Влюбленная в науку. Влюбленная в магию

Часть I

Лизбет никак не могла заснуть и не отрываясь смотрела в настежь распахнутое окно на тихую, спокойную, умиротворенную ночь. Окна ее комнаты выходили прямо на дом семьи Милошевичей. На протяжении десятого и одиннадцатого классов Лизбет встречалась с их старшим сыном Андреем, но перед поступлением в университет произошел конфликт, который уже никак нельзя было решить. Лизбет рано научилась лгать, что часто помогало ей выкручиваться из, казалось бы, безвыходных ситуаций, но даже искусная ложь не смогла ей помочь – они расстались навсегда.

Завтра утром Лизбет придется попрощаться со своей уютной, привычной и комфортной жизнью в огромном родительском доме и отправиться на несколько лет в закрытый частный вуз для детей мировой духовной и политической элиты, чтобы вместе с лучшими представителями молодого поколения изучать древнейшие практики, совмещенные с современными технологиями и достижениями медицины и фармацевтики. Попасть в него было чрезвычайно сложно.

– Итак, поговорим об основных целях и задачах курса, – строго вещал лектор за кафедрой перед огромным амфитеатром. – Во-первых, необходимо завершить комплектование высшей совершеннейшей людской касты и создать эффективные институты контроля за умеренностью и своевременностью ее потребления. На протяжении всего обучения мы будем готовить вас к управлению этими институтами. По результатам обучения, вы будете определены на стажировку в одно из уже существующих учреждений, а также примете участие в создании новых органов управления. Помните, что наша цель – изменить этот мир к лучшему.

– Но не стоит забывать и о второй по приоритетности задаче, – подхватил мысль лектора стоящий рядом с ним молодой симпатичный мужчина, которого представили как наставника потока Лизбет. – Я говорю о создании защиты от противников наших разработок и реформ. Однако, над этим направлением будут работать только лучшие студенты, у которых в процессе тщательнейшего тестирования мы выявим стратегический подход к решению задач.

– Разве стратегическому мышлению нельзя обучиться? – дерзко и довольно громко спросила Лизбет.

Молодой ученый (на вид ему было меньше тридцати) ненадолго замолчал и пристально посмотрел на девушку.

– Вы правы, мисс, развить можно любые качества, однако нельзя спорить с наличием или отсутствием таланта и предрасположенности к той или иной области, – спокойно ответил ученый. – Впрочем, женщины редко выбирают это направление.

– Я думала, мы уже давно живем в мире, в котором существует равноправие между мужчинами и женщинами, – не могла остановиться Лизбет.

– Мы все собрались здесь, чтобы привнести это в мир, мисс. Реальность, как и во все времена, несколько отличается от декларируемых постулатов, – тоже не сдавался ученый.

– Мистер Гилберт, – в диалог вступил директор университета, – я понимаю, что вам очень интересно общаться с мисс Лизбет, но у вас, как у куратора первого курса, еще будет такая возможность. А я предлагаю перейти к обсуждению следующей задачи.

– Я абсолютно с вами согласен, мистер Уилсон, – Гилберт оторвал взгляд от Лизбет и оглядел аудиторию. – Итак, переходим к нашей следующей локальной задаче – необходимости отключить так называемый вектор старения. Мы начнем заниматься этим в самом начале программы. Участникам проекта «Новая Земля» просто необходимо идеальное здоровье. За годы вашей, еще недолгой, жизни многие уже могли приобрести тот или иной «ущерб», и нам необходимо идентифицировать, что из приобретенного можно компенсировать. Резюмируя: чтобы управлять «Новой Землей», вам понадобится «новое тело».

– Вы говорите о Кайа-кальпа, не так ли, мистер Гилберт? – снова перебила Лизбет. Она сама не понимала, зачем ей хотелось задеть его и показаться умной и начитанной. – Мы будем изучать здесь рецепты, с помощью которых греческие боги и индийские сидхи обретали бессмертие?

По выражению лица Гилберта Лизбет поняла, что достигла своей цели. Его взбесило, что она умничает и перебивает его. Он сильно сощурил глаза и пристально смотрел на нее в течение нескольких секунд, сохраняя молчание. Его взгляд выражал смесь презрения и раздражения, но именно этого девушка и добивалась. Лизбет чувствовала торжество.

– Мисс Лизбет, – продолжил Гилберт, – вы даже представить себе не можете, насколько вперед мы шагнули и методологически, и технологически, и фармакологически. Вы узнаете об этом совсем скоро, так что прошу вас иметь терпение и не забегать вперед.

Лизбет решила больше не злить преподавателя, и остаток встречи прошел спокойно. В конце директор университета еще раз напомнил студентам, что по любым вопросам они могут обращаться к мистеру Гилберту как к их куратору.

Поскольку учеба Лизбет совсем не интересовала, она решила доводить мистера Гилберта. После ланча девушка сразу же отправилась в его кабинет. В приемной никого не было, и Лизбет беспрепятственно подошла к его столу.

Гилберт медленно поднял голову, бросив на девушку раздраженный взгляд. С сощуренными глазами он не казался Лизбет таким красивым; в этот момент создавалось ощущение, что наружу выходит какая-то совсем другая сущность, отличная от привычного образа.

– Что вы здесь делаете, мисс Лизбет? – сквозь зубы проговорил Гилберт, растягивая каждое слово, чтобы не накричать на нее.

– Мистер Гилберт, – быстро начала Лизбет нарочито бодро, – профессор Уилсон рекомендовал обращаться к вам по любым возникающим вопросам как к куратору нашего потока. И вот я здесь, – Лизбет расплылась в довольной улыбке, чувствуя свою полную безнаказанность.

– Это касается всех студентов, за исключением вас, мисс Лизбет. Прошу вас, покиньте мой кабинет. В отличие от вас, мне нужно работать, – пренебрежительно ответил молодой ученый и начал демонстративно печатать что-то на своем ноутбуке.

– Но, мистер Гилберт, позвольте поинтересоваться: почему же только я не имею права обращаться к вам по важным для меня вопросам? Чем я заслужила такое отношение? – спросила Лизбет возмущенно, однако внутри порадовалась, что нашла себе мистера Гилберта, общение с которым обещало много веселых моментов и ситуаций. Ей очень нравилось, как он злится, хоть она и не могла объяснить себе почему.

Гилберт резко встал и уперся руками в противоположный от Лизбет край стола.

– Все дело в том, мисс Лизбет, – начал он с язвительной издевкой в голосе, – что я не готов тратить ни минуты своего времени на человека, который поступил, не побоюсь этого слова, в лучший университет таким образом, как вы. Я знаю всю вашу историю. Но, чтобы вы лучше понимали картину в целом, мисс Лизбет, – ее имя он выделил особой интонацией, – здесь я независимый директор, и это дает мне право называть вещи своими именами. Мы оба прекрасно понимаем, как вы сюда попали, и то, что вы совершенно недостойны здесь находиться. Вы занимаете место кого-то по-настоящему талантливого. Человека, который мог бы что-то сделать для нашего общества. Для нашего мира. Ваша мать входит в состав попечительского совета университета, а отец делает спонсорские взносы. Вот почему, несмотря на сумасшедший конкурс, нам пришлось взять вас, мисс Лизбет. Как я должен к вам после этого относиться? Поэтому еще раз настоятельно прошу покинуть мой кабинет и больше здесь не появляться.

На этом монолог Гилберта закончился. Лизбет опустила глаза. Нет, ей не было по-настоящему больно, скорее обидно. Девушка думала, что в университете она начнет все с чистого листа, что напоминание о прошлом не просочится сюда, в мир, где о ней ничего не знают. Но в первый же день ей доказали обратное. Она не хотела больше находиться здесь и, не прощаясь, просто развернулась и ушла. С этой минуты Лизбет решила переместить свой фокус на обучение и избегать встреч с Гилбертом. Последнее было достаточно проблематично, но она надеялась, что ей удастся не вступать с ним в непосредственный контакт.

Первым этапом программы курса был так называемый блок «Очищение». Студентам предстояло две недели принимать специальные препараты под названием «Ампула А» и «Ампула В». При постоянном применении они должны были сделать студентов более умными и работоспособными. «Ампула В», в частности, помогала избавиться от привычки обманывать как в мелочах, так и в крупных и важных вопросах, что было чрезвычайно важно для формирования руководящего состава управленцев нового образца, не склонных к коррупции и использованию власти в своих корыстных целях. Между собой студенты называли «Ампулу В» сывороткой правды.

Лизбет быстро заметила в себе существенные изменения: за эти две недели, которые пробежали как один день, она стала лучше выглядеть и себя чувствовать, ее силы и энергия не заканчивались, она перечитала огромное количество обязательной и дополнительной литературы и даже факультативно на курсе по выбору начала свой проект, в рамках которого она создавала NFT-коллекции, изображающие древнегреческих богов и богинь.

К концу второй недели обучения кожа Лизбет стала настолько сияющей, что казалось, будто она светится изнутри. Девушка заметила подобный эффект у большинства студентов; как им объяснили, сияние являлось симптоматикой приема «Ампулы А». Сияющая светло-голубым оттенком кожа свидетельствовала о принадлежности человека к высшей касте. В случае приема «Ампулы А» представителями других каст, даже после процедур качественного «очищения» и приема дополнительных усиливающих препаратов, таких результатов не удавалось достичь.

Лизбет обратила внимание, что некоторые однокурсники подсвечивались в гораздо меньшей степени. Как ей лично объяснил мистер Уилсон (он вел себя с Лизбет гораздо любезнее и общительнее, чем Гилберт, которого девушка за глаза стала называть Акулой, особенно когда обсуждала его с новыми подружками), дело было в родословной: дети, рожденные в смешанных браках, где только один из родителей принадлежал к высшей касте, не могли достичь высоких значений коэффициента своего полезного действия и яркого свечения. Для Лизбет это не имело никакого значения – она общалась со всеми на равных, но некоторые из ее одногруппников под действием сыворотки правды не смогли скрыть своего снобизма. Однако подобное сразу пресекалось: конфликтных студентов тут же приглашали на беседу в службу психологической поддержки первокурсников.

По прошествии начального двухнедельного этапа мистер Уилсон на установочной лекции нового блока торжествовал:

– Дети мои, – он часто обращался так к студентам, шутливо объясняя это обещанием родителям быть им как отец на этот достаточно долгий период разлуки, – я потрясен вашими первыми результатами! Вы все выглядите просто великолепно! А будете еще лучше! Вы же помните мистера Майлза, который читал вам вашу первую лекцию, когда вы только приехали? Его знал еще мой отец, и даже в годы его молодости мистер Майлз выглядел так же, как сейчас! Сколько, вы думаете, ему лет? Ни много ни мало сто пятьдесят три года! Для современной науки это достижение, доступное далеко не каждому.

Мистер Уилсон оглядел аудиторию довольным взглядом. Он был из тех, кто наслаждается и ликует, когда видит непосредственные результаты своей работы.

– Вы все по праву рождения, – продолжал он на возвышенных тонах, отчего со стороны становился похож на идейного фанатика, – изначально сфокусированы на высших потребностях, составляете высшее звено человечества, и вам некогда и совершенно не нужно отвлекаться на все мирское. Вы выше этого!

– Вы хотите сказать, что здесь мы реализуем свое предназначение? – спросил Сид, харизматичный наследник индийского короля, с которым Лизбет уже успела подружиться.

– Вы отчасти правы, мистер Сид, – с удовольствием ответил директор. Он искренне верил, что, взаимодействуя с молодежью, получает дополнительный приток энергии. – Мы помогаем вам его найти и перестать в нем сомневаться. Вот вы, например, не успели родиться, а уже вошли в список Forbes, являетесь самым завидным женихом не только в своей стране, но и в мире, иконой стиля. Вам уже, по сути, нечего хотеть, и только в таком статусе можно и нужно переходить к решению глобальных задач. Когда обычные человеческие потребности перестанут вас отвлекать, вы сможете целиком и полностью посвятить себя улучшению мира. Обычно политики ждут исполнения семидесяти лет, чтобы беспрепятственно начать заниматься идейными проектами. Вы можете посвятить себя служению проекту «Новая Земля» прямо здесь и сейчас начиная с восемнадцати лет, имея огромное преимущество в части сил и энергии.

– Спасибо за ответ, мистер Уилсон. Отец всегда мечтал, чтобы я стал вашим учеником, – скромно ответил Сид.

– Я призываю вас забыть все, что вы знали до этого, включая классическое летоисчисление. Здесь мы ведем его от начала получения людьми «Нового знания» первых технологий, качественно улучшающих жизнь человека, изначально совершенно не приспособленного к условиям нашей планеты, что заставляет нас задуматься о том, что, возможно, мы и сами когда-то пришли сюда, чтобы освоить ее под дальнейшее развитие человеческой расы.