Темнородный: Испытание Элунарис

– Я говорю, что это что-то интересное. То есть, по твоим словам, вспышка, а потом и взрыв произошли именно из-за того, что твой меч таким образом отреагировал на ее кулон?

– Ну, такого я не говорил, но, похоже, так оно и было. Другого объяснения я не могу найти. Ты что-то знаешь об этом? – догадался вдруг Рем.

– Невероятно! В это трудно поверить, но кто-то связал ваши вещи светлой магией, видимо, еще до того, как они появились у вас, представляешь? А может уже и позже, тут я не могу сказать наверняка, – хмыкнул Авель, и его глаза заблестели пуще прежнего.

– Чего?

Рем нахмурил свои брови. О какой магической связи он говорит? Меч подарил ему Ликой на его тринадцатый день рождения. До этого оружие всегда висело на стене в его рабочем кабинете в штаб-квартире Ночных Мечей, который они сокращенно называли общаг. Что могло быть особенного в этом мече, Рем не знал. По его мнению, это было обычное оружие, не тяжелое и не легкое, идеально лежащее в его руке, а также из хорошей крепкой стали, которую не требовалось затачивать так часто, как у других мечей. Оружие словно было специально для него создано, настолько легко Рему было с ним управляться и одерживать победу практически в каждом бою.

– Ты не читал «Основы светлой магии»? – Авель удивился так, будто Рем не знал, что небо голубое. – Там же сказано, насколько помню, в главе пятой: «Вещи, освященные светлой магией и окропленные кровью, будут связаны на веки, и чувствовать друг друга, притягиваться. Но если подойти слишком близко, концентрация магии может стать максимальной, что спровоцирует взрыв». Вроде бы так. Да еще повезло, что вам головы не поотрывало от такого сильного хлопка. А ты отделался лишь ушибами и небольшим сотрясением, уж не знаю, как там себя чувствует та загадочная девчонка. Красивая хоть?

Рем не поспевал за быстротечными мыслями Авеля, а перескакивать с темы на тему он умел хорошо. У него голова пошла кругом, то ли от большого количества информации, которую на него только что вылили, то ли из-за легкого сотрясения, о котором упомянул Авель. Зажмурившись, Рем постарался собраться с мыслями, а когда открыл глаза, спросил:

– Такое вообще возможно? Как совпало так, что мой меч и ее кулон как-то связаны между собой? И для чего вообще это было сделано?

– Ну, этому может быть много объяснений, начиная с простого совпадения и заканчивая тем, что эти вещи когда-то принадлежали одному роду, одной семье, и их кто-то разъединил. Вещи пометили светлой магией для того, чтобы можно было знать, кому они принадлежат на данный момент и в случае чего без труда их найти. Снять заклинание невозможно, но вот ослабить, чтобы его хозяина каждый раз не впечатывало в стены, можно.

– Но я не знаю, кто моя семья, – Рем развел руками. – Я не знал ни своей матери, ни отца, как теперь и не могу знать, что за чертовщина произошла ночью. Кто эта девчонка, и почему у нее вещь, связанная с моим мечом. Значит, ее кулон и мой меч раньше принадлежали кому-то одному? Фигня, если честно, какая-то.

– Если хочешь, можем выяснить, в чем тут дело, – пожал плечами Авель, будто его предложение не имело никакого веса и сделать подобное – раз плюнуть.

– И как мы это сделаем? – не понял Рем.

– Не знаю, – искренне ответил Авель, уставившись на него пустым взглядом. – Но для начала нам надо поговорить с отцом. Он ждет нас внизу, на кухне. И сегодня он явно выглядит лучше, чем вчера. Ночью я даже не мог смотреть в его глаза – столько злости в них было. На миг мне даже показалось, что его подменили и перед нами его злой двойник.

– А мне показалось, что в его глазах было много страха.

– Чего говоришь?

Авель уже практически вышел из комнаты, когда обернулся и вопросительно посмотрел на Рема. Сегодня он по обыкновению был одет в свои любимые коричневые штаны с множеством ремешков и заклепок и белую рубашку с длинными, расширяющимися к запястьям рукавами. Одежда выгодно подчеркивала его высокую крепкую фигуру, хоть Авель и был немного худоватым для своего роста.

– Говорю, а где мое кольцо? – тут же поправил себя Рем и неловко закашлялся.

– М-м, не знаю. Тебя принесли сюда уже без него вроде бы. Не обратил внимания.

Авель развел руками в стороны и вышел из комнаты.

Кольцо. Рем всегда носил его на безымянном пальце левой руки, а когда был помладше и оно спадало с него, просто нанизывал его на нитку и носил на шее. Как-то раз Рем спросил Ликоя, откуда у него это кольцо, но тот лишь ответил, что оно было с ним, когда он его нашел на пороге своего дома. Рема подбросили чужим людям еще в младенчестве, словно котенка, и кто-то положил золотое кольцо в складки его пеленки. Ликой решил сохранить эту вещицу. Также он сказал Рему никогда не расставаться с кольцом, носить его при себе на всякий случай. Ему показался этот совет странным, Ликой так и не объяснил, что за «случай» может наступить, что ему понадобится его кольцо. Однако Рем все же решил к нему прислушаться.

Должно быть Рем обронил кольцо там, в лесу, когда случился взрыв. В таком случае следовало сегодня же отправиться на место ночного кошмара и поискать драгоценную вещь. А пока что ему предстоял разговор с отцом, и Рем не сильно радовался этому.

Собравшись с духом, он аккуратно сел на кровати, коснулся пальцами висков, и, когда понял, что голова больше не кружится, встал на ноги и медленно побрел на кухню.

***

На кухне его уже ждал Ликой. Он сидел за столом и что-то внимательно читал в еженедельном вестнике. Сегодня его светлые с проседью волосы были зачесаны назад и завязаны в низкий короткий хвост на затылке, а передние пряди, не захваченные резинкой, заправлены за заостренные на концах уши. За спиной Ликоя тихо копошилась в тумбе Алиса, его жена и приемная мать Авеля и Рема. По кухне витал невероятный аромат свежей выпечки, и у Рема невольно скрутило от голода живот – часы на стене показывали уже двенадцать дня, а ел он последний раз аж в девять вечера.

Алиса – стройная белокурая эльфийка средних лет – заметила их появление первая. Она приветливо заулыбалась парням, еле заметно подмигнув, а потом принялась мыть посуду в металлической раковине, расположенной в столешнице прямо под окном. Ликой оторвался от вестника и смирил Рема внимательным взглядом цепких зеленых глаз, точно таких же, как у Авеля. После он подпер могучий подбородок кулаком и о чем-то глубоко задумался.

– Пап, ты хотел поговорить с нами о чем-то, – напомнил отцу Авель и сел за стол напротив Ликоя.

– Вы прямо не разлей вода, – засмеялась Алиса. А потом, когда поймала на себе немного недоуменный взгляд Авеля пояснила: – Вы практически всегда говорите «мы», «нас», вместо «я», «меня». Это так забавно, будто вы одно целое!

– Так и есть, мы ведь с пеленок вместе, – ничуть не смутился Авель, украдкой глянув на застывшего в проходе Рема. – Наш дуэт поэтому и прозвали «близнецы». Мы, как ты выразилась, действительно не разлей вода.

Рем закатил глаза при упоминании названия их с Авелем дуэта. Его придумал Марк, который вечно подкалывал из созависимость в бою. Так уж вышло, что с самого детства Рема и Авеля тренировали вместе, однако они смогли почерпнуть для себя из этого много полезного – теперь «близнецов» считали одним из самых сильных дуэтов в Ночных Мечах, на зло Марку.

Рем продолжал стоять в проходе, словно не решаясь зайти в кухню. Его пригвоздил к месту пристальный взгляд Ликоя, в котором читалась что-то такое, от чего холодок невольно пробегал по спине. Рем смотрел ему в глаза в ответ – с вызовом, злостью и каплей обиды за то, что он посмел так подло предать его и всех своих подчиненных в клане. Никогда прежде отец – Рем отчего-то так не любил это слово, особенно сейчас, – не глядел на него пристальнее, чем сейчас. В его глазах клубилось что-то глубокое и тревожное, на лбу Ликоя залегла горизонтальная складка, выдавая его напряжение.

Алиса словно тоже чувствовала настроение Рема и Ликоя, и было видно, что ее с виду жизнерадостная улыбка на самом деле давалась ей с трудом. Она цепляла ее на лицо каждый раз, когда обстановка в доме накалялась, выступая своеобразным маяком мира и добра, к которому всегда можно было примкнуть и почувствовать умиротворение. За это Рем и любил ее. Главный плюс Алисы – ненавязчивость. Она была доброй и мягкой женщиной, не любила перечить мужу, за что Ликой буквально носил ее на руках. Алиса – тот самый образ жены и матери, о котором грезил каждый мужчина в королевстве.

– Рем, как ты себя чувствуешь? – наконец подал голос Ликой, разрывая их зрительный контакт.

– Нормально, – пробурчал Рем, все еще не собираясь тушить злость в своих глазах.

– Ага, твоя рядовая фраза, – отец нахмурил широкие густые брови. – А если честно?

– Это и было честно, – буркнул Рем и в качестве доказательства повертел головой в разные стороны, давая Ликою рассмотреть его лицо. – Видишь?

Ликой едва заметно улыбнулся, подавляя рвущийся наружу смешок, а потом махнул рукой куда-то в сторону прихожей.

– Иди и посмотри в зеркало на свое «нормально».

Рем послушно двинулся к зеркалу во весь рост, что висело на стене в прихожей, и заглянул в его отражающую поверхность. На него смотрел парень среднего роста с темными, практически черными глазами и такого же цвета волосами. Рем заметил ссадину на щеке и подбородке и, к своему ужасу, на лбу под длинной челкой красную внушительных размеров шишку. Она отозвалась страшной пульсирующей болью, когда Рем решил коснуться ее указательным пальцем. Тихо зашипев, он отдернул руку и еще раз глянул на свое измученное отражение в зеркале. Да, стоило бы побольше отдыхать, иначе синяки под глазами скоро наползут на щеки, а и без того бледная кожа станет совсем как у мертвеца.

– Как у меня появилась шишка на лбу, если я ударился затылком? – посетовал Рем, отходя от зеркала на шаг.

Подкрепляя свои слова действиями, парень коснулся своего затылка, но результат его не порадовал – и там была шишка, не такая большая, как на лбу, но не менее болезненная.

– Может это тебя та девчонка двинула? Чтобы еще не скоро забыл ее, – хохотнул Авель, но тут же сник, наткнувшись на злой взгляд Рема.

– Что еще за девчонка? – тут же насторожился Ликой.

Рем хотел было сказать, что это неважно и никакой девчонки не было, что Авель ошибся, но друг не дал ему раскрыть рта и затараторил:

– Вчера ночью Рем встретил какую-то девушку в лесу возле деревни. Она была ранена, хотел ей помочь, а у нее оказалась вещь, которая связана с его мечом светлой магией и кровью. Из-за переизбытка магии на квадратный метр все пошло не по плану и – ба-бах! – Рем уже в отключке под деревом, а эльфийка сбежала.

– Связаны светлой магией и кровью… Ты это о «Священных узах»? – Было видно, как Ликой напрягся. Он резко подался вперед, поставив локти на стол и пристально поглядев сначала на Рема, потом на Авеля.

– Вроде это так называется, да, – ответил Авель и задумчиво почесал в затылке.

Алиса наконец открыла печь и достала из нее целый противень ароматных булочек. Переложив пышные шайбочки, присыпанные семенами, на тарелку, она еще горячими поставила их посередине стола. Авель, не дожидаясь, когда они остынут, взял одну булочку и с жадностью откусил почти половину. Кусок оказался слишком большим и горячим, поэтому Авель начал активно гонять воздух по рту, быстро вдыхая и выдыхая, чтобы остудить обожженный язык и небо.

– Что это значит, Ликой… – начал было Рем, но Ликой перебил его:

– Отец. Прошу, называй меня отцом, мы же уже проходили это.

– Отец, – неловко исправился Рем. – Что это значит? Как мой меч может быть связан с чьим-то кулоном?

Говорить с Ликоем совсем не хотелось, горло все еще сжимала горячая рука обиды. Но узнать о том, что произошло ночью в лесу ему хотелось намного больше, чем и дальше играть в молчанку.

– Кулоном? У той девушки был кулон? – вздернув брови вверх, поинтересовался Ликой.

– Да, – вместо Рема ответил Авель, продолжая жевать сдобу.

– Сначала прожуй, а потом говори, а то подавишься, – заботливо сказала Алиса и присела за стол подле мужа.

– У нее был кулон, да. И как только я начал отключаться, она сбежала. Откуда у тебя этот меч? – недоумевал Рем, сжимая руки в кулаки. Он продолжал сверлить Ликоя взглядом черных глаз, но и тот не отводил от него встревоженного взгляда.

– Я нашел его, не помню уже где, – лишь коротко ответил Ликой и вдруг снова опустил глаза в лежащий на столе вестник.

Это что, все? Разговор был окончен? Рем обменялся удивленными взглядами с Авелем, но тот лишь пожал плечами. Алиса продолжала вымученно улыбаться, а потом тоже взяла булочку с края тарелки и принялась жевать в тишине, повисшей на кухне.

Рем постоял еще немного у зеркала, а потом заметил в углу прихожей у низкой лавки свой меч. Он стоял в ножнах, подпирая стену, кто-то заботливо принес его сюда из леса. Благо хоть его не потерял, в отличие от своего кольца. Авель проследил за взглядом Рема и поднялся из-за стола, не собираясь никуда отпускать друга одного. А именно это и планировал Рем – убраться из дома как можно дальше, лишь бы не видеть Ликоя, который все это время делал вид, что ночью не произошло ничего страшного и из ряда вон выходящего.

– Спасибо за еду, Алиса. Ну, а теперь мы на тренировку, так ведь, Рем? – выразительно глянув на друга произнес Авель.

Рем ничего не ответил, лишь подхватил меч и, не прощаясь, вышел из дома. Громко стукнула входная дверь, под ногами заскрипел деревянный пол крыльца, а в лицо ударил свежий летний воздух. Как раз его и не хватало Рему, чтобы подавить растущую от каждого взгляда на Ликоя злобу.

– Только не делайте глупостей! – крикнул ему вдогонку Ликой, но Рем не услышал его слов, так как был уже далеко от дома.