Романтика случайных связей
- -
- 100%
- +
Там вкусно пахло борщом и компотом, за столиками уже расселись обычные едоки. Лера с Сережкиной пристроились у окна. Девушка отметила удачное положение их столика – в случае натянутости разговора можно будет побеседовать о погоде. А солнце светило изо всех сил, словно подыгрывало Лере. Как она и ожидала, Сережкина взяла себе морковный салат. Лера протянула руку в сторону картошки с котлетой, о которой мечтала полдня, но рука предательски отклонилась в сторону диетических макарон собственного производства. С обезжиренным сыром. Вместо котлеты. Этого простить себе Лера не смогла. Она надулась на макароны, как мышь на крупу.
– Добрый день, девочки! – раздалось у ее уха.
Лера повернулась в сторону голоса и увидела незнакомца с подносом.
– Все места заняты, – извинялся он, – не примете ли меня в свой дружный коллектив?
– С удовольствием, – заявила Сережкина и умяла свой салат за пару секунд.
Парень сел и принялся выставлять с подноса тарелки с нормальной человеческой едой. С котлетами и картошкой.
– Теперь вы будете работать у нас? – Сережкина подставила кулаки под щеки и уперлась внимательным взглядом в парня. Так она обычно смотрела в документы.
Лере показалось, что сейчас она потребует у того паспорт, чтобы тщательно изучить почерк работников УВД. Но парень не смутился, стойко выдержал вопрошающий взгляд, подставил ближе к себе картошку с котлетой и принялся есть.
– Директор говорил, что вы очень ценный работник, способный поднять наше производство на более высокий уровень, – продолжала Сережкина. – Он говорил, что вы – не кадр, а клад.
– Он преувеличил, – сказал парень после того, как прожевал. «Воспитанный», – отметила про себя Лера. – Я приехал, чтобы познакомить работников предприятия с новыми передовыми технологиями. Вот и все. А поднимать производство на более высокий уровень придется вам самим. Если мои наработки придутся по душе вашему руководству. Кстати, с вами, Нина Альбертовна, я знаком. А как зовут вашу подругу?
– Я не подруга, – испугалась Лера. Еще подумает, что они с ней одного возраста, а ее начальнице было уже за тридцать. – Я младше. – Поняв, что сказала глупость, кокетливо исправилась: – Валерия Морозова.
– Владислав Кудрин, можно просто Влад, – улыбнулся парень и снова занялся питанием.
– И долго ли вы, Влад, – снова встряла Сережкина, силясь продолжить разговор с понравившимся ей мужчиной, – занимались разработкой новой линии по производству макарон?
– Нет, – махнул рукой Влад, – у нас же целое конструкторское бюро. Занимаемся всем, чем придется, – и он снова улыбнулся Лере. – Такое время. Делаем даже макаронные линии.
Лера улыбнулась ему в ответ.
– А надолго ли вы к нам приехали? – продолжала допрос Сережкина, щурясь близорукими глазами. Очки, чтобы не портили ее внешний вид, она успела быстро снять. Хотя о каком внешнем виде может идти речь у женщины пятьдесят шестого размера? Даже сравнительно молодой.
«Ляльке нужно худеть, – подумала Лера, глядя на начальницу. – Если ее разнесет так же, то мужчины начнут ее игнорировать и общаться только со мной. И тогда нашей дружбе конец». Она еще раз вежливо улыбнулась Владу и собралась уходить. Сережкина покидать стол не спешила, так что Лера вернулась в кабинет одна.
Вот еще один тип, которому она понравилась с первого взгляда. Конечно, ничего такого он ей не говорил, но она понимает мужчин и без слов. Она знает, когда нравится. Лера села и задумалась. Роман с командировочным представителем какого-то московского конструкторского бюро ей совершенно ни к чему. Даже если он и занимается разработкой производственной линии для их фабрики. Позанимается и уедет, а ей оставаться здесь и выслушивать все, что о ней начнут злословить. Возможно, она переоценила свои способности, и парень ею совершенно не заинтересовался. Он вежливый, воспитанный, вот и улыбался ей. Но почему-то только ей, а не Сережкиной.
– Ты не думай, что он тобой заинтересовался, – заявила Сережкина, когда через десять минут вернулась. – Он мной увлекся. Еще на утренней планерке, когда директор его представлял. Я чувствую, когда мной интересуется мужчина.
– Мне все равно, – весело ответила Лера, которой действительно стало смешно оттого, что все женщины, в том числе и она сама, считают себя провидицами. – Он не в моем вкусе.
– Ой ли, – заметила Сережкина, – высокий, стройный, интеллигентный брюнет не в ее вкусе.
Лера пожала плечами. Что в этом случае можно ответить? Что она терпеть не может высоких и стройных и ей нравятся низенькие, толстые и кривоногие? Влад симпатичный, чего уж тут юлить. Но ее он не зацепил. Если между ними ничего не произойдет, Лера прекрасно переживет. Не в первый раз. У нее уже был один командировочный, который сбежал от нее на следующий день после того, как она достала из шкафа и примерила мамину фату. Молодая была и глупая, сегодня она не такая. Но это ничего не меняет, командировочные мужчины ей не нужны.
Влад Кудрин думал совершенно иначе. Ему понравилась молчаливая, не лезшая к нему с вопросами, симпатичная девушка. Эдакая провинциалочка, о которых все время твердит его дед, сам в молодости привезший жену из Таджикистана. Так далеко Влад не ездил, но провинцию уважал. Все москвичи – бывшие провинциалы, это вопрос лишь времени и денег. Лера понравилась Владу настолько, что он решил дождаться завершения рабочего дня и пригласить ее куда-нибудь. Куда можно пригласить девушку в небольшом городке? В гостиничный ресторан, о котором вполне прилично отзывались его коллеги. Не воспримет ли она поход в ресторан как нечто обязывающее ее к дальнейшему продолжению отношений? Провинциалки – натуры сложные. Влад расхаживал из стороны в сторону возле проходной фабрики, когда появилась Валерия. Издали она показалась ему еще привлекательней. В облегающем розовом пальто, с распущенными по плечам светлыми волосами, она была похожа на фею из детской сказки. Во всяком случае, Влад искренне считал, что в сказках должны быть именно такие феи.
– Валерия! – окрикнул он ее и пошел навстречу.
Сейчас она улыбнется, поблагодарит его за то, что он все-таки дождался, и кинется ему на шею. Ничего подобного не произошло. Валерия недоуменно подняла вверх тонкие ниточки бровей:
– Вы меня звали? У вас остались вопросы по поводу производственного процесса? Но в этом случае лучше обратиться к Нине Альбертовне, она как раз сейчас за мной идет. – За ней действительно показалась медленно плывущее создание под фамилией Сережкина. – Нина Альбертовна, – обернулась к ней Лера, – вот у Влада возникли производственные вопросы. Он хочет с вами посоветоваться!
Такого коварства Кудрин не ждал. Мало того что эта очкастая фурия испортила ему весь обед, так она намеревается испортить ему и вечер?! Он сделал шаг назад. Но Сережкина, несмотря на свою внешнюю тяжеловесность, ловко прыгнула к нему и зацепилась пухлой рукой за рукав.
– Как здорово, что вы, Влад, меня все-таки дождались! Вы правильно сделали, никто лучше меня не расскажет вам о производственном процессе! – И она увлекла Кудрина с собой, в противоположную от Валерии сторону.
Кудрин пару раз обернулся, чтобы поймать на себе взгляд коварной провинциалки, поступившей с ним так жестоко. Но она мерно отбивала своими шпильками асфальт и не думала оборачиваться. Она куда-то спешила. «На свидание торопится, – подумал Кудрин, совершенно сникнув в руках Сережкиной. – У такой девчонки наверняка куча парней. Куда я лезу?»
Лера спешила не на свидание. И парней у нее не было. Каким бы странным это ни показалось, но привлекательным на первый взгляд девушкам очень трудно удержать парня возле себя. Для этого нужно обладать большим, чем привлекательность, качеством. Хотя бы чувством юмора. Или иметь с парнем общие интересы. Отсутствием чувства юмора Лера не страдала, но анекдоты рассказывать не умела. Она была из тех девиц, которых нужно было развлекать, а современные мужчины утруждать себя этим занятием не любили. В чем-то Лера не утруждала себя сама, в чем-то была слишком категорична, оттого и дожила до сегодняшней поры одинокой старой девой. Так считала ее мама и отчасти была права. Но, беря в расчет ее мнение, Лера не собиралась кидаться на шею первому встречному, обратившему на нее свое внимание. Она не хотела остаться на всю жизнь одной, но и воспитывать ребенка, рассказывая ему байки про папу, отважного летчика, погибшего на просторах Арктики, тоже не собиралась.
– Ты представляешь, Лерочка, – у подъезда к ней кинулась соседка Капустина, – как прошлый раз та зараза у меня все пирожки сожрала, пришла в мой дом беда! Видно, сглазили меня люди недобрые. На днях кошелек вытащили на рынке, вчера швабру сперли от двери. Ты угощайся, угощайся пирожками, пока я тебе про свои беды буду рассказывать. Бери, не стесняйся. Тебе нужно поправляться, худющая ты какая. Как та модель на вокзале, что все мои пирожки сожрала. – Соседка сунула Лере пирожок и продолжила: – Сегодня, когда обнаружила утрату, – «это она про швабру», – догадалась Лера, – пошла искать. И что, ты думаешь, я нашла?!
– Что?! – Лера сразу поняла, куда соседка клонит.
– Потайной ход на нашу помойку! Кто-то лазает через него по ночам и таскает наши продукты!
– Отбросы. Тамара Александровна, наши отбросы. Мы же не выбрасываем нормальные продукты.
– Мы-то нет. Но в нашем доме завелся тайный миллионер. – И она, словно фокусник, выудила банку Лялькиной селедки. – Кто-то продукты выбросил! И они, эти недобрые люди, сглазившие меня, лазают по ночам их воровать. Нужно засыпать эту лазейку и отрезать миллионера от подземного мира. Кого он прикармливает? А?! Завтра же схожу в домоуправление и напишу заявку, чтобы засыпали лаз.
Лере пришлось ей покивать, чтобы соседка не поняла ее заинтересованности. А в том, чтобы узнать, куда все-таки ведет этот лаз, Лера была заинтересована. Что еще оставалось делать? Сериалы смотреть по вечерам. А от наших жилищных служб обещанного три года нужно ждать. Засыпят они лаз, как же.
Глава 2
Копать – наша местная традиция
Ольга тем временем не теряла ни минуты. Вместо кладбища она отправилась в городскую библиотеку, на полках которой можно было найти все, что было угодно душе: от бородатых классиков до современных авторов. Ей было нужно нечто среднее – современный классик местного значения. Она вошла в читальный зал и огляделась. Кроме двух очкастых девиц, за столами больше никого не было. Тишина стояла такая же, как и на кладбище, что обрадовало Ляльку. Если начальница завтра спросит, как прошла церемония, то она смело может ответить: тихо и спокойно. Из-за книжной стойки показалась прилизанная голова библиотекарши, недовольной тем, что ее потревожили. Лялька перегнулась через стойку и прочитала заголовок на обложке книги, которую та внимательно и с интересом читала, – «Утонувшая в море страсти». Библиотекарша увлекалась дамскими романами. Это вселяло надежду на то, что другая литература ее интересовала мало.
– У вас есть книга краеведа Шульгина «Родными тропинками»?
– Конечно есть, – недовольно буркнула библиотекарша, – но из читального зала ее выносить нельзя. Она в единственном экземпляре. Без паспорта не дам, – заявила она довольным голосом, надеясь на то, что залетная читательница не носит с собой документов.
Лялька усмехнулась и выложила на стойку свой паспорт, свидетельство о рождении и водительские права. Она еще со школьных времен знала, что такое эти читальные залы. Правда, была в них всего пару раз. Но этого вполне хватило на то, чтобы оставить в ее душе горький осадок, отторгающий любую книгу, взятую в руки. Библиотекарша раскрыла паспорт, долго сверяла физиономии на фотокарточке и наяву, но придраться оказалось не к чему. Лялька везде была одинаково круглолицей и рыжеволосой. Она улыбнулась вредной тетке, и та медленно, с важностью, свойственной только библиотекарям, поплыла к книжным стеллажам.
Когда «родные тропинки» оказались в ее полном распоряжении, Ляля устроилась подальше от очкастых девиц, сдирающих материал для своих курсовых работ, и погрузилась в… Нет, не в чтение. Хоть она забыла еще не все буквы, Ляля погрузилась в разглядывание старых фотокарточек, которыми автор сдобрил свое произведение. На всякий случай она еще пару раз огляделась. Обстановка казалась ей совершенно благополучной: девицы списывали, библиотекарша читала. Никто не мог заподозрить ее в том, что она пришла сюда для того, чтобы отыскать фотографию входа в подземный лабиринт. А ведь именно Шульгин, царствие ему небесное, утверждал, что под их городом прорыт подземный ход, соединяющий собор с бедными городскими окраинами. Он даже (это место Ляля нашла в книге) писал о том, что нашел среди монашеских бумаг схему хода и сфотографировал ее. Изображение на бледной фотокарточке было размыто и мало о чем говорило. Но Лялька точно знала – она на верном пути. Оставалось вырвать листок и спрятать его в карман. Но в кладбищенской тишине библиотеки сделать это было практически невозможно. Она заметила, что в зале есть ксерокс. Придется делать копию этой размытой фотографии, не надеясь что-то на ней разглядеть. Интересно, вредная тетка согласится сделать копию или начнет выделываться? Экземпляр-то единственный. Ляля полистала книгу, поискала в ней еще какие-либо сведения о подземном ходе. Но ничего больше не нашла. Писатель, рассказав любопытным немного про ход, повел их дальше по лесным тропинкам в глубь родного края.
Другого выхода не оставалось, как идти на поклон к библиотекарше и просить ее сделать ксерокопию нужной страницы. Пока Лялька раздумывала, что лучше сделать ксерокопию всей книги, чтобы та не заподозрила ее меркантильных намерений и конкретной заинтересованности в подземных лабиринтах. Но на это не хватало ни времени, ни денег. Сидеть с этой книгой весь вечер не входило в ее планы. В этот миг дверь с шумом распахнулась, и на пороге читального зала показался странный молодой человек. Его возбужденное поведение насторожило Ляльку. Круглые глаза, темный ежик на голове, джинсовый костюм – парень ничем не отличался от местных придурков. Но ее так просто не проведешь. Они в библиотеку не ходили! Он был не здешний и интересовался тем же, чем и она!
– У вас есть книга Сульгина?! – накинулся тип на библиотекаршу.
Та окатила его леденящим душу взглядом и брезгливо поправила. Лялька обрадовалась: она оказалась права – никто из местных не перепутал бы фамилию их великого краеведа! Но радость тут же угасла, когда она заметила на себе указующий перст библиотекарши.
– Она у этой девушки на руках, – заявила та, – ждите, пока единственный экземпляр освободится!
Лялька похолодела. Тип интересуется ее родными тропинками! Зачем они ему?! Неужели и он знает о том, что подземный ход ведет к сокровищам?! Лялька онемела от ужаса. Конкуренты в этом деле ей были не нужны. Возможно, сокровищ было много, а если нет? Если ей одной ни на что не хватит? А если делать все по закону, то ей вообще достанется только четвертая часть, которой она делиться ни с кем не собирается! Лялька вымученно улыбнулась парню и сделала вид, что погрузилась в чтение. Пусть ждет до закрытия зала. Ничего, она в состоянии пожертвовать свободным вечером, делать все равно нечего, дома ее никто не ждет, кроме огурца и кефира.
Парень скинул рюкзак, оказавшийся у него за плечами, и пошел усаживаться поближе к девицам. Те дружно бросили переписывать и уставились на него, как две преданные собаки. Он тотчас воспользовался тем, что на него обратили внимание, и принялся рассказывать анекдот. Девицы весело захихикали, Лялька нахмурилась, делая вид, что те ей очень мешают читать книгу про родную землю. Библиотекарша оторвалась от дамского романа и поплыла к нарушителям тишины.
Другого шанса могло и не быть. Пока та знакомила их с правилами поведения в читальном зале, Лялька под свой громкий, неожиданно задушивший ее кашель вырвала нужную страницу с корнем. Да простит ее краевед Шульгин! Мгновенно засунув листок в карман куртки, она захлопнула книгу и поднялась со своего места.
– Молодой человек ждет, – сказала она, – видно, ему нужнее. Я могу зайти завтра и дочитать.
Она положила закрытую книгу парню на стол и пошла к выходу. Сзади до нее донеслись слова огромной благодарности.
– Где ты пропадала столько времени?! – накинулась на подругу Лера, как только та переступила порог ее дома.
– В библиотеке, – выпалила Лялька.
– Я не Сережкина, мне можешь сказать правду.
– Я действительно была в библиотеке, – гордо сообщила ей та.
– И что ты там делала? – Лера знала, что ее подруга не читает книг, считая это занятие пустой тратой времени и сил.
– Ой! Не надо. Не делай из меня дурочку. Что я там делала – я там читала. Как нормальный обычный человек, сидела и читала книгу Шульгина.
Лера поняла, что подруга не шутит. Если она действительно пошла в библиотеку, то, значит, ей что-то понадобилось. Только бы не легенда про подземный ход в сокровищницу!
– Смотри! – Лялька достала смятый листок, положила его на стол и разгладила ладонью. – Это фотография с монашеских грамот, где нарисован план хода! Ты представляешь, что я нашла?!
– Ты пока еще ничего не нашла, а уже столько шума. А вот Капустина нашла тот лаз, куда я провалилась вчера вечером. Завтра она пойдет в домоуправление и потребует, чтобы его засыпали.
– Его нельзя засыпать! – испугалась Лялька. – Там столько добра может быть. – Она нагнулась над книжным листком и повела по нему пальцем. – Лаз здесь, на окраине города. Собор в центре. Вот эта тоненькая стрелочка ведет от одного к другому. Посередине утолщение, это и есть сокровищница. Даже если они засыпят наш лаз, останется вход со стороны собора. Но его придется поискать. Кстати, его ищем не мы одни. Могу тебе сказать, что этим вопросом занялась какая-то банда. Один из них сегодня сидел в читальном зале.
– Бандит читал Достоевского? Небось «Преступление и наказание», – изумилась Лера.
– Не смешно. Он читал Шульгина! Про этот самый подземный ход. Но я успела вырвать нужную страницу, поэтому он мало что поймет. Хотя если он приперся к нам в город, то его кто-то навел. Банда, одним словом, у них там свои разведчики и лазутчики. Завтра отсканируем фотографию и рассмотрим ее на компьютере. Мы должны найти второй лаз. Их может быть и не два, – задумалась Лялька, – их может быть три или четыре. Шульгин пишет, что монахи всегда все делали про запас.
Лера поглядела на книжный листок и покачала головой. Ей не верилось в то, что под землей скрыт клад. Его бы уже давно нашли те, кто прокладывал городскую канализацию. Или при строительстве какого-нибудь здания на него бы обязательно наткнулись. Или еще что случилось, так что сокровища они в подземном ходе не найдут.
– Чтобы убедиться, – зловеще зашептала ей на ухо подруга, – нужно самим все увидеть. Ты не страдаешь клаустрофобией?
– Я высоты боюсь, – ответила ей Лера.
– Тогда будешь чувствовать себя в своей тарелке. Мы полезем вниз.
– Мы?! Не нравится мне это местоимение.
– Я бы слазила и одна, больше бы досталось, но мало ли что случится. Выберешься наружу, позовешь на помощь. Кстати, о помощи. Ты подумала, где нам найти здорового самца, готового ради нас рыть землю?
Лера вспомнила про Влада.
– Есть один, – вздохнула она, – но он слишком интеллигентный. К тому же я его сегодня отшила.
– Чем больше отошьешь, тем крепче привяжется, – глубокомысленно произнесла Лялька. – Кто он?
– Ты не знаешь, он командировочный. Приехал налаживать производство.
– Отлично, вот и нам наладит. То, что нужно: наладит и уедет назад. А мы останемся и найдем сокровища! Ты представляешь, о нас напишут, мы станем известными и богатыми. Поменяем свою жизнь, найдем настоящую любовь, выйдем замуж, нарожаем детей! Все изменится, понимаешь, все!
– А без сокровищ ничего этого не будет? – задумчиво поинтересовалась Лера.
– Конечно нет! Раз ты до сих пор сидишь в девках и ждешь своего принца на белом коне.
– Ну, разве только найти свою любовь. Если у меня будут деньги, то я смогу путешествовать.
– А как же! Съездишь к аборигенам в Австралию!
– К аборигенам мне бы не хотелось.
– Поедешь, куда захочешь, – пообещала Лялька.
Через час подруги разработали план, по которому им за короткое время нужно было обаять командировочного Влада Кудрина для того, чтобы использовать в своих корыстных целях.
Процесс обольщения начался ранним утром с возведения на Лериной голове невообразимой прически, напичканной ненатуральными локонами. Косметика, парфюмерия, облегающая кофточка… Получилось вполне мило. Если бы не джинсы, которые Лера категорически отказалась поменять на мини-юбку, образ был бы завершенным. Ставка делалась сначала на Леру, которая всегда удачно цепляла мужчин своим внешним видом. Дальше за дело бралась Лялька, призванная сдерживать порывы подруги к совершенству и служить мозговым центром.
– Идем в магазин, – предложил мозг, – путь к сердцу проложим через желудок.
Лялька набросилась на продукты, как голодная. Лера сразу вспомнила, что Лялька и впрямь голодала уже несколько дней, и пожалела ее. Та бегала по магазину и собирала в корзину все подряд.
– Зачем ему замороженные креветки? Где мы их будем варить? – Лера взяла пачку морских деликатесов.
– Они так вкусно пахнут, когда варятся, – сглотнула слюну Ляля и положила креветки назад.
– А вяленая рыба к чему? Мы не станем пить на работе пиво!
– Пусть остается, – Ляля вцепилась в таранку мертвой хваткой, – она так вкусно пахнет!
Лера поглядела в горящие голодом глаза подруги и решила: пусть рыба остается. Лялька не поест, так хоть нанюхается.
На работу Лера еле принесла тяжеленный пакет с едой.
– Это для кого? – возмутилась запахами начальница, которая, как и Лялька, сидела на диете.
– Помянуть мою бабушку, – вздохнула Лялька и всхлипнула. – Что было, собрали с похоронного стола. Вы уж не обессудьте, благолепная была старушенция.
Сережкину перекосило, но она сдержалась. Только подошла к окну и открыла форточку. Часть вкусных запахов улетучилась на улицу. Лялька носом потянула следом за ними.
– Попкова, пора приступать к работе! Помянем в обед. У тебя тоже, – она обратилась к расфуфыренной Лере, – кто-то умер?
– Нет, – спасла подругу Лялька, – у нее женился. Друг детства. Она была у него свидетельницей.
– Да, – подхватила идею Лера, – пришла со свадьбы и расчесываться не стала…
– Ну, ну, – поджала губы начальница и уткнулась в документы.
Лера пробралась к своему столу и подумала: откуда только берутся такие Сережкины?! И ответила сама себе: из их института. Она заканчивала его несколькими годами раньше. После устроилась сюда, на макаронную фабрику. Сначала на ее, Лерино, место, потом, когда начальницу забрали на повышение, Лера заняла ее стул. Такая карьера ждет и ее?! Нет, нужно искать сокровища.
Лера уже не надеялась, что Влад сам заглянет к ним в кабинет. После вчерашнего недоразумения, возникшего не без ее помощи, он вполне мог бы ее полностью игнорировать. Лера бы не обиделась, потому что сама этого добивалась. Но сегодня у нее было совершенно другое мнение. Она верила Ляльке, листку из книги, сокровищнице. Оставалось только, чтобы поверил Влад и заинтересовался до такой степени, чтоб согласился рыть землю.
И вот Влад наконец появился.
– Добрый день, – сегодня он показался Лере более привлекательным, чем вчера, когда жевал на ее глазах вкусную котлету. – Девочки, предложите гостю чаю. А то в гостинице даже негде кипятка набрать, а ресторан по утрам не работает.
Сережкина обрадовалась и побежала, насколько применителен к ее комплекции этот глагол, выполнять его просьбу. Лера достала чашки и, пока ее подруга знакомилась с новым сотрудником, взяла из пакета съестные припасы.
Чай пили два часа. Начальница совсем забыла, что над ней навис годовой отчет, и полностью отдалась волнующей встрече. Она бы отдалась еще больше, если бы ей не мешали свидетели. Девицы вели себя нагло и самоуверенно, будто Влад пришел из-за них. Но она-то знала, какие чувства он питает к ней. Вчера он так тяжело вздохнул, когда довел ее до дома! Нина Альбертовна подлила гостю чаю, подперла кулаками свое лицо, принялась рассматривать этого самого гостя, как золотую рыбку в аквариуме. Если бы не эти две перезрелые вертихвостки, то она уже сегодня затащила бы его к себе домой. И они бы полночи проговорили про поточную линию и технологический процесс. Или процесс пошел бы в другом направлении. Мечтательное выражение улетучилось с лица Нины, когда одна из девиц дерзко пригласила Влада вечером прогуляться по городу. Сережкина была готова удушить Ляльку. На его согласии чаепитие оборвалось.
Вечером девушки готовились к важной встрече. Влад оказался крепким орешком. Мало того что он сам напросился в гости к Валерии, так еще решил привести с собой друга, такого же гостиничного командировочного. Странного белобрысого парня, похожего на кролика.