Ведьма огненного ветра. Ответный визит

Глава 6

Ребенок всегда способен преподать взрослому три урока: он весел безо всякой причины, всегда чем-то занят и умеет любой ценой добиваться желаемого.

Снег незаметно пропал, и днём солнце так грело, что прохожие снимали плащи и шапки. Но по вечерам ещё было прохладно. А у меня заканчивался третий год в Академии, и предстояло решить, что я собираюсь делать летом. Пока ясно было одно – жить в доме лорда Тиурры я больше не смогу. Впрочем, и поместье Эрранд меня особо не привлекало. Тереса, конечно, тоже была бы мне рада, но мешать им с Аленом не хотелось – пусть хоть кто-то будет счастлив. Может, спрятать уллы с аурой и пойти бродить по дорогам, как я это делала раньше? Угу, с котиком в котомке, а полосатое счастье, между прочим, тянет почти на две трети пуда. Хотя, если нанять лошадь, то неподъёмный проглот – не проблема. Только надо брать не чистокровку вроде Ясеня, а какую-нибудь низкорослую мохноногую лошадёнку местной породы. А могу вообще устроиться охранять торговый караван… только чтоб ползли не слишком медленно, а то будет скучно. Вообще мысль соблазнительная, надо обдумать…

Из мечтательной забывчивости на скамейке меня вырвал пронзительный голос леди Острис:

– Студентка эйд Эрранд! Вас ждут в учебной части!

Заозиралась – никого. Что за напасть? Но не почудилось же? Ладно, схожу посмотрю, хотя кто бы это мог быть? Почему-то на ум пришла бабушка лорда Тиурры, от одной мысли о которой передёрнуло. Надеюсь, я никогда больше не встречусь с этой чрезвычайно милой леди. Дороги у нас разные, так что пересекаться им ни к чему.

Но оказалось – это лорд Трент и леди Рени, мои папа и мама. Я присела в реверансе, напряжённо соображая, что могло стрястись или чего я натворила. Вроде ничего особенно криминального, кроме обычных выходок для забавы. Не пожаловались же на меня за морок лисьего хвоста, который я намедни прицепила Элвине, устав от её приставаний? Кстати, снимать морок пришлось кому-то из преподавателей. Колин не пожелал вмешиваться, а остальным студентам моя иллюзия оказалась не по зубам. Так в чём дело?

– Эль, дочка, ты не помнишь? – поймала мой взгляд леди Рени.

Не помню чего?

– У тебя сегодня день рождения! Мы специально приехали, чтобы тебя поздравить. Ну и отпросили тебя на день с занятий, – усмехнулся лорд Трент.

Леди Острис за своим заваленным бумагами письменным столом неодобрительно таращилась на нас, удивительно напоминая вражеского солдата за бруствером.

А я растерялась. День рождения? У меня? Настоящий?

– Подарки мы занесли в твою комнату, пойдём, ты их посмотришь. А потом отправимся гулять. Кстати, старшего лоботряса прихватим с собой, вы же вроде с ним ладите?

Конечно, ладим, даже когда дерёмся! Что за вопрос! Но эк лорд Трент с родительской любовью приложил звезду Академии!

Меня ждали безумной прелести платье цвета малахита и к нему гарнитур – серьги, кольцо и колье с крупными изумрудами в цвет моих глаз. Дополняли наряд зелёные сафьяновые туфельки и накидка из незнакомого удивительно красивого меха.

– Обычно первые драгоценности дарят девочкам на шестнадцатилетние, но мы опоздали. Надень, – попросила леди Рени.

– У меня уши не проколоты.

– Я заметила это, ещё когда ты гостила у нас… Поэтому попросила сделать крепления, которые просто зажимают мочки. Да, не бойся потерять, на них заклятие. С девятнадцатилетием, дочка! Какая ты у меня красивая.

Я почувствовала, что растрогалась так, что сейчас заплачу. Собравшись, хлюпнула носом и сказала:

– А можно я кое-что попрошу?

– Конечно, чего ты хочешь? – отозвался родительский хор.

– Я хочу лучший словарь по древнеферейскому. А ещё выучить разные полезные общие заклинания. Я видела, что можно магией чистить одежду или распороть чужой карман, но сама не умею. А хочу научиться!

Гм, и что они подумают про желание потрошить чужие карманы?

– Рени, она вся в тебя, – засмеялся лорд Трент.

Интересная реакция. Надо потом обдумать.

Сначала мы поехали в ресторан, где я впервые в жизни попробовала немыслимо вкусный горячий шоколад, а потом – тоже впервые в жизни – задула на большом торте свечи и загадала желание. Я пожелала счастья и безопасности моей семье, пусть и через сто лет мы сможем вот так собраться и смеяться просто потому, что нам хорошо вместе.

Из ресторана мы отправились в парк, где как раз запустили фонтаны. Пахло раскрывающимися почками, по широким аллеям фланировали нарядные лорды и леди. Кстати, чтобы не пугать народ и не становиться объектом общего внимания, уллы мы прикрыли иллюзией. Будем как все, угу.

Леди Рени обернулась ко мне и засмеялась:

– Хочу похвастаться всему свету, какие у меня красивые дети!

Я засмеялась в ответ:

– Никто не поверит!

Ну да, если не знать, что мы – маги, невозможно заподозрить леди Рени в наличии двух уже взрослых отпрысков, ведь сама она выглядит совсем юной, только чуть старше нас. И мне очень нравилось идти с ней под руку. Словно подруги, да. Или даже как сёстры, потому что мы были похожи – примерно одного роста, у обеих тёмные, хотя и разного оттенка, волосы. Хотя, подозреваю, наши манеры отличались драматически. Мама несла свою элегантность легко, как дышала. А мне приходилось держать себя в руках, чтобы сохранять достойный вид, соответствующий новой собольей накидке. Кстати, а руна от моли есть? А то я беспокоюсь…

– Эль, девочка, тебя что-то тревожит? – участливо посмотрела на меня леди Рени.

Кстати, глаза у мамы были серо-зелёными, опушёнными густыми тёмными ресницами. А у отца, как и у Колина, серые. Тогда в кого я такая зеленоглазая? Может, в какую-нибудь из бабушек?

– Знаешь, мне всё же уже третий век пошёл, так что совет я могу дать, – продолжила леди Рени. – Если, конечно, ты сочтёшь возможным мне довериться.

Третий век? Тогда, выходит, когда мы с Колином родились, маме было уже под двести, а то и больше. Значит, то, что говорил мне лорд Тиурра о том, что первого ребёнка надо обязательно родить, пока не исполнилось полвека, – неправда? Или это что-то из теоретических рекомендаций, которые любят выдумывать врачи, но которым мало кто следует? Гм, а не слишком ли многое, сказанное лордом, я принимала на веру?

Подняла глаза на маму. Та не давила, не настаивала – просто ждала. И выглядела сейчас чуть грустной.

– Да, понимаю, что ты молчишь… Ведь мы так виноваты, что не уберегли тебя.

Ладно, попробую. Опустила глаза в землю – так казалось легче говорить – и произнесла, насколько могла спокойно:

– Я рассталась с лордом Тиуррой эйд Велани, потому что тот захотел, чтобы после свадьбы я поселилась в поместье его бабушки и жила там, никуда не выезжая, под её присмотром. А сам он собирался остаться в столице.

Договорив, нерешительно подняла взгляд на маму.

Леди Рени нахмурилась так, что казалось, сейчас из глаз посыплются молнии. Весь вопрос – кого долбанёт? Лорда Тиурру или меня?

– Безобразие! Правильно рассталась. Я бы тоже такого бросила!

Ой, кажется, сейчас я сделала бывшему жениху крупную гадость. До сего момента я и не думала вмешивать семью… а, может, и зря. Потому что лорд Тиурра без сомнений впутал в наши дела бабушку. Которая, замечу, эти дела и запутала.

– Но разве, – сглотнула, соображая, как обратиться к леди Рени, чтобы лишний раз не обидеть и не подчеркнуть отчуждение, – ты сама не живёшь в поместье отца?

– Живу. Но потому, что сама этого захотела. И так было отнюдь не всегда. Мы, кстати, вообще встретились с Трентом на границе с Га-Карраштом, полтора века назад там какое-то время было действительно жарко, – леди Рени хихикнула как девочка: – Как раз для огненных магов!

– Да?! – не удержалась я.

– Именно. И потом, когда мы уже поженились, он так и не смог уговорить меня сидеть дома. Хотя не скажу, что не пытался. Мужчины – они такие, – оглянулась на шедших в десятке шагов позади Колина и лорда Трента. – В поместье я решила остаться сама, причём только на срок, пока не вырастут дети. Иначе же скучно!

Так, кажется, понятно, в кого у меня шило в попе!

– Но мой совет будет таков, – серо-зелёные глаза серьёзно уставились на меня. – Если тебе не хочется с ним расставаться, но лорд Тиурра настаивает на том, чтобы ты жила в том имении, предложи другой вариант – что ты поселишься у родных, то есть у нас. Тогда сразу станет ясно, дело тут в твоей безопасности, за которую он беспокоится, или же в бабушке, желания которой для него важнее твоих. Если второе, согласия он не даст. Вообще, – склонила голову набок, – Тира мы знаем много лет, но я и предположить не могла, что возникнут такие сложности. Не расскажешь мне о его бабушке?

А почему нет? Не думаю, что это семейная тайна. Но, кстати, совет неожидан – и хорош.

– Леди Марсиалла эйд Велани – мать отца лорда Тиурры. Она выглядит совсем молодой и очень красивой. Особняк элегантный, с идеальным порядком и вышколенной прислугой. На обеденном столе – семь видов вин, красная дичь и белорыбица, покои безупречны. Правда, не знаю, так было к нашему приезду или всегда.

– Ужас какой! Небольшой беспорядок в доме необходим, это же не музей, там живые люди живут! Кстати, слышала я что-то очень давно… – потёрла лоб мама. – Знаешь, маги присматриваются к другим магам и собирают слухи. Не потому, что мы любим сплетничать, а потому, что знать о других Домах необходимо для безопасности собственного. Так вот, где-то полвека назад мелькало что-то такое о конфликте в Доме Велани… Немножко подумаю – вспомню. Но, кажется, леди Марсиалла там упоминалась…

Я фыркнула. Понятно, почему у магов память хорошая. При такой продолжительности жизни, когда надо держать в голове события за последние двести или пятьсот лет, по-другому никак.

– Но вообще маги, заводя семью, редко селятся со старшими родственниками. Все мы рано взрослеем и все, хотя бы отчасти, индивидуалисты. Допустим, Дом Эрранд имеет около дюжины поместий и несколько десятков особняков в разных городах, где и живут члены Дома.

Гм, получается, то, что предложил мне лорд Тиурра, – не правило, а наоборот, скорее исключение. Удобное ему исключение.

– Кстати, я решила задержаться в Лайяре, не возражаешь? – подмигнула мама. – Вообще-то я мастер во всякой мелкой магии вроде «почистить платье» или «заштопать дыру». Ну и в магии рун тоже. И ещё кое в чём. Приходить к тебе в Академию я не смогу, обычно та закрыта для посещений, но можно снять дом где-нибудь по соседству и встречаться там. Как ты на такое смотришь?

Смотрю хорошо. Ой, кстати… А сегодня какой день? Ох, я же пою в «Трости и свече»! А времени сколько?

– Эль, милая, ты куда-то торопишься?

Ладно, попробую разбавить бочку праздничного мёда честной ложкой дёгтя – показывать себя настоящую маме, так до конца. Интересно, что она скажет?

– Я сегодня вечером должна петь в «Трости и свече».

– Это ресторан, куда ходит даже наследный принц?

М-да, об Уотриге я совсем забыла… Но такой реакции я точно не ждала. А леди Рени радостно продолжила:

– Я давно хотела посмотреть! Ты пригласишь нас на выступление?

Гм, что-то всё настолько хорошо, что аж мурашки по коже…

– Конечно, приглашу!

Только надо забежать а Академию, переодеться, не идти же в ресторан в собольей накидке? То-то изумится господин Фосс! Хотя, кстати, а куда спешу? – у нас же карета! Это я обычно пешком по городу шустрю…

Семья расположилась за уютным столиком в нише, откуда отлично была видна маленькая сцена. А я решила, что пугать так пугать, и попросила господина Фосса натянуть канат. Платье выбрала одно из новых. Так, даже при том, что родители видят мои мороки насквозь, всё равно будет красиво. Осталось хорошо спеть…

Вечер задался. Потому что чуть погодя появился принц Уотриг, радостно помахавший мне рукой. А потом в дальней части зала возник подпирающий косяк лорд Тиурра. Осмотрелся – заметил моих родителей – и испарился. Ну да, это он мудро поступил, моей маме под руку сейчас ему лучше не попадаться!

Настроение было слегка шальным. Я пела под лютню, танцевала на канате, подарила маме извлечённую из воздуха алую розу, а из-за уха отца достала несколько золотых монет. Но самое невероятное произошло в конце. Когда я начала чуть грустную, но любимую балладу «Потерянный город», леди Рени поднялась со своего места, спокойно подошла к сцене, встала со мной рядом, обняла за талию – и стала подпевать! Причём оказалось, что наши голоса отлично сочетаются. Зал зааплодировал. Ну да, они-то видят двух красивых юных девушек… А что отец? Ухмыляется? Вот это да!

Между прочим, подавали сегодня в «Трости и свече» омаров и эскалопы из оленины. Господин Фосс и в самом деле пошёл вверх, а ресторан – спасибо принцу – стал модным.

– Я решила говорить, что пение – моё хобби. Сейчас же модно заниматься ерундой? – небрежно пожала плечами я, когда мы вышли на улицу.

– Делай, что нравится, и не слушай никого, – кивнул лорд Трент. – Кстати, можешь приобщить брата, тогда у этого ленивца наконец-то появится повод выучиться сносно играть на клавесине.

Колин с упрёком покосился в мою сторону, мол, и за что мне такое?

– «Она пела настолько хорошо, что могла даже зарабатывать этим на жизнь», – засмеялась мама. – Эль, мне действительно понравилось. Ты не какая-нибудь салонная канарейка, ты чувствуешь музыку и пропускаешь её через себя, потому тебя и слушают. Кстати, зачем ты тащишь с собой этот кусок оленины? Вас плохо кормят?

– Нет, просто у меня есть кое-кто, кто ест очень хорошо. Сколько ни дай – мало! – вздохнула я.

– Это ты о своём фамилиаре? Кстати, мы так его и не видели.

– Даже Колин видел его лишь однажды. Это не фамилиар, а зараза полосатая, – наябедничала я на кота.

Все засмеялись…

В Академии я первым делом побежала к старой башне – надо было отдать ужин пушистому проглоту, а то сегодня я ему задолжала. А потом – очень захотелось – выбралась через слуховое окошко на крышу башни, раскинула руки, пожелала – и взлетела! В первый раз в жизни. Пусть не слишком высоко и ненадолго, это неважно. Но несколько секунд я видела тёмные кроны столетних дубов, шпили башен Академии, огни города у себя под ногами и поняла: это – только начало. Всё впереди!

Так закончился мой самый счастливый третий день второго месяца весны, мой первый в жизни настоящий день рождения.

Засыпая, я улыбалась и хмурилась одновременно. Улыбалась, думая о семье, – жаль, что я не нашла их раньше! А хмурилась, когда мысли перескакивали на лорда Тиурру. Выходило, что тот вольно или невольно меня обманул. И спешить с замужеством мне не обязательно, и жить в доме идеальной и притом не терпящей возражений бабушки я не должна – другие-то так не поступают!

А почему так вышло? Ведь сознательно он мне никогда не лгал. Если не мог о чём-то сказать, допустим, о взрывах, – честно о том и предупреждал. Отчего у меня присутствует ощущение, что ноги несгибаемого домостроя растут из воззрений, которые лорду Тиурре внушили в нежном возрасте? Легко можно представить, что именно раз за разом повторяла леди Марсиалла семилетнему мальчику, когда погибла его мать, а отец навсегда покинул дом. Кстати, я не задумывалась раньше, но вставал вот какой вопрос. Допустим, отец лорда Тиурры решил отомстить Га-Каррашту за жену и потому торчит на границе. Это понятно. Непонятно другое – почему он совсем не наведывается в поместье матери? Странно ведь, нет?

Гм, а надо ли мне в это лезть? Каковы мои шансы убедить лорда Тиурру в том, что взгляды его бабушки на семейную жизнь – не единственно верные? Леди Марсиалла его вырастила и горячо любит, он отвечает ей не меньшей привязанностью. И вдруг в эту идиллию вклиниваюсь я. Что, спрашивается, произойдёт дальше? Ответ ясен – пинка мне дадут с двух сторон. Возможно, надо показать лорду пример – причём не один – счастливой семьи, где жена не сидит канарейкой в клетке. Но не факт, что и двадцать примеров перевесят одну бабушку.

Всё, заканчиваю думать о ерунде. Мы расстались. Теперь моё дело – идти дальше дорогой, которую сама выбрала. Для меня именно она – верная, к чему бы ни привела…

А сейчас – сплю…

Наутро под дубом на пути в трапезную меня ждал сюрприз – лорд Тиурра с подарком на прошедший день рождения. Я заморгала и замахала руками – ничего я от него и не прошу, и не жду.

– Подарки на дни рождения дарить принято, – чуть вымученно улыбнулся темноволосый красавец, – так что прими.

– Не могу! Я больше не ваша невеста, а от посторонних нельзя брать ничего, кроме цветов и конфет. Но цветы мне не нужны, а конфеты я не ем. Хотя можете подарить колбасу, скормлю её Хаосу.

– Сначала посмотри, что я сделал, а потом отказывайся. Я не мастер в изготовлении артефактов, но кое-что умею. Этот браслет, – достал из сафьянового футляра изящную серебряную вещицу, украшенную несколькими изумрудами, – изготовлен специально для тебя. Тут три камня. Нажав на любой из них, ты активируешь щит, какой мог бы создать я сам, он будет защищать тебя несколько часов. Пользоваться каждым камнем допустимо раз в сутки. К следующему дню они зарядятся снова. И пожалуйста, не называй меня больше посторонним, это больно.