Сказки бабушки онлайн

Чудесная капля

– Здравствуй, мой хороший! У нас сегодня дождь идёт весь день. Папа сказал, что и у вас тоже. Скучаешь? – бабушка внимательно посмотрела на внука. Даже через экран монитора она чувствовала его настроение.

– Ну да, бабушка, с кучно. Я уже порисовал, наигрался в лего, почитал книжку про Урфина Джюса… – он вздохнул и покрутился на кресле перед ноутбуком.

– А хочешь, я расскажу тебе кое-что? О чудесах, которые иногда происходят именно в такую погоду, когда некуда торопиться и уже всё переделал? – бабушка улыбнулась, вспомнив, как в прошлый раз внук критиковал её сказку, сравнивая с детективами Кати Матюшкиной. В то же время он умел и любил слушать, выслушать, прежде чем высказать своё, нередко несогласное, мнение.

– Давай про чудеса! – внук сам считал себя немного волшебником.

День был дождливым и ветреным. Малыш остался без гулянья, а ему так хотелось покататься с горки, поиграть с новым грузовичком – у него ловко стало получаться насыпать совочком песок в кузов. Пришлось целый день играть в доме. Они с мамой перечитали все книжки, которые взяли с собой. У папы устали руки ловить его с разбега и подкидывать под потолок. Возить по полу из угла в угол машинки ему тоже надоело. Так грустно смотреть на улицу через окно! Картинка перед его глазами не менялась, только ветер время от времени раскачивал огромную ветку кедра, растущего между лёгкими домиками кемпинга на юге Франции. Сюда, к тёплому морю, погреться на солнышке в сентябре, родители привезли своё чадо из северных краёв.

Малыш прижался носом к стеклу. В левом нижнем углу что-то шевельнулось. Он скосил глаза. Так и есть, там кто-то живой! Отклонившись немного от окна, он увидел подрагивающие длинные… лапки. «Ой! Это же паучок!» Мама показывала ему такого в книжке. Он встал на цыпочки и вытянул шею… Малышу ещё не было двух лет, и он не умел говорить как взрослые. И паучок, очевидно, не умел говорить. Поэтому они понимали друг друга без слов. А главное, оба они – и крохотное насекомое, и маленький человек – видели мир таким, как он есть на самом деле.

– Паучок, это ты? – ребёнок затаил дыхание.

– Здравствуй, малыш! – лапки паучка помахали в приветствии.

– А тебя не сдует ветер? Держись крепче! – забеспокоился мальчик. – А дождь тебя не намочит? А где же паутина? – он замер в ожидании ответа.

– Не бойся! Закончится дождь, будет паутина и… Хочешь, я расскажу тебе… – паучок не успел договорить.

– Да! Сказку! – обрадовался малыш. Он был очень любознательным, его интересовало всё-всё-всё на свете. – Хочу-хочу! – подтвердил он, боясь, что его новый знакомец передумает.

– Смотри внимательно, – паучок показал куда-то одной из лапок.

Малыш увидел большую дождевую каплю, чуть подрагивающую от порывов ветра, проникающих сквозь густую крону кедра. Прижимая лицо к стеклу то одним, то другим глазом, он пытался разглядеть её получше. Ничего не получалось! Капля расплывалась, превращаясь в мутное пятно. Совсем как зеркало в ванной комнате, когда мама моет его перед сном.

– Знаешь, что такое зеркало? – услышал он.

– Я умею причёсываться, – громко подумал малыш и пригладил свой кудрявый чубчик. Ему стало весело.

– Думаешь, это просто капелька воды? А вот посмотри, что это на самом деле.

Капелька начала расти, увеличиваться в размерах…

Малыш смотрел во все глаза на волшебные картинки, чередующиеся на блестящей, словно зеркальной, поверхности.

Над широкой водной поверхностью появился лёгкий пар. Тонкие струйки пара поднимались всё выше и выше. Вот они начали сливаться друг с другом, образуя прозрачные шарики. Но где же верёвочка у этих воздушных шаров? Мальчику так захотелось поиграть с ними, что он подпрыгнул на месте от радостного нетерпения. А шарики словно играли друг с другом в догонялки, образуя фигуры разной формы. Вот поплыло облако-лебедь, а за ним скачет облако-конь…

– Ой, а это большая кошка-облако протягивает лапку к маленькому облачку… Кусочек сыра – с дырочками, через которые всё-всё видно, – малышу казалось, что он плывёт среди шариков, лепит разные фигурки из них, как из песка в песочнице.

Вот уже облака темнеют, наливаются влагой… Крупные капли, а затем и струйки воды летят к земле, омывают драгоценной влагой листву деревьев, травы, цветы…

– Я тоже люблю такой душик! – радуется малыш, подставляя раскрытые ладошки.

– Это и есть дождь! Без него не выжить ничему живому на планете, которая называется Земля. – Паучок говорит очень тихо, но мальчику всё слышно. Правда, не всё понятно. Зато теперь он знает, что дождь – это не мокро и холодно. В каждой капельке можно увидеть что-то интересное.

А в капельке-зеркале уже другая картинка: высохшая от зноя земля впитывает дождевые капли, исчезают трещинки, поверхность её темнеет, набухает. Вот уже начинают шевелиться появляющиеся на ней бугорки. Заворожённо мальчик следит, как из них выглядывают тоненькие бледные всходы. Вскоре они наливаются силой и зеленеют, растут и покрываются листочками. Это ему знакомо по мультфильмам… Дерево с набухшими почками, вот уже первый бутон, благоухающий цветок… Созревает плод, такой аппетитный, что малыш невольно протянул к нему руку:

– Ух ты! Знаю-знаю! Это яблоко, его можно кусать. – Он даже причмокнул губами, ощутив во рту вкус спелого сочного фрукта.

– Видишь, как всё в живой природе связано друг с другом? Сколько в ней красоты, смысла и пользы, – слышит малыш. И вот уже перед его глазами много-много воды – реки, озёра и моря.

– Это от капельки дождя? – изумился мальчик.

– Не только, – шёпотом ответил паучок. – Есть вода, бьющая из-под земли, наполняющая реки и озёра…

– И мо-о-оре! – малыш снова ощутил, как крепкие и надёжные папины руки поднимают его над бескрайней синей гладью, такой манящей и, в то же время, пугающе грозной… Ему хочется закричать от страха, но тут над его головой пролетела чайка с криком: «А-а! А-а! А-а!» – совсем как из его игрушечного маяка. Папа передразнивает её, и они дружно смеются. Ему уже не страшно, а хочется полететь вслед за чайкой. Малыш даже замахал руками, как крыльями: – Мама, папа, смотрите, как я летаю!

Тихий голос паучка продолжал:

– Да, мой дорогой друг. Столько удивительного происходит вокруг тебя! И всё это творение Божие.

Папа заглянул в детскую комнату, удивляясь, что это сынишка так надолго притих? Малыш лежал на диванчике у окна лицом кверху. Губы его шевелились, будто он разговаривал с кем-то, реснички подрагивали… «Снится что-то. Придётся сегодня обойтись без душа и чистки зубов», – решил папа и, бережно приподняв сына, перенёс его в кроватку.

Наутро малыш проснулся раньше всех. Обычно он сразу бежал будить маму или папу, потому что ему хотелось сразу всего – пить любимое молоко с печеньем, бегать, прыгать, читать книжку, гулять и смеяться, потому что весело.

Но сегодня он лежал в кроватке непривычно задумчивый. Наконец тихонько встал и подошёл к окну. Там было тихо-тихо, всё словно затаилось в ожидании… «Кто-то играет со мной в прятки?» – внутри у него защекотало от предвкушения любимой игры.

В тёмно-голубых бархатных лоскутах неба, проглядывающего сквозь ветви кедра, сияли, будто подмигивая ему, звёздочки. Они бледнели на глазах. Мальчик протянул к ним руки: «Куда же вы? Я хочу поиграть с вами!» Небо слегка порозовело, зазолотилось. Малыш притих, глядя, как неспешно и торжественно приходит утро. И вот первый луч, рассыпавшись множеством искрящихся паутинок, проник через хвою. «Ух ты!» Малышу захотелось с кем-то поделиться увиденным: «Где же паучок?» Но в углу окна никого не было. Он подпрыгивал, стараясь заглянуть как можно глубже внутрь подоконника… Никого. И тут он услышал:

– Посмотри сюда, малыш!

На тонкой золотистой паутинке, слегка раскачивающейся перед окном, на самом её кончике, каким-то чудом держалась крохотная веточка с тремя хвоинками. И среди этих хвоинок что-то сияло и искрилось разноцветными огоньками.

– У-ух! – от восхищения мальчик шумно вдохнул воздух вытянутыми в трубочку губами.

– Это росинка, мой маленький друг! Утро на восходе солнца украшает землю – траву, цветы, даже паутину в лесу – чудесным нарядом. Солнышко говорит всем живущим на ней: «Просыпайтесь, трудитесь, пользуйтесь богатствами природы, её несметными сокровищами».

– Сокровищами, – эхом отозвался малыш. Так его называет мама: «моё сокровище». Он заулыбался во весь рот: «Мам-ма!» У мамы в ушах тоже сверкают разноцветные огоньки, когда она смеётся и встряхивает головой.

– Росинка – это тоже капелька воды, но не дождевой. Ты обязательно об этом узнаешь, когда немного подрастёшь. А сейчас мне пора. Прощай, малыш! – голос паучка уже звучал как будто издалека.

– И мы никогда не увидимся? – малышу захотелось плакать.

– Мы можем увидеться в любой момент, когда ты этого захочешь. В лесу, в саду, под крышей старого сарая или на страничке книги… А можешь сам сделать себе такого друга из бумаги, пластилина, обыкновенных спичек, – паучок тихонько засмеялся, – или из сосновых иголок. Главное, знать, какие вопросы ты хочешь задать. И постараться услышать ответ. У тебя впереди много чудесных встреч и открытий. Помни об этом. И капля за каплей приобретёшь все богатства мира природы.

Паучок был старше и мудрее, мальчик не всё понял из его рассказа. Он услышал мамины шаги, и ему захотелось поскорее её увидеть.

– Пока-пока, паучок! – мальчик быстро-быстро замахал ладошкой. И тут же побежал на зов мамы в кухню, залитую солнечными лучами.

Она вгляделась сынишке в лицо:

– Лёвушка, у тебя слёзки на ресницах. Ты что, ушибся, мой хороший?

Малыш сожмурил глаза и сквозь небольшие щёлки между веками увидел нежное сияние, дробящееся на тоненькие золотые нити, вдруг посверкивающие крохотными разноцветными огоньками. Он прижался к маминому тёплому боку и заулыбался. Если бы он умел говорить, мама бы узнала, что это утренние росинки упали ему на реснички.

«А может, это капельки дождя? Интересно, откуда берутся слёзки? А паучки плачут?» – лицо его стало задумчивым, но это длилось совсем недолго. Наступил день – новый день такой богатой, яркой, наполненной столькими интересными вещами жизни.

– Ма-а-ма! – сын посмотрел ей в глаза и засмеялся. Как хорошо, что мама тоже понимает его без слов. Это значит, что они сегодня пойдут на детскую площадку с папой, потом в бассейн с мамой. Потом – эх! – придётся немного поспать. Зато потом они пойдут прыгать на батуте. А после будет всякая вкусная еда. Как он любит хлеб с мягким сыром – фетой! Он умеет показывать «буку», и всем становится весело и хорошо-хорошо.

– Ну, бабушка, какие же это чудеса? – внук был явно разочарован.

– Да, это жизнь. Но разве она не полна чудес? – бабушка ждала такой реакции. – Правда ведь, важно быть наблюдательным и открытым миру? Тогда ни одно замечательное событие твоей жизни не останется незамеченным. Вот и солнышко выглянуло, беги на улицу! Да смотри в оба!

Они дружно рассмеялись. Хорошо понимать друг друга. Даже без слов.

Приходи в мои сны, или У страха глаза велики

– Лёвушка, помнишь, ты рассказывал, что тебе часто снятся страшные сны?

– Бабушка, никакие не сны! Родители так говорят. А я всё это видел на самом деле! И диванчик летал по комнате, и… – он запнулся. Вид у него был расстроенный и испуганный одновременно.

– А помнишь, ты меня попросил… – она не успела договорить.

– Бабушка, приходи в мои сны! – внук помнил всё.

– Тебе интересно послушать…

– Ба-а-бу-у-шка! Зачем ты спрашиваешь? Говори свою сказку! – Он взял бабушку за руку. Так, на всякий случай.

– Бегу, лечу! Держись, малыш. Я уже совсем близко.

Маленькая юркая старушка бежала по узкому тёмному коридору, освещённому бледным, несколько зловещим светом луны.

– Да что ж это такое? Паутина такая липкая, противная…

Старушка энергично прокладывала себе путь обеими руками.

– А! Да это же… Вот вы какие на вид, страхи! Кыш отсюда – тороплюсь я. Смотри-ка, разбежались. То-то же! Уф! Всё, вот и я. Малыш? Посмотри на меня, разве ты не рад?

Мальчик стоял, прижавшись к стене, и испуганными глазами смотрел на причудливые очертания теней на стенах его комнаты, на мечущиеся по полу блики лунного света.

Любимые игрушки валялись на полу у кровати. Под письменным столом потрескивало, за кроваткой шуршало. Завывало за окном, слышались звуки, похожие на шаги по крыше прямо над их головами.

– Ну, понятно, у страха глаза велики…

Она обняла внука за плечи и крепко прижала к себе:

– Сейчас разберёмся. Из каких мультиков вас нанесло, интересно? Малыш, давай-ка их хорошенечко рассмотрим. Ба, давние знакомцы! Что-то вы подряхлели больше меня. Песок не сыпется ещё? А то прямо чуть живые на вид, – старушка хмыкнула. – Всё детей пугаете, не найдёте себе другого занятия. Не надоело? Какие были в моём детстве, такие и остались. Да, малыш, меня они попугали в своё время. Ну да ты тоже справишься, не сомневаюсь.

От самого пола послышалось бормотание:

– Это кто? Откуда она взялась? Я её боюсь.

Старушка рассмеялась:

– Вот самый умный из вас будет, когда вырастет.

Треглавая тень зашевелилась и проворчала:

– Такую ночь… игру такую испортила! Играем мы здесь, поняла?

– Во что это, интересно? – старушка внимательно посмотрела в глаза внуку и прижала палец к губам.

– Никто тут вас не боится!

– Смотри, малыш, а вот там мой старинный знакомый, с детства.

– Да-да, ты, двуглавый, что мне обещал, помнишь?

– Ну да, обещал никого никогда больше… Я и не пугаю. Я это… как его, за компанию…

Его перебил большеголовый с глазами-провалами:

– Уж и поиграть нельзя. Мы, может, сами… иногда тоже боимся. Сама знаешь, какие детки бывают! Ни во что нас, ночных страхов, не ставят. Ещё и издеваются.

Он побренчал зубами, пустил дым из пасти. Малыш стоял ни жив ни мёртв, вцепившись в бабушкину руку.

– Господи! Какой же ты смешной! – потешалась над ним старушка.

– Ай! – тень закашлялась.

– Неуклюжий! Смотри, малыш, – бабушка даже покачала головой.

– Ой-ой! – тень чуть побледнела и начала терять свой устрашающий вид.

– И вообще, из картона… – над ним откровенно издевались.

– У-у-у, – заскулило, завыло сразу несколько голосов, но не страшно, а будто обиженные дети.

– Вот возьму сейчас… – уже строго произнесла женщина.

– Не надо! Давай договоримся, – послышались голоса. Тени беспокойно задвигались.

– Ну, мы готовы приходить в два раза реже…

– Что??? Через ночь видеть ваши… добрые личики?!

Тени словно пригнулись и стали немного расплываться в очертаниях.

– Так-то! – расхохоталась посетительница. – Не хочется совсем крутые меры применять. Некоторые исправляются. Кстати, двухбашенный мой, ты же собирался бутафорией в детском театре работать. И?

– Собирался… – ворчливо ответил тот. – Там столько теперь наших. Кастинг я не прошёл. А то стал бы я по чужим снам шляться?! В театре – слава, почёт. Эх, любовь… Починка бесплатно, если что оторвётся или отвалится.

Раздалось шипение. И бабушка с внуком увидели, что теней становится всё больше, они набирают черноту. И подбираются всё ближе к ним…

– Стой! Раз-два! – От слов чёткой команды движение прекратилось. – По росту стройся! По порядку номеров рассчитайтесь! Ага, вы и этого не умеете? Тогда я сама вас сейчас сосчитаю. А потом клички дадим. Каждому! Правда, малыш?

На лице мальчика появилась тень улыбки.

– Нет, только не это! – заныли, застонали со всех сторон. – Это нечестно! Нас должны бояться. И забывать от страха слова и цифры. Клички – это беспредел какой-то!

Тени шевелились, даже подпрыгивали, чтобы казаться выше и грознее.

– А я вас предупреждал, – послышался голос двуглавого. – Умников развелось на белом свете – кошмар! Не хотят бояться, и всё тут. Совсем скоро житья не будет…

И ТУТ… раздался скрежет с визгом, словно обломком черепицы водили по стеклу. Все замерли. Звук набирал мощь, заполняя всё пространство, обволакивая своих жертв липким ужасом.

– Кто тут мешает нам, духам тьмы, пугать этих маленьких, гадких, трусливых детёнышей? Берегись!

Компания страшилищ приосанилась и приободрилась, начала расползаться по стенам. От окна к старушке грозно подступила огромная чёрная тень. Малыш чуть не взвыл от ужаса. Но его бабушка не собиралась сдаваться. Голос её чуть дрогнул, но тут же снова обрёл уверенность:

– На всякую силу найдётся другая сила. Знаешь-знаешь.

– Ночь – наше время – время ночных Уж-ж-ж-жас-сов, – провыла тень, нависая над ними. – Она даёт нам Силу!

– Не ври! – оборвала старушка. – Это вы от человечьего страха растёте и жиреете. А ночь без вас – время отдыха и покоя. Я вас не боюсь. И внука в обиду не дам.

– Ха-ха, – громыхнуло у них над головами. Диван, стоявший в углу комнаты, медленно заколыхался, покачивая белой накидкой. Лунный свет заметался по стенам и полу.

Малыш закрыл глаза руками. К ногам бабушки ползла огромная тень с когтями…

Голос бабушки прозвучал звонко и насмешливо:

– Так, сначала ногти подстриги, а потом показывай их в приличном обществе.

Тень отдёрнулась и замерла в явном недоумении.

– Вот и нечего нам дешёвые мультяшные эффекты демонстрировать!

– Думаешь, ничего не боишься? – угрожающе прошипела тень. – А смерти?!

Небольшая пауза показалась малышу бесконечной. Неожиданно для себя он сделал шаг вперёд, с резким выбросом прямой руки со сжатым кулаком. Это был его коронный удар: «Вот тебе!» И громко рассмеялся, чувствуя, что его страх улетучился.

– Ну почему же. Я знаю, чего боюсь. Но у меня большой опыт, как справляться со своими страхами. – И старушка твёрдо добавила: – Ты знаешь, что тебя нет. Человек может воплотить тебя на бумаге или на экране. Но в реальной жизни тебя нет! Вы все тут бесплотные тени, пустышки.

Раздался громкий «чпок», за ним ещё и ещё… Будто лопались мыльные пузыри. Старушка подняла лицо кверху и скомандовала:

– И вы, пернатые, кыш! И не смейте возвращаться!

Малыш увидел на фоне окна, как две большие крылатые тени слетели сверху, взмыли над кроной раскидистого клёна и начали бесшумно удаляться, пока совсем не растаяли в предутреннем полумраке неба. Он смотрел, как ветви дерева раскачиваются от ветра, отчего казалось, что луна живая и движется, пытаясь проникнуть к ним в дом.

– Мне всё это только казалось! – произнёс он. – Это всего лишь луна, просто ветер качает ветками.

Он глубоко вздохнул и улыбнулся. Погрозил пальцем диванчику, стоящему в углу как ни в чём не бывало.

Весело и задорно бабушка запела:

– А ну-ка, песню нам пропой, весёлый ветер, Весёлый ветер, весёлый ветер!

Подуло откуда-то свежестью и прохладой летнего утра. Малыш, пританцовывая, начал подпевать. Правда, голосок у него был охрипшим от пережитого:

– Кто весел, тот смеётся, Кто хочет, тот добьётся, Кто ищет, тот всегда найдёт!

А бабушка ещё громче запела: «Тем, кто дружен, не страшны тревоги…» Ветер за окном стих, лунные блики спокойно лежали на полу. Бабушка подхватила внука и закружилась с ним в танце. Всё легче и задорнее становились их танцевальные движения.

– Как просторно вокруг… – мальчик засмеялся и поднял голову.

На потолке сияла спокойным жёлтым светом трёхрожковая люстра.

– Ба… – хотел он спросить, а сам уже догадался, что в танце бабушка нашла выключатель. Издалека донёсся такой знакомый ему смешок. А в комнате уже никого не было.

Малыш сел за стол, придвинул альбомный лист и нарисовал что-то чёрным фломастером.

А потом улыбнулся, сложил лист пополам. И на обратной стороне в центре нарисовал жёлтым фломастером яркую лампочку с извилистыми лучиками, отходящими от неё во все стороны. Под ней танцующих человечков. Мальчика и девочку. Ну очень смешная девчонка получилась: ростом чуть выше него, с двумя косичками, торчащими в разные стороны. А вместо глаз у неё горели две яркие лампочки. И рот до ушей. Ну это у обоих, правда. В нижнем правом углу съёжилась тень, похожая на старое мамино пальто. А слева, в маленькой груде кусочков картона, угадывались обломки бутафорских дракончиков из детского спектакля.

Мальчик вложил рисунок в конверт и написал печатными буквами: «БАБУШКЕ».

Немного подумал и добавил чуть ниже: «Я БОЛЬШЕ НЕ БОЮСЬ».

– Это я придумал! Я тебе так сказал, да, бабушка?! – внук пританцовывал под звучащую до сих пор в его голове песенку.

– Помню-помню, – бабушка улыбнулась, а потом серьёзно спросила: – Ты не забыл про свой костюм к новогоднему празднику?

– Нет, папа приготовил отличный картон для моего дракона. А мой друг Оскарос согласился играть двуглавого. Бабушка, бабушка, а ты кого будешь играть?

После секундной заминки бабушка ответила:

– Лампочку, конечно. Ну, сначала, может, луну.

– Лампочку, – развеселился внук. И вдруг спросил: – Бабушка, а ты тоже умрёшь?

– Да я не собира… – хотела отшутиться она, но увидела его серьёзное лицо и глаза, ожидающие ответа. – Дорогой мой, когда-нибудь к каждому человеку приходит пора проститься с этим миром. Я прожила удивительную жизнь. Жизнь прекрасна, когда в ней СТРАХАНЕТ-ЗЛОСТИНЕТ-УНЫНЬЯНЕТ-ЗАВИСТИНЕТ-ЖАДНОСТИНЕТ…

– ЛЕНИНЕТ, – смеясь, добавил внук.

Бабушка улыбнулась и продолжила:

– А есть память, благодарность и любовь. Позови меня в свои сны, когда захочешь поделиться чем-то интересным, задать вопрос о важном для тебя, просто ощутить, как сильно я тебя люблю. Я обязательно приду, кто бы что ни говорил. Договорились?

Внук крепко прижал к щеке её руку и выдохнул:

– Да, бабушка. Я тебя тоже сильно люблю.

Бабушка кивнула и торжественно, как на сцене, продекламировала:

Не было бы счастья, да несчастье помогло

– Вот несчастье-то! – старушка, надев очки, безуспешно пыталась найти клубок шерстяных ниток. – Неделю льёт, и на душе сплошная беспросветность… Ещё и внука привезли в такую непогоду, – продолжала она ворчать.

За окном набирал силу проливной дождь. Всё, за что хозяйка ни пыталась взяться, валилось у неё из рук. Вот и клубок шерсти куда-то запропастился.

– Только что был в руках. Наверняка твои проделки! – прикрикнула она на котёнка, путающегося у неё в ногах. И в сердцах выставила его за дверь, в сени. В сенях было темно и немного страшно, но котёнок быстро освоился. Он поиграл с веником, стоявшим в углу. Поколотил лапкой по верёвке, свисающей с крючка, залез в сапог, из которого с трудом выбрался, погонял шуршащий бумажный фантик от конфеты. И, наконец, заметил узкую щель – входная дверь оказалась неплотно закрытой. Котёнок просунул в щель лапку, затем высунул голову и вот уже весь оказался на крыльце. Он впервые увидел двор не из окна, а вот так – огромное открытое пространство, – и немного растерялся. Не успел он осмотреться как следует, как…

– Ай, что это там шевелится, такое, такое… Ма-ма! – замер он на месте.

– Оу-у-у-у! Никого нет несчастнее меня, – вдруг донеслось до его чутких ушей. Дворовый пёс, не обращая на него никакого внимания, жался к стене дома рядом с крыльцом. – Никому-у-у-у нет дела, что крыша в моей будке течёт, что я поранил лапу о ржавый гвоздь… Э-эх, собачья жизнь – сплошное несчастье!

«Что это за штука такая – не-счастье? Наверное, что-то не очень весёлое», – решил котёнок. Конечно, коты и собаки не говорят как люди. Но животные умеют думать и понимают друг друга без слов.

– Ах, я бы с удовольствием помог вам, но я такой маленький, я недавно родился, – искренне огорчился котёнок.