Индиум

Глава 1

Апрель 2020 г., город Н.

– Значит, уходишь?

Максим наблюдал, как Кристина собирает вещи, намереваясь уйти из дома и разорвать отношения.

– Это все равно рано или поздно случилось бы, не вижу смысла тянуть.

– Кристин, эти проблемы временные, скоро все уладится, ну не вечно же будет длиться эта пандемия?

– Причем здесь пандемия, Макс?

– Как причем? Доход упал, бизнес на грани краха, вот ты и решила от меня уйти…

Когда любимый человек собирается тебя бросить, ты всегда ищешь какую-то логику в его действиях. Тебе хочется разложить все по полочкам: она это делает по какой-то конкретной причине, следовательно, если ты устранишь причину, она тут же изменит свое решение, и у вас снова все будет хорошо, как раньше. Максиму хотелось все списать на пандемию, из-за которой его кальянная была закрыта, а значит, не приносила доход. Однако Кристине такое объяснение совершенно не понравилось.

– Ты считаешь меня меркантильной? Думаешь, я ухожу от тебя из-за денег? – Кристина резко повысила тон.

– Месяц назад, когда это все еще не началось, ты же не уходила, – развел руками Максим.

– Вообще-то я уходила от тебя еще до того, как мы стали жить вместе. Я тебе всегда говорила, что ты не мой человек, и у нас ничего не выйдет.

– А зачем тогда стала со мной жить?

Кристина тяжело вздохнула.

– Думала, что смогу тебя полюбить, видела, как ты стараешься. Я тоже старалась, но ничего не вышло.

Не смогла полюбить. Такие объяснения выводили из себя. Это не причина, которую можно взять и устранить, это что-то из области метафизики. То, что нужно просто принимать как данность. Солнце встает на востоке, Земля вращается вокруг своей оси, а Кристина не любит Максима. И вряд ли уже когда-то полюбит. Ведь даже то, что он давал ей в отношениях, то, что он выкладывался для нее по полной – даже это не помогло изменить ситуацию. И теперь она твердо решила уйти в свободное плавание. А ты живи теперь с этим.

Максим по своей сути был человеком довольно целеустремленным. Это не значит, что он уверенно шагал по жизни, минуя все невзгоды и препятствия. Скорее, большую часть жизни он отсиживался в том, что принято называть «зоной комфорта». Но время от времени перед ним вставали определенные задачи, и если у Максима что-то щелкало в мозгу – «да, это именно то, что мне нужно, и я должен получить это во что бы то ни стало», – то в нем просыпался некий алгоритм, который перебирал все возможные варианты достижения желаемого. А затем Максим спокойно действовал, шаг за шагом приближаясь к цели. Одной из таких целей пару лет назад и стала Кристина.

Полезным качеством Максима было его хладнокровное отношение к неудачам. Если что-то не получалось, он не хватался за голову, не проклинал судьбу, и, главное, не бросал дело на половине пути. У него была личная мантра на все подобные случаи. Она звучала так: «Если нет результата, значит, я что-то делаю неправильно». Следовательно, в такие моменты нужно прислушаться к внутреннему алгоритму, который выдаст новые варианты решения.

Возможно, именно эти черты характера и позволили ему сойтись с Кристиной, которая изначально относилась к Максиму довольно скептически.

Они познакомились в интернете, встретились, погуляли по городу, посидели в кафе. После первой встречи Максим полтора месяца ухаживал за Кристиной, но когда дело дошло до предложения отношений, он получил отказ. Макс на время отошел в сторону, они не общались с Кристиной примерно месяц, но затем он, как ни в чем не бывало, вернулся в ее жизнь и продолжил гнуть свою линию. Через какое-то время он вновь сделал попытку вырваться из «френдзоны», однако и второе предложение было отвергнуто.

– Ты хороший парень, Максим. Из тебя получится замечательный муж и отец. Но я не вижу нас вместе…

Тут, конечно, самое время было смириться и признать, что не судьба Максиму покорить сердце Крис, однако его слепая уверенность в том, что именно этот человек является его второй половинкой, и где-то на небесах за них уже все давно решено, все время двигала его вперед. В результате у Кристины под боком оказался человек, которого сколько ни отшивай, он все равно никуда не уходит.

В какой-то момент Кристина дала слабину, и они с Максом стали жить вместе. Зная, как тяжело ему достался этот союз, Максим не расслаблялся ни на минуту. Он одаривал Кристину вниманием, цветами и комплиментами, всячески показывая ей, что она любима и желанна. Чтобы стать достойным добытчиком семьи, Максим занялся бизнесом – открыл свою кальянную. Тогда эти заведения еще только набирали популярность, и Макс сумел попасть в первую волну. Он взял в аренду очень удачное помещение с высокой проходимостью – на главном проспекте города. Заведение Макс назвал в честь своей возлюбленной – «Крис». Доход от кальянной позволял паре уверенно себя чувствовать и вести комфортный образ жизни.

И все у них было хорошо, но в какой-то момент отношения начали давать сбой. Сначала Максим почувствовал со стороны Крис прохладу: она перестала интересоваться его делами, стала закрываться и сухо реагировать на знаки внимания. Макс в тайне переживал, злился, но делал вид, будто ничего не замечает, рассчитывая на то, что все это лишь временные явления и вскоре все наладится само собой. Но оно не налаживалось. Кристина стала часто ночевать у родителей. По крайней мере, она говорила, что у родителей, где на самом деле – Макс не знал.

Тут еще, как назло, эта пандемия. В городе закрыли все развлекательные заведения, включая кальянную Макса. И вот сегодня, вернувшись домой, Максим увидел, как Кристина собирает вещи.

– Может… не стоит принимать поспешных решений? – спросил он Кристину.

– Максим, это не поспешное решение. Я думала об этом последние несколько недель.

– А это… ну… – Максим замялся, пытаясь сформулировать очередной вопрос.

– Что? – Кристина вопросительно взглянула на Макса.

– Это не связано с тем, что у тебя кто-то появился? – наконец решился Максим.

– Нет, – отрезала Кристина, – не связано.

На самом деле, как бы странно это ни звучало, Максиму было бы проще, если бы Кристина уходила к другому. Другой – это нечто осязаемое. Это была бы та самая понятная причина. И это могло бы поставить окончательную точку, а не оставлять ситуацию в подвешенном состоянии. Но никакого другого, по словам Кристины, не было. Она уходила в никуда. Максим бы с радостью все бросил и помчался в никуда вместе с ней, но она не хотела брать его с собой. И даже внутренний алгоритм его как-то поник, лишь нелепо оправдывался: «Ну, мы сделали все, что могли. Заставить кого-то полюбить нас – это вне нашей компетенции. Мы же не Амур со стрелами, мы обычный парень Максим. И мы исчерпали свой ресурс».

– Не раскисай, – Кристина давала последние наставления перед уходом, – позвони Лехе, выговорись ему, напейся. И привыкай жить без меня.

В этот момент у Кристины зазвонил телефон. Она взяла трубку.

«К вам подъехал автомобиль, ниссан, цвет черный, госномер девятьсот девяносто девять», – услышал Максим автоматический голос из телефона Кристины, извещающий о том, что подъехало такси. Максим вспомнил строчки из «Сектора газа»: «Дьявол повернет золотыми рогами три девятки кверху ногами». Кристина взяла сумки и захлопнула за собой дверь. Проклятый черный ниссан с номером девятьсот девяносто девять увозил его любимую, а он ничего не мог с этим поделать.

Глава 2

Максима разбудил телефонный звонок. Он открыл глаза и обвел взглядом комнату. Повсюду валялись пустые бутылки из-под пива и упаковки от чипсов, гренок, сушеных кальмаров и прочей закуски. К Максиму пришло осознание того, что он не помнит, какой сегодня день.

С момента ухода Кристины его память сохраняла лишь обрывочные сведения: Максим пьет пиво дома, Максим пьет пиво в парке, Максим пьет пиво в гараже. Леха сидит напротив и говорит ему что-то в духе «она просто вытерла о тебя ноги, это не твой человек, нужно идти дальше». Ну да, ну да. Что еще может сказать лучший друг в подобной ситуации? Тем более такой альфа, как Леха. Он никогда не был обделен женским вниманием, и его никогда не бросали. Бросал только он сам.

О, еще одно воспоминание – Олег. Максим вспомнил, как вызвонил своего старого универовского товарища Олега по фамилии Криворуков. Олег в процессе обильного возлияния пивом доказывал Максиму, что уходить и возвращаться заложено в, как он выразился, бабской природе: «Для них важно, чтобы за них боролись. Это у них в крови. Она ушла не для того, чтобы начать новую жизнь без тебя, а для того, чтобы ты ее снова завоевал». И все время подбивал на звонок Кристине.

Максим взял в руки телефон и с бешено колотящимся сердцем начал изучать свои входящие и исходящие за пропущенные дни. Кристининого номера в этом списке, слава богу, не было. Точнее, слава богу, что его не было именно в исходящих. Чтобы он ей там пьяным наговорил? Явно ничего хорошего. А вот то, что Кристины не было во входящих, Максима задело. Неужели ей совсем неинтересно, как он тут без нее? Впрочем, надо было еще изучить Ватсап. Может, там есть какие-то переписки. Но сначала надо было разобраться со свежим звонком. Звонил Шпигель.

Шпигель – владелец трехэтажного офисного здания, у которого Максим арендовал подвальное помещение под кальянную. Звонил этот Шпигель сегодня уже, оказывается, три раза. И только третий звонок сумел вырвать Максима из глубокого похмельного сна. Звонок Шпигелю:

– Да, Валентин Яковлевич, слушаю.

– До тебя сегодня как до Кремля, хрен дозвонишься.

– Да я тут по делам мотаюсь, – соврал Максим.

– По делам – это правильно, время сейчас непростое, некогда на жопе ровно сидеть.

– Согласен.

– Ну ты ко мне-то заехать тоже не забудь, сегодня же четырнадцатое.

Новость о том, что сегодня уже четырнадцатое, крайне удивила Максима. Кристина ушла девятого, это значит, что он целых пять дней беспросветно пил.

– Обязательно заскочу, вы до скольких сегодня в офисе?

– До скольких скажешь, Максим Сергеич, до стольких и буду. Надо край сегодня перетереть.

– Хорошо, в течение двух часов заеду.

Максим положил трубку. «Вот же мерзкий тип, – подумал он, – стоит забыть четырнадцатого числа внести арендную плату, как этот Шпигель начинал разрывать телефон Макса звонками с навязчивыми напоминаниями об оплате. Сегодня к тому же истекал срок арендного договора, и надо было заключать новый. Естественно, Шпигеля нужно было сегодня давить. Пандемия как-никак. Выручки нет, и когда появится неизвестно. Пусть либо дает отсрочку, либо двигается по цене хотя бы на ближайшие несколько месяцев.

Максим зашел в Ватсап. Вот черт. Кристине он все же писал. Впрочем, переписка оказалась довольно короткой.

Максим: «Мне плохо без тебя :(»

Кристина: «Я понимаю. Нужно это перетерпеть»

Максим: «:( :( :(»

Плохо ему без нее, блин. Самое отвратительное, что можно сделать при общении с девушкой – это распускать при ней сопли. Конечно, бывают ситуации вроде этой, когда сопли текут ручьем и остановить их довольно проблематично. Но в эти моменты не стоит показываться девушке на глаза. Лучше отсидеться где-нибудь в укромном месте и только после того, как приведешь себя в должный вид, вновь появиться в ее поле зрения. Наверняка это Олег его подбил. Не на звонок, так на сообщение.

Максим выпил несколько кружек воды из-под крана и начал потихоньку собираться с мыслями. Итак, что мы имеем.

Личная жизнь летит туда, куда и «все» в песне Егора Летова про винтовку. Туда же летит и бизнес. Нужно все это дело спасать в срочном порядке. Но первоочередная задача – спасение бизнеса.

Внутренний алгоритм Максима, спасовавший в момент ухода Кристины, оклемался и начал строить планы. Это он дал совет Максиму начинать спасение утопающего именно с финансовых вопросов. Ведь они были связаны в том числе и с Кристиной.

По крайней мере, в голове Максима все это выглядело так: Кристина не любила Макса, но он компенсировал для нее эту неувязку крепким семейным тылом. У него никогда не было проблем с деньгами, даже на момент их знакомства. Тогда у Максима еще не было кальянной, и он работал барменом в одном из известных заведений города, а еще приторговывал техникой, покупая ее на «Алиэкспресс» и перепродавая на «Авито». Эти телодвижения позволяли ему иметь доход, который он сам классифицировал как «уверенный средний».

Запланировав семейную жизнь, Максим решил выйти на новый уровень. Работая барменом, он хорошо изучил питейный бизнес и в какой-то момент понял, что ему пора в самостоятельное плавание. Открывать очередной унылый пивняк, которыми вдоль и поперек усеян город Н., у Максима желания не было. Он хотел выстрелить, и помогла в этом Максу Кристина. Правда, помощь ее оказалась косвенной, но все же. Кристина никогда не была в Питере и с грустью поведала об этом Максу. Максим решил подарить ей недельную поездку в город на Неве. Он взял отгулы, купил билеты на самолет, и вот они уже вдвоем гуляют по Северной столице, наслаждаясь ее красотами и ежась на холодном ветру. Именно тогда, во время одной из прогулок, они и забрели погреться в случайно оказавшуюся на их пути кальянную.

Пройдет совсем немного времени, и мода на кальянные дойдет и до провинции. Но тогда это было что-то новенькое. И Макс сумел запрыгнуть в этот поезд одним из первых. Он скопировал формат, увиденный в Питере, и открыл свою кальянную в городе Н. Благо, у Макса имелся первоначальный капитал. На самом деле это были деньги, которые ему оставили покойные бабушка с дедом. Они хотели, чтобы он использовал их как первоначальный взнос за ипотеку, но Максим решил распорядиться ими иначе. Он как следует разрекламировал свое заведение, и народ клюнул. Кальянная «Крис» людям зашла, от посетителей не было отбоя.

Кристине нравилась предприимчивость Макса. Наверное, в какой-то момент она даже им гордилась. Максим с первого дня их знакомства внимательно изучал Кристину, ее интересы, вкусы, предпочтения, взгляды на жизнь – ничто не ускользало от его наблюдательного взора. И поскольку так вышло, что он полюбил ее, а она его нет, в их паре сразу определились социальные роли: принцесса в башне и штурмующий башню принц. Впрочем, принцем еще нужно было стать. На первоначальном этапе Максим был лишь навязчивым ухажером. Одним из многих.

Разница между принцессой и штурмовиком состояла в том, что принцесса могла ничего не делать и просто быть собой, а вот штурмовик должен был понять, чего хочет принцесса. Прочитать ее мысли о том, каким она видит своего принца, и стать этим самым принцем. По мере общения с Кристиной образ принца стал отчетливо вырисовываться.

Не сказать, чтобы она имела какие-то завышенные требования, но тем, которые у нее были, нужно было соответствовать довольно строго. Ее принц должен иметь крепкое телосложение и короткую аккуратную стрижку, сексуальная щетина приветствовалась, а вот модная борода, которую равняют в барбершопе, строго возбранялась. Стиль одежды преимущественно спортивный – только не треники с рынка, а стильные спортивные вещи из брендовых магазинов. Цепочки поверх футболки – да, кольца и перстни – нет, татуировки приветствовались, пирсинг возбранялся.

Такого вот парня хотела видеть рядом с собой Кристина. Перемещаться он должен был на иномарке, не обязательно супернавороченной – она все равно не особо разбиралась в машинах, – но чтобы ей визуально нравилась. Он должен возить ее на машине по городу, ходить с ней за ручку по торговым центрам. Еще принц должен был нравиться ее подругам. Впрочем, это не индивидуальная особенность Кристины, такое желание свойственно практически всем девушкам, но для некоторых этот пункт – приятный бонус, для Кристины же он был строго обязателен, подруги должны были ей завидовать. Принц должен занимать ее интересными беседами, проявлять инициативу и в отношениях быть ведущим.

Что касается средств заработка принца, у Кристины были списки допустимых и недопустимых профессий. Бармен, кем являлся Максим на момент их знакомства, был где-то посередине. Да, принц может быть барменом, но только при условии, что он воспринимает это как временную работу и в будущем планирует заняться чем-то более серьезным. Например, собственным бизнесом.

Так Максим и сделал. Впрочем, смена профессии была лишь одним из пунктов. По сути, он во многом трансформировал себя, не только стиль, но даже личность. Все для того, чтобы соответствовать запросам своей возлюбленной.

Глава 3

Шпигель был довольно неприятным типом. Не только в манере общения, но и внешне. Грузный старик с копной редких волос на голове. Складки на шее Шпигеля образовывали несколько дополнительных подбородков. Максим лично виделся со Шпигелем всего несколько раз, и при каждой новой встрече ему казалось, что этих дополнительных подбородков становилось все больше.

Максиму хотелось называть Шпигеля не Валентином Яковлевичем, а мистером Жабой. Естественно, он этого никогда не делал, деловой этикет не позволял.

Когда Максим зашел к Шпигелю в кабинет, тот сидел, развалившись на кресле за своим рабочим столом. Он не был занят, просто сидел, молча уставившись в одну точку. «А говорил, что не время на жопе ровно сидеть, – ухмыльнулся про себя Максим. – Наверное, сожрал муху и переваривает ее в своем огромном желудке».

– Приветствую, Валентин Яковлевич, – произнес Максим, подходя к Шпигелю, и протянул ему руку. Шпигель ответил вялым рукопожатием.

– Ну здравствуй, здравствуй, Максим Сергеевич, как ваше ничего?

– Верно заметили, Валентин Яковлевич, наше – ничего.

– Что, плохи дела?

– Ну вы же знаете, как устроен мой бизнес. Основной доход идет не от продажи продукта, а от посещений заведения. А с посещениями последнее время у нас, сами видите, туговато.

– Да, чертовы китайцы, распространили свой вирус и сидят теперь довольные.

– Ну, китайцы китайцами, меня больше расстраивают решения наших властей. Работать нельзя, а зарплату сотрудникам платить нужно. И за аренду тоже платить…

Когда раздалось слово «аренда», в глазах Шпигеля сверкнул огонек. Он поставил локти на стол и поднес ладони ко рту. Максим прочитал этот жест. Обычно люди закрывают руками рот, когда планируют что-то соврать. Язык жестов для чайников, страница четырнадцать.

Шпигель, словно заметив, что Максим обратил внимание на этот жест, тут же убрал руки ото рта. Впрочем, своих намерений он не изменил. Начал, как водится, издалека.

– Да, Максим Сергеевич, у меня вот тоже дела обстоят не лучшим образом. Только на этой неделе уже четыре офиса закрылось. И еще два под вопросом.

Повисло неловкое молчание. Максим представил, что Валентин Яковлевич видит мир глазами мистера Жабы. Его арендаторы – это мухи. В момент подписания договора об аренде Шпигель резко высовывает язык, хватает им арендатора и отправляет в жернова своей пищеварительной системы. Согласно этой теории, в данный момент Максим беспечно летал по кабинету мистера Жабы, а тот уже положил глаз на Максима и ждал момента, чтобы высунуть свой длинный липкий язык.

– Ты-то как, остаешься? – прервал молчание Шпигель.

– Сложный вопрос, Валентин Яковлевич, – Максим не собирался так просто отправляться в пасть к мистеру Жабе. – С одной стороны, если в ближайшие пару недель запрет на работу не снимут, придется закрываться. А снятие запрета очень маловероятно, судя по тому, что количество зараженных с каждым днем только растет… С другой стороны, не хотелось бы так просто сдаваться и терять хорошее место. Давайте так, договор мы с вами продлим, но с платежом вы мне дадите отсрочку месяца на три. Как вам такое предложение?

Шпигель отвел глаза в сторону, словно бы раздумывая над предложением Максима. Но на самом деле никаких раздумий не было – он все так же искал момента, чтобы проглотить Макса. Шпигель понимал, что лучше места для кальянной не найдешь. Центр города, хорошая транспортная развязка, кругом вузы и студенческие общежития, а студенты – это целевая аудитория Макса. Шпигель всегда это знал, но именно сейчас решил этим воспользоваться.

– Максим Сергеевич, я ведь не случайно начал разговор с того, что у меня только на этой неделе съехало четыре арендатора и еще двое сидят на чемоданах. Я тоже много теряю, не ты один, все мы сейчас находимся в непростой ситуации. Между тем, здание нужно обслуживать, платы за коммунальные услуги никто не отменял. И поскольку мы с тобой давно сотрудничаем, и, я надеюсь, будем сотрудничать в дальнейшем, в сложившихся условиях я вынужден поднять цену аренды, и ни о какой отсрочке платежа речи, к сожалению, идти не может. Надеюсь на понимание с твоей стороны.

С этими словами Шпигель достал из ящика стола бумаги и протянул их Максиму. Просмотрев по диагонали пункты, большинство из которых были юридической формальностью и кочевали из договора в договор, Максим остановился на графе «сумма».

– Вы серьезно? – ошеломленно поднял глаза Максим. – Поднимаете цену больше, чем в два раза?

– Максим Сергеевич, я взял эти цифры не с потолка. Это наша насущная необходимость. Расходы, связанные с содержанием здания.

– Угу, значит, расходы… – пробормотал Максим и задумался.

Его мир рассыпался на глазах. Еще каких-то пару месяцев назад в жизни Максима все было прекрасно: успешное дело, красавица жена, домашний уют и планы на будущее. А в последние дни он только и успевает ставить красные крестики в своей биографии. Жена (Максим подумал о Кристине) – крестик, уют (Максим вспомнил бардак у себя в квартире) – крестик, успешное дело (Максим посмотрел на мистера Жабу)… Затем молча взял договор и в том месте, где должна была стоять его подпись, написал: «Иди в жопу, мерзкая жаба». Он вернул договор, после чего, мысленно поставив крестик на успешном деле, встал и направился к выходу.

– Максим Сергеевич! – окликнул его Шпигель. – Я все понимаю, ты парень молодой, горячий. В твоем возрасте я бы, пожалуй, и сам сделал нечто подобное. Но ты еще хорошенько подумай. Я закрою глаза на это недоразумение и обещаю никогда о нем больше не вспоминать, но при условии, что в течение трех дней этот договор ты все же подпишешь. Три дня, Максим Сергеевич, даю тебе ровно три дня!

Максим вышел на улицу. И что у нас остается, подумал он, планы на будущее? Да какое тут к черту будущее! Он сел в машину и направился в сторону дома, решив попутно заехать в магазин и взять еще пива. Эх, хорошо продуктовым магазинам, их никто не закрывает. А учитывая выручку от продажи гречки и туалетной бумаги, они еще, пожалуй, и в плюсе.

По пути домой Максим вспоминал один случай из жизни. Получив первый отказ Кристины, он находился в довольно депрессивном состоянии. Шансов на конечный успех он не видел и решил смириться. Сидел дома, убивал время просмотром сериалов и компьютерными играми. Ни с кем не общался. И вот спустя какое-то время ему написала старая знакомая по имени Рита: «Привет, чем завтра занят? Пойдешь со мной в парк на день йоги?» Сначала Максим отнесся к этому довольно скептически и попытался отшутиться: «А по гвоздям ходить будем?» Но знакомая не унималась: «Что за дурацкие стереотипы, никто там не ходит по гвоздям». На вопрос Максима, а что тогда там делают, она ответила: «Приходи, сам увидишь».

В другой ситуации Максим бы, наверное, не пошел, но мысль о том, что он уже черт знает сколько дней сидит дома и вечно продолжаться это не может, заставила его взять ноги в руки и прийти в парк.

Поначалу происходящее там его не особо воодушевило. На траве в разных частях поляны сидели йогические учителя, демонстрировали свои навыки и проводили мастер-классы. В основном все сводилось к теории о правильном образе жизни, мыслей и питания. После чего учителя скручивались в какую-нибудь неестественную позу, а следом за ними пытались скрутиться и слушатели. Знакомая Макса Рита с удовольствием выполняла так называемые асаны и подбивала его делать то же самое. «Гибкое тело позволяет поднимать энергии на самый верх, к сахасраре, – говорила она, – а если ты деревянный, как дуб, то так и проживешь всю жизнь на муладхара-чакре». Однако видя, что Максима это все не очень-то впечатляет, она сжалилась над ним и сказала: «Ладно, иди пока погуляй, только не сваливай домой. Через час будет мастер-класс по кундалини-йоге от Алексея М., там будет нечто другое. «Гвозди?» – улыбнулся Максим. «Сам ты гвоздь», – ответила Яна.

Максима слегка заинтриговало это «нечто другое», поэтому он прогулялся до ярмарки, съел чебурек с чечевицей (кухня на дне йоги была исключительно веганской), попил какого-то вкусного травяного чая и стал ждать этого самого Алексея М. Его еще называли Мехер Сингх. «Духовное имя, – объяснила Рита. – У посвященных в какую-либо традицию, помимо обычных имен, есть еще духовные, выдаваемые при посвящении».