Препод 6
- -
- 100%
- +
– Достаточно, – кивнул я, убирая секундомер в карман, а затем от избытка чувств широко улыбнулся, подошёл, обнял и расцеловал в обе щеки сначала Силлану, а потом всех остальных по очереди.
– Вы молодцы! Огромные молодцы! Вы дали нам то, что было так необходимо. Время.
* * *За следующую неделю мы провели большую серию тестов, определяя оптимальную мощность и расстояние по периметру зоны, чтобы остановить её продвижение сразу по всем направлениям. Затем, привлекая специалистов из Инквизиции, смогли собрать достаточно эффективные амулеты артефактного типа, способные генерировать необходимый электрический разряд с определённой периодичностью. Установленных там аккумуляторов маны хватало примерно на пару суток работы. Чтобы зарядить один, было достаточно трёх средней силы студентов. Всего таких аккумуляторов было размещено ровно двадцать два. Теперь каждые два дня мы проводили облёт их для подзарядки. Муторно, не слишком эффективно с точки зрения траты магического ресурса студентов, но, по крайней мере, это дало результат. Движение границы зоны было остановлено.
Я, выждав ещё неделю, слегка выдохнул и отменил эвакуацию. Граница зоны застыла в семи километрах от колледжа, и пока проклятие Икая нам угрожать перестало. Глядя на довольных и гордых собой подопечных, я вдруг понял одну очень важную мысль. Зачем я их учу, зачем всё время талдычу про то, что они не должны ограничивать себя и должны развиваться, если не даю им такой возможности для развития? Хоть они ещё не закончили третий курс, но они уже готовы к тому, чтобы делать всё самостоятельно, а не по моей указке. Они вполне убедительно доказали это, придя к решению, до которого я сам, честно говоря, не додумался.
Что должно быть самым главным для любого преподавателя? Настоящего, по призванию, а не по нужде. Это учить так, чтобы ученики могли затем пойти дальше и превзойти его в знаниях. Лучшая награда для настоящего учителя – видеть, как бывшие ученики тебя опережают и создают что-то новое. С одной стороны, это немножко грустно, с другой – это тёплая грусть, как когда птенец наконец вырастает, расправляет крылья и покидает родное гнездо, отправляясь в свободный полёт. А моя группа к такому была уже готова.
И этим я отличался от остальных магистров Яола, старавшихся не дать ученикам себя превзойти, сознательно ограничивая им доступ к знаниям и тем самым тормозя магическую науку. Они держались за знания, как за привилегии, и уносили часть из них за собой в могилу, с каждым разом всё больше обедняя магию. Поэтому развитие общества и встало на одном месте. Всё, чего в магии могли добиться одиночки, уже сделано. Теперь дело за большими коллективами. И в старой империи такие коллективы как раз были. Тот же Катаклизм был не делом рук одиночки, а результатом работы множества магов.
И тогда у меня появилась ещё одна мысль. А что, если проблему с проклятием Икая тоже попробовать решить коллективно, вместе со студентами? Благо, обучил я их мыслить широко, не зацикливаясь на догматах и правилах. Вполне может оказаться, что они смогут на привычные вещи взглянуть немного с другой стороны. В конце концов, почему я должен разбираться со всем этим один? А может, и вообще разбираться в этом надо не мне.
Шибко умным я себя не считал. Во многом мне просто везло. Где-то помогали знания из моего прошлого мира, где-то просто взгляд человека совсем другой эпохи. Но это всё не делало меня каким-то гением. И ребята мне это очень хорошо показали. Но кто знает, может, гений, который разберется в проблеме, найдётся именно среди них? А значит, моя задача – дать этому гению в них проснуться.
* * *Жизнь колледжа вернулась в прежнее русло. Нет, готовность к эвакуации никуда не делась. Проблему-то мы только отложили, а не решили. Но народ чуть-чуть выдохнул и расслабился, возвращаясь к привычным делам. А платформу, которой успели уже даже подпитать манааккумуляторы, никуда не убирали, просто переместили за стену колледжа.
На то, как мы поднимали такую махину в воздух, сбежалась, конечно, вся деревня и половина гарнизона, что была не на службе. Впрочем, дозорные с вышек тоже бросали на нас любопытные взгляды. Зрелище, конечно, было эпичное, потому что габариты у платформы под стать флагманскому кораблю тингландского флота. И когда вся эта громада плавно и величаво оторвалась от земли и воспарила выше стен, народ дружно ахнул, открывая рты и во все глаза глядя на чудо.
А я, находясь на мостике, прикоснулся к органам управления совсем по чуть-чуть, заставляя этот гигантский утюг прийти в движение. Масса у нас была дурная, как и инерция. Не хватало ещё снести что-нибудь ненароком. Затем я также плавно провёл её на другое место стоянки и опустил на грунт, чувствуя, как поскрипывает под собственной тяжестью корпус.
Когда спустился с мостика, то стал объектом громких оваций, таких искренних, что даже засмущался. Помахал рукой в ответ и поспешил обратно в ворота колледжа. Даже староста деревни, поймав меня по дороге, с уважением заметил:
– Мессир, до последнего не верил, что вы сможете заставить летать такую огромную штуку.
– Размер не имеет значения, – скромно улыбнулся я, – дайте мне двигатель побольше, и я сдвину весь Яол.
После того как внеплановое представление закончилось, я тут же погнал всех студентов, высыпавших из корпусов наружу, обратно по аудиториям. Зрелище зрелищем, но занятия у нас никто не отменял. А когда относительная тишина и порядок были восстановлены, направился уже в аудиторию к своей группе.
Оказавшись внутри и благосклонно кивнув старосте, тут же поднявшей группу на ноги, я посмотрел на такие близкие и родные лица студентов и тепло улыбнулся. Пройдя к кафедре и поднявшись на неё, поприветствовал всех:
– Доброе утро, господа студенты. И в этот раз оно действительно доброе. За что ещё раз огромное спасибо тебе, Силлана, – кивнул я чуть покрасневшей девушке, – и твоим помощникам.
Я чуть было не сказал «подельникам», но пора уже перестать воспринимать всю их самодеятельность с подозрением.
– Ну, а теперь уже серьёзно, – произнёс, убирая улыбку, – я бы хотел поговорить вот о чём.
Оперевшись на кафедру, наклонился, внимательно оглядывая обращённые ко мне лица:
– У вас остался последний семестр. И он важен не только потому, что, закончив его, вы станете полноценными магами. Я бы так сказал, вы уже знаете больше и лучше подготовлены, чем любой выпускник любой имперской академии. Нет, этот семестр важен потому, что здесь вы получите куда большую свободу действия, чем ранее. И даже больше. Я хочу вам предложить уже не учебную, а настоящую, серьёзную и важную задачу, которую вы должны помочь мне решить.
Я на секунду замолчал. Но никто не спешил меня перебить или задавать какие-то вопросы. Все продолжали внимательно слушать, поэтому продолжил:
– Вы все прекрасно осведомлены о том, что буквально ещё неделю назад нашему колледжу угрожала смертельная опасность. И только благодаря вашим одногруппникам эту опасность мы смогли устранить. Молодцы. Но это только половина дела, потому что мы только приостановили процесс, но не отменили. Так вот, теперь вторая задача стоит в том, чтобы полностью его убрать. Но для этого надо разобраться в природе того явления, что мы в любое время суток можем увидеть за окном, – я показал на видимый поверх верхушек деревьев столб света, бьющий в небо. – И поэтому я сейчас расскажу вам всё, что мне известно, чтобы вы могли также попробовать себя в решении этой проблемы. И кто знает, быть может, именно среди вас найдётся человек, который её решит.
Сказать, что они были удивлены, ничего не сказать. Профессор просит помощи у студентов – такое в их картине мира никак не хотело умещаться. Но что значит гибкость мышления, которую я в них все эти годы воспитывал. Спустя полминуты переглядываний между собой, они оживились и вразнобой принялись выражать свою полную готовность в помощи мне. А Силлана, поднявшись, вытянула вперёд руку, добиваясь тишины в аудитории, и громко заявила:
– Профессор Локарис оказал нам высочайшее доверие, которое мы оправдаем любой ценой, даже если для этого придётся… – она не договорила, а только весомо ударила кулаком в ладонь.
– Оправдаем, не посрамим, костьми ляжем, но сделаем! – поддержали её полные энтузиазма выкрики с мест.
– Да, Силлана, – спохватился я, – я уже направил прошение на награждение вас королю, ну, и от магической гильдии чего-нибудь присовокуплю. Да, я знаю, что вы делали это не ради славы, но любая инициатива должна быть вознаграждена.
Я не стал ничего скрывать от студентов, потому что только полнота информации может показать всю картину. Поэтому коснулся не только звёздных аспектов, непосредственно питавших проклятие Икая, но и того, что называлось божественными созвездиями десяти богов Яола. Объяснил, что это не настоящие звёзды, а объекты, находящиеся где-то в пространстве за пределами нашей звёздной системы. Тут, конечно, пришлось немножко отвлечься на вопросы космической механики, естественно, на том примитивном уровне, которым я сам обладал. Что такое космическое пространство, наша система и положение Яола в ней.
Что меня порадовало, так это то, что студенты, коллективно и активно обсуждая новые для себя факты, пришли к выводу, что эти объекты искусственного происхождения. Тут же часть людей загорелась выяснить, кто эти звёздные аспекты создал, но я несколько притормозил энтузиастов, напомнив, что сейчас мы решаем немножко другую проблему. А вот потом, как только мы эту проблему решим, вот тогда можно будет задуматься и над возникновением звёздных аспектов божественных созвездий.
Что бросилось в глаза сразу, так это то, что народ быстро сбился в отдельные кучки: Силлана с девчонками и примкнувшими к ним парочкой парней, Барри с товарищами и ещё несколько давно плотно взаимодействующих друг с другом студентов. Вот и готовые бригады, подумал я, что немедленно озвучил, предложив им самим назначить себе старших.
Затем объявил ещё одну новость:
– А теперь хочу сказать, что в своих изысканиях вы не ограничены одним лишь колледжем. Я со своей стороны обещаю вам любую разумную поддержку как силами, так и средствами королевства и гильдии магии для проведения ваших изысканий.
– То есть мы можем потребовать что угодно? – деловито уточнила староста.
– Ну, не что угодно, – усмехнулся я, – а в рамках разумного. Но да, практически всё, что в наших силах.
Тут я увидел, как сразу у нескольких студентов жадно загорелись глаза, и даже чуточку пожалел о своих словах, но потом отбросил сомнения. В конце концов, они уже показали себя ответственными и вдумчивыми людьми, а значит, совсем уж пуститься во все тяжкие не должны.
– Что ж, – резюмировал я, – не тороплю, но в течении декады жду от вас заявки и предложения. А пока чуть углубимся в тему высшей магии.
Глава 3
Всё своё внимание я сконцентрировал на третьекурсниках, почти позабыв, что на мне не только они, а весь колледж, и, как оказалось, зря. И ведь ничего не предвещало. Нет, я изредка осведомлялся у профессорского состава, как идут занятия. И всё вроде было неплохо. Преподавали уже по-новому, по рукам не били, старались давать информацию как можно более широко. Всё по моей методике. Вот только, похоже, это в ещё неокрепших умах юных волшебников вызвало несколько иной эффект, чем я ожидал. Всё-таки первый год надо пожёстче с ними, а то перестают видеть, что называется, берега.
Разбудили меня прямо посреди ночи. От суматошного стука в дверь я подскочил с кровати, машинально кастуя в руке средних размеров фаербол. Ну, что поделать, если огненные заклинания у меня получаются почти на инстинктивном уровне. Но услышав за дверью знакомый голос старосты, в котором присутствовали лёгкие нотки паники, тут же огненный шар погасил и, дёрнув за щеколду лёгким телекинетическим усилием, открыл дверь, впуская Серафима внутрь.
– Мессир ректор, беда! Беда! – вытирая крупные бисеринки пота со лба, вбежал внутрь мужчина.
Если бы это был кто-то другой, я бы, пожалуй, отнёсся к подобным заявлениям с некоторым скепсисом. Но бывший ветеран тингландского флота на пустом месте паниковать бы не стал. Поэтому я тут же бросился к шкафу, натягивая на себя первые попавшиеся шмотки и на ходу уточняя, что случилось.
– Гончая пропала, – выдохнул тот. – И три студента.
– Ё-моё! – только и смог произнести я, мигом понимая, что произошло, и покрываясь холодной испариной.
Гончая у нас в колледже была только одна, единственная. Это была та самая ледяная тварь, которую мы притащили с собой из мёртвых земель и периодически использовали с третьим курсом для опытов. Только я-то был свято уверен, что зверушка сидит себе под замком и не жужжит. И тут вдруг такое. Так мало того, как бы убежала бы и убежала, и чёрт с ней, но три пропавших студента – это уже ЧП хрен знает какого масштаба. Колледжу года нет, а у нас уже в перспективе три жмура.
Зло выматерившись, я уточнил, что за студенты, откуда, какой курс.
– Первый, – выдохнул Серафим, по всей видимости, единственное, что впопыхах успел выяснить.
– Все трое из одной комнаты?
– Никак нет, вашество, – по-военному доложил наш староста-хозяйственник, – две девушки из тридцать седьмой и парень из двадцать первой.
Так сходу вспомнить, кто жил в этих комнатах, я, честно говоря, не то что не мог, я к своему стыду толком даже не знал этого, полностью переложив всё на педсостав и по сути самоустранившись от того, чтобы более плотно наблюдать за внеучебной жизнью младших курсов колледжа.
– Понятно, – только и смог протянуть сквозь зубы, хватая со стола связку магических амулетов и выбегая наружу. Быстро спустившись на второй этаж, прошёл в основной корпус. Коротко поздоровался уже с стоящими там нахохлившимися преподавателями.
– Ваши? – хмуро спросил я, оглядывая бледных профессоров.
Самая молодая и самый старший. Передо мной опустив глаза стояли Карен и Олаф.
– Мои, – тяжело вздохнув, кивнула девушка.
Олаф тут был, видимо, как более опытный товарищ, с целью помочь и поддержать младшую коллегу.
– Поспешим! – мотнул я головой и быстро направился туда, где в отдельном помещении склада на заднем дворе недалеко от полигона у нас сидела гончая.
На улице стояла темень, но нас дожидались двое серафимовских работников с факелами. Правда, света они давали не очень много, поэтому я тут же сотворил магический шар, разом отодвинувший тьму на два десятка метров, и подвесил его над своей головой. После этого на ходу принялся расспрашивать про троицу пропавших: кто такие, почему именно они, при каких обстоятельствах пропали. Поспевающая за мной Карен быстро перечислила имена:
– Сандра, Кассия и Иофалот. Я замечала, что они как-то за первый семестр сдружились между собой. Но что в этом плохого? На занятиях сидели рядом, вместе выполняли задания. В столовой я их тоже вместе замечала, но ничего плохого в этом не видела, – словно оправдываясь, произнесла она.
– А ничего плохого в этом и нет, – оглянувшись через плечо, бросил я, – но, по крайней мере, понятно, что втроём они пропали не случайно. Что сказали их соседи?
– Да, толком ничего, – слабо улыбнулась девушка, – сказали, что те решили прогуляться вечерком. Ну, вы знаете, молодые девушки и юноши иногда имеют потребность вечером встретиться друг с другом.
– Ну, да, – буркнул я, – когда один мальчик и одна девочка. А когда две девочки и один мальчик, это уже подозрительно.
– Господин ректор, – тут Карен замялась, – у вас же тоже не одна жена.
– Но я же не встречаюсь с ними одновременно со всеми, – метнул я суровый взгляд на преподавательницу, – Ладно, понятно. Значит, прогуляться решили. Что ж, посмотрим.
Мы как раз добрались до места. Я только покачал головой, видя распахнутый в ночь зев проёма и распахнутую настежь толстую металлическую дверь, а в двух метрах за ней также распахнутую решётку.
Помещение с гончей было пусто. Только борозды на усиленных магией стенах свидетельствовали, что здесь было одно из опаснейших существ Мёртвых земель. Вспомнив заклинание обнаружения остаточных магических эманаций, я принялся внимательно изучать оставшиеся на месте следы. И только цыкнул, скрипнув зубами, найдя то, что, собственно, и ожидал.
Замки были вскрыты, причём не механически. Вскрыть их обычными отмычками было невозможно. Нет, тут применялась магия и весьма тонко. Вздохнув, я распрямился и, посмотрев на девушку, хмуро буркнул:
– Похоже, ваша троица весьма поднаторела в манипуляциях с маной. Не магистры, конечно, но из дипломированных магов не все так смогут. И уж точно от обычных первокурсников такой тонкой работы сложно ожидать. Но теперь понятно, что это не гончая выбралась отсюда и утащила с собой студентов. Это студенты её выпустили и утащились с ней.
– Если только им не помогал кто-то взрослый, – хрипло заметил Олаф.
– Посторонних на территорию, с нашей-то охраной, проникнуть не могло, – покачал головой я, – на стенах паладины, за стенами, хм… тоже профессионалы.
Называть ракамакских убийц я не хотел, не поймут. Поэтому пришлось выкручиваться.
– Но вопросы, конечно, остаются, как незаметно они могли территорию колледжа покинуть, и почему не среагировала охрана.
Вопросов было много, но ответы на часть из них надо будет искать потом, пока надо было выяснить, куда делись студенты, и где их теперь искать.
«Тьфу,» – сплюнув на землю, я огляделся и озвучил:
– И где нам их искать посреди ночи?
– Если они ещё живы, – неожиданно всхлипнула Карен.
– Типун тебе на язык, – рявкнул я. – Серафим, вы смотрели тут? Следы борьбы, крови были? Что-то нашли?
– Никак нет, мессир, ничего такого.
– Значит, надежда есть, что они как-то сумели тварь утихомирить, – резюмировал я и со вздохом принялся за поиски сам.
Повернувшись, я снова принялся сканировать на следы магии, отходя от двери, расширяя зону поиска, и нашёл ещё несколько отпечатков магических заклинаний, которые, скорее всего, были применены к гончей. В воздухе висел тонкий, еле заметный шлейф использованной маны, тянущийся в темноту, куда-то к внешней стене.
– А вот и путеводная ниточка, – пробормотал я, затем скомандовал, – бегом за мной!
И мы дружно рванули по следу.
Впрочем, бежали мы недалеко, полсотни метров, и след оборвался, а из темноты выступила внешняя ограждающая колледж стена. Я покрутился на одном месте, пытаясь понять, что же произошло, но след таял в воздухе, больше никуда не ведя. На всякий случай подошёл к стене и несколько раз в разных местах постучал по ней кулаком, проверяя на прочность, но та не поддавалась, демонстрируя честный камень. Никаких скрытых иллюзий, проломов, да и вообще следов применения на ней какой-то магии, в том числе пространственной, я не нашёл.
Снова вернулся к тому месту, где обрывался магический след, но яснее не стало. Словно в один момент, по мановению волшебной палочки, всё исчезло: ни студентов, ни ледяной гончей. Вот только испариться без следа они не могли.
Снова вернувшись к стене, я посмотрел на её гребень метрах в трёх надо мной, а затем увидел идущего в нашу сторону часового. Стражу несли в качестве практики обучавшиеся тут же паладины, поэтому я помахал ему и, когда тот подошёл ближе, спросил:
– Ты не видел, тут не пробегали две девчонки с парнем и ледяная гончая? Может, через стену перебирались? Или перенеслись магией?
Будущий паладин замешкался, узнав меня, затем неуверенно ответил:
– Вроде нет, господин ректор. Я здесь каждые пятнадцать минут прохожу и никого не видел.
– Понятно, – только и смог произнести я и, повернувшись к преподавателям, коротко резюмировал, – Не удивлюсь, если эти деятели ещё и расписание обходов узнали и подгадали момент, когда участок стены будет свободен.
– Это не студенты, а какие-то шпионы, – вздохнул Олаф.
На что я только невесело хмыкнул и подумал, что да, очень уж это всё мне напоминает одну мою будущую жену, тоже любящую внезапно появляться и исчезать, словно из ниоткуда.
Ощущение внезапного инсайда заставило меня замереть. Я зацепился за пришедшую в голову мысль. Принялся распутывать ассоциативные цепочки, мысленно проговаривая про себя: «шпионы, ракамакские убийцы, похищение, исчезновение, не доходя до стены…» А затем я вспомнил канализацию Анкарна и спрятанные в толще стены вещи, принадлежавшие, как выяснилось, Ясуле, её шпионский наряд. Он был спрятан в полости, к которой не было прямого доступа, только с заклятием проницаемости, на основе которого студенты потом собрали транспортатор с поверхности в пещеру под замком академии.
А что если и здесь та же самая система? Я вернулся к месту, где оборвался магический след, и принялся внимательно осматривать траву под ногами. На первый взгляд всё было как обычно, этот участок ничем не отличался от других. А затем я, вспомнив само заклинание, сотворил на глубину примерно в метр проницаемую область, куда после недолгих раздумий шагнул. В конце концов, если там ниже будет твёрдая земля, я просто на неё встану, окунувшись примерно по пояс. А вот если там что-то иное… но додумать я не успел, потому что провалился не по пояс, а сразу ухнул куда-то вниз, даже не успев испугаться.
Правда, летел недолго и вовремя успел спружинить, чуть присев. А затем в ярком свете продолжавшего висеть над моей головой магического фонаря увидел, что нахожусь в достаточно высоком, позволяющем стоять в полный рост подземном ходе, ведущем, судя по направлению, куда-то за стену. Как такового выхода на поверхность он не имел. Видимо, вот такое временное проницание верхнего слоя почвы позволяло незаметно им пользоваться. Рядом на земле лежала кем-то заботливо оставленная лестница, и, поставив её стоймя, я забрался по ней, высовывая из-под земли голову.
– Ой! – вскрикнула от неожиданности Карин, но я тут же успокоил её:
– Не ори, свои. Короче, как я и думал, здесь подземный ход. Поэтому давайте за мной. Лестницу я поставил, аккуратно с этого края спускайтесь.
Дождался, когда оба преподавателя и Серафим с помощниками окажутся внизу. Ещё раз проверил магическим зрением путь перед собой и удовлетворенно кивнул. Магическая дымка заклинания, подвешенного на гончую, никуда не делась и вела в темноту подземного хода.
– Вот ведь нифига себе! – произнёс староста, оглядывая натуральный тоннель. – Это что, три студента столько выкопали?
– Да нет, – вздохнул я. – Копали не они. И я догадываюсь даже кто. А эта троица просто каким-то образом узнала или подсмотрела и решила тайным путём выйти за пределы колледжа и вывести гончую. Ладно, идёмте, хотя мнится мне, детки не слишком-то нуждаются в спасении.
Всё, буквально всё говорило о том, что это не было каким-то спонтанным действием. Чувствовался чёткий план, явно придуманный не сегодня. Оставалось только выяснить, кто же был мозгом операции – парень или одна из девчонок.
Тоннель был длинным. По моим внутренним ощущениям, мы прошли с полкилометра по практически прямому, лишь чуть заворачивающему влево ходу. В конце его тоже обнаружился тупик и тоже с лестницей. Правда, она уже не лежала на земле, а стояла, приставленная к стенке, уходя куда-то в земляной потолок.
Потрогав землю, встав на первые две ступеньки, я понял, что заклинание проницаемости студенты сняли. Но проблемой это не было. Быстрое движение пальцев, выписывающее знакомое плетение, и я быстро взбежал по лестнице наверх, очутившись в густой чаще леса.
– Только тихо! – шикнул остальным, – они могут быть где-то рядом, не спугните.
В общем-то, так и оказалось. Слишком далеко удаляться от тайного хода студенты не стали. И правильно, в лесу потеряться нефиг делать. Поэтому наткнулись мы на них почти сразу. Троица стояла и что-то негромко, но весьма жарко обсуждала.
Когда я снова зажёг погашенный на время шар света и грозно рявкнул: «А ну всем выйти из сумрака!» – одна из девчонок подпрыгнула и испуганно пискнула:
– Ректор! Мама!
– Нет, только ректор, – произнёс я, мгновенно вырастая у них за спинами и хватая обеих девчонок за воротники мантий. – Попались, диверсанты недоделанные. Где гончая?
Парня держать не стал. Да и не убежит он от своих подружек. Это же какая потеря лица будет. Урон чести неописуемый.
Но тут вторая из девчонок насупилась, упрямо поджала губы и с некоторым даже вызовом произнесла:
– На свободе, там, где она и должна быть.
– О как! – усмехнулся я. – На свободе, значит?
– Да! – гордо воскликнула та. – И вы больше не сможете над ней издеваться. И не найдёте, потому что она убежала обратно, туда, где её дом.
– Это в мёртвые земли, что ли? – с лёгким скепсисом переспросил я. – И с чего ты это решила?
– Потому что она мне сказала.
– Ну-ну, – вздохнул я, а затем передал их на руки сопровождающим и приказал, – тащите их в колледж, будем разбираться.
Глава 4
Отправив пойманных нарушителей спокойствия с преподавателями вперёд, я свернул к воротам в деревню, где за стеной колледжа был выстроен так называемый гостиничный домик. Ну, домик не домик, размерами это была полноценная двухэтажная гостиница, предназначавшаяся для гостей колледжа, но, так сказать, не являющихся особо почётными лицами. Это могли быть родители студентов, различные искатели лично меня, как верховного мага, и иже с ними.