Подножка Купидону

Вместо предисловия

Осень в этом году чем-то походила на своенравную красавицу, неумело скрывающую свой возраст. С утра моросил мелкий унылый дождик, к обеду он плавно перешел в мокрый снег, а к вечеру наконец-то выглянуло солнце. И жизнь Виталику Цыпленкову показалась лучше, чем была с утра, и настроение его улучшилось. Помимо всего прочего, завтра намечался выходной, а это означало, что они с Аллочкой целый день проведут вместе. И кто знает, чем завершится это совместное времяпрепровождение. Вполне может быть, Виталик сделает ей предложение руки и сердца. Он ведь почти, почти решился!

Цыпленков покосился в сторону, откуда должно было выпорхнуть неземное существо, гордо носящее имя Аллочка, и глубоко вздохнул. Нужно было купить розы, именно розы, а не гвоздики! Зря он послушал маму. Наверняка Аллочке гвоздики не понравятся, она такая эстетка. Его глаза забегали в поисках ближайшего цветочного ларька, но вскоре Виталик понял, что опоздал.

Аллочка неслась на него так стремительно, что ее рыжий шарф развевался победным знаменем и был виден за два квартала. Она улыбалась и, как показалось Цыпленкову в сумерках, смотрела исключительно на него. Он быстро втянул в себя живот, распрямил плечи и выдвинул впереди себя скромный букетик белых цветов.

– Это мне, Витусик?! – раздалось рядом с ним с другой стороны. – Какой же ты молодец!

Его тщательно выбритая щека ощутила запах чужих женских губ.

Аллочка пахла по-другому, ее дорогостоящий парфюм он мог различить из тысячи. А ее нежные пухлые губки, до которых она позволила дотронуться вчера Цыпленкову, целовались совершенно иначе. И эти объятия – Цыпленков ощутил весомую тяжесть на своей шее – вовсе не ее объятия!

– Долго ждал, милый? – продолжала прыгать возле него роскошная блондинка в кожаном плаще, с непокрытой головой и грудью четвертого размера, которая норовила вывалиться из глубокого выреза плаща.

У Аллочки был нулевой размер. Цыпленков с ужасом отметил, что не может оторвать взгляд от этого коварного выреза. Оказывается, ничто мужское ему не чуждо! И это стыдно, как бы сказала его мама. Он попытался поднять глаза на блондинку, но не смог. Еще секунду он полюбуется этим откровением и объяснит блондинке, что она ошиблась. Он не тот Витусик, за которого она его принимает. Тот с гвоздиками, возможно, ходит где-то поблизости. Таких идиотов, то есть влюбленных, у памятника великому композитору Чайковскому сегодняшним вечером полным-полно. Последнее, о чем подумал Виталик Цыпленков, было огромное «спасибо» местным электрикам за полное погружение во тьму главной городской достопримечательности, возле которой традиционно назначали встречи влюбленные. Видимо, роскошная блондинка ошиблась и немного повисела на хилой шее долговязого Цыпленкова.

– Что это значит, Цыпа?!

С противоположной стороны улицы прибежала запыхавшаяся Аллочка, ее рыжий шарф поник и часто затрепыхался в области живота. «Она неправильно дышит!» – диагностировал свою невесту Виталик и кисло улыбнулся. Сейчас он все объяснит Аллочке, блондинка извинится и оставит его в покое.

– Какой такой Цыпа?! – возмутилась роскошная блондинка и поперла на Аллочку. – Если у моего жениха фамилия Цыпленков, то это вовсе не значит, что его можно называть безмозглой курицей! Да может быть, я замуж за него выхожу только из-за его фамилии! Да может быть, я всю жизнь мечтала стать Эммануэль Цыпленковой! Да может быть…

– Виталий! – пискнула Аллочка в отчаянии. – Это что еще такое?!

Оторопевший кавалер не нашел вразумительных слов и принялся мычать в ответ нечто несуразное. Свет светом, но тусклый фонарь, под которым они стоят втроем, ясно позволяет видеть, что Цыпленков вовсе не тот мачо, к которому должна спешить такая роскошная блондинка.

– И нечего ему на улице мерзнуть, – заявила блондинка, хватая Цыпленкова под руку. – Он в пять лет скарлатиной переболел, а в три года – краснухой!

– Цыпа, – простонала Аллочка, – какая скарлатина?!

– Да, – подтвердил Виталик, – в пять лет болел. И в три года.

– А недавно он перенес ангину! – нагло заявила блондинка, чем выбила из колеи Аллочку.

– Действительно, – недоверчиво ухмыльнулся Цыпленков и пошел за блондинкой, – перенес.

– Ему еще сделали анализ на скарлатину, – бросила Аллочке блондинка, уводящая в темноту Виталика. – Но на этот раз диагноз не подтвердился.

– Да, – радостно кивнул тот, – не подтвердился.

– А еще у него родинка в неприличном месте!

Последний аргумент поверг Аллочку в шок. Цыпленков ей изменял! Пока она строила из себя недотрогу, он развлекался с наглой блондинкой. И та уже называет себя его невестой, а он подтверждает каждое ее слово.

Аллочка поглядела вслед исчезающим фигурам и разрыдалась от обиды.

Глава 1. Санитары добрачных отношений

– Так, – поднимая к потолку огромные синие глаза, перечисляла роскошная блондинка, – сто рублей медсестре за регистрационную карту пациента. Она не кочевряжилась, девчонки в регистратуре мало получают. Про родинку мама Виталика сообщила совершенно бескорыстно. Самое смешное, что она забыла, на каком именно неприличном месте она у него находится. Последний раз мама видела сына голышом в три года, когда его купала. После этого возраста его купал исключительно отец, но он в нашем деле никакого участия не принимал. Но Цыпленков с невестой на это даже не обратили внимания. Так, три тысячи пятьдесят рублей за новое платье, плащ мне уже оплачен… Хм, Цыпленков обошелся в сущие пустяки.

– Да, – согласилась с ней Марианна, внося расходы в толстую тетрадь. – Всего ничего. Явная прибыль. Если и следующее дело будет таким же прибыльным, получите с Матвеем премию.

Марианна захлопнула тетрадь и поставила на журнальный столик бутылку французского коньяка. Они всегда отмечали удачно выполненное задание. За последнее время таких удачных заданий для антибрачного агентства «Подножка Купидону» было ровно три, для кого-то роковое число, но для сотрудников агентства лишь удачное начало совместной трудовой деятельности.

Собственно, сотрудников было тоже трое: роскошная блондинка Светлана Соболева, роковой брюнет Матвей Жигунов и раскрасавица Марианна Томилина, которая являлась директором антибрачной конторы. Ей-то и пришла в умную голову великолепная мысль о незанятой нише на рынке брачных отношений. Безусловно, толчком послужила измена бывшего мужа, бизнесмена Арсения Миловидова, который не только бросил ее без средств к существованию, но и обвинил в никчемности этого самого существования.

В последнем он был прав. Марианна познакомилась с Арсением в парикмахерской, где стригла и брила мужские головы. Одна из них показалась ей вполне подходящей для замужества, о ее содержимом на тот момент она не задумывалась. После оформления брачных отношений Арсений заявил, что его жена не может стричь и брить чужие мужские головы, и потребовал ее немедленного увольнения с работы. Томилину провожали со слезами на глазах, в коллективе ее любили и ценили как хорошего специалиста. И обещали, что как только она передумает, ее сразу же возьмут обратно.

После развода возвращаться обратно не хотелось. Марианна за шесть лет привыкла к обеспеченной жизни с соляриями по утрам и выходами в свет ночами. Кроме того, она призналась самой себе, что навыки парикмахерского искусства подзабыты, девчонки уже давно стали называться не парикмахершами, а стилистами, и ей ничего не остается делать, как задуматься над тем, куда можно податься тридцатилетней женщине.

Оценив по достоинству свои возможности, а проще говоря, покрутившись перед двухметровым зеркалом в спальне (Миловидов, следует отдать ему должное, забрав все, оставил Марианне жилплощадь с мебелью), она решила, что ставить крест на своей личной жизни еще рано. Что не все мужики увлекаются, как ее бывший муж, исключительно восемнадцатилетними вертихвостками.

Но, как выяснилось методом проб и ошибок, вертихвостами оказались сами мужики. И Марианна поставила на своей личной жизни крест. Можно было бы, конечно, твердить себе, что не нашла она еще свою половинку, что есть где-то в обозримом будущем тот, кто станет единственным в ее жизни. Марианна все это проходила. И, хоть повторение – мать учения, повторяться не собиралась.

Она направила все силы на практичную сторону своей жизни, то есть трудовую деятельность. Но трудиться страсть как не хотелось. Марианна представить не могла, как она встает ранним утром и отправляется на работу, где просиживает весь день, и только под вечер попадает домой. Но ничего другого, кроме монотонного труда секретарем или оператором, не оставалось. Несколько недель, пока у нее были деньги, Марианна потратила на изучение биржи труда. Ничего из предложенных вариантов ее не устраивало.

А когда наличные закончились, ей позвонила старая приятельница ее мамы Роза Игоревна Ковалевская, которая была известна в узких кругах как сваха, и предложила одно странное дельце. Ссылаясь на то, что никто не застрахован от ошибок, Роза Игоревна поведала жалостливую историю об обманутом мальчике, которого (к сожалению, с ее помощью) окрутила двуличная особа. И попросила Марианну посодействовать. Та вначале не поняла, в чем должно было заключаться это содействие. Но когда до нее дошло, то основательно задумалась над вопросами этики. Впрочем, тот факт, что двуличной особе оказалось восемнадцать лет, заставил Марианну наплевать на этику и совесть.

Ее дебютом стал выход в сквер к памятнику великому композитору и мастерски разыгранная сцена, сценарий которой накануне повторила Светлана Соболева. Гонорар, полученный за содействие, заставил Марианну еще раз задуматься о своих возможностях. Она вернулась в парикмахерскую, но не с просьбой о работе, а с предложением к бывшей коллеге Светлане перейти в ее открывающуюся фирму, дающую широкие перспективы и солидные гонорары за творческую деятельность. Светлана, которой до чертиков надоело стричь мужские головы, чаще всего оказывающиеся женатыми, сразу согласилась на предложенную авантюру. А также привела к Марианне своего двоюродного брата Матвея.

Чем руководствовался Матвей, собираясь мстить женщинам таким изощренным способом, они не знали, но намеревались узнать в процессе трудовой деятельности. И она началась…

– За любовь! – Матвей поднял рюмку и с издевкой сказал свой привычный тост.

Марианна хмыкнула, но согласилась. Она боялась отпугнуть полного загадок Матвея Жигунова неосторожным словом или жестом. Они сработались, и сейчас это главное. Хочется ей пить за любовь или не хочется – последнее дело. Она выпьет. Ведь была же и в ее жизни любовь! Впрочем, нет. Была иллюзия любви. Как ни прискорбно, Арсения Марианна не любила. Во всяком случае, она к нему хорошо относилась, а это не так уж и мало. Возможно, ей не дано узнать, что такое любовь. Так что лучше она не будет гневить судьбу и пугать Матвея.

– За любовь, – согласилась Светлана и засмеялась. – Марианночка, Цыпа в меня втрескался! Мы с ним полночи таскались по безлюдным улицам, он читал мне стихи! Мотя, ты когда-нибудь читал незнакомке стихи?!

Матвей скривился, как показалось девушкам, от неприятных воспоминаний. На «Мотю» он реагировал совершенно спокойно.

– А Цыпленков мне читал, – продолжила Светлана, наливая себе коньяка. – И больше никто не читал мне стихов, кроме него… У него, у этого Виталика, широкая душа…

– Куда ты плюнула без зазрения совести, – заметил Матвей.

– Спокойно, мальчики и девочки, – Марианна отобрала у Светланы коньяк, – личные отношения с клиентами и их подопечными категорически запрещены! Как у врачей-психотерапевтов.

– Цыпленков тоже врач, – не унималась Светлана, – терапевт. Нужно ввести время давности, после которого можно встречаться с подопечными, к примеру, месяцев девять. Я бы сходила к терапевту Цыпленкову на прием.

– А вы только по улицам с ним ходили? – испугалась Марианна. – Целовались?!

– Только один раз, – призналась, потупив синие большие глаза, Соболева. – Так же полагается, молодой человек проводил девушку до дома, а та в знак благодарности…

– Ты показала ему, где живешь?! – всплеснула руками Томилина.

– Еще чего, – передернула плечами та, – ничего я ему не показывала. Она поправила роскошный бюст. – Как ты и говорила, привела его к дому Розы Игоревны, нажала код на двери и скрылась. Перед этим он меня поцеловал.

– Бедная старушка, теперь под ее окнами терапевт Цыпленков запоет серенады! – мерзко хихикнул Жигунов и, взяв у Марианны бутылку, наполнил рюмки. – За Светку!

– Правильно, – серьезно сказала Марианна, – за нее, как отличного специалиста нашей фирмы. Светлана блестяще провела операцию. Следующий ход за тобой, Матвей. Очень ответственный клиент, такие приличные деньги, милая влюбленная дурочка.

– А он?! – с неподдельным интересом поинтересовалась Светлана.

– Он еще тот негодяй и прощелыга.

И Марианна углубилась в подробности, которые всегда озвучивала для всех. Мало ли как подопечная Матвея встретит его со Светланой, та должна будет сразу правильно среагировать, найти, что сказать, с помощью чего выкрутиться. Или наоборот, встретит Цыпленков Соболеву с Матвеем, тот должен представиться ее бывшим мужем. Не то терапевт вернется с посыпанной пеплом головой к бывшей невесте, свадьба с которой благодаря Светлане расстроилась. А так у них будет время закрепить полученный результат. Хотя мама Цыпленкова осталась довольна, Аллочки не стало видно в их доме.

Следующее дело обещало быть простым, как таблица умножения. Студентка экономического факультета института управления Маша Могилева была всем хороша, за исключением одного – ей не повезло с родителями. То есть формально ей очень повезло. Ее родители были людьми вполне обеспеченными для того, чтобы отправить учить дочку в Англию, но они не сделали этого из эгоистичных соображений, не в силах отпустить от себя единственное чадо. Неожиданно для родителей это чадо нашло нечто для них неудобоваримое: жениха. И что самое страшное, жених оказался тем еще типом! Да окажись он хоть тем, хоть этим, им бы все равно не понравилось его общение с их дочерью. И они решили это самое общение резко ограничить. Роза Игоревна взялась посодействовать в этом деле и позвонила Марианне.

Той требовался необходимый набор знаний о клиентах и немного времени для составления четкого плана действий. Знания уже отягощали ее ноутбук, оставался только план, который требовалось разрабатывать на трезвую голову. К тому же между делами следовало делать дневной перерыв, иначе круговерть ссор и выяснений отношений между клиентами могла сказаться на психическом здоровье сотрудников «Подножки Купидону». После введения в курс дела Марианна отпустила парочку по домам, а сама собралась подумать о предстоящем деле в полной тишине.

Ей всегда лучше думалось ночью, когда в окно спальни робко заглядывали мерцающие звезды, а лунная дорожка указывала кратчайший путь к решению проблемы. Но сегодня этот вариант не годился. Нет, безусловно, спать она собиралась, в постель легла, штору заблаговременно откинула. Но тяжелые мрачные тучи не позволили любоваться мерцающими звездами. И Марианне пришлось забыть про лунные подсказки и прочую дребедень, свойственную для романтических девиц. Она вышла из этой розовой полосы жизни.

Марианна соскочила с постели, плотно зашторила окно и села в кресло, укутавшись пледом. И мысли полились в ее светлой голове бурным потоком.

«Итак, определяем задачи, – думала она. – В принципе задача только одна: студентка должна расстаться со своим женихом. Не просто расстаться, а так, чтобы тот никогда не вздумал к ней вернуться. Девица из обеспеченной семьи, следовательно, есть только два варианта: жених-жиголо или полный идиот». В любовь Марианна Томилина не верила, но другим позволяла тешиться радужными представлениями. «С жиголо будет проще разобраться, родители девицы готовы дать отступные. Но если нам попадется идиот, то придется поработать. Впрочем, все идиоты – ревнивцы. И это станет нашим главным стратегическим ударом».

Марианна обладала писательским складом ума: она представляла картинки, которые тут же описывала на бумаге. Первый вариант плана был прост до безобразия: родители сообщают жениху о том, что в случае их свадьбы лишают дочь наследства, и тот, соответственно, покидал дочь с круглой суммой в кармане. Второй вариант был еще проще: Матвей соблазнял студентку, завоевывая ее сердце постепенно. На это требовалось время. Если эта дурочка влюблена в жиголо, то повозиться придется основательно. Хотя, тут Марианна усмехнулась, мало кто из девиц, находящихся в здравом уме и твердой памяти, откажется от ухаживаний такого кавалера, как Жигунов. Высокий, коренастый (каждое утро Матвей посещал спортзал), холеный, утонченный и на вид до безумия романтичный, он мог обольстить любую девчонку. А то, что он участвовал в показах местных модельеров в качестве модели, прибавляло ему шарма и загадочности.

Так что наивной, доверчивой девчонке непременно придется попасть в его сети и забыть своего жениха. Это такая серьезная дама, как Марианна Томилина, никогда не купилась бы на смазливую внешность воздыхателя и не поверила бы ни единому его слову. Она вздохнула и включила ночник, рядом с которым на круглом столике лежала толстая тетрадь с ручкой, и принялась записывать.

Уже завтра, пока ребята отдыхают, ей следует самой проследить за подопечными и сделать далеко идущие выводы. Вряд ли они станут противоречить нынешним, но лишний раз убедиться в том, что она права, нужно. Мало ли что. Марианна не может допустить ни одного промаха, от этого зависит благополучие фирмы, ее самой, а она, как сказочный Маленький Принц, в ответе за тех, кого приручила, позвала работать к себе, сорвав с насиженных мест. Марианна в ответе за Светлану с Матвеем, а они – за нее. Выходит, у них круговая порука, как в какой-то банде?

Нет, ничем противозаконным они не занимаются. Расстраивать чужие свадьбы, безусловно, с одной стороны, аморально, но если поглядеть на проблему глубже, то получается, что они эдакие санитары добрачных отношений. Если мужчина искренне любит женщину, то он ни за что не клюнет на роскошную блондинку. И наоборот, если девица любит жениха, то она никогда не примет ухаживаний рокового брюнета модельной внешности. Но мир мужчин и женщин казался Марианне несовершенным: все они клевали и принимали. Так уж лучше заранее, чтобы потом не страдали дети, разрушить эти ветряные мельницы, построенные мнимыми влюбленными. Уж лучше сейчас, чем через шесть лет оказаться у разбитого корыта без средств к существованию и надежд на будущее. Как хорошо, что у них с Миловидовым не было детей!

Быстрым неровным почерком Марианна записала все свои мысли и планы, выключила ночник и отправилась в постель.

Светлане Соболевой не везло с мужчинами. Нет, они вились возле нее, как хотелось бы сказать – стайками, но, увы. Они вились возле нее стаями стервятников, дожидаясь подходящего момента, чтобы схватить добычу, растерзать ее и улететь обратно в свое гнездо. Все без исключения кавалеры оказывались женатыми. Словно холостяки, кем-то предупрежденные, обходили эту роскошную женщину стороной. Светлана пыталась снять с себя «венец безбрачия», выкинув на ясновидящих и гадалок значительные суммы денег, но все безрезультатно.

Мысль о том, что с ней что-то не так, не давала ей покоя. Всякий приходящий в салон-парикмахерскую мужчина обращал внимание на красавицу-блондинку, но только женатые заигрывали, требовали номеров телефонов и встреч. Это был ее рок. И соблазн – среди женатых мужчин оказывались такие привлекательные кадры, что Светлана соглашалась на встречи, после которых в очередной раз убеждалась, что все мужики, липнущие к ней, – сволочи.

Настоящим спасением, рывком из замкнутого круга стал приход Марианны и ее предложение о совместной работе. Можно было больше не ходить в опостылевшую из-за коварных мужчин парикмахерскую и заняться чем-то более интересным. Кокетничать и охмурять Светлана любила, к тому же теперь она могла на деле применять свои актерские способности, в школе она с удовольствием посещала драмкружок, и ей прочили блестящую артистическую карьеру.

Томилина объяснила Светлане, что с ее внешними данными на предложенной работе требовалось быть завуалированной стервой. И Светлана старалась соответствовать. Быть стервой в первую очередь означало ни в коем случае не влюбляться в подопечного, не давать ему свой номер телефона, не соглашаться на встречи и свидания. А в случае удачного финала исчезать с его горизонта, как заходящее солнце.

– Ласточка! – так назвал ее Цыпленков, расставаясь у дверей подъезда Розы Игоревны. – Мы еще встретимся? – И его долговязое тело замерло в напряженном ожидании.

– Встретимся, Виталик, обязательно встретимся! – пообещала Светлана и упорхнула в спасительный подъезд.

Этот большой наивный ребенок поверил ей во всем. В том, что она его действительно перепутала со своим Виталиком, который тоже недавно переболел ангиной. И не ее вовсе был Виталик, а так, один случайный знакомый, с которым она и на встречу-то идти не собиралась, но внутренний голос ей как бы говорил, что встреча будет судьбоносной. Но она пошла и так удачно обозналась.

Цыпленков весь вечер и полночи читал ей стихи, требовал ответа на свой вопрос: «А верит ли она в любовь с первого взгляда?» – и сверлил ее таким откровенным взглядом, что Светлана руку бы дала на отсечение, что он женат. Но она знала, что только что расстроила его свадьбу с Аллочкой. Да, она повела себя как настоящая стерва, как и учила Марианна. Конечно, Цыпу жалко, но она должна перешагнуть через эту жалость и идти своим путем мщения мужчинам. Да, она народная мстительница!

Светка Соболева отомстит за всех женщин, которых обманули женатики! Но отомстит-то она холостякам? Ничего подобного! Их агентство занимается исключительно добрачными отношениями, то есть когда дело уже доходит до брака, а следовательно, мужики стоят в шаге от того, чтобы стать женатыми. Им-то она и отомстит. Их невестам не стоит на нее обижаться. Как говорится, мужик с воза, бабе легче. Раз уж они увлекаются Светой на стадии «шаг до загса», то нечего им вообще делать в этом святом для каждой женщины месте!

Марианна учила, что нужно держать свои чувства в кулачке и прятать их от посторонних глаз.

Светлана улыбнулась, она еще немного подумает о терапевте Цыпленкове и забудет о нем навсегда! Вот только почему судьба не посылала ей таких Цыпленковых в парикмахерскую?! Впрочем, они были, но на встречи с ней не напрашивались. Нет, Виталик явно не мужчина ее романа. Ей пока не до мужчин. Светлана заработает в «Подножке Купидону» достаточно денег, обзаведется шикарным автомобилем, многометровой квартирой, норковой шубой и окажется на более высокой ступеньке общественной лестницы. А оттуда, сверху, ей станет все гораздо виднее. И мужчины будут как на ладони.

Что она для них сейчас? Смазливая блондинка, перебивающаяся с хлеба на воду. Ах да, Марианна сегодня ей хорошо заплатила, и она может позволить себе дорогой парфюм. Цыпленков и тот, вдыхая аромат ее духов, скривил нос. Еще она позволит себе ресторан, куда позовет приятельниц из парикмахерской. Конечно, Марианна этого не одобрит, но Светлане все равно, это уже ее личная жизнь. Тем более так хочется похвастаться перед девчонками своим внешним видом и достатком, что сил терпеть уже нет!

Так что же она для мужчин? Вещь! Вот в этом они и видят ее предназначение. Мужчины ведут себя с ней как шаловливые дети – позабавятся и бросают. Цыпленков, нужно себе признаться, не исключение. Ведь повелся же он на ее роскошный бюст! Светлана видела, как загорелись его глаза. Бедная, бедная Аллочка со своим нулевым размером! Все! Больше никаких хороших мыслей о Цыпленкове. Он такой же, как и все мужчины, даром что читал ей стихи про любовь.

– Я встретил Вас, – как назло, выплыл из закутков памяти его дрожащий голос, – и все былое…

Светлана отмахнулась от наваждения и вставила ключ в замочную скважину ободранной двери однокомнатной квартирки в малогабаритной хрущевке. Да, квартирой ей еще долго не похвастаться. Хотя, кто знает, вдруг Марианна найдет состоятельного клиента? К примеру, почему бы им не разрушить намечающуюся свадьбу одной суперзвезды? Легко! Всем известно, творческие люди – увлекающиеся натуры.

Светлана бросила ключи в коридоре перед небольшим зеркалом и заглянула в него. Да, она сможет увлечь. Она станет стервой и влюбит в себя кого угодно.

Ее мысли перебил пронзительный звонок телефона.

– Куколка, – раздался бархатный голос последнего женатика, закрутившего ее легкомысленную голову. Последнего не в том смысле, что они уже все истреблены в этом мире. Последнего потому, что Светлана решила прекратить с женатиками всяческие отношения. – Ты дома, так я приеду?

– Ни в коем случае, – зловеще прошептала Светлана. Скольких сил стоил ей этот зловещий шепот! – У меня дома муж!