- -
- 100%
- +
Корректор Дарья Ткаченко
© Дмитрий Кузнецов, 2017
ISBN 978-5-4485-1989-5
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Благодарности
На написание этой книги ушло какое-то время. Без помощи множества людей это время оказалось бы потрачено впустую. Далее я обращу ваше драгоценное внимание на имена и фамилии людей, без которых ничего бы не случилось. Но прежде отмечу тот факт, что каждый случайный прохожий, встретившийся мне, каждое событие, каждый звук, который я услышал за период написания книги – необратимо повлиял на ее содержимое. Поэтому, если вы когда-нибудь меня видели, со мной общались, или не дай бог что-то рассказывали – ищите себя в этой книге.
Говоря именно о книге, мои благодарности летят к моему старому приятелю, наставнику Евгению Должкевичу. Именно он сказал – «Ты же так много пишешь. Давай сделаем книгу?». И мы начали ее делать. И судя по тому, что вы ее читаете, у нас получилось.
За большую и, возможно, скучную работу благодарю Дарью Ткаченко. Литературный редактор, которая не только одной из первых прочитала эту книгу, но еще прочитала ее много раз. Возможно, она сейчас проходит курс реабилитации. Если вам нужен толковый литературный редактор – сейчас вы читаете рекомендацию.
Благодарность моей семье. Жене Даше, родителям Жене и Тане. Они молодцы. Родители тем, что не отказались от меня, а жена тем, что согласилась выйти за меня. Они всегда рядом. Для меня это предельно важно.
Мой дедушка – главный мотиватор в моей жизни. Когда у меня все не получалось, он единственный говорил: «Ты молодец. У тебя все получится». Было много жизненных ситуаций, когда только эта фраза помогала идти дальше.
И заранее я благодарен каждому, кто прочитает эту книгу до конца, и напишет свое мнение на мою личную почту [битая ссылка] celavie.ii@gmail.com. Я с удовольствием прочту ваше мнение, и отвечу, если вы пожелаете.
Отличная идея
Он зашел, как и всегда, с левой ноги. Уже в тот момент, красивую девочку, сидящую за стойкой информации, увидел этот парень. Ведь уже лет двадцать никто не заходил в это помещение с левой ноги. И наш герой не зашел бы, только вот с утра люди, которые мыли двери, отклеили объявление о том, что в здание требуется заходить только с правой ноги, а наклеить обратно забыли, потому что спешили посмотреть трансляцию первого в мире шахматного поединка между людьми, которые не умеют играть в шахматы.
Один из работников, кстати, поставил все свои пуговицы на то, что один из игроков в результате партии научится играть в шахматы не хуже, чем умел раньше.
Тем временем наш герой хотел сразу пройти в кабинет, который ему понравился больше других еще на прошлой неделе, когда он звонил своей маме, чтобы узнать, какой кабинет нашему герою нравится больше других.
Почти дойдя до лифта, наш герой обнаружил, что совсем забыл про бахилы. Он тут же про них вспомнил и продолжил свой путь к кабинету №418.
Зайдя в лифт, наш герой увидел много разных кнопок и не понял, на какую из них надо нажать, чтобы попасть в кабинет №418. Он долго искал кнопку с надписью «418», но там были только кнопки с надписями «1», «2», «3», «4». Проявив должную смекалку, наш герой придумал нажать сразу три кнопки: «4», «1», «8», но последней не оказалось.
И наш герой, как водится в любых проблемных ситуациях, взял себя в руки и взял в руки свой телефон. Он долго стеснялся, но, в конце концов, решился произнести «Ок Гугл», тем самым вызвав на помощь поисковую систему.
Поисковая система сказала нашему герою, что она не знает ответ на столь сложный вопрос. Она похвалила нашего героя за то, что он является настолько прозорливым умом, что смог задать вопрос, на который даже поисковая система не знает ответ, и посоветовала ему перестать ломать голову над этой невыполнимой задачей, а пойти по лестнице.
Наш герой сразу выбросил эту идею, потому что сам он никогда не ходил по лестнице. Он только один раз бывал на лестнице и то потому, что, когда он ехал на шее у своего пьяного отца, отец перепутал лестницу с не лестницей.
Поэтому наш герой сделал то, что умел лучше всего – начал проситься к маме. Он вышел из лифта, и стал ходить по холлу первого этажа, говоря каждому, что он хочет к маме. Никто не мог помочь нашему герою, и даже приехавшая на место бригада скорой помощи оказалась бессильна, т.к. даже понятия не имела, где сейчас находится мама нашего героя.
Все, чем они смогли помочь нашему герою, так это сказать, чтобы он не плакал и что мама скоро придет.
Тетя Зоя из столовой, увидев нашего голодающего героя, так сжалилась, что немедленно рассказала об этом своему мужу, дяде Толе, которому всегда и на все было плевать.
Примерно три часа работники здания проходили мимо нашего героя, чтобы показать ему, что они могут ходить куда захотят и даже обратно. А наш герой просто сидел на полу и плакал. Он не знал, почему мама не воспитала из него пусть даже не настоящего мужика, но хотя бы просто не тряпку.
Эти его мысли услышала девочка, работающая на ресепшене, и сообщила нашему герою, что ей нравятся слабохарактерные парни. И если они будут вместе, она будет всячески поощрять его слабохарактерность, скрывая это за манипуляциями, а также изображением любви и преданности.
Этот вариант вполне устраивал нашего героя, но он отказался, потому что при согласии ему пришлось бы нести ответственность за принятое решение. А это было для нашего героя неприемлемо.
Все кардинально поменялось, когда наш герой захотел в туалет. Точнее, когда он захотел по-маленькому, ничего не поменялось, кроме сухости его штанов. А вот когда он захотел по большому, то тут пришлось включить мужика и самому принять решение пойти в туалет. Правда, перед этим он спросил у своей будущей жены, какой туалет ближе и может ли она его проводить.
Девочка с ресепшена не могла так просто пойти навстречу нашему герою и сказала, что может провести нашего героя в туалет, но только после того, как он встанет перед ней на колени и позволит вытереть о себя ноги. Наш герой сразу же согласился, потому что именно так с ним поступали с детства и мама, и все остальные родственники, поэтому ему это ничего не стоило.
Стоя в кабинке, наш герой никак не мог решить, какой рукой надо подтираться. Для этого он бросил монетку, но она упала в унитаз. Чтобы не ошибиться, наш герой решил вовсе не подтираться, а надел штаны прямо так.
Вернувшись в холл, наш герой решил сломать все собственные шаблоны и на удачу спросить у одного из сотрудников компании, в какой кабинет он идет. И если им по пути, наш герой пошел бы вместе с ним. Сотрудник ответил, что ему надо в кабинет №417. Наш герой очень расстроился, в очередной раз поняв, что ему не везет, и стал дальше грустить в центре зала.
Буквально через минуту после этого события к нашему герою подошла девочка с ресепшена и сказала, что их союзу быть не суждено, и они расстаются. Наш герой хотел спросить, почему так произошло, но отвлекся на красивую лампочку, которая была встроена в пол у его ног. После он, конечно, увидел, почему так произошло – пришел другой начальник, предложил ей другую работу, и она тут же превратилась в другого человека.
Потом кто-то в черном костюме пришел и сказал нашему герою, что его мама больше не придет, и ему надо самому как-то быть.
Наш герой поинтересовался, оставила ли его мама что-то для него. Человек в черном костюме ответил положительно и передал нашему герою семьдесят два документа по кредитным задолженностям.
Тут-то наш герой и сошел с ума. Кинулся сначала в лифт проверить, не появилась ли там кнопка «418». Потом он кинулся вперед, затем назад, потом снова вперед и там остановился.
Ему вдруг показалось, что он что-то делает не так. И ему надо что-то менять. Но только что – он сразу не понял. Спросив у случайного работника, проходившего мимо, наш герой узнал, что его шапка была надета швом вперед, а не наоборот.
Решив действовать, наш герой вызвал такси. Он не знал, сколько стоит такси, и поэтому отдал все деньги, которые ему давала мама с самого рождения. Он попросил таксиста отвезти его к номеру №418. Таксист тут же согласился, потому что сразу понял, что на эти деньги он купит все, что захочет его жена.
И вот, наконец, наш герой оказался около кабинета №418. Подошел к двери и дернул за ручку. Но ручка не поддалась. Он дернул ее еще раз, и она снова не поддалась. В этот момент наш герой очень сильно удивился, потому что, благодаря своей маме, он никогда в жизни не встречал никого, кто бы ему не поддавался. Спросив у таксиста, почему так произошло, таксист посоветовал нашему герою посмотреть на часы и исчез.
Наш герой посмотрел на часы, но не смог понять, что значит большая стрелочка, которая на цифре два, и маленькая, которая на цифре девять.
Вторая часть
– Привет, друг. Смотрел вторую часть…?
– Нет. И не буду.
– Я же тебе даже не сказал, вторую часть чего.
– Вторая часть всегда хуже первой.
– Но тут…
– Но тут она сильно хуже первой.
– Ты даже не знаешь, о чем я.
– Ты о второй части, угадал?! Так вот, она – полный отстой по сравнению с первой.
– Может, все-таки посмотришь?
– Нет.
Эти двое бодались так несколько суток, пока у одного из спорщиков не пересохло горло и он не пошел на кухню выпить воды.
Вернулся он уже с бутылкой минералки, чтобы, если спор продолжится, можно было кинуть ее в собеседника, который не примет его позицию.
– Я могу тебе хотя бы вкратце рассказать, о чем вторая часть.
– Я могу тебе вкратце сказать, насколько она хуже первой.
Для чистоты эксперимента назовем наших спорщиков – проба «А» и проба «В».
Проба «А» очень хотел показать Пробе «В» вторую часть, которую Проба «В», заведомо не зная вообще про что идет речь, считал несостоявшейся.
– Почему ты, не узнав даже, про что разговор, уверен, что вторая часть плохая?
– Потому что всегда вторая часть хуже первой. Ты «Криминальное чтиво» смотрел?
– Да. Только там же не было второй части.
– Вот именно. Ни у чего хорошего нет второй части.
В этот самый момент Пробе «А» пришло смс, в котором было написано, что только что началась вторая часть его разговора с Пробой «В». И Проба «А», чтобы доказать обратное Пробе «В», подарил ему коробку, в которой лежала одна вторая часть пирога, который Проба «А» ел в то утро дома.
Проба «В» открыл коробку, увидел подарок и сказал:
– Вот видишь, даже вторая часть пирога намного хуже первой.
– Ты же не видел первую часть пирога.
– А так всегда. Ни разу вторая часть не бывает лучше первой.
Еще минут сто восемьдесят Проба «А» и Проба «В» стояли друг напротив друга в полной тишине. И Пробе «А» пришла идея.
– Если ты мне сможешь доказать, что в ста процентах случаев вторая часть хуже первой, то я не буду настаивать на том, чтобы ты смотрел вторую часть.
Предложение понравилось Пробе «В» и он решил принять его.
– Окей, смотри. Вот червяка дождевого видел…
– Видел.
– Что с ним обычно делают?
– Ловят рыбу на него.
– А еще?
– Еще…
– Дети с ним обычно что делают?
– Что?
– Разрезают пополам. Было такое?
– Было.
– Ну вот.
– Что вот?
– Ты разрезаешь червяка…
– Я не разрезаю.
– Допустим…
– Что допустим?
– Допустим, ты его разрезаешь.
– Зачем?
– Положим, для забавы. К примеру, ты десятилетний ребенок, которому нечем совсем заняться на летних каникулах, и ты просто гуляешь по городу и ищешь себе любое занятие.
– Если бы я искал совсем любое занятие, я бы купил мороженное и пошел в парк.
– Хорошо. А там ты бы разрезал червяка.
– Тогда без мороженого.
– Какого мороженого?
– Шоколадного стаканчика. Если бы в парке я разрезал червяка, то пошел бы туда без мороженого.
– Почему без мороженого?
– Червяки выползают на асфальт после дождя. Я бы не очень хотел есть мороженое во время или после дождя. В таком случае, я бы купил себе не мороженое, а пирожное.
– А у тебя был бы ножик для разделки червяка? Просто я спланировал, что ты разрежешь его палочкой от мороженного…
– Нож всегда со мной.
– Отлично. Ну, вот ты доел пирожное, нашел червяка и стал его резать. Допустим, пополам.
– Допустим.
– И вот ты его разрезал. И у него две части. Первая и вторая. Верно?
– Да. Сначала первая, потом вторая.
– На первой части у червяка что? Лицо, глаза, рот.
– Возможно.
– А на второй? Попа.
– Попа?
– Думаю, да.
– Я не специалист по червякам. Пусть будет так.
– И вот выходит, что первая часть червяка намного лучше второй.
На этом Проба «А» задумался и стал смотреть в интернете про червяков. Даже поставил фоновым изображением фотографию самого красивого, по мнению Пробы «А», червяка.
– Допустим, это так, и твой пример зачтен. Но мне нужно еще.
– Еще пример, когда вторая часть хуже первой?
– Да.
– Легко. Вот ты моешься? Я уверен, что да. От тебя очень вкусно пахнет. И волосы у тебя видно, что помытые.
– Спасибо. Да, я моюсь ежедневно.
– В душе или принимаешь ванну?
– В душе.
– Сначала ты приходишь в душ, потом снимаешь с себя одежду, потом заходишь в душевую кабинку, верно?
– Все верно.
– И потом включаешь комфортной температуры воду и тихо спокойно моешься, да?
– Да.
– А потом что?! Потом ты выходишь из душа, тебе надо вытираться, и тебя обдувает воздух, и становится так немного холодно и противно. Вторая часть процесса мытья разочаровывает по сравнению с первой.
– Тут не поспоришь.
На этой фразе Проба «В» предложил для чистоты эксперимента Пробе «А» перейти в соседнюю комнату, чтобы у него была возможность поспорить.
Они пришли во вторую комнату, но там не оказалась стульев. Проба «В» хотел тут же сказать, что, мол, даже вторая комната хуже первой. Но Проба «А» его опередил, заметив, насколько эта комната свободна, красива. И не загромождена мебелью. А еще он сказал, что в этой комнате можно здорово улучшить свою физическую форму, присев будто на стул, а на самом деле просто согнув соответствующие мышцы.
– Я привожу тебе последний пример, когда вторая часть хуже первой, и мы расходимся по разным углам.
– Хорошо. Только пусть на этот раз пример будет очень качественным.
– Конечно. Ты женат?
– Я женат.
– Давно?
– Два года.
– Сейчас идет первая часть твоей семейной жизни.
– Какой будет вторая?
– Во второй части семейной жизни люди разводятся. Делят имущество, права на воспитание детей, если еще несовершеннолетние, и прочая рутина.
– Почему ты так уверен?
– Посмотри вокруг.
Проба «А» посмотрел вокруг, где были только стены. Он не понял, на что обратил его внимание Проба «В», но чтобы не показаться глупым или невнимательным, сказал, что посмотрел и покивал головой вверх-вниз.
– Т.е. ты хочешь сказать, что я разведусь?
– Конечно, разведешься. Все разводятся по разным причинам, но разводятся.
– А я?
– Тоже разведешься. Все, кого я знаю, разводятся.
– И почему я разведусь?
– Потому что я переспал много раз с твоей женой. Она тебе разве не говорила?
– Нет. А что она должна была сказать?
– То, что я сказал только что.
– Такого она мне не говорила.
– Ну, вот. Я это к тому, чтобы ты понял, что даже у семейной жизни вторая часть хуже, чем первая.
– А вдруг ты меня обманываешь, чтобы подвести к своей теории про вторые части?! У тебя есть фотографии, доказывающие…?
– Фотографий нет.
– Вот видишь. И чего тогда…
– Есть видео. Кстати, очень качественно снято. Тебе может понравиться.
– Дай посмотреть.
Пробы пошли в ближайший кинотеатр, вежливо попросили директора кинотеатра дать им в пользование зал, чтобы они запустили видео для просмотра. Но директор отказал им в просьбе. После этого Пробы решили поехать домой к Пробе «А», потому что у него был отличный телевизор для просмотра видео. Как кстати, дома оказалась жена Пробы «А», которая, помимо всего прочего, накрыла проголодавшимся Пробам покушать свое фирменное блюдо – моченые яблоки.
После просмотра видео Проба «А» мгновенно поверил Пробе «В» о том, что вторая часть всегда хуже первой. Он долго плакал и не хотел вообще ни с кем разговаривать.
Но Проба «В», уходя из квартиры Пробы «А», спросил:
– А что за вторую часть ты мне хотел показать?
– Вторую часть того, как я переспал с твоей женой.
– Попа.
Сложная ситуация
Когда Елисей пришел домой, он обнаружил, что дома нет дивана. Он тут же позвонил в полицию и попросил немедленно приехать для расследования этого дурацкого случая.
В полиции ответили, что они приедут немедленно, если Елисей скажет «пожалуйста». В ином случае они приедут медленно.
Елисею ничего не осталось, как сказать «пожалуйста» и ждать немедленного приезда полиции.
Когда полиция приехала, все заметили, что уже наступила ночь. А ночью надо спать. И было принято решение лечь спать, а с утра заняться делом, в связи с которым Елисей вызвал полицию.
Проблема заключалась в том, что на всех не хватило спальных мест. Точнее, если бы был диван, то хватило бы. А без дивана – нет.
Но, к счастью всех сторон, в эту самую секунду из похода вернулся брат Елисея – Епифан. Всем сначала было плевать, но потом, когда оказалось, что у Епифана с собой было три спальных мешка, Епифану обрадовались.
Взяв все вещи и напоив чаем, Епифана прогнали, чтобы он не занимал лишнее спальное место. А все полицейские легли спать.
И почти все сразу уснули. Все, кроме полковника полиции Еремы. Ерема попросил Елисея прочитать ему сказку про веселых голубей. Но Елисей никогда и не знал ни одной истории про голубей. Поэтому он просто сделал вид, что говорит, а на самом деле только шевелил губами.
Полковник Ерема подумал, что началась игра, в которой надо изображать разные действия, и стал изображать сон. В итоге он проиграл, потому что уснул по-настоящему.
В соседней комнате спал лейтенант Ерема. Ему не давали повышения по воинским званиям для того чтобы не перепутать его с полковником Еремой. Он даже хотел однажды поменять имя, чтобы решить эту проблему, но забыл паспорт дома.
Сам Елисей был вынужден спать в кровати. Из-за своего эгоизма, который ему на десятилетие подарила мама, он не мог позволить кому-то кроме себя спать на кровати.
Утром, когда прозвенел будильник и все проснулись, обнаружили, что наступила суббота. Так как полковник Ерема и лейтенант Ерема являлись работниками государственного учреждения, то они не работали по выходным. Всем пришлось ждать понедельника.
Чтобы скоротать время быстрее, Елисей заказал машину времени в интернет-магазине. Но там ему сказали, что доставка будет в течение двух дней.
Заказ пришлось отменить, а двух Ерем занимать. Самое интересное, что смог придумать Елисей – пригласить гостей к перебиранию гречки. По старой памяти, именно так его развлекала мама, когда уходила работать к папе в комнату.
Все это дело оказалось бы скучным, если бы Елисей полностью не связал лейтенанта и полковников Ерем. Он вспомнил, что именно так ему когда-то помогли скоротать время до совершеннолетия.
Правда, полковник Ерема оказался смышленее и вспомнил, что он с утра не чистил зубы. Елисей понял хитрость полковника и вместо того, чтобы развязать его, решил не нарушать игру, а просто подошел и почистил ему зубы.
В понедельник, когда все снова проснулись по будильнику, оказалось, что еще тогда к Елисею пришли трое полицейских, но один из них постеснялся войти и все время стоял в прихожей. На предложение Елисея пройти, полковник Ерема сказал, что они уже скоро уйдут, и проходить уже не имеет никакого смысла.
Наконец, все сели за стол. Лейтенант достал все необходимые бумаги. Сначала предстояло провести опрос. Полицейским было необходимо знать, какой любимый цвет у Елисея, какое число, где он любит отдыхать и что он любит кушать.
От себя лейтенант Ерема даже добавил вопрос о том, надевает ли Елисей левый ботинок на левую ногу, а правый на правую или делает наоборот.
После того, как опрос закончили, полковник Ерема спросил Елисея о том, каким был его диван.
Елисей ответил, что не знает, потому что никогда не интересовался у дивана, каким он был. Но с уверенностью заявил, что это был самый добрый диван их тех диванов, которых он знал.
В этот самый момент у лейтенанта Еремы кончилось терпение и он достал из своей сумки еще немного.
Последним вопросом, который задали Елисею, был вопрос о том, где стоял диван.
Елисей ответил, что он не стоял, а лежал.
Это совсем сбило с толку следствие, и полковник Ерема заключил, что подобное дело не может быть расследовано ввиду его сложности и отсутствия желания у работников государственных учреждений качественно выполнять свою работу.
После ухода полицейских из квартиры Елисея он заплакал и затопил соседей снизу. Н, так как там жили глупые блондинки, они подумали, что это прошел дождь, и не стали подавать на Елисея в суд, а просто купили зонтики.
Переписочка
Дорогой Мистер!
Мы не виделись с Вами десять лет. Я даже не представляю, как Вы могли меня о таком просить. Положим, мы не виделись хотя бы девять лет, но десять – это перебор.
Иными словами, я хочу сказать, что десять лет, что мы не виделись – это безбожно много. Чтобы сэкономить Ваше время, я предположу о том, как Вы мне парируете: плохая работа почты, нестабильная геополитическая обстановка в мире и этот чудовищный курс евро, который заставил Вас так долго копить на покупку устройства, по которому можно со мной связаться. Уж не знаю, что Вы выбрали: компьютер, планшет или телефон. Хотя, помня Ваши манеры, Вы позволили себе купить в кредит самый дорогой компьютер.
Но и я не так прост. Я не верю людям, с которыми не виделся целых десять лет.
Чтобы вы знали: когда моя матушка пошла в магазин арктических интересных вещей, и льдина с тем магазином откололась и уплыла, моей матушки не было дома ровно десять лет. И что вы думаете?! Я не признал ее. Ведь целых десять лет прошло. А это, знаете ли, не девять. Это чудовищные десять лет. Двузначное уже число. Как можно верить?!
Я совсем не так прост, чтобы признать того, с кем не виделся десять лет. У меня нет уверенности в том, что это вообще Вы. А Вы так просто мне пишите. Складывается ощущение, что Вы не придаете этим десяти годам никакого значения.
Я поясню свою позицию: по возвращении матушка мне решила доказать, что она – это она. И взялась за готовку моего, некогда любимого, матушкиного борща. И теперь, представьте, дорогой мой Мистер, как я подтвердился в своих опасениях, когда она, при готовке борща, сначала добавила черный перец и только потом лаврушку, а не наоборот. Я сразу выгнал ее из дома.
Вернувшись к Вам, мой дорогой, я скажу прямо. Сейчас в Вашем письме три целых двадцать пять сотых орфографических ошибки на строку. А я, достав нашу переписку десятилетней давности, обнаружил, что Вы не позволяете себе делать меньше восьми целых и семидесяти пяти сотых ошибки на строку.
Вы мне не верите? Тогда продолжу убеждать. Тогда, до вашего исчезновения, в шести тысячах двести одиннадцати сообщениях приветственного характера, Вы ни разу себе не позволили что-то кроме «здарова» и «хай». Сейчас же я читал письмо, начинающееся со слов «Привет, дорогой друг».
И, если эти две причины, исключительно основанные на статистике, Вас не убеждают, тогда продолжите, пожалуйста, читать.
Тот мой приятель, которым Вы представились, не позволял писать мне сообщения без смайликов. В Вашем же письме я не нашел ни одного. Это значит, что Вы или так грустен или Вы это не Вы. Но я, обратившись к тридцати восьми тысячам Ваших сообщений, содержащих эмоциональную оценку, установил, что все сто процентов из них содержат смайлики, восемнадцать целых шесть десятых процента содержат нейтральные смайлики, тридцать один процент и тридцать восемь сотых содержат негативные. Иными словами, дорогой Мистер, или кто бы Вы ни был, во всех Ваших сообщениях должны присутствовать смайлики, иначе Вы это не Вы.
***
Дорогой мистер!
Прошло уже девять лет с моего прошлого письма. Благодаря своим глазам, я вижу, что мое сообщение прочитано. Более того, его прочтение я зафиксировал в двенадцать часов сорок семь минут ровно шесть лет назад. И, учитывая тот факт, что у Вас теперь есть какое-то устройство для связи, я жду ответа.
Иначе, в случае безмолвия еще год, я буду вынужден считать, что Вы совсем не Вы, а я совсем не я. Ведь через год пройдет десять лет, а это, если без шуток, совсем не девять, как сейчас.