистолет. По его команде напуганные солдаты бросили ружья. Я, холодный как труп, собрал их и отбежал в сторону.
– А теперь давайте все успокоимся и послушаем меня, – начала Леди, немного ослабляя хватку. – Мне не нужен ни ваш корабль, ни ваш капитан, ни вы сами. Все, что мне нужно – это убраться отсюда. Поэтому если все будет так, как я скажу, то никто не пострадает. Все ясно?
– Откуда нам знать, что это правда? – с вызовом поинтересовался какой-то солдат и выступил вперед.
– Ниоткуда, – с плохо скрываемым раздражением ответила Идел. – Но перед тем, как вы меня одолеете, мы убьем… раз два три… примерно 5 ваших. И все ради какой-то там меня. Так что я спрошу снова: ты хочешь умереть, парень?
Ответ был явно отрицательным.
– Тогда делайте то, что я скажу и поверьте, все это ни в коем случае не пойдет наперекор желанию вашего капитана. Не пойдет? – Идел немного оттянула голову своего пленника назад.
– Нет, – прохрипел тот.
– Отлично. В таком случае слушаем внимательно: 8 из вас остаются здесь, неприкасаемые, как я обещала. Остальные берут шлюпки и добираются до острова нежиться на солнышке, проклинать меня на чем свет стоит и ждать возвращения ваших товарищей во главе с капитаном, после чего вы будете дальше портить кровь местным жителям, как будто ничего и не было. Вопросы есть? Вопросов нет. Желающие составить нам компанию?