Свекруха.ru

Глава 2

Нелюбовь к работе в наше время это нечто само собой разумеющееся. Редко встретишь человека, довольного своей трудовой деятельностью настолько, чтобы ему было плохо дома. Материальный стимул – единственная граница, отделяющая труд от лени. Сюда можно добавить общение с коллегами, многих из которых мы едва терпим. Но любая энергия, положительная или отрицательная, все-таки энергия, без которой не обойтись, вращаясь в социуме.

Я являлась как бы исключением из общего правила нелюбви к работе, находясь где-то посередине. С одной стороны, мне было приятно общаться с коллегами и клиентами, хотя некоторых из них я не переносила на дух. С другой стороны, дома с Данилой мне было очень комфортно. Но Данила тоже уходил по утрам сеять зерна разумного, доброго, вечного, а торчать одной в четырех стенах было скучно. В офисе я сидела в одной комнате с Лилей Пономаревой, которая не умолкала ни на минуту. Впрочем, это качество в нашем рекламном бизнесе считалось одним из ценных. Уболтать клиента до такой степени, чтобы он не мог соображать и подписал контракт на весь год, что может быть лучше?

Традиционно наше рабочее утро начиналось с распития крепкого кофе, и этот ритуал Артем не нарушал – поскольку появлялся в офисе к двенадцати часам дня, и мы все ему дико завидовали. Правда, когда я неделю оставалась дома на «больничном», а зимой у меня прихватывало горло, то честно валялась в постели до двенадцати. Но, как ни странно, просыпалась все равно в восемь. Организм привык и не собирался в угоду мне перестраиваться. Это были мучительные недели борьбы с самой собой, и выигрывала в этой борьбе, конечно же, не я. После этого стала сомневаться: а действительно ли люди спят до полудня или, как и я, из вредности валяются в постели, пока не отлежат себя бока?

– Как выходные? – поинтересовалась Лиля, завершив свой получасовой рассказ об уик-энде на даче близ Истринского водохранилища.

Она всегда была избирательна в выборе клиентов, с которыми без зазрения совести крутила романы. Артем закрывал глаза на этот непрофессионализм потому, что оставленные ею мужчины претензий к агентству не имели. Как ни странно, она и с мужчинами расходилась по-хорошему, позволяя тем изредка звонить и приглашать ее на презентации и вечеринки в качестве девушки для сопровождения. Лиля была очень хороша той естественной красотой, которая не уходит с возрастом. Да, она была старше меня, оттого считала себя мудрее и позволяла себе давать советы.

– Плюнь на нее и разотри, – сказала Лиля, выслушав мое трогательное повествование с главным действующим лицом – Нонной Викторовной. – Если бы меня облили борщом, я бы того, кто это сделал, вообще убила! Правильно сделала, что назвала ее косорукой.

– Она сделала это случайно, – вздохнула я, – сказала, что резко защемило в области сердца.

– Подозреваю, – прищурилась Лиля, – что именно этого органа у твоей свекрови нет.

– Она сказала, что ее повело. Но, Лиль, почему на меня?! Почему не на Данилу?! Хоть я и желаю ему только хорошего. Или на Лизавету Сергеевну? Обидно, между прочим. Я как раз новую блузку надела, а она ее борщом залила. Вшивая интеллигентка, она разливает борщи из фарфоровой супницы!

– Ужас, – согласилась со мной Лиля, – какая безвкусица: борщ из супницы.

– Да уж, – вздохнула я, – дальше можно не говорить, что обед прошел в спокойной, дружественной обстановке. Хочешь, чтобы я продолжила этот кошмар?

Лиля увлеченно кивнула.

– Потом она вообще сказала такую гадость, – у меня дыхание сперло от злости и обиды. Пришлось остановиться и набрать в легкие больше воздуха. – Лизавета крикнула, чтобы я немедленно сняла блузку, я сняла, она ушла с ней к стиральной машине.

– Ну?

– Что ну? Я осталась в лифчике…

– Ну?

– Данила положил Нонну на диван и оттуда, заметь, Лиль, какое зрение, я ведь сидела на другом конце комнаты… Оттуда она закричала: «Ах, какой у тебя красивый лифчик пуш-ап!»

– А что, – не дошло до Лили, – он был не красивый?

– Он был «пуш-ап», и это, ЭТО она принялась объяснять Даниле!

– Кошмар! – воскликнула Лиля. – Могла бы просто сказать, что тебе их нужно зеленкой мазать, чтобы лучше росли. Хи-хи, – захихикала приятельница. – Это что, – она указала на мой бюст, – и сейчас оптический обман?

– Нет, Лилечка, дорогая, «пуш-ап» я выбросила! Это мой нормальный первый размер. Да, первый, и я этим теперь горжусь.

– Гордись, гордись, – сказала мне обладательница роскошного бюста, как у моей свекрови, между прочим. – Что еще остается делать.

– Даниле он нравится! – заорала я.

– Не волнуйся так, – поспешила успокоить меня Лиля. – Ты правильно расставляешь акценты, главное, чтобы он нравился твоему мужу, а не свекрови.

– Лиля, почему я не вышла замуж за сироту?!

– Слушай, если захочешь поменять своего Данилу на сироту, есть у меня один приличный вариант. Ему под шестьдесят, и его мама уже говорит гадости чертям. Но выглядит мужик классно…

– В том-то и дело, – взгрустнулось мне, – что я люблю Данилу и менять его не хочу.

– Тогда у тебя большая проблема, – закивала Лиля.

– А то я не знаю.

– Но ты не знаешь, как ее можно решить, – хитро прищурилась приятельница.

– Будто ты знаешь.

Я засомневалась в Лилином весьма скудном опыте в этом деле. Мужиков у нее действительно было много, а вот свекровей пока ни одной.

– Моя сестра неудачно выскочила замуж, – начала делиться Лиля. – Я ей говорила, сначала посмотри на его мать, а затем кидайся в загс. Она назло всем сделала с точностью наоборот: сначала сбегала в загс, а уж затем увидела его маму.

– Я тоже так сделала, – вздохнула я.

– Ты была не оригинальна. Так вот, после этого мама мужа сказала: «Чтобы мои глаза на нее больше не глядели…»

– У нас в стране что, – тоскливо пробормотала я, – есть засекреченная школа, готовящая свекровей-стерв? Или они такими рождаются сами? Наверное, у них образуются какие-то специальные гормоны при рождении ребенка мужского пола.

– Чего гадать, – пожала пухлыми плечами Лиля. – Я предлагаю тебе действенный метод.

– Убить ее?! Лиля, я не смогу. Конечно, если она меня доведет, то в порыве аффекта я и не то еще сделаю, но убить… Думаешь, это единственное, что остается? – и я истерично рассмеялась.

– Думаю, что тебе нужно последовать примеру моей сестры.

– Она ее убила?!

– Эля, откуда у тебя такая кровожадность?! – с удивлением воскликнула Лиля.

– Лиль, но проблема, по твоим словам, требует кардинальных решений.

– Ты не даешь мне сказать. Сиди и слушай молча. Сожми нервы в кулак.

Я сжала кулаки, не зная, попали ли туда мои нервы или нет, и принялась слушать Лилю. Она сначала нудно рассказывала об отношениях своей сестры и ее свекрови. Здесь я не услышала ничего нового, мой горький опыт был горше. А вот дальше внезапно мне стало интересно. Как оказалось, сестра Лили после очередных стычек с матерью мужа, начала часами просиживать в Интернете на сайте «Свекруха. ру», где ей дают советы и успокаивают такие же, как она, горемычные женщины.

Я дружила с компьютером, до появления в моей жизни Данилы он был единственной любовью и спасением от скуки. Не считая книг, конечно, но, согласитесь, что и они могут попадаться довольно скучные. Всемирная паутина радовала меня «Живым журналом», блогами и сайтами по интересам, среди них были и чисто профессиональные. Но я никогда не думала, что могу найти на этих просторах сходное по духу сообщество в таком щепетильном вопросе. А что, идея занимательная, можно сходить к девочкам, почитать, что они пишут про свою семейную жизнь со свекровью. Возможно даже, что мне станет лучше и легче, ведь ничто не успокаивает человека так, как чужая беда. Вполне возможно, что у меня не самый худший вариант, что у кого-то еще хлеще, и он, вернее, она, гораздо больше нуждается в утешении и совете. Что я могу посоветовать? Не садись рядом со свекровью перед супницей. Не носи лифчики «пуш-ап». Не занимайся по воскресеньям с мужем сексом. Чаще мой микроволновку. О, мои советы точно могут им пригодиться.

– Как, ты говоришь, называется этот сайт?

– Свекруха точка ру.

Я покосилась на наш единственный компьютер в кабинете.

– Нет, – решительно сказала Лиля. – Сейчас ничего не получится, мне до приезда клиента нужно отфотошопить его физиономию до приличного вида.

– А какой вид он считает приличным? – осторожно поинтересовалась я.

– Звезды Голливуда.

Я разочарованно вздохнула:

– Тогда фотошопить придется весь день. Лиль, ты меня не понимаешь потому, что сама еще не оказалась в похожей ситуации. А ведь это не за горами. Ты же не собираешься выходить за шестидесятилетнего сироту?

– Глядя на тебя и сестру, я начинаю над этим серьезно задумываться, – честно призналась наша красавица. – Ладно, – она сменила гнев на милость, – садись, ищи свою свекруху. Но только пусть это будет ознакомительный процесс, мне действительно сегодня очень нужно доделать маску-шоу колбасного короля. А то придет Артем, будет недоволен.

Артема мы уважали, но не боялись. Он начинал с нами, своей старой гвардией. И это был единственный случай, когда я не обижалась на «старую».

Лиля прекрасно владела многими программами и из любого могла сделать писаного красавца, но на это действительно требовалось время. Как-то, еще до Данилы, я выставляла свою фотографию на сайт знакомств. У меня была масса предложений о встрече! Разумеется, я никуда не пошла. Моя фотография была как бы не совсем моя, Лиля над ней хорошенько потрудилась. Зато я увидела, чего мне недодала природа, и как отпадно я могла бы выглядеть. Но это даже лучше. Если бы я была необыкновенной красавицей, то рано бы выскочила замуж, и не за Данилу. С этим фактом мои влюбленные мозги не могли смириться, так что больше свои снимки я не отдавала фотошопить. Данила любил меня такой, какой я была – ростом 162 сантиметра, с короткими волосами натуральной блондинки, фигурой не склонного к полноте ни при каких обстоятельствах подростка. И с вредным характером. Иногда задумывалась, а если бы я была домашней тюхой, нашли бы мы с Нонной общий язык? Ответ напрашивался сам собой: Нонне Викторовне понравилась бы в качестве супруги сына надувная кукла. Я оказалась ее полной противоположностью, в том числе и с бюстом.

Сайт оказался очень любопытным, так что рядом со мной устроилась и Лиля. Еще увлекательней оказался форум, где переписывались те, кому не повезло с ролью невестки. Самое главное, что, общаясь с ними, я могла не называть своего имени и надежно спрятаться под «ником». Выступать с отрытым забралом перед подругами по несчастью побоялась, вдруг на этот форум случайно забредут знакомые, та же Лиля теперь начнет следить за ситуацией. Конечно же, она поняла, что я заинтересовалась ее идеей и теперь стану там частой гостьей.

Разговоры на форуме, так или иначе, сводились к одной животрепещущей теме – отношениям со свекровью. Интерпретации были разные, но суть прослеживалась одна – за что они (матери мужей) так нас (своих невесток) ненавидят, и каким образом изменить ситуацию в лучшую сторону. Лучшая сторона считалась та, которая заключала в себе наименьшее зло.

Я зачиталась, прыгая по страницам, мне было все интересно, Лиля тоже увлеклась. Опомнились мы, когда дверь нашего кабинета громко хлопнула, и на пороге показался Артем собственной персоной.

– Что это вы так увлеченно рассматриваете? – он сдвинул брови к переносице и двинулся в нашу сторону.

– Ничего особенного, – перепугалась я, пытаясь свернуть страницу. – Так, по работе.

Артем, разумеется, был женат. Мало того, у него, как у всякого нормального человека, была мама. Живая, здоровая, портящая кровь его жене. Наверняка! Хотя лично я не слышала жалоб от его привлекательной юной фифы. Но уже одно это делало ее объектом для поедания свекровью.

– Мы это… – спохватилась Лиля, – рисуем фейс Коноваленко!

– Колбасного короля? – Артем радостно потер руки. – Ну, и что вы в нем исправили?

В этот момент я порадовалась Лилиной предусмотрительности, она заранее открыла окошко программы со снимком клиента и оставила его свернутым.

– Пока ничего конкретного, просто обсуждаем: нужно ли убирать мимические морщины у мужчины или они его должны красить, – выдала Лиля.

– Мимические морщины? – задумался Артем и, сменив направление, подошел к зеркалу. – А меня они красят?

– Еще как, – живо польстила я, – чувствуется опыт и знание жизни.

– А у Коноваленко опыт есть? – задумался наш босс.

– У него есть колбаса – и этого достаточно, – фыркнула Лиля.

– Ну-ка, дайте мне на него посмотреть, – встрепенулся Артем, подходя к нам.

А еще говорят, что всем мужчинам свойственен нарциссизм! Первая попавшаяся замарашка женского пола провертелась бы у зеркала намного дольше, чем он.

– Вот, – я щелкнула по окну.

И оно раскрылось, обнажая нашу тайну. Разумеется, по закону подлости, я щелкнула не по тому окну.

– Свекруха точка ру, – прочитал Артем.

– Это не то, что ты подумал! – горячо возразила я.

– А что я должен был подумать?

– Это не сайт для невесток с террористическими наклонностями, это советы в борьбе за выживание, – вступилась за меня Лиля. И за себя, собственно, тоже.

– И что советуют? – искренне заинтересовался Артем.

– Мы ничего еще не читали, просто случайно сюда зашли, – начала лепетать я.

– А я бы, – Артем многозначительно посмотрел на меня, – советовал – смириться! У меня, как сама сказала, жизненный опыт.

– Я не могу, – призналась честно, – она постоянно мне досаждает и делает все поперек. Она облила меня щами!

– Борщом, – поправила Лиля.

– Ну и что? – иронично улыбнулся наш босс. – Сменила бы блузку, и все дела.

– Она сменила, – усмехнулась Лиля.

Я представила, что дальше она ему расскажет! Через час весь город будет знать, что для придания пышности бюсту я пользуюсь лифчиками с силиконовыми вкладышами. Мило, ничего не скажешь. И зачем я только об этом разболтала?! Явно была не в себе. Нужно будет взять с нее клятву в стиле – разболтаешь, пусть язык твой отсохнет.

– Лиля! – закричала я. – Молчи.

– А почему? – увлекся Артем, забывая про колбасного короля. – Там было что-то интересное?

– Как сказать, – с сомнением ответила Лиля, выразительно глядя на мою грудь.

– Там не было ничего интересного, – заявила я, щелкнув по другому окну.

На экране тут же всплыла круглая, откормленная свежими сосисками, физиономия владельца мясокомбината. Его не менее круглые глаза взирали на нас с презрительным удивлением, словно смотрели на тараканов. Пухлые губы брезгливо топорщились, так получается у мопсика из пятнадцатой квартиры, когда он вместе с кусочком лакомства нечаянно зажевывает часть салфетки. Щеки у господина с фотографии восхищали детской пухлостью. Нос был обыкновенный, толстый, но занимал ровно одну треть лица, что считается нормой.

– И где у него мимические морщины?! – нахмурился Артем.

– Да уж, – выдавила я, – вряд ли они у него когда-нибудь вообще появятся. Зато он страдает одутловатостью.

– Одутловатость и уберем, – подхватила Лиля.

– На рабочем месте нужно заниматься работой, – строгим голосом отчитал нас Артем. – А не то мне придется тоже кого-то убрать.

Вообще-то он был строгий.

– Все понятно, босс, никаких проблем, – покачала я головой.

– Отлично, – у двери Артем остановился. – Напомните, где он хочет появиться с такой физиономией?

– На страницах газеты, – тоскливо сказала Лиля.

– М-да. Надеюсь, это будет рубрика о вкусной и здоровой пище.

– Почти, – совсем скуксилась Лиля. – Я договорилась с ними о колонке преступлений. У них нигде больше не было места в субботнем номере. А там так здорово получалось: грабежи, убийства, отравления и реклама нового сорта колбасы…Я как-то не связывала колбасу с отравлениями…

– Вот, – он ткнул в Лилю пальцем, обращаясь ко мне. – Вот чем нужно заниматься, а не ерундой. Проконтролируйте хотя бы, чтобы отравлений на этот раз не было. В смысле публикаций.

– Попрошу главреда не ставить в эту колонку отравления, если они будут, – пообещала я.

– Ерундой! – возмутилась я после того, как босс ушел. – Вот так они относятся к нам. Данила тоже старается плыть по течению и сглаживать углы. И некому мне помочь ни делом, ни советом.

– Теперь есть кому, – Лиля кивнула на экран монитора, – вечером садись и общайся.

Легко было ей говорить: «садись и общайся». Вечерами у нас за компом просиживал Данила, работая над книгой. Соревноваться в том, чтобы занять вожделенный комп первой, было ниже моего достоинства, потому после работы я направилась в ближайший супермаркет, чтобы забить продуктами холодильник и приготовить что-то вкусненькое. А там посмотрим. Довольный и сытый мужчина более покладистый.

Прогуливаясь между длинными полками с продовольственным товаром, я думала, что Нонна в корне не права, выговаривая мне за пустой холодильник. Да, он пуст, но в этом есть своя прелесть. Когда там вообще ничего не остается, мы с Данилой садимся в джип и гоним в самый большой магазин, посвящая этому весь вечер. И покидаем сей объект торговли с дюжиной пакетов, и вот тогда продуктов нам хватает фактически на неделю, чтобы не бегать по магазинам каждый день. Нонна Викторовна застукала нас как раз в тот момент, когда запасы благополучно кончились, а Данила поехать на шопинговую прогулку не смог. У него в голове завертелась дельная мысль, которую нужно было срочно изложить на бумаге. Впрочем, печатал он свою работу на компе.

– Эля?

Услышала я за спиной чей-то изумленный голос. Мужской голос, баритон с хрипотцой, очень приятный. Я бы даже сказала, сексуальный. Пришлось поставить обратно банку с зеленым горошком и обернуться.

– Элина Кудрявцева! – радостно воскликнул восхитительный брюнет, напрягшийся, словно рысь перед прыжком на ничего не подозревающую жертву.

– О, Сергей Александрович, – пробормотала я, узнавая своего самого дорогого клиента.

Дорогого в смысле того, что благодаря мне он заключил годовой контракт с нашим агентством, а мне с этого пошли хорошие проценты. Разумеется, справедливые, это я его нашла и раскрутила. Впрочем, искать владельца сети супермаркетов нашего города не пришлось, он сидел в своем офисе. Но именно я позвонила ему, напросилась на прием и договорилась. Я тогда льстила себе, что понравилась этому мачо с первого взгляда, но после оказалось, что они с Артемом одноклассники.