Синяя Чайка

Вирт – огромный суррогат,

Тигром в вирте станет трус,

Волком станет вдруг слабак,

Чтоб орать тут, как ишак.

В вирте множество друзей

Есть любимые у нас

Правда, это лишь на миг,

Может максимум – на час…

Вирт надстройка, вирт – клоака

Но реальный мир жесток,

В вирте нам, конечно, рады

Но каков будет исход?

© Katran 49

Я не случайно выбрал стихотворение неизвестного автора под ником «Katran 49» и отрывок из песни Владимира Семёновича Высоцкого. В современном мире слишком много людей «пропадает» в виртуальной реальности, не понимая того, что никакой виртуальной «реальности» не существует. Реальность может быть только одна единственная, реальная! И существует она не за «окном» монитора, а вокруг человека. Одна, единственная, реальная реальность, в которой трудно, а бывает и невозможно исправить ошибку, в которой только одна жизнь и только одна смерть. В которой Любовь, Верность, Честь, Правда и Ложь – не просто слова в чате. Вот об этом моя книга.

Приятного вам чтения.

«…Только в грезы нельзя насовсем убежать,

Краткий век у забав, столько боли вокруг.

Постараться ладони у мертвых разжать

И оружье принять из натруженных рук.

Испытай, завладев еще теплым мечом

И доспехи надев, что почем, что почем?!

Испытай, кто ты – трус иль избранник судьбы,

И попробуй на вкус настоящей борьбы.

И когда рядом рухнет израненный друг,

И над первой потерей ты взвоешь, скорбя,

И когда ты без кожи останешься вдруг,

Оттого, что убили его, не тебя.

Ты поймешь, что узнал, отличил, отыскал,

По оскалу забрал – это смерти оскал,

Ложь и зло, погляди, как их лица грубы,

И всегда позади воронье и гробы.

Если мяса с ножа ты не ел ни куска,

Если руки сложа, наблюдал свысока,

А в борьбу не вступил с подлецом, с палачом,

Значит, в жизни ты был ни при чем, ни при чем.

Если путь, прорубая отцовским мечом,

Ты соленые слезы на ус намотал,

Если в жарком бою испытал, что почем,

Значит, нужные книги ты в детстве читал.»

В.С. Высоцкий

Глава 1

Иван Котов, 20-ти летний студент 3-его курса Саратовского Политехнического института спешил домой. Лекции были закончены, а до начала тренировки в секции самбо оставалось ещё три часа. Иван торопился, ведь дома его ждала Игра. Он легко перепрыгивал через весенние лужи, совершенно не замечая, мартовского солнышка, которое этой весной так баловало местных жителей, не видя, уже пробивающейся, зелени на газонах и набухших почек на деревьях. Не обращая внимания на стайки девушек в коротких юбочках, которые, в свою очередь, с интересом посматривали на стройного белокурого парня. Он спешил. За оставшиеся три часа, надо было собрать ресурсы на постройку нового корабля, выполнить пару квестов, чтобы накопить серебра для покупки корабельной фигуры у друга, такого же игрока, как и он. Первое их знакомство началось с капитальной драки в виртуальных катакомбах, куда оба заглянули в поисках магического артефакта. Вдвоём, помогая и подлечивая друг друга, они убили фантастическую гидру охранявшую сокровище. А потом Иван, не испытывая ни малейших угрызений совести, «убил» своего напарника и забрал артефакт себе. Тот, «восстановившись», напал на Ивана в море и утопил его корабль. Так они гонялись и били друг друга до 4-х часов утра, пока из спальни не вышла мать и не отключила Ивану компьютер. При следующей встрече на просторах виртуального мира, бывший напарник, а теперь лютый враг, вдруг попросил о помощи, и после победы честно поделился добычей. Потом помощи попросил Иван. Так потихоньку и завязалась дружба двух геймеров, ни разу не встречавшихся в обычном, реальном мире. Друга звали Сергей, жил он где-то под Питером, но в Игре они называли его только по «нику» Чёрная борода, почему, Иван не знал. Может по прозвищу одного из самых жестоких пиратов, а может он и правда был бородатый, никто не знает, ведь его никто не видел, и общение происходило только в игровом чате или на форуме. Как уже догадался проницательный читатель компьютерная игра, проходившая в режиме онлайн, была про пиратов.

Иван не был дерзким или непослушным, и уж тем более не был хулиганом, совсем даже наоборот, тихий, ничем, в общем-то, не выдающийся парень. Не сказать, что «ботаник», но и не лидер. Девчонки, в старших классах, про таких не говорят и на белый танец не приглашают. Но, если спросить, мол, «…как тебе такой-то?», поднимают глазки к небу и пожимают плечами. Закончив 11 классов, он легко сдал ЕГЭ, получив более 80 баллов по математике и 90 – по физике. Иван мечтал стать морским офицером и поэтому подал документы в Новороссийскую Морскую Академию, на специальность «Судовождение», но срезался уже на медкомиссии, не пройдя по зрению. От такой неудачи хотелось рыдать, было очень обидно получить эдакий «щелчок по носу» от судьбы, да ещё и со стороны откуда, как говорится, не ждали. Военный хирург, председатель комиссии, видя расстроенного, чуть не до слёз, паренька, предложил подать документы на факультет экономики, или информатики, но это было совсем не то, к чему стремилась душа. Иван мечтал о море, о кораблях и, конечно же, хотел ими управлять, а не высчитывать рентабельность морских перевозок, сидя в скучном офисе. Чтобы не терять год, оставшийся до армии, он поступил в Политехнический институт, дома, в родном Саратове. Но любовь к морю и кораблям не пропала. Иван читал и перечитывал книги Жюль Верна, Сабатини, Стивенсона. Снова и снова смотрел фильмы про морские приключения, про смелых и мужественных моряков. И вот теперь Игра. Именно так, с большой буквы, она увлекла Ивана полностью, отнимая всё свободное время. Он оставил время, только на учёбу и на занятия в секции самбо, которым увлёкся ещё в школе, всё остальное время, посвящая Игре. И как это часто бывает, хулиганы, не признающие авторитетов в реальной жизни, в онлайне играли преимущественно женскими персонажами, занимались торговлей, или изготовлением каких-то вещей, а спокойные и уравновешенные люди – становились разбойниками «без страха и упрёка». Так и Иван в Игре стал настоящим пиратом, топил корабли, грабил, безжалостно убивал персонажей других игроков. Он создал гильдию, в которую приглашал таких же как и сам «головорезов», и с удовольствием руководил своей командой, наводя ужас на виртуальный мир.

Иван забежал в подъезд, мимоходом достал из почтового ящика казённый конверт, «наверно опять повестка от военкома» – подумал он, легко вбегая на четвёртый этаж. Одной рукой захлопывая за собой дверь квартиры, он уже скидывал кроссовки, забежав в свою комнату, включил комп, « пускай пока грузится» и помчался на кухню. Быстро выхватил из холодильника пару сосисок, бросил их на тарелку, и сунул в микроволновку, одним движением включил электрочайник и, торопясь, отхватил ножом изрядный кусок батона. Собрав свой нехитрый обед Иван, уже неспешно, прошествовал к его величеству Компьютеру. Проделав несколько необходимых манипуляций, одновременно прихлёбывая горячий чай, он уже был готов погрузиться в Игру, как вдруг рука, опирающаяся на стол, соскользнула, и изрядная порция кипятка плеснула на клавиатуру, и конечно по известному закону подлости на системник, откуда тут же сыпанул сноп искр.

–Чёрт, чёрт, чёрт – зашипел Иван и потянулся к розетке. Обычный деревянный стул не выдержал резкой нагрузки на одну сторону и начал разваливаться, Иван

попытался ухватиться за стол рукой, но в руке ещё была чёртова чашка с остатками чая, и Иван со всего маху плюхнулся на пол, врезавшись головой в стену. Свет померк, и последней, исчезающей, была мысль: «полный нокаут, и ни одной звёздочки…»

Глава 2

-« …Так, братцы, так, аккуратней, тащите его сюда…»

–«…вот, отлично, теперь кладите на кровать, всё…»

–«…эй, мистер, эй кеп! Здорово, однако, приладило вас упавшей реей…»

–«… ну, давайте капитан, выпейте немного, это приведёт вас в чувство…»

Сладковатая, пряная жидкость обожгла язык и горло, я открыл глаза и, не понимая, куда я попал, огляделся. Пол, потолок, стены помещения, где я находился, были отделаны полированным буком и орехом. На одной из стен располагались три узких, но высоких, закругленных сверху окна, которые в свою очередь были забраны решёткой из тёмного дерева. Посередине комнаты стоял овальный деревянный стол, тёмной полировки, а вокруг него несколько стульев с резными спинками. На стене, напротив меня, висел рыцарский щит, под щитом стоял огромный сундук, в углу располагался шкаф с какими-то витиеватыми финтифлюшками, позолоченными ручками и стеклянными дверцами. Дополняли убранство комнаты ещё какие-то приборы, развешанные на стене возле которой стояла кровать. Наконец мой взгляд сфокусировался на человеке, который стоял, согнувшись около кровати, и не переставая тряс меня за плечо. Надо сказать тот ещё человеческий образчик. Сильно загорелое, почти коричневого цвета лицо, абсолютно лысый череп, из растительности только усищи и чернючая кучерявая борода, да такие же брови, под которыми обнаружились удивительно голубые глаза, в левом ухе огромное, почти до плеча, золотое кольцо, а в правом…

В прочем, правого уха почти не было, вернее оно было, только какое то сморщенное и как бы склеенное из кусочков, как будто его кто то жевал, жевал, а потом выплюнул , а оно не упало, а прилепилось к голове. Нос картошкой, рот, в общем-то, не примечательный, рот, как рот. На тело человека была надета тельняшка с широкими синими полосами, крест-накрест перепоясанная кожаными ремнями, «тоже мне революционный матрос»– я усмехнулся, наряд дополняли широченные штаны из коричневой кожи, перетянутые на поясе красным кушаком и кожаные мокасины. Заметив, что я изучаю его, человек улыбнулся: «Ну, слава богам, капитан, наконец-то вы пришли в себя».

Когда я сказал, что у него непримечательный рот, я явно поторопился, потому что рот был ещё тот рот.

Во-первых, верхних передних зубов у него вообще не было, и клыки, которые из-за этого сразу бросались в глаза, производили жуткое впечатление, а во-вторых все зубы нижней челюсти были сделаны, как мне тогда показалось, из самого настоящего золота. Я перевёл взгляд на себя и вот тут чуть опять не потерял сознание. Я разглядывал себя, как будто первый раз в жизни увидел, откуда то, очень, издалека, в памяти всплыла фраза «звезда в шоке»… Где и когда я слышал подобную пошлость?

Итак, продолжим осмотр: белая просторная рубашка, большой, до плеч, кружевной воротник, испачкан кровью… моей что ли? и наполовину оторван. Один рукав рубахи заканчивается широким манжетом, застёгнутым на красивую золотую запонку с красным камушком, от второго рукава остался лишь небольшой лоскут.., так.., хорошо. Далее, широкий ремень из чёрной кожи, с огромной, матово-блестящей пряжкой, держит, целые на вид, чёрные штаны из какой-то грубой ткани. Ну вот, собственно и всё, из обеих штанин торчат грязнючие ноги, я пошевелил пальцами: ага… шевелятся… значит мои.

Я снова обратил взгляд на бородача, который так и стоял в полусогнутой позе около кровати:

– А ну-ка, поведай мне дядя, где я нахожусь, и какого чёрта ты называешь меня капитаном?

– Я расскажу капитан, расскажу. Только, пожалуйста, выпейте ещё кружечку, это придаст вам сил, пока наш кок1*, мистер Жюль, готовит ужин, – закивал головой «бородатый».

– Это чего? чай? кофе? – я потянулся к деревянной кружке.

– Нет, сэр, что вы, это настоящий ямайский ром! – улыбнулся своей жуткой улыбкой бородач.

– Вообще-то я не пью, тренер запрещает – неуверенно ляпнул я, чувствуя, что говорю, что-то не то. Бородач посмотрел на меня грустными глазами и сокрушённо вздохнул.

– Ладно, давай! – постарался я загладить ошибку,

– Ну, за знакомство что ли? Меня зовут Иван Котов, а тебя?

– Всё-таки, здорово вас приголубило реей – покачал головой бородач

– …ну да, что ж поделать, попробую рассказать всё по порядку, капитан, хотя рассказчик из меня ещё хуже, чем доктор.

– Да, и перестань называть меня капитаном, что за бред, – потребовал я.

– Хорошо, капитан – тут же отозвался бородатый.

«…Итак.., два дня назад, мы удачно пощипали испанский галеон2*, который по очень странному стечению обстоятельств, шёл без охраны. Нам бы удивиться и насторожиться эдакому подарку…, Но знаете.., почти месяц мы впустую бороздили океан, команда уже начала волноваться и капитан Самюэль решил возвращаться в порт, не солоно хлебавши, и вдруг такая удача. В общем мы доверху забили свой трюм серебряными слитками и …»

– Погоди, погоди, уважаемый.… Какой на фиг «галеон», кто это мы, и как это «пощипали», и на каком вообще основании?! – я сел на кровати и уставился на бородатого.

– Ну, основание то самое простое – усмехнулся мой рассказчик, – галеон шёл под кастильским флагом, ну, а мы…, мы под флагом свободного братства – покосился на меня собеседник.

Я сидел, медленно переваривая сказанное.

– Так, это…, под «Весёлым Роджером» что ли?.. Вы что, пираты?! – дошло до меня.

– Ну…, «Роджер», не «Роджер». Пираты не пираты, оставим эти условности, мы, как бы, ну…свободные люди, искатели приключений. Люди, которые любят море и считают его своим домом – бородач посмотрел мне в глаза:

– Ещё вчера вас это устраивало, сэр…

– Нет, нет, всё в порядке, извини, продолжай, пожалуйста – поспешил я успокоить рассказчика.

Во мне начинал разгораться жуткий интерес, хотя на тот момент я ни черта не понимал, о чём идёт речь.

Глава 3

– Ну, так, вот, мы держали курс на Ямайку, слабенький зюйд-вест3* давал скорость не более 3-х узлов4*, вдруг «марсовый5*», как заорёт: «Человек за бортом!». И тычет рукой на левый борт. Вся свободная от вахты команда

собралась на баке6*, я тоже подошёл, гляжу, человек, плывёт себе так спокойненько, совершенно не обращая на нас внимания, как будто он не в открытом море в пятидесяти милях7* от берега, а купается в собственном бассейне.

Наш капитан, ну… наш бывший капитан, да прости господи его грешную душу… Ну вот.., он крикнул вам:

– « Эй, сударь, не желаете ли подняться на борт?». В ответ – тишина.

Вы плыли, даже не оглядываясь на нас. Кэп, опять крикнул…, ну типа, если вы с того галеона, ну уж так получилось, и что теперь обижаться, давайте забирайтесь на борт, здесь и потолкуем о превратностях судьбы. В ответ – полный игнор! «Да и чёрт с вами!» взбесился капитан: «Делайте с ним чего хотите, хоть утопите и дело с концом»,– он повернулся и ушёл в свою каюту. Тогда наш канонир, Атч Ытагын, мы зовём его просто Атч, интересный, кстати, тип. Он откуда- то с северных морей. Такого канонира ещё поискать!… Из носовой кулеврины8*, ядрами, выбил рисунок сердца, пронзённое стрелой, на стене бастиона, в Порт-Ройяле. Нашему капитану тогда здорово досталось от губернатора, он на нас даже штраф наложил, за хулиганство…» – а-ха-ха-ха засмеялся бородатый…

« – Так вот, этот Атч, даром, что маленького роста, да ещё и узкоглазый, притащил кусок линя9* и быстро связал его так, что получилось нечто типа лассо, знаете, такими индейцы ловят лошадей…, да и не только лошадей. Короче, этот Атч, закрыл один, и без того узкий глаз, взмахнул своей чёртовой верёвкой, и в один миг петля затянулась на вашей шее. Мы дружно взялись за конец и вытянули вас на палубу. Правда, пока тянули, придушили слегка, но вы сами виноваты, сэр, не надо было сопротивляться, когда добрые люди предлагают вам свою помощь…» – он опять остановился и исподлобья посмотрел на меня.

– Продолжай – сказал я, потирая шею, как будто с неё только, только сняли верёвку.

– Осталось немного…

«…Когда вы отдышались и немного пришли в себя, я привёл вас в каюту капитана. По дороге вы всё время бормотали про какой то корабль, который вы строили, строили, а потом у вас чего то сгорело, и про Чёрную бороду. Из чего мы сделали вывод, что вы из наших, в смысле из свободного братства, раз знаете Чёрную Бороду и строили для него корабль».

– Кстати, я всё хотел спросить, что это за устройство на корабле, си…с…те…м…ник?! Никогда не слышал, хотя в море не первый год! – прервал бородач свой рассказ.

– А…о! Ну, это…я потом объясню, давай рассказывай дальше – отмахнулся я, а про себя подумал: « интересно чего я ещё ему наболтал, вот блин!»

« О чём вы говорили с капитаном, я не знаю» – продолжил мой рассказчик – «только за время разговора, я четыре раза менял перед вами бутылки с ромом. Наконец, когда уже солнце начало клониться к закату, капитан Сэм, выглянул из каюты и поманил меня пальцем: «отведите его в каюту для пассажиров, да не спускайте с него глаз, но только по-тихому, незаметно», прошептал он мне. Вы были здорово пьяны, я исполнил то, что было сказано. Отвёл вас в каюту, предназначенную для пассажиров, ну или богатых пленников, которые могли бы заплатить выкуп, если бы по воле случая попали бы на наш корабль. Уложил вас на кровать, дверь запирать не стал, и вышел на палубу подышать вечерним бризом и полюбоваться на закат» – он замолчал и плеснул в кружку из той же бутылки, из которой наливал мне. Зажмурившись, опрокинул кружку в рот, крякнул, и посмотрел на меня.

– Что было дальше? – я слушал, затаив дыхание.

– Дальше? Дальше был кошмар…

«… С запада, под прикрытием садившегося солнца, и поэтому не замеченный вахтенным, на нас напал военный корабль.

Надо отдать должное капитану этого брига10*, он избрал верную тактику, использовав все преимущества, которые были в его распоряжении: внезапность атаки, солнце, светившее им в спины, а нам в лицо, скорость…

Не забывайте, ведь мы были загружены доверху».

– Ну да, жадность фраера сгубила – хмыкнул я.

– Чего сгубила? – бородач уставился на меня.

– Э …, ничего,… продолжай, пожалуйста – опомнился я.

«… Ну, так, вот. В закатных лучах солнца бриг шёл на всех парусах. На грот-мачте11* красовался жёлто-красный кастильский флаг. Да-а-а…Красивое, надо сказать, зрелище, если бы не знать и не понимать какой ужас оно несёт. Пока мы опомнились от первого шока, пока открыли пушечные порты, бриг оказался на расстоянии пушечного выстрела и его правый борт окутался дымом. И в тот же миг мы услышали гром 24-х фунтовых пушек.

С первого же залпа они снесли нам фок-мачту12*, которая, упав на бушприт13* полностью запутала весь такелаж14*, начисто лишив нас возможности манёвра, снизив, и без того малую скорость практически до нуля. Несколько ядер пробили левый борт на баке, обнажив шпангоут15*, и разнесли в щепки верхнюю часть форштевня16*. Ещё не рассеялся дым от выстрелов, а бриг уже начал разворот. Я уж было начал молиться, потому, как ещё одного залпа наш перегруженный флейт17* вряд ли бы выдержал, но тут, слава богу, вмешался капитан Самюэль. Я только потом понял то, что кэп увидел сразу.

Окрылённые удачей и скорой победой, торопясь покончить с нами, испанцы сделали одну единственную ошибку. На полном ходу, при всех парусах, бриг начал резкий разворот. Их капитан, наверное, рассчитывал обойти нас с другого борта, а может ещё на что то. Мир его праху. Да только во время разворота, они подставили нос прямо под ветер, паруса сразу «заполоскало18*» и бриг, в мгновение ока, потерял всю свою скорость, словно наткнувшись на банку19*.

А так как их штурвал был полностью выбрат20*, то корму по инерции стало разворачивать в нашу сторону. Они конечно добились, чего хотели, то есть развернулись к нам левым бортом. Да только оказались от нас буквально в двух футах21*. На таком расстоянии, что на их палубу не только перепрыгнуть, перешагнуть мог бы даже ребёнок.

Вот это и понял капитан Сэм, когда бриг только начал разворот. « На абордаж!!!», – заорал он. «Быстрее, канальи!!! Готовьте, абордажные крючья!!!»– кричал кэп, «Свистать всех наверх!!! Быстрее, все наверх!!! Сабли наголо!!! Всем приготовиться!!!». Залп пушек левого борта брига, заглушил команду нашего капитана «Вперёд!!!», но мы и так поняли это по его жестикуляции. Перепрыгивая на борт брига, я почувствовал, как вздрогнул наш корабль, как будто в смертельной агонии, он как живое существо вдруг глубоко вздохнул и начал заваливаться на левый борт, как бы пытаясь прислониться к своему убийце».

Рассказчик опять замолчал и потянулся к бутылке, я с готовностью протянул руку.

Он кивнул, налил в кружку, стукнул по ней бутылкой, как бы чокаясь, и отхлебнул прямо из горлышка.

Я, молча, слова были бы лишними, выпил и поставил кружку на стол.

– Славный был бой – выдохнув, продолжил он:

« …Нас было больше и мы медленно, но уверенно теснили вражескую команду. Но нас ждал сюрприз. Испанцы, сгрудившись в кучу, и заняв круговую оборону, отступали к грот-мачте, за которой на бригах есть спуск в трюмное помещение. Как вдруг, оттуда, видимо по сигналу, посыпались воины в блестящих кирасах и шлемах. Численный перевес всё равно был на нашей стороне, но появление вражеского подкрепления не внесло, как вы можете догадаться, оптимизма в наши ряды. Их капитан, всё же, был не только умелый стратег, но ещё и довольно хороший стрелок. Он стоял на мостике и не спеша палил из мушкетов, которые ему кто- то перезаряжал и подавал. Он здорово разбавил наши ряды, но самое главное, своим дьявольски снайперским выстрелом, он сначала вывел из строя нашего боцмана, затем тяжело ранил канонира Атча, и отстрелил полчерепа капитану Самюэлю. Тем самым лишив нашу команду, не только офицеров, но и главаря. – И вот тут на сцене появились вы, мистер, – бородач ухмыльнулся: – Ваше выступление было почище любого портового цирка-шапито22*, скажу я вам, ха-ха! Вы махали руками и ногами быстрее ветряной мельницы, сударь. В мгновение ока, перепрыгнув, каким-то не постижимым образом, через головы кирасиров, в следующем прыжке вы уже были на мостике23* за спиной чёртова снайпера и его помощников. В следующую секунду два испанца, перезаряжавших мушкеты, улетели за борт, а их капитан свалился на палубу со свёрнутой шеей. Далее, вы, мистер, уже держа в одной руке кривую саблю, а в другой палаш, на цыпочках, это выглядело артистично и уморительно, пробежали по правому планширю24*, и прыгнули прямо в середину обороняющихся, где сразу же начал образовываться пустой круг. В прочем, лишившись капитана, и явно поверив,

что в вас вселился сам сатана, через несколько минут, испанцы начали бросать оружие и сдаваться. С сопротивлением было покончено, и мы обратили, наконец, внимание на наш погибающий корабль. На удивление, он ещё держался на плаву, зацепившись перепутанными снастями за снасти брига и притянутый к нему абордажными крючьями. Ну что ж, отдыхать некогда, дело незавершенно. Мы дружно начали перетаскивать наш драгоценный груз на бриг. Конечно, часть серебра пришлось бросить. Трюм у брига не в пример меньше чем на флейте, зато каков красавец нам достался в наследство от господ испанцев. Когда с перегрузкой было покончено, мы начали рубить абордажные концы, дабы отцепиться от тонущего судна. Флейт начал медленно погружаться и потянул за собой ванты25* фок-мачты брига, зацепившись за выбленки26*. Бриг начал крениться всё сильнее и сильнее. Ещё немного и мы бы перевернулись, либо, тонущий флейт, поломал бы нам мачты. И не известно, что лучше: утонуть сразу, или остаться посреди океана в деревянном корыте без парусов.

Но провидение снова послало нам помощь в виде вас. Вы, со скоростью белки, вскарабкались на стеньги27*, и несколькими взмахами мачете28*, освободили запутавшиеся снасти, таким образом, второй раз за такой короткий промежуток времени, спасая команду от верной гибели.

К сожалению, в пылу битвы, никто и не заметил, что наш славный Атч, таки успел сделать выстрел.

Ядро из его пушки в щепки разбило мачтовый эзельгофт29* и фор-стеньга30*, со всеми снастями выше неё держалась исключительно на запутавшихся снастях флейта. Освободив снасти тонущего судна, вы тем самым освободили и фор-стеньгу, которая падая, марса-реем31* долбанула вас по макушке и сбросила на палубу. Мы перенесли вас в капитанскую каюту и, собравшись на совет, порешили, что если бог даст, и вы выживете, то мы будем просить вас сэр оказать нам честь и стать нашим капитаном. Ну а меня ребята выбрали боцманом. Вот собственно и всё».

Бородач поднёс к глазам бутылку, вздохнул и опустил её на стол.

– С вашего позволения, сэр? – он посмотрел на меня.

– Давай! – понял я его взгляд. Глоток крепкого вина мне бы точно не помешал.

Глава 4

Бородач вернулся через пару минут, в одной руке он держал деревянную кружку, как родная сестра похожую на ту, которая стояла на столе. В другой, зажатые между пальцев, покоились две пузатые бутылки из чёрного стекла. Следом за ним в каюту вошёл ещё один человек. Чёрные, длинные волосы на его голове были перевязаны красной банданой. Такое же сильно загорелое, как и у моего рассказчика лицо, на шее, повязанный как пионерский галстук, со съехавшим набекрень узлом болтался чёрный платок. Толстое пузо пряталось в порванной в нескольких местах просторной рубахе с закатанными по локоть рукавами. Поверх рубахи был надет жилет из коричневой кожи, застёгнутый на единственную имевшуюся пуговицу на уровне пупка. Далее шли широкие кожаные штаны, спереди закрытые засаленным фартуком неопределённого цвета, на ногах вполне приличные сапоги. В руках вошедший держал поднос, на котором громоздилась куча фруктов: ананас, бананы, финики, краснобокие груши и яблоки, и прочее, и прочее. И среди фруктового разнообразия возвышалась какая- то дичь, явно зажаренная, размерами походившая, как минимум на хорошего гуся или индейку. Жюль поставил поднос на стол, пробурчал, что то похожее, на «приятного аппетита» и, пятясь задом, удалился. Я посмотрел на новоиспечённого боцмана: