- -
- 100%
- +
© Таяна Курт, 2025
ISBN 978-5-0067-0456-5
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Пролог
Погожий зимний денёк клонился к вечеру. Сегодня с утра солнце светило ярко-ярко, так отчаянно пытаясь согреть этот мир, что после полудня утомилось и теперь медленно уходило за горизонт – готовиться ко сну. Небо из бледно-голубого окрасилось в холодные розовато-сиреневые тона. Синие тени подросли и вытянулись, чтобы позже слиться в одну огромную тень, имя которой – ночь. Откуда-то с севера прилетел прохладный ветерок. Начинало смеркаться.
Но на главной городской улице было светлее, чем днём! Над головой ослепительно сияло искусственное «звёздное небо». То здесь, то там загорались разноцветные светлячки гирлянд, рисуя на рекламных конструкциях снежинки всевозможных форм и размеров. В ветвях деревьев шёл светодиодный дождь: капли-огоньки стекали вниз по прозрачным трубкам, затухали и вспыхивали вновь. Казалось, эта увлекательная игра света может длиться вечность и никогда не наскучит! Город, разодетый в яркую мишуру и подсвеченный иллюминацией, был готов встречать Праздник!
Уличные фонари, гордые своим новогодним убранством, выстроились в ряд вдоль дорог, указывая всем проходящим и проезжающим путь на центральную площадь, где горделиво возвышалось главное украшение города – огромная искусственная ель, увешанная стеклянными шарами и пёстрыми гирляндами из флажков. Вокруг неё неторопливо прогуливались взрослые и резвились довольные дети. То и дело раздавался восторженный визг и смех ребятишек, вновь и вновь без устали скатывающихся с большой горки, установленной поблизости от ёлки, и чирканье коньков по льду круговой конькобежной дорожки, протянувшейся по всему периметру площади.
Новогодние ёлки, такие же нарядные, только размером поменьше, обязательно красовались в каждом из крупных городских гипермаркетов. И в какой бы из них ни зашёл покупатель, всюду с радушными улыбками зазывал его встречали румяные Деды Морозы и их прекрасные помощницы – Снегурочки, обещая кешбэки, распродажи, скидки и бонусом – праздничное настроение!
А уж там, в гипермаркетах, покупатели, вовлечённые в предновогоднюю суету, опустошали полки, выбирая подарки для многочисленных родных и друзей. Особенно «доставалось» отделам сувениров. Из динамиков звучало «Jingle Bells». Пахло кофе и булочками от Cinnabon. Дети клянчили ещё и ещё сладостей и новых игрушек. Родители возмущались, но покупали. А после все они, уставшие, но довольные, отправлялись украшать свои дома к самому любимому и дорогому во всех смыслах празднику. К празднику с большой буквы – Новому Году!
Это была прекрасная неделя! Полная трепетного, родом из детства, ожидания чуда и потаённой надежды на доброе волшебство новогодней ночи.
Жаль только, что всякое шоу однажды заканчивается, оставляя после себя лишь рассыпанные конфетти.
Оля
Свернув с главной улицы, девочка направилась на остановку автобуса. Сегодняшний день выдался необычайно тёплым для конца декабря, и подтаявший снег противно хлюпал под её зимними ботинками. Шагала она быстро, деловито размышляя о том, что нужно бы по дороге домой сделать небольшой крюк и заглянуть в местный магазинчик: купить сыр, банку кабачковой икры и далее по списку, выданному бабушкой.
Эту симпатичную светловолосую девочку звали Олей. Полгода назад ей исполнилось одиннадцать, и теперь она по праву считала себя слишком взрослой для того, чтобы ожидать от праздника чего-то большего, нежели каникул.
Старательная и хозяйственная Оля действительно казалась взрослее легкомысленных сверстников. В этом городе она жила немногим больше года, но до сих пор к нему не привыкла, а в новой школе ни с кем по-настоящему не сдружилась. В классе слишком серьёзная ученица популярностью не пользовалась: одноклассники считали Олю скучной и необщительной. Находились среди них и те, кто откровенно недолюбливал приезжую и даже дразнил её заучкой. Хотя это было и вовсе неправдой.
Еще год назад всё у девочки было иначе: любимая школа, верные друзья, увлекательные занятия в шахматном кружке. Но привычный жизненный уклад в одночасье перечеркнуло обрушившееся на Олину семью несчастье.
***
Однажды вечером, в час пик, когда тысячи людей возвращались домой с работы, большой чёрный джип неожиданно развернулся и выехал на встречную полосу. Олина мать и ахнуть не успела, как мощная машина таранила её синюю Honda Civic. Произошло, выражаясь официальным языком, лобовое столкновение. Позже выяснилось, что у пожилого водителя джипа случился инсульт: мужчина потерял сознание, а его автомобиль – управление. Так что винить в этой аварии было некого. Из-за дорожной пробки скорость движения была небольшой, и Олина мать отделалась помятым бампером, трещиной на лобовом стекле Хонды и лёгкими травмами. И всё бы ничего, если бы в результате аварии у женщины не пострадала память. Врачи говорили, что такое иногда случается после пережитого человеком сильного стресса или испуга. «Посттравматическое стрессовое расстройство», – так называли они это состояние. Физические повреждения вскоре зажили, но амнезию, несмотря на все усилия неврологов и психотерапевтов, победить не удавалось. Причём всё, что было до автокатастрофы, женщина помнила отлично, а вот новые события в её голове надолго не задерживались.
Теперь за Олиной мамой нужен был глаз да глаз! Ведь она могла уйти из дому, оставив кастрюлю на включённой плите. Или, например, собравшись в магазин, забыть, куда и зачем шла, и отправиться совсем в другую сторону. Из-за этого Оля с мамой вынуждены были перебраться в соседний город к бабушке. На деньги, вырученные от продажи их и бабушкиной квартир, был приобретён симпатичный недорогой домик в коттеджном посёлке. Там родственники все вместе и поселились.
Характер у Олиной матери сильно изменился в худшую сторону. Прежде спокойная и весёлая, она стала теперь раздражительной и капризной. Временами на женщину накатывали волны депрессии, и тогда она сутками напролет молча лежала в постели, ни на что не реагируя и не отзываясь на оклики близких.
Ко всем прочим бедам прибавилась острая нехватка денег.
До аварии Олина мама работала бухгалтером на крупном предприятии. Теперь же, разумеется, ни о какой работе и речи быть не могло. На скромное пособие по инвалидности и бабушкину пенсию особо не разгуляешься, и семье приходилось экономить буквально на всём, чтобы хоть как-то сводить концы с концами.
Немного помогали алименты, выплачиваемые Оле отцом, и его полезные, но, к сожалению, нечастые подарки. Но этой помощи было недостаточно, ведь травмированной женщине время от времени требовалась госпитализация в стационар. Плюс довольно дорогие лекарства.
Из-за маминой болезни значительная часть хлопот по дому легла на Олины плечи. Потому-то девочке и пришлось быстро «повзрослеть», то есть стать намного ответственнее, чем большинство подростков её возраста.
Через несколько дней Олину мать должны были выписать из больницы, где она в очередной раз проходила лечение в неврологии. Так что новогодние праздники семья собиралась встречать в полном составе.
***
Оплатив проезд, Оля вышла из автобуса, затем свернула в гастроном, расположенный неподалёку от остановки, и, купив там всё необходимое, медленно побрела к своему дому. В голове у неё крутились безрадостные мысли: «А что, если мама не поправится? Как нам тогда жить дальше?»
Доктор хоть и не делал радужных прогнозов, но шанса на выздоровление не исключал. «Случается, что память пациента со временем полностью восстанавливается, – говорил он. – Нельзя терять надежды». И Оля изо всех сил старалась её не терять. Но порой в душе девочки просыпался страх перед будущим, и тогда на глаза наворачивались слёзы отчаяния. Сейчас, в преддверии праздника, среди всеобщей радостной суеты, у неё на сердце было особенно гадко.
Как же горячо любила она Новый год прежде! Это счастливое время каникул, подарков, билетов в цирк, праздничных фильмов и представлений!
До развода родителей в Олиной семье свято соблюдалась традиция: утром 31-го декабря все собирались и вместе шли в кафе-мороженое. А позже вечером, когда из кухни доносились изумительные ароматы маминой выпечки, Оля с отцом наряжали большую, пахнущую хвоей ёлку. Волшебными светлячками вспыхивали лампочки гирлянды, заставляя ёлочные игрушки мерцать и переливаться таинственным светом. А там, за окнами, в холодной вечерней синеве тихо падали хлопья снега, укрывая подоконник мягким белым шарфом. И Олино сердце переполняли счастье и искренняя вера в добрую магию Праздника.
В такие моменты девочка не сомневалась: то, что в Новогоднюю ночь сбываются самые сокровенные мечты людей – чистая правда!
Как же ей теперь не хватало всего этого: детской беззаботности, маминого смеха, папиной улыбки!
От нахлынувших воспоминаний у Оли защипало в глазах, и она разозлилась на себя за эту слабость. Бабуля уже приготовила ужин и ждёт внучку к столу. Она очень расстроится, увидев Олю такой – заплаканной и несчастной. Поэтому девочка взяла себя в руки и решительно зашагала дальше.
Тёмная усадьба
Небольшой, но уютный коттедж, в котором проживала Олина семья, был последним на улице. От него до лесной опушки было рукой подать. Летом Оля с бабушкой любили побродить по местному лесу, не углубляясь далеко в чащу, и поискать среди травы и пахнущей сыростью палой листвы коричнево-красные шляпки подосиновиков, оранжевые воронки лисичек или крепкие млечные блюдца груздей.
Не доходя метров триста до Олиного дома, располагалась старая заброшенная усадьба: большой дом из тёмно-коричневого кирпича. Высокие каменные стены забора и витиеватые кованые ворота защищали строение от посягательств местной шпаны. Двери и окна дома были наглухо заколочены деревянными досками. Никто точно не знал, когда было возведено это строение, но предполагалось, что примерно в начале девяностых. Некогда роскошный, а ныне бесхозный особняк представлял собой удручающее зрелище: подъездная дорожка зияла дырами выщербленной плитки, ступени крыльца раскрошились от времени и дождей. Наполовину скрытая высохшими плетьми вьюна решётка ворот заржавела. А приусадебный участок из-за чрезмерно разросшегося бурьяна и мёртвых деревьев с изломанными ветром ветками и вовсе походил на непролазные джунгли.
Все остальные дома в коттеджном посёлке были построены намного позже, уже в наши дни. Поэтому никто из местных жителей не знал, что случилось с хозяевами усадьбы. Куда они уехали и почему не продали дом, который в свои лучшие времена, несомненно, стоил целое состояние? Вопросов было море, а ответов на них не находилось. По этой причине о таинственном особняке и судьбе его бывших владельцев, как водится, ходили слухи и делались различные предположения.
Основной версией была та, что хозяева дома в сложные для страны времена сбежали за границу и, видимо, неплохо там прижились, раз не захотели возвращаться на родину.
В среде же горожан младшего и среднего школьного возрастов о «тёмной усадьбе» и её бывших жильцах ходили леденящие кровь легенды. Большой фантазией они не отличались, сводясь к избитым клише из фильмов-ужасов.
Так, например, некий «эксперт по паранормальным явлениям» из шестого «А» класса уверял, что слышал от прабабушки историю о том, как бывший владелец дома тронулся умом и однажды ночью задушил своих спящих жену и дочь, а после, осознав, что натворил, повесился.
«С тех пор каждый год в ночь своей смерти призрак мужчины пробуждается, как ни в чём не бывало встаёт с постели, идёт к телевизору и включает местный новостной канал. А там опять и опять по кругу крутят сюжет про зверское убийство в усадьбе! И вот в тот самый момент, когда мужчина узнаёт в убийце себя, стоящего над трупами родных, воспоминания о той страшной ночи возвращаются к нему, и несчастный начинает громко выть от горя!» – страшным голосом рассказывал мальчишка. А в доказательство давал прослушать улику – аудиозапись со своего Айфона, якобы сделанную им с риском для жизни в «тёмной усадьбе». И, надо сказать, из динамиков действительно доносились какие-то жуткие звуки.
Другая легенда гласила: «Случилось это давным-давно. Однажды, перед самым Рождеством из следственного изолятора в тюрьму для особо опасных преступников перевозили уголовника-рецидивиста. В пути он обманул охранников и, серьёзно ранив одного из них, бежал. Спасаясь от преследования, негодяй добрался до городской окраины и спрятался на пустыре неподалёку от богатой усадьбы, в которой проживала семья предпринимателей с двумя маленькими детьми. Он просидел там весь день, замёрз и проголодался. Но затем вечером ему посчастливилось увидеть аниматора в костюме Деда Мороза, идущего поздравлять ребятишек с праздником. Преступник набросился на актёра, оглушил его и, переодевшись в карнавальный костюм, хитростью проник в дом. Он уничтожил всю семью, не пожалев даже детей. А после, завладев драгоценностями, Айфонами, кредитками и прочей всячиной, бесследно скрылся.
Самое страшное, что преступник этот до сих пор разгуливает на свободе, и потому следует сто раз подумать, прежде чем в канун Нового года открывать дверь аниматору в костюме Деда Мороза».
«Чушь! – важно возражал рассказчикам мальчик на год старше. – Понапридумывали тоже: «призраки», «маньяки». Сразу видно, ужастиков пересмотрели. А вот вам, например, известно, что годы, в которые была построена эта усадьба, называются «лихими девяностыми»? Ясное дело, нет! Откуда малявкам такое знать?
Тогда слушайте.
В те времена гангстеров в нашей стране было больше, чем на Диком Западе. И бандитские кланы постоянно сражались друг с другом. Всё как в кино, только по-настоящему.
Как-то раз один местный криминальный авторитет взял да и устроил в своей загородной резиденции подпольное казино. В усадьбу стали съезжаться богатые бизнесмены. Одни проигрывали, другие выигрывали. В общем, там крутились большие деньги, и хозяин казино сказочно разбогател.
Это не понравилось его сопернику – другому криминальному авторитету. И вот однажды он подкупил охранника, и преступники через чёрный ход проникли в усадьбу.
Бандиты хотели запугать хозяина и заставить его выплачивать дань. Откуда им было знать, что подкупленный охранник на самом деле старший сержант полиции на задании. За этими двумя бандитскими кланами давно следили. И вот настал подходящий момент, чтобы расправиться с ними одним махом.
Когда все гангстеры были в сборе, полицейские окружили усадьбу.
Началась пальба.
Это была страшная ночь! Со всех сторон гремели выстрелы! Кровь лилась рекой! И к утру в живых не осталось ни одного бандита.
Много там и полицейских полегло. Тот сержант, кстати, выжил.
Вот так всё и было. Слово пацана!»
Каждая из таких историй претендовала на «единственную правдивую», и всякий рассказчик клятвенно уверял слушателей в том, что «призраки убиенных до сих пор обретаются в усадьбе».
И хотя ребята-старшеклассники только посмеивались над подобными небылицами, дошколята и ученики младших классов принимали всё за чистую монету и слушали выдумщиков, затаив дыхание и с широко раскрытыми от страха глазами.
Время от времени юные «охотники за привидениями» устраивали вечерние вылазки к «нечистому дому». Смельчаки издали, сквозь решётку ворот разглядывали мрачную громадину, желая засвидетельствовать присутствие в доме потусторонних сил. И малейший шорох, производимый крадущейся в траве кошкой или крыльями ночной птицы в ветвях, принимался ими за неоспоримое тому доказательство.
Фотосессия с сорокой
Оля в подобных «забавах» участия не принимала. И когда ребятишки классами помладше интересовались у неё, каково это – жить в такой опасной близости от дома с привидениями, только фыркала и пожимала плечами. Бояться «ужастиков», когда реальность подчас бывает горше и страшнее вымысла, теперь виделось ей по-детски глупым. Тем не менее, всякий раз, проходя мимо таинственной усадьбы, девочка чувствовала себя неуютно и неосознанно ускоряла шаг.
Вот и сейчас Оля поспешила поскорей пробежать неприятное место. На фоне вечереющего неба старая постройка высилась тёмной горой, а её гигантская тень походила на припавшего к земле гоблина, подстерегающего не к добру припозднившегося путника.
Стараясь не смотреть в сторону заброшенной усадьбы, Оля перевела взгляд на обширный участок заснеженного пустыря, раскинувшегося по другую сторону дороги.
В центре этой бесхозной земли одиноко белел фундамент постройки, начатой много лет тому назад, но по какой-то причине незаконченной. А по периметру красовались голубые ели. Маленькие деревца высадили для озеленения придомовой территории будущего коттеджа сразу после того, как вырыли под него котлован. Долгие годы ёлочки вытягивались и крепли и в конце концов выросли в могучих красавцев-исполинов, создав живой забор, отгораживающий пустырь от дороги. Недавний снегопад надел на их колючие лапы пушистые снежные варежки. Из-за необычайно тёплого дня снег на ветвях подтаял, но к вечеру температура воздуха понизилась, и теперь еловая хвоя выглядела так, словно бы над ней поколдовал художник-стеклодув.
Оле вдруг вспомнился детский стишок:
«Снег устал. Закончил путь.
Шёл он долго: с той недели.
На широких лапах ели
Снег разлёгся отдохнуть.
И сказал зверям лесным —
Белкам, поползням, сорокам:
«Буду спать я до весны.
Не будите раньше срока!»
В свете уличных фонарей ветви золотились и поблёскивали, словно расшитые стеклярусом роскошные кружева.
Оля остановилась на обочине и в восхищении уставилась на волшебное зрелище. «Какая красота! Нужно обязательно это сфотографировать и показать фото бабушке!» – подумала она затем и, спустившись с дороги на пустырь, достала из своего рюкзачка смартфон «Ксиаоми». Это был подарок отца к её прошлому дню рождения. Девочка так полюбила девайс за его полезность, удобство и простоту использования, что удивлялась теперь, как ей удавалось обходиться без него прежде.
В смартфоне была отличная камера. Снимки, сделанные ею, получались качественными и яркими. А если потом максимально их увеличить, то можно было разглядеть мельчайшие детали изображения. Но главное, для того, чтобы фотографировать смартфоном, вовсе не нужно было месяцами учиться на курсах. Стоило только нажать на виртуальную кнопку, и – вуаля! – красивый зимний пейзаж готов!
Щёлкнув пару снимков издали, девочка подошла к ёлке, чтобы сделать на её фоне красивое селфи. Повернувшись спиной к дереву, она навела на себя камеру смартфона, широко улыбнулась и ещё раз нажала кнопку фотоаппарата. Снова раздался щелчок, сверкнула фотовспышка… И тут из-под пушистой еловой лапы выпорхнула вспугнутая светом и резким звуком сорока, устроив девочке холодный снежный душ. В птичьем клюве что-то блеснуло: небольшой серебристый предмет, который Оля не успела разглядеть. Спасая свою собственность, сорока ринулась к соседнему дереву. Однако вещица явно была для пернатой слишком тяжела: выскользнув из клюва, она упала на еловую лапу и скатилась вниз по обледенелой хвое. Незадачливая птица взмыла вверх и приземлилась на декоративный кованый элемент уличного фонаря. Пару секунд она посидела там, нервно подёргивая хвостом и возмущённо стрекоча, будто выкрикивая в Олин адрес ругательства на своём сорочьем языке, а затем сорвалась с места и скрылась из поля зрения за соседним деревом.
«Интересно что это она несла? – задумалась девочка. – Что-то очень маленькое и сделанное из металла… Ой! А вдруг это было золотое колечко? Или старинная серебряная монетка? Говорят, сороки любят украшать гнёзда блестящими предметами и при случае тащат к себе всё, что плохо лежит. Эх! Жаль, эта штуковина упала в снег. Теперь мне её ни за что не найти…»
Вдруг в кроне ели, на которую птица уронила свою ношу, сверкнул яркий блик. Он тут же погас, и Оля решила, что ей это просто почудилось. Но спустя пару секунд вспышка повторилась. И ещё раз. И ещё…
Девочка пригляделась. Оказывается, таинственный предмет не упал, как она предполагала, в сугроб, а, зацепившись за тонкий сук, повис на дереве. И теперь, раскачиваясь на ветру, отбрасывал вокруг себя металлические отблески.
Ведомая любопытством, Оля двинулась в направлении источника бликов.
Она успела сделать несколько шагов, когда резкий женский голос окликнул её по имени:
– Оля? Ну, здравствуй! Наконец-то мне посчастливилось с тобой встретиться!
Вздрогнув от неожиданности, девочка обернулась.
Сзади, на расстоянии вытянутой руки, стояла, улыбаясь, высокая незнакомая женщина.
– Тебя ведь Олей зовут? – повторила она. – Поправь меня, если я ошибаюсь.
Новая соседка
Одета незнакомка была дорого, но как-то очень уж старомодно, держалась подчёркнуто прямо и выглядела, можно сказать, чопорно, напоминая всем своим обликом аристократок VIII века. Улыбка была ей совершенно не к лицу.
«Кто она? И откуда знает моё имя?» – удивилась девочка, уверенная в том, что ни среди соседей по коттеджному посёлку, ни в школе в числе учителей, ни в местных магазинах в должности продавца – нигде прежде не встречала эту особу. И уж точно дама не походила ни на одну из приятельниц мамы или бабушки.
– Да. Я – Оля. Простите, а разве мы с вами знакомы? – спросила девочка, чувствуя смутное беспокойство: что-то было не так, неправильно. Но вот что именно, понять не удавалось.
– Знакомы? Конечно же, нет! Но, думаю, самое время нам познакомиться! Моё имя Ангелия, но ты зови меня просто – тётя Анжела. В вашем городе я недавно. Вот начинаю потихоньку обустраиваться на новом месте и общаться с соседями. Знаешь, на чердаке того дома, в котором я поселилась, есть множество редких антикварных вещиц. Как думаешь, а не устроить ли мне на неделе гаражную распродажу?
Ангелия рассмеялась, давая понять, что последняя её реплика была всего-навсего шуткой.
– Кстати, – спохватилась она, – в честь нашего знакомства и будущих добрососедских отношений я хочу вручить тебе небольшой презент! Ты можешь забрать его прямо сейчас, если соблаговолишь зайти ко мне в гости.
– Нет-нет! Спасибо, тётя Анжела, но я тороплюсь! – смутилась девочка. – Моя бабушка будет волноваться, если я опоздаю к ужину!
– Вздор!
Пожилая леди вздёрнула нос, украшенный очками в изящной серебряной оправе.
– Во-первых, мы с тобой теперь соседи, а значит, люди друг другу не чужие!
Она снова улыбнулась высокомерно-снисходительной улыбкой.
– Во-вторых, мой подарок – всего лишь ёлочное украшение. Правда, очень симпатичное! А в-третьих, к ужину ты поспеешь вовремя, ведь мой дом стоит недалеко от вашего.
– Правда? – удивилась Оля, которая, как ни старалась, не могла припомнить, чтобы на днях кто-либо из соседей съезжал или заселялся.
– И где же он? – поинтересовалась она.
– Да вот же! Прямо перед тобой!
Изящным движением руки в светлой замшевой перчатке дама указала в сторону усадьбы.
Оля обомлела. Действительно, «тёмная усадьба» больше не выглядела пустующей. В её окнах, пробиваясь сквозь толщину портьер, мерцал мягкий золотистый свет.
«Как странно, – подумала девочка, – теперь дом кажется ещё более зловещим». Ей стала понятна причина своей недавней тревоги: всё то время, пока Оля фотографировала ёлки на пустыре, таинственная усадьба следила за ней жёлтыми стеклянными глазами окон. Словно пантера, поджидающая в укрытии ничего не подозревающую добычу.
У девочки мороз пробежал по коже. Она судорожно попыталась придумать причину уйти, не обидев пожилую леди, но не успела. Цепко ухватив под локоть, новая соседка уже увлекала Олю к воротам. При этом женщина без умолку тараторила, задавая уйму вопросов и сама же на них отвечая:
– О, да ты вся дрожишь! Замёрзла, дорогая? Пойдём-ка быстрее: нужно согреть тебя грогом. Любишь яблочный? Не хочу хвастаться, но я готовлю лучший новогодний грог во всей Вселенной! Обещаю, он придётся тебе по вкусу!
– Вы уже нарядили ёлку? Нет? Да ты хоть знаешь, какое сегодня число? Новый год на носу! Ах, до чего же вы, современные люди, беспечны! Для вас Праздник – всего лишь повод повеселиться. Это так несерьёзно!
– А ещё у вас просто отвратительное отношение к ёлочным игрушкам! – возмущалась пожилая дама. – Раньше люди берегли их, передавали из поколения в поколение как фамильные драгоценности. В те времена каждая игрушка изготавливалась на заказ и потому обладала собственным характером. А какое отношение к новогодним украшениям сегодня? Дешёвые пластиковые шары, сосульки, звёзды тысячами штампуют на конвейере, а после Праздника ломают, разбивают, выбрасывают на помойку!