Дневник 1917–1924. Книга 1. 1917–1921
- -
- 100%
- +
300 <р.>
17 (вторн<ик>)
С утра пошли к Филиппову, потом они покупать, я домой. Вернулся Юр. Обедали у Чацкиной. Юр. торопился домой, я на репетицию, которая не состоялась. Были там мальчики.
18 (среда)
Что было? не помню. Печально как-то в лавке, было холодно и пусто. Плелись с Феликсом. Репетиции, кажется, не было опять, т. к. у Павловой нога болит14.
19 (четверг)
Писал, писал без памяти. Кожеб<аткина> все не мог поймать. Чудная погода. Ходил к Софье Ис<ааковне> за чаем, завтракал и толковал о страстях. Юр. созвонился с Бриками, а к нам пришел Хлебников. Вместе отправились. Они переезжают. Квартира большая, хозяйственная. Привольное житье15. Поели у Филиппова. Картиночки у Юр. не купили. Дома писали и дописали.
20 (пятница)
Поправляли. Солнце светит. Феликс пришел. В «Вене» сидели ждали, а Мелентьич ждал в другой комнате. Всё порешили. С Юр. они толковали. Заезжали за сладким. Пили весело чай. Юр. всё хотелось вина, но в кабинеты нас не пустили нигде16. Ели в «Ярославце». Потом были в кинемо17. Не побыл Юр.
125 <р.>
21 (суббота)
Ходил немного. Юр. тоже улетучился. Натащил массу книг. Поехали обедать. Я заходил в «Привал». Там в нужде, но милы и строят планы. И культурные вкусы есть. В Мих<айловском> театре было скучно немного18. Уж очень плохо играли. Рано, рано кончили. Юр. купил мне еще Бальзака. Пили чай, работа<л>, но не побыл, бродяжкин.
15 <р.>
22 (воскресенье)
Что было? Ждали Феликса. Обедали. Видели американскую драму19. Утром был у Матвея, говорил о политике.
23 (понедельник)
Встал еще со светом. Чаю не пил. Идти было не неприятно, но далеко. Целый день сидел. Юр. ходил к Брикам. Всё отлынивал, но к вечеру вдруг побыл отлично. Как-то наши дела!
24 (вторник)
Опасно и тревожно. Я люблю все-таки такие дни. Ничего нигде нет. Сидели в темноте у Веры Александровны. Планы в силе. Феликс прийти побоялся. В<ера> А<лександровна> согласилась.
25 (среда)
Топились печи. Юр. выспался. Сведенья: банк занят, предпарламент распущен, Керенский бежал. Премьер – Ленин, иностранных дел – Троцкий. Объявления к народу уже от большевиков. Пальба. У Чацкиных уныние. Я<ков> Л<ьвович> приехал. С<офья> И<сааковна> вдруг говорит, почему я большевик20 и что неприятно, чтобы в доме бывали большевики. Какая глупость. У нас были Феликс и Морозов, спорили. Юр. не хотел идти ни в «Привал», ни к Брикам. Вышли только купить кое-чего и пили дома чай. Писались. Тихо, тепло, вдали стреляют, будто пушки. Только бы мир!21
26 (четверг)
Чудеса свершаются. Все занято большевиками. Едва ли они удержатся, но благословенны. Конечно, большинство людей – проклятые паники, звери и сволочи. Боятся мира, трепещут за кошельк<и> и готовы их защищать до последней капли чужой крови. Ехал к Мейерхольду. Встретил его: идет на перевязку. Подождал. Какая Италия у него в комнатах, легкость и детская уютность. Звонят гимназисты. Сочинения все Гоцци на бюро. Пили чай, толковали. Юр. приуныл о денежках. Пришли Петников и Артур. Артур кисел, а Петников страшно мил и привлекателен. Пили чай. Потом пошли к Брикам. Тепло и хорошо. Маяковский читал стихи. Юр. что-то зауныл. Вообще дела наши нехороши. «Привал» совсем в отчаяньи. На улицах тепло и весело. Дух хороший.
27 (пятница)
Действительно, всё в их руках, но все от них отступились, и они одиноки ужасно. Власти они не удержат, в городе паника. Противные буржуи и интеллигенты всё припишут себе, а их – даже не повесят. Идет Керенский, Корнилов, Каледин, чуть ли не Савинков22. С кем только, интересно знать. Кто-то был. Да, Ленечка. Хорошо рассказывал о Зимнем дворце. Почти большевик23. У Шайкев<ичей> тоже паника, хотя сидели довольно мило. Идти темно и тепло. Тихо, как в постели. Опять не исполнится надежда простых, милых, молодых солдатских и рабочих лиц.
25 <р.>
28 (суббота)
Ходил к Соф<ье> Ис<ааковне>. Демократические газеты призывают к гражданской войне24. Какая сволочь. Сплошная истерика. Но никто не признаёт и не признáет Ленина and C-ie. Артур прибегал <нрзб>, почти большевик, но вывертывает что-то. Вышли погулять. Потом Феликс пил чай у нас. Хорошо. Был Иван Платонович. Он уютный, хотя с хитрецой25. Вечером были на какой-то хламной драме в «Солейль»26. Всё спокойно, а все твердят: «На Невском стреляют».
30 <р.>
29 (воскресенье)
Коля пришел, сидел, сидел. Что еще. Зашли к Феликсу. Развешены бюллетени, декреты. У Феликса тихо и уютно. Пили чай. Не поспели в кинемо. У Бриков уже был кое-кто. Потом было чел<овек> 11. Блинов ел много, но вино было плоховато. Юр. бегал за Асей, всех почти рвало, дамы были целованы, Кнакфус, музыкант, вдруг заинтересовался мною, но хотел задушить Кричевского.
13 <р.>
30 (понед<ельник>)
Ничего не прислали. Матвий не дал. Юр. убит, совсем. Говорит: «Как и вы, себя чувствую», – но побыл. После еды пошел в «Привал». Темно, холодно, прячутся. Савинк<ов> где-то сидит под спудом. Сав<инков>, Филоненко и офицеры. Вечер был романтичен. Татьяны нет. Шел, как пьяный. Юр. что? Не знаю. Все один, больной, оборванный, грязный, немного злой. Пошли к Брикам. Л<иля> Ю<рьевна> танцует27. Ася там. Жак спит. Играли в винт и вели политические разговоры.
3 р.
31 (вторник)
Ни сахару, ничего нет. Погода прелестна, ясно, весенне. Гукасов живет в саду за решеткой, прелестный дом. В такую погоду хотелось бы путешествовать, вести беззаботное существование. Зашел к предс<едателю> комитета; жид в халате, перепуганный и наглый. Черт с ними. Зашел к Кричевским, но <тот> ничего не сказал. Сидела Бельтер, очень мило одета, вышивала, рассуждая о русской душе, социализме и важности крови. Чирикала Любовь Исидоровна. Все вышли. Опять в <нрзб>. Спит. Поперся к Матвию. Пришел Рославлев. Сделался комиссаром от большевиков, реквизирует муку. М<атвей> И<ванович> скучно и теоретически рассуждал. Боже мой! Юр. ждет. Опять идти. Гуляют матросы, красная гвардия. Гукасов удивлен, любезен, почти польщен. Купил пастилы. Юр. сидит у меня, пишет. Солнце во всю мочь. Хозяйка ворчала на меня, что если нет средств, незачем нанимать такие комнаты. Юр. вышел спорить, но они стали повеселее. Пошли обедать. Заходили к Клочкини, он утешителен и заветен. Обедали со свечами, но хорошо очень. Юр. что-то уныл. Да, конечно, какое его житье! Нам бы иметь много денег и достаток. К Ив<ану> Пл<атоновичу> не пошел. Дома приглашение на дежурство28. Вот гадость! Пили чай, но не читали. Юр. заброшен, хандрит и уединяется. Спаси его, Боже!
400 <р.>
Ноябрь 1917
1 (среда)
Всю ночь сегодня колобродили. Юр. вставал на дежурство, беднягин, будил меня, но я не был сегодня в списках. Пили чай, мамаша ворчала на буржуев. Потом объявили, что печь будет 2 раза в неделю. Я загрустил, вспомина<я> 1906 год, печку, которая у меня треснула от жара, Сомова, Сапунова, свечи, начало известности, Казакова, эскапады1. Будто 100 лет тому назад. Погода опять хороша. Матвей дал кое-что. Дома Юр. вставал. Поели немного. Вышел. Веселый ветер. Разводят мосты. Ввели целую эскадру к Обухову2. Очень весело. Какая-то Александрия. Татьяны не было и, что еще удивительнее, в «Привале» не было ни души3. Дома сидел Феликс и при свече читал рассказ под А. Толстого. Я не пишу ничего. К Кричевским в подъезд еле пустили. Я сам с такой охраной охотно бы устроил погром, так эта трусость противна. Бриков не было. Было мирно и буржуазно. Играли в тетку4, в граммофон слушали Шаляпина, все-таки звук его голоса вне сравнений, колдовской и очень русский. Выиграли. С Г. Б. не поговорил. Вот. Голодновато, и дома начали меня уничижать.
35 <р.>
2 (четверг)
Топили печи. Денег не прислали. Пошел один к Татьяне, она выходила искать денег, все продает. Едет в Москву, испугана и болтлива. У нее не всё в порядке, но известная прелесть светскости есть. В «Привале» вставали, были очень милы, вспоминали прошлое, мечтали о будущем. Не очень паничны. Деньги – вопрос 1-2 дней. Брился. Офицер в ужасе, ч<т>о мастер оказался большевиком. Юр. с зубами, сердитый и мрачный. Пошли к Фридам. Угодили на рожденье. Обед, пирог, крендель. Ясный, Елиз<авета> Клавд<иевна>. Ничего было. Картинок Юроч<киных> никто не хочет. Вот так. Вечером мирно говор<или>. Ночью Юр. приходил и побыл.
3 (пятница)
Приуныл. Газеты закрыты5. Театрам грозят, все разъехались или боятся. Шел к дружочку. Удрал неизвестно куда. Всю дорогу зевал, не мог отзевнуться. Вспоминал 1907 год. Юр. все спал. Сердитый встал. Отправился к Кричевс<кому>; папирос нет. Из Москвы ничего нет. Расстреляли, что ли, или разбежались6. Кричевского нет дома. Вернулся. Юр. навязал книжки7, побежал к Клочкову. Долго ждал Кричевского, смотря Ропса и Росетти8. Беспокоит нас Люба, ужасно, она добрая девушка. Приехал, дал немного, ссылаясь на военное время. Что еще? Юр. сидел у Филиппова. Купили кое-чего, ели у Лейнера9. Хотели было пойти к Брикам, но зашли в кинематограф. Чаплин бесподобен10. Дома устроились с дежурством, с Любой. Пришел Феликс и пили чай.
60 <р.>
4 (суббота)
Что же мы делали? Юрочка убежал куда-то. Я удрал от Паскарихи бриться. Паскарь и Семенцов – два кошмара, но первая в 100 раз хуже и назойливее. Юр. явился с Тенкате и книжкой. Звонили Клаше, они всё ходят по знакомым с ночевкой, боятся дома, но жаждут репетиций. Феликс мрачно явился без денег. Темно. Электр<ичество> не горит. Свечки мало. От дежурства откупились. Вечером никуда не ходили. Читали и писали.
5 р.
5 (воскресенье)
Еле поспели к Ясному. Было ничего. Пироги. Вино паршивое. Дома пили чай.
6 (понед<ельник>)
Утром был у Матвия. Вышли с Юр., бродили. Масла нет. Купил свечей, сыру. Ели у Лейнера и к Ел<изавете> Кл<авдиевне> пришли до нее. Юр. спорил. Приват-доценты были скучноваты. Ночью Юр. с зубами. Дежурить должен. Колобродили.
80 р.
7 (вторник)
Снег и чудная погода. Юр. с зубами. Ходил бриться. На почту. У В<еры> А<лександровны> долго сидел с Шурочкой. Просили зайти в 5 ч. Дома приш<ел> Семенцов, он будто не в своем уме, бестолков, но известная светскость и порода есть, особенно когда в фуражке. Пели, потом читали. У В<еры> А<лександровны> долго было ждать. Были дети, пили чай. Юр. убежал. У Каннегисеров было уютно, чуть-чуть уныло. Сакеры убитые какие-то. Дежурить мне сегодня.
8 (среда)
Все капризничал, хотя Юр. с утра побыл. В<ера> А<лександровна> прислала. Пирог испекли с маком, невкусный. Ходили к переплетчику и Лебедеву. Снег, и лежит. Настоящая зима. Я спал. Утром было очень хорошо. Проспал Феликса. Потащил меня Юр. в кинемо; я хныкал, но потом обошелся. Пили чай дома.
50 <р.>
9 (четверг)
Что было? Звонит вдруг Ел<изавета> Кл<авдиевна>, не нужно ли денег от неизвестных личностей. Утром был в «Привале». Сомова не было, к Анненкову не попал. Юр. все спал. Кто-то был. Пошли к Брикам. Был банк. Играли в карты11. Были Лурье и Петников, очень похорошевший. Что еще?
10 (пятница)
Рано Юр. вернулся с дежурства. Являлся к нему полоумный проп<оведник> Васильев с объяснениями. Пошла мамаша. Все расстроились. Я побежал к Канторовичу, но его, к счастью, не было дома. Долго спал Юр. Есть невыразимая нежность, когда он спит, и мамаша, немного плачущим голосом, говорит: «Юрочка!» Топили печи. Вдруг еще прислали деньги. Ходили бриться, купили меду, обедали. Я пошел к Каннегисерам и в «Привал». Юр. в кинемо и ждал меня с чаем. Тихо и хорошо, хотя деньги и истратили.
200 <р.>
11 (суббота)
Утром являлась хозяйка и грубо опять кричала на меня за деньги. Господи, что нам делать. Ты мне помогаешь чудесами, но я сам все порчу. Мамаша права. Хотя бы маленькую, но свою квартиру, где бы не нужно было трепетать. Пошли на выставку. Пустыня и очень скучный vernissage12. С Щербаковым поехал обедать. У него выезд. Я все спал. Заходили еще в лавки.
12 (воскресенье)
Вечер<ом> были у Бриков. Были там Кушнеры и играли в карты.
13 (понед<ельник>)
Что было. Ходил на репетицию. Не обещали наверное денег. Продавали книги у Клочкова. Зашли к Брикам, они звали к Кричевским. Юр. не пошел. Погода обворожительная: луна, мягко, сухо. Он еще не спал. Пили чай. Дежурил я, читал Лескова.
15 <р.>
14 (вторн<ик>)
Что было. Репетиция не состоялась. Денег нет. Я будто умираю. Юр. встретил. Сходил к Чацкиной. Ее встретили, гуляли, зашли домой. Спорили. По дороге к Шапориным Юр. ругал меня. Там ничего, уютно и скучновато. В<ера> А<лександровна> ничто мне не прислала. Юр. опять бранил меня, что я мамаше ничего не даю, а обедаю тем не менее. Легли поздно, а он встал на дежурство.
2 <р.>
15 (среда)
Проспал и совсем болен. Погода прелестна. Мягкая и сухая. Ходил к С<офье> И<сааковне>, нет дома. Матвий не дал. Юр. собирается выскочить. Опять лежал. Юр. притащил денег. Пил шоколад с Философовым, был у Жеверж<еева>13, его брат имеет до меня дело. Пошли опять. Я брился и сидел в темном «Привале», где никого не дождался14. Юр. туда заходил. Я опять лежал. Юр. опять с деньгами. Кричал на меня. Отдал хозяйке. Пили чай, сидели и рано легли спать. Всё что-то жевали. Господи, спаси нас.
60 р.
16 (четверг)
Писал. Вышли к Ясному. Юр. продал кое-что. Уютен и мил. Купили книг, сластей, завернули в «Привал», все спрятались. А<лександра> Сем<еновна> даже потушила огонь в кухоньке. В<ера> А<лександровна>, говорят, больна и в бреду звонит по телефону. Борис внизу аппетитно говорит, что наверху – чай, камин и разные прелести, когда все прячутся. Погода мягкая. Пили чай дома. Читали Франса. Все повеселели немного, но Саблин весь сгорел15. Это грозит. Юр. побыл. На дежурство, вероятно, не пойду. Вот так. Рад, что начал писать16. Господи, благослови.
17 (пятница)
Погода прелестнейшая. Отправился к Форесте. Нагнал меня Пронин. У них потоп опять17. Ждут денег. К Рубинштейнам вместе со мною явились ударные офицеры18. Выбежал сынок, кривлялся, изображая дофина. Евг<ения> Генр<иховна> не так мила, как я предполагал, и рассказывала мало утешающие случаи, что Митька теперь, мол, отказывает даже друзьям детства. Юр. вставал. Солнце. Работал. Чернявский пришел, забрал у Юр. Флоренского19, на которого Юр. так радовался еще вчера. Пили чай. Я безобразно ворчал на мамашу. Юр. навязал громадный тюк книг Ясному и принес все почти домой. Играли Глазунова до беспамятства. Милое, ничего себе. Луна зелена ужасно. Дежурил, читал Порфирьева20. А вдруг Митька откажет? Умирать опять?
18 (суббота)
Погода чудная. Встал очень рано, все ждал телефона, нет. Посланных нет. Юр. мрачнеет. Собрал книжки. Пошли вместе продавать. У Соловьева масса книг эротических. Брился. Дома пили чай. К Кричев<скому> пришли первыми. Масса народа, все евреи, положительно Иродов пир, эллинизированный, вроде Филона. Брат Л<юбови> И<сидоровны> говорил о Париже, Дягилеве, Баксте и т. п. Юр. все время был в библиотеке, смотрел книжечки, сидел близко. Подпили все; были блины. Снег выпал. Звали нас Персиц<ы>, Бельген и Левины.
15 р.
19 (воскресенье)
Разбудили меня поздно, да и то все спал. Юр. мрачен. Он не терпит, что я сижу дома, вообще не любит, чтобы я писал. Фореста молчит как убитая. Мамаша провалилась. Едва поспели к Персиц. Юр. мрачен и бранится как не знаю кто. Там мило и любезно. Планы издательства21. Гржебин заседает. Все хорошо. По мокроте пошлепали в «Привал». Расстроены донельзя. М<ожет> б<ыть>, завтра. Вечером Юр. объяснялся. Ему обидно, что ведет себя лучше, а игрушек каких-то нет. Опять ругал, что плохо хожу, мало спрашиваю, что моментально не дают, не пристаю с ножом к горлу. Печку топили.
20 (понед<ельник>)
Отправился к Евг<ении> Генр<иховне>. Лакей, как из фарса, уже покровительственен. Ничего не вышло, всем отказ. Руманову отказал. Ал. Льв<ович> вышел, его переехал автомобиль. Граммофон пел Дорой Строевой, «интеллигентным» басом22. Фореста звонила Чацкиным. Просили зайти. Там сочувственно, кисловато и продолжительно. Племянник, мальч<ик> от Гуревича, третировал Якова Львовича. Камин трещал. Всё об переводах для «Огней»23. Юр. выбегал, оставив записку, мил и раскаян. Писал. Опять побежал. Темно. Света не дают. Пили чай. Видел он массу людей. У Ленечки. Отнесся крайне официально и отрицательно к моей просьбе. Обедали. Сенатор Блуменфельд очаровательно уютен, как из Франса. Всем стало бодрее и веселее. Снег идет. В «Привале» уходят. Только завтра. Господи, что нам делать. У Бриков была Любавина и Венгров. Мило очень. Л<иля> Ю<рьевна> надевала розовые пачки и показывала танцы. Было винцо. Поздно засиделись.
45 р.
21 (вторн<ик>)
Не помню, что было. Без денег. Вечером читали Mirabeau24, и Юр. побыл, голубь.
22 (среда)
Проспал. Адски болит голова. Ничего не прислали. Леви не тормошат. Юр. ходил куда-то продавать что-нибудь. Принес мармеладу и книжки. Я выспался, и голова прошла. Ходили к Брикам. Они на отходе к Кушнерям <sic!>. Сидит Альтман и Гартевельд. Она – мусорная какая-то и слушает лекции у Зубова25. Дома что делали, не помню.
23 (четверг)
Что было? ничего не присылали. Выходил к Матвию, – ничего не дал. Юр. что-то делал. Пили чай дома. Да, Юр. ходил попусту. Помчался к Юрьевскому. Я сидел дремал. В<ера> А<лександровна> звонит. Теплее, но дрожь пробирает. Репетиция. Сидит Филоненко в бороде. Алекс<андр> Сем<енович> злится. Ольга Аф<анасьевна> и Лурье слегка надуты. Юр. продал модные картинки. Дома долго читали, делали чай.
150 р.
24 (пятница)
Утром прислали от Сабашниковых26. Вышли покупать кое-чего. Немецкие книги. Обедали. Встречали разных редких людей. Снег валит. Скоро будет таять. Зашли в «Привал», но сегодня все на «Черной Пантере»27. Ужасно не хочется идти завтра к Андреевой28. Вечером мирно сидели. Я тянул было Юр. в разные места, но он не хотел, поспал. Сидели читали «Мечтателей»29. Еще разбудил меня почитать, что он написал о мечтателях.
200 <р.>
25 (суббота)
Пошел далеко пешком в Нар<одный> Дом30. Юр. рано встал; пил чай из самовара и убежал куда-то. Снег успокаивает, но у меня болела голова жутко. Персиц не была. Юр. нанес книжек. [После обеда пошел с письмом к Перс<иц>. Юрочка отказался идти к Шапор<ину>, но отправился к Л<иле> Юл<ьевне>. Скучно было без него очень.] Дома пили чай. Персиц<ы> обедали, был Гржебин, но с нами не поехал. У Ремизов<ых> тепло, но уныло несколько. Была Кассандра. Назад нас завозили по Петроградской. Персиц очень мила, но что-то мне скажет?
26 (воскр<есенье>)
Юр. поздно встал, и я его почти не видел, т. к. пошел относить письма, а он к Шапор<ину> отказался идти и поплелся к Брикам. Скучно мне было без него очень. Погода хорошая. Зашел к Олет; сидели у камина, пили чай по-старому, болтали. Артур все бродит. Уныло все-таки как-то это сожительство. У Шапор<ина> кисловато, сначала был я один, потом пришел Борис. Чек действительно есть, и действительно по нём не платят. Ехали в траме довольно весело. Юр. не спал, но печальный какой-то. Огня нет. Посидели, он писал, я читал половую книжку31.
2 р.
27 (понед<ельник>)
Что было. Сговаривался с Андреевой, от которой получил письмо. Это о народных развлечениях32. Юр. ходил куда-то, но вернулся ни с чем. В «Привале» ничего. Позвонились Ясному. Играли, пили чай. Вот так.
28 (вторн<ик>)
Чудное солнце. Юр. рано встал. Топили печи. Все закрыто, дурацкие плакаты, но настроение будничное до крайности. Лейнер заперт. Весело завтракали в «Франции»33. Брился дома. Зашли к Феликсу. Он женился, оказывается, на Магдалине. Вот так история! Ехали к Персиц. Она согласна. Слава Богу. Мечтали об издании. Играли. Пили. Ели. Лурье был доволен. Лизетта была, Альтман, Гржебин, Шерлинг. Очень мило.
3 р.
29 (среда)
Холод и ясно. Звонился. Долго не слали. Юр. выбегал. Пришел Сашá, уютный и милый. Обедал с нами. Поехал. Марьи Ф<едоровны> нет. Встрет<ился> знакомый, не то актер, не то художник. Был Замятнин. Просто. Занимал. Показывал медали, рассказ<ывал?> из жизни. Про дело ничего. Обедал. Не дождался Андреевой. Юр. дома с книжками, но что-то кисленький. Пили чай. Мамаша пекла хлеб вкусный. Юр. положительно что-то скучает.
410 <р.>
30 (четверг)
Выбегал куда-то. Или нет. Юр. ходил. Поехали обедать. Покупали кое-что и зашли к Брикам. Там Шурка Израилевич и Гранди. О<сип> М<аксимович> уехал. Л<иля> Ю<рьевна> устроила комнату. Играли в карты. Сидели раньше в café. Вечером долго сидели. Утром Юр. побыл, но Оля помешала.
Декабрь 1917
1 (пятница)
Сегодня первое число, новый месяц, а я проспал безбожно, зол и с головною болью. Тепло и сыровато. Пошел к Лизетте. Тихо, печка топится. Посплетничали, ели макароны. Муки у нее уже нет. Еле плелся. У нас сидит Саша. Я лег. Юр. отправился. Я все спал. Юр. принес книг, масла, сыра. Веселый. Пили чай. Поехали втроем весело. Там ничего, хотя Олет и Артур тайно пикировались. Читали и играли. По улицам стреляют1. Из Англии разбирают, можно ли выпустить Чичерина2. Какой-то он приедет, зайдет ли ко мне3. Юр. люблю без меры, хотя ленюсь.
2 (суббота)
Что было-то. Заходили к Феликсу. Пили чай. Морозов туда звонился. Потом к Лизетте. Всех отгласила. Мы звали Персиц, но оне не приехали. Было ничего себе, чуточку скучно, был Смирнов. Поливанов не приехал. Вот так.
3 (воскресенье)
Что делали? Рано обедали. Потом ходили в кинемо. Зашли к Брик. Там Эльза и Альтман. Волнуются, будет ли театр. Был Козлинский, Андреев и француз4. Л<иля> Юр<ьевна> не совсем в духе. Юр. книжки продал. Стреляют5. Темно. На выставку не ходили. Утром был Артур. Все-таки он ханжа какой-то.
4 (понед.)
Ходил, ничего не выходил. Юр. писал. Солдаты идут с музыкой, мальчишки ликуют. Бабы ругаются. Теперь ходят свободно, с грацией, весело и степенно, чувствуют себя вольными. За одно это благословен переворот. Брился. У Матвия был типограф-немец. Насилу наскреб. У Персиц было страшно мило. Читал Юр. Хорошенький, мой, талантливый и ласковый. Все стреляют. Их тетушка едет в Америку, потом в Палестину. Будто из кинематографа.
40 <р.>
5 (вторник)
Туманно. Звонил Саше насчет Уконина, а он сам пришел с дивным колье из опалов и старых сафиров. Планы довольно спекулятивные. Отправился к Радлову. Любезны и дали. Звал к себе. Юр. дома. Весел, ничего себе. Пришла племянница. Хорошо обедали. У Бриков играли в карты. Дали масла. Насчет камней подождать.
25 р.
6 (среда)
Юр. бранил мои стихи. Я обиделся и защищался. Юр. даже прослезился. Но я был очень обижен. Как-то очень чужо и одиноко почувствовал себя. Были в кинемо, по-моему. Утром была у нас племянница Вер<оники> Карл<овны>.
7 (четверг)
Что было? не помню. Саша приплелся поздно, да и то мы его встретили. Я продал Казанову и т. п. книги, и Юр. продавал. Сидели у мрачного Филиппова, где заседал и Философов. Дома пили чай. Звонили всюду. Чудновские пришли поздно-поздно. Юр. читал. Не так было уютно. Сашенька у нас ночевал.
40 р.
8 (пятница)
Саша явился с каким-то господином, который покупает колье. Не знаю, купит ли. Юр. мрачно спит. Пекли пирог и хлеб. Я брился. Юр. побежал. Я его совсем не вижу. Сашан приволок кружева. Я в них ничего не понимаю. Сидели у печки, мечтали. Юр. поздно пришел. Был в кинемо, лавках, все без меня. Чай пили. Но как-то не сердечно. Потом выпроводил меня. Беднягин, тяготится он необходимостью быть со мною. Вот так. Взял я денег. Я даже плакал от холодности Юр.