Ведьма огненного ветра. Ответный визит
- -
- 100%
- +
– Хорошо, Марси, – Тир встал, одобряюще кивнул мне и вышел из комнаты.
– Ну, Эль, – обратилась леди Марси ко мне, – когда у вас свадьба?
– Мы решили, что поженимся через неделю после того, как я закончу Академию и получу Лицензию Королевского Мага.
– То есть через два с половиной года, верно? Бедный Тиури, ему ещё столько ждать, – лукаво рассмеялась леди Марси. И продолжила: – После свадьбы ты согласна жить тут?
Я заморгала. А почему я должна оставаться в поместье, если муж служит в Лайяре, а ещё без конца катается по всей стране, гоняя привидений по кладбищам?
– Вижу, вы об этом не говорили, – непринуждённо продолжила леди Марси. – Тогда я расскажу, потому что ты должна понимать, какие обязательства берёшь на себя, выходя замуж за моего Тиури.
Обязательства? Это она о чём? Я так представляла, что супруги должны любить друг друга, хранить верность и встречать невзгоды плечом к плечу. А с учетом того, что мы – боевые маги, вместе сражаться с врагами. Ну и, конечно, когда появятся дети – заботиться о них. Что-то не так?
Изложила это и услышала в ответ:
– Боевые маги? – леди Марси засмеялась. – Даже не думай! Обязанность женщины состоит в том, чтобы создать дом, куда захочет возвращаться мужчина. И в том, чтобы растить детей. Ты не имеешь права собой рисковать. Конечно, я понимаю, тебе хочется видеть мужа как можно чаще, но ты не должна мешать ему заниматься работой или как-то ещё стеснять. Не волнуйся, я тебя научу.
– Но я тоже – маг.
– Ты девушка, женщина, будущая мать. Поэтому выброси ерунду из головы. И слушайся старших, тогда всё будет хорошо, – сомнений в её голосе не звучало.
Договорила – и с улыбкой уставилась на меня.
А я, я чувствовала себя так, словно мне стакан ледяной воды в лицо выплеснули. Хорошо? Кому хорошо? Точно не мне. Потому что представить, как я день за днём, год за годом сижу одна в этой элегантной золотой клетке и только рожаю детей, пока не наберётся трое одарённых, – от такого хотелось умереть прямо сейчас.
Как бы попробовать её убедить?
– Леди Марси, у меня есть обязательства. Ещё до того, как мы сблизились с вашим внуком, я дала слово своему фамилиару вернуть некий долг. Сделать это прямо сейчас я не смогу, потому что пока недостаточно сильна. Но слово я дала и отступать от него не собираюсь. Понимаете?
– Слово? Фамилиару? Какая ерунда! Неужели что-то, что ты сказала зверушке, важнее для тебя, чем замужество и Дом? Ты должна хранить себя для семьи.
Я опешила. Так вот она какая! Как можно так говорить? «Зверушка», «слово – ерунда».
Наверное, продолжать этот разговор сейчас – только рассориться окончательно.
– Спасибо большое, леди Марси, что всё мне объяснили. Я обязательно подумаю над этим.
– А ты с характером! Вообще, девушка с сомнительным прошлым могла бы держаться чуть скромнее и быть более благодарной за то, что её готовы принять в семью.
Сомнительным прошлым? Так вот почему она без раздумий предложила мне одну комнату с лордом Тиуррой? Я должна проглотить такое? Думаю, нет. Даже когда я была безродной побродяжкой, то держала голову высоко.
Прищурилась:
– Да, меня украли в детстве. А потом я нашлась. И доказала своё родство с семьёй Эрранд, войдя в ритуальный огонь Дома Эрранд, так что усомниться в моём происхождении не может никто. Но даже когда я скиталась, никогда не делала ничего постыдного или запретного. Так в чём же моё «сомнительное прошлое», леди Марсиалла?
– Хорошо, хорошо, – подняла она руку. – Я была слишком резка. Но это не отменяет того, что обязанности жены – это обязанности жены. И давай не станем говорить о нашем небольшом споре Тиури, Эль?
А о чём говорить? Всё уже сказано. Обо мне готовы заботиться – и держать в клетке. А взамен я должна одного за другим родить полдюжины маленьких Тиури. И все будут счастливы. Кроме меня. Потому что я – не садовая розочка, которая рада год за годом дни напролёт ждать мужа и в компании свекрови вышивать фиалки на салфетках, а честный придорожный чертополох. Я об этом почти забыла – но мне напомнили.
Остаётся узнать одно – что думает обо всём этом лорд Тиурра. Может ли быть, что тот понятия не имел о взглядах и планах леди Марсиаллы?
Поднялась с оттоманки, где сидела во время нашей занимательной беседы, сделала реверанс и вышла из комнаты вон.
Лорда Тиурру я нашла на балконе, обозревающим заснеженный сад. Ну да, красиво, особенно алые гроздья рябины в шапочках из снега. А рядом на ветках качаются снегири с красными грудками…
Он с улыбкой обернулся ко мне:
– Ну что, поговорили?
Чувствуя, что в горле стоит ком, осторожно отозвалась:
– Да, леди Марсиалла хочет, чтобы после свадьбы я переехала сюда.
– А ты не хочешь? – испытующе посмотрел на меня.
– А где будешь ты?
– Очевидно, там же, где и всегда. Увы, от обязанностей меня никто не освободит, а то я бы тоже не захотел уезжать отсюда.
– Значит, ты не хочешь, чтобы мы жили вместе?
– Тебе будет неудобно, да это и не всегда безопасно. Вспомни, как ты чуть не погибла осенью. А я хочу оградить тебя от такого.
Оградить? Это так называется?
– А Кая ты тоже мог бы запереть в клетку? Тогда бы он был в безопасности, – не выдержала я.
– В клетку? Вот как ты это воспринимаешь?
Кажется, сейчас мы поссоримся первый раз в жизни. До этого у нас были пикировки, подколки, ехидные шуточки, – но мы ни разу не ругались всерьёз. А сейчас, похоже, собираемся…
– Скажи, Тир, ты согласен с тем, что жена должна безвылазно сидеть в доме мужа, рожать одного за другим детей и во всём слушаться мужнину родню? А муж при этом может быть неведомо где, потому что у него служба и призвание?
– Ты сгущаешь краски. А ещё ты забыла о том, что моя мать как раз была боевым магом, который не хотел оставаться дома, – и погибла. А сын Марси – мой отец – с тех пор не вылезает с границы и здесь его не видели много лет. Представь, Эль, что пережила моя бабушка!
– Мне очень жаль твою маму… Но я постараюсь не лезть в опасные места, пока не стану действительно сильной. Только отказаться от магии я не могу.
– Кто тебе говорит отказываться? Тут есть библиотека, зал для тренировок…
– Тир, ещё до того, как я дала обещание тебе, я дала слово Хаосу. И выполнить клятву, сидя в поместье, не смогу никак.
– Скажи мне, в чём дело, я сделаю это за тебя.
Угу, а ещё можно прожить за меня мою жизнь, пока я буду вышивать те клятые салфетки… Почему-то вспомнилось, как он раз за разом повторял: «Тебе не надо это знать. Я не хочу, чтоб ты лезла в политику».
– Извини, что-то зябко. Схожу посмотрю, как там Хаос.
Хаос нашёлся в комнате. Пушистый негодяй разлёгся в центре кровати и лишь ухом дёрнул, когда я вошла. Я плюхнулась рядом и без раздумий потянула его за хвост:
– Эй, проснись!
«У тебя такой вид, словно что-то сдохло».
«Примерно так и есть».
Сейчас мы смотрели друг другу в глаза, и произносить слова надобности не было.
«Я поговорила с бабушкой лорда Тиурры. Точнее, она поговорила со мной».
«И что?»
«И она, и мой жених считают, что после свадьбы я должна поселиться здесь и рожать детей. При этом лорд Тиурра останется в Лайаре и будет по-прежнему ездить по Эрвинии, гонять нежить».
«Ну-ка, покажи весь разговор».
Я показала. А потом вздохнула:
«Что думаешь?»
«Поехали отсюда. Собирай вещи прямо сейчас».
Это странно, но я ужасно обрадовалась, услышав такое от кота. Потому что сама чувствовала то же самое.
Три платья – небольшой вес. Книги по садоводству, которые я так и не нашла случая преподнести, я оставила на столе. А дымчатую шаль прихватила с собой – пригодится. Сейчас ещё светло, так что можно успеть добраться до трактира, который я приметила в деревне, и нанять там лошадь. Думаю, обойдусь без кареты.
Сложив кофр, обернулась к коту:
«Пойдём через дверь или через окно?»
«Если не хочешь выяснять отношения, то через окно. Кошки всегда уходят тихо».
На секунду задумалась, надо ли написать письмо? Наверное, надо. Взяла чистый лист с секретера, вывела: «Благодарю за гостеприимство». И подписалась полным именем – Эльнейда-Элерет эйд Эрранд.
Письмо положила поверх книг.
Закончив, распахнула створку окна, огляделась – всё тихо. Пролевитировала на тропинку кота, потом саквояж, а затем сотворила наклонный жёлоб из сжатого воздуха – и съехала сама. Обернулась, шевельнула пальцем – порыв ветра захлопнул оставленное окно. Теперь осталось зайти на конюшню, забрать из кареты котовую корзину – и можно отправляться в путь.
Обернулась к фамилиару:
«Хаос, тебе понравилось на санках кататься?»
Пушистый негодяй прижмурился и с энтузиазмом боднул мою ногу, заставив пошатнуться.
Ясно, опять поедем под котовые «Ура-а!». Самое то, чтоб поднять настроение.
Взяв корзину, вышла за ворота. Угу, а до деревни не так уж и далеко – за широким полем с редкими деревьями по краю виднелись кровли крайних домов и плывущие дымки. Сделала санки, села, обняв корзину, и покатила. Причём не по дороге, а прямо через поле, благо моей чудо-карете колея была не нужна. А вот срезать путь стоило, кто знает, когда у меня магия кончится?
До постоялого двора мы добрались без приключений. Начала я с того, что купила хлеба и пару кругов свиной колбасы. Подумав, добавила флягу с молоком и мешочек чищеных орехов. А потом пошла на конюшню, где за горсть серебрушек сторговала лошадь до столицы, с условием, что, доехав, оставлю конягу на постоялом дворе близ ворот. Ещё за пару монет приобрела полмешка овса на прокорм моему транспорту. Напоследок, поразмыслив, наложила морок, превратив свой зимний плащ в деревенского вида зипун на меху.
Ночевать тут я не собиралась. Чем дальше от гостеприимного дома леди Марсиаллы уеду, тем счастливее буду. Села верхом и тронула коня. С одной стороны за седлом болталась корзина, с другой – мешок с овсом. Сверху, вцепившись когтями в войлок потника, восседал Хаос. Свой кофр я прицепила спереди, у колена. Мохнатая лошадёнка опустила морду к дороге и мерно потрусила вперёд.
Я оглянулась на Хаоса:
«Кормежки у лорда Тиурры не жалко? Я тебя так ублажать не смогу».
«Свобода дороже!» – гордо распушил хвост кот.
Согласна, свобода дороже.
На ночлег мы остановились в Лиаре, в трактире средней руки. По настроению я бы поехала и дальше, но боялась сбиться ночью с пути.
Мне не спалось. В голове снова и снова прокручивался наш последний разговор. Но уступить я не могла – стоило представить жизнь в этом доме, где нет ничего моего, где нечего делать, не с кем поговорить или посмеяться, некуда пойти – как хотелось завыть и начать биться головой о стену. Ну, или кого-нибудь покусать. Грустно засмеялась – ведь сбылось в точности по моим словам: лорд Тиурра здесь – любимый сын и гордость Дома, а я – никто, племенная кобыла с соответствующими правами. Не знаю, сколько лет или веков этой бабушке, но это не даёт ей права так распоряжаться моей жизнью. А сильнее всего задело поведение лорда Тиурры. Ведь он знает меня почти три года, я от него никогда ничего не скрывала – ни нрава, ни мыслей, ни намерений. И вот оказалось, что для него мои стремления и мечты не значат ничего. Кто я такая со своими бутербродами рядом с его изысканной прелестной бабушкой с фрикасе из косули? Одно хорошо – что мы не зашли слишком далеко, пусть и не потому, что он не хотел. Но если бы зашли, сейчас бы мне было в сто крат хуже. А так – переживу… Я столько лет жила одна, полагаясь лишь на себя, а с ним вместе провела всего три месяца. Точно переживу. Но почему в голове вновь и вновь всплывает слово «предательство»? Разве он меня предал? Кстати, сейчас в особняке уже наверняка обнаружили и моё отсутствие, и мою записку. Погонится ли он за мной или не пустит бабушка? Которая хочет покладистую невестку без сомнительного прошлого? Бр-р, хватит себя травить! Если сейчас не засну, завтра вывалюсь из седла.
Глава 5
Брак – это война между мужчиной и женщиной, победителю достаётся свобода.
Оноре де БальзакВскочила я затемно. Подхватила под брюхо Хаоса, закинула за плечо кофр и потрусила на конюшню. Ну и рань! – в трактире ещё даже не затопили печь. Поставив багаж в угол, наказала коту: «Присматривай!» – а сама пошла искать щётку со скребницей, ибо чем лохматее лошадь, тем больше мусора к ней липнет. А моя обросшая животина, похоже, всю ночь валялась в опилках с соломой. Замахнув спину и круп щёткой, начала чистить. Кстати, сейчас я была без юбки, в мужских штанах, и чувствовала себя превосходно. Когда закончила оглаживать щёткой ноги, уже мурлыкала под нос.
Надела уздечку, потом седло. Прицепила к задней луке корзину. Ну, вот и всё, осталось взять Хаоса с саквояжем, и можно трогаться в путь.
И тут из тени выступил лорд Тиурра:
– Эль, ты действительно уезжаешь?
Пожала плечами:
– Доброго утра, лорд Велани. Думаю, мы вчера уже всё обсудили, так что говорить особо не о чем.
– Лорд Велани? Опять? Я верно понимаю, что ты меня бросаешь?
– Ну, выбор невелик: я могу либо расстаться с вами, либо согласиться на пожизненную тюрьму. Да, та красива и уютна, но сути это не меняет. Вы бы ради того, чтобы жениться на мне, согласились бы до самой смерти быть запертым в клетке под присмотром кого-нибудь из семьи Эрранд?
– Мне не рожать детей, я мужчина.
– А я, похоже, не человек и не маг, а племенная кобыла. – Грустно усмехнулась: – Да-да, понимаю, девицы с сомнительным прошлым должны быть скромнее и благодарнее за то, что их готовы принять в семью.
– Что за сомнительное прошлое? – напрягся он.
Пожала плечами:
– Просто цитата. Простите, лорд, мне пора ехать.
– Через пару часов здесь будет карета, давай поедем вместе.
– Не стоит. Я хочу побыть одна. Не волнуйтесь, не пропаду.
До Лайяра я добиралась два дня. Наверное, я бы вообще не ела, если б меня не заставлял Хаос. И пока ехала, уговаривала и уговаривала себя, что всё нормально, всё вернулось на круги своя, так что и печалиться не о чем. Возможно, сейчас я потеряла самого лучшего мужчину, которого могла встретить в жизни. Только, если бы приняла его условия, то потеряла бы себя.
Мою славную конягу я оставила там, где договаривались, проследив, чтобы в кормушку насыпали овса, а ясли набили сеном. И отправилась в особняк Эрранд – за учебником по грамматике древнеферейского языка. Хочешь избавиться от ненужных мыслей – займись чем-нибудь.
Отца дома не было, а вот с Колином я столкнулась.
– Эль, почему ты здесь и почему в таком виде?
– Всё в порядке. Мы расстались с лордом Велани.
– Что-о?!
– Говорю, всё нормально. Ничего серьёзного у нас не было. Только поцелуи. Лучше разбежаться сейчас, чем мучиться потом.
– Что он сделал?!
– Ничего. Просто оказалось, что наши взгляды на семейную жизнь сильно не совпадают.
– И какие у него взгляды? – подозрительно поинтересовался Колин.
– Домострой, – ответила я одним словом. – Пока он сам будет в Лайяре или где-то ещё, жена должна безвылазно сидеть в поместье и растить детей.
– А ты собиралась гоняться по кладбищу за гулями с младенцем на руках?
– Не утрируй, Колин. Мне до младенца не меньше десяти лет, потому что магия должна успеть вырасти. Представь, как бы я сидела или – во, лучше! – как бы ты сам десять лет сидел взаперти под присмотром Тиурровой бабушки.
– Десять лет? С бабушкой? – взвыл Колин.
– Ну, она старушкой не выглядит, но ведь и десять лет – это только начало. А если сто лет?
– Эль, я набью ему морду!
– Не вздумай. Просто имей в виду, что ничего больше там нет. Слушай, как у тебя с древнеферейским?
– Неплохо. Мне его вдалбливали с пяти лет, – фыркнул Колин.
Ух ты! Получается, все дети из семей магов, будет у них Дар или нет, получают фундаментальное образование. Кроме меня, которая навёрстывала сейчас.
– Позанимаешься со мной? Я хочу начать уверенно говорить.
– Ладно. Ещё что-нибудь тебе нужно?
– Ага. Подскажи, где поблизости можно купить хорошую толстую верёвку?
– Ты вешаться собралась или хочешь его удавить?
– Примерно, – засмеялась я.
Иногда кажется, что второе имя судьбы – насмешка. Не прошло и полгода, как до Академии дошло, что я из семьи Эрранд. Прежде воротившие нос девицы теперь здоровались первыми, а Элвина на правах бывшей соседки так и вовсе решила, что имеет шанс подружиться. И что делать с этими козами плюшевыми? Наверное, вежливо раскланиваться в ответ – и больше ничего. Парни тоже сообразили, что, раз Колин мой брат, значит, у меня никого нет, и начали осторожно кружить вокруг. А что, хорошенькая, из влиятельного Дома и с огненной магией. Я на призывные сигналы не реагировала. С одной стороны, мне нужно было время, чтобы пережить боль разрыва, а с другой – они были мне неинтересны. Вот Колин и Ален – да, мужчины, потому что самостоятельные и имеют собственное мнение. Оба не побоялись подойти ко мне ещё тогда, когда я была изгоем. А эти ходят стадом, как телята. Я ж не пастух и не корова, чтоб им радоваться?
Терри, видя, что со мной что-то не так, подсовывала мне мятные леденцы в липких бумажках, но с вопросами не лезла. Чувствовала, что ответить не могу. Вообще, если б не Академия, я б ушла из Лайяра годика на три куда глаза глядят… жаль, нельзя.
Поэтому я просто погрузилась в учёбу. Колин тихо осатаневал от моего желания постичь древнеферейский. Встреч с лордом Тиуррой я не искала. Да, я буду благодарна ему всегда и постараюсь отплатить за всё добро… но не собой. Быть вместе нам, похоже, не судьба. И вообще, если б целью моей жизни была кормушка с кормёжкой, я бы пристроилась куда раньше.
Кстати, я выполнила обещание, данное принцу Уотригу на Зимнем балу, и устроила представление в «Трости и свече». На мне была пышная юбка чуть короче обычной, белые – как я видела в опере – чулочки и удобные туфельки без каблуков. В паре локтей от пола был натянут между двумя столбиками канат, и я, гуляя по нему туда-сюда и пританцовывая, спела слегка игривую песенку о двух кошках «Прогулка по крышам», закончив балетным па и громким «Мя-яу!». Судя по реакции, публике понравилось. А Уотриг просто захлопал в ладоши.
Чувство триумфа подпортило то, что выйдя из освещённого круга, я заметила знакомую спину, исчезающую за дверью. Зачем его сюда принесло? Лучше нам друг друга не видеть, тогда через год или два он спокойно выберет себе одарённую жену-домоседку и заживёт счастливо, как мечтал. К чему ему ведьма?
И, наконец, я сподобилась заглянуть в компании Колина в морг при Сыскном департаменте. Долго таращилась на рассечённую трахею с малосимпатичными складками-«шторками» по бокам, которые и звались голосовыми связками, соображая, как это работает. М-да, что-то не похоже, что получится приспособить приобретённое знание к делу. А у брата на лице явственно читалось желание покрутить пальцем у виска. Когда вышли из приземистого флигеля морга на свежий воздух, я щёлкнула пальцами.
«Чушь!» – уверенно отозвался ветер.
Согласна.
Первое заклинание по вербализации визуального я выбрала, исходя из своего куцего словарного запаса. Двухдневные муки вылились в следующий стих:
Явись кинжал из пламении будь прочней чем каменный,острее будь чем бритва,явись кинжал для битвы.Удивительно, но после того, как я произнесла всё без запинок, на середине чердака действительно возник кинжал! Похоже, Ферейя и впрямь – родина магии!
Полюбовавшись синеватым клинком, решила попробовать, отличается ли он чем-то от того, что я мастерила раньше. Оказалось, да, и очень! Для тренировок я использовала прикрытую щитом тыкву – к этим пузатым уютным овощам я вообще питала слабость, хотя есть их не особо любила, – и обычно меч или кинжал просто отскакивали от щита. Но этот клинок пропорол щит – и испортил мою драгоценную тыкву, едва не развалив напополам. Выходило, что стих на древнеферейском действительно усиливает магию.
«А я что тебе говорил? Слова суть фокус!» – уставился на меня Хаос из кресла.
«Про древнеферейский ты ничего не говорил», – укоризненно покосилась я на кота.
«Укороти заклинание, если хочешь реально им пользоваться!»
Гм, а он прав. Пока такой стих прочтёшь, саму всю три раза кинжалами истыкают. Только короче я пока не умею. Но буду стараться!
Прошло уже больше месяца с начала семестра, когда вдруг вечером в башне объявился лорд Тиурра. И заявил без предисловий:
– Собирайся, завтра утром мы уезжаем.
– Куда и зачем? – опешила я.
– По дороге расскажу.
– Зачем мне с вами ехать? Ведь нет сомнений, что вы прекрасно справитесь и один, лорд Велани.
– Затем, что ты до сих пор моя ученица. И останешься ей до тех пор, пока твои знания будут уступать моим.
– Не хочу. Как видите, я и без вас занимаюсь. Вдобавок я вообще не понимаю, какой вам смысл учить меня, лорд. Показать мир, чтобы потом запереть в четырёх стенах? Не вижу логики. Скажите просто, что нужно сделать для того, чтобы разорвать соглашение о наставничестве? Я думаю, что лучше нам какое-то время друг друга не видеть, – уф, сколько наговорила!
Он посмотрел на меня долгим взглядом, плечи опущены, глаза грустные:
– Эль, если ты уходишь, то окончательно? И тебе совсем не жаль того, что между нами было?
– Лорд, кто в здравом уме пойдёт замуж, чтобы стать заведомо несчастной? Ладно бы я жертвовала собой ради державы или спасала город… а тут зачем?
– Ты меня не любишь?
– Нет, это вы меня не любите. Предлагаю закрыть эту тему и больше не поднимать. Когда мне захочется посидеть век-другой в тихой клетке, повешу плакат себе на шею «Ищу мужа». Но подозреваю, это произойдёт не скоро.
– Почему ты такая злая?
– Ну да, девицам с сомнительным прошлым следует быть скромнее и покладистее. Кстати, откуда леди Марсиалла узнала о моём прошлом?
– Прошу прощения за бабушку. Как я говорил, на неё очень повлияла смерть моей матери.
– Тогда извинитесь не передо мной, а перед Хаосом. Это его назвали «зверушкой» и сказали, что данное ему слово не важно.
Судя по выражению лица лорда Тиурры, о «зверушке» он ещё не слышал. Похоже, то, что бабушка потопталась и на котике, стало новостью.
Помолчав минуту, он заговорил снова.
– Хорошо, я понимаю. Обещаю не затрагивать тему наших взаимоотношений. Но мне нужен помощник, а дело не терпит отлагательств, болеют люди. Надеюсь, леди Эль, вы не станете ставить личное выше жизней невинных горожан. Так что жду вас завтра утром в карете.
И, не слушая моего ответа, вышел вон.
Вот блин! Теперь мне на ночь глядя придётся бежать в «Трость и свечу». Надо же предупредить господина Фосса, что завтра меня не будет?
Пробурчав «Сдобрмутрм, лрд», забралась в карету, зажгла над плечом огонёк, похожий на язычок свечи, и уткнулась в грамматику древнеферейского. Хаос потоптался в корзине, зевнул – и снова задремал. На лорда Тиурру я решила не обращать внимания. Чем быстрее мы оба начнём относиться друг к другу как к посторонним, тем легче будет. Поэтому я листала страницы, время от времени закрывая глаза и начиная проговаривать про себя то, что вычитала. Небесная пятёрка, что в этом языке творится с глаголами?
Наверное, я бы так и молчала всю дорогу, если бы лорд Тиурра не обратился ко мне на древнеферейском.
Я немедленно оторвала глаза от книжки и уставилась на него – я не ослышалась?
Он усмехнулся. И повторил фразу. Признаюсь, я поняла не всё. Но уловила достаточно, чтобы уяснить, что мы едем в городишко Озирд, что в полутора днях пути от Лайяра, потому что там на склады с зерном напала какая-то нечисть. Какая именно – осталось покрыто туманом. Ничего, увижу, разберусь.
– Теперь я знаю, как привлечь ваше внимание, леди, – произнёс он снова на ферейском. Вот же! Даже если не хочешь – всё равно будешь вслушиваться.
Оказалось, что на городские запасы напали чумовки. Юркие как мыши серенькие твари не разносили чуму на самом деле, но люди рядом с колонией мелкой нежити начинали хворать, а если ели потравленное чумовками зерно, то могли заболеть всерьёз и даже умереть, причём особенно страдали дети.
На складе, куда нас привели, я раскинула руки, прислушиваясь к ощущениям. Мамочки, да здесь этой заразы больше, чем мышей в нормальном деревенском амбаре! И, кажется, что в основном нежить прячется под полом, наверное, там много старых мышиных ходов. Вон Хаос неподвижно застыл у одной из норок, только кончик хвоста нервно подрагивает!
Ну и что мы должны тут сделать – переловить тварюжек по одной или сжечь склады вместе с чумовками и зерном?
Выяснилось, не то и не это.
– Запоминайте заклинание, – произнёс уже на гелейском лорд Тиурра. – Оно создаёт решётку из прутьев, которые не по зубам ни одной нечисти. Но что интереснее, сама клетка легко проходит сквозь материальные объекты.